Метель. Дилогия (СИ)

— Я же не отказываюсь, учи.

Мать опять внимательно посмотрела на него, и Саша понял, что он постоянно попадает впросак, отвечая не так, как ответил бы настоящий Саша. Его жесты, по-видимому тоже отличаются.

"Нужно все такие несоответствия объяснять пережитым вчера стрессом", — подумал Саша.

Они с матерью уже давно сидели в маленькой комнате, стараясь говорить шёпотом, чтобы не будить отца. Услышав, что отец проснулся, мать ушла к нему, велев Саше сидеть тихо.

* * *

Саша очень нуждался хотя бы в небольшой передышке. Ему нужно было осмыслить всё, что с ним произошло и определиться с дальнейшим. Он решил прилечь на кровать, которую мать уже успела заправить и продумать свою линию поведения. Однако, совершенно неожиданно для себя, он уснул и когда проснулся, то услышал, как в большой комнате разговаривали и ему все было отлично слышно.

— Ну, что я могу вам сказать, Андрей Григорьевич, — говорил чей-то густой баритон. Кровотечение вам в ближайшее время не грозит. Первые дни будете ощущать слабость. Это от большой потери крови. Регулярно пейте хлористый кальций и ради бога, воздержитесь от употребления алкоголя. Он сейчас для вас подобен яду. Нет, если вы желаете оставить свою жену вдовой, а сына сиротой, то тогда да. В противном случае воздержитесь.

— Спасибо доктор, я оценил ваш чёрный юмор. Я выполню все ваши рекомендации.

Саша понял, что это голос отца. Он был тихим и усталым. Вдруг он зашёлся в кашле. Когда он смог продолжить, то сказал, обращаясь к жене:

— Варя, у нас там бутылка водки в заначке имеется. Отдай её доктору. — И, обращаясь уже к нему, продолжил: — Вам, я думаю никто не запрещает принимать алкоголь. Поэтому возьмите этот яд для меня, и употребите на своё здоровье.

— Спасибо, голубчик. Вы всё правильно сказали. Для вас это яд, а мне только здоровья ради.

Послышался мамин голос:

— Вот доктор, возьмите и не забудьте закусочку-то в сенцах взять. Прямо из кадок набирайте, и капусту квашенную и грибочки. Захватите пару кастрюлек и наберите.

— Спасибо, спасибо, соседушка. До свидания, будьте здоровы, не болейте. Все глядишь мне меньше работы будет.

Послышался звук сначала открывающейся и затем захлопнувшейся двери, и наступила тишина, прерываемая лишь тяжёлым дыханием отца.

* * *

Прошло полтора месяца. Саша ходил в школу, в первый класс. От дома до школы было три километра по чистому полю. На этом поле ничего специально не выращивали, потому что здесь хорошо росла трава из-за протекающей рядом речушки. Летом здесь пасли лошадей и коров. На этом самом поле Саша и заблудился прошедшей зимой в метель и чуть не замёрз насмерть.

Впрочем, почему чуть. Размышляя на эту тему, Саша пришёл к выводу, что прежний владелец этого тела освободил его не по своей воле. Душа его предшественника покинула тело в экстремальной ситуации. Теперешний Саша, попав в это тело, выжил благодаря тому, что его разум — это все-таки разум взрослого человека, да и магическое заклинание непонятно как здесь себя проявило, и помощь быстро пришла.

Кстати, никаких следов своего предшественника Саша так и не обнаружил. Никаких знаний ему в наследство не досталось. Выручала проснувшаяся память о его прошлой жизни. На бытовом уровне никаких отличий от своей прошлой жизни он пока не обнаружил. Те же одноклассники и учительница в школе, все то же окружение и по месту жительства. На самом конезаводе у Саши приятелей не было, так как не было мальчиков его возраста. Дети были, но все они были старше его или на пару лет младше. Играть ему было не с кем. Старшие дети не брали Сашу в свою компанию ещё и потому, что его мать была учительница и они полагали, что она могла через Сашу узнать об их шалостях. А с детьми младше его Саша и сам не хотел играть.

Кстати, происшествие в метель не прошло для Саши бесследно. У него воспалилось правое среднее ухо. Доктор, проживающий с ними в одном доме и занимающий в нем весь первый этаж, поставил диагноз — отит и прописал постельный режим, прогревание и капли борного спирта в ухо. Памятью прошлой жизни Саша знал, что из-за перенесённого отита у него понизился уровень слуха на правом ухе. К шестидесяти годам оно практически уже ничего не слышало. Выручало левое, здоровое ухо, поэтому к врачам он по этому поводу так ни разу и не обратился.

Начальная школа, в которой учился Саша находилась в крошечной деревеньке Усинка, через которую проходил тракт, соединяющий два районных центра. Ближайший районный центр располагался в селе Пушкари километрах в трёх от Усинки. Усинская школа располагалась в одной избе. Весь её преподавательский состав состоял из двух учительниц, которые работали в две смены с двумя неполными классами. В одном классе училось несколько первоклассников вместе со второклассниками, в другом классе были ученики 3-го и 4-го классов, всех вместе не более двух десятков детей.

В Пушкарях тоже была школа, причём, в отличие от Усинской была полноценной средней школой с полными классами и с полным составом педагогов. Село было большим, потому и школа была большая. В ней и работала Сашина мама, куда ездила почти каждый день на рейсовом автобусе, проходящим через Усинку. Если по каким-либо причинам мама не успевала на автобус, то приходилось ей проситься на попутные машины или идти пешком. Три километра по тракту — невелико расстояние, за час можно пройти даже зимой или в межсезонную распутицу. Да и редко приходилось пешком ходить, автобус ходил регулярно и по расписанию.

* * *

Когда Саша немного освоился со своим новым положением он решил узнать, досталось ли ему хоть что-нибудь от мага, но он не знал, как это сделать.

— Нужно начинать задавать вопросы, — подумал Саша и не стал откладывать надолго. В этот же день, вечером, лёжа в своей кровати он стал задавать себе подготовленные заранее вопросы.

— Итак, первый вопрос: как узнать имеет ли человек магический дар? — спросил самого себя Саша, естественно, молча.

Ответ пришёл мгновенно. Получив ответ, он понял, что ничего не понял. Нужно было начинать с самого начала. Тогда он решил проверить, есть ли в его памяти воспоминания мага о своей учёбе, начиная со дня его инициации. Ответ был положительным. Саша пожелал посмотреть их. Потом он подумал, что если будет просматривать память мага в режиме реального времени, то это будет очень долго и задал вопрос, возможен ли просмотр памяти в более быстром темпе. Ещё минут десять диалога самим с собой, и он выяснил, что может просматривать память со скоростью превышающее реальное течение времени в несколько сотен и даже тысяч раз. Можно вообще за один час просмотреть всю записанную ему память мага. Другой разговор, что от такого просмотра толку будет немного. Он просто получит представление о записанной в его память информации. А вот, если он хочет овладеть всеми знаниями и умениями мага, то скорость изучения, доставшегося ему наследства будет зависеть и от насыщенности новыми знаниями просматриваемого отрезка времени и от скорости восприятия уже его мозга.

Саша задумался. Выпадать полностью из жизни даже на пару часов в день ему не хотелось. Мать непременно заметит, опять перепугается и потащит к доктору. Ничем хорошим для него это не обернётся. Учиться по ночам — это значит заведомо обречь себя на хроническое недосыпание, что тоже ни к чему хорошему не приведёт.

"Что же делать, что делать?" — спрашивал он себя и вдруг неожиданно получил ответ. Его сознание раздвоилось. Одна его часть осталась в режиме реального времени, а другая погрузилась в режим проживания воспоминаний, доставшихся ему от мага. Ощущения при этом были очень непривычными, как будто в его голове поселился ещё один человек со своими мыслями. Картины окружающей Сашу действительности перемежались с совершенно незнакомыми ему видами какой-то огромной залы с невиданной ранее мебелью и совершенно незнакомых людей, говорящих на чужом и непонятном языке. И все это замелькало и перемешалось в Сашиной голове разноцветным калейдоскопом. Саша почувствовал нарождающуюся панику и закрыл глаза, что не принесло ему никакого облегчения.

"Поди прочь!" — закричал Саша на чужака, образовавшегося у него в голове. Калейдоскоп картин, возникающих в его мозгу прекратил своё мельтешение и пришла спасительная темнота.

* * *

В течение последующей недели с Сашей ничего не происходило, если не считать ярких снов по ночам, во время которых с ним разговаривали какие-то люди на непонятном ему языке. Незнакомые поначалу звуки постепенно обретали смысл. Во сне Саша был младенцем. В отличие от обычных снов эти не забывались. Саша легко вспоминал лица людей, детали интерьера и даже отдельные слова. По дороге в школу он повторял их вслух дивясь их необычному звучанию и удивляясь, как это он их запомнил и может повторять. Значение некоторых слов он понимал совершенно определённо, некоторых — догадывался. Он понимал, что это знание из памяти мага и оно каким-то образом постепенно распаковывается в его голове. Судя потому, что в конце недели ребёнок из его снов уже передвигался самостоятельно и умел произнести пару десятков слов, ему было уже не меньше двух лет и он откликался на имя Леонас, хотя окружавшие его люди чаще называли его сокращённым именем — Лео.

К началу марта в текущей реальности, Лео исполнилось 7 лет. Саша уже много знал из его жизни, но не отождествлял себя с ним, несмотря на то, что знал практически все, что знал Лео. Самое интересное, что за одну ночь Саша видел не больше одного сна, который длился не больше часа, так что Саша успевал посмотреть и обычные сны, не такие яркие и мгновенно забывающиеся, стоило только Саше проснуться. Однажды Саша проснулся после очередного сна про Лео и пошёл в комнату к родителям узнать время. Саша взял спички, лежавшие на полочке около печки и зажёг свечу, лежавшую там же. Настенные часы показывали половину двенадцатого.

«Значит сны из памяти мага идут не более одного часа», — сделал Саша вывод. Вскоре этот его вывод подтвердился ещё пару раз.

«За три недели я просмотрел первые 7 лет из жизни мага, — размышлял Саша, — интересно, с какой скоростью будет распаковываться память в дальнейшем, когда Лео начнёт учиться в школе».

Саша уже знал, что в его памяти хранится первые 50 лет жизни мага и ему было интересно узнать, сколько времени ему понадобится для изучения всех полученных от него знаний.

Уже сейчас Саша понимал, что он получает во сне только знания мага, а что касается его умений и навыков, то их Саше придётся нарабатывать самому. Такой вывод он сделал из полученных знаний инопланетного языка. Он знал, как правильно выразить ту или иную мысль на раттанском, так назывался родной язык мага, но произнести правильно с первого раза не всегда получалось. Чтобы свободно говорить на нем нужно было тренироваться, что Саша и делал, как только оставался один. Он с нетерпением ожидал, когда же Лео начнут учить письменности и чтению.

День рождения у Лео был осенью, как и у Саши. Через месяц после того как Лео исполнилось семь лет у него произошла инициация магического дара, что явилось полной неожиданностью для его родителей, потому что обычно это происходило годом позже, когда будущему магу исполнялось 8 лет. Нередки были случаи, когда инициация дара происходила в 9 и даже 10 лет. А вот сдвиг инициации на более раннее время был большой редкостью.

Инициация произошла не только у Лео, но и у Саши, причём все происходило одновременно и синхронно. Слава всем богам, что оба в это время спали и организм у обоих справился самостоятельно. Весь процесс прошёл обыденно и без каких-либо неприятных моментов или последствий. Более того, никто из них не только не понял произошедшего, но даже и не заметил.

Первым, кто заметил произошедшую с Лео перемену, был семейный маг Киан. Здесь уместно заметить, что Лео был третьим сыном барона Тиммара Шерарха. Так правильно произносилось имя рода, а не Жерар, как представился в своё время маг Александру Андреевичу Смирнову. Про себя Саша по-прежнему называл погибшего мага Жераром, а вот его же в детстве и в виртуальной реальности он называл его Лео.

Не мешкая, Киан приступил к обучению Лео, получив на то разрешение барона. Это было в обычаях аристократических семей давать своим отпрыскам первоначальное обучение в домашних условиях и только потом, уже в возрасте 10–11 лет отдавать на учёбу в учебное заведение соответствующего профиля. Кого в военное училище, кого в гражданскую мастерскую, а кого в магическую школу.

Глава 2. Учёба в двух школах

Жизнь у Саши стала намного интереснее. Каждую ночь он получал определённую порцию знаний. Кем и на каких весах взвешивалась эта порция, Саша не знал, да и не интересно ему это было. Какая разница, кто именно решал, что и сколько может усвоить Саша за один урок. Главное, что полученные знания усваивались им хорошо, голова не трещала от напряжения, сон был спокойный и самочувствие его было прекрасным. Время у Лео по-прежнему опережало скорость течения времени в Сашиной реальности. Саша для своего удобства стал называть реальность Лео Шерарха виртуальной. К тому времени, когда Лео исполнилось 8 лет у Саши прошло всего лишь два месяца.

Постепенно Саша пришёл к выводу, что скорость виртуального времени автоматически регулируется, в зависимости от загрузки его мозга. Время, которое Лео тратил на отдых и другие дела, не связанные с учёбой, пролетало в реальности с огромной скоростью, в отличие от времени, тратившегося на учёбу. Кроме Киана Лео стали учить и другие учителя. Теперь его учили письму, чтению и арифметике. Эти уроки были почти каждый день. Вскоре появились новые предметы: география и история. Но уроки истории были весьма своеобразными. На них Лео рассказывали историю аристократических родов. Но особенно Лео пока не напрягали. Главными уроками оставались уроки магии, на которых основной упор делался на выработку необходимых каждому магу таких качеств, как умение сосредотачиваться и поддерживать внимание на высоком уровне на протяжении длительного времени, умении быстро запоминать и воспроизводить сложные узоры плетений, умение быстро пополнять свой запас магической энергии. Постоянная разработка своих магических каналов и как следствие увеличение объёма вырабатываемой магическим источником магической энергии, которая называлась маной.

Развитый мозг Саши и высокий интеллект позволял ему с лёгкостью справляться с нагрузками в семейной школе Шерархов. Единственно, что требовалось от Саши — это уже в настоящей реальности выполнять выученные плетения и разрабатывать свои магические каналы. Кстати, его магические способности развивались и во сне, в котором он погружался в виртуальную реальность. Собственно говоря, его погружения в виртуальную реальность не были глубокими. Он постоянно ощущал, что это всего лишь познавательный сон. От этого сна у Саши появлялись только знания и ничего более. Он не ощущал боли, когда её ощущал Лео. Его эмоции передавались ему, как в кино. Он мог сопереживать вместе с Лео все его беды и радости, но полного слияния не было. И, наверное, это было хорошо для Саши.

Однако виртуальная реальность оказывала на него влияние. Это проявлялось в его более быстром физическом развитии. Впрочем, тут мог срабатывать другой фактор — его взрослое сознание. Короче говоря, так или иначе, но к маю Саша подрос сантиметров на пять и стал заметно сильнее. Одноклассники и даже более старшие мальчики перестали приставать к нему с предложением померяться силой. В школу Саша бегал на лыжах, пока лежал снег. Но к концу апреля снег сошёл, и Саша перешёл на бег трусцой.

Около дома был просторный дровяник, к апрелю почти опустевший, и Саша устроил там гимнастический зал. Отец поддержал порыв сына и смастерил ему подобие штанги. Два ящика, которые можно было наполнять кирпичами и деревянная перекладина. Также, пожертвовав одним из своих ремней, отец прибил над проёмом двери две петли, в которые продевалась перекладина. Получилось нечто вроде турника, на котором можно было подтягиваться.

Дом стоял на высоком берегу речки, из которой брали воду для всех нужд, кроме питья, разумеется. За питьевой водой ходили на колодец, который был довольно глубоким и мать запрещала Саше даже близко подходить к нему. К реке из дома приходилось спускаться по крутой лестнице, ну и подниматься по ней же с вёдрами с водой. Саша взял на себя обязанность следить, чтобы в доме всегда был запас воды из речки, который сам и пополнял. Таскал по полведра и регулярно. Тоже хорошая тренировка была для его тела.

Искусство плетения заклинаний Саша тоже подтягивал, как только у него выпадало свободное время. Поскольку плетения совершались внутри его личного пространства, да к тому же невидимые посторонним взглядом, то он их мог плести где угодно. Плетения не нуждались в сопровождении какими-либо движениями или звуками, поэтому со стороны любой мог видеть только сосредоточенное выражение Сашиного лица, напряжённо думающего о чём-то. Его мама опять поначалу пугалась, но постепенно привыкла и вскоре перестала обращать на это внимание.

Однако наблюдая за плетениями узоров в виртуальном мире, Саша понимал, что ему требуются регулярные полноценные тренировки в реальности, во время которых нужно наполнять плетения энергией.

После окончания первого года занятий магией у Саши на вооружении было два десятка низкоуровневых заклинаний, не требующих большого количества маны. Это были, в основном, бытовые заклинания, такие как светлячок, очистка одежды и обуви от грязи и пыли, разглаживание той же одежды, создание огонька для розжига костра или печи и другие.

Саша как-то раз попробовал узнать какие заклинания они с Лео будут изучать в магической школе. С этой целью он задал вопрос самому себе и к своему удивлению получил развёрнутый ответ. Число новых заклинаний оказалось небольшим, три десятка, в основном все низкоуровневые, бытовые и защитные. Защитные заклинания от ментальных и физических воздействий. Их познакомят с самыми простейшими заклинаниями почти всех основных видов магии — целительской, боевой, ментальной, магии стихий, артефакторики. В качестве примера применения пространственной магии им расскажут, как устроены бездонные мешки (кошели, сумы) и научат ими пользоваться. Их создание является значительно более сложной задачей, которую изучают в академии магии.

Большое внимание будет уделяться не столько изучению новых плетений, сколько отработке уже выученных, увеличению скорости исполнения, доведении их до автоматизма. Саша понял, чтобы изучить нужное ему заклинание он не обязан ждать, когда они будут изучать его в школе. Его очень заинтересовали два заклинания, которые по программе они будут изучать только в последнем, 4-м классе магической школы. Первое из них, это заклинание исцеления первого уровня (так называемое заклинание малого исцеления), второе — бездонная сумка. И он решил выучить эти заклинания досрочно.

Плетение заклинания малого исцеления было достаточно сложным для Саши, но он справился. Саша тратил на его отработку буквально каждую свободную минутку. Оно позволяло справиться с мелкими ранами, порезами, синяками, а также избавиться от прыщей и бородавок, от веснушек и застарелых шрамов. Оно же останавливало процесс облысения и могло зарастить небольшую лысину, увеличить количество и улучшить качество волос на голове, включая брови с ресницами, и при этом избавиться от излишнего волосяного покрова по всей остальной поверхности тела. Это заклинание могло справиться с лёгким отравлением, было эффективно при диарее и запорах, ну и тому подобные проблемы. Например, обезболить и исцелить больной зуб, задержать развитие каких-либо нежелательных процессов в организме.

Такое вот универсальное заклинание, но эффективность его применения сильно зависит от количества вложенной в него энергии. Если у мага есть заряженные накопители, то даже такой недоучка, как Саша, может применить это заклинание и подключить его к накопителю. Но на это тоже требуется определённый навык и достаточный объем маны в собственном резервуаре.

А вот накопителей энергии у Саши не было. И как их делают он тоже не знал. Зато он знал, что они есть в большом пространственном кармане Жерара, который не имел привязки к материальному объекту и пока был недоступен для Саши. Где физически находилось такое хранилище было неизвестно никому, даже самому магу, который его создавал. Доступ к нему осуществлялся с помощью специального заклинания с добавлением индивидуального пароля, к которому и привязывался пространственный карман, в силу чего пароль изменить было нельзя в отличие от такого же хранилища, но созданного сразу с привязкой к материальному объекту. По этой же причине все содержимое пространственного кармана становилось недоступным после смерти мага, его создавшего, если он никому не успел этот пароль сообщить.

Саша, поняв, что у него есть шанс добраться до пространственного кармана погибшего мага, с энтузиазмом взялся за изучение соответствующего заклинания. Сначала он выучил его основу. Затем нужно было добавить секретный ключ, пароль. Его Саша получил из памяти Жерара. И вот однажды, наступил момент, когда он смог открыть хранилище мага. В его сознании открылся список хранимых предметов. Список был очень большой, но хорошо структурированным. Саша мысленно затребовал список накопителей энергии и тут же получил его. Этот список практически совпадал со списком драгоценных изделий, так как накопители энергии делались в основном из драгоценных и полудрагоценных камней. Неплохо держало энергию золото, но все же хуже, чем даже полудрагоценные камни. Золотые изделия применялись чаще для хранения какого-нибудь одного заклинания в артефактах, рассчитанных на относительно небольшой срок применения. Такие артефакты приходилось регулярно подзаряжать.

У Саши промелькнула мысль, что было бы интересно попробовать в качестве накопителей магической энергии кремниевые монокристаллы, из которых в его не так уж и далёком будущем будут изготавливать микросхемы, чипы и диски флэш памяти. Но сейчас их в природе пока не существует.

Светить драгоценные камни в реальности было чистым безумием, поэтому Саша выбрал простую серебряную цепочку с подвеской в виде слегка обработанного и довольно крупного когтя какого-то зверя, название которого ничего ему не сказало. Ёмкость когтя оказалась фантастически большой — порядка десяти тысяч единиц маны по шкале Йохансона. Накопитель был наполнен на треть. Зато теперь Саше было куда сбрасывать накопленную за день энергию. А с помощью накопителя он сможет более эффективно использовать единственное, пока, ему доступное целительское заклинание.

Большинство бытовых заклинаний Саша уже успел не только испытать, но и освоить. Так печку, например, он уже давно разжигал только с помощью заклинания огонька, а зубной щёткой пользовался только для виду, а на самом деле зубы чистил магией.

Одним из первых заклинаний, которые Саша стал применять, было магическая чистка своего тела, вполне заменяющая ему душ. Хотя и в баню он ходил вместе с родителями достаточно регулярно.

Проверял пищу на предмет ядов практически уже автоматически, на бутерброд, который ему мама ежедневно клала в его ранец он сразу же наносил заклинание сохранности, действующее несколько часов, а больше и не требовалось. При разрушении целостности бутерброда заклинание развеивалось автоматически, так что специально этим заниматься не было нужды.

Когда Саше нужно было сходить в туалет, находившийся во дворе, он защищал себя от запаха тем, что притуплял своё обоняние с помощью соответствующего заклинания, а, чтобы сходить ночью на ведро, ему достаточно было включить у себя ночное зрение. Правда, оно было черно-белым, но Сашу это вполне устраивало (в деревнях, в отличие от города, за окнами стояла темень неприглядная, за исключением лунных ночей при хорошей погоде, а потому и в избах было темно).

А вот испытать заклинание малого исцеления до последнего времени Саше не удавалось — не было подходящего случая. И, вот, наконец, в майские праздники такой случай представился и даже не один.

* * *

Традиционно, Сашины родители праздновали 1 мая в городе у родителей мамы, то есть у Сашиных дедушки и бабушки, а в последующие дни помогали им вскапывать огород и сажать картошку.

Мама договорилась на работе, что ей предоставляют краткосрочный отпуск на неделю — со 2 по 7 мая. В День Победы мама должна была выйти на работу. Саша очень удивился, когда узнал, что 9 мая является рабочим днём. Оказывается, выходным днём он был только с 1945 по 1947 годы, а потом его перенесли на 1 января.

Но это не означало, что страна не праздновала День Победы. Праздновала! Были в этот день и праздничные салюты из артиллерийских орудий и концерты и прочие торжественные мероприятия. Но все это после рабочего дня. Праздничным днём его снова сделали в 60-е годы, уже при Брежневе.

Ну, а папа у Саши вообще был сам себе начальник, поэтому отпрашиваться ему было не у кого. Он написал заявление об отпуске, сам подписал его и отдал в бухгалтерию с наказом, что если нагрянет проверка, то пустить в ход, подписанный им приказ об отпуске за свой счёт. Если же проверки не будет, то обойдёмся без приказа. Главбух заявила, что он и так ей должен по гроб жизни за все свои художества и, если он попадётся, то она его покрывать не будет. Отец сказал, чтобы она не драматизировала ситуацию и не беспокоилась, он в долгу не останется.

И родители 30 апреля после работы уехали в город. На автобусе от Пушкарей до города, было два часа ходу, а учитывая массу остановок, плановых и внеплановых, то на поездку ушло все три часа. Да ещё от автовокзала до дома бабушки и дедушки около часа добирались. Приехали уже к ночи. Наскоро перекусили и легли спать.

Утром встали рано и мама пошла с дедушкой на демонстрацию, папа не пошёл, бабушка тоже не пошла. Бабушка вообще-то не работала, она числилась домохозяйкой, поэтому ходить на первомайскую демонстрацию или нет было её личным делом. Отец же сослался на недомогание.

Его «недомогание» не помешало ему вместе с бабушкой копать огород. Огород был большой, поэтому, когда дедушка с мамой вернулись, была вскопана примерно пятая часть. Огород все вместе продолжали копать ещё два дня. Потом, два дня сажали картошку. Короче говоря, каждый день на огороде какая-нибудь работа обязательно была.

Именно 1 мая Саша окончательно убедился в том, что реальность, в которую он попал не была его прошлым.

В прежней жизни он был у родителей не единственным ребёнком. У него раньше было ещё две сестры и брат. Все они были младше его, и родились друг за другом за три года с 1946 по 1948. Здесь же, на дворе стоял 1949 год, а никаких сестёр и братьев не наблюдалось. Раньше Саша думал, что мама могла их у бабушки оставить. Сегодня он решил спросить маму об этом напрямую. Он подкараулил её во дворе, когда рядом никого не было и спросил:

— Мама, а вы с папой не собираетесь сделать мне братика или сестричку?

— А ты этого хочешь? — в ответ спросила его мама.

— Я первый спросил, — ответил Саша.

— Нет, — сказала мама.

— Что нет? — переспросил Саша.

— Нет, мы с папой не будем делать тебе ни брата, ни сестрёнку. Да и если бы и захотели, то не смогли. У тебя могла быть сестрёнка три года тому назад, но она умерла при родах, а я больше не смогу родить.

— Ну, нет так нет. На нет и суда нет. Не больно то и хотелось, — ответил Саша. И увидев, как искривилось лицо мамы, собираясь заплакать, он торопливо сказал:

— Ну, куда нам ещё ребёнка? Как бы ты смогла работать? Кто бы с ним сидел? Отец вон болеет, мне ещё учиться и учиться. Ты лучше закончи свой пединститут, пока молодая. Поступи на заочное отделение на 3-й курс и учись.

Мама посмотрела на Сашу и сказала:

— Как-то ты у меня быстро повзрослел. А ведь все с той метели началось, когда тебя Саша Пирожков домой на себе принёс.

Саша промолчал и ничего не ответил. Мать присела на стоящую неподалёку лавочку и задумалась, а Саша, вглядываясь в её лицо вдруг обратил внимание на крупную гладкую бородавку у неё на виске.

Он выполнил плетение малого исцеления и подал на него магическую энергию из своего накопителя.

Регулировать количество поданной энергии оказалось легко. Каждое плетение требовало для своей активации определённое количество маны. Плетение при этом меняло свой цвет, становилось ярким и насыщенным. Цвет зависел от назначения заклинания. Так лечебные заклинания имели зелёный цвет, боевые заклинания были красные. Часто цвет заклинания зависел от намерений мага и его эмоций.

Саша подождал, пока плетение нальётся ярким изумрудным цветом и провёл рукой по маминой щеке, выпуская на неё своё заклинание. Мать ничего не заподозрила, схватила его руку и поцеловала в ладошку. Саше стало щекотно, и он завопил, дурачась. Мать засмеялась, и они пошли в дом. А на следующее утро бородавка у мамы исчезла. О чём громко она всем и объявила, разбудив всех своим радостным визгом.

— Как жаль, что я не могу пока исцелить отца, — подумал Саша, — но поддержать его нужно. Пусть заклинание исцеления первого уровня и слабенькое, но даже такое лучше, чем никакое.

Для активации любого заклинания непосредственный контакт между магом и пациентом был необязателен, но расстояние между ними не должно было быть большим. Оптимальным было расстояние в 3–4 метра. При этом не требовалось указывать направление рукой или голосом. Мысленного посыла было достаточно, чтобы активированное плетение, представлявшее собой, по своей сути, сгусток структурированной энергии, направлялось к пациенту и впитывалось в него, начиная своё воздействие.

Поэтому Саша осуществил свою задумку прямо за обедом следующего дня абсолютно незаметно для всех присутствующих.

* * *

В субботу, 7 мая случилось еще одно происшествие. К бабушке прибежал их сосед, дядя Миша:

— Яковлевна, выручай, — с порога закричал дядя Миша, — Нина кастрюлю с кипятком на себя опрокинула. Нужно постное масло или жир какой-нибудь, лучше гусиный. У нас ни того, ни другого нет. Галя сырую картошку на тёрке трёт, тоже говорят хорошо помогает.

— Нужно скорую помощь вызвать, — сказал отец.

— Я сбегаю, с вокзала позвоню, — вызвалась мама.

Дом маминых родителей стоял в метрах в трёхстах от железнодорожного вокзала и в помещении дежурного по вокзалу был телефон, которым и пользовались при великой нужде все окрестные жители.

Бабушка, прихватив с собой бутылку с подсолнечным маслом пошла с дядей Мишей к пострадавшей. Саша увязался за ними следом. У тёти Нины и дяди Миши была дочь, Галя. Она была старше Саши на пять лет и была выше его на голову. Увидев его, Галя зашипела:

— А ты куда намылился? Ну-ка, иди отсюда.

Галя вытолкала Сашу взашей из сеней, куда он успел прошмыгнуть, во двор.