Великий вождь Арис (СИ)

Потоки дождя размыли дорогу так, что она превратилась в непроходимое болото. Пришлось объезжать по полю, подстилая ветки под колеса. Двигались медленно, со скоростью бредущего старика. Арис, отпустив поводья, качался в седле, равнодушно следя, как мимо проходит войско. Бако и Антор — его правая и левая рука, как два молчаливых призрака, маячили за спиной.

— Когда начинают лить дожди, сердце гложет тоска. А когда приходит весна, сердце поет от радости. Почему? — услышал Арис голос Антора и кивнул. Сквозь завесу дождя и правда все выглядело уныло.

— Когда приходят дожди, Лара ложится спать. Поэтому всем грустно, — ответил Бако. — Лара — богиня веселья.

— Лара — начало жизни и богиня леса, — возразил Антор, — кто сказал тебе, что она богиня веселья⁈

— Отец говорит, что Лара богиня веселья! — возразил Бако сердито.

— Ты глуп и не понял своего отца, — со смешком ответил Антор. — Твой отец хотел сказать, что Лара — богиня весны!

— Откуда ты знаешь, что хотел сказать мой отец⁈ — возмутился Бако.

Арис иногда представлял Бако похожим на упрямого быка, которого невозможно развернуть. Сколько не старайся, будет переть напролом, сметая рогами все на своем пути. В то время, как Антор представлялся ему похожим на воздушный поток. Верткий, способный превратиться в разрушительный ураган в одну минуту.

Когда пришло время и Арис, как старший сын вождя, должен был объявить кто станет его руками, именно Антора он хотел видеть своей правой рукой, а Бако — левой. Он бы так и сделал, если б не отец…

Мауро сказал, что правой рукой нужно объявить Бако, старшего сына из клана Приволов. А для Антора, не имеющего семьи и поддержки клана, стать даже левой рукой завидная доля.

Еще Мауро сказал, что если б не упорство Ариса, он бы не позволил Антору стать и левой рукой. Что лишь глупый вождь приближает к себе безродных. Что видимо северных кочевников ждут дурные времена с таким вождем и что…

— Хватит! — крикнул Арис. — Довольно! Мне надоели ваши перепалки!

Бако и Антор растерянно переглянулись. Арис подхватил повод, конь встал на дыбы и помчался вдоль рядов телег. Комья грязи полетели в стороны. Бако и Антор последовали за ним.

Уже у самых последних возов их догнал вестовой и сказал, что разведчики видели неподалеку в поле одинокую башню.

6

Она казалась заброшенной, если б не свежие следы, уходящие по грязи в сторону леса. Во дворе испуганно ржал конь, оседланный и забытый; над глиняной печью курился дымок и слабый запах горелой пищи поднимался от котелка, брошенного на огне.

За узкими окнами башни тихо и пусто.

— Они убежали в лес! — воскликнул Бако.

— Да неужто⁈ — сказал Арис.

— Чего еще ждать от янгов? — пожал плечами Антор.

Арис, вытащив меч, пнул ногой дверь. Внутри башни винтовая лестница поднималась наверх. Никого не было видно. Он пошел по ступеням, прикрывая голову щитом.

Но все предосторожности были напрасны — на самом верху, в круглой комнате был всего лишь один мужчина. У него не было меча, или вообще какого-то оружия. Он побледнел, когда увидел вошедших и уронив платок, отступил к стене.

Арис огляделся и хмуро спросил:

— Кто ты?

— Я… ученый.

— И что ты учишь?

— Я… учу людей. Даю им знания…

— Ну и где они? Твои люди? — обводя взглядом пустое помещение спросил Арис.

— Они… ушли, — сглотнув ответил мужчина.

— Смелые янги! Хороши только в сражениях с женщинами и детьми! — сказал Арис и Бако и Антор согласно рассмеялись.

— Мои ученики — дети! — срывающимся голосом ответил мужчина. — Я сам приказал им уходить!

— Я убил первого врага в десять лет, — отрезал Арис. — А твои ученики какого возраста?

— Они старше, но поймите, господин! Здесь, в башне Правина, изучали науки, а не искусство боя!

— Науки… — обойдя помещение Арис вытащил с полки плоскую коробочку, и она тут же рассыпалась у него в руках ворохом бумажек, склеенных вместе с одной стороны.

— Книга! — прошипел он. — Вы, янги, вместо мечей делаете вот такие вот штуки и считаете себя лучше нас!

— Книга — очень важная вещь, господин.

— Что от нее толку? Она не спасет тебя и не защитит! А пара мечей защитили бы! Не лучше ли учить своих детей сражаться, чем создавать эти бесполезные вещи? — и он отбросил книгу в сторону.

Ученый тут же отлепился от стены и бросился к упавшей книге. Бережно поднял ее с пола и повторил почти сердито:

— Это очень важная вещь, господин! Книга — это драгоценность.

— Я знаю, что вы платите за них золотом, но какой в ней толк?

— О! Посмотрите! — мужчина протянул открытую книгу. Арис увидел множество мелких букашек, украшавших белые страницы. Ему захотелось шагнуть назад. Вдруг это какое-то колдовство? Лишь усилием воли он заставил себя остаться на месте.

— Это — книга об истории нашего народа. Она так и называется: «История государства»! Здесь рассказано о наших царях, и о том, что было в очень старые времена, и в недавние годы, и каждый, кто ее откроет, сможет узнать все, что случилось с его страной… и здесь написано и о вашем отце! В самом конце есть несколько страниц, посвященных ему.

— О Мауро написано тут⁈ — Арис подался вперед.

— Да, да, о нем сказано: «Племя северных кочевников живет на левом берегу Туганны. Наши народы поклялись в вечной дружбе и Мауро, сын вождя…»

— Врешь! Ты все врешь, подлый жрец! Твои уста источают яд! — закричал Арис, чувствуя, как мир вокруг теряет очертания. — Я убью тебя за это!

— Но так написано в книге!

— Я сожгу эту книгу, источающую яд! Янги и северные кочевники никогда не были друзьями, как не могут дружить свет и тьма! — Арис потянулся за мечом, другой рукой приподнимая ученого. Плащ съехал, обнажая, защитный браслет с медными кольцами, стянутый воловьей жилой. Ученый, в ужасе смотревший на Ариса, вдруг расширил глаза:

— Эта отметка на твоей руке, над браслетом, откуда она? Погоди, скажи мне, откуда этот шрам? Ты слышал когда-нибудь о Вазирике⁈

Арис ударил коротко, без замаха. Меч впился в грудь учёного и он упал на стол. Уже умирая, вцепился в книгу, будто хотел ее спрятать:

— Вазирик… Вазирик…

Через секунду он уже был мертв. Арис вытер меч и засунул его в ножны. Книга вывалилась из мертвой руки и упала на пол. Секунду Арис смотрел на нее, не понимая своих чувств. Он хотел уничтожить её, но что-то его удержало. Это странное слово — Вазирик… он будто где-то его уже слышал… Вазирик…

— Все ценное забрать. Башню сжечь. — Арис нагнулся и поднял книгу.

Вазирик. Словно теплом веяло от этого слова. Книгу Арис унес и положил в седельную сумку.

7

Через неделю они наткнулись на сторожевой отряд кочевников, дозором объезжающих границы.

Их вел Тангор Привол, отец Бако. Оглядев повозки, поздравил с возвращением, а потом спешился, цокая языком, прошелся вдоль возов. Бако сказал, что целый воз с добром они потеряли в грязи и Тангор совсем расстроился:

— Если бы я поехал с вами, я бы сам его вытащил, — мрачно сказал он.

Тангор, старший из клана Приволов, отец правой руки Ариса, злился потому, что в этом году не пошел с Арисом в земли янгов. Приволы остались охранять место летней кочевки, чему никто из них не был рад. Теперь, разглядывая добычу Ариса, Тангор помрачнел.

— Проклятый красный камень, — Арис услышал, как он пробормотал это под нос.

Весной, во время жеребьевки, младший шаман духа Карогосу вытянул красный камень после того, как произнес имя Приволов, это значило, что их судьба в этом году — сторожить коней и стойбище.

Дальше поехали вместе. Племя кочевников уже встало на место зимовки у Ирисового ущелья, но многие кланы разъехались, чтобы провести зиму в привычных местах.

Тангор рассказал, что пока их не было, приезжал посланец с кожей коричневого цвета. У него от природы была коже цвета травяного отвара и никакая вода не смывала краску.

Он привез Мауро дары.

— Хорошие дары, — сказал Тангор. — Их послал какой-то царь с юга. Сперва все шло хорошо, но потом Мауро разозлился и прогнал его прочь. Я проводил посла с коричневой кожей. Хотел узнать, зачем он приезжал, но темнокожий так ничего и не рассказал. Жалко. Я бы не утаил от тебя новостей, но и сам не знаю, чего он хотел.

Арис осторожно спросил:

— Что с отцом? Что делал он, пока нас не было? Здоров и доволен жизнью?

— Нет, с ним кое-что случилось, — сказал Тангор, усмехаясь в усы, — Мауро сватался к дочери Сулама. Ей пятнадцать и она красива, как молодая кобыла чистых кровей, ты знаешь. Но ее отец не захотел, чтоб она стала седьмой женой вождя. Мауро рвет и мечет.

— Понятно, — сказал Арис хмуро.

— Сулам сказал, что Мауро пора перестать искать себе новых жен. Лучше бы ему подумать о том, как найти жену своему старшему сыну, — добавил Тангор лукаво и подмигнул. — Это очень разозлило Мауро. Понимаешь? Сулам сказал, что отдал бы свою дочь тебе, но не Мауро.

И захохотав, Тангор пихнул его в бок.

Однако Арис не рассмеялся в ответ. Наоборот, нахмурился и больше не проронил ни слова.

Когда до стоянки остались последние меры пути, Бако послал вперед Ганжо на молодом жеребце, а остальное войско сильно замедлило ход, чтобы в стойбище приготовили достойную встречу.

Показались ограды, кругловерхие войлочные шатры, коновязи. Три деревянных балки, связанные веревками, обозначали вход в стойбище. Сразу за ними воинов ждали. Впереди других, отдельной группой, стояли старейшины, шаманы и вождь. С обеих сторон от центральной группы расположились все остальные.

Над толпой висел разноголосый гул. Люди всматривались в лица подъезжающих, искали глазами знакомых, махали руками и завистливо оглядывали длинную вереницу возов с добычей.

Никто не сделал ни шага навстречу. Все ждали, едва сдерживая нетерпение.

Наконец, когда до въезда оставалось не более десяти шагов, Арис остановил коня и повернувшись, поднял руку. Войско встало. Он спрыгнул на землю и сделал несколько шагов вперед. Мауро, который стоял впереди других в группе старейшин и шаманов не тронулся с места до тех пор, пока Арис не остановился прямо перед ним. Некоторое время длилось молчание. Постепенно затихали крики и все уже удивленно ждали, рассматривая их: Мауро и Ариса, застывших напротив друг друга.

— Итак, ты вернулся, — наконец произнес вождь. Его лицо напоминало застывшую маску.

— Да, отец, — ответил Арис и склонил голову, скрипнув зубами. — Я вернулся и принес победу.

— Я принес победу! — повторил Арис так громко, как только мог и заметил, что Мауро отпрянул назад.

— Я привез в дом своего отца победу и богатую добычу! Три города покорились нам! Патрат, Катса и Эском сожжены дотла. Мы убили их мужчин и привезли красавиц и детей, которые войдут в наши кланы, и много возов с ценностями!

— Ты доволен мной, отец? — добавил и посмотрел Мауро в глаза.

Пожевав губами, тот выговорил, словно через силу:

— Да.

Сказал он это настолько тихо, что его едва услышали воины, стоявшие рядом.

Тогда Арис спросил еще раз так же громко:

— О мой вождь, мой отец! Ты доволен⁈

И тогда Мауро проревел так, что на шее вздулись вены:

— Да! Да, я доволен тобой, Арис, мой наследник, мой сын! Войди в стойбище и займи свое место и пусть кланы войдут в стойбище тоже!

Больше никто не сдерживался, воины спешились, женщины и дети бросились им навстречу. Некоторое время еще, посреди гомона и всеобщей сутолоки, Мауро и Арис стояли напротив друг друга, но потом Мауро развернулся и ушел, раздавая распоряжения насчет добычи.

— Отец, — не выдержав, окликнул его Арис, — ты не хочешь, чтобы я подробнее рассказал тебе о разрушенных городах?

— Руины того не стоят, — Мауро не обернулся.

Сжимая кулаки, Арис смотрел ему вслед.

— Это все Арда, — голос Тангора раздался у Ариса над ухом. — Она настраивает его против тебя. Жужжит, жужжит целыми днями, будто ты хочешь отобрать у него власть ещё при жизни, и затеваешь худое. Ещё слова Сулама. Он говорил так, будто Мауро уже безрукий вождь. А Арда все хвалит Наро, собственного сына.

— И где сейчас этот хорёк? — спросил Арис прикрыв глаза.