Помоги проекту - поделись книгой:
— Знаешь, Юри, пока не получается. Сам жалею об этом, но все время что-то возникает — не одно, так другое. А по диагонали читать я не могу, такого уровня тексты заглатывать нельзя.
— Т-ты… ты абсолютно п-прав, Г-гару, к-конечно, ты прав, — сбивчиво подтвердила она, — просто…
Кажется, я в живом режиме развалил надежды и чаяния человека. Не в первый раз со мной такое происходит, но сейчас ощущение какое-то особо паршивое. Хотя по факту мелочь же, ничего не произошло. Я вздохнул. На кухне Саёри что-то мурлыкала себе под нос. Наверняка подготавливала чаепитие. Окна мы перед сном зашторить благополучно позабыли, и теперь желтые лучи проливались на пол. Кажется, вселенная решила, что хватит с нас осенней хмари, можно снова солнышка вжарить.
(просто кто-то выбил у олега газманова все ясные дни, и часть тебе перепала)
Я нашарил на полу гостиной тапки. Фу, мокрые, со вчерашнего еще не высохли. Но это ничего. Распахнул дверь… да, теплота. Как будто потопа и не бывало. Так, только редкие лужи местами о нем напоминают, а больше — ничего.
— Я-я-я н-н-не п-по-подгоняю тебя, ты не думай! — Юри наконец сообразила, что переключилась в режим внутреннего монолога, — чтение д-должно быть в удовольствие, и…
— Юри, не хочешь прогуляться? Я щас просто вышел воздуха глотнуть и понял, что до вечера совершенно свободен. Можем взять книжки и пару часиков почиллить в парке, там я тебя и нагоню… ну, в продвижении по «Маркову».
В трубке вполне различимо ахнули. Со стороны можно было подумать, что я задал ей извечное «вуле ву куше авек муа?» а не пригласил на невинную прогулку. С другой стороны, для таких стесняш это, наверное, из одной оперы явления.
— П-прогуляться? В…в…вместе?
— Ну, если тебя это напрягает, я могу чуть позади идти… хотя нет, это крипово, — усмехнулся я, — так что да, именно вместе.
В ответ получил сопение. Напряженное такое, взволнованное. Сам виноват, Гарик, дропнул ей это предложение как снег на голову, целый сугроб снега прямиком из Воркуты. Но ведь не может человек так закупориваться намертво в своем панцире. Пора ее вскрывать потихоньку и на свет вытаскивать. Причем в прямом смысле. Чуток загара Юри не повредило бы, бледная, как вампирша. Из «КРОВОСНАБЖЕНИЯ». Только разве что не полуголая. Но это временно.
— Е-если т-тебя… фух, — она шумно выдохнула и что-то забормотала, наверное, аутотренинг практикует, — е-если тебя не т-тяготит мое о-общество, я б-буду только рада.
— Вот и чудно, — обрадовался я. Искренне, надо сказать. Пора бы уже немного разнообразить общение, а то от лавирования между Моникой и Саёри я скоро захочу постричься в монахи, — тогда встретимся у меня через полчаса.
— Х-хорошая идея, — голос Юри заметно потеплел, правда, ненадолго, тревога почти сразу вернулась, — но к-как я найду твой дом?
— Легко, — отозвался я, — знаешь, где Саёри живет?
— Д-да, поблизости, п-примерно в десяти минутах пешком…
— А мой дом соседний. Я разве не упоминал?
— Н-нет, — смущенно ответила Юри, — хотя я м-могла з-запамятовать.
Ну конечно, и здесь она нашла возможность себя в чем-то упрекнуть. Низкая самооценка все-таки неслабо корежит личность. Не понаслышке об этом знаю, сам буквально вытягивал эту херню из головы, когда подростковый период пережил.
— Ничего страшного. В общем, я ща пока приведу себя в рабочее состояние, и через полчаса ориентировочно встречаемся.
— Т-тогда д-до встречи, Гару. И не б-беспокойся, я у-умею обходиться без спойлеров, — попыталась она неловко пошутить на прощание.
— Увидимся, Юри.
И без того приличное настроение после звонка только улучшилось. Вместо душного сычевания с книжкой на диване я себе, можно сказать, свидание организовал. Того и гляди, к концу этого духовного путешествия вернусь в МСК гуру личностного роста и буду потом обучающие курсы снимать направо и налево.
Вот поэтому лучше предварительно релокнуться в какой-нибудь Белград для начала. Все продумано.
— Гару, будешь завтракать? — заорала Саёри с кухни. Я едва ее расслышал. Видимо, пока присоединял Юри к
Приятно, черт побери. Есть какое-то постоянство.
— Не, — крикнул я в ответ, — я ща убегаю уже, Сайка.
Я человек далеко не тщеславный, но похвалить себя все-таки готов. Особенно если есть за что. Например, за то, что вчера выстирали и высушили форму. Теперь на встречу с Юри не стыдно идти. Ну, слегка странно, наверное, в выходной школьную форму надевать, но это лучше, чем майка с шортами.
— Куда убегаешь?
Я на секунду замялся. Сайке хоть до уровня ревности Моники далеко, но наверняка она тоже не придет в восторг от мысли о том, что я пошел с другой тяночкой развлекаться.
И тем не менее. Черт разберет, в какую сторону ее депрессивное расстройство может вывернуть любые полученные сведения.
— Пойду воздухом подышу немного, может, до супермаркета пройдусь на обратном пути. Тебе что-то нужно?
— Нет, разве что…
Она как раз выглянула из кухни. Выражение лица у Саёри было сосредоточенное. Наверное, где-то в голове у нее есть аналог моего «колеса отмазок». Только больше напоминает барабан Якубовича из «Поля чудес». Тоже весь заставлен разносолами, хех.
— … ничего не могу придумать! — хихикнула Саёри, — все есть!
— Ну и славно тогда, — произнес я, натягивая пиджак, — тогда спасибо, ты столько для меня сделала, Саёри, дала ночлег усталому страннику… это дорогого стоит.
Она подскочила ко мне и смачно чмокнула в щеку. С собой принесла вкусный запах поджаренного хлеба.
— Да ну тебя! Иди давай своей дорогой, путник.
— И пойду, — я подхватил с пола сумку и двинулся к порогу, — может, забегу еще вечером.
— В любое время, Гару.
Дверь за моей спиной захлопнулась, но щелчков замка не последовало. Хм, более красноречиво о том, насколько этот район безопасен, и не сказать. По-моему, даже в странах, которые по индексу безопасности лидируют, типа Новой Зеландии, двери открытыми уже не держат. Но здесь преступность, наверное, вообще близкая к нулю. Интересно, носят ли местные менты оружие?
Точно. Но это дело решаемое. Все равно домой за книгой заходить.
Мой дом (даже странно так говорить — я-то думал, что собственным коттеджиком не обзаведусь и к старости, учитывая как цену на недвижку вверх прут) встретил тишиной. Но тишиной приятной. Не знаю, в чем была разница, это что-то на уровне чистых ощущений, однако она несла в себе… умиротворение, наверное. Наконец-то мне не надо сломя голову и с шашкой наголо мчаться по неотложным делам, смерть, увечья и нервные срывы никому не угрожают, а ближайшие несколько часов я проведу с обществе горячей стесняши…Вот уж выходной так выходной. Насладись им сполна, Игорян. Ты много говна вытерпел за эту недельку, теперь получи то, что заслужил.
С чувством выполненного долга я вытряхнул из сумки все учебники, а вместо них сунул внутрь «Портрет Маркова». Даже глаз на обложке сейчас не казался жутким. Того и гляди подмигнет, мол, эй, братишка, развейся сегодня хорошенько, хочешь, я тебе закладочку оставлю на том месте, где самая романтичная сцена? От этого предложения я бы все-таки отказался. Если книжка окажется с лавкрафтианским душком, там не обойтись без тентаклей, а меня, в отличие от исходного Гару они как-то не очень заводят.
А ведь в магазин зайти не такая и плохая идея. Из-за того, что я со скриптом вольно обошелся, мы благополучно скипнули ту сцену, где протагонист угощает Юри кусочками шоколада. Так почему бы сегодня не отыграть упущенную возможность? Как ни крути, а без плана на день никуда. Но сначала хотя бы пригоршню воды на морду плеснуть надо. И побыстрее, а то Юри скоро явится…
Однако побыстрее не вышло. Ввалившись в ванную, я подобрался к раковине и открыл кран. Поток воды послушно хлынул в ладони. Я поднял голову, встретился глазами с собственным отражением и замер. Все как будто остановилось на какую-то микронную долю секунды, но эта доля, как в сай-файном романе, растянулась на миллионы лет… Я уже не осознавал, что на ладони мне льется кипяток. Не осознавал, что теряю время. Даже не вполне понимал, где нахожусь.
Поверхность зеркала пересекали поперек бледные, расплывчатые, но абсолютно отчетливые буквы. Тот, кто их нанес, явно постарался сделать так, чтобы сообщение дошло до адресата. Три вверху, перенос — и три внизу. Расположенные тютелька в тютельку друг под другом. Буквы эти складывались в одно слово. Которое мы используем по десять раз на дню не задумываясь. Но сейчас оно раздавило в пыль и умиротворение, и спокойствие, и благостный настрой.
«ПРИ-ВЕТ» — гласило зеркало.
Глава 25
От таких приветов коньки откинуть можно. Я стоял, глядел на зеркало во все глаза. Может, это страх так исказил восприятие, но стало казаться, что отражение в нем не мое. Есть в нем нечто неправильное. Как слишком похожий на человека робот. Жесты повторяет, мимику тоже… зловещая долина во все поля.
Рациональная часть меня бунтовала, аж кишки сотрясались. Гарик, сам рассуди, увещевала она, ты ж ночь с четверга на пятницу провел с Моникой и после этого в ванной не был, потому что проспал. Вдруг твоя новая зазноба решила чутка подшутить, оставив небольшое послание перед уходом?
Я вытянул руку и осторожно коснулся пальцами отражающей поверхности. Она оказалась влажной и нагретой… вообще к этой минуте ванная уже напоминала парилку, потому что горячая вода продолжала хлестать в раковину. Зеркало запотело, и на этом фоне буквы сделались еще четче. Я машинально пририсовал возле «Т» рандомную завитушку и изрек:
— Пупупу… кто ж это такой приветливый объявился.
Моника тут точно ни при чем. И заключение это пришло не с нижнего этажа, если вы понимаете, о чем я. Оставим в стороне то, что у Моники чувство юмора примерно такое же, как у твиттерских обиженок, это не столь важно. Суть в другом.
Само послание выглядело не так, будто его пальцем намалевали. У меня в этом опыт немаленький, до сих пор в маршрутках зимой нет-нет да и оставлю где-нибудь на стекле всем известное слово из трех букв. Здесь все линии ровные, четкие, как будто кто-то трафарет приложил к обратной стороне и прочертил каждый элемент по нему. Никакой расхлябанности и размазанности. И выглядят они бледными, словно из тумана какого-то сделаны.
Превозмогая стихийно нахлынувшее отвращение (и любопытство, вот уж не ожидал щас его испытать), я осторожно ткнул в основание буквы «Р». Кожу слегка обдало холодком, хотя, может, это так кажется из-за того, что тут организовалась жара и духота. Даже хрен разберешь, от чего в пот бросило, от этого или от накатившего мандража. Я выкрутил ручку с холодной водой и щедро плеснул на лицо. Из зеркала на меня смотрела бледная, как популярный нынче у зумеров «Джеф-убийца», разве что улыбки кринжовой не хватало во всю пасть. Но тут улыбаться особо не с чего… Или?
Юри прибудет уже с минуты на минуту. Если я что о ней и узнал за время нашего знакомства, сначала одностороннего, а потом и полноценного — так это то, что тихоня угорает по ужастикам. Что ж, сейчас у нее появился вполне реальный шанс оказаться посреди одного из них.
Ну так то психологический. А тут, может, будет паранормальный. По классике пойдем Главное, не вырулить в какой-нибудь сплаттерпанк или пыточное порно.
Холодные брызги пошли на пользу — соображалка заработала активнее.
Шестеренки внутри заскрипели, заворочались, стряхнули с себя оцепенение. Я утер взмокшие от пота волосы и опустился на унитаз. Хорошо, что щас меня некому застукать, а то прнняли бы за поехавшего. Так, Игорян, не паникуй. Пусть тебе и попался твист прямиком из второсортного хоррора, нет смысла сходить с ума. Было бы здорово узнать, откуда этот привет в твоем доме взялся, никто не спорит, но сейчас ты с этим пролетаешь при всем желании. Моника пошла на поклон к розовому гремлину, поэтому минимум часа три-четыре она будет недоступна.
Но даже если удастся ее вызвонить и избежать ВСЕЛЕНСКОГО ГНЕВА Нацуки, ничего хорошего из этого не выйдет. Моника стопроцентно захочет осмотреть место происшествия лично, а учитывая, что щас сюда придет Юри, это готовый рецепт для катастрофы. После такого госпожа президент точно попытается отчекрыжить тебе яйца садовым секатором. Лучше мы этого исхода избежим.
Просто щелкни это «коммюнике» на мобилу и потом Монике предъяви. Когда свидание с Юри завершится. Найди для себя немного времени. Как там у великих «Одна работа, и никакого безделья / Бедняга Джек не знает веселья»?
С грустью оставив фаянсовый трон, я достал из кармана смартфон (надо бы зарядить) и навел глазок камеры на зеркало. Как будто для инсты селфач в ванной пилю, хех. Милка бы наверняка одобрила. А вот тело это вряд ли ей бы по душе пришлось. Тянкам, конечно, нравятся томные глистоподобные типы, Тимоти Шаламе какой-нибудь ходячее тому доказательство, но от Гару прямо-таки прет хикканским духом. Еще и глаза эти желтоватого оттенка. На спрайтах выглядит терпимо, но в жизни малость пугает. А вот с той же Нацуки, как ни странно, такого нет. Цвет кажется натуральным, хотя его ни по одному закону биологии быть не может.
Границы возможного тут весьма условные. У меня даже пруф теперь имеется.
Фотография щелкнулась успешно, что тоже удивило. Согласно закону подлости (и драматургии) сейчас она никакого привета не показала бы. Или телефон заглючил бы и вырубился. Или я бы вырубился. В общем, где-то в этом пункте сценария меня бы выставили дураком или психом.
Но повезло. Камера не заглючила, свет не погас, крышу дома не сорвало ураганом, я не грянулся в обморок и не расколол себе черепушку об унитаз… сплошные плюсы!
На этом, как оказалось, подарки судьбы не закончились. Пока рыскал по менюшкам в поисках фотогалереи, наткнулся на банковское приложение. Уж не знаю, по какой причине Гару засунул его в папку с утилитами… все-таки мышление человека, предпочитающего вместо музыки всякие анальные шипения и урчания, мне недоступно. Однако сердиться я на него не стал сильно — пусть и раздолбай, а кредитку свою для бесконтактной оплаты привязал.
Хорошо. Хотя бы с баблом вопрос решен на какое-то время.
Помню. Помню и надеюсь, что она выберет кого-то ближе к Гончарову с его двумя-тремя романами, а не к Бальзаку. Но раз уж мне сейчас повезло с приложухой, то где-то точно будет ждать подлянка. С другой стороны, ж веду ее в парк, а не в книжный… однако не уверен, что смогу долго сопротивляться, если вдруг такая просьба поступит.
Да где она вообще? Может, умудрилась заблудиться? В географическом дебилизме и обычному-то человеку нелегко признаваться, а уж если тревожка давит…
Оставив позади злополучное зеркало, я вернулся в гостиную. Пока дожидаюсь, кину кости на диван. Впереди опять много ходьбы предстоит, прямо как в фильме Александра, мать его, Невского, почетного мукомола всея Голливуда.
Нет-нет-нет, в эту яму мы щас прыгать не будем, потом из нее не выбраться. Я осторожно прислонился к спинке (костюм не фонтан, а помятым будет еще убожественнее выглядеть) и прикрыл глаза. А у Моники весьма едкие духи, доставучие. Больше суток прошло, но это благоухание и не думает выветриваться. С другой стороны, грех жаловаться. Некоторые в 2к23м продолжают пользоваться удивительным шедевром парфюмерии «Красная Москва», от которого вовсе глаза вытекают. Ща только главное не уснуть по новой…
Спасибо за моральный буст, всегда могу на тебя положиться. Когда вернусь домой, однозначно побегу к дяде доктору. Пусть таблетки пропишет посильнее, а то меня твои истории доебали уже, одна охуительней другой… Так, стоп.
Еле слышный шорох долетел до моего слуха со стороны входной двери. За ним последовал скрип дверной ручки. Стучать визитер не торопился, но я уже и так понял, кто пришел. Его (вернее, ее) нерешительность сказала все прямо в лицо.
— Привет, — распахнул я дверь.
— З-здравствуй, Г-Гару, — Юри застенчиво улыбнулась и смахнула со лба прядь волос.
Оделась она гармонично, но совсем не по погоде. На улице пусть и не пекло стоит, но градусов двадцать точно есть, и это еще утро. А Юри нацепила на себя свитер с длинным рукавом и плотные спортивные брюки. По свитеру сразу было видно, какой он тяжелый, по-любому из настоящей шерсти сделан. Выглядит мило (хоть я и не понимаю в этом нихрена), но если в нем по солнцу походишь — сваришься. Вот вчера во время дождя самое то было бы.
Зато рукава прекрасно прячут шрамы. И вряд ли я ошибусь, если предположу, что именно это для Юри имеет значение. А не какое-то там удобство. С собой она принесла сумку, наверняка с экземпляром книжки внутри.
— Пройдешь или сразу в путь? — поинтересовался я.
— Я н-никуда не спешу, — ответила она, — н-но обременять тебя лишними хлопотами не желаю, п-поэтому…
— Ты и не обременишь, я не хрустальный, не надломлюсь… но как скажешь.
Если и дальше вежливостями сыпать, мы тут до вечера простоять можем. А поскольку я умолчал о планах с Юри, когда прощался с Сайкой, для всех было бы лучше, если б она нас не увидела. Так, осторожно глянем в соседнее окно.
Никого. Отлично.
Ну так я ж ловец, е-мое. Мне так подсознание говорило. И еще тот чудик из томографа. Моя задача, блин, не дать им бесславно помереть. А уж если и мне, кхм, дадут в процессе, это будет приятный бонус.
— Г-гару, у т-тебя уже есть п-план на сегодня? — спросила Юри, пока я закрывал дверь.
Саёри, может, местным и доверяет (и то не всегда), но меня жизнь приучила к тому, что если человек может беспалевно и без последствий обнести хату, он это сделает. Лет пятнадцать назад у соседа по лестничной клетке ухитрились спиздить прогулочное инвалидное кресло. Поскольку оно весило килограмм шестьдесят, дядя Валера держал его на первом этаже под лестницей — спускать такое каждый день, а потом заносить назад в квартиру та еще разминка. Это в итоге и подвело — как-то ночью некто предприимчивый кресло увел, поэтому пришлось дядь Валериной матери, владелице кресла, все лето дома куковать. С тех пор я не очень верю в благие людские намерения. Даже в этом мире. Тем более Саёри говорила, что в доме кто-то шарился. Может, он снова сегодня ночью заглядывал и оставил мне этот самый привет?
— Конечно, есть. Но я открыт к предложениям, Юри. Не стесняйся.
Ишь чего удумал, хитрец. Проще будет сказать Илону Маску «не пиши чушь в интернете». Сам же знаешь, что слова пропадут попусту. Это все равно что саму суть человека выдрать. Поэтому я не ожидал, что удастся выжать из Юри хотя бы одну идею.
— Я о-обычно п-по выходным хожу в б-библиотеку, т-там очень с-спокойно, — заявила тихоня.
Кто удивлен, дамы и господа? Никто не удивлен. Эт как в передаче старой, которая еще с бородатых времен телеку идет, «Сто к одному», самый популярный ответ. Но я публичные библиотеки не очень жалую. Наверное, с давних пор потянулось. Как-то отдыхал в санатории мелким (никаких болячек, с мамой за компанию), так там библиотекарша была просто адской сатаной. Мало того, что ты должен был книжку читать прямо в зале, не забирая ее в номер, так еще и рисковал по хребту линейкой получить, если вдруг пикнешь невпопад. С тех пор я «книжные храмы» и разлюбил. Ну и к старухам стал относиться с подозрением.
И хотя тут Раису Ильиничну я, скорее всего, не встречу, неохота всю субботу пылью дышать.
Поделиться книгой: