Кружева надежды и любви

— Эмили, — продолжал Бенджамин тихо и каким-то глухим голосом. — Я бы хотел пригласить вас на прогулку. Пожалуйста, сделайте мне такое одолжение.

— Бенджамин, я не… — качнув головой, попыталась отказаться от предложения.

— Если до вас вдруг дошли какие-то слухи обо мне, знайте, я не причиню вам никакого вреда. Эмили, со мной вы в полной безопасности, уверяю, — с серьезным лицом убеждал меня мужчина. — Позвольте судить обо мне уже после того, как получше узнаете.

И я сдалась:

— Хорошо, Бенджамин, я согласна, — мягко улыбнулась и кивнула в ответ на его порывистую тираду.

— Спасибо! Вы не пожалеете о принятом решении! — И мужчина неожиданно наклонился и поцеловал меня в щеку, обжигая горячими губами. — Доброй ночи и до скорой встречи! — его глаза полыхнули, словно пролетели кометы на небосводе, а я почувствовала, что щеки запылали, жар охватил изнутри и, засмущавшись, я побежала по лестнице к себе.

* * *

— Эмили, сегодня ты помогаешь принимать клиентов, — уведомила меня мадам Морэ, когда я сидела на маленькой скамеечке и подшивала подол бального платья из буклированного шелка.

Мили всегда была в основном холле для приема гостей — в ее обязанности входило провожать в комнату для примерок и продавать с витрины перчатки, шарфики, булавки и другую милую сердцу и такую необходимую дамскую мелочевку. А мы по очереди помогали мадам с клиентами, которых принимали в большой комнате, где были расположены мягкие удобные диванчики для гостей и стеклянный столик для чая и кофе. Мадам Морэ с леди обсуждала фасоны, показывала ткани и фурнитуру, а мы подносили для демонстрации то, что она просила.

В полдень, когда подъехали посетители, меня позвали в комнату для встреч. На диванчике, попивая кофе, сидели девушка и молодой мужчина. Ближе всех к двери устроилась статная высокая шатенка с волосами, отливающими вишневым, и черными глазами, тонкие черты лица, хищный нос с широковатыми ноздрями на бледном лице, в платье из ярко-желтого атласа с узором из гвоздик. Гордая посадка головы и осанка, достойная королевы, вызывали восхищение, казалось, она восседала на троне. Рядом в спокойной и расслабленной позе пил чай молодой мужчина, закинув ногу за ногу, и его скучающий взгляд скользил по комнате. Жгучий брюнет, с чуть вьющимися короткими волосами, острыми скулами и подтянутой фигурой, облаченный во фрак темно-синего оттенка, из-под рукавов которого виднелись манжеты рубашки, застегнутые запонками с бриллиантами. Белый жилет из белоснежного пике и шейный платок в форме банта, завязанный под подбородком. Взгляд мужчины лишь мимоходом коснулся меня, но почти тут же вернулся, уже более пристально рассматривая. Очень пристально пройдясь по мне с головы до ног. Мужчина впился пронзительным взором сапфиров глубокого синего цвета с бликами звезд в глубине, вызывая во мне жгучую волну, мгновенно пробежавшую по всему телу, и я почувствовала, что вся кровь приливает к моим щекам, шее и зоне декольте.

Мадам Морэ как раз начала расспрашивать гостью, к какому случаю нужен будет наряд, и девушка промолвила:

— У нас в начале лета будет бал, и мне хотелось бы платье из легкой ткани, но нарядное и естественно элегантное, с открытыми плечами и небольшим шлейфом.

— Эмили, дорогая, принеси, пожалуйста, образцы ткани для леди Алианоры, — повернувшись ко мне, сказала мадам Морэ.

А потом владелица ателье, расплывшись в вязкой улыбке, способной утопить любую муху, как в меду, начала словесно ублажать миледи.

Пока я подносила образцы тканей, фурнитуру, ленты, кружева для отделки, все время ловила на себе пристальный взгляд мужчины, который его даже не скрывал. Мне кажется, так он развлекался, потому что ему тут было явно неинтересно. Не знаю, зачем леди его сюда притащила. «И вообще, как он смеет при своей невесте так на меня смотреть?!» — возмущенно подумала я.

Когда я подливала чай в кружку милорда, подняла на него взгляд и утонула в переливах граней сапфира, что заманивали в свои глубины волшебным образом, на какое-то время выпав из реальности.

— Осторожно! — взвизгнула вдруг леди Алианора, вырвав тем самым из омута моего наваждения, и, обернувшись, я увидела перелившийся через край чай, сразу окрасивший светлый ковер в грязно-бурый цвет, а брызги долетели до платья миледи. Я непроизвольно опять взглянула на мужчину, увидела смешинки в его глазах и открытую широкую улыбку с рядом ровных перламутровых зубов.

— Да как ты смеешь? У тебя глаз нет! Куда ты смотришь вообще? — шипела Алианора не хуже гремучей змеи и пыталась стряхнуть с себя уже впитавшиеся в ткань очень дорого платья капли.

Я кинулась с платочком их промокнуть, но она меня грубо оттолкнула и громко, зло сказала:

— Не подходи ко мне, не смей! Уже натворила дел, еще хуже сделаешь!

— Леди Алианора, мы сейчас все исправим, все уберем, даже пятнышка не останется. Все будет хорошо, — засуетилась мадам Морэ.

— Девочки! Дана, Кэрри, подойдите сюда! — выкрикнула она. — Эмили, сходи за ними.

Девочки тут же прибежали и увели в соседнюю комнату взвинченную миледи, чтобы отчистить платье. Все это время я прибиралась под насмешливым взглядом милорда в комнате для гостей. Когда леди Алианора вернулась, она одарила меня таким взглядом гневных потемневших глаз, что, казалось, я не платье ей испортила, а убила кого-то из родственников.

— Прошу меня извинить, леди Алианора, — как можно скромнее постаралась сказать я, потупив взор.

— Где вы берете таких неумех, мадам Морэ? Ваше заведение славится своей репутацией, и другие девушки не совершали ранее таких оплошностей, — ледяным высокомерным тоном выразила миледи свое недовольство.

— Леди Алианора, я уверяю вас, мисс Эмили не специально это сделала. Она работает у нас недавно, это очень хорошая девушка и портниха прекрасная!

— Алианора! Я думаю, пора уже прекратить обвинять девушку. Это действительно случайность! — вдруг сказал низким бархатным голосом мужчина, до этого остававшийся сторонним наблюдателем.

* * *

— Я надеюсь, мой заказ будет выполнен к сроку, — прищурив глаза, прошипела леди и, резко развернувшись, вышла, громко цокая каблуками.

— Прошу прощения за мою сестру, она иногда бывает очень вспыльчива. Хорошего вам дня, дамы. Мисс Эмили, не принимайте близко к сердцу, — повернувшись ко мне, проговорил мужчина, глядя на меня с высоты своего роста, и, еще на несколько секунд задержав свой пристальный взор на мне, дольше чем позволяют правила приличия, взял цилиндр и черные лайковые перчатки с тростью вышел вслед за миледи.

Я очень расстроилась из-за произошедшего и ждала, что получу нагоняй от мадам Морэ.

— Эмили, послушай, она не первая и не последняя девица, мнящая себя королевой. Тебе еще много придется встретить таких в жизни, к сожалению. На нашей работе надо уметь не воспринимать их нападки — иначе не выжить. Нам никогда не подняться до их уровня и нужно уметь подстраиваться под их характеры и прихоти, надевая маски и улыбаясь, сдерживать слезы и гнев внутри. Но такова жизнь, постарайся не реагировать, чтобы не ожесточится на мир и не злиться, сожалея, что у тебя нет положения в обществе, что ты не аристократка. А их богатства и титулы многим даны несправедливо, эти не люди их заработали своими руками, а просто получили в наследство. Аристократы не знают нужды, голода и горя, многие из них пустые внутри, прожигатели жизни, но и среди них есть достойные люди, поверь мне. Не переживай девочка, ничего страшного не произошло, — погладив меня по руке, ласково сказала мадам.

Я удивленно подняла на нее взгляд, не ожидая, что она не будет меня ругать, несмотря на очевидность вины, нечего было разглядывать мужчину, сама оплошала, на красивые глаза засмотрелась и получила первый скандал. Хорошо, что мадам Морэ умная и все понимающая женщина!

— Пойдем на обед, съешь вкусную сдобу, и все пройдет, дорогая, — подмигнув мне, тепло улыбнулась хозяйка. — Не бери в голову, тебе, к сожалению, придется и не с таким сталкиваться в жизни.

* * *

Бенджамин повез меня на свидание в королевские ботанические сады Кеймпвиль. Он угадал, очарование природы, ее сочные краски, неповторимые ароматы и созерцание умиротворенной тихой красоты привело меня в полный восторг. Клумбы, террасы, декоративные озера и фонтаны — все это, конечно, за один день не рассмотреть. Отдельного внимания заслуживает дом кувшинок. Жаркий и влажный павильон с бассейном-нимфей снежно-белого, красного и розового цветов, с чашами, способными легко удержать взрослого человека, решившего на них отдохнуть.

Немного испугала коллекция хищных растений, так что я жалась к мистеру Ратковски и крепко цеплялась за предложенный им локоть. А рассказывать он умел и был прекрасно осведомлен, разбираясь в, казалось бы, такой далекой от мужчин теме. Повествование вел плавно, красноречия ему не занимать, и голос лился, незаметно окутывая сознание и внушая картины, рисуемые искусным рассказчиком.

— Похожая на арбуз в разрезе венерина мухоловка захлопывается при попадании внутрь нее мелких насекомых, задевающих волоски, и эти объятия для них будут смертельными, — проходя мимо уникального хищного растения, рассказывал Бенджамин.

— А это Библис гигантский, — указал мужчина на прекрасный цветок голубовато-фиолетового цвета. — К его волоскам прилипают даже крупные животные: ящерицы, улитки, мелкие виды птиц. Говорят, в тропических лесах эти цветы достигают трех метров в высоту, случалось, в них застревали одинокие путники и в мучениях погибали, поэтому его еще прозвали цветок-людоед.

От ужаса округлив глаза и даже чуть приоткрыв рот, я взглянула на Бенджамина и еще сильнее впилась тонкими пальчиками в его сюртук, а мужчина ласково усмехнулся, покровительственно глядя на меня сверху вниз.

Далее мы прошлись по дорожке мимо большой коллекции кактусов. Я даже не представляла, какое многообразие суккулентов может существовать в природе, какие причудливые формы и размеры они приобретают, ну а информация о том, что их плоды съедобны, подвергла меня в некоторый шок.

Магнолии, розы и жасмин — я погрузилась в ароматные изыски и плыла по волнам благоухания, наполняясь радостью, что могут принести только цветы в своей истинной миссии — возвысить дух и наполнить сердце любовью.

Во время нашей прогулки Бенджамин Ратковски был очень внимателен, выспрашивал о моей жизни, где я родилась, о родителях, учебе, кивал головой и серьезно слушал, задавая много вопросов.

Это было мое первое в жизни свидание, и я поначалу чувствовала себя немного неловко, не знала куда деть руки, поэтому со всей силы сжимала ручку сумочки, теребила ее так, что боялась, оторву к концу нашей встречи. Опасалась сказать что-то глупое и показать себя необразованной. Хотя мы живем уже в такое время, когда женщины имеют право на обучение, в отличие от наших прабабушек, и мне нравится, что прогресс идет и женщины все больше способны обеспечить себя самостоятельно. В пансионах девушек обучали рабочим специальностям, например, как у нас в «Альмане», а начальное бесплатное образование давалось всем девочкам даже в самых бедных семьях — оно стало обязательным.

Все начальное образование оплачивалось из казны государства, и девушки спокойно могли сами заниматься мелким бизнесом, не завися от мужчин, что было очень важно для общества и государственного строя страны, так нам рассказывали на уроках.

После прогулки Бенджамин отвел меня в кафе, находящееся возле прекрасного фонтана в садах Кеймпвиль, где мы расположились под весёлым зелёным зонтиком. Бенджамин заказал нам лимонад и земляничный щербет.

Я удивилась настрою мужчины, если честно, все к нему присматривалась и ждала, когда он начнет меня соблазнять, пыталась быть настороже и старалась не пропустить его манипуляций. Но с ним оказалось легко общаться, шутки были остроумные и никаких намеков он не делал.

— Бенджамин, а откуда вы так много знаете о цветах и растениях? — спросила я, не сдержав любопытства.

— Я учился в Королевском университете Монтфорт, на аграрном факультете. Наше семейное дело связано с сырным производством уже на протяжении четырех поколений, поэтому у меня даже сомнений не возникло относительно того, куда следует поступать, я должен продолжить путь своего отца, — любезно разъяснил мне мистер Ратковски.

— А вы единственный ребенок в семье, Бенджамин? Извините за вопрос, — смутилась я, тут же обругав: «Сначала спросила, а потом подумала, что это вообще-то неприлично. Хотел бы, сам рассказал».

— Я один, Эмили, мама умерла несколько лет назад, от чахотки, — грустно сказал Бенджамин, глядя в сторону невидящим взглядом.

— О, простите меня, пожалуйста! Мне очень жаль и извините еще раз, я бы не подняла такую болезненную тему, если бы знала, — сложив кулачки у груди и сморщив брови, я посмотрела с жалостью на Бенджамина.

— Ничего, Эмили. Все в порядке. Спасибо за участие, — слабо улыбнулся он.

После прогулки, довезя до дома, мистер Ратковски помог мне выйти из экипажа, довел до подъезда и, серьезно глядя в глаза, произнес:

— Я прекрасно провел время с вами, Эмили! Спасибо, что согласились на свидание.

— И я, Бенджамин, хорошо провела время, — зардевшись, смущенно ответила я. — Спасибо, что пригласили.

— Я могу рассчитывать на то, что увижу вас вновь? — вопросительно глядя, спросил мужчина.

— Да, вы можете на это рассчитывать, — кивнув, ответила ему я.

— С нетерпением буду ждать новой встречи, Эмили, — все так же серьезно проговорил Бенджамин.

* * *

— Эмили, я видела тебя с мистером Бенджамином Ратковски. Это что вообще значит? — с места в карьер начала быстро говорить Дана, отведя меня в сторону.

Я растерялась от такого напора, если честно, сама не знаю, о чем думала, когда соглашалась на свидание с ним.

— Дана, это было один раз. Всего лишь невинная прогулка, — попыталась объясниться я с порывистой подругой. — Ты знаешь, мне вообще кажется, что все это досужие слухи о Бенджамине не правдивы. Он вполне адекватный молодой человек, не допускал по отношению ко мне никаких вольностей, прилично себя вел, не приставал и ни в коей мере не оскорбил своим поведением.

— Эмили, — тяжело вздохнула Дана, помотав головой из стороны в сторону. — Ты еще так наивна и совсем его не знаешь. Его поведение… Это пыль в глаза. Он может тобой манипулировать, а ты и не заметишь по своей неопытности. Но все же слухи о нем верны — он соблазнял девушек и бросал, ни на ком в итоге так и не женившись. И посмотри, как ты после одного свидания уже его защищаешь! Он уже пустил пыль в глаза. Мы же тебя предупреждали, не стоит с ним связываться. Не повторяй ошибок многих девушек, Эмили! — воскликнула импульсивная Дана, схватив меня за руку.

— Хорошо, я тебя поняла. Близко к себе подпускать Бенджамина я все равно не собиралась, не беспокойся Дана, — миролюбиво соглашаясь, мягко проговорила я.

* * *

После разговора с Даной прошло уже несколько дней, Бенджамин пока не объявлялся, и это было хорошо, потому что слова подруги опять всколыхнули во мне поток мыслей о том, что не надо было соглашаться идти с ним на свидание. Нужно было как-то сразу отказать ему в наших дальнейших встречах, но я, во-первых, не знала, как это сделать, а во-вторых, не находила достаточных аргументов. Ну не сделал же мне мистер Ратковски ничего плохого, наоборот, был учтивым и вежливым, ничего лишнего не допускал. Тем более внешне он мне понравился. А я честный человек, и как ему объяснить, по какой вдруг причине не хочу с ним больше встречаться?

В итоге я боялась обидеть и не знала, как объяснить Бенджамину, почему не хочу его больше видеть. Но после слов Даны все равно появились сомнения, мир так устроен — люди всегда говорят о других и в основном только плохое, и если всему верить, не с кем будет и общаться.

Глава 4

В один из дней я шла домой из бакалейной лавки, наслаждаясь прекрасным солнечным днем, обдуваемая теплым ветерком, напоминающем о приближающемся лете. От прелести окружающего мира у меня поднялось настроение и я разулыбалась, погружаясь в мечты о глади озера, в которую хочется, с визгом разбежавшись, окунуться с головой и плавать до приятной усталости в мышцах, а потом лежать на берегу, на песочке, предоставив телу обсыхать под ласковым лучами дневного светила…

— Добрый день, мисс, — выдернул меня из грез бархатный мужской голос. Я с удивлением подняла глаза и увидела высокого статного брюнета с сапфировыми глазами, со сверкающими звездами ночного небосклона в глубине. Узнавание пришло быстро — лорд Бингер! Неотразимый блеск очей которого вызвал бурю в нашем ателье, в прямом и переносном смысле.

— Добрый день, милорд, — сделала я легкий книксен, неуверенно проговорив приветствие.

— Очень рад вас видеть. Виконт Рой Бингер, — представился молодой мужчина, ослепительно улыбнувшись. И я пропала… Его улыбка… Она словно осветила его изнутри, как будто утренняя заря пробивается сквозь мрак ночи, зарождая надежду на лучшее и даря тепло всему в округе.

Какой же он высокий, я достаю ему только до плеча, и элегантный. Фрак из черного бархата, белоснежный накрахмаленный жилет, широкий галстук с бриллиантовой булавкой.

— Мисс Эмили Рассел, — в ответ представилась я.

— Мисс Эмили, разрешите загладить вину за поведение моей сестры, леди Алианоры и пригласить Вас на чашечку кофе? — изогнув красивую бровь вопросительно уставился на меня мужчина.

Я немного опешила, никак не ожидала увидеть его, и вообще, с чего вдруг лорд решил пригласить меня? Он что, ехал по улице в экипаже, увидел и вдруг подумал: «Дай-ка я ее приглашу на кофе?» Что-то тут не так…

Но вдруг, не ожидая от себя такой смелости, я выпалила:

— Конечно, милорд, буду очень рада, — и радостно заулыбалась во весь рот.

«О Боже, вот дура! Он теперь подумает, что так всегда со всеми незнакомыми мужчинами себя веду, решит, что я доступная женщина! Почему сразу согласилась, зачем вообще я это сделала?» — У меня чуть пар из ноздрей не пошел, когда я поняла свою оплошность. А может, он и пошел, но в силу воспитания лорд Бингер никак не прореагировал.

— Пройдёмте в мой экипаж, — указал на шикарный белый ландо, продолжая обворожительно улыбаться, виконт.

В карете я села напротив молодого мужчины и смущенно промолчала всю дорогу, смотря на улицу, все продолжая себя корить за необдуманный шаг. Но согласие уже было дано, что теперь делать? Не менять же свое решение. Тем более в глубине души я была польщена и очень обрадована таким неожиданным предложением от лорда Бингера.

Виконт же спокойно сидел, развалившись на противоположном сиденье и задумчиво, сложив пальцы в замок перед собой, не скрываясь разглядывал меня.

Подъехав к ресторану, мужчина учтиво подал мне руку при выходе из экипажа, и мы с ним вошли в огромный холл — вот уж не думала, что окажусь в заведении такого уровня. Хотя такие, как этот мужчина, в других и не бывают. При входе нас поприветствовали и дали понять, что лорд Бингер тут важный гость и ему всегда рады.

Бархат, позолота, зеркала во всю стену, белоснежные накрахмаленные скатерти, вышколенные официанты произвели на меня некое угнетающее впечатление своей помпезностью и вычурным богатством, доступным лишь избранным. Посетителей, как я заметила, пока мы шли, было не так много, поскольку еще не вечер. Но я терялась и смущалась при виде роскоши, окружающей меня. Я словно оказалась девочкой, неожиданно попавшей в зазеркалье, где балом правит изобилие, натертый до блеска мир, не видевший грязи, простолюдинов под ногами и переступающий через них, словно они пыль на дороге.

Я машинально начала думать о своей одежде и прическе, соответствую ли этому месту? Рядом с таким мужчиной… В результате чего настроение скатилось к нулю.

Официант провел нас в отдельный кабинет, который оказался очень уютным, мягкие диванчики, милые подушечки — все из бордового бархата, отороченное золотистой бахромой, приглушенный мягкий свет, откуда-то лилась нежная музыка — дама выводила рулады о любви грустным сопрано. Лорд Бингер помог мне сесть, а сам устроился напротив. Официант, сопровождавший нас, подал меню и отдельно карту вин.

— Что вы будете, мисс Эмили? — посмотрев на меня с легкой улыбкой, спросил виконт.

Я растерялась, до этого момента все было словно во сне, не было времени даже подумать, чем буду оплачивать поход в ресторан, все произошло слишком быстро. Появление лорда Роя Бингера, сапфировые звезды его глаз и обворожительная улыбка вывели меня из равновесия так, что я, как легкомысленная дурочка понеслась за красивым мужчиной на край света, не думая ни о чем. В этот момент я все пыталась судорожно сообразить, сколько же денег у меня с собой в запасе, видимо что-то, прочитав в моих глазах, лорд Бингер произнес:

— Заказывайте что захотите, мисс Эмили, ни в чем себе не отказывайте, счет беру на себя, — опять ослепив меня своей белозубой улыбкой, мягко уверил виконт.

— Я… — начала неуверенно лепетать, пытаясь отказаться от такого щедрого предложения.

— Мисс Эмили, это в счет платы за причинённые неудобства, доставленные моей сестрой, — уверил меня лорд Рой Бингер.

Немного поколебавшись, я все же успокоилась и решила: «Хорошо, пусть будет так, в этом ведь ничего страшного нет?» И открыла меню — пролистав несколько страниц, пораженно закрыла, положив его на стол. В нем были просто баснословные цены! Я даже не видела названия самих блюд, просто сначала посмотрела на их стоимость, и мне сразу захотелось уйти отсюда.

Ситуацию взял в свои твердые руки лорд Бингер.

— Принесите нам, пожалуйста, суп с зайчатиной, голубиное филе, соус из огурцов, картофельное пюре и тушеную капусту. На десерт — бламанже, сырное фондю и яблочный пудинг. Что вы будете пить, мисс Эмили?

— Я буду кофе, — отозвалась, я, все еще чувствуя себя не в своей тарелке.

— Значит, два кофе, пожалуйста, — закончил заказ лорд Бингер.

Официант поклонился и вышел, заверив, что все принесут, как можно быстрей.

Я сидела и нервно разглаживала салфетку у себя на коленях, все думая, что за глупость под магнетизмом прекрасных глаз мужчины я совершила.

— Мисс Эмили, вы очень красивая девушка, — серьезно глядя на меня, произнес лорд Рой Бингер. — Не буду скрывать вы мне сразу понравились, как только увидел.