Контуженный: КАТОРЖАНИН (СИ)

Между тем мы все дальше удалялись от последнего пристанища Каура Рорука, нагрузка на систему жизнеобеспечения снизилась на четыре процента, о чем мне успел доложить искин. Сибурианец безмолвно сидел в соседнем кресле и, как мне кажется, дремал, утомленный прогулкой. Судя по данным радара, на орбите четвертой планеты находилось два естественных спутника приблизительно одинакового размера. Через три часа мы приблизились к одному из них и начали сканирование поверхности. К сожалению, как мы ни старались, но на первой луне мы ничего не смогли найти и сразу же направились ко второй. Еще полчаса облета вокруг этого безжизненного планетоида, и на моем экране появилось изображение корабля. Все-таки он тут был и никуда за прошедшее время не делся. Найти его оказалось не так-то просто, бывший владелец довольно неплохо его спрятал, а за время, которое он тут пролежал, он успел покрыться слоем пыли и мелкой породы. На этом планетоиде присутствовала разреженная атмосфера, состоящая из углекислого газа, сероводорода и небольшого количества азота, кислорода в ней не было ни молекулы. В рубке собрался актив нашей команды, Пластун, Стакс, Румб и я, ну, и конечно, вездесущий Зиц, появившийся, словно из ниоткуда, в самый последний момент.

— Это и есть тот самый корабль? — поинтересовался Румб, разглядывая изображение рейдера с оптических систем на экране.

— Да, это он и есть, небольшая энергетическая активность на нем присутствует, так что это хороший знак, — подтвердил я.

— Надо попытаться быстрее попасть на него. У нас еще трое совсем плохих, срочно нужны медкапсулы или хотя бы аптечки, — заявил Серега, всматриваясь в глаза присутствующих.

— Ваши предложения? — не стал я тянуть одеяло на себя, предоставив право голоса парням.

— Рядом с кораблем садиться нельзя, он может находиться в параноидальном режиме охраны, если это рейдер, то у него на борту однозначно есть вооружение, — высказал свое мнение сибурианец, — я считаю, что надо сесть подальше и пешком идти к кораблю.

— Поддерживаю, — кивнул Румб, — Шир дело говорит, нечего нам под стволы соваться.

Пластун молча кивнул головой, отчего его длинный чуб сполз вперед и закрыл ему один глаз.

— Большой, я иду с вами, — заявил маленький клептоман Зиц и сложил свои щупальца-хваталки на своей инопланетной груди.

— Там атмосферы нормальной нет.

— Сойдет, мы же не жить тут собираемся, а всего-то немного прогуляться, — запротестовал газовый наркоман.

— Дело твое, — не стал спорить я, — если что, тащить тебя я не буду.

— Это еще кто кого тащить будет, — упрямо продолжил гнуть свое ксенос.

— Ладно, как знаешь, — согласился я.

— Искин, рассчитай максимально безопасную точку посадки.

— Точка безопасной посадки рассчитана, — доложил мозг корабля, и мы уставились на экран.

Область, подсвеченная красным, находилась примерно в пяти километрах от нашей цели. Схема захода на точку была рассчитана таким образом, чтобы минимизировать возможность открытия по нам огня. Часть спуска предстояло проделать на бреющем полете.

Я тут же сел в свое кресло, и мы начали плавный спуск, тянуть нам и вправду не стоило. Аграфский курьерский кораблик послушно выполнил все маневры и опустился в назначенное место. Все это время я находился в постоянной готовности перехватить управление и совершить мгновенный маневр уклонения, если вдруг рейдер начнет по нам стрелять. Обошлось, датчики выявили облучение нашего корпуса системами корабля дагорианина, но накачки орудий энергией не последовало.

