Сын природы (СИ)

Коль желаешь, расскажу…

Припомнив, что лесник из бессмертной классики Короля и Шута тоже водил дружбу с волками, я стал улыбаться ещё шире. Конечно стариком меня не назвать, жаль, но ружья у меня нет, а скармливать людей зверью я не намерен, но общие черты у нас с этим персонажем определённо были. Что же касается людей, то они как раз обычно портят мне настроение тем, что ведут себя хуже зверей. Мы, волки, крайне редко убиваем друг друга даже в борьбе за территорию, а для двуногих подобное в порядке вещей. Я, в чём-то более зверь, чем человек, не посчитал правильным резать сдавшихся наёмников, которые шли немножко проредить представителей своего вида, а мирные жители деревни в итоге убили их всех до одного без всякой рефлексии. Порой мне кажется, что с нашим биологическим видом что-то системно не так, а мысль о том, что мы вроде как созданы по образу и подобию бога, который реально может существовать, пугает. Уж больно жестокий получается небожитель, такому как раз в пору великие потопы и огненные дожди устраивать.

Продолжив путь не смотря на мою погружённость в свои мысли, мы приметили несколько удобных мест для засад, были и такие уголки, где потом будет комфортно располагаться на ночлег. К моему удивлению встретилась нам и довольно высокая скала, которую с большого расстояния было невозможно разглядеть из-за деревьев. Забрался я на неё в одиночку, всё таки волчьи лапы не слишком приспособлены для скалолазания. Зато поделился с братьями и сестрой мыслеобразами открывшегося мне вида. Стоя на вершине я был в восторге от картины зелёного моря, окружавшего меня, оно было прекрасно той первозданной красотой природы, которая не может не очаровывать. Мои лохматые родичи не могли со мной не согласиться и кажется даже немножко завидовали, что я вижу это своими глазами. Что поделать, у бытия двуногим есть не только минусы, но и плюсы, кто бы что из четвероногих не думал. Ну а я кажется нашёл отличное место для медитаций, которыми по прежнему старался не пренебрегать, хотя и не всегда получалось.

После обхода территории началась в чём-то привычная жизнь, хотя приходилось оставаться настороже. Наши серые знакомые попытались подвинуть медведя, заняв его место, но не преуспели, мишка их подрал, хотя и не без урона для себя. Отлежавшись и подлечившись, он сам попробовал порешать вопрос с тигром, но тоже без успеха, так что просто остался на своём месте. Правда, ушлёпок косолапый, попробовал двинуться к нам, чтобы отжать кусочек нашей территории для расширения своей, но наткнулся уже на наш отпор.

Мы может и не самые сильные ребята, зато неплохо дополняем друг друга и действуем слажено. Благодаря своей скорости мне удалось поизматывать медведя бегом, а потом мы его коллективно потрепали, заставив отступить. Нас он тоже подрал, но благодаря маленькому фокусу с целительной Кив, уже на следующий день мы пришли к нему и заявили права на кусочек его земли. Мишка отлежаться толком не успел, а потому поревел, поревел, да уступил. Требовали мы не сказать что много, но спускать наезд тоже не были намерены. Ибо нечего.

Тигр на северо-западе никуда двигаться не стал, а вот дракон вполне успешно навалял конкуренту, как ни странно тоже дракону. Жаль, что не удалось посмотреть на их драку и судить о ней получалось только по ранам, которые заживали на рептилии. Не знаю как победитель, а проигравшего подрали знатно. Впрочем заростало на нём всё феноменально быстро… Не гидра, но тоже ничего себе.

Большой Ги же напомнил нам о себе как раз когда мы были относительно не далеко от реки. Даже обычному человеку трудно было бы не услышать рычание девяти глоток, громкое шипение одной и мощные удары по воде, что уж о нас говорить. Переглянувшись, мы поспешили на шум. Во-первых нас вело любопытство, которое присуще всем разумным существам. А во-вторых желание прикончить змею, если у нас вдруг появится такая возможность. В другой ситуации нападение на коллегу-хищника было бы дурным тоном, обычно все давали соседям хоть немного прийти в себя. Но в каждом правиле есть исключения. Таковым была заявка на второй раунд с медведем на следующий же день, потому что мы тоже получили раны. Просто восстановились быстрее. Исключение все мы видели и в том, чтобы убить хищника, который считает нормой жрать нас, как обычную добычу. Тут уж как аукнется, так и откликнется.

Как мы ни спешили, но прибыли уже к самой развязке. Гидра и змея сцепились на мелководье в жестокой борьбе, подходящей к концу. Подколодная тварь обвила Большого Ги, подобно питону или анаконде, стремясь удушить и раздавить, переломав своим телом все кости в чужом, но то ли не учла, что девять голов это довольно много, то ли ей просто не хватило ловкости. Три шеи гидры оказались достаточно свободны, чтобы пасти на них вцепились в глотку змее. Перегрыз её Большой Ги быстрее, чем его убили, сделав последние движения зубастыми челюстями уже на наших глазах.

Только вот дела у него всё равно были неважнецкие. Он всё ещё был оплетён змеиным телом, которое похоже переломало ему часть рёбер и мешало дышать, но главное что-то происходило с его Кив. Похоже я не ошибся, когда при прошлой нашей встрече подумал, что зубки змеюки более соответствуют её ядовитым родичам с земли, чем питонам. Что тут сказать, если какая-то тварь отвратительна, она обычно отвратительна во всём.

Пока мы обозревали открывшуюся нам на мелководье картину, гидра смотрел на нас. От отравленного зверя пришёл мыслеобраз-предостережение, что сил на нашу стаю ему ещё хватит, особенно если полезем в воду. Серый на это ответил насмешкой, сообщая, что мы не какие-то там рептилии и добивание раненых победителей не наш метод. Я от себя добавил, что мы всегда были добрыми соседями, которым по большому счёту нечего делить, волкам не нужны болота, а гидрам не уютно в лесу.

«Сказав» это, я обратился к вожаку, сообщая, что мы могли бы даже помочь Большому Ги. Серый, как и Лизь с Рыжей, разом повернулись ко мне, выражая недоумение. Концепция помощи хищникам других видов казалась им мягко говоря странной и глупой.

— Да ладно — хмыкнул на это я, указав на мелководье — Мы с ним не один год бок о бок прожили и горя не знали, а эта тварь тут же попыталась на нас поохотиться. Помрёт Большой Ги тут от яда и что делать будем, ждать очередную змею, не ходя к речке на водопой?

Рассмотрев дело с такого угла зрения, Серый несколько задумался, но всё равно отправил сначала в ответ колкость о моей любви поплавать в реке. Грешок такой у меня действительно был, плавание я уважал, как впрочем и мидий, о которых тут же напомнил Лизь. Рыжая тему еды из воды поддержала. Будучи девочкой прагматичной, сестра указала, что мы могли бы потребовать за свою помощь как минимум часть змеи. Кив в ней много, мяса тоже, да и неплохо бы сожрать ту тварь, которая посчитала нас своей добычей. Серый слегка рыкнул, что можно было бы перевести на человеческие жесты, как взмах рукой. Мол хрен с вами, охота возиться, возитесь. Ну да, вожак у нас довольно либерален, хотя статус блюдёт. Потому я собственно и спрашивал у него разрешение на то чтобы помочь гидре, без такового с инициативой лучше было не лезть. Нафиг не надо, чтоб мне моё место в стае напоминали.

Однако получив добро, я мог со спокойной душой отправит Большому Ги мыслеобраз того, как мы помогаем ему выбраться из колец змеи, а потом я его подлечиваю. Регенерация у гидр выше всяких похвал, мы о такой можем только мечтать, даже с появлением возможности исцелять стаю вряд ли кому-то из нас светит заново отрастить потерянную конечность. Но похоже с ядом всё было не сказать чтобы очень просто. Кив в теле нашего соседа была тусклой и мутной, да и раны от укусов пока что не спешили переставать кровоточить. Плату же мы хотели довольно умеренную. Половину змеиного мяса и всю её шкуру.

Большой Ги колебался не долго, видимо ему действительно было чрезвычайно паршиво. От него пришёл ответный мыслеобраз настороженного согласия, который как всегда был как бы один, но одновременно в девяти экземплярах. Несколько голов сразу похоже накладывали свой отпечаток на его сознание, но при этом оно у него было всё таки одно. И судя по всему ситуация его пугала. Могу его понять, если бы с моей энергией внутри тела творилась непонятная х#рня, которая пытается меня убить, я бы тоже испытывал нешуточный страх.

Начать мы решили с разматывания колец змеи. Работать на мелководье было тяжеловато и неудобно, но к счастью удалось управиться относительно быстро. А вот гидре становилось хуже, могучая регенерация проигрывала неведомой дряни из змеиных клыков. Большой Ги даже не смог выбраться на берег, так что мне пришлось сесть в воду по шею, положив порезанную руку над одной из его ран.

Иметь контакт с кровью, в которой гуляет яд было стрёмно, но именно моя алая жидкость текла сверху вниз и я надеялся что неведомая дрянь не переползёт ко мне, наплевав на гравитацию. Как оказалось зря. Пока кровь оставалась просто кровью всё было нормально, но как только я превратил её в проводник целительной энергии, яд попытался пролезть в обратную сторону. Пришлось резко отдёрнуть руку.

— Чем больше узнаю о змеях, тем больше хочу себе чешуйчатых ковриков — скривился я, а потом начал нагнетать в себе максимальный объём целительной Кив.

Яду, чтобы добраться до меня нужна пара секунд, к тому же по своеобразному энергетическому мосту он как будто шёл, преодолевая сопротивление потока. На этом я и решил сыграть, выдавая нужную Кив короткими, но максимально сильными импульсами. Это будут не гидроудары конечно, но тоже должно сработать.

В целом так и получилось. Во второй раз я выплеснул энергию, которая заставила Кив гидры стать вокруг раны чуть светлее и ярче, продержал поток с секунду, а затем снова отдёрнул руку. Ги внимательно следил своими глазами на разных головах за моими действиями, но пока ничего не комментировал. Я же, нащупав рабочую методику, продолжил изображать доктора Айболита. Секунда передачи исцеляющей энергии, отдёргивание руки с осмотром результата и проверкой собственных корней Кив на предмет неучтённой дряни, снова секунда передачи энергии. И так пот кругу раз за разом, благо результат моих действий пусть и очень медленно, но становился заметен, что давало уверенность в успехе. А ещё меня очень мотивировала перспектива сожрать печень твари, которая хотела сожрать меня. И коврик из её шкуры конечно. Это одеть волчью шубу или человеческую кожу я бы никогда не захотел, но вот для таких тварей стать предметом обихода самое оно.

Интерлюдия 2

— Благодарю, почтенный — проговорил Эсуф, низко поклонившись десятнику стражи, после того как тот принял у него монеты.

— Всегда пожалуйста — хмыкнул воин и утратил интерес к купцу, чему тот был несказанно рад.

Не смотря на весь опыт ему было сложновато держать на лице в должной мере подобострастное выражение и изливать из рта словесную патоку, когда приходится расставаться с деньгами подобным образом. Одно дело потратить их на какой-то товар, который в будущем принесёт прибыль. Эсуф был купцом и отлично знал, что прежде чем заработать деньги их сначала нужно потратить. На то, чем будешь торговать, на телеги, на лошадей, на зарплату возниц и охраны, а так же на их еду в пути и на многое другое. Это было нормально. Нормальным было так же платить налоги, на которые будут ремонтировать мосты на дорогах, по которым в свою очередь проедут его телеги, а так же выплатят жалование стражникам, поддерживающим порядок в городах и ополченцам, не дающим всякому отребью шалить на дорогах.

Но в этот раз шалила сама стража, требуя кроме налога чиновнику отстёгивать монеты и ей, чтобы не лишится товара и не угодить в холодную камеру. Может быть кто-то наивный на месте купца бы мог и повозмущаться, но Эсув точно знал, что совершить подобное вполне в силах блюстителей закона и за ними не заржавеет подкинуть в товары что-то такое, за что можно и на плаху угодить, как торговцу ядами без должного разрешения или скупщику краденного, если подбросят что-то прежде изъятое у городских воров. Ситуация было не приятной, но к сожалению не удивительной. Особенно для нынешнего времени.

Подобные явления в Тибцэне в последние годы цвели всё более пышным цветом. Люди поговаривали, что Его королевское величество стал совсем стар и слаб, а потому его министры в славном Яване забирают себе всё больше власти и привилегий. Как известно рыба гниёт с головы и до самого хвоста. Вот и эти самые хвосты тоже всё больше наглеют, не боясь начальственного гнева. Да и какой гнев, если тот же сотник рыночной стражи наверняка тоже в доле? Так что в относительной безопасности от поборов себя могли чувствовать разве что те купцы, которые были на короткой ноге с местными феодалами. Хотя это тоже не было гарантией неприкосновенности. Власть королевских чиновников стала немного меньше на окраинах страны, но тем не менее спорить с ними слишком рьяно пока опасались. Поднять руку на слугу короля это почти тоже самое, что поднять руку на него самого. После такого можно распрощаться с головой и никакой дворянский титул не спасёт.

Эсуф мысленно хмыкнул. Не так давно один княжеский род королевские войска вырезали, но Шистэви дрались отчаянно, забрав с собой на тот свет не так уж и мало своих врагов. Королевская гвардия не надорвалась конечно, иначе бы удельные князья уже могли бы выбирать нового короля. Но её проредили достаточно, чтобы правители княжеств не присмирели, а начали потихоньку наглеть. К тому же цены на оружие в их землях взлетели, из чего купец сделал вывод, что в государстве ожидаются большие потрясения. Он конечно не был вхож в высокие дворцы знати, но ему было известно, что однозначного наследника у короля нет. Если же таковой не определится до смерти нынешнего монарха, то быть войне за трон. Не нужно быть мудрым монахом, постигшим все тайны мироздания, чтобы понять, что прольются реки крови, соседи наверняка отхватят пару кусков земли по окраинам Тибцэна, тоже перебив не мало народу, а торговля придёт в запустение.

Потому Эсув и принял решение двинуться на север страны. Из соседей тут были только дикие звери, а значит никто не мог перейти границу, чтобы пройти по земле Тибцена огнём и мечом. Удельного князя, который мог бы влезть в борьбу за власть, проиграть и подвергнуть свои земли разорению тоже близко не наблюдалось, тот жил южнее. Самый же север был заселён относительно недавно и наделы здесь чаще всего выдавались представителям младших ветвей знатных родов, которые сделали карьеру в королевской гвардии. Правда лет сто назад экспансия государства наткнулась на Смертолесье, куда в пору не селить людей, а отправлять войска для защиты гордых обладателей новых земельных наделов.

В результате север страны стал довольно противоречивым местом. Мелкие дворяне были потомками государевых воинов, но короли уже довольно давно не одаривали их своими милостями и не слишком любили подпирающего их с юга самого северного удельного князя, хотя и низко кланялись ему. Торговля с центральными провинциями шла не шатко не валко, урожая на севере были хуже, чем на юге, железа добывалось мало, хватало дерева, но вести его далеко было не рентабельно, можно взять и поближе. Пожалуй единственными товарами, на которых местные хорошо зарабатывали были шкуры зверей и алхимические ингредиенты. На них и польстился Эсуф.

Купец решил осмотреться на севере, прикупить товару и наладить свой небольшой торговый маршрут к ближайшей центральной провинции. То есть потихоньку возить товары, а когда полыхнёт отсидеться в захолустье. Это был довольно разумный план с неплохими перспективами. Тем более что войны были не вечны, но приводили в запустение не только торговлю, но и поля. Когда буча в центре государства так или иначе закончится те же северные зерно и рис будут в цене, благо этот медвежий угол не должен был быть затронут какими-либо серьёзными потрясениями.

Однако человек предполагает, а Небо располагает. Король всё не умирал, война за трон, которой ждал Эсуф не начиналась, так что он начал сомневаться во всей своей затее, думая, что испугался собственной тени. Даже размышлял не вернуться ли к торговле в центральных провинциях, благо за пару лет его связи и контакты ещё не потеряли актуальность. Но мех обитателей Смертолесья приносил вполне неплохой барыш, так что размышления оставались размышлениями. Однако беда пришла оттуда, откуда купец её ждал пожалуй меньше всего, имея надёжную охрану, способную справится и со зверем с окраины волшебного леса, и с лихими людьми.

Бандиты, которые напали на его караван оказались слишком сильны и хорошо подготовлены. Все охранники погибли почти мгновенно, а сам купец оказался в плену и готовился расстаться с жизнью. Порой от разбойников на лесной дороге можно откупиться, но это явно был не тот случай, к разговорам эти лиходеи точно не были предрасположены. Порой торговцы могут надеяться, что от их семьи потребуют выкуп, но жена и сын Эсуфа путешествовали с ним, а своих родителей он уже схоронил. Однако случилось чудо.

В предрассветные часы по болотному острову, где бандиты устроили свой лагерь, промелькнула тень и главарь с одним из своих старших подчинённых, сидящие у костра, умерли, не успев встать. После того, как тень пролетела по лагерю лиходеев во второй раз, на землю упали оставшиеся маги отряда. Выжившие разбойники стали поминать лесных демонов и купец был более чем готов с ними согласиться. Особенно когда перед перепуганными людьми появился маленький дикарь, который заговорил голосом, подобным скрежетанию металлом по стеклу.

Ох и натерпелся страху Эсуф в следующие минуты, даже то, что его освободили от пут не вселило в него смелость. Особенно когда дикарь собрался приносить человеческую жертву своим демоническим хозяевам! Купец мало знал о тех, кто служит силам из-за кромки мира, но то что он слышал заставляло дрожать коленки. Трудно не испытывать липкий ужас перед теми, кто может сделать так, что погибнет не твоё тело, а бессмертная душа!

Так что поначалу слова Ромула о том, что никакой он не слуга демонов и вообще срать он на них хотел, а пленный маг просто наивный дурачок, верящий всему, что ему говорят, торговца мало убедили. Он чётко и быстро выполнял любые пожелания своего нового пленителя и отвечал на любые его вопросы максимально честно, ведь понимал, что отсутствие верёвок на руках ничего не значит. У него с женой и возницами всё равно нет ни единого шанса на то, чтобы убить дикаря и ещё меньше возможностей скрыться от него в лесу. Так что Эсуф просто покорился судьбе. Кто вообще мог предположить, что Ромул действительно настолько отморожен, что может шутить демонами⁈

Однако выяснилось, что спаситель купца на подобное был более чем способен. Он вообще как-то демонстративно плевал и на богов на Небесах и на их извечных противников, изгнанных из мира, не почитая ни тех ни других. А может просто вообще не верил в их существование, потому как являлся более лесным зверем, чем человеком. Раньше Эсуф конечно только посмеялся бы над тем, кто настолько безумен, что не верит в высшие силы, потому что не верить в них невозможно. Но в отношении спасителя его семьи слово невозможно как будто пасовало.

Невозможно будучи ребёнком стоять на шестой ступени Лестницы в Небеса. Но Ромул стоял и не видел в этом ничего странного. Невозможно вообще подняться выше первой ступеньки без учителя и знаний, но маленький дикарь об этом нигде не слышал, а потому взял и поднялся. Невозможно жить в Смертолесь среди зверей, которые воспринимают человека исключительно как пищу, но его спаситель жил так столько, сколько себя помнит. Невозможно вырасти среди самых жестоких созданий в мире, но проявить к врагам милосердие, но он не стал убивать наёмников. Невозможно будучи ребёнком рассуждать, как зрелый муж и одновременно поступать вопреки логике и собственной выгоде, но у Ромула это вполне получалось. Невозможно обладать настолько огромной силой и разговаривать как с равными с теми, кто несоизмеримо слабее тебя, но и в этом ребёнок Смертолесья не видел ничего сложного. Невозможно взять и отказаться от всего имущества купца, которое принадлежит тебе как честный трофей, проявив воистину божественную щедрость, но именно так Ромул и сделал. Порой купцу вообще казалось, что кто-то из богов решил ради шутки поиздеваться над мирозданием и создал существо, всем своим естеством призванное нарушать его законы.

Но среди множество «невозможно», которые были связанны с Ромулом, купец углядел несколько таких, которые могли принести ему выгоду воистину достоянную Неба. Ромул не испытывал никаких трудностей с тем, чтобы просто пойти в Смертолесье и принести те же цветы Алой Виридии, за которыми в любой другой ситуации отправился бы элитный отряд наёмников, стоящий баснословных денег. И мог вернуться ни с чем, оставив себе задаток. Или просто не вернуться, Смертолесье ведь не на пустом месте так получило своё название.

Когда купец узнал о том, какие травы ребёнок приносит старой деревенской знахарке за еду и уроки стрельбы из лука, купец вдруг понял, что готов работать с ним, даже если Ромул всё таки слуга демонов или один из них во плоти. В конце концов он его спас и ничего не потребовал в замен, а значит демоны не так плохи, как о них рассказывают жрецы богов!

А потому Эсуф с радостью и огромным энтузиазмом принялся исполнять просьбу своего спасителя о продаже оружия. Пришлось правда пешком отправится в Сэмфатэне для покупки лошадей, но ноги купца как будто забыли, что их хозяину хорошо за сорок. Приобретя же транспорт, пусть и изрядно переплатив, его удалось быстро перегнать в Речнолеску и отправиться в дальнейший путь. Купец вынужден был проявлять осторожность, останавливаясь в других деревнях и вести обычную торговлю, опасаясь что тэн, нанявший солдат удачи, не отступит от своих планов и его действия могут задеть даже заезжего торговца. От каждого дня задержки Эсуф страдал, но мужественно держал себя в руках, ведь поручение должно было быть выполнено не только как можно быстрее, но и как можно лучше. Насколько он понял Ромула, тот не то что не любил словесные кружева с сладкую патоку речей, на которую так падки другие маги, он их просто не воспринимал, наоборот раздражаясь. То есть вновь делал не то, что ему положено, а поступал ровно наоборот. Зато судил по делам, что было одной из немногих его черт, которая была привычна и понятна. Так что купец твёрдо был намерен сделать своё собственное дело максимально хорошо, чтобы завоевать расположение своего будущего поставщика.

Потому, не смотря на внутренние переживания, он был как никогда угодлив со стражниками, добр со своими возницами, внимателен к лошадям и осторожен с продажей товара. Оружие и снаряжение бывших наёмников, которые ныне лежат в земле, удобряя её, были не тем, что стоит выкладывать на общий прилавок. Так что Эсуф мудро продал часть острых железок двум знакомым кузнецам Дэлрэма, в который приехал, не желая вновь показываться в Сэмфатэне, близком к земле тэна Лэномы, тем паче с таким грузом. А большую часть броней, включая облачение главаря, вовсе сбыл своему коллеге, который ныне ехал в центральные провинции. Барыш получился не таким большим, как при розничной торговле, но зато всё удалось сделать быстро и тихо, для прикрытия расторговавшись мехом, купленным у охотников. Весенний торг ещё не начался и нашлись желающие приобрести товар, придерживаемый в деревнях, раньше срока. Тем более что цены Эсуф не ломил, его сейчас интересовал совершенно другой куш.

Отдав взятку стражникам с заработанного купец наконец-то оказался свободен и отправился со своим караваном в обратный путь. Путешествие проходило на удивление спокойно, дороги были довольно свободны, ведь до весеннего торга было более чем достаточно времени, а трое новых охранников внушали Эсуфу должную уверенность в безопасности.

На удачу торговца, в Дэлрэме ему удалось найти команду, состоящую из воздушника, огневика и водника. Тройки из бойца ближнего боя, его коллеги, специализирующемся на дальнем и лучника, способного подлатать товарищей после драки считались классикой. Эфрим, лидер небольшой компании, стоял на третьей ступени Лестницы и был бывшим полусотником ополчения, который отчаялся ждать возможности выслужить благородный титул или продвинуться по службе дальше, а потому ушёл в отставку, сманив двух своих ближайших подчинённых, десятников Арэла и Кэпра, стоящих на вторых ступенях искусства огня и воды соответственно. К сожалению раз за разом находились молодые аристократы, которые занимали места сотника образцового подразделения, в которым на деле поддерживал порядок и командовал их заместитель.

В торговом городке трое бывших сослуживцев прикидывали куда им двинуться дальше, в охрану купцов, на службу к какому-нибудь из тэнов или попытать счастье, добывая что-то в Смертолесье и склонялись к последнему варианту. Однако разговорившись с худым, но жилистым седым воином, а так же двумя его товарищами, которые имели чуть менее обветренные лица и волосы пока что в основном сохранившие чёрный цвет, Эсуф сумел убедить их принять своё предложение. В конце концов он ехал на самую границу Смертолесья, а найм был всего на пол года. Распробуют охрану — останутся дальше. Нет? Ну как минимум присмотрятся к месту, где хотят поработать и людям, которые живут рядом с ним. У купца было искушение рассказать прямо в таверне ветеранам и о возможности пообщаться с человеком, который живёт там, куда они хотят опрометчиво сунуться, но он знал, что не о всём стоит трепаться, не со всеми и не везде.

Однако когда большая часть пути осталась позади, торговец подвесил над костром небольшой чайник с чаем и попросил одного из возниц пригласить охранников на разговор. Те не замедлили явится.

— Доброго вечера, почтенный Эсуф — поприветствовал его Эфрим, садясь у огня. Его подчинённые ограничились короткими поклонами.

— И вам, почтенные — кивнул им в ответ купец, склонив голову несколько ниже, чем гости. Он был их нанимателем, но в отличии от него, они были магами, что вносило некоторые нюансы в их взаимоотношения. Из-за них же он лично разливал им чай, не поручив это дело даже своей жене — Угощайтесь.

— Благодарим — хмыкнул Арэл, беря предложенную чашку, от чего его командир немного скривился, но ничего не сказал. Шабутной характер огневиков был общеизвестен, так что Эфрим видимо смирился, что его бывший десятник неспособен сидеть и молчать, пока его старшие товарищи что-то обсуждают — Чего звали?

— Есть одна тема, которую я хочу с вами обсудить. Она касается моего возможного будущего делового партнёра и человека, который знает Смертолесье вероятно лучше, чем кто-либо другой.

— Мы все в внимании — кивнул глава наёмников, глянув на подчинённого страшными глазами. Огневик после этого начал изображать лицом безэмоциональный кирпич.

— Дело в том, что Ромул, как его зовут, спас меня от наёмников, которые решили свернуть на кривую дорожку грабежа. Я ему очень благодарен и хотел бы произвести на него хорошее впечатление перед тем, как предложу партнёрство при нашей новой встрече. Тем более что он может принести из леса такие травы, за которые алхимики не то что золото, собственные руки отдадут. К тому же он стоит на шестой ступени Лестницы Ветра и мне бы очень не хотелось, если бы между вами произошло… недопонимание — подобрал торговец слово после небольшой заминки.

— Можете на нас рассчитывать. Уж что-что, а всяких благородных мы на службе повидали, когда надо правильно кланяться умеем — пожал плечами Эфрим, не совсем понимая в чём проблема — Или этот требует чего-то особенного?

— Да нет. Во-первых Ромул не один из благородных господ, а во-вторых он предпочитает общаться на равных даже с простолюдинами, которые не владеют Кив. Так что элементарного уважения будет более чем достаточно.

— Хм, не благородный на шестой ступени? — несколько поднялись брови бывшего полусотника — И он ходит в лес за травами вместо того, чтобы пойти на службу и добиться титула?

— Не ходит, друг мой — ответил купец, отхлебнув чая и неожиданно поняв, что ему доставляет странное удовольствие видеть, как Ромул заставляет трещать картину мира не в его собственной голове, а в чьей-то чужой — Он живёт там далеко на севере и лишь время от времени наведывается к своей бабушке в деревню. На Старую Эну кстати тоже было бы не дурно произвести хорошее впечатление, всё таки какое-то влияние на внука она имеет…

Глава 22

Утро пролило на лес золотистый свет солнца, окрасив всё в яркие цвета и заставляя предрассветную росу начать блестеть на листьях. А я проснулся, умылся в реке, поправив новую набедренную повязку на самом дорогом и начал складывать в котомку, в которой носил голову неудачливого наёмника, шкуру тигра. Пылесборник был здоровый и тонко намекал мне, что нельзя просто так взять и впихнуть невпихуемое, заставляя вспоминать слова на великом и могучем языке северной страны медведей и балалаек.

Сезон борьбы за территорию прошёл для нашей стаи вполне успешно, мы продвинулись в более богатые места, а потом отбились от соседей, пожелавших проверить нас на прочность, а так же решили проблему со змеёй, которая не понимала всей глубины выгоды от джентельменского отношения к другим хищникам… Ну точнее Большой Ги её грохнул, но это уже детали, главное, что у меня появился мой новый коврик, на котором очень хорошо медитируется на вершине скалы.

Хотя забывать о том, что гидра теперь стал относиться к нам ещё лояльнее не стоит. Всё таки иметь такого соседа весьма приятно. Он даже не был против, если я по мелочи буду прихватывать цветы и травы с его болота, что как ни крути серьёзная заявка уже на союз. Членом стаи ему не быть, но рассчитывать на помощь в случае, если с ним опять случится что-то, что будет сильнее его регенерации, он более чем может. Было бы совсем идеально подписать его на бой с земным драконом в следующем сезоне, но это уже нечто, что выходит за рамки честной игры. Так можно и до уровня подколодной твари опустится.

Само исцеление гидры, когда он отгрыз змее голову, заняло почти сутки. Яд оказался уж очень стойким, я раз за разом вливал в тело Большого Ги очищенную энергию, та немного разбавляло муть в его Кив, но та сдавала позиции очень не надолго. Лишь спустя многие часы естественная регенерация нашего соседа оказалась способна сделать процесс исцеления устойчивым, до тех пор он нуждался в аналоге искусственного жизнеобеспечения. Впрочем кого-то без регенерации я бы не вылечил вовсе, одно дело бросить небольшой груз граммов в сто на чаши весов, где уже лежит по паре килограмм, другое пытаться перевесить оные два кило одной двадцатой их веса.

После смерти змеи сезон для нас прошёл относительно спокойно, до нашей территории дошёл только один раненный медведь, который видимо был откуда-то изгнан, умудрился обломать зубы о своего южного соседа, а потом ещё и не пошёл дальше на юг, предпочтя поискать землю в имеющейся широте. Но тоже неудачно. Для меня же оставалось тайной, почему хищники Смертолесья так не желают сдвигаться южнее, когда их кто-то побеждает. Казалось бы ну отойди ты по краям охотничьих угодий дальше на юг, где тебя уже не смогут победить, займи место под солнцем, наберись сил и продолжи путь на север. Кив в мясе добычи конечно будет поменьше, но тем не менее она будет. Почесав репу я даже предположил, что звери не могут отказаться от высокой концентрации энергии, как от наркотика, но практика показала, что вполне могут. Наша стая примеров не видела, но при большом Ги один дракон земли ушёл на три территории южнее, а потом вполне успешно продолжил путь, ничего с ним не случилось. В ходе того же разговора кстати выяснилось, что Большой Ги, будучи рептилией растёт в силе медленнее млекопитающих, обычно продвигаясь к северу неспешнее, но в последние годы ему везло и от нашей стаи он не отставал.

Размышления о успешно пережитой весне меня немного успокоили, но чёртова шкура так и не запихнулась, как я не старался. В итоге в объемной котомке оказались тигриная задница с хвостом и часть его торса с задними лапами, остальное торчало наверху. Пришлось навьючивать котомку в таком виде и вязать шкуру передних лап вокруг шеи.

Было не слишком удобно, хотя по логике вещей мех небесного зверя не самой малой ступени являлся неплохой защитой для места, где проходят пожалуй самые важные сосуды. Однако как всегда были нюансы. От кого южнее это защита хорошая, а от того же земляного дракона уже фигня фигнёй. Этот варан-переросток даже не заметит подобной преграды перед моей плотью, потому что шкура со смертью хозяина потеряла часть своих свойств. Но зато её можно выгодно продать, что я и собирался сделать. Жаль, но с защитой вообще было довольно грустно. А так я бы с удовольствием приобрёл бы для братьев в сестрой шипастые ошейники из Кив-проводящего металла и не важно сколько и чего придётся припереть людям из леса. Только вот хтонический сплав в продаже так просто фиг найдёшь. А обычную сталь даже южный леопард пережуёт без значимых усилий, может только дёсны оцарапает о острые шипы, да и то не сильно.

Проверяя надёжность крепления поклажи, я попрыгал на месте, вроде ничего не болталось. Серый, Лизь и Рыжая посмотрели на мои действия с немым укором, а кое кто даже прикрыл лапой морду, копируя мой фэйспалм от чтения свитков по магии. Я хмыкнул:

— Да-да-да, глупый двуногий опять занимается какой-то глупой фигнёй. Не скучайте тут.

От семьи пришло пожелание скорейшего возвращения, я махнул рукой и сорвался в стремительный бег. Многое можно сказать о плюсах владения магией. Это и богатырское здоровье, и огромная живучесть, и возможность кидать молнии направо и налево, но я больше всего кайфовал именно от скорости. Может какому-нибудь пилоту истребителя, для которого всё что движется медленнее скорости звука кажется родственником черепахи Тортиллы, мой бег и не стал бы чем-то особенным. Но для бывшего байкера возможность мчатся на своих двоих быстрее спортивного мотоцикла — это определённо кусочек рая на земле. Так что больше скорости богу скорости, больше ветра в лицо трону ветра в лицо!

С каждым шагом земля пролетала под ногами всё быстрее, а деревья мелькали по бокам всё чаще. Между ними приходилось маневрировать, заодно избегая и кустарников, чтобы не самоубиться, но я как всегда справлялся. А заодно подумывал о том, что неплохо бы хотя бы раз выбраться в степь, где можно бежать по прямой. Поначалу встречный ветер пытался сдуть с меня груз, но в какой-то момент я стал чуть менее материален и та же участь постигла мою поклажу. В природе данного феномена я до сих пор точно не разобрался. Мной с вполне понятной определённостью ощущалось, что механизм его действия завязан на Кив так же, как и моё умение глушить шумы от своих действий, будь то шаги по подлеску или удары кулаками о камни, но как всё происходит я по прежнему не мог врубиться. Всё это напоминало включение телевизора, воткни вилку в розетку, дав ему электрическую энергию, нажми нужную кнопку и всё заработает. Мне же хотелось знать всё о том что я делаю так же, как в прошлой жизни я знал всё о своём мотоцикле. Такты двигателя, путь топлива от бензобака до цилиндров, работа поршней, степень сжатия, тип охлаждения, какой требуется сорт масла и почему, передача крутящего момента на вал… Пока же я вынужден был довольствоваться тем, что если прибавить газа, заднее колесо начнёт вращаться быстрее. Может хоть летом найдётся время для вдумчивых исследований, а лучше появится учитель. Хотя в том, что деревенские откопают и наймут кого-то с пятой ступенью Лестницы Ветра, я сомневался.

За попытками разобраться что за процессы со мной происходят и как именно я улучшая сцепление своих босых ступней с землёй во время бега, прошёл путь. С результатами было не очень хорошо, довольно трудно отвлечённо рассуждать, когда пытаешься не врезаться в очередное дерево, что так и норовит оказаться на пути. А они норовили! Сказал бы, что люблю свой лес, но ненавижу деревья, однако не смотря на то, что не считаю себя образцом здравомыслящего и адекватного человека, до такой безумной дури я ещё не дошёл. Есть куда расти-с.

Притормозил я у самой деревни, почувствовав знакомый огонёк жизни. С теми, в ком нет Кив было сложнее, даром что они в принципе не умели прятаться в энергетическом плане, но раз за разом приходя в эту часть леса я как-то приноровился. А потому вполне спокойным шагом вышел к Жэндэ и произнёс:

— Привет, мелкая.

— Ромул! — подхватилась она с возмущением, перестав собирать ягоды в небольшое лукошко — Почему ты вечно ко всем подкрадываешься⁈

— Хожу как обычно, не моя вина, что здесь все глуше глухарей — пожал я плечами — Что нового в деревне?

— Куча всего. Недавно Хэгэ набил морду Авэну из-за Изэлы… — дальше девчонка погребла меня под целым ворохов деревенских слухов и сплетен, из которых я вычленил главное. Никаких бандитов, наёмников и других людей с оружием не появилось, а значит мой план себя оправдал и тэн Лэнома не решился на активные действия. Не ясно только совсем или лишь пока что. Возможно он просто ведёт осторожную разведку, прикидывая с кем столкнётся. Старая Эна, не смотря на все свои причитания о скорой смерти, по прежнему коптит небо. Деревенских вроде бы никто не настраивал против меня. А в самой Речнолеске вновь находится Эсуф, который успешно расторговался, метнувшись куда-то на юго-запад, если мелкая ничего не путает, а теперь ждёт меня, надеясь после встречи поехать на основной весенний торг вместе с местными.

Осторожно свернув разговор, я отправился дальше. Обижать ребёнка не хотелось, но не смотря на возраст она начала прям совсем засыпать меня подробностями сердечных раскладов среди деревенской молодёжи. Так что пришлось сбегать. Лет мне ещё маловато для такого. Умом я всё понимаю, чай прежде чем умереть на земле отношений имел изрядно и даже женатым побывал. И тем обиднее было быть до сих пор ребёнком, который в целом не отличается от того старика, который хочет, но не очень может. Да, я ждал того замечательного времени, когда стану подростком с огромным нетерпением, потому что даже без гормонов бабу хотелось. Одних воспоминаний о прелестницах и умелицах хватало, чтобы давить на мозги. Так что хорошо, что до полового созревания осталось не так уж долго.

Избушка травницы за последние пару месяцев не изменилась, а сама Эна нашлась внутри, готовящей очередной отвар. Только в отличии от Жэндэ заметила моё приближение. В Кив я не скрывался, а маг в собственном доме чего-то да стоит, даже если он слабый.

— С возвращением, внучек — хмыкнула старушка, не переставая помешивать отвар. Шутка про наши родственные связи давно приелась, но она повторяла её с упорством, достойным лучшего применения.

— Спасибо, Эна. Как дела в деревне, старикан никого не баламутил?

— Да не, тут всё спокойно. Только недели полторы назад проехал странный купец, который почти не поторговал, но задавал уж очень много вопросов.

— И как отбрехались? — поинтересовался я, мысленно хваля себя любимого, что с торгашом я верно угадал.

— А никак. Ничего не видели, никого не слышали, жили как живём, только денег почти нет, а весну встречаем как всегда впроголодь — буркнула старушка — Теперь кстати ещё и тебе налог платить.

— Сказала та бабка, у которой золото будет храниться — фыркнул я — Сама прекрасно помнишь, о чём договаривались. На ваши деньги мне глубоко положить и таскать их в лес и из леса лень. Просто люди не ценят то, что получают задарма.

— Мне эти самые люди спасибо не скажут, отдавать своё всегда тяжело.

— На это мне тоже класть — пожал я плечами, а потом перевёл тему, чтобы снова не переливать из пустого в порожнее — Есть что пожрать готового?

— Яблоки в подполе можешь взять — махнула та свободной рукой — Не ждала тебя сегодня.

Чиниться я не стал и полез за своим обедом. Без Кив оно конечно только желудок набить, но привередливым человеком меня при всём желании не назвать. Про шкуру Эна ничего не сказала, видимо была не в духе и в принципе не хотела говорить, что для неё скорее правило, чем исключение. Вот вроде и человек неплохой, башкой своей ради родни рисковать готова, а однако характер при этом раздражительный и говнистый. Чего только в жизни не бывает.

За поеданием яблок на лавке перед избой меня и застал Эсуф в сопровождении мужика, внешность и повадки которого выдавали в нём воина даже без необходимости чувствовать в нём Кив. Хотя с энергией у товарища в кожаной броне и с шестом в руках всё тоже было неплохо. Третий уровень для простолюдина это практически потолок. Его бывают пробивают конечно, но чрезвычайно редко. Даже тот наёмник-земельник вроде как был не просто солдат удачи, а чей-то признанный бастард, с которым папаша вероятно поделился знаниями.

— Доброго дня, Ромул — слегка поклонился Эсуф, сопровождающий повторил его движение.

— И вам того же — кивнул я и похлопал по лавке, укрытой полосатой шкурой — Присаживайтесь, в ногах правды нет.

— Благодарим — отозвался купец, усевшись.

— Как поездка? — поинтересовался я.

— Вполне успешно — улыбнулся торговец, доставая кошель — За оружие с бронями удалось выручить чуть меньше денег из-за срочности, но двести восемнадцать золотых, двадцать семь серебряных и пятнадцать медных монет я привёз. Всё честь по чести.

— Приятно иметь с тобой дело, друг мой — кивнул на это я, принимая свои деньги, которые пока не знал на что потратить — Может представишь мне своего спутника?

— Конечно. Это Эфрим, мой новый начальник охраны каравана. А это соответственно Ромул, мой спаситель, о котором я говорил — кивнул наёмнику купец. Что на Земле, что здесь среди сколько-нибудь важных шишек было не принято представлять своих телохранителей на каких-либо встречах, но я честно говоря не очень понимал подобное положение вещей. Блин, от человека твоя жизнь зависит, на кой с ним надо обращаться, как с прислугой? Чтоб затаил обиду и кинул в самый ответственный момент? В общем местный этикет опять пошёл по одному месту, но торговец кажется уже привык, что я дикарь не очень понимающий что данное слово вообще значит.

— Рад знакомству — кивнул я воину.

— Взаимно — сдержанно ответил он, но больше ничего не сказал, зато слово взял Эсуф.

— Ромул, я хотел бы кое-то с вами обсудить. Вы не против?

— Эсуф, заканчивай уже обращаться ко мне во множественном числе, я тут один — мазнул я рукой — Чего хотел-то?

— Хотел покупать у тебя травы из Смертолесья и возможно что-то кроме них. Эта шкура ведь тоже оттуда?

— Ага — кивнул я, держа лицо, чтобы на него не наползла улыбка. Торговца похоже вовсе не нужно уговаривать на перепродажу, он сам давно на всё согласный — Тигр при жизни был на шестой ступени Лестницы, если я правильно понимаю. Правда мы его довольно сильно подрали. Осмотри повреждения.

Сказав это я встал, давая возможность оценить трофей. Гости от информации немножко приофигели, но занялись делом. Шкуру подняли с лавки и внимательно осмотрели, прорех на ней хватало, но были и крупные целые участки. Эфрим подтвердил, что кожа принадлежала именно небесному зверю означенного ранга и купец вынес вердикт: