Помоги проекту - поделись книгой:
— Боже! — сказала мысленно я, осознав, что моя теория оправдалась. — Это все же ты! — обратилась я к своему другу детства. — Но почему ты раньше не сказал своего имени?
— Ты не спрашивала, — ответил он, засмеявшись как умственно-отсталый человек.
Понимая все больше какие у меня дела на сегодняшний и последующие десятки дней, я бросила трубку и медленно пошла в свой заплесневелый уголок.
Следующий мой день прошел приблизительно так же, как и предыдущий, за исключением того, что на этот раз я уже съела не малиновый чизкейк, а миндальный. Ну а мое «послезавтра» было достаточно скучным, чтобы рассказывать про него.
И, наконец, день пободрее начался, как и всегда, с недолгой нудной прогулки.
— Ну нет! Как же трудно быть девушкой, — возмутилась я, и пошла в магазин за «памперсами».
— С вас 1.82$, — сказала безэмоционально толстая светловолосая женщина.
Я начала копаться в своем кошельке, чтобы нарыть эту сумму:
— Оо-о черт! Извините, могу я поменять товар?
— Как вы надоели, — сказала она, опять не выразив ни одной эмоции на лице, отменила уже отсканированный товар и сунула мне его в руки.
— Не надо ничего менять. Я все оплачу, — сказала стоявшая сзади меня рок-звезда.
— Мэээг, не стоит…
— Я знаю, что у тебя закончились все твои сбережения и тебе больше не на что жить.
— …Нуу-у, на самом деле да, — сделала я тупое лицо.
— Вот черт! Пора увольняться отсюда. Не люди, а дьяволы, — снова проворчала продавщица, встала с крошечного стула, который плотно сдавливала своей жировой прослойкой, сняла с груди бейдж и, переваливаясь из стороны в сторону, пошла к черному выходу.
После увиденного я была в полном замешательстве, но лишь до того момента, когда узнала, что сердитая леди ходила только затем, чтобы покурить, что, судя по всему, и помогало ей справляться с гневом.
И наконец, разобравшись со всей этой ситуацией, мы с Мэг вышли на улицу. Небо было облачным, но ярким и теплым. Через дорогу, были облиты горячим, и в то же время прохладным светом двухэтажные дома на двух хозяев. Яркость и живость им придавали ветки колючей ели и пихты. И именно эти деревья, плотно рассаженные по-над домами, делали пустые и серые улицы насыщенными и живыми.
Мы перешли хоть и главную, но пустую от «колес» дорогу и остановились возле небольшого домика с облицовкой из молочного сайдинга. Не думая ни секунды, Мэг пригласила меня войти в него:
— Можешь войти, — сказала она своим забавным мужицким тоном и, придерживая свои свисающие бока руками, с неопределенностью на лице уставилась не пойми куда.
— Конечно напрашиваться плохо… но не в моих мечтах ночевать сегодня возле этого облезлого фонаря…
— Расслабься, у меня в гостиной есть отличный диван. Раритет!
— Спасибо, Мэг. Выручила! Отдам все, как только…
— Проходи! — опять перебила меня это добродушное создание. И в этот момент я сразу же вспомнила о Найерте:
16/11
— Какая презентация? Ты кто? Откуда я тебя должна помнить?
— Ну так про…
— НЕЕЕТ! Только не говори, что ты как-то связан с моими проектами.
25/11
— Вообще, перебивать людей не очень хорошо…
— Ну все, пока, Найерт.
25/11 (вечер)
— Но я должен…
— Уйди, просто уйди отсюда, — сказала я, заливаясь слезами.
— Я так груба была к нему?! — подумала я с пожирающей изнутри меня тоской и вошла в дом.
В ту же секунду мне в глаза бросилось много вещей, которые будто так и сдавливали друг друга, заполняя все пространство в доме. Два небольших окна были зашторены плотным тюлем с ярким ретро рисунком, из-за чего комната казалась очень темной. Старый бархатный диван светло-коричневого цвета располагался прямо посреди комнаты, а немного заползая под него, пылился вязаный ковер в форме больших музыкальных пластин. Сбоку, на крашенных в бирюзу стенах, висело около десятка гитар: начиная от акустики, и заканчивая басами.
От протяжных впечатлений меня отвлекла Мэг:
— Можешь пока освоиться, а мы с Харрисом в Кантри (бар для «поживших» музыкантов) мигом, — сказала мне она, после чего я увидела мужчину с сединой, махнувшего мельком мне рукой, это был ее скромный и спитый муж. Да, да, перегар бил в нос колоссально.
И как только хлопнула дверь, я стала уже пристально осматривать каждый уголок этого наполненного барахлом домика. Шатаясь от одной полочки с трофеями к другой, я пыталась проникнуться этой атмосферой, потому что музыка мне по-прежнему оставалась близка, несмотря на то, что я сама от нее сильно отдалилась. Шкафчики с полочками из красного дерева; музыкальные аксессуары, сохранившиеся с прошлого века в затертых картонных коробочках; еда, гниющая на прозрачном, слегка поцарапанном кофейном столике; и…огромное овальное зеркало, висевшее на стене перед крутым лестничным подъемом… Я посмотрела на него. И на себя. И подумала:
— Что у этих людей со вкусом?! Красное дерево и зеркало из белого дерева, ковер, связанный когда-то бабушкой, и стеклянный стол в современном стиле… Такое чувство, будто они «собрали» весь этот дом на барахолке, — после чего засмотрелась на свое отражение. — Почему она до сих пор не заинтересовалась тем, что со мной приключилось? — задалась я вопросом, разглядывая свою перебинтованную руку и исцарапанное лицо, после чего решила подняться наверх.
— Думаю, это их спальня, — сказала я, увидев распахнутую дверь. И не дойдя до нее, решила остановиться возле огромного полукруглого подоконника. — Оригинально! — проворчала я, раздернув в стороны шторы, и залезла на него поверх мягкого пледа. Расправляя под себя это махровое одеяло, я нащупала что-то вроде плотной бумаги. Это была фотка. Фотография с моим лицом.
— О…боже…Они ищут меня! — перепугалась я, подумав о том, что сейчас все мое ближнее окружение, включая Мэг и Харриса, пытается меня найти.
Я резко подскочила и, не думая о последствиях, стала искать все возможные выходы из ситуации.
— Мои вещи! Черт! Они все остались у Люси! — прокричала я и вспомнила про гиблый кабриолет на заднем дворе. — Чееерт, черт, черт! Где могут быть ключи?! — начала я перебирать все на полочках. — О мой бог! Какие из них нужные мне? — проворчала я, увидев в висевшей на стене ключнице более десятка ключей, из чего половина была от автомобилей, которых, наверное, уже в принципе не существовало. Я схватила все восемь ключей и побежала на задний двор.
Руки без остановки тряслись, а разум съедали мрачные мысли. Но не смотря на то, в каком положении я находилась, я чувствовала большую страсть ко всей этой неизвестности. Испробовав первые попавшиеся ключи, у меня получилось открыть машину. Мне и не хотелось вспоминать о том, что водительские права я получила всего лишь неделю назад, но, сев за руль, я сильно запаниковала:
— Боже мой, как это работает? — проворчала я и, недолго думая, завела машину. Напоследок, перекрестившись по православному обычаю, (да, хоть меня и окружали сплошь и поперек католики, я все-таки была крещена русской православной церковью) я проверила на месте ли остатки моих вещей. — Ну удачи, Лиза! — пожелала я себе не умереть сегодня, сказав об этом на русском и двинулась.
Спустя два часа после нарушения закона, а точнее угона машины почти незнакомых мне людей, я наконец-то отчасти смогла прийти в себя, но ненадолго. Проезжая мимо городков Вайоминга со скоростью 110 миль/ч, я оставалась наедине со своими мыслями и лишь иногда прислушивалась к звукам двигателя.
— Не думаю конечно, что музыка сможет меня отвлечь, но все же… — подумала я и включила радио. После чего продолжила делать то, что и прежде — думать. Только уже не в тишине, а под скучную подборку песен.
— …вот черт! И даже не знаю, собственно, где я вообще, — продолжила я размышлять, пока не отвлеклась.
— «…на место аварии выехали органы правопорядка и скорая медицинская помощь. Причина оказалась в неисправности тормозов автомобиля. Известно, что жертвами стали супруги, проживавшие в городе Лаун Дейли уже около 30-ти лет», — услышала я по местному радио мужской голос и с надоедливости от плохих новостей выключила его.
Спустя уже три с половиной часа нудной езды я решила остановиться, чтобы перекусить и сходить в туалет в небольшом баре посреди, как бы ни было странно, пустынных окрестностей ровной дороги. Зайдя внутрь я не обнаружила ни одной живой души. Все было светло и пусто. Телевизор работал по-видимому для пропавшего персонала или же для посетителей, не посещающих это заведение. Вся эта обстановка казалась очень странной и велико было желание уйти. Но желание испуститься и заесть боль в животе было сильнее моей паранойи. Поэтому, подойдя к барной стойке, я увидела молоденькую девушку, которая пересчитывала деньги из кассы, и обратила на нее свое внимание.
— Кхм… Здравствуй. Можешь мне пробить чек? Или еды у вас тоже нет, как и посетителей?! — заговорила я с ней, после чего сделала заказ и пошла в туалет.
Возвращаясь, я увидела человека, сидевшего за барной стойкой. Он посмотрел на меня с отвращением и отвел свой взгляд на стену с висевшим на ней телевизором. Музыка заглушала унылые и надоедливые голоса, доносившиеся из него.
Я села рядом с незнакомцем и начала поедать свой сэндвич, прислушиваясь то к тишине, то к посторонним звукам, вроде телевизора.
— «…двадцатилетняя девушка. Также оперативным службам стало известно о ее недавнем местонахождении в одном из городов штата Колорадо — Лаун Дейли…» — после этих слов и знакомого фото в телевизоре, я опять запаниковала, ведь речь шла о моем розыске. И несколькими секундами позже сидящий рядом со мной человек медленно повернул свою голову, устремив свой взгляд на меня:
— Хм-м, а вознаграждение мне сейчас будет очень кстати! — обратился он ко мне, немного улыбнувшись и пошевелив бровями.
Я, даже не раздумывая, побежала к стеклянным входным дверям, чуть спотыкаясь.
— И вправду чокнутая, — подумал он, смотря на то, как я убегаю, после чего резко бросился за мной.
Почти приблизившись к машине я чуть было не упала назад, потому что этот простой с виду парень дернул меня за шиворот. Но к счастью потом схватил за верхнюю часть руки… Хотя счастьем это было не назвать, ведь только что я, возможно, потеряла все.
— И чем же тебя так жизнь потрепала? Так сильно не хочешь домой?! — после небольшой паузы у этого ублюдка вырвался тупой визгливый смех, а рожа сморщилась так, будто бы начали прорываться слезы.
— Отпусти меня! — начала я дергаться как вне себя, чуть сдерживая слезы.
— А ты красивая
, — сказал он тихо и серьезно. После чего опять дотошно засмеялся. — Шучу, — продолжил он смеяться. — Секунду. Постой тут, никуда не уходи, — начал растворяться смех. — Я сейчас копов вызову, — повернувшись спиной ко мне, он показал мне указательный палец.
— Но зачем ты это делаешь?! Отпусти меня, пожалуйста! — сказала я, тихо открывая дверцу кабриолета.
— Я устал дурить старух и их кавалеров. Мне нужны деньги, — сказал он ненапряжно.
Я неожиданно остановилась и убрала руки от дверной ручки:
— Не забудь им напомнить и о себе. — Он поднял голову, отрывая свой взгляд от телефона. — Или это сделаю я. — Обернулся он резко ко мне. — И чем же тебя так жизнь потрепала, что приходиться обчищать невинных людей?! — почувствовала уверенность я.
— Хммм-м, — посмотрел он на меня пожирающим взглядом. — А ты, я вижу, очень дружелюбная, — и направился в мою сторону.
Мне стало слегка страшно:
— Я думала мы все прояснили…
— А я думаю нет, — подошел он так близко ко мне, что чуть было не прикоснулся. Но как оказалось за тем, чтобы открыть мне дверь, после чего сам сел на соседнее сидение и немного улыбнувшись сказал:
— Поехали.
— Но…
— Тут одна прямая дорога в Даймондвилл, — видимо решил он пояснить мне. Но от этого у меня вопросов меньше не стало.
— Ааа…
— Можно и без лишних вопросов, — опять перебил он меня.
— И я вот так просто должна взять и поехать неизвестно куда, неизвестно с кем и неизвестно зачем?
— Пристегнись, — сказал он протяжно, резко нажав на газ.
Палящее солнце плавило дорогу, а я с одним психом убегала от другого… ну и конечно же не без приключений:
— Из-за тебя я так и не притронулся к своему очередному стакану скотча, — сказал этот привлекательный маньяк.
— Вот черт, ты что пьяный? — После этих слов он посмотрел на меня с улыбкой. — И тебя совсем не смущает то, что ты сейчас за рулем? — испугалась я.
— Вот черт, ты что угнала машину? — начал он говорить под копирку. — И тебя совсем не смущает то, что ты сейчас на ней едешь? — В этот момент мне захотелось, как минимум, дать ему по голове, а он просто посмеялся.
— Боже, как же хочется в туалет, — сказала я про себя. — Ну не просить же мне непонятного человека остановить машину из-за того, что мой мочевой переполнился. — О господи, я так не выдержу! — случайно сказала я вслух.
— И чего же ты не выдержишь? Я что такой страшный? — посмотрел он на себя в зеркало. — Или от меня не очень пахнет? — понюхал он свою футболку и надетую поверх нее черную куртку. — А может тебе не нравится моя музыка? — сделал он чуть тише рок-музыку из своего плейлиста. — Или…
— Или я просто хочу в туалет, — перебила я его, после чего он посмотрел на меня нудным лицом и опять сделал орущего мужика на всю громкость.
8.53
— Ааааааааааааааааа!
— Боже мой!!! — испугалась я от резкого крика.
— Как тебе спалось, ангел? — спросил спокойно у меня сидевший за рулем, явно отсталый псих.
Я посмотрела на него ужаснувшимися глазами и сказала:
— Ты только что заорал как сумасшедший, прервал мой сон, и после этого еще спрашиваешь, как мне спалось?! — сделала я небольшую паузу. — Да ты явно псих! — сказала я протяжно, не отводя от него перепуганного взгляда.
— Знаешь, а ты мило хрюкаешь во сне, — сказал он спустя некоторое время, после чего засмеялся.
— Знаешь, а ты такой мерзкий, глупый, вонючий и едкий человек, что порой кажется будто тебя воспитала не мать…
Он резко надавил на тормоза, и я чуть было не ударилась о лобовое стекло.
— Мы приехали, — сказал он быстро и с некой злостью.
Поделиться книгой: