Метель. Дилогия (СИ)

— Если хочешь бабу Нюру подождать, то можешь вот здесь посидеть, — показала ему Галя на лавочку во дворе.

Саша подчинился, сел и задумался. Применять к Гале заклинание сна ему не хотелось, он не был уверен, что ему удастся точно рассчитать количество маны, чтобы усыпить её скажем не больше, чем на 5 минут. Галина была крупной девочкой, излишне полноватой.

«Ей бы кушать поменьше, да больше физкультурой заниматься», — подумал про себя Саша.

Он вспомнил из прошлой жизни одну смешную историю, связанную с этим семейством. Эта Галя, уже учась в пединституте, подружилась с парнем, который учился на юридическом факультете. Был такой факультет в педагогическом институте их города. А когда они закончили учёбу, то поженились. Тётя Нина, перед их свадьбой, пришла к Сашиной бабушке хвастаться новой, высокообразованной родней:

— Галька-то моя, за «аблаката» замуж выходит. И вот этот «аблакат» недавно фингал ей поставил под глазом. Приревновал. Галька-то, дура, прибежала ко мне плачет. А я говорю ей: «бьёт, значит любит». Еле успокоила.

Слово адвокат тёте Нине очень нравилось, и она с удовольствием вновь и вновь повторяла его:

— Повезло Гальке, «аблаката» отхватила. Как только Галя родит, ему на работе квартиру обещают. Зять предлагает тогда дом наш продать и переехать к ним. Говорит, что через год-два ему на работе дадут новую квартиру, большую. Не знаю, соглашаться ли нет. А ты, Нюра, что скажешь?

Саше не довелось встретиться с Галиным «аблакатом», как и с ней самой, со взрослой. Но однажды он побывал в квартире её родителей, которую они получили, когда их дом попал под снос. Бабушка тогда попросила Сашу проводить её, она боялась заблудится в новом, незнакомом районе города. Дядя Миша к тому времени уже умер, как, впрочем, и дедушка Егор, и бабушка долго сидела с тётей Ниной за чаем, вспоминая время, когда они были соседями в районе железнодорожного вокзала.

Но сейчас их жизнь могла сложиться по-другому. Внезапно дверь дома открылась и на крыльцо выскочил дядя Миша.

— Галя, нужно в аптеку сбегать, бинты купить. Вот возьми деньги и давай быстро, одна нога здесь, другая там. Быстро, быстро.

Галя, схватив деньги выбежала на улицу. Ближайшая аптека тоже была на вокзале. Саша решил зря время не терять, он подготовил заклинание исцеления и прошмыгнул в дом. Тётя Нина, полуголая сидела на кухне спиной ко входу и отдавала ценные указания дяде Мише, что — то искавшему в соседней комнате. Сашина бабушка стояла рядом с ней и держала её за руку. Она подняла голову, увидела Сашу и махнула на него свободной рукой прогоняя его.

Саша потратил не больше десятка секунд, чтобы запитать плетение маной и запустить активированное заклинание по направлению к тёте Нине, следя за ним магическим зрением. Убедившись, что заклинание достигло цели, он захлопнул двери и вышел из дома. Больше здесь ему делать было нечего.

О результатах своих усилий по исцелению тёти Нины, Саша узнал уже в последний день праздников, перед отъездом. Пришла сама тётя Нина и горячо благодарила бабушку за помощь и лечение. Показывала ей чистые руки и говорила, что и на животе никаких следов не осталось.

— А это все благодаря тому, что ты быстро пришла, Нюра. При ожогах это первейшее дело быстро на помощь прийти. Скорая помощь только через час приехала, да собственно говоря, они и делать ничего не стали, выслушали нас, похвалили, сказали, что помощь оказана правильно, мазь от ожогов прописали и уехали. Так что вот, я тебе подарок принесла. Держи.

С этими словами она протянула бабушке флакончик духов.

— Да ты что, Нина? Не возьму я у тебя ничего, не выдумывай даже.

— Не обижай меня, Нюра. Это французские духи. У Миши на работе знакомый продавал. Был в Москве в командировке и купил в ГУМе два флакона, больше в одни руки не давали. Один флакончик жене подарил, а второй хотел своей начальнице подарить на юбилей и раздумал, потому что на работе отдельно с каждого деньги стали собирать на какой-то дорогой подарок от всего коллектива. Вот он этот флакон и продавал, а Миша мой, молодец, денег не пожалел, купил.

— Слушай, Нина, как-то мне неудобно от тебя подарки принимать.

— Знаешь, Нюра, если ты не возьмёшь, то эти духи Галька на себя истратит, а она мала пока духами пользоваться. И спрятать не получится, все равно найдёт. А ты вон Варе подаришь, ей самое то будет.

Бабушка засомневалась, брать или не брать? Тётя Нина, почуяв сомнения бабушки, усилила натиск и вскоре бабушка сдалась. Приняв дар, она тут же сама надушилась и тётю Нину надушила и маму. Флакон был небольшой, но изящной формы, его тут же водрузили на видное место в комнате, на полочку в простенке между окнами, выходящими на улицу.

Интересен факт, что в прошлой Сашиной жизни тётя Нина духов бабушке не дарила, но флакончик из-под французских духов, стоявший на полочке Саша прекрасно помнил. Он только не знал, откуда он там появился.

"Так это что же такое получается, — подумал Саша, — если по сценарию Джульетта должна выпить яду, то она его обязательно выпьет? А откуда она его возьмёт — это дело второстепенное?"

* * *

В конце мая, у Саши учебный год закончился и его перевели во второй класс. Оценки, по основным предметам были хорошие, а по арифметике так даже пятёрка. По чистописанию Саша получил твёрдую тройку. Тройка также была за пение и рисование. Зато по чтению была оценка пять.

Мать, получив на руки его годовую ведомость, сказала:

— Саша, надеюсь, что эти твои тройки последние и больше их не будет.

— Ну, конечно, мама. Только вот знаешь, я бы с удовольствием позанимался с кем-нибудь пением и рисованием дополнительно. Может быть ты сможешь договориться с учительницей на дополнительные занятия?

— Посмотрим, — уклончиво ответила мать.

Вскоре Сашину маму вызвали в город, в министерство народного образования нашей автономной республики и предложили ей в очередной раз переехать на другое место работы, на сей раз в село Сосновка Пушкарёвского района и одноименную железнодорожную станцию. Там неполная средняя школа, и уроков математики в последней четверти у пятого, шестого и седьмого классов не было вообще, так как учительница ушла в декрет.

Так как со станции «Сосновка» до города добираться было намного ближе, всего-то полчаса езды по железной дороге, то Варя согласилась. Где бы она не работала, жильём её обеспечивала всегда школа, как и дровами, впрочем.

Саша вспомнил, как в прежней жизни он, восьми лет отроду с матерью пилил на дворе старые сырые шпалы, пропитанные креозотом и выданные ей от школы вместо дров. И по прошествии многих лет, когда Саша был уже взрослым, мама любила вспоминать Сашины слова, сказанные ей тогда на станции Сосновка:

— Мама, вот почему ты меня к труду с детства не приучила, мне сейчас не было бы так тяжело.

Варваре было предписано приступить к работе с 1-го августа, текущего 1949 года. Июнь и июль у неё был отпускными месяцами. Но переезжать на Сосновку можно было и раньше, нужно было только съездить и проверить состояние дома, выделенного им для проживания.

Так Варвара и сделала, оставила Сашу у бабушки, отец оформлял увольнение со своей должности директора дома инвалидов, а она выехала на станцию Сосновка. Вернулась на другой день, сказала, что дом хороший, дров правда пока немного, но обещают ещё выделить, так что можно переезжать хоть сейчас.

Слова об пединституте, сказанные Сашей матери в майские праздники, видать, запали ей в душу, и она сходила на свой родной физико-математический факультет, нашла там кое-кого из знакомых преподавателей и всё разузнала. В конечном итоге, её записали на третий курс заочного отделения, выписали студенческий билет, записали в библиотеку, снабдили программой обучения и списком литературы. Сказали, что контрольные задания она будет получать почтой. В январе её вызовут на зимнюю сессию. В течение семестра она может приезжать на консультации, время их проведения можно узнавать по телефону.

Домой Варвара вернулась окрылённая. Отец, глядя на неё тоже задумался. У него за плечами был первый курс заочного отделения филологического факультета Казанского госуниверситета. Последнее время он чувствовал себя неплохо. Туберкулёз никуда не делся, но притих. Обострений после последнего февральского, не было. Отец разумеется не знал, что Саша уже два раза применял к нему заклинание исцеления. Победить оно недуг было не в силах, но притормозить его развитие смогло. Думал отец недолго и в конце июня выехал в Казань.

В Казани жила старшая мамина сестра, Вера. После окончания школы она поступила в Казанский университет на физико-математический факультет и окончила его с отличием. Её оставили в аспирантуре при кафедре алгебры и теории чисел.

Перед войной Вера досрочно защитила кандидатскую диссертацию и сразу же вышла замуж. Её дочь, Лида родилась во время войны, в 1942 году, в октябре, как и её мама с бабушкой, как и Саша. Отец Лиды, Харитонов Матвей Степанович, был хирургом. Когда война началась, его оставили в Казани, там же, где он и работал — в госпитале. На фронт его взяли в 1943 году, а домой он вернулся уже после победы.

Сейчас Вера работала в своей "Альма-матер" на должности доцента и опекала своего младшего брата Володю, который пошёл по её стопам и нынче закончил 3-й курс физмата. Володя жил в общежитии, но и сестру часто навещал. Учился он на «отлично» и мечтал стать профессором. По крайней мере, кличку «профессор» среди своих сокурсников он уже заслужил.

В прошлой Сашиной жизни Вера умерла от менингита в 14 лет, а Володя, оставшись без пригляда, не смог окончить факультет. Он попал в плохую компанию и вляпался в какую-то криминальную историю. Следствие длилось больше года и всё это время Володя находился в СИЗО. Наконец, состоялся суд, который оправдал Володю, но постановил этапировать его домой, в родной город, без права покидать его в течение какого-то срока. Впоследствии, Володя самостоятельно освоил профессию программиста, чем и зарабатывал себе на жизнь вплоть до своей кончины. Умер он, едва выйдя на пенсию. Всю свою жизнь Володя как огня боялся зубных врачей и ходил к ним только для того, чтобы удалить очередной зуб. В результате к 60 годам остался практически беззубым, поранил десны, занёс инфекцию, затянул и скончался, по сути сам себя загнав в гроб раньше времени.

Саша дал себе клятву, что ни один зуб у Володи больше ни разу не заболит за всю его жизнь. Вот дайте ему только ещё немного времени, чтобы выучить нужные заклинания.

Кстати, Саша и виртуальную реальность ухитрился изменить. Как это произошло, он и сам не понял. В прошлой реальности, маг Жерар учился на боевом факультете. Правда, значительно позже, когда ему уже пошёл пятый десяток лет, он окончил ещё два факультета своей родной академии — факультет алхимии и целительства, и факультет артефакторики. Причём учился он по индивидуальной программе, свободно посещая только необходимые ему занятия. Больше учился самостоятельно, много времени проводя в библиотеке. Учился платно, между прочим, но никогда в жизни не пожалел об этом.

Когда в виртуальной реальности перед Сашей встал выбор факультета, то он сразу выразил желание обучаться на целительском факультете и его зачислили. И в дальнейшем Саша посещал лекции и семинары, выполнял лабораторные и практические работы, которые, если Жерар и выполнял, то или самостоятельно, или в другое время. Как-то все странно переплелось в Сашиных мозгах. Так началась уже его виртуальная жизнь, а не повторение жизни Жерара.

Однако, вернёмся к настоящему времени, когда отец Саши уехал в Казань. Остановился он у Верочки, у которой была с мужем большая четырёхкомнатная квартира. Отцу выделили отдельную комнату, а муж Веры, даже устроил ему консультацию у профессора медицины, пульмонолога.

Отец вернулся через неделю, очень довольный. Его восстановили на второй курс заочного отделения, сказали, что ещё два года может нигде не работать. Но, когда перейдёт на 4-й курс, то обязан будет устроиться на работу по специальности. Хоть, дворником работай, но при учебном заведении или редакции печатного издания. Пульмонолог тоже его порадовал, сказал, что туберкулёз его перешёл в закрытую стадию и ему можно работать, но он должен регулярно, раз в полгода или ещё лучше, раз в квартал, проходить обследование и беречься. И ни в коем случае не напиваться как свинья. Можно в праздник выпить пару рюмок коньячка, но помнить, что при малейшем срыве, туберкулёз может вернуться. И работа не должна быть связана с тяжёлыми физическими нагрузками. Желательно регулярно, раз в год отдыхать в санатории, на черноморском побережье, а ещё лучше в Крыму.

* * *

В конце июня Смирновы переехали на станцию Сосновка, обживать их новое место жительства. К началу нового учебного года Саша окончил второй класс магической школы. Арсенал его заклинаний пополнился незначительно, потому что появились учебные предметов, не относящихся к магии. В частности, изучали письменность родного языка и два иностранных языка. Один их них был языком их исторического противника, с которым империя постоянно воевала, другой — древний язык, на котором было написано много книг по магии, и его требовалось знать всем магам, всех специальностей. Появился такой предмет, как алхимия, на котором их обучали составлять различного рода снадобья и эликсиры.

Летних каникул, как таковых у школьников не было. Они все лето провели на природе, собирая лекарственные травы и коренья и проводя их первичную обработку. Несмотря на другую флору чужого мира, Саша прошёл эту практику со всеми наравне. В виртуальном мире Саше исполнилось 10 лет, у него даже появилась подружка, Кира, с которой он подружился на летней практике.

Характерной особенностью магической школы было наличие в одном классе разновозрастных учеников. Причём этот разброс по возрасту мог быть большим. Так в Сашином классе, кроме его сверстников учились несколько парней и девушек значительно старше их. Самому старшему было 18 лет. Наверное, поэтому в их программе обучения присутствовали заклинания определения беременности и её предупреждения, охраняющее молодых людей от нежелательных последствий их экспериментов в интимной области отношений с противоположным полом.

И, кстати говоря, этот мир стал постепенно Саше нравиться. Он пока не стал для него родным, но и чужим быть уже перестал. В школе Саша знакомился с историей и географией этого мира. Потом, в академии это знакомство продолжилось. Он узнал историю империи, в которой жил, соседние страны, войны с ними. На планете, она называлась Исса, кроме расы людей были и другие, но генетически все они были совместимы друг с другом и давали потомство.

Как и на Земле, ассимиляции мешало только компактное проживание каждой расы на местах их проживания и трудности перемещения по планете. Планета была огромной, мало освоенной, свободных земель было много, поэтому войн на грани геноцида практически не было. Противники охотно брали друг друга в плен, выкупали своих и продавали чужих. Процветали межрасовые браки. Причины войн лежали в экономической плоскости, а не в отличиях разумных друг от друга. Кира, как и Саша была человеком. Заклинание, позволяющее определить расу разумного или определить, какие расы участвовали в его создании, в школе тоже давали.

В школе Саша узнал подробнее о системе магического образования в империи Раттана, так называлась страна, в которой родился и учился маг Жерар. Школы магии были практически во всех городах империи. Кроме них в столице империи, Перрайне, была академия магии, в которой учились 6 лет. В школы магии брали всех, у кого обнаружился магический источник независимо от его силы. В академию уже был отбор. Личный резервуар магического источника должен был быть не ниже 10 единиц по шкале Йохансона.

В академии, между прочим учились разумные всех рас, проживающих на планете и их всевозможные гибриды. На двух первых курсах специализации не было. Все вновь принятые студиозусы изучали одинаковые предметы, потому что, как им сразу объяснили, любой маг должен быть хоть чуточку, но универсалом. Все должны были уметь оказать любому разумному первую медицинскую помощь, обладать первоначальными умениями в магии всех направлений. Например, защититься от ментальной атаки, или от атаки с применением оружия, поставить щит, окружить себя абсолютной защитой от всех мыслимых и немыслимых опасностей (хотя, как мы видели, это не уберегло боевого мага Жерара от гибели в панельном доме, рухнувшем от взрыва бытового газа).

Умение создать нужный бытовой артефакт небольшой сложности, всегда пригодится любому магу, поэтому всем давались основные понятия создания артефактов. Маги должны быть на короткой ноге со всеми стихиями, должны уметь справиться с непогодой, или наоборот, вызвать при необходимости дождь, найти водяную жилу в пустыне и не погибнуть, оказавшись в море.

И даже потом, уже на старших курсах, эти общие для всех лекции и семинары с отработкой полученных знаний и умений на практике продолжались практически на протяжении всего курса обучения. Всемерно поощрялось обучение на двух или даже трёх факультетах одновременно. Империя была кровно заинтересована в наличии у себя грамотных и сильных магов.

Соответственно был разработан целый комплекс мер, позволяющих империи вербовать в свои ряды наиболее перспективных магов. Тут и отсрочки в оплате за обучение и выдача кредитов и поощрение при создании семьи, если хотя бы один из супругов был гражданином империи. Всем магам, закончившим полный курс обучения, присваивалось личное дворянское звание. Предусматривались и присвоение дворянских титулов при карьерном росте магов в соответствии с их классификацией, которая была очень простой.

Все маги были разбиты на шесть категорий. Они различались друг от друга своими возможностями. Все маги, не имеющие академического образования, имели звание адепта магии. Окончившие академию получали звание мага первой категории. В академии была постоянно работающая квалификационная комиссия, которая принимала у магов экзамены на получение ими званий более высокой категории. Было чётко определено какими умениями, навыками и силой должны обладать претенденты на следующую категорию. Для получения двух последних категорий претенденты должны были публично защитить диссертации, развивающие магическую науку или предъявить новинки в практической области применения магии, это в основном разработка новых заклинаний, обладающих новыми свойствами. Эти диссертации так и назывались: первая и вторая. При получении каждой категории соискатели получали весомые плюшки от императора и от гильдии магов, в которой состояли все практикующие маги империи. От гильдии обладатели новых категорий получали единовременные денежные вознаграждения и увеличение своей тарифной ставки, а от императора личные или наследуемые звания и титулы. Все маги 5-й и 6-й категорий получали кроме титулов поместья, как правило, на границах империи, их включали в аристократическую элиту, они получали право на создание собственного аристократического рода.

Короче говоря, быть магом в империи было почётно и выгодно. Это хорошо стимулировало всех без исключения студентов. С другой стороны, администрация академии заботилась о комфорте и безопасности обучения и проживания на территории академии. Студенты жили в комфортных общежитиях. На первых двух курсах в одной комнате селили двух разумных, начиная с третьего курса каждый студент получал право выбора — жить в комнате одному или в компании с кем-нибудь. На последних двух курсах студенты получали право проживания в городе.

В академии поддерживалась строжайшая дисциплина в части дуэлей. Работала постоянная дуэльная комиссия, которая на корню гасила половину ссор, выпуская вторую половину на дуэльную площадку и строго следя за правилами проведения дуэлей. В империи существовал дуэльный кодекс, который действовал с небольшими дополнениями и в академии. Дополнения касались в части дуэлей до смерти, которые были запрещены на территории академии. Если дуэль до смерти происходила по правилам дуэльного кодекса вне стен академии, то выживший студиозус исключался из академии на определённый срок, как правило на три-четыре года. Иногда применяли и большие сроки, а иногда и меньшие. Но наказание было неотвратимым. В исключительных случаях отчисление из академии было пожизненным.

Иногда Саша мечтал, что когда-нибудь, окончив академию, он сможет в реальности открыть портал в этот мир и поселиться в нем навсегда. Впрочем, время у него ещё есть. А пока он учился и ему нравился этот процесс.

* * *

В семье Смирновых учились все — папа, мама и сын. Учебный год прошёл быстро и незаметно, потому что все были заняты и упорно трудились. Родители перешли на следующий курс, каждый на своём факультете. Отец, закончив второй курс заочного отделения филологического факультета оказался перед выбором. Ему предстояло выбрать специализацию. Было два направления — русский язык и литература и романо-германские языки, и литература. Так как у отца были за плечами курсы переводчиков с английского языка, которые он прошёл во время войны, то он выбрал специализацию по романо-германской филологии. Более того, его даже взяли в школу учителем английского языка и теперь они с мамой с нового учебного года будут работать в одной школе. Мама была счастлива.

Саша окончил второй класс без троек и даже без четвёрок. В табеле успеваемости стояли одни пятёрки, даже по рисованию.

Интересно вышло с этим рисованием. Нанять репетитора у родителей не было денег, тогда Саша нашёл учителя в виртуальном мире, в столице империи. Кстати, школа магии, в которой Саша учился тоже была в столице. А оплату он нашёл в хранилище Жерара. Тяжёлый кошелёк с золотыми империалами решили проблему. Года занятий оказалось достаточным, чтобы Саша овладел этим предметом на школьном уровне. Художником, конечно, не стал, но рисовать стал вполне прилично. Ему даже стали поручать оформлять стенную газету. Пение Саша подтянул самостоятельно с помощью школьного учителя.

Мама, ознакомившись с Сашиным табелем успеваемости, сделала заявление:

— Я буду добиваться, чтобы в следующем году меня в город работать перевели. Сколько можно по районам мотаться. В четвёртый класс пойдёшь учиться в городе. Я тебя устрою в самую лучшую школу.

Она посмотрела на папу и сказала:

— От тебя это тоже зависит. Если за этот год мы оба перейдём на заочном на следующий курс, то нам обоим это зачтётся. А тебе нужно будет поискать работу в городе. Посильную и где связи можно завести хорошие. Учитель в школе, это не твоё, да и заработки там сам знаешь какие.

— Я постараюсь, лапушка моя, — ласково глядя на маму, сказал папа.

Саша насторожился. Как бы они мне братиков не настругали. Он не знал, не мог пока определить, восстановилась у мамы функция деторождения или нет, поэтому просто проверял время от времени, не беременная ли она. Проверил и сейчас, включив магическое зрение. Слава богу, пока нет. Не теряя времени, он быстро выполнил плетение незачатия, влил туда почти весь свой внутренний резервуар маны, а это уже составляло больше 40 единиц и направил заклинание на маму.

«На месяц должно хватить», подумал он. «Главное, не забывать обновлять раз в месяц.»

Разработкой своего магического источника и каналов Саша занимался постоянно. Раньше, не имея накопителей, ему приходилось каждый вечер, перед тем как заснуть, сбрасывать излишек энергии в окружающее пространство. Потом, добравшись до пространственного кармана Жерара и став обладателем мощного накопителя, он перестал впустую тратить энергию. Более того, с помощью накопителя оказалось очень удобно разрабатывать магические каналы, прогоняя по ним ежедневно в качестве тренировки большие объёмы энергии. В результате его личный резервуар вырос за последний год вдвое. Сбрасывая ежевечерне накопленную энергию в накопитель, он за год наполнил его до отказа и на настоящий момент в нем было около 10 000 единиц энергии.

* * *

Между тем разница между реальным и виртуальным возрастом Саши достигла четырёх лет. Виртуальный возраст оказывал влияние на физическое состояние тела, и Саша взрослел быстрее своих сверстников. К тому же, он уделял большое внимание занятиям физкультурой. Каждый день совершал прогулки, а потом, когда выучил все окрестности, то и пробежки. Проводил в лесу много времени, занимался гимнастикой, лазил по деревьям, развивая ловкость и гибкость. Не забывал о магических тренировках, выполнял заклинания на скорость, на количество выполнений одного и того же заклинания в единицу времени. К августу Саша окончил магическую школу и поступил на 1-й курс академии магии, на целительский факультет. Поскольку его личный резервуар был около 40 единиц, то его активно агитировали на боевой факультет, но Саша настоял на своём. Пока только целительский факультет, а потом, когда он его окончит можно будет подумать и о других специальностях.

Кстати, определение размера магического резервуара у поступающих определяли с помощью специального артефакта. В то время, как Саша просто задавал себе вопрос о размере его внутреннего резервуара и тут же получал ответ. У Саши не было причин не доверять своему подсознанию.

Когда утихла суматоха первых дней нового учебного года как в этой реальности, так и в виртуальном мире, Саша решил провести окончательное исцеление отца. Он недавно закончил отработку заклинания исцеления второго уровня, которое должно было справиться с папиным недугом. Само плетение было на порядок сложнее заклинания 1-го уровня и для своей активации требовало от 100 до 500 единиц маны. В академии его изучали только на третьем курсе, поэтому Саше пришлось попотеть, пока он разобрался со всеми его тонкостями и хитростями. Оставалось проверить на практике.

Обычно целитель начинал со 100 единиц. Заклинание начинало свою работу и в дальнейшем, как правило, требовалась дополнительная энергия. Поэтому целитель подавал необходимое количество энергии ещё в течение некоторого времени. Однако, в случаях дефицита времени, можно было сразу закачать в заклинание 500–600 единиц энергии. Обычно такого количества хватало на исцеление одной серьёзной болезни. Излишки энергии всё равно не пропадали зря и заклинание тратило её на что-нибудь полезное, подлечить зуб, например, или ещё какую-нибудь мелочь.

Был ещё один момент житейского плана, почему Саша не форсировал исцеление отца. Если бы ему удалось это сделать в прошлом году, тогда отца бы лишили пенсии по инвалидности, и он был бы вынужден срочно искать работу. А где он тут, в Сосновке, работу бы нашёл. Разве что конюхом каким в соседнем колхозе или чернорабочим на железной дороге. А сейчас отца уже взяли на работу в школу и лишение пенсии его не страшит. Поэтому Саша смело запланировал лечение отца на ближайшее воскресение.

Итак, позднее утро 10 сентября 1950 года, воскресение. Саша спал на лежанке у окна, родители спали в этой же комнате метрах в трёх от него, недалеко от двери. Слева от неё была большая русская печь, за ней маленькая кухонька с кухонным столом. У стены, напротив кровати, располагался большой обеденный стол. За этой стенкой была ещё одна, маленькая комната, в которой Саша с мамой готовили свои уроки. Отец же занимался или за обеденным столом, или в маленькой комнате, когда Саши с мамой не было дома.

Мама уже встала и тихо шебуршила на кухне. Отец лежал в постели. Саша тихонечко сел на своей лежанке, выполнил плетение исцеления второго уровня, ещё раз проверил все его элементы и пошёл к кровати родителей. Отец лежал на краю кровати, на правом боку и с открытыми глазами. Он увидел Сашу, вытянул руку и схватив его за руку, потянул на себя. Саша от неожиданности развеял плетение, не успев подать на него энергию. Отец поцеловал сына и отпустил его, счастливо улыбаясь. Саша повторил плетение и наполнив его необходимой для активации энергией, выпустил заклинание на отца, следя за этим действом магическим зрением. Он видел, как поток энергии втянулся в тело отца и растворился в нем. Больше пока, от него ничего не зависело. Результат он узнает, только тогда, когда отец съездит на очередное обследование. Оно запланировано, кажется на середину октября, то есть где-то через месяц. Ну, что же, будем отслеживать состояние его здоровья по косвенным признакам. Заклинанием диагностики Саша пока не владел. Его обещали им дать в конце 1-го курса.

Тут Саше пришла в голову интересная мысль, и он тут же её реализовал. Он сказал отцу:

— Папа, а я решил учиться на врача. Вы с мамой только купите мне такой прибор, как у врачей, чтобы твои лёгкие прослушивать и прибор для измерения давления. Я каждый день буду тебя слушать и мерять тебе давление и пульс считать. Результаты буду записывать в тетрадку. Когда поедешь в город на обследование возьмёшь тетрадку с собой и покажешь врачу.

Отец выслушал сына с раскрытым ртом. Выслушав до конца, одобрил его выбор:

— Хорошо, сынок. Только можно сначала в санаторий наш сходить, может у них списанные приборы есть.

Воздух в Сосновке был божественным и рядом с ней, в сосновом бору, был построен корпус санатория для больных костным туберкулёзом.

— Папа, — возмущённо ответил Саша, — списанные приборы дадут неправильные показания, толку от таких приборов. Нужно в городе купить, в специальной аптеке. Должна быть аптека, в которой они продаются и купить новые, а не списанные.

Он ушёл, но все ещё ворчал про себя про некоторых скупердяев. Потом задумался. Как он, Саша, может поучаствовать в увеличении семейного бюджета? Вот о чём нужно задуматься, а не ворчать про скупых родителей.

Глава 3. Станция Сосновка

Изучая на первом курсе академии магии анатомию человека, Саша пришёл к мысли, что было бы очень неплохо знать всю терминологию не только на джехэйнском языке, но и на русском, на латыни и на английском. Опять ему придётся просить деньги у родителей, на сей раз на учебники по анатомии, латинского и английского языка, медицинскую энциклопедию.

«В школьной библиотеке, кроме учебников по английскому языку таких книг явно нет, можно даже не сомневаться», думал Саша. «Может быть у кого-нибудь из санаторных врачей есть хотя бы учебник по анатомии?»

Разговор с родителями решил пока отложить до подходящего момента. Сегодня должен приехать отец, уезжавший на очередное обследование. Мама настряпала пирожков по такому случаю.

В школе у Саши заканчивалась первая четверть, учителя начинали выставлять четвертные оценки. У Саши по всем предметам выходили пятёрки и это никого не удивляло, ни учителей, ни родителей, ни одноклассников. Ни с кем из одноклассников Саша не подружился, что было не удивительно.

Какие у него могли быть общие интересы с этой малышнёй? Дети интуитивно чувствовали, что он им не ровня и сторонились его. За всё время, что Саша учился в Сосновской школе у него произошла только одна стычка с одноклассниками. Как-то раз, несколько мальчишек после уроков окружили Сашу и попытались его отмутузить, поставить его на место, какого он заслуживал по их представлениям. Однако драки не получилось. Саша был физически их сильнее и ему не составило труда, раздав пару-тройку тумаков отбить у них всякое желание продолжать выяснение отношений.

Отец приехал поздно ночью, когда Саша спал, поэтому результаты обследования он узнал только на следующее утро. Андрей был весел, много шутил, мать, глядя на него влюблёнными глазами цвела. Из рассказа отца выходило, что туберкулёза больше у него не было. Его просветили на рентгеновском аппарате, взяли кучу анализов и постановили — здоров без ограничений. Его лечащий врач, у которого отец постоянно наблюдался, только головой качал и говорил о чуде и что такой случай единственный во всей его практике, все допрашивал отца, чем тот лечился, да чем питался, какой вёл образ жизни. Еле-еле отец отвязался от чересчур любознательного врача. Сослался на целительский воздух в районе села Сосновка, где он провёл последний год.

У любого дела, даже очень хорошего, есть две стороны. С отца сняли инвалидность и соответственно он лишился пенсии. Хорошо ему не нужно было искать работу, а то, в противном случае, он уже через месяц оказался бы в рядах тунеядцев, а с теми разговор короток:

— Не можешь найти работу сам? Поможем!

Глядишь, а бывший тунеядец уже и не тунеядец, а в звании «зэка» лес валит где-нибудь в Коми АССР, а то и в ещё более отдалённых местах нашей необъятной родины.

Родители по этому поводу устроили совещание. Отцу на должности учителя платили мало, впрочем, как и маме. Высшего образования у них не было. В селе и на станции хорошо оплачиваемых мест не было. Да и вообще, работу было найти здесь трудно. Кстати, Андрей, как член партии все ещё оставался на учёте по старому месту работы — в министерстве социального обеспечения, в ведении которого находился дом инвалидов.

Короче говоря, на семейном совете родители решили, что после Нового Года, в зимние каникулы Андрей поищет работу в городе и затем постарается вытащить в город и Варю с Сашей. Судя по взглядам, которые кидали друг на друга родители, Саша понял, что заклинание незачатия нужно будет сегодня же обновить. Это по отношению к маме, а к папе это же заклинание нужно будет тоже применить, когда он в город поедет. Это необходимо сделать в профилактических целях, на всякий случай. После войны создался весьма ощутимый дисбаланс в демографической ситуации в стране. Мало мужчин и много незамужних женщин и вдов.

«На отца будет открыта охота, это ясно, как божий день, поэтому не хватало нам проблем с детьми от чужих женщин», — думал Саша.