В погоне за совершенством. Часть 3

— Намного лучше. Тяжело, как и всегда. — Франко провел рукой по волосам. — Ты знаешь, какой он.

Я услышала это только сейчас, очень легкий итальянский акцент. Я не знала, уловила ли я его тогда в Нью-Йорке, но у меня было чувство, что Франко пытался избавиться от него сильнее, чем его брат.

— Вы братья, — наконец-то произнесла я.

— Прости. — Девон, казалось, был почти удивлен, увидев меня все еще стоящей здесь. — Я забыл представить вас. — Он указал на Франко. — Это Франко Ричи, мой младший брат. Франко, это Крисси Дженсен.

Я посмотрела на Франко, который одарил меня теплой, но не сексуальной улыбкой.

— Мы встречались, — сказал он.

На какой-то ужасный момент я подумала, что он собирается сказать Девону, что мы переспали. Но вместо этого его улыбка стала еще шире, и он пошел в другом направлении:

— Совместная поездка на лифте позволила нам провести глубокую и содержательную беседу.

— Мудак. — Девон ударил своего брата в плечо так, как это обычно делали братья. Он посмотрел на меня. — Ничего, если мы встретимся после? Франко задолжал мне дорогой обед, потому что мы не виделись почти год.

Я молча кивнула. У меня кружилась голова. Я поспешила к лифту, не желая быть в нем в момент, когда оба мужчины последуют за мной. Когда двери закрылись и я наконец осталась одна, то прерывисто вздохнула. Ну и что мне делать теперь?

Глава 22

Девон

Я откинулся на спинку стула и посмотрел на младшего брата, флиртующего с официанткой. Я всегда называл его младшим и думал о нем, как о человеке значительно моложе меня, но только сейчас я понял, что вообще-то он был на несколько лет старше Крисси. Я задавался вопросом, если бы мы втроем выросли вместе, посмотрел ли бы я на нее еще раз.

«Я бы заметил ее», — сказал я сам себе. Она была такой женщиной, которую я бы не смог проигнорировать.

— Девон. — В голосе Франко прозвучало веселье.

Я откинул мысли о Крисси и понял, что моя очередь делать заказ. Я заказал как обычно и добавил дорогую бутылку вина.

— Выглядишь хорошо, — сказал Франко.

Я кивнул.

— Да. — Это была только полуправда, но я не хотел обременять брата своими любовными проблемами. — А папе лучше?

Франко тоже в свою очередь кивнул. Он смотрел, как официант наливает мне вино на пробу. Когда молодой человек ушел, Франко продолжил:

— Ему потребовалось некоторое время, чтобы принять то, что он не восстановит свою полную силу.

Я сделал глоток вина. Наш отец всегда был активным мужчиной, и его сердечный приступ, за которым последовала серьезная инфекция, застал нас всех врасплох. Что еще хуже, он вернулся назад в Италию за несколько месяцев до случившегося, но мой брат и я остались здесь. Мы оба прилетели увидеться с ним после того, что случилось, но Франко вызвался остаться. Последние несколько месяцев брат постепенно возвращался в Штаты, но мы оба не хотели оставлять отца абсолютно одного, и он отказался возвращаться.

— А Ана Лючия? — Я попытался сделать так, чтобы вопрос прозвучал небрежно, но Франко не обмануть.

— Он счастлив с ней.

Я был благодарен официанту за то, что он выбрал именно этот момент вернуться с закусками. Я не был уверен, что хотел продолжать разговор о девушке отца. Женщине, которая была на год младше меня. У папы не было много денег, но у Франко и у меня были. Мы оба были обеспокоены тем, что Ана Лючия была заинтересована только в деньгах, но детектив, которого мы наняли, не нашел ничего подозрительного в ее прошлом, и она никогда не просила никого из нас ни о чем. И все же я относился к ней с недоверием.

Эта мысль заставила меня вспомнить о том, что Крисси сказала насчет меня. Что я всегда предполагал худшее в женщинах. Я сделал то же самое и в отношении Аны Лючии? Я отбросил эту мысль. Не хотел заниматься самоанализом. Я хотел приятно пообедать со своим братом.

Я намеренно перевел наш разговор на более приземленные темы, и эти темы перетекали одна в другую, пока мы обедали. Только когда мы оба закончили, разговор вернулся назад к моей работе. Точнее к недавнему безумию, начавшему попадать в новости. Я не был знаменитостью, но то, что я сделал на прошлой неделе, определенно вышло на первые полосы за в остальном неспешную неделю. Я прояснил, что случилось с Картером и Дерриком, одновременно пробежавшись по более глубоким причинам моих действий. Любой хороший работодатель защитил бы честь своего сотрудника с таким же рвением, верно?

— Ублюдок, — сказал Франко. — Я бы выбил все дерьмо из этого Деррика.

— Поверь мне, — сказал я. — У меня было сильное искушение сделать это.

— Похоже, Крисси доставила больше хлопот, чем это того стоило, — сказал Франко.

Я хмуро уставился на свою тарелку, раздраженный его высказыванием, хотя и знал, что у меня не было для этого причин. Он не знал, что она значит для меня. Черт, я сам едва знал, что она значит для меня.

— Она прекрасный агент, — сказал я. Осторожно, так, будто бы я не хотел давно задать этот вопрос, я спросил: — Что ты о ней думаешь? Ты встречался с ней.

Франко обдумывал вопрос, допивая остатки своего вина.

— Я думаю, что она особенная женщина и что тебе лучше не облажаться.

Я уставился на него.

— О чем ты говоришь? Ты ее видел… сколько? Две минуты?

— Да ладно, Девон, — сказал он. — Я увидел химию между вами двумя, как только мы вошли в твой кабинет.

Я подумывал начать отрицать это, но мне нужно было с кем-то поговорить, а Франко я доверял больше, чем кому-либо еще.

— Наверное, не имеет значения, насколько сильная химия между нами, — сказал я. — Я на самом деле все испортил и думаю, что может быть слишком поздно все исправлять. — На этот раз я рассказал ему всю историю целиком, не пропуская ничего, кроме интимных деталей.

— Выглядит так, будто ты на самом деле не безразличен к ней, — с серьезным выражением лица сказал Франко, наклоняясь вперед.

— Так и есть. — Я впервые признаю это перед кем-то еще, кроме самого себя.

— Тогда не позволяй нескольким ошибкам разрушить то, что могло бы стать чем-то особенным.

Он сказал это так буднично, что я почти рассмеялся. Как будто сердечные дела — это так просто.

— Но что, если она не простит меня или если она не чувствует того же? — Я пытался озвучить свои страхи. Франко был единственным человеком, который когда-либо видел меня уязвимым, но даже он никогда не видел меня таким по отношению к женщине.

— Ты беспокоишься, что все закончится так же, как и с…

Я прервал его прежде, чем он произнес ее имя:

— Она изменяла мне.

Его глаза расширились.

— Ты никогда не говорил мне об этом.

— Это не то, о чем мне нравится думать, — сказал я. Мышцы на моей челюсти были напряжены. — Я вернулся домой спустя два дня после нашей помолвки и обнаружил ее, трахающуюся с Ронни.

— Блять, с Ронни-боем? Он вроде как твой лучший друг, — выдохнул Франко.

— Был, — сказал я.

Франко откинулся на спинку стула.

— Мне всегда было интересно, что произошло между тобой и Ронни.

— Теперь ты знаешь, — прохладно сказал я.

— И сейчас ты боишься рисковать с Крисси.

Не удивительно, что мой младший брат сказал напрямик то, о чем я сам думал.

— Я обещал себе, что никогда не позволю другой женщине быть настолько же близко.

Франко сузил глаза, мгновение изучая меня.

— Мне кажется, что ты уже нарушил это обещание.

Я нахмурился, но не стал спорить. Он был прав. Влиять на мои чувства не имело смысла. Я уже ощущал это.

— Слушай, Девон, ты мой брат, и я люблю тебя, но тебе нужно прекратить быть придурком.

— Прости? — Это не то, что я ожидал от него услышать.

— Она тебе небезразлична, — сказал он. — Возможно, даже больше, чем небезразлична, но ты позволяешь тому, что сделала одна женщина, удерживать тебя от того, что могло бы стать чем-то серьезным. Ты на самом деле собираешься позволить Харли разрушить твой шанс на счастье?

Слышать ее имя было уже не так больно, как раньше. На самом деле мне было легко отбросить мысли о ней и думать о том человеке, о котором я действительно хотел думать. Франко был прав. Я не мог позволить, чтобы то, что случилось много лет назад, стоило мне Крисси. Я должен вернуть ее.

Глава 23

Крисси

Если я продолжу в том же духе, меня уволят. Я пялилась на папку у себя в руках уже десять минут и не продвинулась дальше первой пары строк. Неприятное ощущение в животе становилось все сильнее, но я была рада, что решила поработать во время обеда. Я сомневалась, что смогла бы удержать в себе хоть что-нибудь.

Я переспала с братом Девона.

Этот факт продолжал крутиться у меня в голове, и каждый новый круг приносил с собой новый сценарий, в котором Девон слышит эту новость. Ни один из них не был хорошим. Я знала, как сильно доверие значило для него, но не знала, будет ли достаточно простого «Я не знала, что он твой брат, и это случилось прежде, чем мы встретились». Ни один мужчина не захотел бы услышать подобное… Кем бы я ни была для него, я занималась сексом с его братом. И Девон был гораздо более чувствительным, чем казалось по его внешней грубости. Это может все испортить.

На краткий и безумный миг я подумала о том, чтобы не говорить ему, но эта мысль не задержалась надолго. Кроме того факта, что я была ужасна в секретах, хранить это в тайне от него определенно будет предательством его доверия. Я также должна была принять во внимание тот факт, что он, возможно, уже знает. Был очень хороший шанс, что Франко сказал ему, когда они оказались наедине. Все, что знал Франко, это то, что Девон и я всего лишь работодатель и сотрудник. У него не было реальной причины не упомянуть при брате, что он трахнул нового агента «Миража». Я думала о том, что он не сказал про Нью-Йорк, когда Девон представил нас. Я надеялась, что это означало, что Франко не собирался ничего говорить, но у меня не было никакой возможности узнать наверняка.

Я не знала, будет ли лучше надеяться, что Франко все рассказал Девону, или ему лучше услышать это от меня. Не то что бы был подходящий способ сказать подобное. Мой желудок снова скрутило, когда я представила, как вытянется лицо Девона, когда он услышит такое. С другой стороны, это бы означало, что сигналы, которые я ощущала, были реальными, а не просто принятием желаемого за действительное с моей стороны. В этот раз я на самом деле с кем-то трахалась. Что, если это был такой ущерб, который я не смогу исправить?

Я посмотрела на часы на компьютере. Три. Даже после долгого и позднего ланча Девон уже должен был вернуться. Поскольку он не ворвался в мой кабинет с обвинениями о Франко, я восприняла это как сигнал, что мне нужно во всем признаться.

Прежде чем у меня сдали нервы, я встала, одернула юбку и вышла из своего кабинета.

— Я ненадолго поднимусь наверх.

Проходя мимо Трейси, я не взглянула на нее. Она была профессионалом, но с того момента, как она посмотрела на меня, я знала, что девушка была в курсе истории, стоящей за моими синяками. Я не заглядывала в СМИ сегодня, не хотела увидеть свое лицо под каким-нибудь заголовком, где в статье бы задавались вопросом, что я сделала, чтобы так разозлить Деррика Джонсона.

К тому времени, как я достигла офиса Девона, я почти забыла о своих травмах. Мой голос все еще был немного грубым, когда я разговаривала, но «Тайленол» сегодня сделал свое дело и я не чувствовала боли. Я остановилась перед дверью и сделала глубокий вдох, чтобы успокоить нервы. Потом постучалась.

— Войдите.

Когда я вошла, Девон выглядел удивленным, но не разозленным, так что я восприняла это как добрый знак.

— Что это за стук? — спросил он, когда откинулся на спинку стула. — Я думал, ты предпочитаешь просто врываться, разозлившись на что-то, что я сделал или сказал. — Его губы подергивались, будто он пытался не улыбнуться.

— Обычно ты этого заслуживаешь, — парировала я. Я подавила желание продолжить подшучивать. Я пришла сюда не за этим.

— Но ты здесь сейчас не из-за этого, — подчеркнул он.

Я покачала головой, а затем расправила плечи. Лучший способ сказать что-то подобное — просто выложить это.

— Когда я была в Нью-Йорке, перед тем как приехала сюда на свое первое интервью, даже перед тем, как меня позвали на первое интервью, я познакомилась с твоим братом. — Я сцепила пальцы в замок. Рассказать о той встрече было сложнее, чем я думала. — Я не знала, кто он. Мы не обменивались личной информацией, даже фамилиями. Но мы провели ночь вместе.

Брови Девона взметнулись вверх, но все, что я видела на его лице, это искреннее изумление.

— Ты спала с моим братом?

Я кивнула, сжимая губы вместе. Я не была уверена, что могу доверять себе говорить. Я не сделала ничего плохого. Не то что бы я даже была знакома с Девоном, прежде чем это случилось, но я все еще чувствовала себя обязанной извиниться. Хотя и не хотела этого делать. Это было слишком, будто бы я признавалась, что вся моя сексуальная жизнь была чем-то, чего я стыдилась. У нас обоих было наше прошлое. Признание — это одно, но извинение — совсем другое.

Девон встал и подошел ко мне. Изначально я осталась стоять, нуждаясь хоть в какой-то степени контроля. Но сейчас, когда он начал медленно ходить вокруг меня, я начала задаваться вопросом, не было ли лучше, если бы я все-таки села.

— Ты не знала, что я его брат, когда пришла работать сюда? — спросил он.

Я покачала головой.

— У меня нет права ревновать тебя к мужчинам, с которыми ты трахалась до меня. — Его голос был тихим и заставил меня вздрогнуть. — Но я ревную. — Он остановился за мной и провел пальцем по моей руке. — И, думаю, что мне нужно сделать что-то с новостью, которую ты только что мне сообщила.

Меня охватило облегчение. Я узнавала этот тон. Это было частью его игры. Игры, в которую я очень хотела поиграть.

— В конце концов это не просто какой-то случайный мужчина, с которым ты занималась сексом. Это мой младший брат. — Он обошел вокруг и встал передо мной.

Его глаза скользнули вниз и на мгновение я увидела, как человек, которым он притворялся, исчез, а его место занял настоящий Девон. Его пальцы коснулись кожи на моем горле чуть выше синяка. Его губы сжались и гнев зажегся в глазах.

Я взяла его за руку и прижалась губами к его ладони. Мне нравилось, что я могла вызывать у него такую реакцию, но я не хотела ворошить прошлое, связанное с Дерриком и тем, что случилось. Я отпустила его руку и сократила дистанцию между нами, а затем провела руками по его груди.

— Ты прав, — сказала я. — Я трахнула твоего младшего брата.

Мои слова сделали свое дело, вернув его к игре, которую он затеял.

Он зарылся рукой в мои волосы и дернул. Недостаточно, чтобы было больно, но достаточно, чтобы заставить меня задохнуться. Он воспользовался тем, что мои губы были приоткрыты, и накрыл мой рот своим. Поцелуй был жестким и быстрым и закончился прежде, чем я смогла по-настоящему осознать, что происходит.

— Ненавижу, что он имел тебя первым, — прорычал он мне на ухо. — Ненавижу, что любой мужчина имел тебя передо мной.

— Но ты собираешься наказать меня только за Франко, не так ли? — поддразнила я. — Потому что это единственное, что имеет значение.