Как только двигатели оказались заглушены, мы собрались в самом большом помещении курьера, это была и столовая, и комната для отдыха, два в одном. Все, кто был на ногах, собрались тут или стояли в коридорах, желая знать, что мы задумали. На их лицах отражались озабоченность и затаенная надежда. Пришлось рассказать всем про наш план и попросить «сидеть на жопе ровно», цитирую Серегу. Он всегда знал, как найти нужный ключик к такому чувствительному механизму, как душа. Никто с нами, как я успел заметить, идти и не рвался, героев, как говорится, нет.

На всякий случай я оставил несколько дополнительных указаний искину корабля, мало ли что, пусть у нас будет страховка от несчастного случая, мало ли что могут задумать оставшиеся на борту, здоровая паранойя еще никому не помешала. Собираться нам было особо-то и не нужно, все свое ношу с собой — это про нас. Скафандр всегда на мне, оружие или в креплениях, или в руках, а большего-то и не нужно, вернее, нужно, но этого самого-то и нет.

Я прихватил с собой наручный искин погибшего рейдера, посмотрел на товарищей, все они уже были готовы, даже Румб, который за это время успел, как ни странно, разобраться в работе скафандра, снятого с дагорианина. Он не мог опознать его нейросетью из-за ее отсутствия, но зато сумел научиться пользоваться им в голосовом режиме. На общем фоне мы с Серёгой со своими скафандрами, снятыми с сотрудников охраны, смотрелись убого. Ничего, мы еще прибарахлимся, может, и на этом самом корабле. По данным сканера, его размер достигал в длину семьсот метров. Самое странное, что когда я попытался найти информацию в банках данных искина про этот самый Анклав Экхур, то ничего не смог из него вытянуть. Информация о подобном государственном образовании просто отсутствовала. Вполне возможно, что оно уже перестало существовать, хотя времени по космическим меркам прошло всего ничего. Ладно, если получится отсюда выбраться, то я обязательно узнаю о его истории.

Выйдя за борт, мы спустились по аппарели на каменистую поверхность планетоида. Первым делом я повернул голову и посмотрел на своего спутника, прицепившегося к моей спине, он уже вовсю вентилировал свои легкие и, судя по изменению расцветки его кожных покровов, достаточно успешно. Он не открывал рот и ничего не говорил, но я заметил, что его носовые щели двигаются. Надо будет потом у него поинтересоваться физиологией. Подав мне знак, что у него все хорошо, Зиц заинтересованно осмотрелся по сторонам. Следовало заняться этим и мне. Поверхность спутника четвертой планеты была каменистой и покрытой мелким песком и пылью, наши следы оставляли на ней отчетливые следы. Судя по данным искина, уровень гравитации здесь составлял 0,55 от стандартной, достаточно крупный планетоид. Маршрут был уже загружен в мою нейросеть, так что мы безотлагательно двинулись в нужном нам направлении.

Идти оказалось очень легко, иногда мы даже совершали небольшие прыжки, отрываясь от поверхности почти на метр или даже больше. Честно говоря, грешили этим только мы с Серегой, сибурианец и Румб вели себя сдержанно. Оно и понятно, мы-то еще не успели пресытиться подобными развлечениями, в отличие от них.

Дорога к кораблю заняла у нас не больше получаса, искин выбрал для нас очень удобную точку посадки. Как только мы преодолели последние сто метров, нам открылась величественная картина. В небольшом распадке прямо на поверхности лежал корабль погибшего рейдера. За недолгое время моего знакомства с космосом я, само собой, интересовался этим вопросом и просматривал всю доступную мне информацию по всевозможным кораблям. Типов которых, разработанных многочисленными конструкторами различных рас, было превеликое множество, они различались как по размеру, так и по специфике применения, по способу постройки, компоновки и способам передвижения в пространстве. Оказывается, эра космоплавания началась задолго до того, как на земле появились первые микроорганизмы. И пусть современные государства не могут похвастаться подобным долгожительством, но имелись неоспоримые вещественные доказательства существования древних агломераций и рас, которые очень и очень давно вышли в космос и начали его освоение.

Этот рейдер в данный момент было сложно оценить, он был покрыт пылью, да и размеры имел достаточно внушительные, по оценке наших сканеров, в длину он был не меньше семисот метров, в самой широкой части он был не менее ста сорока метров. Очень даже внушительная птичка. Самое удивительное, что его экипаж состоял всего из одного разумного. Кое-где угадывались очертания орудийных платформ. Предстояло найти место, через которое можно попасть внутрь.

Мы спустились по рыхлой насыпи и приблизились к корпусу рейдера, на мой вопрос о наличии энергетической активности Стакс сообщил, что его датчики ее фиксируют на низком уровне. Это было прекрасно, значит, корабль живой, теперь осталось только попасть в него и договориться с его искином. То, что он не так прост, стало понятно, когда мы узнали, что дагорианин был единственным членом экипажа. Если это так, значит, что большую часть функций взял на себя его искусственный разум. Пыль и мелкий песок в этом распадке достигали уровня щиколоток, но идти в принципе было не сложно. Первые двести метров. Потом уровень пыли повысился до середины голени, и стало немного потруднее. Однако нас это не останавливало, мы упорно топали вперед, внимательно осматривая корпус корабля на предмет наличия шлюза.

Время от времени я посматривал на своего многорукого компаньона, сидящего на моей шее, то есть спине. Судя по его любопытному взгляду, с ним было все в порядке. Именно он, как ни странно, первым и обнаружил то, что мы искали. Этот малыш не устает меня удивлять. Его щупальце несколько раз ударило меня по шлему, привлекая внимание, и когда я повернул к нему голову, он указал им на занесенный пылью сенсор. Подав знак товарищам, я осторожно приблизился к нему и провел по его поверхности перчаткой скафандра. Пыль, превратившаяся в плотную корку, достаточно легко стерлась, и я увидел слегка подсвеченный зеленоватым светом экран. Попробовав нажать на него, ничего не добился и поманил к себе товарищей. Показав им предполагаемый замок на шлюзе, я спросил у них:

— Ну что, у кого есть опыт в открывании древних звездолетов?

— Он, конечно, старый, но совсем не древний, видел бы ты, на каком старье иногда пираты гоняют, — авторитетно заявил Румб.

— Это точно, — подтвердил Серёга, — я однажды видел корабль, которому вообще около восьмисот циклов, латаный-перелатанный. Фамильный корабль, его первый владелец, как стал пиратом, так до седой древности на нем и пролетал, а затем потомкам своим оставил, так он и летает до сих пор. Конечно, от того самого первого корабля в нем мало что осталось, может быть, какая-то часть корпуса, но даже он мог удивить и иногда добывал приличную добычу.

— Попробуй наручный искин к нему поднести, — посоветовал сибурианец, внимательно осмотрев панель.

— Может сработать, — поддержал Румб, и я достал из футляра на поясе девайс.

Поднеся его к панели, я приложил его к ней и практически сразу появился отклик. Экран засветился ярче, и на нем появилась надпись на языке Содружества: «Введите код доступа», — сразу после этого появилась виртуальная клавиатура с символами знакомой мне письменности.

— Сработало, — прошептал Серега. — Ну, и что вводить будем?

— Вопрос вопросов, — протянул я, — надо подумать. Он сказал, что ключ в его имени.

— Вводи имя рейнджера, — предложил Лакин, и я тут же последовал его совету, введя его на ней.

«Код доступа неверен, у вас осталось четыре попытки. Инициирована процедура самоуничтожения».

— Бля, мы так не договаривались, — прошипел я и краем глаза заметил, как мои камрады сделали несколько шагов назад.

— Чего заднюю включили? — поинтересовался я у своих товарищей.

— Нет смысла погибать всем, — меланхолично заявил Стакс, — рисковать должен один. Ты же у нас командир.

Мысленно обругав сам себя за подленькие мысли, я согласился со словами сибурианца:

— Давайте, короче, сваливайте отсюда, Стакс прав, — приказал я и отвернулся, сосредотачиваясь на панели доступа.

— Я предпочитаю, чтобы меня называли Шир, — уточнил ксенос и, повернувшись, потопал в сторону холма, за ним последовали остальные.

— А ты чего прилепился? — спросил я у Зица, который и не думал никуда уходить, — давай, дуй отсюда.

Малыш отрицательно покачал головой, не издавая ни звука, потом погладил своей хваталкой по моему шлему в области забрала и сплел странным образом два своих щупальца на манер этакого своеобразного рукопожатия.

— Ладно, дело твое, вдвоем помирать веселее, — махнул я рукой и сосредоточился на экране.

— Что же может быть в его имени? Может быть, это просто какая-то его часть? Имя или фамилия? Попыток всего четыре осталось. Надо пробовать.

«КАУР» — ввел я символы и нажал на ввод.

«Код доступа неверен, у вас осталось три попытки. Инициирована процедура самоуничтожения».

— Сука, — прошипел я и ввел следующий вариант «РОРУК».

«Код доступа неверен, у вас осталось две попытки. Инициирована процедура самоуничтожения».

— Падла, что же ты мог придумать, вы тут особым креативом-то не отличаетесь. Думай голова, думай, имплант тебе куплю.

«А если первым набрать фамилию, а потом имя?» — вспыхнула в голове идея, и я тут же набрал на панели «РОРУК КАУР».

Мысленно скрестив пальцы на удачу, я нажал на кнопку ввода и увидел на панели уже знакомую надпись:

«Код доступа неверен, у вас осталось одна попытка. Инициирована процедура самоуничтожения».

«Может, хрен с ним, с этим кораблем, попробуем починить наш и свалим на нем отсюда? Нет, тогда несколько беглецов точно задвухсотятся, ничем мы им помочь не сможем. Да и ремонтировать аграфскую технику у нас некому, — внутренний голос не оставлял шансов на выживание. — Что же делать? В голову вообще больше ничего не лезет».

Может быть, просто написать имя корабля? «Пламя Дагора». Так он, кажется, назывался. Вариантов-то больше нет.

Я протянул руку и практически успел нажать на первую букву, как получил удар щупальцем по забралу шлема.

— Ты охренел, Зиц, я тут последний вариант пробую, два провода, понимаешь, синий или красный, — рявкнул я на газового наркомана.

Он покачал головой, и его щупальце протянулось к панели.

«КУРОР РАУК», — набрал этот ушлый малыш и, посмотрев на меня, медленно кивнул.

— А что, как вариант, если что, дружище, не поминай меня лихом в своем инопланетном раю, — негромко сказал я и нажал на кнопку ввода, одновременно с этим закрывая глаза.

Прошла одна секунда, две, и ничего не происходило, я робко открыл один глаз и посмотрел на панель, на которой отображалась надпись: «Код доступа принят. Открыть шлюз? Да/Нет».

— Да, сука, да, — проревел я во всё горло и потрепал рукой по любопытной голове ксеноса.

Нажав на кнопку, я сделал шаг назад и увидел, как дрогнула поверхность шлюза, ломая тонкий пылевой налет, после этого она плавно отошла в сторону, и проем осветился мягким голубоватым светом. Выйдя на связь со Стаксом, я сообщил им об успехе и позвал присоединиться к осмотру корабля. Получив подтверждение, я вошел в гостеприимно открытые двери корабля и тут же со мной связался искин:

— Приветствую нового хозяина, код передачи прав на владение принят. Сгенерированы новые коды доступа, прошу принять файл. Искин рейдера с собственным именем Хор полностью к вашим услугам. Готов ответить на любые вопросы. Сообщаю, что в данный момент к кораблю приближаются трое вооруженных разумных, прошу определить их статус.

— Это новые члены экипажа, Хор, — улыбнувшись, ответил я и обернулся, встречая товарищей.

Глава 11

«Пламя Дагора»

Как только все мои спутники оказались на борту корабля, шлюз за ними закрылся, и голос искина поинтересовался, обращаясь сразу ко всем:

— Прошу сообщить мне параметры приемлемой для вашего вида атмосферы. Не рекомендую в данный момент снимать средства защиты. Системам жизнеобеспечения потребуется время для продуцирования смеси и заполнения объемов корабля.

Я тут же скинул ему стандартный файл, который уже очень давно лежал у меня на нейросети, с того самого времени, как я узнал о наличии множества рас. Каждый разумный всегда должен был иметь подобный файл, чтобы иметь возможность дышать тем, что ему необходимо. Подчас дыхательные смеси были настолько чужды, что могли вызвать не только отравление организма, но и мгновенную или мучительную смерть. Более того, необходимо было постоянно следить за тем, где ты находишься. Это еще хорошо, что большая часть разумных дышит примерно одинаковыми составами. Но встречаются и исключения. Иногда целые отсеки пустотных объектов непригодны для пребывания без средств защиты органов дыхания.

— Параметры атмосферы приняты, прошу дождаться уведомления о возможности снять шлемы.

— Какой предусмотрительный искин, — раздался в моем шлеме ехидный голос Румба.

— Искин, — переключил я канал связи, — пришли мне схему корабля и сообщи о наличии медицинских капсул или другого медицинского оборудования.

Через секунду мне поступил файл со схемой корабля.

— Хозяин, как мне к вам предпочтительнее обращаться?

— Называй командиром, — решил я не менять принципы субординации.

— Командир, на борту рейдера находятся три медицинские капсулы. Две из них законсервированы, одна в готовности к немедленному применению. Начать процедуру расконсервации?

— Начинай, — дал я отмашку.

— Командир, расходные картриджи, которые есть в наличии, давно исчерпали сроки годности.

— Так что, ими совсем нельзя пользоваться?

— Возможны негативные последствия, у меня нет информации об использовании подобных препаратов у представителей вашего вида.

— А их вообще нам можно применять, мы же наверняка отличаемся от дагорианцев?

— Медицинские картриджи, как и капсулы, универсальны и приобретены в империи Арвар. В их искины заложены стандартные программы для большинства разумных рас известной части космоса.

— Хорошо, тогда имей в виду, что тут недалеко находится наш корабль, он поврежден, на нем несколько раненых людей, и им нужна экстренная медицинская помощь. Придется рискнуть. Кстати, скинь мне кратчайший маршрут в рубку.

Через секунду у меня на внутреннем экране нейросети появилась виртуальная карта и маршрут движения. Мы сразу же направились по нему и через пять минут уже рассматривали, так сказать, мозг этого корабля. Ну что же, весьма аскетично, информативно и функционально. Я сразу же занял центральное место и начал с интересом изучать приборы управления.

— Искин, ты можешь связаться с кораблем, про который я тебе рассказывал?

— Вызываю.

Один из экранов засветился, и буквально через несколько секунд на нем появилось изображение пилота-инструктора Шокли Мунса, как будто он только и ждал этого вызова.

— Шокли, привет, мы смогли, сейчас я дам тебе доступ к управлению курьером, и тебе надо подлететь поближе. Надо попытаться спасти наших людей. Тут есть медицинские капсулы.

— Принял, Сол. Рад, что у вас получилось. Тут один уже отходит. Вылетаю, как только получу доступ.

Я скинул код доступа искину своего нового корабля и попросил передать его на курьер.

— Выполнено, — доложил искин, — регистрирую прирост энергетической активности «Лимара».

— Ты уже с ним успел познакомиться? — слегка удивился я.

— На уровне обмена кодами опознавания. У него отключена личностная матрица.

— А у тебя, значит, нет?

— Именно так, командир. Предыдущий хозяин, да переродится его разум в новом теле, очень давно активировал мою личность. Ему было скучно в одиночестве во время наших длительных рейдов.

— Так почему он не взял себе кого-нибудь из членов экипажа, было бы веселее?

— Рейнджеры Дагора всегда путешествуют в одиночку.

— Что это вообще за организация?