Помоги проекту - поделись книгой:
— Ну пошли, что-ли. Поднимайся давай.
Сам я тем временем пару раз пнул его напарника и, дождавшись пробуждения парня, произнёс:
— Ты тоже поднимайся. И не рыпаться. Идёте впереди. Я за вами. Первый, кто дёрнется, получит клинок в бочину. А бить я умею. Отлично умею. Там находится такой орган, на губку похож. Если его хоть немного порезать, начнёте сдыхать. Медленно, но обязательно сдохните. Следом второго грохну и уйду себе спокойно. А вот вы будете лежать на брусчатке и сучить ногами, чувствуя, как вашу тушку разрывает от боли, как по капле ваша жизнь уходит из тела. Всё понятно?
Увидев, как двое молча кивают, связал на всякий случай их друг с другом. Использовал для этого бечёвку одного из них, что служила ему чем-то вроде ремня. Ненадёжно, но никто из них рвануть резко не сможет. И драться тоже. А мне пары секунд хватит, чтобы реализовать свою угрозу.
Закончив, я приставил нож к бочине одного из дружков, и мы двинулись по мелким улочкам, пока не вышли на широкий проспект. Впереди замаячила стена. Куда ниже основной, метров десять всего, но основательная. А перед ней большая площадь. Из-за стены были разве что видны купола храмов и всё те же серпы. Привлекал внимание разве что большой шпиль какого-то здания.
— Это верхний город? — тихо уточнил я.
— А?.. Да, там богачи, храмовники и прочие толстосумы. Нам туда дороги нет. Туда пройти можно, только если ты из рода какого или по приглашению. И шпиль видишь? Князь там наш сидит. Говорят, на шпиль ночью выходит посмотреть. Месяца три назад стоял там и рисовал картину, когда гнилые районы полыхали в пригороде. Нам это, дальше не надо. Тут дворик небольшой, там и вход в канализацию есть.
— А чего там? Зачем столько шли? Ближе входа не было?
— Дык канализация же только под центральным городом и есть… Ну, работающая, скажем так. Пара выходов за её пределами да недостроенный подземный город из труб и тоннелей. Этот вход ближайший. А дальше идёт за город. Но там такие туннели, что находиться невозможно, как я уже сказал. Вонь, твари… Ещё иногда уровень говна поднимается, что утонуть можно. Вот на центральной с окраиной и живут да иногда делишки делают.
— И что? Прям толстосумы не чешутся, что вы под ними шаритесь и можете вылезти не в том месте и не в то время? Я бы на их месте таких паразитов вытравливал.
— Ничего мы не паразиты! — обиженно заявил второй. — Да только… делают они облавы. Поймают каких нищих или залётных и всё. Наш старшой всё в курсах знает. Уходим сразу по сигналу или остаёмся, если всё тихо. У нас же всё серьёзно.
— Серьёзно, говоришь… — задумчиво произнёс я и замолчал.
А мысли были нехорошие. Ведь, если всё серьёзно, нас могли и срисовать. А там просто ведь зажмут и никакие навыки не помогут. Заложники? Какое им дело до шестёрок… Авторитет дороже. Дилемма…
Тем временем мы уже подошли к канализации. Выглядела она как слив, только большой, прикрытый тяжёлой железной решёткой. Один из парней попросил меня отойти, чтобы они могли поднять люк. Я кивнул, и он, подцепив железяку рукой, чуть дёрнул наверх, а напарник сразу же подставивл под неё камень. А потом они начали медленно поднимать с помощью железной распорки. Открыли и зафиксировали, а следом в нос ударил тонкий аромат гнили и тины…
— В общем, так, — нарушил я молчание, смотря на парня с разбитым носом, — ты идёшь. А вот твой друг останется со мной. По городу мы походим, пообщаемся. А ты вечером притащишь либо козлов, либо украденные ими вещи к дому Тога Мясника. Всё понял?
— А… — Первый пацан указал рукой на бечёвку и вздрогнул, когда я одним движением её срезал.
— Теперь всё? Вали!
Он словно только и ждал разрешения. Тут же полез внутрь колодца в земле, схватился за железные скобы и начал спускаться. Но перед этим, держась одной рукой, смог аккуратно опустить решётку. Я ещё немного подождал и, чуть уколов второго из воришек, двинулся на выход. Тот шёл с таким грустным видом, словно его приговорили. Похоже, чуйка меня не подвела. Хотя всё будет ясно чуть позже.
Громкий и неприятный перезвон колоколов в сочетании с чем-то вроде ударов больших серпов друг о друга послышался откуда-то со стороны ворот верхнего города, когда мы уже подходили туда. Я схватил за руку своего заложника, ибо он уже дёрнулся, желая убежать, и чуть заломил кисть, чтобы парнишка подуспокоился. Но даже так, очнувшись, он с бледным лицом посмотрел на меня и, тяжело сглотнув, произнёс:
— Ч-ч-чего мы стоим⁈
— А тебе так хочется бежать?
— Надо приветствовать первожреца.
— Первожреца, говоришь? А это интере-е-есно-о, — протянул я. — Пошли тогда, что-ли.
Я легонько подтолкнул его вперёд и пошёл следом. Приходилось то и дело одёргивать ворюгу, не давая ему перейти на лёгкий бег. Мимо нас носились люди, которые словно потерялись то ли от страха, то ли от радости.
Толпа вела нас в сторону центра города и, видимо, главной улицы. Я сам не понял как, но через какое-то время стал частью толпы. Она, казалось бы, заполонила всю центральную дорогу, которая шла от центра на юг. А потом на нас налетели другие опоздавшие, буквально вогнав в самое сердце столпотворения. Я ещё толкался, когда понял, что все вокруг чуть ли не замерли, наблюдая огромную процессию на дороге.
Глава 5
Не ощутив угрозы, я начал внимательно осматривать процессию. Время словно замерло. По главному городскому тракту двигалось множество людей. Первыми шли латники с копьями и щитами. Причём копья их были не обычными, словно к их острию добавили по два серпа. Следом же катилась огромная железная повозка, которую тянули гигантские рептилии, похожие на динозавров, и сопровождали воины в доспехах с капюшонами, скрывающими лица хозяев.
Вокруг меня люди словно взбесились. Кто-то тихо шептал молитву, кто-то вообще упал на колени и начал неистово кричать. Мой пленник стоял и трясся, будто в экстазе. Да что тут, дьявол возьми, творится⁈
— Что за хрень, твою мать… Зачем он вытащил свою жопу? — матернулся стоящий неподалёку от меня мужчина.
Я покосился на него и заметил какого-то рептилоида. Он был одет во всё серое с глубоким капюшоном. Прям настоящий доморощенный ассасин. Причём никто на него словно не обращал внимания. Я хотел было сказать что-то язвительное в ответ, но прикусил язык. Не моё дело. Мне со своим статусом вообще лучше вести себя потише. Я тупой быдловатый кочевник.
В этот момент громогласный голос кого-то из идущей толпы заглушил все звуки:
— Склонитесь, смертные, перед проводником божественной воли! Не смейте поднимать глаз, али выжжет их небесная суть. Молитесь, ибо это ваш шанс, что Великий услышит вас!
Я чисто автоматически перевёл взгляд на огромную повозку и увидел, как на её крышу выходит кто-то в ослепительно красном одеянии.
Но не успел я поднять выше глаза, как осознал, КТО это, и тут же последовал примеру остальных. Потупил взгляд и начал делать вид, что истинно молюсь, стараясь повторять движения других людей. Практически прирос к мощённой дороге, изо всех сил стараясь скукожиться и уменьшить свои внушительные габариты, в надежде скрыться от взгляда первосященника и его свиты. А всё из-за того, что стоило мне приглядеться, как над ними появились надписи:
А сопровождающие его рыцари в красных доспехах отличались от него только уровнем силы, но точно так же имели статусы:
Интересно. Мой «куратор» говорил, что в настройках можно что-то изменить в отображении… Такс, посмотрим… Ага, выбрать «Классический стиль». Ну, и что поменялось?
Ага… Вот, значит, как. Один круг силы — это десять уровней. Запомнили… Только пропал публичный статус… Это, видимо, отметки между «Избранными» и их официальная прописка к какой-то силе или союзу.
Я заметил, как недавно возмущающийся рептилоид, до последнего стоящий на ногах и пялящийся с ненавистью на церковников, упал на колени и упёрся лбом в камень. А потом его стошнило… Не успел я этому удивиться, как произошла вспышка, что не просто осветила площадь… Нет, я почувствовал, словно в меня пытается проникнуть что-то очень неприятное, но вдруг оно начало обходить меня стороной, словно огибая сталь. Стоило мне проморгаться, как я заметил рептилоида, что рассыпался в серый песок, который моментально развеяло при первом же дуновении ветра. На земле осталось лишь тряпьё, припорошенное частицами праха своего владельца.
— Едрить-колотить. Что они со мной то сделают если узнают? Ведь если я вижу избранных и святош, то и они будут видеть меня… Надо валить… — прошептал я сам себе, моментально растеряв интерес знакомиться с местной элитой.
Я осторожно огляделся, снова посмотрел на процессию сквозь просвет между молящимися членами паствы и словно столкнулся взглядом с одним из двух латников, что именовались Воинами рассвета. Долгую секунду мы будто смотрели друг на друга, а потом я пал на колени и случайно толкнул своего пленника. Тот, видимо, вышел из своего приступа. Оглядевшись, он заметил, что я валяюсь на коленях на земле, начал пробираться к выходу.
Раздались крики возмущения и отрывистые команды кого-то из стражи. Я так и стоял на коленях, наблюдая боковым за тем, как мимо меня проносятся латники с копьями вслед за сбежавшим уголовником. Я стоял так и дальше, пока процессия не скрылась за поворотом. И лишь когда народ начал расходиться, причитая и тихо шепча молитвы, я наконец-то позволил себе встать… Это было близко. Близко и очень опасно.
Я медленно двинулся в переулки, оглядываясь по сторонам и скрываясь в толпе. Лишь когда значительно удалился вглубь грязных застроек, смог выдохнуть. И почему меня не предупредила тень, что мы можем вот так вычислять друг друга⁈ Это всё сильно осложняет…
Сам не заметил, как дворами вышел к месту, где поймал воришек. Немного подумав, двинул обратно на торговую площадь.
Большинство лавок уже позакрывались, так что народу почти не было. Разве что возле лавки мясника…
Ба! А говорят, один снаряд в одну воронку дважды не попадает. Вон, моё добро грузят! Подсвечник торчит очень характерный. Его я ни с чем не спутаю. Худое тело довольно подкинуло мешочек с деньгами. Как пить дать, за мой хабар. Ну что же… спасибо им. Не придётся бегать и сбывать добычу. Вот только арбалет мне очень уж понравился. А он теперь в лапах Тога Живодёра…
Когда мои цели разошлись, я двинул следом за троицей и вскоре заметно ускорил шаг. Со своим ростом мне всё равно не затеряться на полупустой улице, а так хотя бы сокращу дистанцию. И точно, меня срисовали где-то на полпути.
Троица ускорилась, а вместе с ними и я. Но в подворотню они не завернули, а наоборот, двинули в более оживлённое место, так что от резких движений пришлось воздержаться. Слишком тут часто проходили патрули, да и много людей вокруг.
Продолжаться так долго не могло. Темнело. А ещё с неба начал накрапывать дождик…
Вот только его мне тут не хватало! Вот самое оно, ага! Я словно недостаточно сегодня вымазался, провонялся и натерпелся!.. Хотя… Возможно, это и везение. Хотя бы не буду вонять как бомж.
Дождик же накрапывал всё сильнее, пока не превратился в полноценный дождь. Ещё не ливень, но до него оставался один шаг. Народ наконец-то разбежался. Видимо, никто не желал особо мокнуть. Троице, похоже, как и мне, надоели наши догонялки. Они остановились и встали плечом к плечу, ожидая моего приближения. Но по мере того, как я подходил, их решимость куда-то пропадала. Они всё чаще стали переглядываться, сделали несколько неуверенных шагов назад, и вообще их боевой дух падал куда-то на дно. И не удивительно, самый высокий из них доставал мне до подмышки.
— Тебе чего надо? А⁈ — Это «А», наверное, должно было звучать грозно… Должно было бы, если б голос говорившего не дал петуха.
— Мне нужны мои деньги за мои товары, — прямо сказал я, продолжая идти в их сторону.
— Чего? Ты о чём это? — нервно спросил второй, и троица начала медленно пятиться задом.
— О чём? О том, как вы украли мои вещи из моего же номера, а потом продали их Тогу, получив плату. Плату, которую я хочу получить. Отдайте её мне, и я забуду о вашем существовании. — Я остановился перед ними примерно на дистанции в два метра, оглядел троицу и сказал: — Я понятно изъясняюсь?
В ответ центральный — тот самый главарь с деньгами — с криком ринулся на меня с ножом в руке и широким замахом попытался ударить. Я быстро пробил ему встречный прямой в голову, и парень рухнул навзничь на брусчатку.
— Кто-то ещё? — Поставив ногу на находящегося без сознания главаря, осмотрел я оставшихся задохликов. — Нет? Ну и отлично.
С этими словами я достал из-за пазухи их главаря толстый мешочек с монетами и, пнув лежащее тело, произнёс:
— Забирайте идиота, и чтобы я вас больше не видел.
— Ага, — И уже мне в спину долетело: — Спасибо, что не убили.
В ответ я лишь махнул рукой и двинулся в сторону мясника. Нужно было решить последний вопрос. Настроение даже чуть улучшилось. Временно…
Глава 6
Хорошее настроение продержалось недолго… Стоило подойти к району проживания мясника, как дождь превратился в полноценный ливень. Ничего не было видно дальше метра, а по дорогам текли настоящие реки грязи и мусора. Прям живое болото… Оно всё пыталось сцапать мою обувь, а иногда и меня самого смыть в ближайший сток, но я этой твари не давался.
К дому мясника я добрался уже после захода солнца. Мокрый, грязный и злой. Если бы он был поменьше да попроще, я бы его вообще прошёл, потому что никто и не думал зажигать фонари. Оно и правильно. В такую непогоду даже самую злую псину не выгонишь на улицу из будки.
Открыв калитку и прошлёпав по каменной брусчатке, я поднялся по ступенькам и с силой постучал в дверь. Крепкую, надёжную дверь. Раз, другой, и наконец она приоткрылась настолько, чтобы я смог разглядеть в слабом освещении недовольное лицо мясника. Он походил на злого бульдога. Такая же небольшая толстая шея, высокий лоб, маленький нос и губы. И глаза прищуренные, словно он собирается убить меня прям тут. Хотя почему словно? Вон, на боку висит здоровенный нож, больше похожий на короткий меч или небольшой мачете, только с остриём.
— Чё тебе надо? Жить надоело⁈ — прорычал Мясник низким голосом.
— Выходи, поговорить надо, — коротко ответил я, попытавшись открыть дверь. Но она лишь жалобно звякнула железной цепью.
— На хер иди! Ты погоду видел⁈ — Мясник похоже решил, что разговор закончен, и начал закрывать дверь.
Я с этим был категорически не согласен. Подставив ногу между дверью и косяком, с силой дёрнул дверь. Послышался хруст дерева, и цепочка жалобно звякнула, но мой порыв души выдержала.
— Выходи, иначе я зайду.
— На хер! — С этими словами Мясник ловко выхватил свой большой нож и попытался загнать его мне в брюхо через проём.
По вялому движению понял — пугает. Однако, будь я менее проворным и тупым как тот самый увалень, которого из себя строю, то лежал бы сейчас да подыхал под дверью.
Отступив назад от его тычка, я тем самым позволил двери закрыться. Даже через бушующий ливень я слышал, как щёлкают замки на двери. От раздражающих звуков и сложившейся ситуации у меня начал дёргаться глаз.
Бухнув большую часть энергии в ноги, я ударил в дверь, высвободив силу наружу. Это не просто усиление. Это взрывная и опасная сила. И она не подвела. Послышался хруст, и дверь, сорванная с петель, влетела внутрь и сбила с ног Мясника. В проёме лишь замки, вырванные с корнем из двери, остались печально висеть.
Работает магия! Работает родимый «Выброс энергии»!
С чувством глубокого удовлетворения я вошёл внутрь и двинулся к мужику, но дойти до него не успел. Дверь, которая ещё недавно придавливала Мясника к полу, отлетела с жутким грохотом в сторону, и весьма злой хозяин дома начал подниматься на ноги.
Не дожидаясь, пока Мясник встанет, я с разбега пнул его в голову. Но мой удар пришёлся в грамотно выставленный блок и позволил лишь уронить мужика обратно на пол. А потом я ушёл в сторону от пролетевших мимо меня тяжёлых ножен, и тем самым дал противнику время подняться.
Дальше пошёл замес. Как говорится, весело месиво, просто весело! Заблокировал его удар, но чудовищная сила Мясника заставила меня отступить назад. Дури в нём, как в быке. Мой ответный выпад он в очередной раз принял на блок и даже не поморщился. Наоборот, улыбнулся. Позер хренов…
Пошёл обмен ударами, и Мясник, благодаря крупному и мощному телу, начал меня теснить. Веса в нём явно побольше, хоть и ростом он ниже. Просто продавливал массой.
Первый же пропущенный удар в грудь заставил меня серьёзнее относится к противнику. Но и он, получив скользящий удар сверху вниз кулаком, перестал давить.
Если бы ты мне, гад, не нужен был живым, всё бы закончилось быстро…
На повышение ставок я пошёл первый. Подхватил резной стул и запустил его в противника. Тот отвёл снаряд рукой и поморщился, глухо ругаясь под нос, и тут же отправил в меня тяжёлую глиняную вазу. Уйти от снаряда я уже не успевал, так что встретил его ударом руки. Ваза разлетелась на множество мелких осколков, и что-то тёплое полилось у меня по щеке.
Оценить рану я не успел. Мясник, словно бык, рванул на меня. Не обращая внимания на встречные удары, он схватил меня за талию и, протащив через всю комнату, впечатал в стену с такой силой, что висевшая на ней картина с грохотом упала на пол.
У меня что-то хрустнуло в спине, а в глазах появились звёздочки. Парочка ударов локтем пришлась на спину бычары, и он наконец-то скинул меня, но не слишком удачно. Я остался стоять на ногах — спасибо врождённой ловкости — и ринулся в контратаку. Пробив в голову двойку, удачно прорвался через выставленные кулаки и разбил его губы в кровь. А у самого до сих пор звёзды из глаз сыпались…
У Мясника, похоже, полностью отказали тормоза. Он снова тараном попёр на меня и таки успешно обрушил на дубовый массивный стол. И сам ещё упал сверху.
Стол такого издевательства не выдержал, и мы с грохотом рухнули на пол. Пользуясь заминкой противника, я скинул его с себя и сел ему на спину, сомкнув руки в замок на толстой шее. Он попытался встать, но ноги его не удержали, и мужик упал обратно. Победа, казалось, уже близка, но…
— Ра-а-а-а!
С этим воплем бычара с нечеловеческой силой протиснул одну руку между моими, а другой ухватился за верхнюю одежду. Сделав глубокий вдох, он резко дёрнул меня вверх и вперёд и впечатал в деревянный пол.
Я лежал на спине, а он на животе. Долгую секунду мы смотрели друг другу в глаза, а потом Мясник быстро оказался надо мной и начал душить. Его руки, словно стальные тиски, сдавливали мою шею. Оторвать их не получалось.
В этот момент открылась дверь соседней комнаты, и через чёрные круги в глазах я различил симпатичную девушку. Вот только что-то в ней было не так. Это царапнуло мой разум, но мне совершенно не до этого, даже будь она хоть десять раз симпатичной. Главное, что я отметил, — девушка беременная.
— Милый, пожалуйста, будь потише при работе с клиентами, дети спят, — раздался её спокойный звонкий голосок.
Нахмурившись, она ещё что-то хотела сказать, но раздавшийся детский плач заставил её прерваться, тяжело вздохнуть и уйти обратно в комнату.
А я… А я отпустил рукоять ножа, за который уже схватился, и, пользуясь тем, что Мясник отвлёкся и ослабил хватку, ударил ногой ему в промежность. Хорошо так ударил. От такого удара он тихо охнул и тут же убрал руки с моей шеи, позволяя мне сделать глубокий вдох.
Скивнув Мясника с себя, я медленно поднялся, пытаясь отдышаться. Только прошло головокружение, как раздался рык мужика, и он тараном в очередной раз снёс меня. В этот раз нашей конечной остановкой оказался дверной проём. Пролетев небольшую лестницу, мы оба приземлились в радостно хлюпающую под ливнем грязь.
Поделиться книгой: