Помоги проекту - поделись книгой:
По мнению Брагадина, к моменту немецкой воздушной атаки корабли Бергамини еще следовали западнее острова Корсика, направляясь к Ла-Маддалене, и находились в районе острова Асинар. Англичане, в свою очередь, при описании этого эпизода не уточняли курс итальянской эскадры во время атаки немецкой авиации. По имеющимся в настоящее время достоверным сведениям, итальянцы были атакованы после поворота кораблей на запад, то есть при их удалении от пролива Бонифачио. По мнению Брагадина, только после немецкой атаки командование Реджиа Марина потребовало от союзников прикрыть свои корабли с воздуха, хотя само ранее не смогло этого сделать.
После того как итальянцы поняли, что союзники не собираются организовывать прикрытие истребительной авиацией сдающихся итальянских кораблей, им оставалось делать только одно — как можно скорее следовать к острову Мальта. Похоже, что потеря итальянцами своего новейшего линкора нисколько не расстроило и не взволновало союзное командование. Ведь для него главным было то обстоятельство, чтобы итальянские боевые корабли не попали бы в руки немцев.
Каковы были истинные мотивы принятия решения адмиралом Бергамини о курсе следования кораблей его эскадры и причине его изменения, мог бы пояснить только лично он сам, а также офицеры его штаба. Но все действующие лица этой трагедии погибли на борту «Ромы»…
Эсминцы «Да Ноли» и «Вивальди» после отмены захода в Чивитавеккио за королем и его свитой попытались проскочить через пролив Бонифачио между Корсикой и Сардинией, но попали под огонь немецкой береговой артиллерии. В результате они оба были потоплены: первый — артиллерией, а второй — попал на минное поле при уклонении от артобстрела и подорвался на мине.
Бестолковщина на итальянском флоте продолжалась и далее. По пути к мирной гавани столкнулись миноносцы «Пегасо» и «Импетуозо», поврежденные во время немецкого авианалета. В результате этого итальянцам пришлось их затопить.
Отряд итальянских кораблей в составе крейсера «Аттилио Реголо», эсминцев «Фузильере» и «Карабиньере», миноносца «Орси» после спасения уцелевших с затонувших кораблей (линкора и двух эсминцев) не рискнул прорываться далее к острову Мальта. Грубо нарушив условия перемирия, эти корабли направились в ближайший нейтральный испанский порт Маон на острове Минорка (Балеарские острова). Вполне естественно, что удивленные испанцы тут же интернировали прибывшие к ним итальянские корабли-дезертиры.
Тем временем контр-адмирал Зара, ставший командующим флотом после гибели адмирала Бергамини, все-таки довел остальные итальянские корабли до Мальты утром 10 сентября. Кроме остатков эскадры Бергамини в тот же день на Мальту пришел и вышеупомянутый отряд адмирала Биангери — 2 линкора, 2 крейсера и 1 эсминец. 13 сентября туда же прибыли и линкор «Джулио Чезаре», и один авиатранспорт, вышедшие из Триеста.
Менее крупные корабли и часть итальянских подводных лодок прибыли в другие базы союзников. Всего на Мальту прибыли 5 линкоров, 8 крейсеров, 7 эсминцев, 24 миноносца, 19 корветов, 32 торпедных катера, 1 авиатранспорт, 3 тральщика, другие вспомогательные корабли, а также вроде бы 40 подводных лодок. Последняя цифра, правда, вызывает некоторые сомнения.
Под контроль союзников перешло также 101 торговое судно (183 591 брт), а 168 судов (76 298 брт) были затоплены из-за опасности их захвата немцами.
Хотя многие итальянские боевые корабли, которые не могли двигаться, были затоплены или взорваны, ряд кораблей были все-таки захвачены немцами. В их руки попали тяжелые крейсеры «Больцано» и «Гориция» (они были в ремонте), старый крейсер «Таранто», 8 эсминцев, 22 миноносца, 9 корветов, 10 подводных лодок и около 250 мелких боевых кораблей. Правда, в ряде источников приводятся и несколько иные цифры захваченных кораблей.
В какой-то мере вышеприведенные сведения получили подтверждение в докладе начальника штаба оперативного руководства Главного командования вермахта генерала Йодля, датированного 7 ноября 1943 года. В нем он проинформировал Гитлера о захваченном в Италии вооружении, в том числе и о боевых кораблях итальянского ВМФ, более 60 из которых, по утверждению Йодля, попали в руки немцев.
А что же предпринимало тогда руководство Реджиа Марина? Утром 9 сентября оно было предупреждено, что немцы собираются оккупировать Рим, а днем на улицах итальянской столицы начались бои. Итальянские штабисты продолжали отслеживать развитие событий на море, хотя 10 сентября немцы захватили три радиоцентра флота в районе Рима. Итальянцев выручало наличие у них мобильных радиостанций, смонтированных на автомашинах, что позволяло им принимать донесения и передавать приказы в центры управления военного и торгового флота. Итальянцы продолжали работать в Риме вплоть до 12 сентября, хотя немцы блокировали здание штаба флота уже 11-го числа. Штаб Реджиа Марина прекратил свою работу в Риме только после того, как адмирал Де Куртен сообщил из Бриндизи, что берет командование на себя.
10 сентября немецкое верховное командование опубликовало сообщение:
Итальянский военно-морской историк Брагадин, как стойкий борец за честь итальянского ВМФ, долго и многословно убеждал всех в том, что переход итальянских кораблей на остров Мальта ни в коем случае не являлся капитуляцией. Вероятно, что формально он прав, так как итальянцы действительно не спустили флага и не сдали свои корабли союзникам, действуя по приказу своего законного правительства. Тем не менее итальянцы предоставили свои корабли в распоряжение союзных держав и присоединились к побеждавшей стороне, бросив своих союзников по пресловутой оси в трудный час.
Не хотелось бы издеваться над высказываниями Брагадина о том, что «воля осталась тверда», «дух непоколебим» и «флот высоко держал свое знамя» в то время, как вся нация была дезорганизована. Было бы намного лучше, если бы все эти достоинства итальянские моряки и их командование проявили во время боевых действий на море. Один только факт о том, что начальник итальянской военно-морской разведки адмирал Мауджери работал на англичан, говорит о многом. В общем, и воевали без особых успехов, да и капитулировать не смогли более или менее организованно. Понятно, что вышесказанное никоим образом не относится к отважным итальянским подводникам Атлантической флотилии, действительно не запятнавшим своей чести ни во время боевых действий, ни во время этой позорной, да к тому же еще бездарно проведенной капитуляции итальянского ВМФ.
Объявление о подписании перемирия между Италией и союзниками, прозвучавшее в сентябре 1943 года совершенно внезапно для командования итальянского ВМФ, положило конец этой ранее запланированной акции. Немецкое морское командование, в свою очередь, было тоже неприятно удивлено тем обстоятельством, что их итальянские союзники решили так поспешно выйти из игры. Все переданные итальянцам подводные лодки, все еще находящиеся в немецких гаванях, были конфискованы немцами, а их команды интернированы. В дальнейшем все лодки от S-1 до S-10, которым были возвращены их немецкие наименования, были использованы только в учебных целях. Они не приняли участия в боевых действиях, а погибли на своих базах при бомбардировках союзной авиации или были бесславно затоплены немецкими экипажами при капитуляции Германии в мае 1945 года. Но тут мы немного забегаем вперед.
Глава 15
Бесславный финал борьбы итальянских подводников
Трехлетняя борьба итальянского подводного флота на стороне Германии закончилась так же, как и для всего Реджиа Марина, в сентябре 1943 года с объявлением о выходе Италии из войны.
Неожиданная капитуляция вызвала большую неразбериху и породила определенную путаницу в умах итальянских подводников. Во-первых, немцы тут же аннулировали свое обязательство о передаче 10 новейших подводных лодок, экипажи которых уже проходили подготовку на Балтике. В Данциге, где базировалась учебная дивизия подводного флота, немцы очень оперативно произвели интернирование команд 10 лодок (S-1 — S-10) своих ненадежных союзников. Во-вторых, немцами были захвачены итальянские подводные лодки, подготовленные для совершения перехода на Дальний Восток. В Ле-Фердоне в их руки попали прославленные лодки «Финци» и «Багнолини».
Практически синхронно на якорных стоянках были захвачены три итальянские подводные лодки, которым посчастливилось добраться туда после полных опасностей плавания. Это были: в Сабанге — «Капеллини», а в Сингапуре — «Джулиани» и «Торелли». Чуть позже они были переданы немцам.
По утверждению Брагадина, подлодка «Капеллини» в Сабанге и вспомогательный крейсер «Рамб-2» в Кобе были то ли затоплены, то ли выведены из строя своими экипажами. Такая же судьба, по его мнению, постигла также и 11 итальянских торговых судов, находившихся в то время в японских портах. Вполне возможно, что итальянский историк, который далеко не всегда точен и объективен в описании событий, связанных с итальянским ВМФ, просто выдает желаемое за действительное.
К 8 сентября в составе Реджиа Марина насчитывалось 53 подводных лодки, подготовленных для боевых действий как в Средиземном море, так и за его пределами. При этом 34 из них находились на патрулировании или готовились к нему. Согласно условиям капитуляции, они должны были направиться для сдачи в союзные базы.
Одной из лодок, находившихся на патрулировании, оказалась и подводная лодка «Аммираглио Кани». Начальство своевременно проинформировало командира лодки о капитуляции, а он уже сообщил об этом команде. Одновременно с получением сообщения о капитуляции на лодку поступил и приказ из Бордо о продолжении боевых действий на стороне Германии! «Кани» предписывалось следовать в Сингапур, от которого ее в тот момент отделяло около 2 800 миль (5 000 км). Вопрос о том, кто отдал такой приказ в Бордо, остается открытым…
Видимо, такой вариант действий совершенно не устраивал командира итальянской лодки. В течение нескольких дней он взвешивал все за и против различных вариантов своих действий. После столь длительных раздумий Розелли-Лоренцини решил все-таки повиноваться своему престарелому монарху — королю Виктору-Эммануилу. Тут сказалась, вероятно, не столько несгибаемая верность королю, сколько опасение итальянских подводников оказаться в роли своеобразных «партизан» в океане в случае отказа от капитуляции со всеми вытекающими отсюда нежелательными для них последствиями.
Поэтому Розелли-Лоренцини и решил следовать в южноафриканский порт Дурбан. 20 сентября подлодка «Кани», предварительно спустив для подстраховки свой военно-морской флаг, пришла в эту английскую военно-морскую базу, чем очень сильно озадачила своих бывших противников. Дальнейшая судьба лодки была такова. Впоследствии «Кани» двинулась на север и, пройдя Красное море, через Суэцкий канал вернулась в Средиземное море. 27 января 1944 года она прибыла на базу в Таранто.
Это был далеко не самый худший вариант для данной итальянской лодки, если учесть происходившее осенью 1943 года в Италии. Там многие подводные лодки различных типов, которые на время капитуляции находились в ремонте или еще не закончили подготовку экипажей, а также находившиеся в постройке, были взорваны или затоплены своими экипажами. По имеющимся сведениям, из 67 итальянских подводных лодок 9 были захвачены немцами, 24 — затоплены экипажами, а 34 — капитулировали, то есть сдались союзникам.
Судьба уцелевших в боях итальянских подводных лодок оказалась печальной. Большинство лодок, которые были захвачены немцами, не были ими использованы и потом разрушены в результате воздушных атак союзных ВВС на итальянские военно-морские базы. Некоторые захваченные немцами лодки были позднее пущены на слом или затоплены.
Часть итальянских подводных лодок повернули свое оружие против своих недавних союзников. К концу 1943 года в составе итальянского флота находились еще 33 подводные лодки, которые принимали участие в боевых операциях уже на стороне союзников. В качестве «благодарности» за это, а может быть чисто по инерции, 12 сентября 1943 года итальянская подводная лодка «Топазио» была по ошибке потоплена английским самолетом у берегов острова Сардиния.
За все время участия Италии в войне на стороне союзников были потоплены еще две подводные лодки: «Аксум» и «Сеттембрини». Последняя тоже стала жертвой «дружественного огня» — 15 ноября 1944 года она попала под таран американского эсминца «Frament» в районе Бермудских островов.
Лодки, ранее входившие в состав Атлантической флотилии и попавшие в руки немцев, были включены в состав Кригсмарине под весьма непритязательными номерами от UIT-21 до UIT-25: «Джузеппе Финци» — UIT-21, «Альпино Багнолини» — UIT-22, «Реджинальдо Джулиани» — UIT-23, «Команданте Капеллини» — UIT-24, «Луиджи Торелли» — UIT-25.
Эти лодки, укомплектованные немецкими экипажами, не достигли каких-либо заметных успехов. Вот как закончили свой боевой путь бывшие итальянские подводные лодки:
— UIT-21 — после повреждений, полученных при налете английской авиации, исключена из списков 15 апреля 1944 года. Затоплена в Бордо 25 августа 1944 года.
— UIT 22 — потоплена 11 марта 1944 года южноафриканским самолетом южнее мыса Доброй Надежды (41°28′ ю. ш., 17°40′ з. д.) во время рейса в Японию.
Как же это происходило на самом деле? Бывшая итальянская подлодка, которой в то время командовал обер-лейтенант Карл Вундерлих, направлялась на Дальний Восток. Командир лодки был опытным подводником. Ранее он служил на немецких U-106, U-29 и U-628. За свою службу он был награжден Железным крестом 1-го класса. В октябре 1943 года он был назначен командиром UIT-22.
Во время следования в Японию он должен был встретиться с немецкой лодкой U-178 в районе мыса Доброй Надежды. Вероятно, в результате расшифровки радиопереговоров лодок со штабом в рамках операции «Ультра», английская морская разведка установила место намечавшегося рандеву. Информация об этом была передана на английскую военную базу Лангобаан в Южной Африке. После этого был начат поиск подводных лодок. Одна из них была обнаружена южноафриканским самолетом еще 8 марта 1944 года. Поэтому поиск был продолжен и далее.
11 марта три летающие лодки «Каталина» из 262-й эскадрильи были направлены на патрулирование в район южнее Кейптауна. Во время поиска подводных лодок эти «Каталины» должны были прочесывать площадь около 100 квадратных километров в направлениях: «Р» — в центре, «D» — на западе, «А» — на востоке, систематически пересекая этот район туда и обратно.
Одна из лодок была обнаружена в бинокль экипажем «Каталины» «D» (пилот — Роддик) с расстояния около 4 миль (7,5 км). После этого «Каталина» с пикирования атаковала лодку. Немцы обнаружили самолет и открыли по нему огонь из своих зенитных установок. С «Каталины» тоже ответили огнем из нижних носовых турельных установок. Роддик начал маневрировать, чтобы его стрелки могли уверенно поражать подлодку пулеметными очередями. Она также маневрировала. Сначала она была повернута к самолету бортом, но потом повернула и двигалась параллельно курсу самолета. Роддику удалось сбросить свои глубинные бомбы на лодку с высоты всего 20 метров. Он добился отличного накрытия цели. Когда султаны воды от взрывов бомб опали, стало видно, что лодка сильно накренилась, а ее рубка была буквально срезана. Поскольку одна из глубинных бомб не была сброшена из-за несрабатывания бомбосбрасывателя, Роддик сделал второй заход и сбросил ее на лодку, пока она неподвижно находилась на поверхности океана. Примерно через 5 минут подводная лодка погрузилась, оставив на поверхности большое пятно соляра.
Две другие летающие лодки вскоре также прибыли на место действия. Самолет Роддика был поврежден ответным огнем с подводной лодки, получив попадания в один из моторов, а также в крыло. В связи с полученными повреждениями, пилот взял курс на базу, где и сумел успешно приземлиться.
«Каталина» «Р» (пилот — Неш) прибыла на место событий в то время, когда на поверхности океана уже расплывалось пятно соляра и плавали различные обломки. Когда «Каталина» начала разворачиваться на обратный курс, подводная лодка внезапно всплыла и предстала перед глазами ее изумленного экипажа. Неш сбавил скорость, развернулся и сбросил на лодку, которая находилась на поверхности со слабым дифферентом на нос, 6 глубинных бомб, добившись отличного накрытия цели. Лодка погрузилась, а на поверхности опять появилось неуклонно растущее пятно соляра, распространившееся в конечном итоге на площади 1 300 ярдов на 400 ярдов.
Тем временем с «Каталины» «А» (пилот — Стариджи) сфотографировали атаку Неша. Кроме того, Стариджи обстрелял из пушек смертельно пораженную субмарину. Несмотря на явные признаки гибели лодки 262-я эскадрилья претендовала только на «вероятное потопление подводной лодки» в позиции южнее мыса Доброй Надежды.
Через некоторое время после описанного выше боестолкновения на это место прибыла подлодка U-178. Немцы смогли наблюдать только большое соляровое пятно и плавающие обломки на месте потопления UIT-22. Вот так погибла под чужим «именем» итальянская подводная лодка «Альпино Багнолини» вместе с ее новым командиром Карлом Вундерлихом и 42 членами ее экипажа. Пытаться обыгрывать русский перевод его фамилии («странный») не стоит. Потому что гибель его лодки для весны 1944 года была совершенно обыденной для немецкого подводного флота…
UIT-23 посчастливилось дойти до конечного пункта рейса на Дальний Восток. Она была потоплена 14 (по другим данным — 19-го) февраля 1944 года английской подводной лодкой «Таллихо» в Малакском проливе (4°27′ с. ш., 105° в. д.) во время возвращения в Бордо с грузом олова.
Судьба «Команданте Капеллини» оказалась наиболее драматичной. Экипаж лодки был захвачен в плен и помещен в японский лагерь военнопленных. Позже значительная часть подводников решила продолжить боевые действия на стороне Германии. В итоге лодка была укомплектована смешанным экипажем из немецких и итальянских моряков. Уже 10 сентября она была включена в состав Кригсмарине и получила новое название UIT-24. Под командованием обер-лейтенанта цур зее Хайнриха Пальса до мая 1945 года субмарина выполнила шесть боевых походов, при этом формально она входила в состав 12-й флотилии (Бордо), а позже 33-й флотилии (Фленсбург).
После капитуляции Германии лодка была включена в состав японского флота под обозначением I-503. Корабль в итоге пережил Вторую мировую войну, в конце концов был захвачен американцами, а 16 апреля 1946 года затоплен в районе Кобе (Кии-Суйдо).
UIT-25 была захвачена японцами 10 мая 1945 года и переименована в I-504. Став, наряду с «Капеллини», второй подлодкой, которой во время войны довелось числиться поочередно в составе флотов трех государств, правда объединенных пресловутой осью.
Вот таким печальным образом завершили свое существование боевые подводные лодки итальянского ВМФ, с 1940 года базировавшиеся в Бордо и добившиеся определенных успехов в боевых действиях в Атлантике.
Не очень радостной оказалась и судьба итальянских подводных лодок, которые в конце 1941 года были переброшены из Бордо на Средиземное море. Многие из них там и погибли в боях с союзным флотом, не достигнув каких-либо заметных успехов.
Ниже приводится этот своеобразный мартиролог. Из 10 подводных лодок, покинувших Атлантику в 1941 году, дожили до капитуляции Италии только 4 лодки. Из них 3 («Брин», «Дандоло» и «Отариа») сдались союзникам в сентябре 1943 года, а одна («Арго») была тогда же затоплена своим экипажем.
Ранее погибли на Средиземном море:
«Гуглиельмотти» — потоплена 18 (17) марта 1942 года английской подводной лодкой «Анбитен» на подходах к Мессинскому проливу (37°42′ с. ш., 15°58′ в. д.);
«Вениеро» — потоплена 9 (7) июня 1942 года английским самолетом 202-й эскадрильи южнее Балеарских островов (37°57′ с. ш., 3°21′ в. д.);
«Эмо» — потоплена 10 ноября 1942 года английским вооруженным траулером «Лорд Неффилд» в районе Алжира;
«Мосениго» — потоплена 18 (13) 1943 года американским патрульным самолетом у острова Сардиния (38°50′ с. ш., 9°00′ в. д.);
«Велелла» — потоплена 7 сентября 1943 года английской подводной лодкой «Шекспир» в Салернском заливе (40°15′ с. ш., 14°30′ в. д.).
О судьбе подводной лодки «Перла», захваченной англичанами 5 июля 1942 года, уже говорилось выше.
Видимо, такова печальная участь всех потерпевших поражение подводных флотов, как неотъемлемой части своих разгромленных ВМФ.
Глава 16
Итоги боевой деятельности итальянской атлантической флотилии
Каковы же были результаты боевых действий итальянских подводников на океанских просторах? В боевых операциях в Атлантическом и Индийском океанах с 1940 по 1943 год принимали участие 32 итальянские подводные лодки, базировавшиеся в Бордо. В течение этого времени 10 из них вернулись в Италию в конце 1941 года, 16 были потоплены кораблями и самолетами союзников, 5 подлодок захвачены немцами после капитуляции Италии, а одна лодка сдалась англичанам в Дурбане в сентябре 1943 года.
Все итальянские лодки Атлантической флотилии за время с августа 1940 года по август 1943 года выполнили 206 (по другим данным — 189) боевых походов: 1940 год — 42, 1941 год — 83, 1942 год — 49, 1943 год — 32. При этом на патрулировании находились одновременно 3–4 лодки.
За время своего участия в войне итальянские подводники без единой потери совершили 48 прорывов через Гибралтарский пролив. У немецких подводников эти показатели были значительно хуже.
Всего же итальянским подводным флотом (в том числе и на Средиземном море) было выполнено 1 553 боевых похода, произведено 173 атаки, выпущено 427 торпед, проведено 33 боя с использованием артиллерии.
Кроме того, для перевозки грузов в Северную Африку было использовано 29 подводных лодок, совершивших 158 походов, во время которых было перевезено 10 641 тонна различных грузов (в том числе — 5 592 тонны горючего и 4 193 тонны военного снаряжения).
Количество тоннажа, потопленного итальянскими подводниками за пределами Средиземного моря, приводимое в различных источниках, оценивается по-разному.
Вот каких успехов добились итальянские подводники Атлантической флотилии по мнению ряда исследователей:
Боженко — потоплено 102 судна = 556 142 брт;
Еремеев, Шергин — потоплено 94 судна = 932 393 брт;
Багнаско — потоплено 101 судно = 568 573 брт (а также повреждено — 200 000 брт);
Блэйр — потоплено 106 судов = 564 473 брт;
Франк — потоплено 105 судов = 588 553 брт (а также повреждено — 14 судов = 117 674 брт, не подтверждено потопление — 22 судна = 151 000 брт);
Брагадин — потоплено 135 судов = 842 000 брт;
Ровер — потоплено 112 судов = 608 521 брт.
По современным итальянским данным — 112 судов = 608 848 брт.
Цифры тоннажа, потопленного итальянскими подводниками, приводимые в работе историка Брагадина, вызывают очень большие сомнения. К этой же категории можно также отнести и сведения, приведенные в работе Еремеева и Шергина, поскольку они тоже ссылались на итальянские источники 50-х годов. По утверждению Брагадина, его данные подготовлены на основании подсчетов исторического отдела штаба итальянского ВМФ после проведения «тщательного анализа», во что верится с большим трудом. При этом вспоминается удивительная легкость, с которой «тщательные» итальянские штабисты фиксировали дутые успехи Энцо Гросси, непринужденно «топившего» американские линкоры там, где их в принципе не могло быть. Как тут не вспомнить известного юмориста Жванецкого, говорившего:
Итальянский историк Брагадин, используя свои сомнительные цифровые выкладки, в своем труде об итальянском ВМФ, напоминающем хвалебную оду, старательно пытался доказать высокую эффективность действий итальянских подводников, которая якобы даже превышала эффективность действий их немецких коллег. Основой расчетов этого ярого ура-патриотизма итальянского ВМФ являются следующие усредненные цифры потерь союзного тоннажа на одну, действовавшую в Атлантике, подводную лодку: у итальянцев (32 лодки) — 28 000 брт, у немцев (863 лодки) — 16 000 брт.
Брагадин считал, что значимость этих успехов итальянцев повышается, если учесть то обстоятельство, что итальянские подводные лодки уступали немецким по своим техническим характеристикам. Его ссылки на малую перспективность районов, выделенных немцами для действий итальянским подводным лодкам, выглядят малоубедительно.
Действительно, итальянцы не сами выбирали себе районы для патрулирования. Командование немецкого подводного флота, убедившись в неэффективности действий итальянских подлодок в суровых условиях Северной Атлантики против хорошо охраняемых конвоев, а также в их неумении успешно взаимодействовать с немецкими коллегами, выделяло итальянским подводникам те районы для патрулирования, где они могли бы действовать в условиях слабой ПЛО, нанося существенные потери союзному судоходству.
Так что районы с интенсивным движением хорошо охраняемых судов были просто не по зубам слабо подготовленным, по сравнению с немцами, итальянским подводникам. Хотя, конечно, нельзя отказать им в упорстве и энергии при атаке одиночных судов в океане после приобретения определенного опыта.
Противореча самому себе, Брагадин все-таки был вынужден признать, что после вступления в войну США и Бразилии итальянские подводные лодки, действовавшие у американских берегов и в Карибском море, попали в очень перспективный район интенсивного движения судов, которое еще не было соответствующим образом организовано и защищено. Потом, после первоначальных успехов немецких и итальянских подводников, судоходство в вышеупомянутых районах не сократилось, как утверждал Брагадин, а перешло на другой, конвойный режим следования судов. Это уже никак не могло устроить итальянских подводников, вынужденных отойти к берегам Бразилии, согласовав свое перемещение с немецким командованием.
Понятно, что Дёниц и его штаб периодически подыскивали для итальянских подводных лодок соответствующие районы для патрулирования, где те могли бы с большей эффективностью и без угрозы серьезных потерь участвовать в немецкой «войне тоннажа».
Операционные области итальянских подводных лодок постепенно смещались от Северной и Центральной Атлантики, от атлантических берегов США и стран Центральной Америки до западных берегов Африки и, наконец, до южноафриканских вод и акватории Индийского океана.
Влияние итальянских подводников на ход событий на морских театрах выражалось главным образом в том, что из-за их совместных с немцами действий союзное командование было вынуждено вновь развертывать или усиливать ПЛО в новых районах, отвлекая дополнительные силы флота и авиации из Северной и Центральной Атлантики. Предельно ясно, что успешность действий итальянских подводных лодок была заметно ниже, чем у немецких. Во многом это объяснялось тем обстоятельством, что командование итальянского подводного флота неверно представляло себе условия боевой деятельности подводных лодок в Атлантике.
Командиров итальянских подводных лодок еще в мирное время учили тактике, не отвечавшей требованиям создавшейся там боевой обстановки, и не воспитывали в них настойчивости в выполнении поставленной задачи. Они не умели действовать совместно с другими лодками, а только в одиночку, атаковать противника ночью из надводного положения, прорывать охранение конвоев, а также осуществлять длительное преследование судов конвоя, следующих переменными курсами. Поскольку у итальянцев была слабо отработана система передачи сообщений с подводной лодки в ходе проведения ею атак, а оповещение ими других подводных лодок об обнаружении противника зачастую было плохо организовано.
Основным отработанным способом действий у итальянских подводников был позиционный метод с атакой противника под перископом с малой дистанции, имевший какой-нибудь смысл только в ограниченной акватории Средиземного моря. Атлантика была слишком велика для подобного метода организации поиска и атаки целей. В результате подобной боевой подготовки итальянские подводники могли успешно атаковать лишь одиночные суда.
Некоторые авторы, исследовавшие вопрос о боевом использовании итальянских подводных лодок в Атлантике, глухо ссылаются на труднопреодолимые итало-германские трения, проистекавшие не столько из-за несходства национальных характеров, сколько из-за различий в интересах сторон и отсутствии взаимного доверия.
Оперативному и боевому взаимодействию подводных флотов держав оси препятствовали также серьезные различия в организации боевой деятельности, в системе радиосвязи и кодировке морских карт, а также в общих вопросах управления.
Как известно, все попытки немецкого командования организовать эффективные совместные действия своих подводных лодок с итальянскими в одной завесе при атаке на союзные конвои успеха не принесли. Все усилия как-то поправить дело ни к чему не привели, и с февраля 1941 года немецкое командование было вынуждено отказаться от совместных действий с итальянцами, выделив им свои районы для патрулирования.
Командир итальянской Атлантической флотилии, позднее переименованной в Главное командование подводных лодок в Атлантике, хотя и подчинялся итальянскому штабу Реджиа Марина, направлял боевую деятельность своих подводных лодок в соответствии с планами немецкого командования, сохраняя лишь относительную самостоятельность. Начальник штаба флотилии являлся одновременно и командиром базы.
Необходимо отметить и периодическое шараханье итальянского военного командования в вопросах использования своих подводных лодок в Атлантике. Спектр их был достаточно широк: от эйфории в 1940 году к разочарованию в 1941 году, а далее к радужным надеждам на волне легких успехов в первой половине 1942 года, а потом к полной сдаче своих позиций в течение 1943 года. Получалось, что итальянцы разрывались между желанием «набрать очки», участвуя в битве за Атлантику, и необходимостью любой ценой обеспечить перевозки грузов в Северную Африку с помощью своих подводных лодок, что вряд ли можно считать оптимальным решением.
Ошибка итальянского командования, которое слабо разбиралось в новых концепциях ведения подводной войны и просто плелось на поводу своего немецкого союзника, состояла в том, что оно не сразу настояло на изменении районов патрулирования для своих подводных лодок, сдвинув их в Центральную и Южную Атлантику. Кроме того, итальянцы отвлекали свои ограниченные ресурсы на разного рода сомнительные эксперименты и малоэффективные спецоперации. К тому же цели, поставленные немецким командованием перед итальянскими подводниками, явно не соответствовали их скромным возможностям.
Следует признать, что итальянцы достаточно оперативно отреагировали на обнаружившиеся в ходе боевых действий недостатки своих подводных лодок, произведя их необходимую модернизацию и подучив командиров лодок вместе с экипажами. Итальянское командование смогло обеспечить нужную скрытность действий своих подводных лодок. Ни в одном из источников не приводятся сведения о том, что радиопереговоры итальянских подводников были перехвачены и дешифрованы хорошо организованными службами радиоперехвата и дешифровки Англии и США, которые действовали с большой эффективностью на протяжении всей войны. Итальянские подводники ни разу не попадали в ловушки, расставлявшиеся союзными разведслужбами для их немецких коллег. Это объяснялось использованием результатов дешифровки радиограмм немецких подводных лодок и их штаба, переданных с использованием шифровальной машины «Энигма», применявшейся при организации радиосвязи в немецком подводном флоте. Так что разведывательные операции союзников, проводимые в рамках операции «Ультра», не коснулись итальянских подводников.
Вероятно, что итальянцы использовали в системе радиосвязи со своими подводными лодками достаточно архаичные шифровальные блокноты, что тем не менее гарантировало безопасность радиопереговоров подводных лодок со своим командованием. К тому же характер действий итальянских лодок, оперировавших в заданных районах без объединения в группы, к чему потом пришли и немцы в 1944 году, не обусловливал интенсивный радиообмен между лодками и их береговым командованием.
Ни одна из итальянских подводных лодок, действовавших в океане, не была захвачена союзными кораблями и не сдалась патрульному самолету, что имело место в немецком подводном флоте. Субмарины гибли в ходе боевых действий, проведя несколько артиллерийских боев с эскортными кораблями, подвергались таранному удару и до последнего отбивались от атак патрульных самолетов союзников.
Личные достижения некоторых командиров итальянских подводных лодок, отмеченные высокими наградами, были достаточно весомы, не беря, конечно, во внимание дутые успехи Энцо Гросси. Могло ли итальянское командование более эффективно использовать свои подводные лодки в борьбе на океанских просторах? По большому счету, вряд ли, учитывая технические характеристики итальянских лодок и уровень подготовки командиров и экипажей.
Нельзя сравнивать результаты действий немецких и итальянских подводных лодок только по «методу Брагадина», который по сути своей является чистейшей подтасовкой. Как же можно не учитывать общие итоги их действий и забывать о том, что в боевых действиях участвовали 863 немецкие подводные лодки (по другим данным — 859), которые смогли потопить 14 687 млн брт союзного тоннажа?
Оценка по конечному результату представляется более объективной, чем цифровые выкладки итальянского историка. Конечно, немецкие и итальянские подводные лодки не только не добились своей главной цели по нарушению транспортных потоков союзников, но и проиграли пресловутую «войну тоннажа», а также не смогли предотвратить переброску через океан воинских контингентов союзников на Африканский ТВД в 1942 году и на Европейский ТВД в 1944 году и воспрепятствовать проведению высадки десантов стратегического значения.
Конечно, итальянские и немецкие подводники осложнили жизнь союзникам, создали определенные трудности для военной промышленности и гражданского сектора Англии. Они заставили англичан и американцев пойти на большие материальные затраты при организации судоходства и по его охране. Кроме того, подводники стран оси нанесли ряд тяжелых, но не смертельных ударов по военным флотам противников как в Атлантике, так и в Средиземном море. Но, несмотря на это, немецкие и итальянские подводники не смогли предотвратить поражение своих надводных флотов и эффективно содействовать своим сухопутным силам в борьбе на приморских участках различных ТВД.
Все эти приведенные выше соображения и должны являться основными объективными критериями при оценке действий немецкого и итальянского подводных флотов в битве за Атлантику, а не какие-то сомнительные манипуляции с цифрами и частные выводы историка итальянского ВМФ.
Проблемы итальянского подводного флота во время войны выявились уже к концу 1943 года, когда после понесенных потерь состав итальянской Атлантической флотилии в Бордо сократился до 10 действующих лодок. Пополнить ее состав было практически нечем, так как основные силы итальянского подводного флота были скованы как тяжелой борьбой с кораблями английского флота на Средиземном море, так и своим вынужденным участием в транспортировке грузов в Северную Африку. Строительство же новых подводных лодок велось в ограниченном количестве. За всю войну на итальянских верфях была построена только 41 подводная лодка. К моменту капитуляции в сентябре 1943 года в постройке находились еще 44 лодки. К тому же основу состава итальянского подводного флота составляли подводные лодки небольшого тоннажа, предназначенные для действий в акватории Средиземного моря. Срок службы некоторых итальянских лодок был уже очень солидным к началу войны в июне 1940 года. Так, в ходе боевых действий 9 лодок были разоружены и выведены из состава флота. Неважное техническое состояние многих итальянских подводных лодок требовало проведения частых ремонтов. Ограниченные возможности итальянских ремонтных предприятий препятствовали возможности увеличения количества боеготовых подводных лодок. Фактически итальянское командование использовало для действий в Атлантике почти все свои скромные ресурсы, которые были практически исчерпаны к началу 1943 года.
Командование Кригсмарине, доведя численность своего подводного флота к концу 1942 года до 386 единиц, а к июню 1943 года до 421 единицы (из них 207 боеготовых), перестало нуждаться в помощи итальянских подводных лодок в боевых действиях против союзного судоходства. Указанное обстоятельство и повлекло за собой предложение немцев о переоборудовании оставшихся боевых итальянских подлодок, ресурс которых был к тому времени в значительной мере исчерпан, в транспортные. Немцы пренебрегли даже богатым боевым опытом их экипажей, полученным в ходе борьбы в Атлантике.
Немецкое командование, правда, сделало «широкий жест», предложив итальянцам в качестве замены выводимых из боевого состава лодок свои новейшие подводные лодки, которые было решено укомплектовать итальянскими экипажами.
Поделиться книгой: