Помоги проекту - поделись книгой:
Вроде его креатуры нигде у меня ключевых постов не занимают, но опять же, в глазах местного руководства, они в первую очередь мои ставленники.
Не буду же я всем подряд объяснять, что это просто случайные люди из родственного мне Клана.
Случись что со мной, и люди Белозёрского запросто прокатятся за счёт моего авторитета, продвигая себя в высшее руководство каждой из стран моего сюзеренства.
Блин, как же всё сложно! Вроде, и отказываться надо от такой «помощи», но опять же, где мне своих людей найти в таком количестве, и чтобы были из благородных и Одарённых?
Я на японские Кланы рассчитывал, но пока там, кроме Клана Абе, себя никто положительно не зарекомендовал.
— Эх, Олег, хорошо тут у тебя! Чисто душой отдохнул, — зашёл князь Белозёрский в зал, даже не стряхнув с волос лёгкую осыпь снега.
— Так бросайте все свои дела, приезжайте к нам, и живите в своё удовольствие, — вернул я ему улыбку.
— А как же Клан? На кого его оставить? — дохнул князь в замерзшие руки.
— Да. С этим у вас проблема, Роман Михайлович. Думаю, лучше Дарьи Бережковой-Вадбольской у вас и нет другой кандидатуры. Не хотите ей свои дела передать? Но не просто так и не с ходу. Хотя бы год-другой ей очень будут нужны ваши советы. Подумайте, я вам ни в коем случае не тороплю.
Глава 44
Лично для меня предстоящая войнушка с Кланом Ли началась крайне непривычно.
Далеко не с подготовки к военным действиям.
Плотно пообщавшись со своей невестой на тему корейских нравов и порядков, я вдруг осознал, что простое вроде бы дело — уничтожение Клана Ли, далеко не столь незатейливая процедура.
Виной всему корейские обычаи и законы. У них нельзя вот так просто пойти и разгромить Клан, если его представители хотели тебя убить. Требуется по всем правилам выкатить претензии, и не абы куда, а в Имперскую канцелярию. Откуда и придёт разрешение на объявление войны, завизированное личной подписью Императора Кореи.
Следующей неприятностью стал мой статус. Он у меня в этом вопросе рассматривается в двух ипостасях: во-первых, я потенциальный жених корейской подданной, что мне, к слову сказать, не даёт никаких прав на объявление войны, а во-вторых, я правитель Сюзеренства ВЭС, по сути своей — другого государства, и если у меня появилось желание с кем-то воевать в Корее, то это уже будет никак не Клан, а целая страна.
Оттого я и говорю, что эта война началась непривычно — с объявления даты свадьбы.
Муж — статус куда как выше, чем какой-то там жених. Брак позволит мне подать заявление на регистрацию моего Рода в Корее, с указанием предполагаемой сферы деятельности. Формулировка — международная торговля и ведение хозяйственной деятельности на территории Кореи, вполне приемлема, хоть и предполагает налогообложение. Так никто и не строил иллюзий по поводу того, что корейский порт, который я собираюсь переименовать в Порт-Артур, будет работать в оффшоре.
Так что, войнушка в Корее — дело хлопотное и бумаготворческое. И начинать мне его придётся со свадьбы.
Обидно. Тысячи людей уже делом заняты. Кто корабли готовит к десантной операции, кто аэродромы расширяет. Несколько полков уже передислоцировались и обустраиваются на новых местах. Генштаб Сюзеренства разведданные обрабатывает и стрелочки на картах рисует.
Один я — не пришей кобыле хвост.
Свадебные костюмы примеряю, которых мне целых пять комплектов положено иметь, да характеристики будущих гостей изучаю.
Понятно, что дело нужное. Мне за три дня празднеств предстоит около полутора десятков потенциальных корейских партнёров окучить и предстоящие дела с ними наметить, что само по себе тяжко. Хотя бы оттого, что корейский язык отчего-то не желает благостно укладываться мне в голову. Уже третью ночь с обучающим кристаллом воюю, а наутро страдаю, как с глубокого похмелья. Что характерно — рассол не помогает. Пробовал.
— Олежек, ты же не собираешься мне запретить поучаствовать в корейском веселье? — ласковой гюрзой подкралась ко мне Дарья.
Как всегда тихо и со спины.
— Конечно, родная. Как только всё серьёзное устранят — твой дембельский аккорд обязательно состоится, — ответил я ей по привычке, на словах во всём с ней соглашаясь и ощущая массаж сильных пальцев жены на своих шейных позвонках, — Ух, хорошо-то как… Справа ещё разомни, особенно у предплечья. И посильней!
Синяки на плече наверняка останутся, но иначе нельзя. Дарья точно обурела. И в этом опять же я виноват — много воли ей дал. Так-то оно всё бы ничего, но не в свете последних веяний.
Мне из Дашки предстоит Главу Клана выпестовать, пусть и при помощи князя Белозёрского, которого она вскоре заменит. А там той вольности у неё уже не будет. Каждая следующая ступень власти вносит в личную жизнь свои поправки, и тот, кто их игнорирует, долго власть в своих руках не удержит.
— Не поняла. При чём тут «дембельский аккорд»? — сумела Дашка зацепить основное из моих слов.
— Отстреляешься в Корее, и займёшься Кланом, — довольно холодно заметил я, — Князь Белозерский не против. Уже бумаги на тебя начал переоформлять.
— Я⁈ Глава Клана⁈ — офигела Дарья.
— А кто, если не ты? Назови любую другую приличную кандидатуру на эту роль?
Нет, кандидатуры, конечно же были, и может быть, не самые плохие, вот только никто из них ни разу не мог себя противопоставить Дарье Бережковой-Вадбольской даже в её обычной ипостаси.
Соответственно, возник старый, но ни разу не забытый термин: — «по праву силы».
А я бы добавил — и комплекса личных качеств. Хотя и сила мага роль играет. Особенно, если спор на поединке решать.
Понятное дело, что про этот прецедент все уже давно постарались забыть, но вот тут — как бы не так. Нет у князя Белозёрского достойных преемников, равных Дашке по набору всех качеств. Вроде и маги неплохие у него в Роду есть, и прямые наследники имеются, но беда в том, что ни один из них полноценное руководство Кланом не потянет.
Кому Бог ума не дал, кому харизмы и твёрдости духа, а кого магией обделил.
У меня и раньше, ещё лет пять назад, беседы с князем начались по этому поводу. Очень мне хотелось к его предполагаемым наследникам присмотреться заранее, на что князь лишь вздыхал в ответ и переводил разговор на другие темы. И лишь год назад он мне признался, что у него изрядная проблема с наследником. Я тогда ничего не ответил. В дела чужого Клана я до тех пор не совался, а тут вдруг интерес появился. Почти год мне потребовался, чтобы выяснить весь расклад по Клану Белозёрских и оценить ключевых фигурантов. И вот только сейчас я сделал князю предложение.
Нет, вовсе не ультиматум. Не та фигура князь, чтобы на него давить, особенно при наших дружеских отношениях.
За те годы, что мы с ним в друзьях стали, Роман Михайлович свой Клан хорошо поднял, как в политическом, так и в экономическом плане. Изрядно прирос Клан Белозёрских землями, предприятиями и капиталами. Опять же, у Императора Российского в милости и почёте. И всё бы хорошо, но возраст… И пусть возраст для Одарённых не особая проблема, но всё имеет свои разумные пределы. Пора князю сбросить с себя львиную часть забот. Всю ту мелочь, которая относится к жизни Клана.
У князя Белозёрского всегда блистательно получалась его роль во внутренней политике России.
Самая крупная коалиция, фактически решающая все вопросы на Совете Князей, собрана под его чутким руководством, и его роль, как лидера и координатора в этом вопросе трудно переоценить.
Сколько умения, дипломатического такта, а порой и твёрдости характера ему стоит такое руководство, я даже не могу себе представить. Одно дело — управлять подчинёнными, и совсем другое — сумасбродными и своенравными князьями, которым свои личные интересы порой застилают глаза настолько, что они далеко не от каждого оказываются готовы услышать дружескую рекомендацию, облечённую в форму совета. Зачастую, во многом их ограничивающую, но зато не ведущую к негативным последствиям.
Положа руку на сердце — лично мне с такой ролью ни за что не справиться. Князья упрямы, упорны и в спорах далеко не всегда корректны.
Полчаса не пройдёт, как я вспылю, и перестав кого-то из князей уговаривать и разъяснять все нюансы того или иного его действия, просто напихаю ему полные карманы писек и отправлю по крайне короткому, но конкретному адресу. И плевать, что я князь и правитель государства. Дураков терпеть не могу! Бесят!
Все должны заниматься своим делом, а дипломатия и долгие разговоры с высокородными вельможами — это точно не мой конёк.
Первый советник Императора зашёл на утренний приём крайне почтительно.
— Ваше Величество, по дипломатической почте к нам поступило приглашение от правителя Сюзеренства ВЭС на свадьбу с вашей племянницей. Она назначена через две недели и состоится в Харбине. Канцелярия сюзерена просит нас согласовать список лиц, но предупреждает, что в результате последних событий будут приняты беспрецедентные меры безопасности, в свете чего рекомендует ограничиться делегацией в тридцать-сорок человек.
— По дипломатической почте? В этом есть умаление чести?
— У Сюзеренства СЭВ ещё нет в Корее ни посольства, ни консульства. Вы сами сказали не форсировать для них решение этого вопроса, — напомнил советник об одном из решений Императора, которое он тогда не смог оспорить.
Да, запрос от сюзеренства канцелярия получила, но ни здания под посольство, ни участка земли, для его постройки, пока так и не было предложено.
Император Коре ждал от правителя СЭВ более трепетного отношения к своей персоне, а тот в ответ продолжал вести себя, как северный варвар и не спешил оказывать славному представителю древней Императорской династии никаких особых знаков внимания.
Трепетную душу правителя, привыкшего к лести и постоянным восхвалениям, летящим со всех сторон его небольшой страны, такое невнимание болезненно задевало и заставляло в ответ вредничать даже в мелочах.
— Как думаешь, стоит мне самому ехать, или высказать неудовольствие и отправить всего лишь брата с женой, дав им в сопровождение кого-нибудь из незначительных лиц?
— Почему бы и нет, если вы потом будете готовы доверить брату переговоры с Сюзереном по Китаю и Индии, — согласно закивал головой советник, хотя его ответ никакого согласия и не предполагал.
— Какие переговоры?
— Разумеется, взаимодействие на случай военной интервенции и заключение союзного договора между нашими странами.
— Я примерно месяц назад встречался с Главой Клана Ли, — чуть напрягся правитель, слегка наморщив лоб, — Он попросил себе какую-то мелочь, но со своей стороны пообещал, что вопрос Китая у него всегда был и будет под полным контролем.
— Клан Ли — это беззастенчивые спекулянты, пользующиеся вашей добротой и льготами. Потворствуя им с ввозными пошлинами, мы ослабляем собственных промышленников. Они попадают и под гнёт наших вывозных пошлин, и под пресс китайских, в результате чего корейская продукция становится чуть ли не вдвое дороже, когда её продают в Китае.
— Но ведь продают! — торжествующе воздел государь вверх палец.
— Официально очень мало. Основная часть уходит контрабандой через тот же Клан Ли.
— Да плевать мне на эти чоны*! Политика и безопасность Кореи для меня важней! — гордо приосанился Пхеха.
* Чон (кор.) — разменная денежная единица, равная 1⁄100 воны.
— По моим сведениям доходы Клана Ли от контрабанды примерно соответствуют тому бюджету, который мы выделяем на содержание и развитие флота, — словно сам про себя пробормотал советник, и смысл его слов заставил правителя сбиться и забыть про свою следующую патетическую фразу, которая уже крутилась у него на языке.
— Это достоверная информация? — задал вопрос Император спустя добрую минуту.
— Всего лишь то, что я успел конфиденциально узнать, в силу ограниченности моих возможностей. Я не раз просил предоставить мне расширенные права по запросам в наши службы, но, увы… — изобразил советник глубокое уныние.
— А сам как думаешь?
— Уверен, что достоверная. Клан Ли давно перестал кого-либо стесняться и оттого работают они чересчур нагло и чуть ли не гордятся этим.
— Вот даже как… — в задумчивости постучал Пхеха пальцами по столу.
— К счастью, теперь это не наша забота!
— Что-то придумал?
— Всё само собой вышло. Клянусь, я даже пальцем не шевельнул, — зачастил сановник, — Больше недели назад на Сюзерена было совершено покушение. Клан Ли настолько обнаглел, что отряд наёмников сопровождал магов из их Клана. Не знаю, сколько магов выжило, но говорят, не меньше двух. И лишь после этого сюзерен ускорил подготовку к свадьбе.
— Не вижу связи.
— А она есть. Я полагаю, что вскоре после свадьбы Клан Ли будет полностью уничтожен.
— Иноземцем?
— Мужем вашей племянницы.
— Хм… Э-э… Ну, да… Это в корне всё меняет. Как на это отреагирует Китай?
— Вот это вам и стоит узнать во время свадьбы. Пожалуй, кроме вас такой вопрос счастливому жениху больше никто не в праве задать.
— Ты хочешь, чтобы я ехал в Харбин?
— Ну, не отдавать же вашему брату лавры победителя. В конце концов, кто такой этот русский князь? Всего лишь меч в руках повелителя. А уж мы потом точно сможем истолковать ваш визит в Харбин, как государственную стратегию. Корейцы всегда преклонялись перед мудростью своих правителей, почему бы не дать им ещё один повод для гордости.
— Ты прав. Мудрый правитель — это важно, — посмотрелся Пхеха в зеркало шкафа, стоящего сбоку, — Распорядись, чтобы мой поезд приготовили к нужному времени. Список сопровождающих сам составь, — устал Император от затянувшегося разговора и лишь рукой махнул, отпуская своего верного советника.
Похоже и Степан со своими спецами, и всё рук руководство Харбинской службы безопасности надо награждать чуть ли не поголовно.
Дни празднеств лично я провёл на взводе, не расслабляясь ни на минуту.
Попытки покушения были, и не факт, что все на меня. Например, грузовик на железнодорожном переезде, гружёный взрывчаткой и десятком ящиков со снарядами — это точно не по мою душу.
— Вот Пхеха-то будет рад, когда узнает. Жаль, не доказать стопроцентно, что диверсию Клан Ли готовил. Ни свидетелей, ни грузовика не осталось, — подосадовал я, когда мне рассказали об устранении угрозы.
Ещё за время празднеств был обнаружен снайпер и грузовичок со взрывчаткой у церкви, куда мы с невестой должны были в любом случае показаться. Короче, ничего сверхъестественного, всё в обычное и давно пройденное. Должен признаться — Клан Ли меня разочаровал. Никакой фантазии! Всё банально и предсказуемо.
Сама свадьба проходила в целой анфиладе залов. Это было вызвано недостатком моего дворца. Нет у меня здесь громадных залов, зато есть относительно небольшие и в немалом количестве.
Так что два зала побольше были выделены под танцы и общение, а в остальных или стояли столы, или были устроены фуршеты. Двести-триста гостей любой из залов вместит, а больше и не надо.
Что характерно, ни Антон, ни Рюмин на свадьбу не прилетели. Ограничились поздравительной телеграммой, а в телефонном разговоре сказали примерно одно и то же — вроде того, что если на каждую мою свадьбу будут летать, то времени ни на что больше не хватит.
Собственно, я не в претензии. Мне ещё их для полного головняка не хватало.
Тут и так охраны и служб собрано раз в пять больше, чем гостей, а сам Харбин переведён чуть ли не на военное положение и плотно взят под опеку полицейскими патрулями, усиленными бойцами ЧВК.
Если к этой картине добавить активное движение в воздухе, где кроме гвардейцев в МБК, снуют самолёты разведки и висит четыре дирижабля с автоматическими пушками на борту, то потенциальным диверсантам можно только посочувствовать.
Поделиться книгой: