Биосоциальная проблема и становление глобальной психологии

Внешне этих людей отличает педантичная аккуратность, маниакальная чистоплотность, упрямство. Губы плотно сжаты, жесты чопорные. В межличностных отношениях, в любви стремятся получить как можно больше, давая как можно меньше.

Рыночная ориентация. Этот тип характера сформировался в наше время. Ему свойственно восприятие самого себя, собственной ценности как менового товара на «личностном рынке». Фромм считает этот тип социального характера еще более вредным, губительным для человека, чем вышеописанные. В отличие от них здесь не развивается что-то, уже потенциально присутствующее в человеке, но возникает своеобразная «свобода от индивидуальности», готовность к смене установок в зависимости от «моды на личность». Даже в собственных глазах человек оказывается ценным, только если он добивается успеха, преуспевает. Таким образом, самооценка оказывается в зависимости от факторов, не подвластных человеку, что приводит к разрушению чувства собственного достоинства и самоуважения.

Плодотворная ориентация

Вышеописанные ориентации Фромм считал неплодотворными, так как личность, для которой они характерны, не реализует своих природных предпосылок и возможностей развития, которые могут привести человека к счастью. Характер плодотворной ориентации – это человек-творец, в творческой деятельности реализующий и развивающий свои способности. В этом характере не отражается какая-либо конкретная форма государственного устройства, наоборот, суть его в реализации природных, истинно человеческих свойств. Таким образом, конкретные формы общественного устройства можно оценивать мерилом благоприятности условий жизни в обществе для развития плодотворно ориентированных характеров.

Мышление плодотворно ориентированных – заинтересованное и уважительное. В межличностных отношениях их отличает чувство ответственности и забота о людях.

Классификация Фромма, подобно большинству других, допускает существование смешанных типов. При смешении плодотворной ориентации с одной из неплодотворных смягчаются недостатки последней, а присущие ей достоинства проявляются в полной мере. Так, например, вполне проявятся такие достоинства эксплуататорской ориентации, как активность, инициативность, уверенность в себе, и такие достоинства стяжательской ориентации, как упорство, аккуратность, преданность, методичность, терпение, осторожность и практичность.

Основная сфера практических применений как классического психоанализа, так и неофрейдизма и гуманистической психологии – помощь человеку в его личностном росте и становлении, достижении мира и гармонии с самим собой и своим окружением. Гуманистическая психология стала очень популярной в нашей стране. Однако думается, что восприятие идей названного направления нашими учеными существенно опосредовано отечественной теорией, многие положения которой «приписываются» западным коллегам без должного основания, читаются между строк их книг, не будучи там на деле обозначены. Причина такой «любви» к гуманистической психологии российских коллег – близость школ в отношении понимания человека как существа активного и деятельного. Однако между положениями гуманистической психологии и отечественной теорией, основанной на принципе субъектности С. Л. Рубинштейна, имеются существенные различия и не обсуждавшиеся до сих пор в литературе противоречия, подробно проанализированные в данной книге в главе, посвященной отечественной биосоциальной теории.

Диспозициональное направление

Если потенциальный «потребитель» вышеназванной группы теорий – человек, который хочет разобраться в собственном душевном мире, то диспозициональное направление широко применяется там, где нам нужно предсказать поведение другого человека – при подборе персонала, в профотборе, профориентации, при прогнозировании брачной совместимости.

Родоначальник диспозиционального направления в теории личности Гордон Олпорт полагал, что единицей анализа личности и предсказания поведения является черта. Черта – это предрасположенность (диспозиция) вести себя сходным образом в широком диапазоне ситуаций. Согласно теории Олпорта, поведение человека достаточно стабильно во времени и сходно в разнообразных ситуациях. Общительный человек проявляет себя и на работе, и в транспорте, и в магазине, и в кафе. Человек, которого отличает высокая тревожность, сходным образом ведет себя и на экзамене, и на приеме у врача, и в ожидании транспорта. Олпорт полагал, что каждая личность уникальна, а основу уникальности личности составляет неповторимая комбинация отдельных личностных черт.

Множество ситуаций, приводящих в действие данную черту, называются равнозначными относительно этой черты стимулами. Равнозначные стимулы обусловливают множество эквивалентных относительно данной черты реакций, т. е. многие ситуации, воспринимаемые человеком как равнозначные, дают толчок к действию определенной черты, которая затем инициирует разнообразные виды поведения. Эта концепция эквивалентности стимула и реакций, объединенных и опосредованных чертой, является главной составляющей теории Олпорта. Черты личности не дремлют в ожидании внешних стимулов, способных их пробудить. Черты являются движущим элементом поведения, они побуждают людей к поиску ситуаций, в которых данные черты наиболее полно проявятся. Таким образом, черты личности выстраивают поведение индивидуума.

Олпорт проводил различие между общими чертами и индивидуальными. Первые (называемые также измеряемыми) включают в себя характеристики, распространенные в обществе. В результате сравнения множества индивидуумов по выраженности общей черты получается кривая нормального распределения. Измеряемость общих черт позволяет сравнивать одного человека с другим по значимым психологическим параметрам. Индивидуальные черты обозначают такие характеристики индивидуума, которые не допускают сравнения с другими людьми. Олпорт полагал, что единственный путь к пониманию индивидуальности – выявление индивидуальных черт личности, которые в своих поздних работах он стал называть индивидуальными диспозициями, оставив понятие «черта личности» только за общими чертами.

Соотношение общих черт и индивидуальных диспозиций Олпорт объяснял следующим образом. Черту можно рассматривать либо в контексте личности, у которой она обнаружена (в ее уникальности), либо по ее распространенности в обществе (как универсальную). В первом случае мы изучаем влияние данной черты на жизнь конкретного человека. Например, такая черта, как доминантность, может проявляться у разных людей весьма различно, и с точки зрения ситуаций, в которых она активируется, и в плане разнообразия вызываемых ею реакций. Во втором случае мы изучаем эту черту универсально, путем построения надежной и валидной шкалы доминантности и определения индивидуальных различий по этому параметру.

В центре внимания Олпорта были индивидуальные диспозиции. Он предложил выделять три типа диспозиций: кардинальные, центральные и вторичные. Кардинальной диспозицией обладают немногие люди. Это своего рода главная страсть, в высшей степени генерализованная черта, которая пронизывает все существование человека, руководит всеми его поступками. Наличие кардинальной диспозиции делает ее обладателя необычным и в своем роде выдающимся человеком. В качестве примеров Олпорт приводит исторические и вымышленные характеры, такие как Макиавелли, Дон Жуан, Жанна Дарк. Весь ход жизни таких людей обнаруживает всепроникающее влияние кардинальных диспозиций. Центральные диспозиции не столь всеобъемлющи, но все же ярко характеризуют человека. Это основные его особенности, которые легко обнаруживают окружающие (например, пунктуальность, ответственность, любопытство, общительность и т. п.). Олпорт полагал, что таких диспозиций у человека может быть немного, обычно от 5 до 10. Вторичные диспозиции представляют собой черты менее обобщенные, менее устойчивые. Обычно они ситуационно обусловлены, т. е. проявляются только в особых ситуациях и потому менее заметны, часто обнаружить их можно, только очень близко познакомившись с человеком. Все индивидуальные диспозиции интегрированы в единую структуру, организующую внутреннее единство личности и целенаправленное поведение – проприум.

К диспозициональному направлению принято относить и классические теории Р. Кеттелла и Г. Айзенка, разработанные в русле подхода к личности с позиций факторного анализа, а также современную пятифакторную модель описания личности.

Бихевиоризм

Бихевиоризм как мощная психологическая школа сложился в США, однако теоретические основы этого направления, по свидетельству самих зарубежных коллег, были заложены в трудах И. П. Павлова. Парадоксальна судьба учения Павлова в психологической науке. Его теория условных рефлексов, разработанная на стыке физиологии и психологии, в российской физиологической науке породила великую школу, в российской психологии же, даже насильственно насаждаемая, она не была по-настоящему принята и фактически не имела развития. В США психологи, не пытаясь проникнуть в тайны физиологических механизмов мозга, подхватили идею непосредственного формирования поведенческих реакций варьированием средовых стимулов. Так возник американский бихевиоризм. О судьбе этого направления в России написана книга М. Г. Ярошевского «Наука о поведении: русский путь».

Теории этого направления сегодня имеют очень широкую сферу применения. В его русле непосредственно ставится задача изменить поведение человека или группы, добиться требуемых видов и способов поведения. Основные области применения бихевиористских моделей:

– образовательные технологии (включая технические устройства программного обучения, управляющие системы);

– менеждмент, включая отношения в коллективах и субъективную удовлетворенность;

– психолингвистика, обучение навыкам вербального поведения;

– терапия общих расстройств поведения, личностных проблем: алкоголизации, аутизма, фобий;

– психофармакология (изучение влияния лекарств).

Классической для бихевиоризма считается теория оперантного научения Б. Ф. Скиннера. Личность рассматривается Скиннером как индивид, обладающий приобретенным набором поведенческих реакций. Путем познания личности считается лишь объективный функциональный анализ поведения. Выделяются респондентное (отвечающее на воздействие среды) и оперантное (инициирующее) поведение. В центре внимания – режимы подкрепления, т. е. способы закрепления желательных форм поведения и оттормаживания нежелательных. Режим подкрепления – правило, устанавливающее вероятность, с которой подкрепление будет происходить. Самым простым вариантом является режим непрерывного подкрепления, когда подкрепляется каждая желаемая реакция. Этот режим обычно используется на начальных этапах любого оперантного научения, когда индивид учится производить правильную реакцию. В большинстве ситуаций повседневной жизни это либо неосуществимо, либо неэкономично. В большинстве случаев подкрепление предъявляется только иногда (прерывистое подкрепление). Скиннер изучал, как режим такого частичного подкрепления и его вид влияет на эффективность закрепления навыка.

Теория оперантного научения и сегодня широко применяется в области социально-психологического тренинга навыков общения и желательных форм поведения.

Более современные бихевиористские теории учитывают сложные взаимодействия внешних и внутренних факторов: возможность для человека учиться не только на собственных ошибках, но и путем наблюдения; влияние на поступки людей не только реалий окружающего мира, но и субъективных представлений о мире. Таковы социально-когнитивные теории личности А. Бандуры и Дж. Роттера, когнитивная теория личности Дж. Келли. На основе необихевиористских теорий разработаны высокоэффективные виды тренинга.

Пятифакторная модель личности

В 1980—1990-х годах наиболее популярной для описания личностных различий становится так называемая пятифакторная модель. Эта модель не имеет одного какого-то определенного автора. Она сложилась стихийно в русле работ англоязычных психологов, использующих для анализа личности метод факторного анализа. Этот математический метод отличается тем, что исследователь без всякой предварительной гипотезы закладывает в компьютер большое количество данных о самых различных личностных свойствах людей. В результате факторизации происходит так называемый «развал на кучи»: определяются группы тесно связанных между собой свойств. Предполагается, что за каждой такой группой стоит некая обобщенная черта личности, или фактор, который и должен интерпретировать, т. е. объяснить, определить, исследователь.

Факторы, образующие названную модель, интерпретируются следующим образом:

I – экстраверсия;

II – дружелюбие;

III – решительность, ответственность (воля);

IV – эмоциональная стабильность;

V – гибкость ума и чувств, интеллигентность и культура.

Достоинством модели является легкость ее соотнесения с основными классическими моделями личности. Не менее важно то, что используемые свойства позволяют перебросить мостик от внутренней природы личности к ее социальным проявлениям, особенностям межличностных отношений, которые привлекают особое внимание психологов-практиков. С точки зрения теоретических фундаментальных представлений о личности эта модель сегодня представляется эклектичной. Однако популярность среди практиков позволяет рассматривать ее как этап накопления знаний в диалектическом процессе познания истины, предшествующий обобщению.

Классификации теорий личности с помощью биполярных шкал

В современной психологической науке есть весьма разные представления о личности, в связи с чем важнейшей задачей оказывается классификация теорий, установление их соотношения между собой. Для сопоставления различных теорий личности в монографии Л. Хьелла и Д. Зиглера (Хьелл, Зиглер, 1998) использована система основных философских фундаментальных положений о природе человека, которую можно считать вариантом дихотомического анализа. Хьелл и Зиглер справедливо полагают, что теоретики психологии личности, подобно всем мыслящим людям, имеют определенные аксиоматические представления о человеческой природе. Эти базисные представления, не всегда осознаваемые, глубоко влияют на восприятие людьми себя и друг друга, а также на создание теорий личности. Ни одна теория не может быть полностью понята и соотнесена с другими безотносительно к имплицитно заложенной в ней системе положений о человеческой природе.

Л. Хьелл и Д. Зиглер, размышляя о происхождении таких аксиоматических представлений, высказывают предположение, что корень их следует искать в личном опыте авторов теорий, поэтому в их монографии изложению каждого из теоретических подходов к личности предшествует биография автора, детали которой должны послужить ключом к пониманию особенностей его теории.

Не отрицая влияние личного индивидуального опыта на становление взглядов человека и формирование им теоретических представлений о личности, мы полагаем, что еще более значимым оказывается влияние фактора культуры, к которой принадлежит автор теории, представлений о природе человека, заложенных в ней, и социального заказа. Некоторые возможные варианты философских версий человека в мировой культуре рассматривались в начале данной главы. Наше исследование также показывает влияние культуры на ход развития психологической науки ХХ в.

Л. Хьелл и Д. Зиглер предлагают систему биполярных шкал, в которой каждому персонологу может быть приписана определенная точка между крайними полюсами каждой шкалы. Отметим, что выбор тех или иных шкал, их количество, никак не обосновываются авторами. Несомненно, что называемые Хьеллом и Зиглером шкалы не являются и независимыми друг от друга, т. е. они не ортогональны. Отсутствует также утверждение, что данные шкалы позволяют исчерпывающим образом характеризовать аксиоматические представления о человеческой природе, присущие всем людям или распространенные в какой-либо культуре. Возможно также, что шкалы, использованные Л. Хьеллом и Д. Зиглером, пригодны лишь для классификации теорий, созданных в контексте западной культуры, по отношению к которым они и применяются авторами. Так, теории личности, разработанные отечественными учеными, не только отсутствуют в данной схеме, но и их оценка с применением данных шкал, на наш взгляд, кажется затруднительной, если и вообще возможной. В связи с этим представляется целесообразным продолжение исследований в русле разработки классификационной системы шкал, отражающих имплицитные представления о личности, заложенные в основания психологических теорий.

Выделены следующие шкалы:

1. Свобода – детерминизм. Данное положение относится к вере автора теории в возможность сознательного контроля людьми своего поведения. Детерминистски ориентированные теории исходят из предположения, что поведение человека однозначно определяется какими-либо факторами, чаще не осознаваемыми: внешним подкреплением, генетической предрасположенностью, неосознанными мотивами и пр. Те, кто исходит из веры в возможность сознательного выбора поведения, считаются ориентированными на свободу. В качестве примера теорий, в высокой степени ориентированных на постулат свободы, называются теории А. Адлера, А. Маслоу, К. Роджерса. Примером детерминистски ориентированных теорий служат теории З. Фрейда и Б. Ф. Скиннера.

2. Рациональность-иррациональность. В основе этой шкалы постулируемый тип управления поведением: разумом, когнитивными процессами или некими «подводными течениями». Очевидна тесная связь данной шкалы со шкалой «свободы – детерминизма». В обоих случаях речь идет о соотношении сознания и бессознательного в управлении поведением: в первом случае в отношении выбора целей, природы мотивации личности, во втором – в отношении определения тактики поведения, познавательных и регуляционных психических процессов. В качестве примера теорий, постулирующих рациональность поведения, выступают теории Г. Олпорта, А. Бандуры, Дж. А. Келли, А. Маслоу, К. Роджерса. К противоположному полюсу отнесена только теория Фрейда. Можно полагать, что к теориям, исходящим из предположения об иррациональных основах поведения, относятся и теория когнитивного диссонанса Фестингера, и ее более современные интерпретации (см.: Аронсон, 1984, с. 111–126) и когнитивные теории эмоций, и теория Курта Левина. Эти теории не рассматриваются в монографии Л. Хьелла и Д. Зиглера. Представляется спорным отнесение Олпорта к теоретикам, постулирующим рациональность поведения: диспозиции, определяющие поведение, как подчеркивается в той же монографии (Л. Хьелл, Д. Зиглер, 1998), Г. Олпорт рассматривал как заложенные в самой структуре личности психофизические системы непосредственно откликающиеся на соответствующие воздействия среды.

3. Холизм – элементаризм. Сторонники холистического положения утверждают, что поведение можно понять, только изучая личность как единое целое. Противоположная позиция предполагает изучение отдельных аспектов поведения. К «холистам» отнесены Адлер, Эриксон, Маслоу, Роджерс, к «элементаристам» – Скиннер.

4. Конституционализм-инвайронментализм. Среда или наследственность: что играет определяющую роль в становлении индивидуальности? К умеренным «конституционалистам» отнесены З. Фрейд, Дж. А. Келли, А. Маслоу, К. Роджерс. К «инвайронменталистам» – А. Бандура, Э. Эриксон, Скиннер. Обращает на себя внимание отсутствие авторов, которым Л. Хьелл и Д. Зиглер приписывали бы сильную приверженность к конституционализму. В соответствии с нашими представлениями, все теории, упоминаемые в данном контексте Хьеллом и Зиглером, как и вся западная психология личности в целом, основываются на представлениях о ведущем значении наследственности в становлении человеческой психики. Представляется, что вопрос «среды— наследственности» в нашем понимании здесь вообще вынесен за скобки: определяющее значение наследственности в становлении основных структурных компонентов личности, наследуемость видового шаблона структуры личности не подвергается сомнению в кругу теорий, рассматриваемых Л. Хьеллом и Д. Зиглером. Речь идет лишь о мере индивидуальной изменчивости в отношении общих свойств и об истоках этой изменчивости.

5. Изменяемостьнеизменность. Может ли изменяться основной склад личности в течение жизни? Являются ли те изменения в поведении, которые мы наблюдаем в течение жизни у себя и других людей, лишь поверхностными или отражают подлинную структурную перестройку личности? К сторонникам изменяемости личности причислены Э. Эриксон, Б. Ф. Скиннер, А. Бандура, А. Маслоу, К. Роджерс. К идеологам неизменности З. Фрейд и А. Адлер. Несомненна связь данной шкалы с предыдущей. Фактически речь идет о соотношении в личности наследственного и определяемого воспитанием, только под разным углом зрения: в первом случае мы рассматриваем определенный срез личности во времени, задаваясь вопросом, каково происхождение обнаруживаемых свойств, во втором – задаемся вопросом о возможности изменения существующих свойств с течением времени. Ответ на первый вопрос по сути содержит в себе ответ на второй.

6. Субъективность-объективность. Поведение человека определяется как объективными факторами внешней среды, так и субъективными особенностями его внутренних психических состояний и свойств. Данная шкала оценивает ориентированность теоретика на зависимость поведения от первого или от второго. Высокую оценку по шкале объективности получает Б. Ф. Скиннер, на субъективность ориентированы А. Адлер, Дж. А. Келли, А. Маслоу, К. Роджерс.

7. Проактивность – реактивность. Где следует искать истинные причины поведения человека? Следует ли рассматривать поведение как серию ответов на внешне стимулы, или истоки поступков коренятся в личности? Снова мы встречаемся со случаем, когда шкалы очень близки по смыслу – данная и предыдущая. Различаются вопросы, а не основания ответов. В обоих случаях речь идет о преобладающем влиянии на поведение внешних стимулов или внутренних побуждений. К сторонникам проактивности отнесены А. Адлер, Г. Олпорт, А. Маслоу, К. Роджерс. К авторам, исповедующим реактивность человека, отнесен Б. Ф. Скиннер.

8. Гомеостаз-гетеростаз. Это положение относится к природе мотивации человека. Движет ли индивидуумом прежде всего стремление уменьшить напряжение и сохранить состояние внутреннего равновесия, или основная его мотивация направлена на развитие, поиск новых стимулов и самореализацию? К сторонникам гомеостатической модели человека относится З. Фрейд. К сторонникам гетеростаза А. Адлер, Г. Олпорт, А. Маслоу, К. Роджерс.

9. Познаваемость-непознаваемость. Данная шкала позволяет оценить склонность того или иного теоретика к выходу за пределы строгой науки в своих построениях. Введение этой шкалы отражает внутренний кризис психологической науки, ее специфическое самосознание на грани науки и иных способов познания душевной жизни. К сторонникам познаваемости отнесены З. Фрейд, Б. Ф. Скиннер, А. Бандура. К сторонникам непознаваемости А. Адлер, А. Маслоу, К. Роджерс.

Попробуем убрать из предложенной Л. Хьеллом и Д. Зиглером системы шкал измерения, которые, как нам кажется, не относятся к категории аксиоматических положений о природе личности. В первую очередь следует убрать шкалу 9, «познаваемость-непознаваемость», которая характеризует скорее осознанность методологии автора какой-либо теории.

Шкалы 3 и 5 («холизм-элементаризм» и «изменяемость – неизменность»), по нашему мнению, также отражают не аксиоматические положения о природе человека, а предметное поле теории: позволяют разделить теории, обращенные к свойствам личности (собственно персонологические теории), и теории, обращенные к исследованию процессов, в которых личность рассматривается в ее связи с психическими процессами. Учитывая и «вынося за скобки» нашего анализа фактор предметной обращенности теорий к процессам или к свойствам, объединим следующие пары:

– шкалы 1 и 2 («Свобода – Детерминизм» и «Рациональность-Иррациональность»), различие между которыми как раз в обращенности шкалы 2 к процессам, а шкалы 1 – к свойствам, объединим единой шкалой «Сознание как основа личности и поведения – Бессознательное как основа личности и поведения».

– аналогичным образом объединим шкалы 6 и 7 («Субъективность-Объективность» и «Проактивность-Реактивность») в единую шкалу «Внешнее (взаимодействие со средой) как основа психики и ключ к ее пониманию – Внутреннее (субъективный опыт переживаний личности) как основа психики».

Таким образом, рассматриваемая система аксиоматических представлений о личности может быть сведена к трем шкалам:

– Среда-Наследственность (является источником индивидуального своеобразия);

– Сознание – Бессознательное (основной уровень управления поведением);

– Внешнее – Внутреннее (основа психической деятельности и предмет исследования психологии личности).

Напомним, что данная система шкал выявлена нами на основе анализа основных зарубежных теорий личности Л. Хьеллом и Д. Зиглером.

Интересная система биполярных шкал для сопоставления теорий зарубежной психологии и отечественной теории предложена В. Ф. Петренко в статье «Школа А. Н. Леонтьева в семантическом пространстве психологической мысли» (Петренко, 1999).

В итоговую таблицу шкал (или, как их называет автор, конструктов-оппозиций) вошли следующие:

1) Активность – Реактивность;

2) Наличие субъекта деятельности – Отсутствие субъекта деятельности;

3) Анализ по единицам (гештальтам) – Элементаризм;

4) Идея знаковой (культурной) опосредованности – Натуральная данность;

5) Эволюционизм – Неизменность;

6) Формализуемость – Неформализуемость;

7) Направленность исследований на механизмы психического— Обратное;

(Максимальные оценки по этому фактору приписываются, например, бихевиоризму, гештальтпсихологии, когнитивизму, минимальные получают гуманистическая психология и психоанализ.)

8) Направленность исследований на содержание сознания – Обратное;

(Максимально оцениваются гуманистическая психология, психоанализ, школа Келли, минимальную оценку получает бихевиоризм.)

9) Представление о психике как об особой реальности (нередуцируемость психики) – Обратное;

(Максимально выражено в школе Пиаже, гуманистической психологии, психоанализе; минимально присуще бихевиоризму.)

10) Идея самореализации – Обратное;

(Максимально выражено в гуманитсической психологии, минимально – в бихевиоризме, гештальтпсихологии и пр.)

11) Направленность исследований на познавательные процессы;

12) Направленность исследований на личность;

13) Находит применение в педагогике;

14) Находит применение в психотерапии;

15) Находит применение в исследованиях социума;

16) Находит применение в инженерной психологии.

В. Ф. Петренко проводит в цитируемой статье сравнение теорий по целому комплексу особенностей, не только в отношении имплицитных представлений о природе личности, положенных в их основу. Отбросим те шкалы, которые не относятся к аксиоматическим представлениям о личности: 7, 8, 9, 11, 12, 13, 14, 15, 16. Добавим шкалу «Внешняя активность как основа психики – Обращенность к внутренней жизни», которую автор называет в тексте, но не включает в таблицу конструктов-оппозиций. Полученная система шкал оказывается в достаточной степени подобной исходной системе шкал Л. Хьелла и Д. Зиглера.

В результате факторного анализа оценок психологических школ по выделенным конструктам В. Ф. Петренко построил трехмерное (но не ортогональное) семантическое пространство.

Первый выделенный им фактор был назван фактором активности, произвольности субъекта деятельности. По своему содержанию он представляется нам подобным фактору «Сознание-БесЯрошевскогосознательное», выделенному нами на основе анализа шкал Хьелла и Зиглера. Оставшиеся два фактора, «Ориентированность на исследования личности – Ориентированность на исследование познавательных процессов» и «Формализуемость», относятся к особенностям психологических школ, выходящим за рамки аксиоматических представлений о личности.

Таблица 1

Системы шкал, по В. Ф. Петренко и Л. Хьеллу, Д. Зиглеру

Вернемся к выделенной в нашей работе системе конструктов-оппозиций (термин В. Ф. Петренко). В рамках отношения к биосоциальной проблеме это дихотомии «Наследственность-Среда», «Коллективизм-Индивидуализм», «Свобода-Необходимость».

Шкала «Наследственность-Среда» присутствует в системе Хьелла и Зиглера. Ее выявленность, очевидность, объясняется тем, что социальный заказ, формирующий позицию школы, здесь возникает как некое раздвоение единого, раскол общности на враждующие группы, поскольку речь идет о сохранении стабильности в обществе или революционных переменах. Этот заказ также очень динамичен. На протяжении ХХ в., когда складывались рассматриваемые теории личности, и в западных странах, и в России можно отметить смену тенденций от направленности к революционным переменам на тенденцию к стабилизации, что находило свое выражение в позиции школ по отношению к вопросу о влиянии среды и наследственности на структуру личности. Основы отечественной биосоциальной теории, как и основных классических зарубежных школ, создавались в первой трети ХХ в., в период революций. В процессе дальнейшего развития советского общества в послевоенный уже период, когда идеи мировой революции утратили актуальность и социальный заказ сместился в сторону стабилизации общества, возникает тенденция к биологизации человека, выражением которой стала известная павловская сессия Академии наук.

Дихотомия «среда-наследственность» на всем протяжении развития психологической науки включена в поле самосознания науки и является постоянным предметом дискуссий.

По-иному обстоит дело с двумя прочими дихотомиями. Противопоставление «коллективизм-индивидуализм» характеризует глубинные ценностные ориентации той или иной культуры. Оно не так часто обращает на себя внимание и служит предметом дискуссий людей в целом и ученых психологов, так как определенная аксиоматическая позиция по данному вопросу обычно разделяется всеми, принадлежащими к какой-либо общности, и редко подвергается сомнению. Соответствующие представления можно отнести к сфере «подсознательного» психологических школ. В данном случае имеет место проявление особенностей того, что в социальной психологии называют имплицитной моделью личности. К этой же сфере относится и дихотомия «Свобода-Необходимость».

Таким образом, наш анализ позволяет предложить в качестве основания для оценки и описания теорий личности систему следующих дихотомических шкал-категорий, характеризующих аксиоматические представления авторов о природе личности:

Система основных парных категорий, раскрывающих аксиоматические представления авторов теорий о природе человека

– Среда и Наследственность (при выделении главного фактора, определяющего формирование человека);

– Внешнее и Внутреннее (при выделении психики как субъективной реальности);

– Индивидуализм и Коллективизм (при выделении базовых человеческих ценностей);