Помоги проекту - поделись книгой:
В суде давали показания братья и сестры обвиняемого (кроме Ширли Сойр, которую не стали вызывать ни обвинение, ни защита). Все они подчёркивали, что Иван Милат вовсе не был самым злобным или физически сильным из братьев. Ричард, например, шутливо высказался в том духе, что если бы ему сказали, что среди братьев точно есть убийца, то он подумал бы вовсе не на Ивана. Разумеется, все родственники отрицали свою осведомлённость о времени появления тех или иных улик и твердили, что даже мысли не допускали о возможном участии Ивана в убийствах туристов.
Коллеги по работе Ивана Милата заявили, что тот был одиночкой по жизни, ни с кем не делился переживаниями и мыслями, был сам по себе. Но при этом являлся отличным работником, трудился, сколько надо и где надо, в общем, проблем не создавал ни коллегам, ни начальству.
Суд завершился вполне ожидаемым вердиктом присяжных, посчитавших доказанной вину Ивана Милата по всем пунктам обвинения. 27 июля 1996 г. судья Хант приговорил подсудимого к семи пожизненным срокам плюс 18 лет содержания в тюрьме без права условно-досрочного освобождения. За каждую из семи жертв Милат получил пожизненный срок, а за нападение на Пола Ониенса, ограбление его и нарушение законодательства в области приобретения и хранения оружия Милат получил ещё 18 лет. В своём заключительном слове судья подчеркнул свою уверенность в том, что Иван Милат совершал свои преступления не в одиночку, он имел помощника, имя которого, однако, назвать не пожелал.
Такая вот судебная арифметика.
В день оглашения приговора Ричард Милат из зала суда отправился прямиком в телестудию, где принял участие в часовом шоу, посвящённому истории убийств туристов в лесу Белангло. Там он заявил, что не имеет ни малейшего отношения к этим преступлениям и все подозрения в его адрес не более чем инсинуации падких до скандала журналистов.
Поначалу Иван Милат содержался в знаменитой австралийской тюрьме «Мэйтланд-гаол» («Maitland Gaol»). Тюрьма, строительство которой закончилось в 1844 году, снаружи производила впечатление настоящего памятника архитектурного искусства, однако её внутреннее состояние в те годы вызывало шок. Проблемы с канализацией, водоснабжением, вентиляцией, а также перенаселенность тюрьмы превращали заключение в этой юдоли скорби в тяжёлый и унылый квест.
Сокамерником Ивана Милата, ставшего к тому времени уже широко известным серийным убийцей, оказался некий Джордж Саввас (George Savvas), бандит, наркоторговец и, по-видимому, убийца, хотя последнее не было доказано. Преступники оказались психологически очень похожи – высоко доминантные, физически сильные, предприимчивые, лишенные каких-либо нравственно-этических ограничений. Тесное общение подобных персонажей не могло не закончиться серьёзными проблемами, вопрос заключался лишь в том, кого именно эти проблемы затронут?
Слева: построенная в середине XIX столетия тюрьма «Мэйтланд-гаол» была известна крайне некомфортными условиями содержания – отсутствием нормально функционирующей системы кондиционирования, постоянными проблемами с канализацией и водоснабжением, крайне ограниченным личным пространством заключенных. Справа: Иван Милат со своим тюремным другом Джорджем Саввасом. Дружба двух очень опасных преступников закончилась большой бедой для обоих.
Сокамерники быстро сблизились, что легко объяснимо общностью интересов и вынужденным совместным времяпрепровождением.
Судя по известным ныне данным, Саввас действительно являлся крупным торговцем наркотиками и обладал крепкими связями в преступной среде. Он организовал побег и предложил Ивану Милату принять участие в этой затее.
Что именно произошло в 1997 году в «Мэйтланд-гаол» не до конца понятно. По официальной версии событий, сокамерники сумели пройти в зону запрещенного для них доступа. Через тюремную прачечную они проникли в подземный гараж и дожидались там автомашины, которая должна была вывезти их на волю. Однако конвой заметил прятавшихся заключенных и попытка побега оказалась пресечена в стенах тюрьмы.
Далее последовало нечто весьма драматическое. Милат впоследствии рассказывал родным, что никакой попытки побега не было вовсе, а имела место обычная полицейская провокация. В провокацию, кстати, можно поверить, но это не исключает того, что матёрые преступники всерьёз намеревались бежать. Милат утверждал, что его подвергли продолжительному – более 2-х суток! – допросу, требуя раскрыть все детали плана побега и имена сообщников. Милат клялся, что ничего не знает, поскольку вся техническая сторона задуманной операции лежала на Джордже Саввасе.
В конце концов тюремная администрация оставила Милата в покое, а вот для Савваса всё закончилось совсем нехорошо. Согласно официальной версии событий, по окончании допроса Джордж был водворён в одиночную камеру и… там покончил с собою, повесившись на шнурке от жалюзи, который таинственным образом оказался при нём. Как такое могло произойти?.. Кто поверит в подобное?… Какие тайны была призвана скрыть эта смерть?… Не надо о подобном спрашивать автора – никто эту историю исследовать не пытался и все материалы, связанные с неудачной попыткой побега Савваса и Милата, остаются до сих пор засекречены. По-видимому, в них есть много такого, что способно скомпрометировать тюремный конвой даже спустя четверть века.
Как бы там ни было, Иван Милат был удалён из «Мэйтланд-гаол» и для дальнейщего отбывания срока направлен в тюрьму строжайшего режима в городе Гоулберн примерно в 120 км юго-западнее Сиднея.
Тюрьма в Гоулберне по меркам австралийской пенитенциарной системы относится к категории мест заключения со сверхстрогим режимом содержания «спецконтингента».
Лес Белангло находится примерно на середине пути из Сиднея в Гоулберн. Милата везли по той же самой трассе, на которую он выезжал в поисках жертв. Какая ирония судьбы, однако!
В первые же сутки своего пребывания в новой для него тюрьме Милат был жестоко избит сокамерником и отправился в тюремный лазарет. Так для него началась новая реальность.
В течение последующих нескольких лет он подал несколько апелляций в Верховный суд штата Новый Южный Уэльс. В одной из них он настаивал на отмене приговора и новом расследовании убийств туристов в силу того, что по мнению судьи, остался не назван второй убийца. Разумеется, это требование отклонили, т.к. сокрытие имени соучастника отнюдь не отменяло доказательной базы в отношении осуждённого. В другой апелляции, написанной Милатом уже самостоятельно, (к тому времени убийца успел уволить всех своих адвокатов якобы из-за их некомпетентности) он требовал пересмотра дела в силу того, что не получил во время суда должной юридической защиты. Решение Верховного суда в отношении этой писульки, думаю, настолько очевидно, что его даже незачем описывать. Потом Милат накропал требование вызвать его в Верховный суд для того, чтобы он мог лично обратиться к членам суда с новой мотивировкой отмены приговора. На что канцелярия Верховного суда отписала ему, что нет таких юридических формулировок, которые невозможно облечь в письменную форму.
В общем, Иван Милат развлекался в меру ума и сообразительности.
В тюрьме он периодически попадал в разные скандальные ситуации. Так, например, в 2005 г. выяснилось, что Иван Милат наряду с некоторыми другими особо опасными преступниками имел в камере телевизор. Кроме того, получал питание и напитки, которые доставлялись из ресторанов по индивидуальному заказу. Заключённые могли делать такие заказы на сумму до 50 австралийских долларов и оплачивали их личными деньгами. В тюрьму доставлялся даже лёгкий алкоголь. Имелись и иные послабления режима, например, в камере Милата стоял телевизор. Сосед Милата по тюремному коридору – некий палестинец Раймонд Ахтар Али, осужденный за изнасилование и расчленение девочки-младенца – даже написал жалобу на тюремную администрацию за её отказ предоставить ему халяльные продукты и получил от правительства штата компенсацию в размере 3 тыс. австралийских долларов! История о вольготном питании в тюрьме Гоулберн особо опасных убийц сделалась поводом для большого скандала. Тюремщики уверяли, что подобное «взаимодействие» с заключёнными улучшает обстановку в тюрьме и делает «спецконтингент» более управляемым. Журналисты и общественность в свою очередь посчитали, что налицо обычная коррупция – тюремщики, оказывая те или иные услуги заключённым, просто наживаются на тех из них, кто способен оплатить прихоти. В общем, телевизор у Ивана Милата отняли, да и с ужинами из ресторанов ему тоже пришлось распрощаться.
В 2009 г. Милат устроил шоу – 26 января он отрезал пластиковым ножом средний палец левой руки и отправил его в канцелярию Верховного суда штата. Конверт, разумеется, вскрыли ещё в тюрьме, Милата повезли в больницу, где попытались пришить палец на место. Палец не прижился, так что заключённый в конечном итоге остался с неполным комплектом пальчиков. Смысл необычного поступка так и остался неясен, журналистов к Милату не пустили, и он не смог объяснить, чего же своей странной выходкой пытался добиться. Чуть позже Милат проглотил безопасную бритву, заявив, что ему лучше умереть, чем жить в тюрьме. Умереть не получилось, как известно, нержавеющая сталь прекрасно растворяется желудочным соком, поэтому Милата на трое суток зафиксировали в больничной кровати, дабы он не совершал резких движений, попоили от души куриным бульоном, да и отправили обратно в камеру после того, как рентген показал полное растворение бритвы.
В последующие годы Иван Милат содержался всё в той же тюрьме сверхстрогого режима в Гоулберне. Он сильно постарел, стал плохо видеть, сильно страдал от астмы, жаловался на аллергию от кондиционера, который тюремная обслуга якобы специально не чистит, дабы усугубить его мучения. Он содержался в камере размером 2,2 м * 3 м, которую покидал в течение суток только на 1 час. Милат требовал б
В 2018 году у Милата было диагностировано онкологическое заболевание. На протяжении первых месяцев 2019 года его несколько раз переводили из тюремного лазарета в отделение интенсивной терапии больницы Принца Уэльского («Prince of Wales Hospital») в пригороде Сиднея. В мае того года была сделана последняя известная фотография Ивана Милата – на ней можно видеть полысевшего, сильно похудевшего мужчину в очках, сидящего в инвалидном кресле и неспособного сделать самостоятельно даже несколько шагов. Тогда уже он весил 44 кг и не мог удержать в руках увесистую книгу.
Слева: Иван Милат в июне 2005 года. В центре: январь 2009 года, Милат выходит из больницы после неудачной операции по восстановлению отрезанного пальца. Справа: май 2019 года, Милат доставлен в больницу Принца Уэльского для проведения интенсивной терапии.
В течение лета и первой половины осени Милат боролся с пожиравшим его недугом. В октябре ему стало хуже, 14 октября он был в очередной раз доставлен в отделение интенсивной терапии больницы Принца Уэльского, где врачи констатировали невозможность спасения его жизни. Тогда Энтони Робертс (Anthony Roberts), министр по борьбе с терроризмом штата Новый Южный Уэльс, сделал довольно жёсткое по форме и содержанию заявление, наделавшее в средствах массовой информации определенный шум. Робертс потребовал, чтобы Милата вернули в тюремную больницу, дабы он умер среди тюремных стен, поскольку убийца этот вины своей не признал и в содеянном не раскаялся. Министр в своем пресс-релизе эмоционально заявил, что больничная койка Милата может понадобиться честному человеку и жестокий убийца не достоин занимать её.
Разумеется, в информационном пространстве нашлись любители порассуждать о гуманизме и медицине, не различающей правых и виноватых, но приказ министра был выполнен. Ивана Милата на каталке под конвоем полудюжины охранников в бронежилетах перевезли в тюремный лазарет, где он и умер 27 октября 2019 года.
Если в этом месте кто-то ждёт от автора пафосного рассуждения о роке, воздаянии и торжестве справедливости, то автор поспешит сообщить – ничего подобного здесь не будет. Иван Милат не особенно страдал и последние недели своей жизни провёл во сне, оглушенный сверхдозами морфинов. У нас нет весов, чтобы взвесить меру пережитого перед смертью страха, но что касается физического страдания, то мы вряд ли ошибёмся, заключив, что жертвы этого негодяя страдали больше него. Милат умер относительно комфортно, разумеется, в границах того, насколько вообще уместно говорить о «комфортной смерти». Во всяком случае, по мнению автора, этот человек заслужил совсем иного окончания своего земного пути.
Что стало с другими героями этой истории?
Адвокат Джон Марсден, защищавший Милата в 1971 г. и первое время после ареста в 1994 г., тяжело заболел и в июле 2005 г. перенёс операцию по пересадке костного мозга. Операция прошла неудачно и, узнав о том, что жить ему осталось несколько месяцев, Марсден сделал для представителей прессы и телевидения несколько в высшей степени необычных заявлений. Так, он прежде всего высказал сожаление в том, что помог Ивану Милату избежать наказания в начале 1970-х гг. Это Марсден считал самой серьёзной ошибкой своей жизни. По его мнению, Иван Милат – очень плохой человек и он, безусловно, виновен в убийствах, за которые его осудили. Кроме этого, бывший адвокат заявил, что, по его мнению, Милат действительно орудовал не один, но полиция в поисках сообщника убийцы «смотрела не в ту сторону». Сообщником Милата являлась… Ширли Сойр, младшая сестра, та самая, что упала в обморок в здании суда 31 мая 1994 г. Ширли умерла от онкологического заболевания в феврале 2003 г., так что слова Марсдена повредить ей уже не могли.
Иван и Ширли… Семья Милатов была очень дружной, сплоченной и эгоцентричной. Такие семьи были характерны, наверное, для сельских общин, воспитывавших своих детей в изоляции от общества и страхе перед городским укладом жизни. Иван Милат был очень близок как со старшими членами семьи, так и с младшими, как с братьями, так и сёстрами.
Адвокат довольно подробно объяснил свою гипотезу. Он указал на то, что Иван и Ширли всю жизнь были очень близки психологически, между ними никогда не было конфликтов, и каждый из них во всём стремился угодить другому. Они вместе ухаживали за матерью и летом 1992 г. вместе купили дом на Циннабар-стрит, который затем и делили, прекрасно уживаясь под одной крышей. Очень интересно повела себя Ширли после ареста Ивана – она категорически отказалась что-либо говорить о брате. Она – единственный из родственников Ивана, кто так и не был допрошен в ходе следствия. Она – единственная из родственников, кто ни разу не появился в зале суда во время судебного процесса в 1996 г. Марсден объяснил её поведение так: Ширли боялась попадаться на глаза Ивану, дабы не спровоцировать его неконтролируемую и трудно предсказуемую реакцию. Иван мог каким-то образом выдать объединявшую их тайну, ему-то ведь грозила пожизненная тюремная лямка, а она оставалась на свободе! Какая разная судьба за одни и те же преступления! Понимая, что увидев её – цветущую и здоровую, да притом на свободе, – братишка может неправильно отреагировать, Ширли старалась держаться от него подальше.
В контексте этой версии совсем иначе выглядит и обморок Ширли во время выдвижения в суде обвинений в адрес её брата. Она упала не потому, что ей вдруг стало его жаль, а потому, что увидела себя на его месте. Ведь если бы Иван не стал молчать, то ей светила бы точно такая же мрачная прогулка на тюремную скамью! Было отчего испытать стенокардический криз и потерять сознание!
Надо сказать, что гипотезу Марсдена поддержал другой адвокат, причастный к этому делу. Речь идёт об Эндрю Боэ, который также несколько раз заявлял в интервью, что, по его мнению, помогали Ивану Милату не его гориллобразные братья Ричард или Уилльям, а именно милая и улыбчивая Ширли. Именно такая парочка, не вызывая особых подозрений, могла заманивать в машину молодых девушек. Вряд ли потенциальные жертвы сели бы в автомашины к мужикам с такой мрачной и брутальной внешностью, как у Ричарда и Ивана Милатов…
Нельзя не отметить того, что после вынесения приговора Ивану Милату правоохранительные органы повнимательнее присмотрелись к его жизненному пути и озаботились проверкой его возможной причастности к исчезновениям людей в другие годы. Агрессивность Ивана довольно чётко коррелировалась с тем, существовал ли у него половой партнёр. В самом деле, в 1988 г. у него окончательно прервались отношения как со своей женой, так и с любовницей Маргарет (женой брата Бориса), и тогда он совершил убийство первой пары туристов. А летом 1992 г. сестра Ширли познакомила Ивана с Челиндой Хьюз, и убийства закончились. Если связь между этими событиями действительно существует, то быть может Иван и прежде убивал девушек в те периоды своей жизни, когда оставался один? Это предположение нашло косвенное подтверждение в 1998 г., когда некая женщина (её имя и фамилия не разглашались) заявила о том, что Иван Милат изнасиловал её в 1978 г. под угрозой оружия.
В общем, в конце 1990-х гг. Милата стали тщательно проверять на возможную причастность к исчезновениям людей. Проверка эта сводилась к тому, что устанавливались маршруты поездок Ивана Милата и предполагаемой жертвы. Милат много разъезжал по штату, поскольку строительная компания получала подряды на дорожные работы в самых разных местах. Изучая архив компании, следователи принялись восстанавливать маршруты поездок Ивана как на работу, так и обратно. Стали обнаруживаться любопытные совпадения.
В 1978—1979 гг. в районе города Ньюкастл пропали без вести 20-летняя Линн Гудолл (Leanne Goodall), 14-летняя Аманда Робинсон (Amanda Robinson) и Робин Хики (Robyn Hickie), 15 лет. Иван Милат работал в окрестностях Ньюкастла как раз на протяжении тех четырёх месяцев, когда эти девушки исчезли.
Слева направо: Линн Гудолл, Аманда Робинсон, Робин Хики. Все три девушки пропали без вести в районе австралийского Ньюкастла на протяжении четырёх месяцев в то самое время, когда неподалёку работал Иван Милат. Через 20 лет – в марте 1998 г. – их исчезновение было официально связано с его именем. Чуть позже с действиями Милата связали исчезновение ещё 12 девушек и женщин из района Ньюкастла. Хотя его вину доказать не удалось (и уже вряд ли удастся), вероятность того, что он причастен ко всем (или хотя бы некоторым) из упомянутых эпизодов, остаётся весьма и весьма высокой.
Затем стало известно о других исчезновениях в этом же районе в то же время. Всего тогда пропали 6 жительниц Ньюкастла и 6 туристок, оказавшихся в городе проездом. 22 марта 1998 г. было официально объявлено, что в похищении этих людей подозревается Иван Милат. Дальнейшие исследования в этом направлении привели к обнаружению примерно 120—130 случаев исчезновения людей, которые потенциально можно было бы связать с осуждённым. Доказать его вину по всем этим эпизодам, по-видимому, никогда уже не удастся, но большое количество косвенных соображений заставляют думать, что число жертв Милата многократно больше тех семи, в которых его обвинили.
Также с Милатом связали нераскрытое прежде убийство Питера Летчера (Peter Letcher), молодого человека, исчезнувшего без вести 13 ноября 1987 г. Он уехал из дому, чтобы сделать предложение любимой девушке, имел при себе бриллиантовое кольцо, которое предполагал ей подарить. Скелетированный труп Летчера был найден 21 января 1988 г. в заповеднике Дженола (Jenolan) в 100 км к западу от Сиднея.
Одежда найденного в Дженоле в январе 1988 г. убитого мужчины. Останки Питера Летчера некоторое время оставались не опознаны, (НЕ раздельно, т.к. это краткое страдательное причастие) поэтому в целях скорейшей идентификации личности одежда убитого была сфотографирована и детально описана. Запросы об исчезновении человека, одетого соответствующим образом, были направлены во все подразделения полиции, занятые учётом и розыском без вести пропавших. Это позволило осуществить первичную идентификацию личности убитого ещё до того, как судебные одонтологи закончили свою часть работы.
Он был замаскирован в присущей Милату манере. Тело было частично раздето – сняты джемпер и рубашка. Причиной смерти явились 5 огнестрельных ранений и 7 ножевых ударов в спину. Убийца использовал оружие 22-го калибра. Хотя это преступление официально считается нераскрытым – никто в его совершении не обвинён и не осуждён – практически нет сомнений в том, что это дело рук Милата. В ноябре 1987 г. он как раз работал в районе Дженола.
История убийств туристов-автостопщиков стала в Австралии своего рода городской легендой, частью местного фольклора. О ней написаны книги разной степени документальности и правдивости, сняты фильмы – документальные и художественные. На ниве литературного творчества отметился бывший суперинтендант Клайв Смолл, написавший книгу с говорящим названием «Пещера Аладдина». По мысли автора, «пещерой» являлся дом на Циннабар-стрит, в который убийца тащил без разбору свои трофеи. Во время презентации книги Клайв Смолл приезжал на Циннабар-стрит, ходил рядом с закрытым домом, размахивал руками и живописал перипетии операции по задержанию Ивана Милата. Углубляясь в детали и сообщая совершенно ненужные подробности, Клайв Смолл обошёл полным молчанием тот факт, что при задержании Милата он не присутствовал и более того, это задержание производилось вопреки его прямому запрету. Также бывший суперинтендант деликатно умолчал о таком пустяке, как изгнание из полиции детектива Пола Гордона – настоящего героя этой детективной истории! – последовавшее по прямому требованию Клайва Смолла. Как видим, главный закон бюрократии – награждение непричастных и наказание невиновных – справедлив не только для российских реалий, но и для австралийских…
В мае 2015 г. на австралийские телеэкраны вышел мини-сериал (из двух серий), посвящённый истории изобличения Милата. Первая серия заняла по числу просмотров второе место в национальном рейтинге, а вторая – первое. Главным консультантом проекта явился тот самый Пол Гордон, которого Клайв Смолл выгнал сначала из «Целевой группы», а потом и из полиции.
Пол Гордон (крайний слева) вместе с родными братьями и сестрой. Фотография 2011 г.
Самого же Клайва Смолла для участия в проекте не пригласили, чем чрезвычайно его оскорбили. Уже в июне 2015 г. он дал несколько интервью, где попытался всячески очернить как Гордона, так и только что показанный сериал. В своей критике бывший суперинтендант особо напирал на то, что фамилия «Милат» была известна «Целевой группе» ещё до появления в её составе Пола Гордона, мол, мы бы и сами его поймали без всякого участия этого детектива (однако, поймал его всё равно именно Гордон, хе-хе!). Другой момент критики Клайва Смолла сводится к тому, что первая серия мини-сериала посвящена событиям, произошедшим до включения Гордона в состав «Целевой группы», а потому Гордон не может компетентно судить о них. В общем, Клайв Смолл брызгал слюной и крайне негодовал по поводу того, что истинные герои разоблачения Милата не забыты и попытки суперинтенданта примазаться к чужому успеху не обманули людей. (В общем, прямая аналогия с клеветником Евгением Буяновым, писавшим пасквили и доносы на автора этого очерка, так и бьёт, как говорится, не в бровь, а в пах! Кто в курсе «дятловской тематики», тот поймёт сдержанный подтекст этой ремарки).
Клайв Смолл, фотография сделана в мае 2015 г. Узнав, что создатели сериала о разоблачении Ивана Милата обошлись без его ценных советов и консультаций, бывшей суперинтендант впал в неописуемую ярость. В мае и июне 2015 г. он активно попиарился в местных средствах массовой информации, доказывая всем, что это именно он разоблачил Милата. Он – и никто другой! Пол Гордон и сержант Стив Лич лишь мешали работать да занимались обструкцией. Наблюдая активность бывшего суперинтенданта, так и хочется процитировать древнюю китайскую пословицу (очень уж она к месту!): «Пустое ведро всегда громче гремит».
Завершая разговор о героях и антигероях этой криминальной истории, нельзя не упомянуть о судьбе сержанта Стива Лича. После успешного изобличения Ивана Милата, случившегося во многом благодаря именно деятельной работе Лича, его повысили, присвоили звание старшего сержанта. В 2000—2003 гг. он входил в состав международной криминалистической группы, работавшей на территории бывшей Югославии с целью выявления и фиксирования следов массовых расправ и геноцида во время известных всем событий 1990-х, связанных с распадом этой страны. Там он попал в тяжёлую автомобильную аварию, повредил обе ноги, вернулся в Австралию и долго лечился.
В 2004 г. подошёл момент увольнения из полиции, Лич к тому времени уже выработал стаж 35 лет. Он подал документы на замещение должности помощника коронера7.
Каково же было его возмущение, когда он узнал об отказе в назначении на искомую вакансию. Вместо него по конкурсу прошёл сотрудник полиции с 12-летним стажем, уволенный незадолго до этого якобы по инвалидности, а на самом деле – по подозрению в участии в коррупционной схеме. Стивен Лич очень болезненно воспринял несправедливый отказ. В тот момент он находился на больничном – сказывался перелом обеих ног в Боснии – но 2 августа 2004 г. приехал в новое здание управления полиции штата в сиднейском районе Параматта, прошёл в оружейную комнату, получил там табельное оружие и, запершись в звуконепроницаемой комнате, произвёл выстрел в голову.
Его тело обнаружили в 12:45. Старшему сержанту Личу на момент смерти исполнился 51 год, он был отцом двух сыновей, один из которых служит в полиции, а другой – в вооруженных силах.
Стив Лич. Фотография 2004 г.
Нельзя не сказать несколько слов также и о племяннике Ивана Милата – 18-летнем Мэтью – ставшем известным всей стране в ноябре 2010 г. До 2007 г. он носил фамилию Мюлеман, но затем взял фамилию «прославленного» дяди, которого, кстати, ни разу вживую не видел. Но сама по себе смена фамилии выглядит весьма красноречиво… В ноябре 2010 г. Мэтью Милат с двумя дружками пригласил в лес Белангло некоего Дэвида Очтерлони, которому как раз в тот день исполнялось 17 лет. Дэвид был знаком с Мэтью с самого детства и считал его своим другом, но… в этом он сильно ошибся. Очтерлони был должен Мэтью Милату кое-какие деньги за наркотики – что-то порядка 120 австралийских долларов – но не предполагал, что требование по погашению долга ему предъявят именно в день рождения. Он безбоязненно поехал с дружками в Белангло, там они попили пивка, выкурили по косяку марихуаны, после чего Мэтью Милат стал оскорблять Дэвида. Последний не спорил, признавал свой долг и обещал погасить его в ближайшие дни, но Мэтью взял топор и зарубил Очтерлони. Зарубил насмерть…
Цимес этой ситуации заключался в том, что Мэтью Милат заблаговременно предупредил двух друзей о том, что намерен «проучить Дэвида». Два здоровых балбеса, предвкушая шоу, подыграли Мэтью, помогли заманить Очтерлони в лес, а там включили на запись сотовый телефон. Они предполагали, что Милат как-то унизит должника, поиздевается над ним, изобьёт, в конце концов, анально надругается над бедолагой, но что Мэтью возьмёт в руки топор и без затей порубит голову недругу, как кочан капусты… до такого они додуматься не смогли. Одному из свидетелей во время расправы стало плохо, и его вытошнило прямо на месте преступления. Другой записал сцену убийства от начала до конца, убежал в лес, потом вышел на дорогу и поймал попутку…
Далее, думается, всем всё понятно.
Парень примчался в полицию, включил дежурному офицеру телефон – а там рубят человека топором… Дежурного полицейского тоже, кстати, вытошнило от увиденного. Такого на «youtube» не покажут…
В общем, утром на Мэтью Милата надели наручники, и он отправился по стопам дядюшки.
Мэтью Милат на собственной шкуре узнает, что жизнь – как песня: главное удачно начать…
Честно говоря, и не жаль. Если человек дурак – то это на всю жизнь, это невозможно исправить уроками труда, лекциями о правилах хорошего тона, физиотерапией и грязевыми ваннами. До известной степени может помочь только чтение "murders.ru», но не всем (имеются противопоказания).
Завершая этот подзатянувшийся очерк, автор выскажет напоследок неожиданную и отчасти даже парадоксальную мысль, но пусть читатель не спешит его осуждать. А мысль эта сводится к следующему: плохо и несправедливо, когда страдают хорошие люди, особенно ужасно, когда страдают невинные, когда полицейский произвол заставляет невиновных сознаваться в том, чего они не делали, когда тюремный самосуд убивает непокорных – это ужасно, и этому не может быть прощения. Нигде, никогда, ни в одной стране мира… А вот когда в тюрьме задыхается от астмы и мучается от аллергии Иван Милат – это хорошо. Потому что справедливо!
Мрачная легенда Снежного Города
Многие сложные уголовные расследования начинаются буднично и почти незаметно – случайно появляется какая-то информация, не очень достоверная и надёжная, проводится проверка, порой даже без особого рвения и надежды на успех, а потом словно прорывается плотина, и с разных сторон начинают приходить всё более шокирующие новости.
К такому развитию событий подготовиться нельзя – это всегда неожиданность.
Примерно по такому сценарию развивалось самое, пожалуй, сенсационное в криминальной истории Австралии последних двух десятилетий расследование. Речь идёт о действительно нетривиальном сюжете, который с полным основанием заслуживает того, чтобы найти своё место на сайте «Загадочные преступления прошлого».
25 ноября 1998 г. в отдел полиции в районе Сэйлисбари-норт (Salisbury North), северном пригороде Аделаиды, обратился некий Гэрайон Синклер (Garion Sinclair), заявивший об исчезновении его родной сестры Элизабет Хэйдон. По его словам, он не видел сестру уже шесть дней и не может узнать, где она находится. Её дети всё это время остаются в доме другой его родной сестры – Кристин Спек – и столь долгое отсутствие Элизабет вызывает некоторую тревогу. Обратившийся также добавил, что с мужем пропавшей сестры – Марком Хэйдоном (Mark Haydon) – ему уже трижды за последние дни довелось пообщаться, и каждый раз Марк рассказывал новую версию исчезновения жены. В общем, заявитель просил правоохранительные органы разобраться в, прямо скажем, подозрительной ситуации.
Дежурный офицер забрал у Синклера официальное заявление, формализованную анкету с описанием одежды и внешности исчезнувшей женщины, а также её фотографию и передал информацию об имевшем место обращении по инстанции. В тот же день краткое сообщение о случившемся легло на стол Грегори Стоуна, детектива Отдела розыска без вести пропавших Управления полиции Южной Австралии (сокр. SAPOL – South Australia Police – далее в тексте будет использоваться эта аббревиатура). Следующим утром Стоун приехал в отдел полиции района Сэйлисбари-норт, где поговорил с Гэрайоном Синклером.
Элизабет Хэйдон. Эта мать-героиня прожила короткую и бестолковую жизнь: пила без удержу спиртное, употребляла наркотики, периодически бросала и то, и другое, постоянно якшалась не с теми мужчинами, с которыми следовало.
Информация, сообщённая братом исчезнувшей женщины во время беседы, оказалась намного более детальной, нежели в заявлении. По рассказу Гэрайона, история последних лет жизни Элизабет выглядела следующим образом: она родилась в 1961 г. и к своим 37 годам уже успела стать матерью двух сыновей и шести дочерей, самая младшая из которых была рождена в 1992 г. Все дети были прижиты от разных мужчин. Элизабет познакомилась с Марком Хэйдоном в 1994 г., и это была самая долгая связь с мужчиной в её жизни. Бракосочетались они в 1997 г. Марк Хэйдон был старше своей новой жены на 3 года. Вообще-то, изначально он носил имя Лоуренс, а «Марком» звали его старшего брата, но после гибели последнего в автокатастрофе Лоуренс официально взял его имя. Жил он вместе со своим пожилым отцом в собственном доме в районе Элизабет-Ист (Elizabeth East расположен примерно в 4 км к северо-востоку от Salisbury North). Однако в сентябре 1998 г. Марк отправил отца в санаторий для пожилых («дом престарелых» по-русски), дом продал и перебрался в более северный район Смитфилд-плэйнс (Smithfield Plains). Там Марк и жил вместе с Элизабет и её детьми вплоть до пятницы 20 ноября 1998 г.
Поделиться книгой: