Противостояние

– Ты бесподобна… – Высокий парень в белом плаще светоносца, но без рыцарского пояса, смотрел на нее восторженными глазами.

Она снова улыбнулась и легко спрыгнула с помоста. Ее пальцы коснулись его ладони – уже довольно жесткой, но еще не окончательно загрубевшей от долгих тренировок с оружием. Толпа разом вздохнула…

– Еще, еще станцуй, красавица! Хотим еще! Не обидим!

– Позже. – Ее лицо на мгновение стало виноватым, беспомощным… даже если бы девушка только что совершила страшное преступление, никто не смог бы найти в себе силы осудить ее. – Простите… немного позже. Я еще обязательно станцую для вас… – Она обвела толпу взглядом, и каждому от этого взгляда становилось чуть теплее. – Для всех вас. Обещаю!

Теперь ее ладонь плотно лежала в руке будущего рыцаря. Юноша (едва ли он был старше танцовщицы, а скорее – моложе на год или два) покраснел, но тут же расправил плечи и словно бы даже вырос. По крайней мере – в собственных глазах.

– Ты бесподобна, – опять прошептал он, словно не находя других слов. А может, так оно и было… у юноши в школе Ордена не так много возможностей изучить все хитрости покорения женских сердец. Она легонько сжала пальчики. Улыбка девушки, казалось, могла вызвать жар страсти даже у каменного голема.

– Ты такой милый… пойдем немного погуляем. Я так устала.

– Может, присядем? – Его глаза уже шарили вокруг, выискивая свободную скамью. По случаю праздника их было вытащено на площадь множество, но свободных почти не было.

Девушка чуть качнула своей очаровательной головкой. Темные волосы водопадом рассыпались по плечам.

– Лучше просто пройтись… подальше от шума. Мне надо прийти в себя, эти танцы отбирают столько сил…

Опираясь на его руку, девушка двинулась сквозь толпу, увлекая за собой спутника. Тот старался шагать солидно, неспешно, распрямив плечи и гордо выпятив подбородок, – именно так, с его точки зрения, должен выглядеть настоящий бывалый воин. Сейчас парень отчаянно жалел о том, что не позаботился взять в оружейной меч… или хотя бы приличных размеров кинжал. Так здорово было бы положить руку на эфес, мужественно, со значением – мол, это моя женщина, и всякий, кто посмеет усомниться, вскорости пожалеет об этом…

– Ты ведь рыцарь? Я еще никогда не была знакома с настоящим рыцарем, – ворковала красавица, прижимаясь к юноше чуточку теснее, чем того требовали приличия… и лишь самую малость слабее, чем ему бы хотелось.

– Ну… да… – Он испугался, что она заметит румянец, проступивший на щеках.

– Как здорово! А как твое имя, рыцарь?

– Мерат.

– Мерат?.. – Она явно ждала продолжения.

Парень вдруг испугался – а вдруг девушка подумает, что он боится называть ей свое полное имя. Ему даже не пришло в голову, что рыцарь-светоносец и уличная танцовщица – это совсем не та пара, в которой что-либо значат светские правила флирта. Вряд ли можно было найти певичку или танцовщицу, будь то в Инталии, Гуране или любой другой стране, которая отказала бы воину в нескольких часах любви.

Сейчас он думал о другом. О том, что рядом с ним – прекраснейшая из женщин, и если он поведет себя верно, то этот день станет самым ярким впечатлением в его жизни.

В общем-то он был прав.

– Мерат арДанг, – уточнил он.

Она удивленно изогнула идеально очерченную бровь.

– Данг арТунор…

– Мой отец! – Парень выпятил подбородок еще сильнее. Что ж, таким отцом можно гордиться. АрТунор не был богатым, не отличался длинной чередой благородных предков, зато он был одним из самых известных фехтовальщиков Эммера. Сотни дуэлей. Десятки шрамов получено, еще больше нанесено.

Признаваться в том, что таланта отца к оружию унаследовать не удалось, парень не собирался.

– Я много слышала о нем… – задумчиво произнесла девушка. – Значит, ты сын самого арТунора? Забавно… странны твои шутки, Эмнаур.

Фраза резанула по ушам. Юноша вздрогнул, оглядываясь – пока он наслаждался близостью красотки, они почти вышли из села. Мерат посмотрел на девушку – ее точеное лицо теперь было иным… жестким, равнодушным. И взгляд… он явно не мог принадлежать простой уличной танцовщице. Так не смотрят на молодого рыцаря из хорошей семьи. Так не смотрят даже на равного. Рука парня против воли метнулась к поясу… к пустому поясу, на котором не висело оружие.

– В чем дело, красавчик? – В голосе ни следа игривости. Сухая, холодная фраза. Нежные губы поджаты, в глазах – лед.

– Кто… ты?

– Это знание тебе не нужно. – Кривая усмешка.

Быть может, попытайся он бежать… нет, у парня почти не было шансов, но, вероятно, его крик мог быть услышан. Увы, иногда бывают ситуации, когда мужество – не лучший выход. Кое-чему Мерата арДанга научили. Например, тому, что рыцарь не должен показывать спину врагу. В том, что перед ним именно враг, сомневаться не приходилось. Только враг мог так упомянуть Эмнаура. Только враг может так смотреть.

И он не побежал. Не стал орать, призывая на помощь, наплевав на гордость. А пару секунд спустя было уже поздно. Чья-то сильная рука схватила парня за плечо, одновременно железные пальцы сдавили горло, не давая вырваться наружу даже хрипу. А еще мгновением позже в рот, словно пробка в бутыль, вошел кляп, а кисти оказались стянутыми за спиной.

– Дилана, ты молодец, – раздался мужской голос из-за спины Мерата.

– Как всегда, – усмехнулась она. – Дело несложное… Этот баран пошел бы за мной и в чан с кипятком.

Парень таращил глаза на ту, что еще недавно казалась ему прекрасней всех на свете. Она изменилась – лицо стало чуточку другим, волосы из черных стали темно-каштановыми… Нет, красота девушки никуда не делась, только теперь это была красота готовой к броску змеи. Очень ядовитой. Смертельно опасной. И совершенно безжалостной.

– Рыцарь подошел бы больше, – заметил тот же голос.

Убедившись, что Мерат связан надежно, мужчина вышел из-за его спины. Это был почти великан – на голову выше юноши, плечи широки настолько, что не в каждую дверь пройдет. Руки наверняка смогут не то что подкову порвать – топор смять в комок.

– Ы-э-у-а? – Мычание, пробивающееся сквозь кляп, имело явно вопросительную окраску.

Смуглянка пожала плечами.

– Почему ты? Очень просто, дружок. Ваша обожаемая Лейра Лон достаточно умна. Эта старая сука прожила уже почти век и прекрасно научилась чувствовать опасность. Керба она не подпустит к себе достаточно близко… а тебя – может быть. Она ведь знает тебя, не так ли? Не первый год… что сделает белая ведьма, если такой красавчик, как ты, обратится к ней с вопросом? О, я знаю – улыбнется. Выслушает. А то вдруг по головке тебя погладит, как думаешь?

– Зачем ты все это ему говоришь, Дилана? – Лицо здоровяка Керба, словно высеченное из камня, выражало неодобрение.

– А почему нет? Неужели я не могу развлечься?

– Развлечешься… когда этот сосунок убьет Лейру. Дело прежде всего.

Глаза красотки метнули молнии… Керб отшатнулся, примирительно выставив перед собой открытые ладони. Мерат с удивлением заметил в глазах великана искру самого настоящего страха.

– Слушай, ты… – Голос девушки стал шипящим, еще более усиливая ее сходство с убийственно-ядовитой змеей. Ее рука изогнулась, пальцы сложились утиным клювом, нацеленным в голову мужчине. – Здесь… приказываю… я… и если ты… еще раз… посмеешь…

Здоровяк вдруг рухнул на одно колено, склонив голову. Его зримо трясло, на коже выступили капельки пота.

– Да, госпожа… простите, госпожа… не повторится…

– Ладно, прощаю… на этот раз, – тут же остыв, махнула рукой девушка. Затем повернулась к парню. – Но как бы то ни было, мой друг Керб прав, мальчик. Тебе предстоит убить вашу драгоценную Лейру.

– А-э-а-у…

– Что значит «я не стану»? – фыркнула Дилана. – Станешь, милый друг, станешь… более того, ты всей душой будешь стремиться выполнить мой приказ. Уверяю тебя. Да, думаю, ты не будешь против, если я возьму у тебя несколько волосков?

Керб зашел юноше за спину, схватил его за волосы… холодное лезвие скользнуло по коже, затылок резануло болью – униженный великан особо не церемонился.

– Полегче, полегче, – с ноткой недовольства заметила смуглянка. – Ты должен обрить ему затылок, а не содрать кожу с черепа.

Мерат рванулся, ремни врезались в кожу, почти разрывая ее. Он глухо застонал.

– Еще раз дернешься, – без намека на насмешку заметил Керб, – отрежу ухо.

В проходе меж домами появился мужчина – в простой дешевой одежде. Крестьянин… судя по неровной, шатающейся походке, он был уже изрядно навеселе. Мерат ощутил прилив надежды… может, этот выпивоха достаточно соображает, чтобы поднять крик, увидев, как здоровый бугай режет кинжалом ученика школы Ордена? Хотя бы один вопль! Его услышат, не могут не услышать. Все рыцари сейчас здесь, они настороже… даже когда слегка пьяны.

Пьяница скользнул по троице пустым, равнодушным взглядом и зашагал дальше, мурлыча себе под нос какую-то незамысловатую песенку. Кажется, связанного ученика, великана с кинжалом и ослепительную шатенку в ярком платье он даже не заметил.

Проследив за движением глаз юноши, Дилана весело рассмеялась, ничуть не заботясь о том, что смех кто-нибудь услышит.

– Неужели ты думаешь, дурачок, что мы стояли бы здесь, на виду у всех, если бы я не предприняла необходимых мер предосторожности? Здесь действует заклинание рассеянности, знаешь, что это такое?

– О-а-а-а а-и-а о-и…

По всей видимости, невнятное мычание, доносящееся сквозь кляп, Дилане было вполне понятно.

– Проклятая магия крови, говоришь? Кем же она проклята? Мальчишка… Керб, ты закончил?

– Да, госпожа. – Великан был само почтение. – Он готов.

– Прекрасно…

Девушка ласково потрепала Мерата по волосам. На макушке и по бокам головы они еще уцелели, но затылок был обрит начисто.

– Прости, мальчик… видит Эмнаур, опытный воин подошел бы нам больше. Но дело есть дело, понимаешь, что я имею в виду. У тебя свои хозяева, у меня свои… Керб, не надо морщиться. Если уж мальчик послужит нам, почему бы и не сказать ему пару добрых слов напоследок?

– Дилана, я знаю тебя много лет, но никак не могу понять, ты чудо или чудовище? – пробурчал гигант.

– Я – чудовище… – пожала она плечами. – За это Император и ценит меня. Подай мне чашу… нет, болван, не эту. Костяную. Дай лучше сумку…

В руках девушки появилась небольшая чаша, и Мерат содрогнулся, догадавшись, что предмет этот сделан из черепа… судя по размерам – из черепа ребенка. Дилана бросила в чашу жменю сбритых волос, затем извлекла из сумки несколько разноцветных пузырьков, из каждого отлила в чашу по паре капель. В воздухе поплыл едва заметный сизый дымок.

– Палец, – коротко приказала она.

Парень ощутил, как что-то острое (несложно было догадаться, что именно) чиркнуло по подушечке пальца левой руки. Пришла и исчезла короткая боль… Он не видел, что происходило за его спиной, но чувствовал, как крупные горячие капли одна за другой падают в чашу, в отвратительную смесь колдовских эликсиров и растворившихся в них волосков.

– Ну вот и все, дружок. – Девушка неторопливо перемешивала содержимое чашки. – Теперь мы приступим к завершающей стадии. Керб, держи его как следует…

В следующее мгновение голова юноши оказалась зажата словно в железных тисках. Он попытался дернуться – с тем же успехом можно было попытаться пробить лбом стену. Затылку стало щекотно…

Он знал, чем сейчас занимается Дилана. Любой рыцарь Ордена был еще и магом. Хотя бы немного. Подготовка в школе включала в себя изучение основ и школы стихий, и школы крови. Сейчас тонкая кисть скользила по его выбритому затылку, выводя изгибы колдовских знаков. Когда рисунок будет закончен и прозвучат нужные слова, он станет другим. Путы разума относились к числу наиболее сложных заклинаний крови и были доступны лишь очень опытным магам. Кто же эта девушка, если она в столь юные годы умеет управляться с высшей магией крови? Или она не так уж и молода, а бархатная кожа, лучащиеся светом глаза, белоснежные зубки и роскошные волосы – не более чем следствие применения все того же магического искусства…

Дилана заговорила, чеканя слова заклинания. Затылок парня пронзила резкая боль… спустя мгновение ушедшая глубоко внутрь черепа, став мягкой, лишь чуть беспокоящей. Ему стало легко и приятно, и лишь в самой глубине души появилась мысль, пока еще не полностью оформившаяся, но постепенно обретающая стройность и определенность. Мысль о том, что нет в жизни большего счастья, чем повиноваться этой прекраснейшей из женщин. Он хотел, он жаждал услышать приказ из ее уст – любой, совершенно любой. Пусть даже самый безумный… И он сделает все, что от него зависит, чтобы исполнить ее желание.

– Керб, развяжи его…

Он ощутил, как падают с запястий разрезанные обрывки кожаного ремня. Но теперь это было не важно. Связанный или свободный, распрямивший плечи или преклонивший колена, он был предан ей душой и телом. Попроси она шагнуть в огонь – и он бросится в пламя. Потребуй его жизнь – и рука, вгоняющая кинжал в сердце, не дрогнет, не замедлится ни на мгновение.

– Как самочувствие? – участливо поинтересовалась Дилана.

– Прекрасно! – Он ответил бы так, даже если бы в этот момент сидел голой задницей на раскаленной печке.

– Вот и хорошо. А теперь, дружок, слушай, что ты должен сделать…

Альта ощущала усталость. Слишком много впечатлений, слишком много музыки, танцев, веселья и лакомств. К праздникам тоже нужна привычка, и сейчас она ощущала только одно желание – захлопнуть за собой дверь комнатки, рухнуть на постель прямо в одежде и закрыть глаза. До утра.

А праздник-то, по сути, был в самом разгаре. Акробаты еще не продемонстрировали своих самых головокружительных номеров, клоуны приберегали лучшие шутки до того момента, когда разгоряченная публика готова будет с легкостью расстаться с монетами. Торговцы – в особенности те, что предлагали всем желающим темное горькое пиво и легкие вина, – отдавали слугам команды выкатывать из подвала новые бочки. А на огромных вертелах уже начинали подрумяниваться свиные туши, от которых к ночи останутся только груды костей.

Но девочка уже понимала, что до кульминации праздника ей не дотерпеть… если только не уделить хотя бы часик отдыху. Альта оглянулась в поисках свободной скамьи – увы, не одна она устала…

– Смотрите, смотрите! – пронеслись над толпой голоса. – Сама Попечительница! Госпожа Лон! Сиятельная!

И верно, из ворот школы вышли рыцари, сопровождающие волшебницу. В более спокойные годы Лейра не заботилась об охране, но сейчас, в преддверии войны, требовалось соблюдать особую осторожность. Сила волшебницы была достаточно велика, врага, посмевшего бы применить против нее магию, она сумела бы обезвредить в долю секунды… От клинков наемных убийц ее должны были защищать мечи светоносцев. Лейру раздражала мысль о том, что она не может позволить себе просто расслабиться и предаться веселью, что должна все время пребывать в состоянии настороженности. Но такова была обратная сторона силы и власти.

Совсем отказаться от выхода к народу Лейра не могла. Ее ждали, и останься она в своей башне, народ испытал бы глубокое разочарование. Вершительница не хотела вызывать у простых людей раздражение… даже если речь шла всего лишь о маленьком и незначительном селе. Накануне войны, когда Инталии требуется вся ее сила, нет ничего хуже излишней молвы о трусости тех, кому предстоит вести в бой армии.

Рядом с волшебницей мерно вышагивал Гент арВельдер. Рыцарь был в полном боевом облачении, в белоснежных эмалевых доспехах, с тяжелым полутораручным мечом на одном боку и длинным кинжалом на другом. Рука, затянутая перчаткой из стальных пластин, покоилась на эфесе, готовая в любой момент выхватить оружие из ножен. Но хотя ему полагалось внимательно поглядывать по сторонам, выискивая возможные угрозы своей госпоже и возлюбленной, он предпочел перепоручить это важное занятие своим бойцам. А сам старался как можно чаще бросать взгляды на прекрасное лицо Лейры.

– Хороший праздник, верно?

– А? – Она вынырнула из глубин раздумий. – Да, Гент… знаешь, прошло очень много лет с тех пор, как я могла позволить себе повеселиться на ярмарке. Потанцевать… выпить простого вина в компании простых людей.

– Таков наш удел, – равнодушно хмыкнул он. – Я тоже не должен бражничать с рыцарями, таскать на сеновал податливых сельских девушек, шалить на гуранской границе. Хотя, Эмиал свидетель, мне бы этого хотелось…

– И девушек на сеновал? – лукаво прищурилась она.

– Любовь моя, для меня не существует в этом мире женщин, кроме тебя.

– Существуют, существуют. – В голосе волшебницы ощущалась чуть заметная печаль. – Но я рада, что ты так говоришь. Спасибо…

– Я все равно считаю, что ты поступаешь неправильно, – вернулся он к начатому еще в донжоне разговору. – Убиты трое магистров. Сейчас для тебя не может быть слишком много осторожности…

– Магистры… – Лейра пренебрежительно фыркнула. – Ни один из них не дотягивал до уровня, необходимого Вершителю.

– Ты куда лучше меня знаешь, что разница между Вершителем и простым магистром в основном заключается в той роли, которую они играют в жизни Ордена.

– Я сильнее всех их, вместе взятых.

Гент недовольно поморщился, глядя на возлюбленную с явным неодобрением.

– Лейра, пойми, дело не в том, что они слабее, а ты сильнее. Дело в том, что Гуран намерен проредить ряды Ордена. Уже больше трехсот лет ни один волшебник рангом от мастера и выше не умирал от рук простых убийц. Значит, Империя отправила на эту миссию своих лучших магов. Быть может, даже знаменитую Дилану Танжери.

– Только этой суки нам не хватало…

– О, грубость тебе не к лицу.