Помоги проекту - поделись книгой:
Круглая сеть из раскалённых добела нитей плазмы, должна была разрезать демона на куски, но не в силах проплавить металическую кожу, облепила его, со всех сторон. И тогда чувствуя шанс, Владимир влил в узор ещё энергии, и ещё, пока гость не задымился и вот тут, ему видимо стало совсем нехорошо, от чего хаосит заорал скача вверх, и пытаясь сорвать с себя сеть. Но нити уже глубоко врезались в кожу, и стали срастаться с другими узлами, плотно окутывая тело, словно коконом. Через минуту, плоть не выдержала и потекла словно расплавленный металл, собираясь лужей в углублении земли, и снова поднимаясь, обретала форму демона.
И тут сверху на едва сформированную фигуру упал искристо блестящий узор Ледяного щита, и расплав мгновенно схватился прочной коркой. Это через портал вернулся Топорков, и одним движением добил тварь.
— Спасибо Семён Михайлович. — Владимир одним движением убрал Копьё Огня, и коротко поклонился. — Серьёзную тварь завалили.
— Стальной демон. — Грандмагистр подошёл к застывшей фигуре, и провёл ладонью. — Сдох, поганец. Наверняка это он нам испортил прошлый опыт, и чуть не загубил этот. Кстати, они отлично подыхают от бронебойных и кумулятивных снарядов.
На каждый вариант оружия не напасёшься. — Владимир развёл руками, и призвал фамильяров, обратно. — Но канал-то мы сделали?
— Ещё какой! — Топорков показал большой палец. — Думаю даже уплотнение берегов не понадобится. Там всё спрессовалось в бетон. Так что ждут нас с вами, государственные премии, а там глядишь и орденок повесят. — Грандмагистр улыбнулся. — Это же у вас, военных, ордена вешать некуда. А нам чернильницам кабинетным, всё выгрызать приходится.
Вся суть борьбы ведьм, заключалась в доступе к энергии. Старшая ведьма отщипывала от своей дюжины, младшая Хозяйка, от сотни, хозяйка от местного ковена, Старшая хозяйка от регионального Ковена, высшая — от всех ковенов разом и верховная, имела почти неограниченный поток от всех ведьм большого Ковена разом. Сила давала не только долголетие, но и возможность творить чудеса различной степени злобности, за соответствующее вознаграждение. Уморить торгового конкурента? Не вопрос. Наслать чирей на соперницу? Вообще пара пустяков. Сварить приворотное зелье? Только плати. По традиции ведьмы принимали плату золотом, потому как живя многие века, не хочется каждый раз думать, поменяла ли ты старые деньги на новые, что регулярно случалось. А золото, оно и есть золото.
Но с фактическим врастанием в систему государства всё изменилось. Никаких приворотных зелий или смертельных заклятий. Только лечение, психологическая помощь, и прочие добрые дела. Плата — по прейскуранту, хотя и в золотом эквиваленте, и банк по первой просьбе пересчитает рубли в граммы, выдав слитками или монетами.
Вот и ходили ведьмы по больницам и госпиталям, врачуя души и тела страждущих, готовя лекарства, и занимаясь изведением вредной живности вроде мелких демонов, бесов, и местных духов.
Зоя Буракова, стройная огненноволосая женщина лет двадцати на вид, в белоснежном платье с разрезом до середины бедра, вышла из своей «Серебряной стрелы» — нижегородского гоночного автомобиля ручной сборки, захлопнув двери, поправила длинный шёлковый шарф, и пошла ко входу в Первую Императорскую детскую больницу, где она вот уже неделю занималась самыми маленькими пациентами. С одной стороны, на это уходило море энергии, но с другой, всё возвращалось сторицей. От самих детей, и их родителей, которые только что не молились на ведьму. Самые простые случаи — ожоги, кожные нарушения, и тому подобное. Она уже вылечила. И оставалось наиболее сложное. Опухоли, родовые травмы, и прочее, с чем она работала понемногу, выкладываясь досуха на процедурах, и после восполняя энергию, прогуливаясь в парке.
Она поднялась на второй этаж, раскланиваясь с врачами и медсёстрами, отчаянно ревнующими её к молодым парням, и зашла в кабинет заведующего клиникой, чтобы поздороваться.
— Зоя Николавна. — Главврач, седой мужчина лет шестидесяти в белоснежном халате, встал, поклонился, и коснувшись губами тонкой женской руки, пахнущей травами, кивнул на невзрачного человечка в тёмном костюме, и накинутом поверх белом халате. — Вот, извольте видеть. Никанор Семёнович Приходько. Прислали из минздрава. Желают увидеть, как это вы лечите.
— Пусть смотрит. — Ведьма равнодушно качнула головой. — Пусть только не лезет. А то, всякое может случиться, гражданин из минздрава. — Она повернулась в сторону чиновника. — Я же ведьма, не забыли?
Чуть сбледнувший мужчина, заворожённо глядя в совершенное лицо Зои и глаза глубокого зелёного цвета, замедленно кивнул, и тяжело, через силу сглотнул.
— Ну и славно. — Ведьма крутанулась на шпильках, и бросила через плечо. — Начну с опухолевых, если вы не возражаете.
Не обращая внимания на семенящего где-то сзади Приходько, летящим шагом Зоя дошла до лестницы на третий этаж, и понялась в закрытый блок, где лежали самые безнадёжные малыши. Помощь ведьм для кого-то стала спасением, а для кого-то просто отсрочкой и лишними днями жизни, за которые маленькие человечки хватались с нечеловеческой силой.
— Всем привет! — Зоя, широко улыбнулась войдя в игровую, где тихо возились или просто сидели два десятка малышей. — Коленька, Верочка. Сёма, она проходя касалась детских головок, и у кого-то отступала боль, кто-то начинал дышать свободнее, а кто-то блаженно откидывался на подушки, потому что вдруг стало тепло, и уютно как дома.
Никанор Семёнович стоял у входа, и видел чудо преображения, когда угрюмые малыши вдруг ожили, закрутив какой-то шумный хоровод вокруг ведьмы. Но вдруг Зоя, взявшая на руки маленькую Верочку, окуталась белым пламенем, ударившим в потолок, и растёкшись по стенам, собрался в полупрозрачный вихрь, танцующий среди детей, словно юла. Шарахнувшись от вихря, дети, видя, что он не причиняет вреда Зое, через какое-то время игрались с ним, словно со старым приятелем, носясь по всей комнате, и оглашая её громкими криками.
Ведьма, в которую только что влилось несколько десятков миллионов эрг, от Князя, тоже счастливо рассмеялась, и не обращая внимания на то, что её тело начало светиться, пошла по палатам, касаясь тех, кто не мог ходить, ведя за собой детей, стайкой. Дети уже выздоровевшие, продолжали играться со сверкающим белым вихрем, гоняясь за ним, касаясь упругих тёплых боков, и заливаясь смехом от того как он щекочет им ладошки.
А Зоя продолжала тратить Силу, на исцеление, но энергия лилась словно из бездонного источника, заполняла её вновь и вновь, и когда все дети в больнице оказались исцелены, ведьма быстрым шагом спустилась на первый этаж. Там, где находился терапевтический бассейн, сбросила туфли, и села на бортик, погрузив ноги в прохладную воду.
Врачи, сёстры и другой медперсонал, видели как вода сначала подёрнулась тонкой плёнкой тумана, в секунду стала прозрачной словно стекло, замерла, единым монолитом, и снова стала похожей на воду, только светящейся, молочно-белым светом.
— Георгий Сергеевич? — Ведьма, чуть побледневшая, но при этом явно выглядевшая ещё моложе, встала и начала надевать туфли. — Сколько здесь литров?
— Пятьдесят кубов… — Произнёс заместитель по хозяйственной части.
— Ну вот вам пятьдесят кубов живой воды. Как пользоваться разберётесь, но предупреждаю, что, например, опухоли ей лечить нельзя.
— Низкий поклон вам, Зоя Николаевна. — Главврач, низко, до земли поклонился, и следом склонили головы все медики, понимавшие что на их глазах, случилось грандиозное чудо. Дети, приговорённые к смерти, живы, и судя по виду вполне здоровы. А тут ещё и живая вода, которая разойдётся граммами по всем больницам России.
— Славьте Князя. — Отрывисто бросила Зоя. — Это он даровал мне силу для этого чуда.
Глава 5
Карл Пятый, правитель огромной империи, простирающейся по всем материкам кроме Антарктиды, нервно расхаживал по кабинету, заложив руки за спину. Рыжеволосый мужчина вполне цветущих ста тридцати лет, одетый в удобный твидовый костюм в светло-коричневую клетку, и мягкие полуботинки, заслушивал своих новых министров иностранных дел, внутренних дел, министра торговли и руководителя Объединённой Разведки с едкой смесью сарказма, злости, и жалости от потерянных денег, разговаривая короткими предложениями, или скорее восклицаниями.
— Как вообще могло случиться, что все три с половиной тысячи ведьм, разом исчезли с острова?!! Ведь все они, насколько я знаю, должны были находится под неусыпным контролем полиции, а некоторые, вообще не выходить за порог работных домов?!!
— Сир, — Министр внутренних дел, Сидни Кавендиш, однокашник Карла пятого по Оксфорду, склонил голову. — Они очень давно начали готовить побег. Ещё во времена правления Карла четвёртого. Для каждой ведьмы разработали маршрут с изменением внешности и поддельными документами, и самое главное — каждой выдали по накопителю энергии. Ничего серьёзного. Примерно пять — десять тысяч эрг, но уже ни полицейский патруль, ни паспортный контроль, не стали проблемой. Ведьмы просто надевали личины, применяли отвод глаз, и прочие штучки, для того чтобы покинуть Британию. Совсем слабые ведьмы получали в компаньонки более сильную, и таким образом у полицейских не было ни единого шанса противостоять им. Примерно три сотни, поднялось на борт круизного лайнера под прикрытием конгресса суфражисток. Поскольку всё движение находится под высочайшим патронатом Её величества королевы Беатрис, то судно выпустили из порта без малейших проволочек, а они тут же сменили курс на Ля Рошель, и сойдя на берег во Франции растворились в толпе.
— Я так понимаю, Сир, что главная проблема побега ведьм состояла в том. что им требовалось место, откуда их не выдадут ни при каких обстоятельствах. — Продолжил глава Форин Офис лорд Лерой Маунтбэттен. — И как только ведьмы России, договорились с тамошним правительством и государством в целом, у них такое место появилось. И сразу же включился давно приготовленный механизм побега. И далеко не все из них осели в России. Часть обосновалась на территориях Восточной Европы, в тех странах, где у ведьм хороший правовой статус.
— Но как они смогли? — Король, стоявший лицом к окну, резко развернулся к докладчикам. — Мы же так долго ссорили их с русским правительством и императором?
— Тут всё дело в неудачной попытке переворота, сир. — Маунтбэттен скривился, словно проглотил гнилой лимон. — Главным проводником наших идей в России, был великий князь Александр, сейчас пребывающий в изгнании. Чиновники и военные, так или иначе вскрывшиеся при перевороте, уволены и сосланы в Сибирь, на вечное поселение. Таким образом мы полностью лишились возможности какого бы ни было влияния, и мысль, поданная этим, их князем, не нашла ни малейшего сопротивления. Таким образом ведьмы, сразу получили не только правовой и социальный статус, но и легальные источники дохода. Кроме того, каждая ведьма подписывает особый документ, где обязуется не проводить деструктивных ритуалов, не варить запрещённые зелья и так далее…
— Договор… — Произнёс словно сплюнул король.
— На крови, ваше величество. — Лорд Маунтбэттен поклонился. — Нарушение этого соглашения сразу становится известно Князю, и уже в его власти, наказание клятвопреступницы.
— Очень удобно, сир. — Пояснил Кавендиш. — Так, они свободно творили свою волшбу против японцев, и никто из ведьм не пострадал.
— Выходит, русские готовили для наших ведьм тёплую кровать? — Крикнул король, сжав руку в кулак. — Его любимая постельная грелка Нихарла, рыжая ирландка, с тонкой и гибкой фигурой, тоже сбежала, оставив после себя, спальню, которую пришлось очищать от ядов, трём грандам, на протяжении двух суток.
— Нет, не думаю Сир. — Глава Форин Офис, поклонился. — Просто в ситуации, когда в общество влились десять тысяч ведьм и членов их семей, дополнительные тысячи уже не играли никакой роли. Для двухсот миллионов населения страны, это всё равно капля в море. Но я хочу отметить принципиальную роль в случившемся Владимира Соколова. Простолюдин выслужившийся до полковника их егерских войск, и поднявшийся до гранда.
— Милосердные боги! Да вы сами верите в то, что говорите, Лерой? — Устало произнёс король. Он, как и всякий холерик, легко воспламенялся, но также легко остывал, погружаясь в меланхолию. — Простолюдин, ставший грандом? Да мы тут творим чудеса евгеники, сплетая перспективные линии семейных древ, для получения хотя бы магистров! Скажите, есть хотя бы один случай, когда магические способности проявились в простолюдине? А ведь указ о даровании такому человеку дворянства, существует уже пятьсот лет. Так что оставьте эти бредни, заставьте своих людей работать по-настоящему, и выясните всю подноготную этого человека.
— Слушаюсь Сир. — Маунтбеттен поклонился. — Так вот мы не в первый раз отмечаем решающую роль этого человека. Та было и в момент переворота, когда на принадлежащих ему радиостанциях, стали транслировать речь императора, что сразу решило вопрос с неустойчивыми подразделениями. Собственно, вся история с ведьмами началась в тот день когда они решили убить Соколова на своём шабаше «Подчинения». Ковен к этому времени лишился Князя, и ведьмы слегка пошли, что называется «вразнос». Ну и он, убил сначала всех высших ведьм, а после — верховную, получив таким образом право на Трон.
— Кроме того, Ваше величество, он отметился в ликвидации Проклятых земель в Сибири, и на Урале. — добавил Джейсон Барди, министр торговли, в ведении которого находились аномалии и получаемый с них доход.
— И что же? — Король несколько оживился. — Аномалию можно доить вечно, а с закрытой зоны, получаешь отличный, но единоразовый доход.
— У русских огромные территории. — Развёл руками министр. Они открыли ещё три штуки на неосвоенных диких землях, и пять, в центральных регионах, но замкнули их в рамки естественных и искусственных защитных сооружений. Так что думаю в доходах они не упали, а даже чуть поднялись. Хотя в целом интенсивность пробоя во всех этих зонах, существенно ниже одной Сибирской Аномалии.
— А наши потери? Наши? — Король снова возбудился. — Сколько фабрик закрылось, сколько контрактов разорвано?
— Да, Сир. — Министр кивнул. — Наши потери весьма велики. Вся, так долго создаваемая индустрия работных домов, фабрик зелий, и «Весёлых домов», рухнула разом. Пока мы даже примерно не можем посчитать размеры дыры в бюджете, но полагаю, она будет огромной. Уже сейчас нужно сокращать содержание армии, флоту, и останавливать большую часть социальных программ. Наши потери тем больше, что по многим контрактам предстоит выплатить неустойки, и штрафы.
— Демоны, как же всё не вовремя! — Король стукнул кулаком по оконной раме, от чего усиленная конструкция, рассчитанная на средний артиллерийский снаряд даже, не дрогнула. — Так. — Он повернулся и пройдя через комнату занял место на троне. — Объявить в прессе, что всем ведьмам, вернувшимся на Остров, будет даровано прощение. Второе. Режьте что хотите, но флот, а именно программа постройки линкора «Ультиматум» должна продолжаться. Надавите на доминионы. Пусть раскошелятся. Это же касается всех заморских территорий, и колоний. Теперь по штрафам и компенсациям. Проведите чрезвычайным законом, что выплаты по ним отменяются. Кто против — должен лишиться всякой возможности торговать с Империей. В конце концов все торговые суды у нас в руках. И мне нужна показательная порка этого Соколова. Слышите, Джон? — Король пристально посмотрел на начальника объединённой разведки адмирала Джона Корнуэлла. — Хотите, отравите его, хотите пристрелите, словно бешеную собаку, но это нужно сделать показательно, ярко, и так, чтобы все, даже самые тупые поняли, что погиб он потому что перешёл нам дорогу. Империя начинает рушиться в тот момент, когда её враги остаются в живых.
Ни о чём этом, Владимир конечно не знал, проводя время обычной жизнью. Обычной для Князя Ковена конечно. Для сестёр, ночь, проведённая с Князем, являлась одной из высших наград, и дело тут вовсе не в социальном статусе, а в том, что энергия, даруемая Князем, начисто вымывала все энергетические пробки и прочий магический мусор, который накапливался в телах ведьм, и удалялся оттуда весьма сложно и медленно, а во время любовных утех с Князем — мгновенно. Ну и омоложение духа, что где-то дороже чем всё прочее. Поэтому три ночи в неделю, принадлежали Ковену, и сражения за них, шла нешуточная. Естественно ведьмы давали гари, по ночам, надеясь, что Князь их запомнит, хотя Соколов скорее запомнил бы лежащую бревном и унылую даму.
Но и для Владимира эти ночи, стали весьма полезными очищая тело от энерготоксинов, позволяя непрерывно тренироваться и повышать уровни владения Силой.
Первое время такая повинность несколько напрягала Владимира, но после он оценил насколько их активность приходилась к месту. Гиперсексуальный организм Соколова был готов спариваться со всем миром, и не всегда внутренний контроль, справлялся с бурным гормональным потоком. Ведьмы помогли ему стабилизироваться, и теперь на все попытки девиц оголить ножку, или поводить перед лицом глубоким вырезом на блузке, смотрел с умеренным любопытством сытого хищника, в некоторых случаях, даже с лёгким отвращением, когда дама была не столь хороша собой как ведьма, познавшая науку обольщения от и до, ещё лет сто назад.
Но хватало и других забот. «Гиперборея» не имея сдерживающих факторов для роста, разбухала словно на дрожжах, втягивая в себя производства, научные коллективы, множа складские и торговые площади, и в Империи уже не оставалось приличного города где не стоял бы магазин компании.
Так же подобно взрыву расширялся и Ковен. Крупные магазины лечебных зелий, косметики, салонов красоты, магазинов для девочек «Маленькая Ведьма», и всего что можно придумать для услады женщин, множились и уже две крупных компании торгующих косметикой, стали сворачивать деятельность, а ещё две попросились под крыло Ковена. Да и как можно соперничать жировым и ароматическим смесям, продаваемым в обычных косметических магазинах, с зельями, сваренными в потоках силы, и заряженных сложными многокомпонентными узорами, реально убирающими морщины, и возвращающими коже свежесть и упругость?
Суды, обвинения в краже технологий и прочая коммерческая возня успешно гасилась юристами, а выигранные дела, пополняли фонд поощрения юридической службы.
Владимир никогда не жадничал, позволяя своим людям зарабатывать, где в полтора раза, где вдвое и втрое от средней зарплаты, и поэтому люди держались за место всем чем могли, и увольнение из структур Гипербореи, и Ковена, становилось настоящей бедой.
Потому и рвали подмётки все, включая научно-исследовательские коллективы. И первый в этой реальности лазер, появился именно у Соколова, что позволило ему сделать систему наведения, испытанную вначале на противобронеходных ракетах, а после, когда наконец привезли стенд от флотских, и на противокорабельных, и к августу, первое изделие с системой наведения «Вектор», поступила на полигонные испытания.
Также военные получили техномагические гранаты «Скрыт», образующие при активации облако плотного несдуваемого ветром тумана, полностью скрывающего видимость. Облако держалось пока не иссякал маленький накопитель, и принципиально не существовало никаких препятствий продлить его хоть на полчаса. Но изюминкой системы стали не гранаты, а очки, позволяющие видеть в этом облаке, пусть и не очень хорошо, но достаточно для прицельного огня.
Не чинясь, и не задирая цену, Владимир отдал технологию комплекта военным, так как ставить ещё одну производственную линию не имел ни малейшего желания. Это вообще стало некой нормой для разработок «Гипербореи», когда что-то из военного снаряжения требующее массового выпуска, отдавалось военным и они сами производили это в нужных им количествах, снимая массу проблем с компании имевшей и без этого кучу сложностей.
И главной такой сложностью конечно же являлись кадры. Требовались рабочие, техники, мастера, инженеры и руководители производства. Компания собрала людей везде где только можно, и где нельзя. Рекрутеры Соколова паслись на военно-врачебных комиссиях, увольнявших офицеров в запас, и в отставку, в институтах и университетах, и вообще везде. Кроме этого у «Гипербореи» существовали собственные технические училища, и профессионально-технические школы, обучавшие рабочих и техников, и даже оплаченный курс в Имперском Университете, где готовили управленцев.
Но ни этим, ни сотнями других процессов, Владимир не управлял. В его подчинении находились десять высших руководителей компании, и с них он спрашивал за результат в целом, оставляя тактические решения на них, в том числе и перекрёстный контроль.
Точно так же управлялся и Ковен. Двенадцать высших ведьм, образовывали управленческое ядро, руля всей жизнью сестёр, и не сильно беспокоя Князя. Только Высший суд, когда ведьма совершила серьёзное преступление, он вершил единолично. Так, дама из уездного городка сварила зелье, убивающее ребёнка, и получив весьма приличный гонорар, сбежала, решив спрятаться за границей. Конечно была поймана, и доставлена в Княжеский Дом, на суд, где Владимир принял единственно возможное решение. Лишение ведьмы всех магических сил, и передача Охранительной Страже, для суда и приговора.
Когда женщину увели, Алла Курбатова глава Уральского Ковена, видимо выражая общее недоумение сестёр из Высшего Совета, поинтересовалась причиной столь странного решения. Ведь князь, мог просто развеять преступницу, превратив её в пыль, и никто никогда не узнал бы.
— Понимаете. — Владимир внимательно оглядел лица сидевших рядом дам. — Мы либо часть государственной системы, либо нет. Если мы часть государства, то и играть нужно по тем правилам, которые мы приняли. Мы не можем казнить человека. Это станет просто убийством. И неважно узнает ли кто-то или нет. Мы же знаем, что мы нарушили наш договор с Империей. А значит мы клятвопреступники. А давайте на секунду представим, что Охранители схватили без причины кого-то из сестёр, и держат в камере? Мы конечно сразу пойдём в суд, прокуратуру, и другие органы добиваясь чего? Правосудия. То есть тут оно нам нужно, а вот там, мы его обойдём? Так не бывает. Вернее, так люди себя ведут, но заканчивается это плохо. И уж не нам, только — только ставшим полноценными гражданами — нарушать закон. А главное зачем? Мы наказали её очень сурово, лишив магических сил. Теперь она в течение десяти — двадцати лет превратится в старуху, и скорее всего умрёт в тюрьме. Вы и правда считаете, что такая смерть лучше, чем быстро и безболезненно развеяться пеплом?
— Развеивается не только тело, но и душа. — Произнесла Александра Гришина Хозяйка Южно-русского ковена.
— Александра, а зачем вам это? — Владимир строго посмотрел на женщину. — Зачем брать на себя ответственность за перерождение чьей-то души? Вы уверены, что это находится в нашей сфере ответственности? Вы эту душу создали? Вы её вложили в тело? Ну так, не лезьте. Чётко определяйте, где людское, а где вселенское.
Ведьмы конечно оставались анархистками, несмотря на то, что встраивались в общество, поступали на службу, и стали появляться в обществе. Но настолько разительным стал контраст между их старой жизнью в полуподполье, и сейчас, когда с ними здоровались на улицах, писали в газетах, а бренд «Маленькая ведьма» стал законодателем мод в детской одежде и аксессуарах. То есть само слово «Ведьма» перестало обозначать старуху в рваных тряпках, а теперь относилось к красивой, уверенной в себе женщине, с весьма приличными доходами, а временами и просто богатыми, способными на настоящее чудо, как случилось, когда все дети в России, находившиеся в больницах, излечились, и вернулись в семьи. Да за одно это, общество простило бы ведьмам любые преступления, но они продолжали лечить, ухаживать, и вообще жить общественной жизнью. И общество поставив жирный плюс Ковену, тоже продолжило жить.
Самой нудной обязанностью, для себя, Владимир считал даже не званые обеды, с деловыми партнёрами и первыми лицами Империи, а присутствие на балах. Бесконечные мамочки, уверенные в том, что стоит Соколову увидеть её ненаглядную дочку, и он сразу подпишет брачный договор.
Как правило его сопровождала ведьма из Высшего Совета, и конечно угловатые едва оформившиеся девочки, совсем не смотрелись рядом с грациозными словно кошки, холёными красавицами, разодетыми в платья от лучших модельеров, и украшения ценой в приличное поместье. И даже первые московские красавицы, не вступали в эту схватку, потому как ссориться с ведьмами вообще плохая идея. Но мамочки и свахи — особая категория людей, считающих что фантастически богатый восемнадцатилетний полковник, оскорбляет их естество, а междуножие восемнадцатилетней дуры, способной только раздвигать ноги — лучший приз какой вообще возможен. Ситуация постепенно дошла до того, что Владимир сначала стал появляться в обществе с двумя спутницами, а после и с тремя, чтобы снизить шанс провокации до минимума. И конечно никогда не удалялся в уединённые кабинеты, а при необходимости проводил все разговоры либо публично, либо откладывал их на другое время.
Помощь пришла как ни странно от цесаревны Натальи, подошедшей на очередном мероприятии с каким-то пустяковым разговором, и на удивление Владимира хорошо вписавшись в компанию ведьм. Наталья остроумно шутила сама, заливисто и громко смеялась над шутками спутниц Владимира, и вот эта, явно декларируемая приязнь, со стороны члена царствующего дома, сразу осадила всех страждущих. Потому как ведьмы, это конечно неприятно, но вот гнев принцессы, это то, что можно и не пережить, и большую часть прыжков вокруг Соколова словно отрезала. А когда они появились вдвоём на дне рождения генерал-губернатора Москвы, то Общество единодушно записало молодого полковника в интересанты цесаревны, и даже самые тупые, отступили. Как там оно сложится, между ними, ещё вопрос, но всякую помеху их отношениям Государь наверняка сочтёт личным оскорблением.
Глава 6
Сергей Николаевич Речицкий, генерал-губернатор Красноярска и территории, где свободно разместится десяток европейских стран, пребывал в чёрной меланхолии. Пустяковая история с «наездом» младшего сына на ведьму, закончился таким феерическим ужасом, что впору было хвататься за голову. Мало того, что уехали ведьмы, дававшие в других губерниях по два — три процента валового налогового сбора, собрали манатки и съехали десятки других компаний, и организаций, оставив Красноярск совершенной провинцией. Но и это полбеды. А вот падение доходов на двадцать процентов — уже практически катастрофа, потому как на общегосударственные проекты на территории губернии ещё можно попросить денег. А вот на собственную жизнь, нужно зарабатывать самим. И сокращать бюджет — не выход, потому как если люди побегут и из бюджетной сферы, то это всё. Катастрофа окончательная. Ладно хоть следователи и охранители ничего серьёзного не нашли. Пришлось правда два миллиона кровных внести в бюджет, чтобы отделаться выговором, но это вообще пустяк. Купцы занесут на второй день после отъезда ревизоров.
И они правда занесли. Два миллиона рублей золотыми монетами, как и принято было испокон веку в Сибири. Но вдобавок огласили ультиматум. Или Речицкий решает все свои трения с Соколовым к всеобщему удовлетворению, либо просится в отставку. Потому как потери бюджета — это конечно плохо, но стремительно тощающие кошельки торговых князей — вещь совершенно недопустимая.
И естественно первым самолётом, генерал-губернатор кинулся в столицу. Не распаковав вещи, сразу поехал по старым друзьям и должникам, чтобы те просветили его относительно Соколова, и его места в системе, немало поражаясь тому, что говорили люди. Выходило так. что молодой Князь Ковена, которому едва исполнилось восемнадцать лет, уже вполне заслуженный ветеран, отметившийся в войнах, локальных операциях, и плюс к тому, весьма успешный промышленник.
Буквально все рекомендовали генерал-губернатору помириться или ещё как прекратить конфликт, потому что статистика не радовала. Ни один противник Соколова не выжил. Сюда же тяжёлым довеском шла близость Соколова к семье Императора, и его особые отношения с цесаревной Натальей, которую он успел несколько раз спасти.
Вернувшись в гостиницу, генерал-губернатор приказал подавать обед, и заняв кресло напротив окна, закурил и задумался.
Сергей Николаевич при всех его недостатках дураком конечно не был, и всякую мысль о силовом разрешении конфликта, загнал на самое дно глубокой ямы, где и закопал от греха. Может когда-нибудь в будущем, появится случай и повод ответить, но возможно, что и никогда. Прошлый Князь, прожил без малого полторы тысячи лет.
Теперь оставалось решить, что можно предложить молодому и очень богатому мужчине, окружённому первыми красавицами, и обласканному властью и Армией. Украшения дарить бессмысленно. Для очень богатого человека имеющего десятки любовниц, все ювелирные изделия проходят по графе «цацки», и не более. Если только… — Речицкий, посидел какое-то время с закрытыми глазами, встал и подойдя к одному из чемоданов, где лежали подарки для покровителей и друзей, открыл и откинув крышку, разгрёб многочисленные коробки и ящички, докопавшись до трёх плоских коробок, из бархата глубокого синего цвета, раскрыл их все, и поставил рядом.
Украшения нашли среди товаров, каравана, идущего из Индии в Хань, решившего сократить путь через Российскую империю. Ход где-то правильный, потому как в России практически не было банд, и шанс нарваться был весьма низок. К одиноким караванам следующим транзитом российские пограничники почти не проявляли интереса, а выезжали лишь на прорывы банд, с сопредельной территории.
Но в этот раз им просто не повезло, и каравану пришлось принять бой нарвавшись на хунхузов, а пограничники чуть запоздали, и в итоге, спасать было некого.
Помня о судьбе тех, кто мародёрил трупы на границе, солдаты и офицеры пограничной стражи предпочли законные 25 процентов, суду и тюрьме, и вызвали на место боя представителей Минфина, и Имперской стражи. Всё взятое с хунхузов и каравана тщательно описали, вывезли в хранилище, и позже реализовали по чуть заниженным ценам. Так Сергей Николаевич и оказался владельцем комплекта украшений ценой в десять миллионов рублей.
Непонятно кто и для кого делал гарнитур из перстня, серёжек, диадемы, колье, и пары браслетов, но изделия из платины и голубых бриллиантов выглядели потрясающе. С таким подарком можно посвататься и к цесаревне. — Генерал губернатор усмехнулся, предчувствуя разрешение всех своих проблем, и обернувшись на появление в комнате секретаря кивнул на раскрытые коробки. — Денис, закажи красивую коробку, чтобы можно было сложить всё. Да не жадничай. Нет ничего хуже бриллианта, завёрнутого в использованную салфетку.
Поделиться книгой: