Тактический рывок

Открывшийся прямо в стене проход был слишком ровным, гладким и благоустроенным для того, чтобы быть сотворенным пару минут назад. Нет, для сильного мага нужной направленности пробурить в скале новую червоточину проблем бы не составило…Но вряд ли бы он по ходу дела оснастил её фонарями, которые тускло подсвечивали плотную толпу индусов, рванувших на Олега и его людей. Некоторые из них были вооружены и бронированы не многим хуже, чем подчиненные чародея. Некоторые сжимали в руках однотипные явно штампованные короткие сабли и носили лишь примитивные кирасы из нескольких склепанных вместе пластин железа поверх плотных кожаных курток, способные максимум остановить скользящий удар настоящего клинка или стрелу на излете. Кое-кто и вовсе голым торсом щеголял, сжимая в кулаках нож или палку. Командование крепости на отражение прорыва бросило всех, кого только смогло собрать…Ну и кого успело подтянуть к атакованному участку крепости, по всей видимости сняв с остальных направлений и солдат, и артиллеристов, и даже обслугу.

— Следовало ожидать, что тут будут не только подземные ходы, ведущие наружу, но и тайные проходы, благодаря которым можно перебрасывать подкрепление в тыл атакующим, какую бы часть скалы они не заняли. — Решил Олег, силой мысли вытряхивая из кольца с пространственным хранилищем на собственном пальце находящиеся внутри гранаты. Не все, лишь штук десять, поскольку у него там было много гранат. Очень много. Артефакт был весьма прожорлив, выкачивая из владельцу прану пропорционально весу помещенных в складку пространства предметов, но ради возможности отправиться в бой очень хорошо подготовленным опытный боевой маг и целитель был готов смириться с подобным неудобством. — Не удивлюсь, если сейчас и снаружи крепости кто-то вылез, чтобы задержать идущие сюда войска, пусть и ценой своих жизней. По частям-то противника всегда бить удобней…

Какой-то индус вскинул ярко засветившийся жезл, что рассыпался в пыль, и пыль эта рванула вперед светящимся и явно агрессивным облаком. Он тут же откинулся назад, поймав лбом пулю прилетевшую откуда-то со стороны импровизированного лазарета, но атакующую магию это не остановило. Зато остановила её встречным ударом Анжела, использовавшая один из имевшихся при девушке боевых артефактов, накрывших непонятное явление брызгами кислоты, растворявшей и материю, и энергию. А после супруга чародея взялась за свое зачарованное ружье. Сноп дроби, сопровождаемый ослепительно яркими разрядами электричества ударил по толпе и даже разорвал парочку человек на окровавленные ошметки…Но потом наткнулся на барьер, прикрывающий вражеский отряд, из-за чего волшебница досадливо цикнула.

Разумеется, в Олега стреляли, сходу распознав в обладателе необычной брони одного из вражеских офицеров. В его супругу тоже. А расстояние между врагами было столь незначительным, что промахнуться у стрелков почти не получалось. Но первая пара рядов солдат противника не содержала никого, кого оракул-самоучка сходу признал бы достаточно опасным, а те, кто находился дальше, могли бы открыть огонь исключительно сквозь тела своих товарищей, а потому чародей действовал относительно спокойно, не отвлекаясь на вязнущие в воздухе вокруг него пули, порывы острого словно бритвы ветра, внезапно начавшую падать с потолка кипящую кровь и прочие незначительные мелочи.

Гранаты, которые Олег силой мысли катнул под ноги атакующим в достаточно медленном темпе, дабы стандартный щит подобные объекты не заблокировал, начали взрываться почти одновременно. В плотном скоплении людей. Очень плотном. Взрывы рвали человеческую плоть в клочья, а ударные волны разносили повсюду осколки, пробивающие хрупкие людские тела навылет и несколько раз рикошетящие от редких образчиков зачарованной брони, пола или стен, чтобы наконец-то увязнуть в каком-нибудь бедолаге. Буквально за одно мгновение боевой маг прикончил пять или шесть десятков вражеских солдат, и останавливаться на достигнутом он конечно же не собирался. Волна пламени была одним из самых простых и примитивных заклятий площадного действия в арсенале пиромантов. Однако и эффективности её, особенно если действовать против слабо защищенных целей, никто не отменял. Еще и в замкнутом пространстве. Вал огня, возникший по воле Олега и отъевший значительную часть его резерва, нырнул внутрь секретного прохода и тот из врагов, кто раньше держал магический щит, на сей раз не смог отразить угрозу. То ли убило его гранатами, то ли просто сбило необходимую концентрацию…Но десятки метров тоннеля беспрепятственно превратились в одну большую печь, прежде чем огонь наконец-то кто-то смог остановить новым барьером, напоминающим сплошную стену из жидкого стекла. Кричали оставшиеся в зоне поражения боевой магии жутко, но недолго — огонь тупо выжигал голосовые связки и легкие тем, кто не мог сопротивляться действию волшебства.

— Доброслава, фу! — Скомандовал Олег, стягивая воедино энергию смерти, которой в данном участке крепости сейчас было столько, что её скопления даже полностью лишенные магического дара люди почувствовать бы смогли. И обзавестись после близкого контакта с ними как минимум хроническими болячками. — Не добивай по возможности тех, кого я пропущу, а бери в плен…Они нам еще живые пригодятся для выкупа или для обмена.

— Гррр… — Раздраженно прорычала кащенитка-изгнанница, первоначально вперед всех ускакавшая на шум боя, чтобы поддержать десантные отряды, но потом не менее шустро вернувшаяся обратно. Часть вырвавшихся из пылающего ада фигур были лихорадочно метавшимися факелами, которые больше не представляли угрозы, но были и те кому, кому купание в пламени не сумело серьезно повредить. Например, некий рыцарь-индус в глухих пластинчатых латах, что с двуручным мечом наперевес кинулся к Олегу и попытался разрубить пополам русского волшебника, пока тот еще чего-нибудь не сотворил…У него имелись некоторые шансы, судя по тому недовольно ворчало чуть опасности оракула-самоучки, заточенная железяка, покрытая светящимися текстами не иначе как на санскрите, могла бы как минимум синяки о себе на память оставить, даже если бы так сразу и не прорубила броню. Однако проведенный с фланга бросок оборотня остановил отважного воителя, которого сначала тушей громадного волка впечатало в стену, а потом невероятно сильными лапами принялись сгибать в бублик, ломая человеку позвоночник.

Анжела тем временем расстреливала последние патроны своего ружья по каким-то вражеским недорыцарям, прорывающимся вперед. Гранаты и пламя они кое-как сумели пережить, но порция электричества совместно с дробь уже оказывалась перебором для подавляющего большинства из них. И пусть оплавленные дырочки в их доспехах, как правило, образовывались достаточно маленькие, для оседающих на пол людей это большой роли не играло. Парочку врагов, также стоящих близко к высшей лиге и потому оставшихся относительно невредимыми, Олег порадовал концентрированным некросом, после которого один из противников наполовину сгнил, а вот второй остался невредим и ответил какой-то странной белой молнией, заставившей доспехи чародея едва слышно завибрировать. Кинувшуюся же в лобовую атаку Доброславу отшвырнуло неким невидимым ударом, после которого оборотень впечаталась спиною в каменную стену коридора и оставила на ней после себя глубокие трещины. От брошенного же чародеем зачарованного топора-вампира изящно уклонились, заодно залив оружие наколдованным клеем или какой-то вязкой смолой. А тем временем стена из жидкого стекла, как и те кто за ней прятался, продвигалась вперед и уже почти достигла выхода из тайного хода.

Через дыру в стене внутрь наконец-то хлынули солдаты Олега, поднявшиеся с земли на летучем корабле как на лифте. И обстановка на поле боя мгновенно переменилась. Вражеского боевого мага десятками прицельных выстрелов сначала сбили на землю, ибо кинетическую силу пуль его латы рассеивали не совсем до конца, а потом и добили зачарованным кинжалом, воткнутым в сочленение доспехов. Ну а пришедший из глубин крепости отряд, встретившийся с плюс-минус равным по численности сопротивлением, начал таять как кусок льда, упавший в теплую ванну. По отдельности подчиненные чародея своему лидеру уступали, причем намного. Однако их количество и хорошо налаженная работа говорили сами за себя, и враги падали чуть ли не быстрее, чем Олег успевал их увидеть.

— Похоже, можно надевать на голову честно заслуженные лавры успешного полководца, — мысленно хмыкнул чародей, отводя от своих бойцов тучку водяных игл, которыми пытался задержать их продвижение внутрь тайного прохода какой-то гидромант. — Без посторонней помощи взять в прямом бою хорошо укрепленную вражескую крепость — вполне весомая заявка на данный титул…Честно оплаченный кровью. И, понятное дело, не только вражеской…

Перед тем как двинуться дальше вглубь крепости, Олег по привычке изучил окрестности на предмет тяжелораненых, которых мог бы стабилизировать. И нашел их, причем не только среди чудом выживших противников. Из тех бойцов его отряда, кто остался у пролома из-за полученных повреждений, почти все попали под вражеский огонь. Это же лишь чародея и его женщин абсолютно не потревожили пули и несколько боевых заклинаний, которые индусы успели сотворить. Простые солдаты, да еще и с разряженными защитными амулетами, вдобавок снявшие броню, дабы санитар мог добраться до их ран, представляли из себя куда более уязвимые мишени. А потому особо задерживаться рядом с ними Олег не стал. Тех, кому еще мог помочь целитель, среди жертв короткой, но интенсивной схватки насчитывалось не так уж и много.

Глава 6

О том, как герой впустую сотрясает воздух, принимает подарки и раздумывает об отправке союзника на мыловарню.

— Ваша крепость уже пала! Тем, кто сложит оружие, гарантирована жизнь, а также комфортные условия плена и возможность выкупить свою свободу по вполне разумным расценкам! — Орал Олег на английском языке, продвигаясь к сердцу крепости во главе своих войск. Как самый бронированный, самый живучий и, в общем-то, самый сильный маг в зоне досягаемости он возглавил штурмовой кулак, который должен был ворваться в заклинательный зал, откуда осуществлялось управление защитными системами этого грандиозного укрепления. Ну, вернее это было одно из мест, которое стоило захватить, дабы противник окончательно потерял возможность преподносить неприятные сюрпризы. Стефан со своими людьми уже должен был вломиться в покои коменданта, где тоже наверняка находились приборы управления, а Святославу поручили предотвратить возможность подрыва порохового склада. — Сопротивление бесполезно! Оно лишь заставит вас зря потерять свою жизнь!

Не прекращая напрягать голосовые связки до такой степени, что оказавшихся ближе к нему противников тупо оглушало звуковой волной, чародей также вполне себе эффективно сражался, расшвыривая и сокрушая пытающихся остановить его продвижение вражеских солдат. К огромному огорчению Олега, пытавшиеся остановить их продвижение солдаты гарнизона сдаваться в основной своей массе не спешили…Скорее всего потому, что просто не видели судьбу тех, кто уже пал раньше от выпущенных в упор пуль, зачарованных клинков или разрушительной магии. С упорством муравьев, защищающих свою обитель, враги перли в лобовую атаку, страшную своим напором.

Двигаясь вперед, Олег одну за другой отражал сыпящиеся на него атаки, не забывая и наносить ответны удары. Блокировать рукой устремившееся прямо к лицу копейное навершие, выточенное из мерцающего тьмой обсидиана и сразу же силой мысли подставить мастеру древкового оружия подножку, использовав валяющийся у того под ногами разряженный мушкет. Усилием мысли заставить падающий на пол труп, которому-то кто из солдат чародея вогнал пулю между глаз, еще немного постоять, вцепившись своими руками в рыцаря-индуса с двуручной дубиной, на равных обменивающегося ударами с Доброславой, болезненно рычащей при каждом пропущенном ударе и не способной сходу вскрыть латную броню. Тело обычного человека смогло задержать одаренного бойца лишь на секунду, повиснув у того на локте будто гиря, но кащенитке-изгнаннице хватило данной заминки, чтобы распороть своими когтями крепления шлема, отбросив тот далеко в сторону. И следующая её удачная атака неминуемо должна была оторвать сопернику обнажившуюся голову, но смотреть на это русский боевой маг уже не мог, поскольку его слепили лучами испепеляющего света, бьющими из казалось бы пустого места под потолком. И повредить сетчатку глаз они сумели даже сквозь древние латы, раскалившиеся и частично оплавившиеся в районе лицевого щитка. Невидимку сшибла Анжела, использовавшая один из носимых при себе боевых артефактов, а на ходу восстановивший зрение чародей оказался вынужден не добивать обидчика, а пытаться накрыть потоками пламени гренадера с большим и явно взрывоопасным ядром, виднеющегося за спинами индусов. Волшебнику хватило сил всего лишь за пару секунд продавить прикрывающий индуса индивидуальный барьер и воспламенить участок фитиля непосредственно прилегающий к самому снаряду, а после отряд Олега получил небольшую передышку, ибо детонация массивной ручной бомбы уничтожила с десяток человек и вывела из строя втрое большее количество народа.

Выстрелы из оружия как союзников так и врагов звучали непрерывно, и об чародея едва ли не каждую секунду щелкали пули, ибо барьеры его доспехов успели давно разрядиться. Олег же с противником тоже особо не миндальничал, окатывая подступающих индусов волнами пламени и не стесняясь наносить добивающие удары тем, кто прорвался через огонь благодаря доспехам или же корчился на полу, умирая в агонии. Топоры-вампиры исправно поддерживали силы своего владельца, воруя у своих жертв как магическую так и жизненную энергию, благодаря чему силы русского боевого мага не заканчивались, а синяки и трещины в костях, возникшие благодаря действиям особо удачливых солдат гарнизона, заживали едва ли не быстрее чем на оборотне.

— Ай! — Тоненько вскрикнула Анжела, на которую внезапно с потолка упал каменный столб. Обычного человека этот примитивный но действенный пресс раздавил бы как помидор, попавший под колесо автомобиля, но супругу Олега лишь придавило к полу со сплющенным едва ли не в лепешку плечом, которое та не успела вывести из-под удара. Топоры чародея в пару взмахов разбили конструкцию несмотря на всю её прочность, но с тем чтобы исправить полученной девушкой ущерб надо было возиться куда дольше. — Кажется, я все…Минуты на три, а может даже четыре…

— Доброслава, отведи её в центр строя! — Скомандовал Олег, прекращая изображать из себя самоходный ретранслятор. Все равно его призывов сложить оружие противник слушаться не спешил, видимо еще рассчитывая победить…Или просто слишком боясь своих начальников, чтобы попробовать сдаться.

Провожая травмированную супругу, Олег скользнул за спины своих бойоцв, дабы получить небольшую передышку. Но особо расслабляться он не спешил — удары из тайных проходов, которые почти никогда не получалось обнаружить вовремя, не позволяли чародею расслабляться. А еще ловушки. в коридорах крепости встречались регулярно, причем самые разные: механические, магические, алхимические смешанные…Радовало лишь то, что особым разрушительным эффектом они не отличались, нанося урон лишь единичной цели, максимум — небольшой плотной группе. Видимо пробритански настроенные индусы даже во время периода подготовки к возможному наступлению мятежников опасались минировать в укреплении все и вся, дабы не стать жертвой трагических случайностей или намеренных диверсий. Шпионы брахманов среди коренного населения страны могли проникнуть практически куда угодно, и наплевательскому отношению к собственной жизни фанатиков, рассчитывающих уйти в колесо сансары с кучей дополнительных бонусов полученных за свое верное служение, могли бы иной раз японские камикадзе позавидовать. Если бы существовала возможность одним махом поднять на воздух всю скалу или хотя бы превратить в смертельно опасную западню для гарнизона её большую часть, то предоставленным шансом они бы воспользовались почти наверняка.

Мертвых и умирающих хватало и вокруг чародея, и в крепости вообще, а потому он решил вновь воспользоваться разрушительным потенциалом некроса, который в столь благоприятной среде должен был показать свою ужасающую эффективность на все двести процентов. Чары, сотворенные Олегом, формально считались защитными и барьерными…Только прикасаться к плоскости в пару метров шириной, состоящей из нескольких перекрещенных слов зеленоватого света и медленно возникающей в паре метров перед боевым магом, не рекомендовались даже длинным шестом. А пули, пролетающие через неё, прямо в воздухе осыпались ржавыми хлопьями.

Продвижение подчиненных чародея вперед заметно ускорилось, двигающаяся по воле создателя в нужную сторону плоскость концентрированной некроэнергии выполняла роль эдакого горнопроходческого щита, разлагая в прах тех, кто не успел убраться с его пути или пытался атаковать в лоб. Растянуть её еще больше Олег пытался, но быстро оставил свою затею в связи с резко падающей эффективностью данного заклятия, созданного не иначе как в Древнем Риме и носящего название Скутум Смерти. Истончающаяся преграда резко теряла в своей эффективности, все еще оставаясь невероятно опасной для обычных людей, но через неё периодически пробивались обладатели хороших амулетов, вражеские одаренные или хотя бы их заклинания, в которые они вложили свои жизненные силы, дабы нанести последний посмертный удар. И чародей всерьез опасался того, что если в самоубийственную атаку пойдет какой-нибудь истинный маг, то он будет иметь неплохие шансы добиться успеха, в последние свои секунды сравнявшись в голой мощи с полноценным магистром. Огибающие пелену убийственной энергии враги, разумеется, тоже доставляли изрядных проблем и с удручающей регулярностью пытались атаковать русского боевого мага, как-то незаметно для себя вновь оказавшегося в первом ряду…Но они, по крайней мере, отвлекались на идущих по бокам командира солдат, что регулярно устраивали ротацию, пропуская вперед обладателей еще не разряженных защитных амулетов.

Какой-то смельчак, проползший по потолку над зеленоватой плоскостью из некроэнергии попытался выстрелить русскому боевому магу в лицо из монструозных размеров аркебузы, потрескавшейся от времени и вполне возможно являющегося ценной исторической реликвией. И не только исторической, судя по светящимся рунам на оружии, убивающим людей и нелюдей явно много веков подряд. Но брошенный кем-то из бойцов метательный нож подправил руку индуса, а потому большая тяжелая пуля проделала в спине бросившегося на Олега мечника дыру размером с суповую тарелку. Клинок коллеги усопшего по стремлению размахивать острыми железяками чародей заблокировал своим топором, после чего просто и бесхитростно пнул врага в пах. Согнувшийся в поясе человек упал на колени, после чего бронированное колено долбануло его в прикрытый каким-то ржавым шлемом лоб, обеспечивая тяжелое сотрясение мозга, а возможно и кроша череп.

Когда перед Олегом неожиданно не оказалось врагов, и даже на расстоянии пары десятков метров не было никого живого, он даже не сразу понял, что их отряд наконец-то достиг заклинательного зала. Подсознательно чародей ожидал от входа в подобную стратегически важную точку особо сильного сопротивления, мощных ловушек и каких-нибудь прочно запертых дверей, которые для надежности с той стороны еще и баррикадой подперли. Двери, в принципе, были, причем примерно такие, каких и ожидал оракул-самоучка. Мощные, металлические, покрытые рунами на санскрите, выполняющими явно не только декоративную роль…Только вот были они распахнутыми нараспашку, а потому ничего не мешало обозревать огромный круглый зал, что вполне можно было назвать волшебным сердцем крепости. Центр его занимала огромная слегка светящаяся камена стела, а вокруг неё оказались выдолблены прямо в полу канавки ритуальных рисунков, без сомнения помогающих укрощать и направлять в нужное русло мощь местного магического источника. Большая их часть ныне пустовала, но в некоторых еще дымился свежий пепел, а один так и вовсе неярко полыхал живым рыжим огнем, образующим двенадцатилучевую звезду, в чьем центре пространство дрожало и искривлялось, местами открывая вид куда-то еще…Но ненадолго, буквально на доли секунды. Да еще и в образующиеся окошки, подозрительно смахивающие на маленькие порталы, протиснуться получилось бы далеко не у каждой кошки. Рядом с сей аномалией явно волшебного толка толпился народ, а пол был слегка покрыть кровью. И кишками. А также крошевом из разнообразных металлов и костей, где блестящее свежими сколами в свете магических ламп, а где основательно заляпанное парящей бурой жижей с мерзким запахом свежего дерьма. В общем, создавалось полное впечатление, что кого-то там пропустили через мясорубку. Причем целиком, а еще вместе с доспехами и оружием. Причем недавно, буквально несколько секунд назад.

— Полковник Коробейников, я полагаю? — На вполне сносном русском языке осведомился у Олега стоящий внутри контура пламенеющей звезды джентльмен, казалось бы явившийся в охваченную войной Индию прямиком с бала, устроенного королевой английской. Надменное выражение чуть вытянутого скуластого лица, без сомнения принадлежащего чистопродному британцу, дополнялось тростью, отполированными до зеркального блеска туфлями, обтягивающими тощие длинные ноги чулками и словно бы выкованным из золотого кружева камзолом с брильянтовыми пуговицами. А еще у говорившего была аура младшего магистра. И стоял он отнюдь не в одиночестве — компанию ему составляло еще двое обладателей того же ранга, только из числа индусов и одетых попроще, а также не меньше двух десятков истинных магов. — Баронет Джон Вайтхауз, волей бога и её величества, комендант данной крепости. Предлагаю нам обсудить условия капитуляции вверенного мне укрепления.

— Вот чего бы вам было не сделать такое предложение минут пять-десять назад, — зло процедил Олег, который не собирался отказываться от внезапных подарков, но и спускать с рук вражескому командованию гибель своих подчиненных, а заодно и их собственных солдат, не собирался. Да, старшие волшебники данного укрепления представляли из себя очень крепкий орешек, об который в прямом бою на удобной для них позиции обломала бы зубы не одна тысяча простых солдат. Но сейчас эти маги уже должны были порядочно устать, раз за разом создавая масштабные чары площадного действия. Да и подчиненные русского боевого мага представляли из себя отнюдь не простые мишени, и пару-тройку ударов того же четвертого ранга они пережили бы с вероятностью процентов в семьдесят-восемдесят. А после, пользуясь численным преимуществом, нашинковали бы вражеских офицеров на мясной салат, обильно фаршированный пулевым свинцом. — Тогда я обещал возможность выкупиться из плена по разумным расценкам. Но сейчас стоимость вашей свободы значительно возросла.

— Полковник, вы видно не понимаете, — покачал головой англичанин, старающийся делать хорошую мину при плохой игре. Олег мог бы поклясться в этом хоть собственным императором, хоть своими дырявыми носками. О пропаже любого из этих объектов он бы грустил примерно одинаково, то есть никак. Младший магистр, по мнению чародея, не мог сначала бомбардировать высшей магией приближающиеся войска, а потом приложить его дракона с достаточной силой, дабы почти убитого ящера с частью крепости наружу вынесло. Опять же ставить обладателя всего-то пятого ранга старшим в этой крепости со стороны противника было бы не самым дальновидным решением…Скорее всего тут был какой-то магистр. Оставалось только понять, свинтил ли он через портал, лежит ли рядом с ним в виде месива искореженной плоти или же смылся из обреченной крепости каким-то иным способом. — Я предлагаю сдать укрепление, не более. Меня и моих сопровождающих вы выпустите из крепости с оружием и личными вещами, пообещав не преследовать.

— Баронет, у вас на лицо все признаки серьезной алхимической интоксикации… — Хмыкнул Олег, сказав чистую правду. Зрачки младшего магистра были расширены и мерцали изнутри, словно светодиоды, крупные вены на бледной коже выделялись гораздо сильнее из-за своего почти черного цвета, а густой вязкий пот, капля которого прямо сейчас текла по виску, напоминал своей консистенцией либо сопли, либо клейстер. — Очень серьезной, я вам как дипломированный целитель говорю — если дело дошло до тяжелых галлюцинаций, то и полное разрушение энергетики с последующим летальным исходом находится от вас на расстоянии вытянутой руки.

— В моих руках сейчас — вся магическая мощь этого источника! — Гордо задрал нос к потолку англичанин. — Если я вложу в её разрушительные чары, вам не выжить!

— Во-первых, как-нибудь справлюсь, мне уже случалось попадать под атаки высшей магией. — Олег был не совсем уверен в данном утверждении, но тоже умел держать хорошую мину при плохой игре. Плюс он сейчас не чувствовал опасности. И хотя оракул-самоучка уже не раз сталкивался с теми, кто так или иначе мог заблокировать его ясновиденье, но интуиция обычно все-таки не подводила его. — Во-вторых, вы не похожи на человека, желающего совершить суицид. Ну и, в-третьих, ваша неудавшаяся попытка отступления при помощи портала должна была съесть все запасы энергии из накопителей, которую вы еще не растратили на атакующие чары. Пространственная магия штука крайне прожорливая, уж я-то знаю…

— Да, помехи вы поставили просто мастерские, раз даже настроенная и зафиксированная друг на друге пара портальных арок забархлила, — баронет не смог сдержать на своем лице гримасы раздражения, а вот Олегу потребовалось взять под контроль мимические мышцы лица, чтобы удивления не показать. Никаких помех работе порталов, через которые могла бы попытаться смыться вражеская верхушка, он не ставил! Просто не умел! Вообще сейчас вряд ли во всей Северной Индии получилось бы найти хоть одного эксперта в магии пространства, среди мятежников такого точно не было…Или теперь уже был? Величайший архимаг этой страны, в принципе, имел достаточно времени и сил, дабы в совершенстве освоить данную школу волшебства. А то, что его никто живьем не видел с момента переполоха во дворце, вовсе не означало отсутствие короля йогов в районе ведения боевых действий. Он ведь обещал помогать…Вопрос только кому, когда и как именно. — Однако принять мои условия вам все равно придется или же я не отменю действие Львиной Храбрости, и гарнизон моей крепости будет драться с вами до последнего человека!

— А, так вот почему эти солдаты дрались так, словно последнюю пядь родной земли защищают! — Наконец-то дошла до Олега причина, по которой индусы за очень редким исключением рвались в бой, не обращая внимания на смерть товарищей и храбро переступая через их трупы…Чтобы лечь поверх секундой позже. — Что ж, ладно…Пусть будет так. Будем драться до тех пор, пока гарнизон вашей крепости не кончится.

— У меня здесь больше двенадцати тысяч солдат!

— Думаю, уже меньше раза в два, а то и в три…И я тороплюсь не сильно, а потому вполне могу подождать той поры, когда численность ваших солдат упадет до нуля. — Олег постарался вспомнить, сколько врагов он сегодня убил, и цифра вырисовывалась однозначно трехзначная. Правда, вряд ли четырех…Но зарекаться он бы не стал. И хотя от простых солдат той же результативности ожидать не приходилось, но действуя хорошо организованными группами каждый из них должен был одолеть трех-четырех противников без особых усилий. Ну а Святослав, Стефан и некоторые ветераны его отряда наверняка в бою отличились не меньше, чем он сам…Или даже больше, если в подходящие условия попали. — Баронет, обсуждать условия вашей капитуляции мы можем, но если вы продолжите нести чушь, то для вас они будут исключительно ухудшаться.

— Проклятье… — Скривил губы англичанин, а после демонстративно отбросил свою трость, скорее всего являющуюся этаким особо изящным магическим посохом. — Ладно, ваша взяла. Но я рассчитываю на полностью цивилизованное обращение с вашей стороны…Все-таки мы, европейцы, несмотря на некоторые политические разногласия являемся естественными союзниками против всяких недоразвитых варваров.

— Думаю, мы могли бы подискутировать на эту тему, но не будем… — хмыкнул Олег, мысленно прикидывая, считается ли цивилизованным обращением банальное изъятие внутренних органов с последующей отправкой останков на мыловарню или же для полного соответствия нормам просвещенных европейцев этого мира ему обязательно надо баронета еще и на жертвенный алтарь спровадить, дабы душа попусту не пропала. Судьбу не способных выкупиться пленников, попавших в руки Австро-Венгерской империи, чародей видел собственными глазами и едва сам не превратился в набор полезных магических материалов и ингредиентов. И как-то он очень и очень сомневался, что англичане, которых в его мире немцы называли островными кузенами, и которые в его родном мире прославились изобретением концлагерей, ведут более гуманную политику. Не по отношению к тем, кого они считают варварами, так точно. И Олег мог бы поставить свой шлем против дырявой панамки, что Джон Вайтхауз не называет вслух своего собеседника грязным дикарем лишь потому, что прямо сейчас сила не на его стороне, а еще сей уважаемый джентльмен очень хочет жить и очень не хочет получить дубиной в лоб.

Глава 7

О том, как герою мешают спасать людей, возвращают обратно собственные снаряды и не дают поломать голову.

— Какого черта у них тут происходит? — Задался вопросом Олег, который был, мягко говоря, зол. Настоятельная просьба князя Чатурведи срочно помочь во взятии соседней крепости, вернее отразить контрнаступление противника, вырвала его из-за операционного стола, на котором целитель спасал кому жизнь, кому здоровье. Свежие травмы исправлялись гораздо легче и охотнее, чем те, которым несколько часов, а то и дней, следовательно, отсутствие лучшего мага-медика в лазарете как минимум добавить ему очень много работы в дальнейшем, а для кого-то может оказаться вообще фатальным. — Я думал — это нам будут пенять, что мы долго провозились…А тут, похоже, даже конь не валялся.

— Дык, не, — возразил ему Святослав, бесстрашно перегнувшись через перила «Тигрицы», дабы получить лучший обзор на поле боя, скрытое ночной темнотой, но подсвеченное многочисленными факелами, горящими стрелами, файерболами и парочкой пожаров. — Тута оно того…Коней навалено, стал быть, предостаточно…

— Людей там навалено все-таки больше, — решил Стефан, также созерцающий взаимную резню, устроенную индусами. Участники антибританского восстания активно убивали желающих сохранить протекторат Англии над данной державой и в свою очередь убивались ими же. И пока у северян убедительно продемонстрировать свое превосходство в гражданской войне не получалось, скорее уж наоборот. — Вон сколько лошадей там без всадников носится, а вот спешившихся бойцов я чего-то почти и не вижу…Ну, с нашей стороны, я имею ввиду. У южан-то кроме пехоты никого и нет. Или их лучше лоялистами называть, раз во время мятежа британскую корону поддерживают?

Летучий корабль, на который получивший просьбу о помощи чародей спешно погрузил своих самых боеспособных бойцов, приближался к очередной крепости-скале. Вернее, к разбитому в нескольких километрах от её подножия осадному лагерю. И этот лагерь ярко пылал с четырех концов, освещая своим пламенем тысячи людей и коней, которые топтались на относительно ограниченном пространстве в дикой свалке, стараясь не дать себя прикончить, прикончить того кто пытается прикончить их, ну или просто удрать куда подальше. Трещали выстрелы, чуть громче бахали редкие гранаты, ночь то и дело освещалась пущенными во врага молниями и прочей боевой магической иллюминацией…Как уж в этой мясорубке солдаты свои от чужих отличают и отличают ли вообще оставалось для Олега большой загадкой, ибо сам он в данном хаосе толком ориентироваться не мог даже несмотря на крайне выгодную позицию, позволяющую данную свалку сверху рассматривать.

— Да без разницы, — отмахнулся Олег, потихоньку реконструирующий картину битвы при помощи изучения местности и пророческих видений, внезапно начавших стучаться в его сознание. Князь Чатурведи, явившийся к вражеской твердыне во главе примерно десятитысячного кавалерийского корпуса, решил особо не мудрить и атаковал единственные ворота крепости. Но с тактикой лобового штурма у него как-то не заладилось…Нет, ворота-то он снес, и значительные участки пушечных галерей вблизи прохода внутрь укрепления выглядели обрушенными и оплавленными в достаточной мере, дабы защитники изнутри огонь вести огонь по втягивающейся в скалу армии больше не могли. Но ворваться внутрь громадной скалы у мятежников не получилось. Вход обрушился сразу за порогом. Сильно обрушился, скорее всего, по вине обороняющихся. Мятежники отступили на безопасное, как им казалось, расстояние и разбили лагерь, дабы солдаты перевязали свои раны, а маги восполнили силы перед следующим штурмом…Но гарнизон его ждать не стал, а сам пошел в атаку. Причем весьма результативную. Когда князь Чатурведи обнаружил, что его позиция окружена со всех сторон, то еле-еле успел летающего гонца отправить за помощью. И если бы Олег собирался на бой в темпе, привычном долгоживущим, а потому неторопливым аристократам этого мира, то точно бы успел лишь к тому моменту, когда от его высокродного союзника остались бы лишь рожки да ножки. — Лучше придумай, что нам делать с этим бардаком…Открывать огонь из пушек не вариант — своих же индусов побьем. А чтобы устроить десантную высадку в тылу, солдат на «Тигрице» как-то маловато будет…

— Дык, исчем князя и спасаем, стал быть, явно, а апосля пусть он сам разбирается, шо со своими войсками делать! — предложил Святослав. — В конце-концов, ежели Чатурведи того…В ясчик сыграет, то черт его знаетъ, кого дружина оставшаяся слушать будет потомъ!

— Логично, — согласился Олег, скосив глаза в сторону внезапно заработавшей пулеметной турели, высадившей в небеса длинную очередь, завершившуюся яркой вспышки в воздухе. Похоже, где-то в вышине летал чей-то наблюдатель…И его сбили. Учитывая, что у индусов авиации, не принадлежащей чародею, фактически не имелось, глазастого и удачливого подчиненного следовало наградить. — Тогда ищем самую яркую иллюминацию, показывающую действие самых мощных чар. Либо магистр сам будет ими нападающих лупить, либо его при помощи аргументов подобающего калибра убивать будут…

С поисками князя особых проблем не возникло — он сам себя нашел, вернее обозначил. Каким-то телом, которое истошно вопя и отчаянно размахивая руками, размазалось о барьеры «Тигрицы», работающие на максимальной мощности и потому по прочности не сильно уступающие крепостной стене. Вслед за первым психом, пытавшимся протаранить летучий корабль без достаточных для того физических кондиций, появилось еще штук пять подобных самоубийц, и еще двое под звуки собственного истошного воя пролетело мимо, разминувшись с крейсером буквально самым краешком. Резонно рассудив, что даже если у местных буйнопомешанных и наступил сезон обострения, то дружными косяками над полем боя они обычно не летают, Олег принялся искать место запуска человеческих снарядов. И, благодаря новой партии набирающих высоту англичан, без труда нашел. А небо не по своей воле покоряли именно выходцы с Туманного Альбиона — в этом не было никаких сомнений. Сочетание бледной кожи, красных мундиров и достаточно высокотехнологичных штурмовых автоматических винтовок, одну из которых чародей прямо в воздухе силой мысли вырвал из рук идущего на сближение британца, однозначно указывали принадлежность данных противников. Примерно полтысячи подобных элитных солдат при поддержке нескольких десятков одаренных, среди которых имелись как европейцы, так и индусы, в настоящий момент сосредоточенно пытались прикончить князя Чатурведи, ну или хотя бы всей свиты его лишить. И с последним у них определенно получалось, ибо бился громила в ранге магистра во главе всего-то пары дюжин своих вассалов, надежно оттесненный от остальной массы союзных войск.

Легко узнаваемый громила в зеленоватых доспехах, сочетающих кольчугу и металлические пластины, активно махал огромной черной шипованной дубиной, пытаясь размазать в тонкий блин вполне себе классических европейских рыцарей, пусть и пеших. Закованные в броню целиком люди может и напоминали блестящие самовары из-за полировки своих лат везде, где гербы не красовались, но двигались они шустро и технично, вдобавок к ударам холодного оружия, то и дело пуская в ход какие-нибудь контактные заклинания. Один на один подобные противники индусу безусловно уступали, но за счет слаженности и командной работы быстро бы его разделали как свиную тушу в магазине мясника…Если бы спину и бока князя не прикрывали одоспешенные не хуже мордовороты с почти такой же выучкой и возможно даже более длинными родословными, насчитывающими десятками поколений благородных воителей, сиречь жестоких убийц способных отстоять свое место на вершине пищевой пирамиды. Причем разъелись эти бравые кшатрии до таких габаритов, что иные гиганты признали бы данных воителей за своих собратьев, а не за каких-то там людишек. Но паритета в битве не было. Рыцарей европейского вида, а о содержании доспехов нельзя было сказать без очень прочной открывалки для консервов, было больше, чем индусов, оносвательно изучавших магию усиления тела. Плюс у англичан имелась группа поддержки в виде примерно такого же количества боевых магов и нескольких сотен относительно простых бойцов, вроде тех, кто об «Тигрицу» размазывался. Жили солдатики при приближении к князю и его свите недолго…Но лишняя мелкая царапина или даже секундное отвлечение в подобных боях могло очень много значить.

— Убираем магов, которые по князю лупят — решил Олег, одновременно начиная концентрировать некроэнергию для по-настоящему сокрушительного удара и выискивая глазами лидеров англичан. Чатурведи был магистром по праву, и без своего одаренного шестого ранга на него бы британцы не полезли по собственной воле… А скорее всего их таких было внизу двое-трое, пусть даже достаточно масштабными чарами себя пока никто не проявлял. — Из пушек. И к сбросу дракона приготовиться… На сопутствующий ущерб плевать, навряд ли здесь и сейчас брали пленных, а гражданских в этом лагере и вовсе быть не должно…

Видимо сообразив, что помощь близка, Чатурведи перешел от простых попыток остаться в живых к более активной обороне, получив две глубокие раны от вражеских клинков, довольно заметно углубившихся в зеленоватые латы, но зато смяв своей дубиной головы целых четырех рыцарей, очень неудачно для себя выстроившихся в один ряд и попавших под широкий взмах оружия, на миг окутавшегося каким-то непонятным серым маревом и размазавшегося в пространстве от скорости. Заодно князь поддерживал сразу два масштабных площадных заклинания, каждое из которых Олег, пожалуй, не потянул бы. Первое выращивало в радиусе полусотни метров от его ног настоящий ковер из крайне агрессивных лиан, которые пытались врагов опутать, раздавить, обрызгать кислотой или хотя бы укусить зубастыми бутонами каких-то цветков, а вот союзникам перетягивало раны и служили живым щитом. Если Санджит хоть немного сдвигался, сдвигались и границы этого круга. Второе же заклинание поддерживало над зоной растительной смерти барьер, защищающий от стрельбы и, по крайней мере, ослабляющий дистанционные атак вражеских чародеев. А ведь их число измерялось десятками, и все они достаточно активно лупили разрушительной магией по этой преграде, стараясь все-таки достать лидера мятежников, чью макушку с полупрозрачным куполом соединяло нечто вроде энергетической пуповины. Временами у них получалось пробить коридор, ведущий к борющимся между собой тяжеловесам, и тогда в брешь устремлялись простые бойцы британцев, то ли имеющие невероятную мотивацию к убийству лидеров мятежа, то ли обработанные каким-нибудь алхимическим зельем храбрости. Темпы их истребления в ближнем бою были чудовищны, но желающие ткнуть вражеского аристократа клинком все равно упрямо перли вперед по трупам предшественников…Ну, тех, от кого хотя бы трупы остались.

Попытка вмешаться в ход боя при помощи артиллерии оказалась не просто провальной, а едва ли не самоубийственной! Все выпущенные в наземные цели снаряды после приближения к вражеским магам, главных среди которых найти так и не удалось, зависали в воздухе на две-три секунды, а после разворачивались и устремлялись обратно вверх! Словно им кто-то вектор движения на строго противоположенный поменял, еще и ускорения добавив! И с заклинаниями, пусть и не со всеми, произошло то же самое! Олег успел рассеять сотворенную из концентрированного некроса сферу, прежде чем она достигла барьеров, поскольку остатков контроля хватило на дестабилизацию заклинания, но далеко не все находящиеся на борту чародеи сумели сделать то же самое. «Тигрица» столкновение с собственным залпом выдержала, но не без огрехов — десятки осколков смогли прорваться к верхней палубе через трещащие от натуги барьеры, а один из них даже ранил в плечо кого-то из новобранцев, пробив его доспех.

— Мда уж, готовый к обороне магистр — это вам не хухры-мухры, — вздохнул Стефан, откладывая в сторону свой снайперскую винтовку. — Мне чуть собственной пулей оптический прицел не разбило! Но дракона, я думаю, ему так просто не остановить…

— Как знать, как знать…Противник ведь хорошо знает о нас и заранее разработал тактику противодействия. — Олег верил в могущество имеющейся у него козырной карты, но также и знал, что её можно побить при должном подходе. — Вспомни, что одного пилота мы уже потеряли, да и та дыра в шее у ящера толком не заросла….

Однако ломать голову над тем, как бы половчее одолеть противника, чародею не пришлось. Небо над горящим лагерем содрогнулось от оглушительного рева, заставившего сражающихся людей инстинктивно бросить все свои дела и срочно зажать уши, если они еще могли шевелиться, а потом в ночной темноте проявилась огромная светящаяся фигура. Фигура слона, что по своим размерам возвышающейся неподалеку крепости конечно уступал…Но в разы, а не на порядки. На голове гиганта, сотканного из магической энергии, присмотревшийся чародей обнаружил фигурку спасенного из британской тюрьмы архимагистра, которого было крайне легко опознать по многочисленным украшениям, отобрать которые англичане у своего пленника попросту не смогли. Битва как-то притихла…Желание людей убивать друг друга так никуда и не делось, но все слишком напряженно смотрели за действиями хоботного титана. А ну как он возьмет и наступит… На четверть охваченного пожаром лагеря сразу.

Слон вострубил второй раз, издав звук даже еще более громкий, чем раньше, и весь огонь на земле погас. Резко и быстро, будто бы сам процесс горения на определенной территории не то отменили, не то запретили. А заодно застыли мельтешащие внизу люди, которых будто парализовало. Правда, не всех — отдельные фигурки все еще дергались, пытаясь двигаться, а кто-то так и вовсе продолжил драться со своими противниками, которые тоже подвижности не утратили. Площадные чары, наложенные архимагистром, тот же князь Чатурведи преодолел играючи. Впрочем, как и его противники. Ну, сильнейшие из них. Пехота англичан застыла неподвижными истуканами, а вот чародеи и рыцари организованно отступали в раскрывшиеся у них прямо под ногами подземные ходы. Система тоннелей, окружающая каждую из крепостей-скал, служила достаточно надежным убежищем…Или средством доставки целой маленькой армии к вражескому осадному лагерю.

Слон вострубил третий раз, топнув на сей раз своей огромной ножищей и выбив десятки сияющих искр. Эти искры устремились к отступающим англичанам, на ходу разбухая и трансформируясь в фигуры воинов, состоящих из чистой энергии, но обагрить свои клинки кровью эти то ли создания, то ли конструкты все же не успели — противник смылся раньше. На поле боя, правда, остались целые тысячи простых солдат…Но видимо их отступающим одаренным было не жаль. Однако упиваться своим триумфом и величием у архимагистра получилось недолго. Секунд пять, ну максимум шесть. А потом ударивший со стороны ближайшей крепости яркий синий луч сбил его с башки слона, швыряя на грешную и грязную землю, а после начиная его в подземные глубины то ли вбивать, а то ли закапывать. И дар оракула подсказал чародею седьмого ранга, что хотя одаренный седьмого ранга из тех людей, если конечно их людьми еще можно назвать, кого из пушки не убьешь и даже серьезно не ранишь, но заточенная специально под него атака, проводимая несколькими оставшимися в тылу магистрами, имеет шансы этого махараджу не прикончить, так хотя бы вывести из строя на долгое время. Месяцы, годы, а может даже и десятилетия!

— Дракона! — Рявкнул чародей, едва удерживаясь от того, чтобы самолично в трюм бежать и в глотку громадного ящера втискиваться. Мелькнула у Олега также мыслишка использовать в качестве щита «Тигрицу»…Мелькнула и пропала, ибо хотя идея была вполне рабочей, но кораблю бы после подобного точно понадобился серьезный ремонт. А попавшим в зону действия вражеских чар людям могилы можно бы было и не рыть, ведь класть туда будет все равно нечего. — Выпускайте дракона! Пусть блокирует собой!

Огромный крылатый монстр, сброшенный из грузового трюма всего через пару секунд, расправил свои крылья и кое-как спланировал в сторону луча, по-прежнему бьющего в одно и то же место. Чародей с замиранием сердца осознал, что он промахивается мимо вражеских чар, и чтобы остановить непрерывной поток атакующей магии своей тушей, ему придется сделать как минимум один разворот и потратить бесценное время, которого у архимагистра может не быть…Но тут вдруг заскрипел зубами от натуги Святослав, а внезапный порыв ветра сдвинул обладающую впечатляющей парусностью гигантскую бронированную тушу на десяток метров в сторону. В нужную сторону. Сияющая синим светом река энергии впилась в его бронированный бок…И стала исчезать там, как исчезала бы вода из шланга, упавшая на растрескавшуюся от сухости грядку. На доспехах монстра, сделанных во время расцвета царства Кащеева, появилось огромное пятно чего-то вроде светящейся изморози, которое стало потихоньку расширяться…Но древний металл держался, даже не думая разрываться на части и открывать чешую чудовища, которая сама по себе магическим атакам сопротивлялась превосходно. Да и площадь поражения в пару квадратных метров для подобной туши была весьма незначительна и едва ли не смехотворно. А самое главное, из дыры в земле, вернее в каком-то отравленном кипящим замерзшим кислотным и магически активном болоте, каким несколько секунд назад был обычный грунт, вырвался слон. Вернее, слоник. Маленький такой, полупрозрачный, не слишком удачно скрывающий своим телом человеческую фигурку….Но драпанула эта штука из зоны поражения очень-очень быстро, так быстро, что гепарда бы сделала как стоячего. А потом и синий луч угас, поскольку сотворившие его маги то ли выдохлись, то ли банально не успевали перенацелить свои чары на стремительно удаляющуюся цель, которая вдобавок весьма активно маневрировала.

— Ну…Дык, победа? — Как-то не уверенно уточнил Святослав, изучая разгромленный лагерь их союзников. Не сумев добраться до убегающих англичан, состоящие из энергии воители переключились на тех индусов, которые стояли неподвижно как статуи, без тени сомнений начав своими клинками рубить их на части, с легкостью отсекая головы и даже перерубая пополам тела. Как уж они отличали своих от чужих и делали ли это вообще оставалось неясно, но стремительно приближающийся к линии горизонта архимагистр Слон свои творения останавливать даже не пытался. — Победа ж, да?

— Вроде того, — согласился чародей, изучая лагерь их союзника и пытаясь хотя бы примерно подсчитать потери, которые тот понес. Количественно дружина князя Чатурведи уменьшилась по приблизительным подсчетам чародея примерно на пять-шесть тысяч человек…И кшатриев, из которых она состояла, заменить было не так-то и просто! Далеко не каждый из них был одаренным даже первого ранга, но и просто тренированный с детства человек, воспитанный в духе воинских традиций — это уже достаточно ценная и универсальная боевая единица, которую запросто можно было бы поставить руководить десятком тех же мобилизованных крестьян. Или натаскивать их, если удастся преодолеть сословные предрассудки. — Только еще надо как-то крепость эту взять…И остальные, если у остальных ударных групп дела тоже пошли похуже чем у нас. А интуиция подсказывает мне, что сделать это будет ой как непросто…Чревато потерями. Еще большими потерями, чем есть сейчас.

Крепость, которую не совсем удачно штурмовал князь Чатурведи, выглядела практически идентичной копией остальных её товарок и данные укрепления смотрелись слишком монументальными, стандартизированными и совершенными для нынешнего состояния региона. Чародей бы не слишком удивился, узнав, что основа данного укрепрайона оказалась возведена еще во времена войны Атлантиды с Гипербореей. Возможно одной из сверхдержав далекого прошлого, возможно, кем-то из их сателлитов или соседей…Больно уж не соответствовал нынешним возможностям индусов громадный кусок камня, смотрящийся довольно чужеродно посреди холмов и полей. Впрочем, мог эту скалу, изъеденную ходами и какой-нибудь упорный магистр сотворить относительно недавно, скажем, пару тысяч лет назад, во время расцвета данной державы. А после заняться соседними укреплениями. Только для этого он должен был ишачить как проклятый десятилетиями, а лучше веками. Как показывали наблюдения Олега, высшие маги при должном старании могли показывать просто таки удивительные результаты…Только стимулировать их следовало правильно. Чем-нибудь вроде постоянно зудящего в ухе голосочка: «Паши, а то сдохнешь! Паши, а то сдохне-е-ешь!!!». А менее радикальными средствами обеспечить такую их заинтересованность в каком-нибудь действительно важном начинании к огромному сожалению чародея, увы, не получалось…Во всяком случае, у него и во всяком случае пока. Однако он был твердо намерен решить данную проблему!

Интерлюдия. Газеты и политика

Огромную сауну наполняли собою жар достаточно сильный, чтобы прямо на досках пола можно было пожарить яичницу, ароматизированный пар и множество богато украшенных мундиров, на которых кое-где цвет ткани-то было проблематично различить из-за многочисленных орденов, золотого шитья и сложных детализированных гербов, как правило, помещенных на самые видные места. Люди же, первоначально пришедшие в этой тяжелой и непрактичной даже на вид одежде, потихоньку разбрелись по отнюдь не маленькой территории данного комплекса. Кто-то купался в бассейне, гоняясь за плавающими там рыбками, кто-то грел косточки в сухой парилке, условия в которой могли считаться истинным адом даже на фоне остального отнюдь не холодного помещения, а кто-то сидел на мягких оббитых бархатом креслах за высоким длинным столом, лениво ковыряясь в многочисленных тарелках. Установленный во главе стола миниатюрный трон, правда, пустовал…До тех пор, пока во вспышке молнии не появился там грозного вида широкоплечий лысый усач в тускло-серых латах, на которых алели весьма заметные пятнышки чего-то жидкого. И пахли эти пятнышки свежей кровью, пусть даже её характерный аромат мало кто мог уловить за нотками предгрозовой свежести и луговых цветов, наполняющими воздух в помещении.

— Коньяк? — Грозным командным голосом осведомился новоприбывший, сурово нахмурив брови и крепко сжимая в правой руке магический посох, выточенный словно бы из грозового облака, по которому непрестанно пробегает паутина электрических разрядов.

— Шустинский особый, двести лет выдержки, запрещен к распитию обычными людьми под страхом растворения заживо… — Мгновенно подсунул ему под руку стопку с вышеупомянутым напитком один из тех, кто плавал в бассейне…Секунду назад. В его густых длинных волосах даже начинала барахтаться какая-то маленькая рыбка, неожиданно для себя покинувшая водную среду. — Собственно сам коньяк их и растворит, если сплюнуть не успеют.

— Закуска? — Чуть убавил командных интонаций в голосе новоприбывший, откладывая в сторону посох, который неторопливо полетел к стене, чтобы встать у стеночки, рядом с парой десятков висящих в прямо в воздухе мундиров.

— Сердце дракона тушеное, под соусом из мандрагоры, — руки любителя поплавать не шевельнулись, но нужные тарелочки сами собой скользнули во главу стола. — Мясная нарезка из левиафана, ну и запеканка из молодильных яблок.

— Девочки? — В тоне обладателя блестящей лысины и больших висячих усов снежно-белого цвета мелькнули нотки то ли веселья, то ли предвкушения. А запятнанные кровью латы самостоятельно покинули своего владельца, оставив того примерно в том же костюме, что и остальные посетители данной сауны.

— Ждут в предбаннике… — Все-таки обнаруженная рыбка, попытавшаяся нырнуть в стопку с коньяком, чтобы спастись от удушья на открытом воздухе, была перехвачена в воздухе и щелчком отправлена в сторону бассейна. От всех представителей рода человеческого и прочих гуманоидов, которым в водной среде не место, уже очистившегося. — Нет, ну можно конечно и позвать, но не рано ли? У нас же тут рабочее совещание…Вроде как. Еще и секретное, к тому ж.

— Да, пожалуй, — согласился с ним занявший трон усач, цепким взором оглядывая пиршественный стол, за которым теперь свободных мест не осталось. Стопка с коньяком исчезла со своего прежнего места, чтобы возникнуть уже в его руке. — Итак, господа, первый тост: «За императора!». За нашего великого императора Возрожденной Российской Империи, честь служить которому выпала всем нам! Ибо кто, как не мы, министерство иностранных дел, являемся самыми доверенными слугами государя, которым поручена великая миссия отстаивать его интересы по всей планете?

Отказавшихся выпить за главу государства среди вернейших слуг этого самого государства, ожидаемо для всех, не нашлось. Следующий тост был за императрицу. Потом за братьев императора и императрицы, конечно же за каждого в отдельности, как за живых, так и за павших. За принцев. За их жен, за детей…Минут через сорок, когда представители августейшей фамилии изволили кончиться, а в каждом из присутствующих плескалась по меньшей мере бутылка особого шустинского коньяка, смертельно опасного для нормальных людей даже в очень маленьких дозах, стали звучать тосты за победу. За победу над османами, чьи рейдеры-людоловы стали злом настолько давным, привычным и ненавистным, что поражения им желали не только люди, собравшиеся за пиршественным столом, но и представители вообще всех слоев общества. За победу над южноамериканскими вампирами, заслуживающими уничтожения только лишь потому, что они нежить и любого человека в первую очередь рассматривают в качестве еды. За победу над коварными англичанами, напавшими без объявления войны…

— О! Кстати! — Щелкнул пальцами сидевший во гласе стола усач, выглядящий практически трезвым несмотря на смертельную дозу спиртного, вернее волшебной отравы, не слишком умело замаскированной под обычный алкоголь. Что-то меньшее и более доступное, к огромному сожалению высокопоставленных магов, их организмы уже не пробирало. — Господа! Настало время…Ик! Вплотную заняться вопросами нашего ведомства. Мы ж не хухры-мухры…Мы иностранных дел министерство! Итак, есть у кого-нибудь какие-нибудь новости, заслуживающие моего внимания?

— А как же, господин министр! — Тотчас же подал голос его заместитель, оперативно подавший своему патрону все необходимое для проведения банкета…То есть, конечно же, рабочего совещания. В сауне. — Позвольте продемонстрировать вам последний выпуск газеты «Таймс», доставленный мне сегодня утром.

— А что, ему подписку не отменили, несмотря на войну? — Тихонько удивился один из участников застолья.

— У австрийского посольства английскую прессу воруем, — пожал плечами его сосед. — Вернее, уговорили их секретаря завысить количество выписываемых газет…В двадцать пять раз. Чтоб хватило и князьям, и канцелярии патриарха, и прочим нуждающимся… Всем конечно ясно, куда уходят лишние экземпляры, но с учетом цены этих бумажных листков после межконтинентальной телепортации, та сторона не возражает. Только теперь страницы перед чтением приходится внимательно проверяю на яды и прочую пакость. Пару раз, кстати, прессу таки пришлось сжечь, поскольку то ли чернила какой-то подозрительной алхимией пропитали, то ли через скрытые символы проклятье пытались прицепить…

— Русские войска понесли огромные потери во время штурма крепости «Шумный рог». За каждого из верных подданных её величества, погибших в бою, они заплатили тремя. Княжество Тарайю в ближайшее время обязательно будет отбито у мятежников и их иностранных наймитов… — Без труда прочитал громкий заголовок глава министерства иностранных дел. Благо тот был написан достаточно большими буквами, дабы их даже несмотря на состояние алкогольного опьянения аж с дальней стороны стола различить бы получилось. — Занятно…

— А сейчас будет еще интереснее! — Принялся из воздуха извлекать новые экземпляры газет его подчиненный. — Вот, это английские газеты за прошлый, и за позапрошлый месяц…Только тут новости, которые могли бы вас заинтересовать, не на первых страницах, поэтому видимо они от вашего внимания и ускользнули.

— Русские войска понесли огромные потери во время неудавшегося штурма «Бомбея». Русские войска, поддерживающие мятеж в северной части Индии, были обращены в бегство с большими потерями, более десятка вражеских летучих кораблей уничтожено и больше не будут представлять угрозы…Преступления русских варваров, угрожающих честным предпринимателям и поставивших под угрозу работорговлю в Индийском океане, не останутся без ответа. Русские военные заводы, развернутые в мятежных провинциях, никогда не смогут освоить выпуск современного оружия, не говоря уж о военной технике. — Читал название предложенных ему статей министр и все больше и больше поднимал свои брови с каждым новым заголовком. Если бы вражеская пресса у него в руках вдруг не кончилась, те вообще бы рисковали от головы оторваться и куда-то к потолку взлететь. Глубоко задумавшись, могучий маг машинально выпив еще одну стопку коньяка и закусив её ломтиком печеной драконятины. — Да, занятно, очень занятно…Прямо вспоминается моя молодость, когда во время Третьей Мировой заголовки английских газет уверяли всех и вся, что русская армия остановлена на побережье Британии и дальше не пройдет ни в жизнь…Только я одного не пойму. Вот с кем они там воюют, если наши войска до Индии так и не добрались, будучи на полпути османами перехвачены?

— Ну, не сами с собой, это точно, — хмыкнул самый старый человек из присутствующих, который единственный при появлении начальства изволил перемещаться не телепортацией и бегом, а спокойным шагом, вразволочку, блюдя собственное достоинство. Впрочем, как-то так получилось, что свое место он все равно занял одним из первых. — Пусть англичане врут, как дышат, ну это все знают, но для откровенной лжи сейчас не тот масштаб. Выдать первые попавшиеся обломки за наши летучие корабли, чтобы начать клянчить у короны ордена, кто-нибудь из британцев еще мог бы попробовать…Но штурм Бомбея — это мощно…Там список погибших есть при сей неудачной попытке одного из крупнейших городов мира?

— Удивительно скромный, — откликнулся заместитель министра. — Всего три магистра да десяток одаренных пятого ранга, ну и всякая мелочь, которую толком никто не считал…

— Значит это англичане не штурм Бомбея отразили, значит это англичане пытаются раздуть до великой победы обычный отбитый налет…Пусть и весьма серьезный налет, а не просто обстрел издалека бедняцких кварталов… — Лысый усач, каждую гримасу которого внимательно ловили собравшиеся, вовсю погрузился в чтение зарубежной прессы. — Ага, там были и мятежные князья и русские войска…На сверхтяжелом крейсере неустановленной модификации…С драконом?! Трехголовым?! Так, а вот теперь я вообще ничего не понимаю! Это кто из наших не только там колобродит, но и живого Змея Горыныча себе завел?!

— О! Я вспомнил! — Вскинулся один из офицеров, чей ранг сейчас определить было сложно, ибо на плавки погон обычно не нашивают. — Вроде прорваться через осман со своей дружиной смог кто-то из тех, кого Савва у себя на Дальнем Востоке собирал… Какой-то выскочка, из молодых да ранних. Имя не помню, но помню, что у него есть дракон! Сибирский трехголовый, только дохлый!

— Тогда это — Олег Коробейников, — подсказали ему с другой стороны стола. — Если немертвый трехголовый дракон есть, то точно он. Мне предлагали такого редкого ящера использовать как подарок королеве Испанской, чей зоопарк подобная диковинка бы точно украсила…Но от идеи пришлось отказаться, ибо нежить там инквизиция прямо на границе упокоит. Вместе с теми, кто её пытался августейшей фамилии презентовать.

— Так-с….Коробейников Олег… — Министр, судя по всему весьма заинтересовался этим делом, поскольку по мановению его руки пространство дрогнуло и раздалось в стороны, открывая вид на огромную картотеку, расположенную где-то в ином месте. И пользующаяся в данный момент этим сборищем наверняка секретных документов молодая девушка, облаченная в приталенный серебристый мундир и мини-юбку испуганно пискнула, внезапно обнаружив перед собою дыру в ткани реальности, с той стороны которой на неё глазел не один десяток мужчин, раздетых чуть менее чем полностью. Впрочем, обладатель блестящей лысины и висячих усов стесняться чего-нибудь даже и не подумал, и внимания никакого на неё не обратил, зарывшись в довольно-таки пухленькую папку, спикировавшую прямо ему в руки. — Истинный маг, чуть ли не полный универсал, нелицензированный некромант и демонолог, что подозревается церковниками в…Хм…Ушлый малый, даже странно, что ещё живой. Награжден…Женат….Так, крейсер у него есть, было еще два малых летучих корабля, но те уничтожены при том самом прорыве в Индию. И крейсер этот переделанный из старого американского грузовоза. Штатная численность экипажа судна — двести пятьдесят человек.

— Маловато для того, чтобы на первую страницу «Таймс» попасть, у нас только это здание солдат охраняет как бы не больше. Да и вообще, чего-то то тут не сходится, — почесал в затылке заслуженный ветеран дипломатического фронта. — Англичане о десяти сбитых пишут…Ладно, разделим на пять, с учетом вечного желания военных приврать о достигнутых успехах и готовности прессы раздуть их подвиги еще больше. Все равно непонятно, откуда лишние летательные аппараты взялись и оказались уничтожены, если тот крейсер еще вполне себе на ходу и в налете на Бомбей участвовал.

— Может уничтоженные османами корабли обратно в строй вернул вместе с экипажем? — Осторожно предположил кто-то. — Ну, раз уж он некромант, что может себе позволить личного немертвого дракона…

— Тогда это уже получается не истинный маг, а магистр какой-то, — озадачились с другого конца стола. — Хотя да…Такое бы, по крайней мере, объяснило, почему прорвалась в Индию всего одна дружина, причем далеко не самая большая, а воюют там англичане чуть ли не с целой армией. Воюют и, похоже, проигрывают хотя бы иногда.

— Эм…Надо доложить об этом его императорскому величеству? — Взял слово еще один сотрудник министерства. — Пусть порадуется успехам своих подданных и хоть какой-то ответке за порушенные англичанами у нас города? А то у него последнее время настроение все время очень не очень…

— Нет! — Прервал дебаты министр, грозно топорща седые усы. — В первую очередь надо выяснить, как и почему этот Коробейников без согласования с нами совершает действия, что имеют свое отражение на международной политической арене! Эту самодеятельность надо немедленно прекратить!

Глава 8

О том, как герой намеревается пристраститься к антидепрессантам, не хочет вносить свои проценты и сообщает новость, которая не дает ему покоя.

Капитанская каюта на «Тигрице» в очередной раз оказалась заполнена народом, а стоящие перед дверью часовые проявляли повышенную бдительность и заворачивали всех пытающихся прорваться внутрь любопытствующих, пришедших по своим делам или несущих не слишком срочные донесения, ибо внутри командного центра судна сейчас принимались решения, влияющие не только на один летучий корабль, но и на весь полк, что собрали оказавшиеся в Индии представители Возрожденной Российской Империи. И этот полк был отнюдь не маленькой величиной в масштабах региона, обстановка в котором оказывала весьма заметное воздействие на всю мировую политику.

— Дык, Олег там в штабе ентом индусском шо…Совсем, стал быть, все плохо, да? — С видимым сочувствием обратился Святослав к своему другу, который ходил из угла в угол, периодически заходя на стены и изредка начиная топтать сапогами потолок.

— Не, ну если сравнивать результаты прошедшего военного собрания в штабе с праздничным заседанием дурдома, то просто отлично! — Олег понимал, что выглядит глупо, да вдобавок потом уборку придется делать точно, но остановиться просто не мог, его расшатанные нервы требовали действия, а иначе распираемый изнутри эмоциями русский боевой маг рисковал если и не взорваться, то начать парить и брызгать во все стороны кипятком, словно перегретый чайник. — Три часа…Три чертовых часа было потрачено на то, чтобы согласовать официальное название политического объединения восставших, его флаг, девиз, иерархию…И в очередной раз, если не ошибаюсь, уже семнадцатый по счету, эти полудурки родовитые опять не смогли ни о чем договориться!

— Феерический идиотизм, — поморщился занявший собою гостевой диванчик Стефан. — Нет, без идеологии и понятной символики в таком важном деле как народный бунт конечно никуда…Но тратить время на это сейчас?! О подобных вопросах до начала восстания договариваться надо было!

— А в чем у них проблема то? — Хмуро поинтересовалась Доброслава, пребывающая в человеческом облике и подпирающая собою один из углов капитанской каюты. Покидать его она не могла, поскольку была наказана за злостное нарушение дисциплины и пренебрежение техникой безопасности, опасное для окружающих. Практически постоянное пребывание в животном облике на протяжении нескольких недель оказало заметное влияние на разум кащенитки-изгнанницы, а потому, когда она после долгой тренировки основательно проголодалась, то чисто машинально цапнула своей пастью ближайший кусок мяса, показавшийся ей аппетитным. Ослика, на котором к борту летучего корабля подвозили провиант местные дельцы, чтобы поторговаться с интендантом. От полученных ран животное, скончалось на месте ибо ему шею практически перекусили, забрызганный кровью купец тут же сделал захватчикам родной земли большую скидку из опасения стать следующим блюдом в меню, ну а занимавшийся хозяйственной деятельностью ветеран отряда по счастью сообразил позвать капитана, дабы тот выплатил предпринимателю компенсацию, а начавшего дичать оборотня призвал к порядку.

— Брахманам не нравятся нейтральные названия вроде: «Союз освобождения Индии», а князья не хотят объявлять себя какими-нибудь Воителями Вишну и намерены грудью лечь, но не пропустить чуть отредактированные исторические варианты вроде «Новая империя великих моголов», поскольку тогда наследники этих самых моголов должны будут считаться главными… — Поморщился чародей, а после с трудом взял себя в руки и направился к холодильнику. Впустую потраченное время, которого русскому боевому магу и так не хватало буквально позарез, требовалось хоть как-то компенсировать, и у Олега имелась парочка идей на этот счет. — За реставрацию громких имен из старины глубокой высказываются только наследники некогда существовавших на территории Индии держав…И каждого кто посмеет открыть рот в свою пользу дружно начинают клевать остальные, ибо: «А чем мы хуже?!». Блин, никогда не курил, но чувствую, для успокоения нервов начинать таки придется…

— Олег, тогда начал бы, стал быть, с чего попроще, — посоветовал Святослав. — Табака там, али у индусов кальян какой с дурманом позабористее позаимствуй…Карандаш ну худой конец возьми. Но, стал быть, того-этого…Авторучку курить не надо, да…

— А? — Олег с удивлением обнаружил в своих руках упомянутую авторучку, которая уже успела раскалиться и даже немножечко тлела — это в стальном корпусе чернила выгорали, судя по всему. Когда и где он её схватил, раздираемый эмоциями, а потому кипящий внутри словно паровой котел чародей не мог вспомнить хоть убей, но данный образчик пишущих принадлежностей действительно находился в опасной близости от рта боевого мага, отрешенно изучавшего содержимое распахнутого холодильника. — Вот блин…Точно пора в ежедневное меню добавить чая с валерьянкою…Ведро. Или чего покрепче из антидепрессантов, но в той же дозировке…

— Ну а по делу вы там в штабе обсуждали чего-нибудь? — Уточнила Анжела, сидящая за письменным столом капитана корабля, заваленным рабочими бумагами…Которые заполняла тоже она, к огромному облегчению чародея взвалив на свои хрупкие плечи немалую часть повседневной рабочей документации. — Все-таки тебя не было шесть часов, почти даже семь…

— Ну да, после того как высокородные придурки припомнили друг другу вековой давности претензии, обменялись оскорблениями и назначили на время после окончания войны пяток дуэлей, чем-то похожим на работу штаб все-таки занялся. — Из холодильника повинуясь воле старающегося отвлечься чародея вылетели мясо, рис, лук, специи и кипяченая вода, хранящаяся в запечатанных бутылях. Не то, чтобы Олег боялся отравления, находясь у себя в каюте, но в любом сосуде без герметичной крышки буквально через несколько часов появлялись личинки вездесущей индийской живности. И хотя потроха опытного целителя могли сами сожрать любого обычного паразита и часть паразитов магических, подобные пищевые добавки аппетита у капитана «Тигрицы» не вызывали. — Взятие столицы княжества «Тарайю» и прилегающего укрепрайона обошлось восставшим примерно в тридцать пять тысяч человек, сотню истинных магов и четырех младших магистров. С учетом того, что лояльные Англии индусы потеряли тут убитыми или взятыми в плен примерно сорок семь тысяч, а также десяток одаренных пятого ранга и двоих шестого — местные считают это вполне себе победой. Не блистательной, но вполне себе удачной. Удержать сию территорию надолго вот только не факт, что получится, но Чатурведи и компания все равно полученными результатами довольны или, по крайней мере, убедительно делают вид. А особенно доволен архимагистр Слон, собственно он доволен как слон…Тут правил кто-то из его обидчиков, и сей потомок махараджей уже начал минирование дворцов в аристократическом квартале, чтобы при очень даже возможном отступлении уничтожить их одним махом.