Помоги проекту - поделись книгой:
Владимир узнав о том, что к нему на встречу прорывается Сергей Николаевич Речицкий, не чинился, и согласился приехать в ресторан Гурского, напротив Кремля, с роскошным видом на столицу.
В ресторане отсутствовали приватные кабинеты, но на каждом столе находился оберег «Тишины» и судя по тому, как заглохли звуки оркестра, рядом со столом, уже активный.
Владимир пришёл в ресторан в лёгком шёлковом костюме, в сопровождении временной Высшей, Марии Ладейниковой, хозяйки Северного Ковена, и Зои Бураковой как Старшей Высшего Круга — главы совета ведьм Ковена.
Как и положено, вначале, пусть и коротко, поговорили о пустяках, но довольно быстро генерал-губернатор перешёл к делу.
— Видите-ли, Владимир Алексеевич, между нами произошёл неприятный инцидент, и я, как виноватая сторона, готов предложить все виды компенсаций для вас и для ваших… дам, в качестве извинения.
— Я рад, что вы всё так осознали. — Владимир, уже обговоривший с Советом все варианты развития конфликта, улыбнулся. — К счастью ничего непоправимого не случилось. Вашему сыну не удалось убить одну из наших сестёр, и девочкам не пришлось прибегать к действительно запретной волшбе, для ответа. Но ситуация, нас, конечно же обескуражила и изумила, так как не вписывалась ни в какие рамки. Теперь о том, как вернуть всё назад. Это сложно, но конечно возможно. Для этого следует погасить затраты Ковена на переселение, тех, кто пожелает вернуться, и оплатить им возвращение. Ну и понести виру, наложенную на вас Советом. Я не знаю, что это будет, но ничего выходящего за рамки ваших сил и здравого смысла.
— Мне казалось, вы владыка Ковена? — Деланно удивился Речицкий.
— Понимаете, Сергей Николаевич. — Владимир усмехнулся. — Я не бог, и не хозяин сёстрам. Я скорее старший товарищ, и посредник между ними и государством. Я не властен над их жизнью, смертью или кошельком. Я скорее рука, протянутая империей для граждан, слегка заблудившихся во времени и старых обязательствах. Полагаю, что девчонки прислушиваются к моим советам, лишь потому что видят, насколько эффективна моя компания, и вообще уважают мои регалии. Но я никогда не досаждаю им своими советами, или упаси боги, приказами. Лишь в редчайших случаях я могу сделать это, и лишь в ситуации, когда на кону жизнь и благополучие сестёр. Так что нет. Я не управляю повседневной жизнью сестёр. Они справляются без меня.
Подарок от Речицкого, Владимир получил ближе к вечеру, как личную виру, а распаковав, подивился фантастической игре света на острых гранях камней, и тут же велел связать его с генерал-губернатором.
— Сергей Николаевич? — Соколов беспокоит. — Владимир чуть помедлил. — Мне безусловно понравился ваш подарок, и я на Совете буду всецело на вашей стороне, но принять его не могу. Это всё очень сложно объяснить, но давайте поступим проще. Вы ведь где-то купили этот гарнитур? Ну так давайте я вам перечислю ту же сумму. Поверьте, меня это никак не напряжёт, и вас ничему не обяжет. Просто так будет лучше если мы и далее желаем сохранить доверительные отношения.
Договорившись о том, что украшения оценят в Московской Коллегии Ювелиров, а деньги он перечислит на личный счёт Речицкого в Первом Имперском, Владимир вернул трубку в зажим.
— Почему? — В глазах Зои, Владимир увидел настолько лютый интерес, что усмехнулся.
— Ну, во-первых, я не желаю, чтобы меня покупали, даже по таким вот поводам. Во-вторых, я хочу быть законным владельцем, или как говорят юристы добросовестным приобретателем этих украшений. Бог знает кому мне придётся их подарить и в таком деле, нужно соблюсти предельную прозрачность. А со слов Речицкого, история мутновата, так что мне просто не терпится внести в это дело хоть каплю понимания.
Глава Имперской коллегии ювелиров и артефакторов, принял Владимира на следующий день, отменив часть встреч. Кабинет у Мефодия Викторовича Овсянникова, наполненный старинной мебелью и книгами, был похож на музей, а вот личная лаборатория, куда Мефодий Викторович проводил гостей, больше напоминал современную исследовательскую лабораторию. Яркий свет галогеновых светильников, широкие столы, с приборами непонятного назначения, и десяток относительно молодых людей в белоснежных халатах, с плотно перевязанными рукавами на запястьях, и в таких же белых штанах, с плотными бахилами.
— Мы тут вам не напачкаем? — Владимир остановился на входе.
— Арка. — Мефодий Викторович, показал глазами, на сооружение обрамлявшее вход. — Мгновенно удаляет все частицы в определённом размерном диапазоне до кожи человека. Дорого, но вещь получилась стоящая. Ведь малейшая пылинка, попавшая в узор, может его испортить. Тут линии узоров, порой в сотую часть волоса, так что приходится принимать меры.
— Это мы удачно зашли. — Владимир, у которого тоже были проблемы подобного характера, на производстве микроэлектроники кивнул. И чуть отойдя в сторону, дал место спутницам.
Ювелир быстро достал весь комплект, и разложив его на большом столе, включил несколько приборов, и на большом экране, понемногу стала проявляться сложная схема узора.
— Занятно. — Глава коллегии, потёр ладони. — В самом узоре нет ничего сложного, но удивительно что ваши спутницы ничего не увидели.
— У нас тоже узкие специализации. — Зоя улыбнулась. — Я, например, всё больше по управлению, и по зельям, с узорами, формируемыми послойно. А Маша, вообще по рудознатской части.
— Ну, тогда вам всем очень повезло, что никто не стал примерять на себе эти украшения. — Сказал Овсянников, не отрывая взгляд от узора, прорисованного тонкими белыми линиями на чёрном фоне экрана. — Суть вложенного узора в открытии портала, причём с той стороны, по маяку. Какое-то время украшение просто висит на хозяйке накапливая энергию, а после включает маячок, на который из другого измерения приходит нечто. И не думаю, что белое и пушистое. Скорее всего, таким образом будущую хозяйку украшений хотели свести в могилу, причём уверенно и с гарантией, так как портал на месте головы — вещь безусловно фатальная.
— А нет ли там, ещё чего? — Спросила Зоя, которая как никто знала, что всякие гадости могут иметь несколько уровней.
— Так это уже не важно. — Мефодий Викторович, включил какую-то установку, и надвинул сверху что-то похожее на хирургический светильник. — Сейчас сотрём вообще всё, на глубину до атомного уровня, да и там, почистим. Поток смеси энергий, обнуляет все узоры, так что будет вам через полчаса ваше украшение. А узор «сияния» я сам наложу, чтобы вы были спокойны. Это сделает камни более искристыми, а металл словно светящимся.
Уже в машине, Владимир повернулся к Зое.
— У нас же есть возможность связаться с ханьским Ковеном? Или как он там у них называется.
— Да, князь. — Зоя кивнула. — Мы не особо общаемся, но если тема серьёзная, то можно связаться с их Верховной.
— Ну, тогда, расскажи ей, что караван с этими украшениями шёл из Индии в Китай, и судя по ценности, предназначался кому-то из царствующей семьи, или очень значимому лицу. Кто-то очень хотел кого-то убить, и если ханьцы подсуетятся, то смогут выяснить кто, кого, и за что. Украшения кстати, я могу им вернуть, или заплатить их настоящему владельцу.
— Будет исполнено, князь.
В качестве виры, за оскорбление Ковена, и попытку убийства одной из сестёр, было назначено служба сына генерал-губернатора на срок не менее пяти лет, в войсках повышенной боевой готовности. Ведьмы посчитали, что если и это не исправит юного придурка, то медицина тут бессильна.
Раз в неделю, Владимир объезжал все производственные площадки, и научные центры, проверяя, как идут дела, раздавая пряники, а иногда и подгоняя кнутом.
Самая жара клубилась в НИИ Электронных систем, где инженеры облизывали уж какую по счёту модель персонального рабочего места, с экраном в тридцать сантиметров, и пакетом прикладных программ. Табличного, текстового редакторов и среды для математических расчётов. Всё уже успешно работало на персоналках первого поколения, которые Владимир не хотел выпускать в свет, но для работ внутри компании, они уже вполне годились.
Машины имели память на сменных магнитных дисках диаметром в двадцать сантиметров, экраном со вполне приличным разрешением в тысячу на полторы тысячи точек. Теперь оставалось всего — ничего. Затолкать всё это в корпус размером хотя бы в большой чемодан, обеспечив высокую ремонтопригодность, и надёжность. А вот с последним, пока дело обстояло не очень хорошо. Блоки вылетали, горели, и вообще цифровая техника отказывалась работать, в постоянных потоках эфира. Достаточно было пройти мимо девочке с амулетом «Дыхания» образовывавшего вокруг носителя облако приятного запаха, как пробивало конденсаторы, и выгорали транзисторы. Инженеры уже сделали первые «антимагические» схемы, но пока до готового изделия не дошли. Так что в местах, где стояли вычислители, висели таблички с грозными надписями, а все работающие сотрудники подписывали десяток бумажек, и перед тем как сесть за рабочий стол, проходили осмотр на предмет амулетов и оберегов.
Чуть подогрев работников, Владимир пешком дошёл до НИИ Энергетики, располагавшийся буквально в трёх сотнях метров от электронщиков, пройдясь по дорожкам парка, вместе со свитой.
Все здания научного комплекса построили в огромном парке, где кроме собственно зданий, были маленькие незамерзающие озёра, с водоплавающими птицами, разные беседки с площадками для пикников, и жилые корпуса для тех, кто не желал тратить время на дорогу.
Между научными корпусами проложили дорожки, где учёный народ рассекал на электрических скутерах, и просто пешком, а охрана на квадроциклах, и четырёхместных багги.
Производственный комплекс находился чуть в стороне, и для того чтобы попасть туда требовался специальный пропуск.
Владимира сопровождали не только парни из охраны, а ещё несколько боевых ведьм, представлявших в рукопашном бою просто нечеловеческую силу и ловкость. Некоторые сёстры держали на плече птиц, и с их помощью могли взглянуть с высоты, что в некоторых ситуациях было бесценно.
Клариса Де Брие, возглавлявшая лабораторию порталистики, института, встретила Соколова у входных дверей, и они даже обнялись как старые знакомые. Кларисса, получив от Трона свою порцию выплеска энергии, большую часть ухнула на омоложение, а остатками прочистила энергоканалы, так что Владимир видел перед собой цветущую двадцатипятилетнюю женщину, а никак не тысячелетнюю ведьму. Кларисса имела внешность северного типа со светлыми волосами, голубыми глазами, обожала одежду белого цвета и украшения всех оттенков голубого, так что в длиннополом платье с разрезом до середины бедра, тонким пояском из сапфиров, браслетом — накопителем из аквамарина, и ожерельем из синих бриллиантов, походила на снежную королеву.
— Кларисса, вы обворожительны. — Владимир искренне восхитился дамой, поклонившись ей. — Как вы справляетесь с потоком обожателей?
— О, Володя. — Женщина громко расхохоталась. — Я никак с ними не справляюсь. Иногда они толкутся в моей спальне по трое. Но если ты только захочешь, я всех их прогоню… — Она лукаво посмотрела на Соколова. — Один дракон лучше сотни собачек. — По-русски она говорила без малейшего акцента, словно носитель языка.
— Кло. — Владимир шутливо погрозил ей пальцем. — А кто меня спасёт от ревности моих женщин?
— А мы сбежим! — Громким шёпотом произнесла Кларисса.
— Боюсь, Россия слишком мала, для того, чтобы сбежать от ведьм. — Владимир улыбнулся и прихватив француженку под локоть пошёл вперёд. — Ну, давайте. Жалуйтесь. — Он посмотрел женщине в лицо.
— Жаловаться? О нет. — Де Брие, усмехнулась. Я буду хвастаться. — Она лукаво посмотрела на Владимира, из-под полуопущенных ресниц, словно проверяя как на него действует её личная притягательность. — Мой старый хозяин, был настолько законченной мразью, что я конечно не отдала ему и крошки от изысканий, а уходя ещё и уничтожила лабораторию. — Она громко в голос расхохоталась и эхо подхватило её смех. — Он вполне искренне думал, что, насилуя нас, повышает нам мотивацию.
— Так может попросить сестёр, и они разберутся с этим существом в человеческом обличье?
— Спасибо Володя. Я очень ценю, твое к нам отношение, но это уже не актуально. — Она улыбнулась, и тряханула чёлкой. За столько лет, я внедрила в него неуничтожимый узор бесплодия, и уходя активировала «Адскую гниль» которая начала действие с его гениталий. — Она снова расхохоталась, и стёкла в здании жалобно звякнули. — Но это всё ерунда. — Оставив свиту внизу, они вошли в лифт и поднялись на шестой этаж здания, где располагалась лаборатория порталов. — Частично с вашей помощью, частично с помощью сестёр моего нового Ковена, я наконец получила интересный результат, которым хочу поделиться. — Она вошла в огромное помещение, без перегородок, с окнами по трём сторонам, и невероятной мешаниной приборов, проводов, трубок и эфирных преобразователей, и накопителей. — Особое спасибо за тот, второй выплеск. Я сразу смогла собрать достаточно энергии для синтеза кристалла стабилизации, и вот. — Она подошла к чему-то похожему на овальное зеркало, прикрытое тонкой серой тканью и сдёрнула покров. — Портал от нас, на площадку в горах Крыма. — Она заглянула в окно, и сразу же отпрянула. — Дождь. — женщина развела руками, а Владимир обойдя конструкцию, приблизил лицо к тонкой плёнке, отделяющей тысячу триста километров, и просунув голову сквозь преграду почувствовал свежий ветер, бьющий в лицо, крупные капли, дождя, и неповторимый запах Юга.
— И это вот так вот стоит, уже столько?
— Пока триста десять часов, сорок три минуты. — Отчиталась Кларисса, глянув на таймер.
— Расход?
— В дежурном режиме, сто эрг в час, а при переходе, эрг на килограмм.
— То есть, мы можем поставить портал в Москве, и, например, в Нижнем Новгороде, или Уральске, и смотреть как люди свободно ходят за тысячи километров? — Владимиру вдруг стало жарко, и он расстегнул ещё одну пуговицу рубашки.
— Смешно. — Кларисса несколько печально посмотрела на Соколова. — Герцог Артуа, мечтал, как он с помощью порталов, организует сеть переходов между своими замками, чтобы тайно посещать свои владения, и наказывать тех, кто плохо работает, а ты сразу начал с организации общественного транспорта.
— Ну, не совсем общественного. — Владимир усмехнулся. — Для начала хотя бы кланового. Переходы во все Дома Ковена, и младших ковенов, позволяющие сёстрам оказываться в любом месте, мгновенно. А вот когда мы убедимся в том, что всё работает надёжно, и проблем нет, вот тогда можно подумать и о расширении сети. Но мне, Кларисса нужно ещё кое-то. — Владимир посмотрел на женщину так, что та подобралась. — Контроль. Чтобы никто не мог вклиниться в нашу сеть, и одним разом забросить диверсионные группы по нашим городам. И чтобы мы точно вели ситуацию. Люди, переходы. Затраты энергии и её распределение. Тема серьёзная так что прошу тебя отнестись к делу, со всем вниманием.
— Хорошо. — Де Брие, кивнула, и коснувшись броши на плече, уронила платье на пол, оставшись только в тончайших трусиках. — А теперь, пойдём, туда. — Она качнула головой в сторону она перехода — Под дождь, и ты будешь хвалить меня.
Глава 7
Идею, сделать из шабаша — тайного собрания ведьм, яркое зрелище, зародилась у Владимира давно. В конце концов, ведьмам нужна правильная реклама, а она сама себя не сделает. Да и что может быть секретного в сходках, где участвуют сотни женщин? Понятно, что все, кому нужно узнают мельчайшие подробности. Но это в случае если будут твориться всякие непотребства вроде жертв, и прочего. А если нет? Если вместо кровавых оргий, будет исцеление, и прочие добрые чудеса? Да, энергии чуть меньше, но это ещё как сказать. Если собрать много зрителей, то выхлоп может быть вполне приличным. Нужно только создать это шоу.
Хорошо разогретый премией, генеральный арт-директор Константин Браславский с жаром взялся за организацию мероприятия, взяв в помощь несколько авторитетных сестёр.
Место для проведения шабаша нашли быстро. Огромный стадион, вмещавший сто тысяч зрителей, построенный для всяких спортивных забав, город отдал под проведение мероприятия, лишь обозначив штрафы за потоптанную траву и сломанное оборудование.
Телевидение сразу пометило будущую программу «только для взрослых», и начало трансляции отнесли на десять часов вечера.
Но и до этого времени, ведьмам было что показать. Да, самодеятельность вроде, но если учесть, что одна из сестёр и так наделённая талантом, поёт более двухсот лет, специализируясь на голосовом плетении магических узоров, то ничего странного что её пение буквально заворожило людей, а танец сестёр — охотниц за оборотнями, потерявшими человеческий разум и облик, заставил замереть даже Владимира, видавшего всякое.
Постепенно темнело, и когда сцена опустела, в небо медленно словно карабкаясь поднялся светящийся шарик, взорвавшийся мириадами огней, их которых словно сам собой соткался многослойный узор, плавно опускающийся на траву спортивного поля, где уже стояли пять высших ведьм, готовившие обряд восстановления тела, для маленькой девочки, потерявшей руку, двух близняшек, обожженных взорвавшимся автоклавом, пожилого мужчины, потерявшего ноги и женщины лет сорока, с трудновыговариваемой болезнью пожиравшей всё тело.
Узор медленно опускался, словно расслаиваясь по уровням, накрывая всю площадку, и телеэкраны показывали лица больных, расслабляющихся, и падающих на траву, но тут же тела их поднялись над землёй, укутанные мягким голубым свечением. А Ведьмы всё продолжали свою волшбу, подняв над исцеляемыми настоящий вихрь энергий. Владимир внимательно следил за расходом энергии, но выделенный сёстрам лимит в десять миллионов ещё не исчерпался, плюс у каждой ведьмы имелся собственный резерв, ну и волна сочувствия и одобрения от стотысячной толпы, тоже делала своё дело, насыщая воздух силой так что он начинал отчётливо искрить.
А тем временем в шатрах, кольцом, обступившим площадку с пентаграммой, старшие ведьмы начинали своё шоу, с мужчинами. Конечно шатры были плотными, но специальные светильники внутри, давали отличные тени на стенках, вовсе не оставляя пространства для воображения.
Поток сексуальной энергии давал необходимый компонент для узора «Высшего исцеления», и когда сила потекла по каналам, розоватое свечение мягко окутало девочку без руки. Сквозь свет было ясно видно, что сначала тенью, а после всё более и более ясно проступают контуры руки, которая окончательно сформировалась и вдруг поднялась, приблизившись к глазам, девочки, которая некоторое время смотрела на неё, затем потрогала пальцем, и громко вздохнув, свернулась калачиком, повернулась набок, и заснула, подложив отросшую руку под голову.
Стадион загудел, но обряд продолжался, и следом сияние обняло девочек-близняшек. Мощная оптика телевизионной камеры показала их лежащих в отдалении друг рот друга, и медленное восстановление тканей лица, плеча и рук, тоже пострадавших от кипятка. Это было быстрее чем рука, и минут через пять, девочки синхронно открыли глаза и повернулись в сторону друг друга всё так же вися в воздухе. Повернулись кивнули друг другу, потрогали пальцем свои лица, и склонили голову, заснув.
Стадион загудел уже громче, а когда исцелились ветеран и женщина, люди встали криком и аплодисментами приветствуя чудо исцеления.
Постепенно градус всеобщего накала повышался, и когда Владимир вышел на поле, для финального боя с вызванным демоном, весь стадион как один скандировал «Соколов».
А тварь, привлечённая запахом энергии жизни, давно упокоилась, убитая тварью более серьёзного калибра. Тха Асо Ами охотник за человеческими магами, спокойно дожидался пока фигура вызова обретёт суть, и когда в неё потекла сила, одним могучим ударом взломал пространство, разделявшее печати, и вывалился на поле, с высоты в пару метров.
То, что все планы пошли по синусоиде, Соколов понял, когда перед ним из портала вывалилось нечто четырёхногое, но двурукое, и одноголовое, причем каждая рука была вооружена длинным узким мечом, типа двуручного, а голова прикрыта шлемом, на маковке которого развевался клок светлых волос. Лицо в прорези шлема виднелось не очень хорошо, но глаза просматривались, а на месте рта вперёд щерились острые кончики клыков.
Владимир первый раз видел демона в явно рукотворных доспехах с оружием, и вполне резонно предполагал, что существо разумно. Но это не вызвало никакого затруднения. В конце концов, он уже вторую жизнь так или иначе убивал разумных, и что с того, что рожа у этого ещё более страшная.
Демон оглянулся, и поняв, что он находится среди огромного количества зрителей довольно ощерился. Будет чем пополнить сильно отощавший кошель. Он радостно вскинул мечи вверх и трубно заревел так, что всколыхнулась трава на поле.
Владимир неспешно сокращавший дистанцию, усмехнулся видя картинную позу противника, и крутанулся вместе с копьём, оставляя за древком россыпь алых искр, вскинул шест вверх, и от него ударил луч огня, вызвав рёв на трибунах.
Мгновенно закрутившаяся карусель боя, не оставляла ни секунды на размышления и рефлексии. Демон на своих четырёх толстенных и коротких ногах двигался короткими перебежками, но в талии гнулся очень активно, и «выстреливал» мечами вперёд сверкая и скрежеща лезвиями словно парикмахер.
Владимир уходил от атак на скорости, иногда пробуя шкуру демона короткими ударами шеста.
Броня демона искрила словно короткое замыкание электрических проводов, но кроме подпалин на доспехах, никакого эффекта не появлялось. Враг всё так же быстро «стриг» мечами, едва не доставая Владимира. Удары энергией, даже очень мощные вообще не достигали цели, рассеиваясь на дистанции в пару метров от монстра, и Владимир атаковал лишь, метая куски грязи в лицо демону, и пока тот очищал лицо, пользуясь мгновенной задержкой, лупил по ногам, надеясь пробить защиту.
Но ведьмы тоже не спали, формируя над охотником сложную структуру проклятия. Женщины уже поняли, что на доспехах противника Соколова мощная защита от магии, но плетения ведьм, по структуре отличались от психоэнергетики, хотя и использовали эфирную энергию. Но в их линиях была и магия крови, и даже магия смерти, поэтому многокомпонентные структуры ведьминских проклятий, так трудно, а порой и невозможно отразить.
Когда сверху, ударил невидимый луч, доспехи Тха Асо Ами вспыхнули ярче прожектора, и тут же погасли, а охотник, поняв, что он только что стал дичью, вытащил свой последний козырь, освободив из пространственного кармана два десятка ящеров — миньонов. Как одиночный противник, ящер мало чего стоил, но двадцать штук, могли завалить и более серьёзного противника.
Владимир, по команде от ведьм отскочил назад. Чтобы не попасть под удар проклятия, и когда откуда-то из демона стали вылезать существа похожие на аллозавров, но с более короткой мордой и длинными руками, усмехнулся. Выпустив наружу котов, кивнул Белому:
— Они твои.
Появление миньонов у человеческого мага стало неприятным сюрпризом для Тха Асо, и он уже потянулся за кристаллом возвращения, когда его тело потряс удар воздухом, сжатым до тысячи атмосфер. Тело демона подняло в воздух, закрутило, и уронив на поле, протащило по земле, оставляя чёрную борозду.
А Владимир уже сокращал расстояние, пробивая шестом огня в лицо противнику, и почувствовав, как оружие упёрлось в мягкую плоть, налёг всем телом продавливая глубже, пока шест не зашипел во влажной земле пройдя голову насквозь.
Демон, уже застыл кучей иномирного мяса, но Соколов всё равно отсёк голову, и насадив её на шест, вздёрнул высоко вверх, демонстрируя победу.
Стадион взревел словно одно стотысячеголовое чудовище, так, что у некоторых прожекторов стали лопаться стёкла, и взрываться лампы, но ведьмы мгновенно перехватили ситуацию, подвесив над полем десятки светящихся шаров, осветивших пространство не хуже, чем в солнечный полдень.
Поделиться книгой: