Жажда. Max

— Хм-м, действительно, — обернулся парень с пассажирского сиденья и Макс напрягся, что не ускользнуло от его внимания. — Да ладно, не парься, главное, что ты не человек. Меня Костя зовут, это Санёк, — ткнул он кулаком водителя в плечо, — а это Анфиса.

— Макс, — коротко представился пацан.

— Ну, чё сидим? Поехали, до рассвета в Город нужно успеть.

Водитель молча кивнул, врубил первую передачу и тронулся с места. Он вообще был несильно разговорчив, чаще языком молотил пассажир, ну и Анфиса иногда вставляла одну-две фразы. А Макс всю дорогу украдкой косился на девушку. Нет, он не влюбился с первого взгляда, просто она была очень яркой, не заметить такую невозможно. И как любой нормальный мужчина, он ненавязчиво любовался её красотой и только. Впрочем, от более близкого знакомства он бы не отказался, вот только пока не время, вначале нужно разобраться со своими проблемами.

Синтетическая кровь или как назвал её Костя: «синька», оказалась действительно противной на вкус, однако жажду сбила за каких-то два глотка. Новый знакомый расхохотался, когда Макс приложился к горлышку и едва смог проглотить содержимое. А затем рассказал, что в подземных лабораториях за её разработку взялись чуть ли не с первых дней. Но прорыв вышел относительно недавно, всего каких-то три-четыре месяца назад. И теперь они, в качестве добровольцев, распространяют формулу производства по всем логовам.

Парни оказались как раз из той самой группы учёных. Им изначально было противно потреблять в пищу людей, а пытливый ум и некие зачатки в разработках ещё при нормальной жизни позволили создать альтернативу. Впрочем, успеха злые достигли сразу, вот только, как и в любой научной отрасли, изначальный процесс оказался слишком трудоёмким. И всё это время они усердно работали над тем, чтобы вот такую «синьку» можно было производить практически в любых условиях.

За те недолгие два с половиной часа пути Макс вообще узнал от них очень много. Информация и пугала, и восхищала одновременно. Пока люди в полной уверенности считали их тупыми выродками, они приспосабливались. Основной рывок пришёлся на последние два года, когда их разум освободили от внешнего влияния. Да, они ненавидели Морзе за то, что он нашёл эффективный способ уничтожения злых, притом сразу в больших объёмах. Вот только они не знали, что своей свободой так же обязаны ему, ведь именно его действия в итоге прогнали с нашей орбиты чужаков.

Двоякие чувства испытывал Макс, когда покинул машину. Он ещё некоторое время смотрел им вслед, а в голове крутились очень странные мысли. Конечно, ни о каком совместном существовании не могло быть и речи, по крайней мере, сейчас. Слишком много зла обе расы причинили друг другу. Да и по словам того же Кости, большая часть выродков отказывалась от употребления синтетической крови, всё так же отдавая предпочтение человеческой. Зато Макс был совсем не против и с огромным удовольствием принял в подарок целую полторашку таковой.

— М-да, кто бы мог подумать… — пробормотал он и отправился решать свои проблемы, продолжая крутить в голове совершенно новую, непривычную информацию.

Глава 8

Разборки

За крепостью он наблюдал почти сутки, в ожидании хоть кого-нибудь, кому сможет довериться. Точнее, он уже знал, кто ему нужен, просто выцеплял подходящий момент, чтобы поговорить без свидетелей. И он настал лишь к обеду следующего дня.

Макс спустился с колокольни, которую занял в качестве наблюдательного пункта и бросился наперерез машине, только что покинувшей крепость. Сверху ему было хорошо видно: водитель в салоне один и это именно тот, кто ему нужен. Проскочив между домов, пацан перемахнул забор и вылетел на проезжую часть, как раз вовремя, буквально перед самым капотом. Раздался визг тормозов, с отборным матом из салона.

— Ты совсем, что ли, ебанутый, а⁈ — водитель выскочил из машины с явной целью накостылять дураку, что бросается под колёса, как вдруг узнал пацана: — Макс? Ёбаный шашлык, ты какого хуя…? Бля, тебя же ищут, бегом в салон.

Парень быстро кивнул и тут же нырнул на заднее сиденье. Водитель тоже не стал задерживаться, пробормотал что-то резкое, хлопнул дверью и почти сразу сорвался с места.

— Дядь Клей, мне помощь твоя нужна.

— Тебе в похоронном бюро только помогут. Ты чё творишь, вообще, совсем фляга свистит?

— Какая фляга? — не понял метафоры тот.

— Которая на шее твоей закреплена, башка твоя тупорылая.

— Это не я.

— Да всем по хую́, ищут тебя и если найдут, считай, ты своё отбегал. А когда сообразят, что ты не такой как все… Ебама-рама, ты хоть вообще представляешь, что с тобой сделают⁈

— Я же говорю: не я это, меня кто-то подставил.

— Кто?

— Да не знаю я, зато, кажется, догадываюсь — почему.

— Ну?

— Это из-за отца.

— Его же инопланетяне забрали, — обернулся и удивлённо уставился на Макса тот.

— Да в смысле Морзе…

— А-а-а, ну ясно чё. И?

— Что и?

— Бля, не беси, я и так на взводе, чё с Морзе?

— Не знаю, но я, кажется, что-то нащупал и кто-то не желает, чтобы я напал на след.

— Ну пиздец, — Клей свернул в проулок и резко ударил по тормозам. — Ты кино, что ли, пересмотрел? Макс, Морзе больше нет…

— Он жив, — бесцеремонно перебил старшего парень, — и я его найду.

— Ладно, допустим, ты прав. Зачем кому-то тебя подставлять? Не проще ли установить за тобой слежку и выяснить, где Морзе?

— Дядь Клей, ты меня не слышишь? Кто-то не хочет, чтобы я его нашёл.

— Так, стоп. Давай рассказывай с самого начала.

— Да чего рассказывать, я сердце в Клепиках сдал, а на серебро девку снял. Мы кувыркались, никого не трогали, а потом пришли люди Боцмана, а мне предъявили, мол, сердце бракованное, хотя оно нормальное было, я уверен. Ну и вот, когда вернулся в «Даяну» за вещами, Фаина была уже мертва.

— П-хах, губа не дура, — криво ухмыльнулся Клей. — Файка — девка огонь… Была. Это точно не ты?

— Ну а смысл?

— Так-то да. Ладно, от меня чего хотел, я ведь нынче не у дел.

— Пусть Рустам с дядей Грогом свяжется, он поможет разобраться.

— В курсе он уже, Грог твой, — Клей заработал ручкой стеклоподъёмника и презрительно сплюнул в открытое окно. — Козёл, бля.

— Я знаю, у вас давняя неприязнь, но мне больше не к кому обратиться.

— Ладно, это я могу… — внезапно Клей замолчал, словно бы над чем-то раздумывая.

— Что? — не выдержал пацан.

— Слушай, тут такое дело… В общем, я на мели совсем, туго в последнее время с добычей, сам понимаешь.

— У меня есть серебро, я дам.

— Пиздец, конечно, я опустился, — как-то грустно усмехнулся тот. — Ладно, чё передать-то нужно?

— Нужно, чтоб он приехал, я сам ему всё объясню. Я буду ждать в Касимове, по старому адресу отц… Морзе.

— Ладно, не ссы, прорвёмся. Честно говоря, я сразу подумал неладное, слишком много шума вокруг мёртвой шлюхи. Тебя подбросить?

— Нет, спасибо, — покачал головой пацан. — Слишком у тебя машина заметная. И в крепость сразу не возвращайся, езжай, куда хотел. Вечером дяде Рустаму просьбу передашь.

— Конспиратор хре́нов, — усмехнулся тот и вдруг резко сделался серьёзным. — Ну а это, ну… Чё там по серебру-то?

— А, да, ща, — Макс скинул рюкзак, запустил руку в его утробу и нащупал связку проволоки на сто грамм. — Вот, здесь сотка, на первое время хватит.

— Я всё верну, — виноватым взглядом уставился на парня тот.

— Ой, ладно, — беззаботно отмахнулся Макс. — Просто не забудь про меня, хорошо? Это очень важно.

— Всё сделаю, Максон, не ссы.

Макс покинул машину и сразу же перемахнул через забор частного дома, немного задержался, дождавшись, пока стихнет шум двигателя и просканировал пространство на наличие лишнего сердцебиения. Не обнаружив такового, он, дворами покинул посёлок и отправился в районный город. Держаться старался подальше от проезжей части и мелких деревень, которые в изобилии рассыпались вдоль дороги. Путь неблизкий, тридцать километров, но для молодого организма это не проблема.

Уже к закату парень достиг цели и вошёл в город. Вначале он хотел сразу отправиться по адресу, где раньше жил Морзе. Выяснить его было минутным делом, он указан в общей картотеке, которая хранится в администрации крепости. Все вновь прибывшие регистрировались и обязаны были назвать свои предыдущие адреса по месту прописки. Это делалось специально, чтобы в итоге была возможность составить статистику выживших. Да и многие семьи в суматохе разлучались. Впоследствии как раз и находили друг друга, с помощью вот таких картотек и данных.

Помимо прочего, Максу было известно ещё одно место: дом, в котором когда-то жил его настоящий, биологический отец. Его показал Морзе, когда они вместе в тот злосчастный день пролетали над городом на вертолёте. И парню отчего-то вдруг захотелось посмотреть на то, как он жил. К тому же идти до него не так уж и много, в том числе по пути. Он располагался практически у самого выезда, в небольшом проулке.

Город знатно разнесли. Дома зияли пустыми глазницами разбитых окон, кругом мусор, напоминающий о былой мощи человеческой цивилизации. Ветер гоняет его по пустынным улицам, перекладывая с места на место. Всюду постоянные шорохи, скрипы, стук от оконных и дверных створок. Но Максу очень нравилась эта атмосфера, он любил вот так гулять на закате, когда уже точно не встретить людей, а злые всё ещё прячутся, в ожидании, когда солнце полностью скроется и перестанет жечь кожу. В такие моменты ему казалось, будто он один во всём мире. Он представлял, как когда-то во дворах кричали дети, порой сознание даже подкидывало их тоненькие голоса. Как старушки шептались на лавочке, перемывая кости соседу-алкашу. У него создавалось ощущение, будто улицы наполнены призраками, и это именно они шумят, грохают пустыми оконными рамами, привлекая внимание одинокого путника.

Вот только всё это лишь иллюзия, фантазия подростка, если угодно. Город мёртв. Его огромная туша будет здесь лежать долго, пока человечество не решит что-либо изменить. Но такого не случится ещё очень продолжительное время, а возможно, вообще никогда. Люди не пожелают соседствовать с хищными тварями под боком, война будет длиться столетиями. Сейчас мир лишь в зачаточной фазе, он только подстраивается под будущие реалии. Этап экстренного выживания завершился, вскоре обе стороны окрепнут, приспособятся, и тогда вспыхнет новая война. Ведь люди не хотят видеть в злых подобных себе, разумных, умеющих выживать не хуже. Они отчего-то решили, будто враг тупой, жаждущий крови урод. Но буквально сегодняшней ночью Макс убедился, что это совсем не так. Злые работают, усердно, и не за горами тот день, когда они смогут свободно разгуливать днём.

Парень размышлял обо всём этом, пока неспешной походкой брёл вдоль многоэтажек и за собственными мыслями не услышал, как ему наперерез выскочила стая бродячих собак. Некогда оставшиеся без хозяина, звери одичали и превратились в настоящую проблему. Они сбивались в стаи, бесконтрольно плодились и каждое новое поколение, становилось всё злее и опаснее. Если на группу людей они нападать не решались, то одиночка в голодные дни мог легко превратится в ужин.

Псы выскочили внезапно, часть из проулка между двумя пятиэтажками отрезала путь вперёд, а небольшая стая подобралась сзади. Макс замер, потянул два клинка из ножен на поясе и уставился в глаза вожаку, огромному «кавказцу». Тот точно так же замер напротив, в отличие от всех остальных, которые тут же заметались, заливая пространство вокруг громким лаем. Пацан не боялся их, и звери это прекрасно понимали, он даже знал как. Его обоняние хоть и уступало собачьему, притом довольно сильно, но он всегда чувствовал, как пахнет страх.

— Ну давай, — Макс натянул на лицо кривую ухмылку. — Тебе меня всё равно не убить.

И «кавказец» вдруг, словно услышал его, понял о чём речь. Пёс вздрогнул, задрал морду кверху и пронзительно взвыл. Его шавки не рискнули ослушаться и вскоре вместе с вожаком, продолжая озарять пустынные улицы звонким тявканьем, убрались восвояси. Макс так и не понял — его это заслуга или стая попросту не была голодной. В любом случае, он не хотел их убивать, несмотря на то, что был абсолютно уверен в победе. Он смог бы положить их всех до единого. Да, возможно, при этом и сам пострадал бы от укусов, но для его организма это всё мелочи.

— А ты отчаянный, — внезапно пацан вздрогнул от неожиданно прозвучавшего голоса.

В подъезде, продолжая скрываться в тени, стояла знакомая девичья фигура, с огненно рыжими волосами.

— Ты как здесь?

— Машина сломалась, это ближайший город на трассе, пришлось возвращаться пешком. Мы как тебя высадили и отъехать-то толком не успели.

— Могли бы в Подлипках остаться.

— Слишком маленький посёлок, охотники и так обыскивают каждый тёмный закуток.

— Понятно, а Костя с Саней где?

— В подвале прячутся, солнце ещё жжётся. А ты, нашёл, что искал?

— Почти, — пожал плечами пацан. — Вам нельзя здесь оставаться, это опасно.

— А где сейчас безопасно? — философским тоном заметила девушка и резко сменила тему. — Кто ты?

— В смысле?

— Вот только не нужно строить из себя идиота, я даже из подъезда выбраться не могу, а тебе, похоже, всё по херу. Почему ты не сгораешь на солнце?

— Я не знаю, — пожал плечами пацан. — Таким родился.

— Родился? — ещё сильнее удивилась девчонка, — Да ты полон сюрпризов.

— Бля, — тихонько себе под нос выругался Макс, понимая, что сболтнул уже слишком много лишнего, но эта Анфиса действовала на него странным образом, будто ведьма какая.

— Что ты там бормочешь?

— Ничего, мне пора идти.

— М-м-м, ну пока, — с ухмылкой ответила та и скрылась в темноте подъезда.

— Постой, — внезапно даже для себя, зачем-то окликнул её парень.

— Ну? — её силуэт вновь слегка проявился из темноты.

— Ты красивая, — ляпнул Макс и тут же залился краской.

— Ха-ха-ха, — звонким смехом расхохоталась та. — Иди уже, решай свои дела, ловелас.

И девушка вновь скрылась в темноте. На этот раз Макс больше не стал её окликать, почесал макушку и отправился к дому отца, пока биологического. Он понятия не имел, что хотел там найти, скорее, просто любопытства для. Было интересно, как жил тот, кто подарил жизнь ему.

К тому моменту солнце уже скрылось за горизонт, и зрение переключилось на чёрно-красные оттенки. Ему нравилось смотреть на мир иначе, представлял, будто сидит в фотостудии и рассматривает застывшие кадры. Весь мир и без того имел достаточно футуристический образ, а так он казался ещё более нереальным, словно компьютерная игра.

Макс шагнул в помещение и едва не запнулся о валявшееся у самой двери ржавое ведро, и от души пнул по нему. То с грохотом отлетело к другому входу, что вёл в гараж, однако его парень оставил на потом. Дом, как впрочем, и всё вокруг, выглядел разгромленным. В процессе поиска ценностей люди мало заботятся о сохранении порядка. Вещи разбросаны по полу, рядом с комодом валяются перевёрнутые вверх дном ящики. Среди всего этого хлама на глаза попался старый фотоальбом. Точно такой был и у его мамы, небольшой, из прозрачной слюды, по размеру как раз под фотографию.

Парень поднял его и уселся на выпотрошенный диван. Судя по всему, кто-то решил проверить его подушки на наличие ценного, будто вошёл в дом не к обычному человеку, а к олигарху. А может, просто баловались, развлечения ради, что тоже нельзя исключать.

Макс перевернул первую страницу, и на его лицо наползла лёгкая улыбка. На фотографии был запечатлён отец с Морзе в обнимку, лица счастливые, хвастаются уловом. А щука и впрямь достойна уважения, судя по размеру, килограмм на пять потянет, не меньше. На соседней странице снова отец, только уже с тётей Настей на фоне озера, похоже, что сделаны они в один и тот же день. И снова неподдельное счастье в глазах, и улыбки на лицах. Выходит, можно жить в этом мире, независимо от того, кем ты являешься по природе. Вот только кто теперь научит этому Макса? Он пролистал альбом, на пару секунд задерживаясь на каждой фотографии. Настроение сделалось странным, вроде и улыбка на лице блуждает, но одновременно с этим стало невыносимо грустно.

Парень прогулялся по комнатам и через узкий коридор выбрался в гараж. Здесь, у самой стены оборудовано место под мастерскую. Инструментов давно уже нет, хотя некоторые предметы всё так же пылятся на своих местах. Небольшие, ювелирные тиски, валики для проката проволоки, крохотные надфиля в деревянном пенале. Макс помнил, что его родной отец занимался плетением цепочек из серебра, вроде как даже кольца и кулоны отливал, Морзе рассказывал. Естественно, всё это давно уже вычистили, такое добро никто не оставит. Маленький сейф вскрыт и зияет пустотой внутри, так что ловить здесь определённо нечего.

Он ещё раз окинул мастерскую взглядом и собирался уже податься на выход, как взгляд за что-то зацепился. Макс не сразу понял, что именно привлекло внимание и принялся детально осматривать верстак, да и пространство возле него. Вскоре до него дошло, что именно показалось чужеродным. Изменённое зрение позволяло заглянуть даже в самые тёмные уголки, и если в них находился предмет, хоть немного светлее самой тьмы, то его обязательно подсветит. Именно это и произошло, небольшой блик проскакивал в щели между досок пола.

Макс присел, вытянул нож и поддел ламель, которая с лёгкостью подалась и вышла из паза. Внутри обнаружился свёрток из ветоши, довольно увесистый. Парень вытянул его, положил на верстак, а когда развернул — снова улыбнулся, но на сей раз широко. Это оказалась заначка из серебра. Пара чайных ложек, какая-то крупная монета, похоже, что ещё царских времён и приличного размера печатка. Всё это добро парень снова завернул обратно в ветошь, скинул рюкзак и спрятал поглубже. Пригодится на чёрный день.

Довольный собой, он развернулся на выход и вдруг замер, потому как совсем рядом уловил два сторонних сердцебиения. Ясно, что это не люди, им здесь среди ночи делать совершенно нечего. Но и с выродками сталкиваться ему совсем не хотелось, а они, похоже, целенаправленно двигались именно к дому. Интересно, что им вдруг здесь понадобилось, или они точно так же почувствовали присутствие жизни внутри и решили проверить?

Макс аккуратно выбрался в коридор, где снова едва не запнулся о ведро. Замер, вытянул один из клинков с серебряной вставкой в лезвии и тихо чертыхнулся, когда взялся за рукоять новым хватом. У этого ножа она перемотана верёвкой, как раз для того, чтобы исключить скольжение. Но это не беда, старая техника тоже никуда не делась, парень неоднократно проверил. Теперь осталось только ждать, потому как полной уверенности в том, что эти двое собираются войти, не было. Однако скрип створки ворот вскоре убедил пацана: не зря он готовился к встрече.

Первой в дом влетела граната и хорошо, что Макс не успел далеко отойти от прохода в гараж. Он нырнул вниз быстрее, чем получил подсказку от мозга. Грохнул взрыв, который больно ударил по ушам, свистнули осколки и больно ударили по ногам. Парень взвыл, однако быстро подобрался, ведь бой только начался. Злость мгновенно затмила разум. Пацан подхватился с грязного пола и едва успел скрыться с прямой видимости за откосом, когда в то место, где он только что лежал, прилетела короткая, автоматная очередь.

Эти двое действовали вполне профессионально и, похоже, что пришли с конкретной целью, а именно за Максом. Но кто они? Зачем им это нужно? Неужели охотники за головами? Но тогда какого хрена они шастают по ночам? Мысли мелькнули в голове, независимо от тела, а оно уже вовсю действовало. Как только в дверном проёме снова мелькнула тень, Макс бросил клинок, метясь в корпус. Под таким углом обзор и без того слишком узкий, потому он не хотел рисковать, метал в крупную цель. Однако ошибся. Клинок с бряцающим звуком стукнул по полу, потому как грудь противника была защищена бронежилетом. Похоже, что эти парни в разы круче, чем он себе представлял. Достать подобную амуницию в настоящих условиях не так-то просто, да и финансовое положение должно быть соответствующим.

Не прошло и секунды, как по полу вновь стукнул металлический предмет, благо организм подростка быстро регенерировал, и слух уже практически восстановился. Мозг быстро сориентировался, и едва граната влетела в гараж, Макс тут же нырнул в смотровую яму. От падения из лёгких вылетел воздух, а плечо заныло от приземления на какую-то железку. Снова грохнул взрыв, поднявший кучу пыли, но на этот раз осколки прошли мимо. Что-то гулко грохнулось рядом, привлекая внимание пацана. Долбанное, ржавое ведро.