Помоги проекту - поделись книгой:
Я не отталкивала его, но понимала, что этот случай — еще одна зарубка на память, и за это он тоже будет рассчитываться со мной. Этого я ему не прощу тоже.
Неприятности начались поздно вечером, когда по местному каналу в «новостях» показали фоторобот мошенницы, поразительно похожий на меня, только что с кудрявыми волосами. «Ну, вот и все», — с нежной жалостью к себе подумала я и зло посмотрела на лежащего в постели Костю. Он же и бровью не повел:
— Ну и что? Мало таких баб?
— Ты что — серьезно?!
— Вполне. Завтра утром в самолет — и поминай как звали.
— Да ты что — не понимаешь, что я могу до самолета не добраться?! — Я вскочила и начала выворачивать свою сумку в поисках сигарет. — Меня же первый встречный полицейский остановит!
— Да? А ты ж какого черта тогда так подстраховалась? Паричок нацепила! Умная слишком? — Он приподнялся на локтях и насмешливо наблюдал за мной. — Или догадалась, что по нашим с Артуром приметам менты будут нас искать сто лет — и не найдут, а ты слишком уж яркая?
Я остановилась и замерла. Смысл Костиных слов дошел до меня — так они планировали отвести подозрения от себя, сделав именно меня ярким пятном, за которое зацепится глаз любого мужика… В самом деле — поди опиши внешность мужчины с Кавказа! Особенно если при этом у него нет никаких особых примет, как у Кости и Арика! Вот сволочи… И теперь я вынуждена слушать это и терпеть, потому что даже паспорт мой находится у мужа! Я уехать не смогу самостоятельно, из отеля выйти! Сволочь, ну какая же сволочь…
— Все, одумалась? — так же насмешливо произнес Костя, дотягиваясь до бутылки с коньяком на тумбочке и делая большой глоток прямо из горла. — Ты запомни, Мария, — без меня ты никто и ничто. Захочу — и поедешь в Мордовию по этапу, достаточно один звонок сделать.
Я совсем сникла, потому что отлично знала — если он захочет, то так и будет. И никто не поверит в то, что рядом со мной был еще кто-то — Костя и Арик к тому моменту будут уже на пути в Испанию.
— Все, Мария, поиграли — хватит, — примирительно заговорил муж, поднимаясь с постели и подходя ко мне. — Я пошутил. Да, согласен — неудачно, больше не буду. Иди сюда, — он обнял меня, и я даже не попыталась вырваться, понимая — бесполезно.
Ночью я так и не смогла уснуть. Костя храпел вовсю, накачавшись коньяком, а мне не помогало даже это. Я прокручивала в голове возможные варианты развития событий и понимала — в Москву к Марго мне нельзя. Ни за что нельзя, как бы сильно ни хотелось. Да и паспорт… Конечно, в порту Костя мне его отдаст, но сам будет находиться поблизости, и Арик тоже, а потому я вряд ли смогу исчезнуть из их поля зрения, особенно не зная ходов-выходов в питерском аэропорту. Я выпила еще полстакана, но и это не принесло облегчения. Сидя на подоконнике, я наблюдала за тем, как дворник в оранжевом жилете метет тротуарную плитку, сгребая мусор в небольшие горки у бордюра. Ни души на улице — только этот дворник и изредка — проносящиеся мимо отеля автомобили. Небо затянуто тяжелыми серыми облаками, и рассвет почти не пробивается сквозь них. И во всем этом какая-то обреченность сродни той, что сейчас поселилась внутри меня.
— Идешь к стойке и спокойно регистрируешься, поняла? — Костя цедил слова, облокотившись на столик в маленьком аэропортовском кафе. Незаметным движением он толкнул в мою сторону паспорт вместе с вложенным в него билетом. — Все, иди. В самолете встретимся.
Я медленно взяла паспорт и сунула в сумку, висевшую на плече. Арик маячил в другом конце кафе, тянул кофе и исподтишка оглядывался. Как же мне хотелось, чтобы их никогда не было в моей жизни — никогда… Как я могла подумать, что смогу спокойно ужиться с таким, как Костя? На что только не толкает людей страх одиночества. Когда меня оставил любимый мужчина, я с чего-то решила, что активно ухаживающий за мной Костя может стать достойной заменой и избавить меня от тоски и нестерпимой сердечной боли. Это же нужно так заблуждаться в моем-то далеко уже не юном возрасте!
Я обреченно шла к стойке регистрации, когда сзади меня окликнули:
— Девушка, задержитесь на минутку.
Повернувшись на голос, я обомлела — ко мне приближался полицейский. Сказать, что я испугалась, значило не сказать ничего. Я перестала ощущать собственное тело, руки и ноги будто парализовало, как и разум, собственно. Даже не оглядываясь, я могла точно быть уверена, что Костю и Арика сдуло ветром.
— Позвольте ваши документы.
— Lo siento mucho, pero tengo que irme! Tengo prisa![2] — с перепугу я вдруг перешла на испанский, которым владела далеко не блестяще. К моему счастью, полицейский не владел оным вообще…
— Паспорт… паспорт, понимаете? — он чертил пальцами в воздухе небольшие прямоугольники, но слово «паспорт» звучит практически одинаково на многих языках, так что притворяться идиоткой дальше было глупо.
Я протянула испанский паспорт, и парень начал изучать его, шевеля губами. И в этот момент кто-то взял меня за локоть и произнес:
— Que paso? Que quiere decir esto?[3]
Я вздрогнула и повернулась влево. За локоть меня держал высокий мужчина в черной рубашке и таких же джинсах, в солнцезащитных очках вполлица. Однако по характерным признакам его можно было принять за испанца либо за… кавказца. И он был мне совершенно незнаком. Единственным акцентом, за который я зацепилась взглядом, был черно-белый тонкий шарф, и это заставило шевельнуться какие-то воспоминания в моей голове, но погружаться в них было некогда. Мужчина явно старался избавить меня от полицейского досмотра.
— Mi pasaporte, por favor[4]? — пробормотала я, а незнакомец, двумя пальцами изъяв у сотрудника паспорт и вернув его мне, сказал по-русски:
— Простите, господин лейтенант, моя спутница не говорит по-русски. У вас какие-то вопросы?
— Нет, что вы, — смутился почему-то полицейский. — Просто показалось… ориентировка… извините еще раз, и приятного полета. — Он козырнул и удалился, а я повернулась к незнакомцу, чтобы поблагодарить, но тот уже уходил в противоположном направлении.
— Dios mío[5] — пробормотала я и направилась к стойке регистрации.
И только в самолете меня вдруг укололо — а ведь Марго как-то рассказывала мне о привычке Алекса постоянно носить тонкий черно-белый шарф… Неужели это был он?! Но как, откуда?! Неужели то, что говорила о его способностях Марго, правда? И он пришел на помощь как раз тогда, когда я в ней нуждалась? Странно, непонятно, но — вот было же. Я видела его собственными глазами, чувствовала прикосновение руки — не могло же это мне привидеться?
Телефон завибрировал — пришла эсэмэска от дорогого супруга Кости с пожеланиями приятного полета.
— Чтоб ты сдох! — пробормотала я, стирая ее.
Оказавшись дома в Бильбао, я первым делом метнулась к компьютеру и зашла в аську с вопросом, адресованным Алексу:
— Это был ты?
Он долго не отвечал, и я повторила вопрос, на который через пару секунд получила смайлик в черных очках, и Алекс вышел из диалога.
Теперь я точно знала — да, это был он. И только он сможет помочь мне отомстить Косте, когда придет время. А оно придет — я умею быть терпеливой и дожидаться своего.
Автор
Владелица детективного агентства «Шведское варенье» Андриана Карлсоновна Шведова-Коваль сидела на кухне на своем синем диванчике, в окружении двух кошек русской голубой породы, Фрейи и Маруси, пила чай с ватрушками, испеченными Артуром. При этом кошки аккуратно слизывали кусочки запеченного творога с ладони хозяйки.
Артур, увы, не был ни мужем, ни возлюбленным Андрианы Карлсоновны. Он был внуком ее первой любви и теперь по завещанию деда, которого тоже звали Артуром, опекал ее, проявляя при этом нередко неуместную, с точки зрения Андрианы Карлсоновны, прыть.
— Ах, Артур, — вздохнула она вслух и углубилась в чтение светской хроники, но почти тут же отбросила газету. Да как тут не отбросишь ее, если в ней черным по белому написано, что возлюбленный Мадонны моложе ее на тридцать пять лет, а возлюбленный героини «Основного инстинкта» и вовсе моложе Шарон Стоун на сорок лет.
Фрейя и Маруся одновременно понюхали брошенную хозяйкой газету и пренебрежительно чихнули.
— Правильно, девочки, — одобрила хозяйка, — чихать нам на все это. Хорошо еще, что новогодние праздники наконец-то закончились, — вдруг ни к селу, ни к городу добавила она. И стала вспоминать, как славно она провела это время.
Новый год Андриана встречала в компании своих старинных подруг, Милы и Леокадии, и двух, как теперь говорит молодежь, бой-френдов последней.
Хотя их компанию к молодежи не отнести, все-таки всем им за семьдесят. Но, как говорится, то ли еще будет. Пенсионная реформа омолодила пенсионеров, а нехватка средств на нормальную человеческую жизнь заставляет их работать и в семьдесят. Так что, вполне возможно, что случится очередная пенсионная реформа, которая омолодит пенсионеров еще лет на десять, предложив им работать до семидесяти пяти лет. Чем черт не шутит, пока бог спит.
Артуру до пенсии далеко, ему нет еще и тридцати, и новогоднюю ночь он провел неизвестно с кем и где, но первого приехал к Леокадии и забрал Андриану домой.
Второго и вовсе расщедрился и повел Андриану Карлсоновну в недавно отстроенный заново ледовый дворец на балет «Щелкунчик». Андриана была в восторге.
Шестого во второй половине дня отправились на дачу к одному из поклонников Леокадии, Андрею Яковлевичу, полковнику в отставке, где и провели все Рождество. Поехали даже Артур и Виолетта, внучка подруги Милы.
Андриана ревниво поглядывала в сторону Артура и Виолетты, подмечая, какими взглядами обмениваются молодые люди, но не заметила ничего предосудительного и успокоилась. Хотя подруга Мила, кажется, огорчилась, может быть, она надеялась на то, что ее внучка понравится Артуру…
И Милу можно понять, такой парень, как Артур Соколов, для любой девушки перспективная партия.
Но Виолетту он, кажется, не заинтересовал.
Старый Новый год Андриана встретила вдвоем с Артуром при свечах и с шампанским. Была также красная икра и утка, которую зажарила Андриана, обрадованная обещанием Артура провести эту ночь с ней.
Конечно, ничего такого между ними не было! Не считая мыслей неопределенных очертаний, бродивших в ее голове.
Несмотря на то что Артур не одобрял ее пристрастия к розовому, Андриана надела розовое платье.
И он, увидев ее в нем, не удержался от того, чтобы не фыркнуть.
Она тотчас начала оправдываться: между прочим, розовый цвет выбирают люди, чуждые агрессии, стремящиеся получать от жизни как можно больше новых впечатлений.
— Это цвет нежности! Понятно тебе? — спросила она и воинственно топнула своей маленькой ножкой.
Артур не смог сдержать улыбки.
— Нечего тут улыбаться!
— Мне отправиться улыбаться на лестничную площадку? — поинтересовался он.
— Нет, — решила пойти на попятную Андриана, — но учти, что розовый цвет выбирают трудолюбивые люди, которые готовы и могут трудиться, как пчелки.
Артур поднял руки в знак того, что сдается.
И вот наконец-то январь, неторопливо ступая обутыми в мягкие белые унты ногами, подходит к своему завершению.
Придет февраль, следом за ним март, и повеет весной.
Андриана от удовольствия зажмурила глаза, и тут раздался звонок в дверь.
«Что же я так размечталась, — укорила она сама себя, — что не услышала, как лифт остановился на нашей площадке». Сыщица заспешила к двери.
Посмотрев в глазок, она увидела, что перед ее дверью стоят двое — девушка в симпатичной пушистой, но искусственной шубке и парень в дорогущей куртке из натуральной кожи. Оба высокие, девушка, правда, немного пониже. С разрумяненными лицами и без головных уборов. «Он — натуральный блондин», — сразу определила Андриана. Подруга Леокадия научила ее отличать «так называемых натуральных блондинов» от настоящих природных. Девушка была брюнеткой с роскошными, блестящими даже при неярком освещении в подъезде, волосами.
— Вам кого? — спросила сыщица.
— Андриану Карлсоновну, — ответила девушка.
— Вы по делу или как?
— По делу, — не выдержал парень и попросил жалобно: — Откройте, пожалуйста.
Сыщице вдруг показалось, что он в любое мгновение готов сорваться с места и дать деру. «С чего бы это, — подумала она, — не за шкирку же его сюда притащили». Она даже не догадывалась, как близка была к истине.
Андриана Карлсоновна повернула защелку, приоткрыла дверь наполовину, еще раз осмотрела своих посетителей и, сказав: «Заходите», открыла дверь полностью.
Войдя в прихожую, девушка пожаловалась:
— На улице так холодно.
— Вы на автобусе приехали? — почему-то спросила Андриана Карлсоновна и посмотрела на снежинки, тающие на волосах пришедших.
Парень фыркнул, как фыркают обеспеченные с пеленок молодые люди, понятия не имеющие о том, что кому-то и возможность купить билет на автобус кажется чуть ли не счастьем. Девушка же только покачала своей прелестной головкой, и Андриана догадалась, что ей-то хорошо известна цена каждой трудовой копейки. И только тут сыщица рассмотрела, что глаза у нее ослепительно-голубые. «Красавица», — подумала она без малейшей зависти.
— Раздевайтесь и проходите. — Андриана сначала жестом указала на вешалку и на лежащие в небольшой плетеной корзине бахилы, потом сделала приглашающий жест в сторону кухни и направилась туда первой, не оборачиваясь на гостей.
Она услышала короткий звук «вжик», потом звук повторился. Понятно, красавица не захотела надевать бахилы и сняла сапоги. Что ж, это ее право. Потом послышалось — бум, бум. Это парень последовал примеру своей спутницы и, сняв итальянские ботинки, небрежно отбросил их в сторону.
«Ботинки-то, небось, на рыбьем меху, — подумала Андриана, — а тут вам не Италия. Надобно носить унты или, в крайнем случае, сапоги на овечьем меху». Ладно, это не ее дело. Тем более что своим фырканьем молодой человек дал ей понять, что прибыли они на автомобиле и, надо думать, не на «Жигулях» или «Запорожце». И поставили машину, скорее всего, прямо возле подъезда. За что она, Андриана, опять получит нагоняй от старшей по дому Марины Остаповны Шляпы.
Артур приходил в восторг от фамилии Марины Остаповны. Хотя чего в ней особенного? Шляпа как Шляпа.
Гостям пришлось сделать от машины до ее подъезда всего несколько шагов, а снежинки, тем не менее, успели запутаться в их волосах. «Значит, опять пошел снег», — подумала Андриана и подошла к окну, чтобы убедиться в этом. Так и есть! Небольшие, но частые снежинки кружились в воздухе.
Краем глаза заметив, как напряглись кошки, Андриана Карлсоновна догадалась, что парень и девушка уже входят на кухню.
— Девочки, идите в зал, — попросила она Фрею и Марусю, и те послушно спрыгнули с дивана.
— Какие хорошенькие! — воскликнула девушка, когда кошки проскользнули мимо ее ног.
Парень не проронил ни звука.
Усадив своих гостей на диванчик, сама сыщица присела за стол, на всякий случай положив рядом с собой ручку и блокнот. Компьютером она, несмотря на увещевания Артура, так и не обзавелась, уверенная в том, что если Мод Сильвер, мисс Марпл и месье Пуаро обходились без компьютера, который им даже и не снился, то и она успешно справится с раскрытием преступлений, имея под рукой только ручку и блокнот.
— Давайте знакомиться, — сказала Андриана Карлсоновна, — хотя, как меня зовут и чем я занимаюсь, вы знаете? — Она вопросительно посмотрела на своих гостей.
Молодые люди одновременно кивнули.
— Вот и хорошо. Тогда ваша очередь назвать ваши имена и фамилии.
— Я Лика Летучая, он Прохор Измайлов, — ответила за себя и за парня девушка.
— Вы и по паспорту Лика? — уточнила Андриана Карлсоновна.
— По паспорту я Анжелика Витальевна Летучая, — невольно улыбнулась девушка.
— А ваше отчество, молодой человек? — перевела Андриана взгляд на парня.
— Сергеевич, — ответил он, не сводя с Андрианы изучающего взгляда. Из чего сыщица сделала вывод, что парня привела сюда девушка и сам он не очень-то доверял детективным способностям всяких там доморощенных сыщиц пенсионного возраста.
Поделиться книгой: