Планета предателей

Но возможно ли обеспечить полную безопасность? — задал он вопрос предполагаемому критику. — И хотим ли мы в действительности этого нападения?

— Несомненное «да» на оба вопроса, — ответил себе Пайас. — Поскольку цель пиратов будет заключаться вовсе не в том, чтобы просто взорвать наш корабль — это не принесет им абсолютно никакой выгоды, — я могу подыскать для нас подходящую команду, способную отразить любую попытку кого бы то ни было силой прорваться на борт нашего корабля-казино. Надо помнить, если мы хотим, чтобы пираты разговаривали с нами как с равными и посвятили нас в свои планы, они должны сначала научиться уважать нас.

Если мы побьем их в их собственной игре, они вынуждены будут считаться с нами. И тогда они сами придут к нам.

Такова была история создания «Парадиза», самого удивительного космического корабля подобного типа из всех, которые когда-либо были задуманы и созданы за всю историю существования Империи. Это вовсе не означает, что его можно было бы сравнить с огромными роскошными космическими лайнерами, которые осуществляли регулярные рейсы по различным межзвездным маршрутам. Те корабли должны были производить впечатление на пассажиров прежде всего своими размерами и величественностью. Чета Бейвол, даже если бы она имела возможность использовать все состояние семьи д’Аламбер и богатства Галактического Цирка, все равно не имела бы достаточно средств для создания подобного космического монстра. «Парадиз» должен был иметь гораздо меньшие размеры, но при этом с не меньшей силой поражать воображение каждого своего пассажира.

Конкуренция, с которой Пайас и Иветта могли столкнуться в деловой сфере, связанной с азартными играми, менялась от жесточайшей до весьма умеренной. Количество космических кораблей с различными казино на борту начало бурно увеличиваться приблизительно за тридцать лет до описываемых событий, причем рост их популярности совпал с подъемом общественного движения на многих планетах Империи против «греховных» азартных игр. Борцы с азартом, как стали называть приверженцев упомянутого движения, убедили правительства на планетном и местном уровнях полностью запретить все азартные игры. Как это часто бывает, этот запрет вызвал действие, прямо противоположное тому, на которое рассчитывали реформаторы. Многие люди, ранее весьма сдержанно относившиеся к азартным играм, теперь вдруг с жаром отдались этому пороку. Как всегда в человеческой истории, запретный плод казался им самым сладким. ,

Поборники нравственности обратились с ходатайством к самому Императору запретить азартные игры в пределах всего государства, но Стэнли Десятый никак не отреагировал на него. К тому времени он восседал на троне уже пятнадцать лет и отлично представлял, как далеко распространяется его власть. Любое правительство, которое попытается запретить людям совершать поступки, имеющие естественные побудительные мотивы, быстро лишится всякой симпатии. А навязывание непопулярного закона силой может сделать его просто смешным. Потребность испытать свою судьбу в какой-нибудь азартной игре так же стара, как и сама человеческая цивилизация и вряд ли когда-нибудь найдется человек, способный полностью истребить эту страсть. Император предпочел вместо бесплодной борьбы занять нейтральную позицию и не высказывался ни за, ни против. Борцам с азартом так и не удалось убедить его оказать им хоть какое-то содействие.

В результате сложилась ситуация, когда азартные игры были запрещены на многих планетах Империи, в то время как никаких запретов на них в межзвездном пространстве не существовало, поскольку в пространстве между планетами и звездами действовали исключительно Имперские законы. Любители азартных игр и устроители казино очень быстро осознали преимущество этого пути для обхода закона и тогда на свет появилась идея космических кораблей-казино — кораблей, которые курсировали между планетами единственно для того, чтобы дать своим пассажирам возможность поиграть в легальном заведении.

Подавляющее большинство кораблей-казино предлагали своим пассажирам довольно посредственное обслуживание и являлись сомнительным удовольствием — маленькие суда с неокрашенными стенами, едва вмещающие от двадцати пяти до пятидесяти игроков, отличаясь плохими каютами и отвратительным питанием. Большинство пассажиров согласились бы платить хорошие деньги, если бы во время полетов они не только утоляли свою страсть к игре, но получали бы еще и эстетическое удовольствие.

В настоящее время лучшие корабли-казино могли вместить сотню пассажиров и обеспечить им условия проживания на уровне хорошей гостиницы при цене в тысячу рублей за недельное «путешествие». Ничего по-настоящему экстравагантного в этой области никто и никогда не строил, так как считалось, что на такую новинку не будет спроса. Полагали, что очень богатый любитель азартных игр должен себе позволить время от времени отправляться на спутник Веса, где мог всласть потешить себя любимым занятием. Там, в своеобразном «Галактическом казино», он мог найти и роскошь и обслуживание, способное удовлетворить самые изысканные вкусы.

Разумеется, Пайаса и Иветту абсолютно не интересовало, существует ли устойчивый спрос на подобные корабли-казино, так как они не собирались превращать это занятие в источник доходов. За те несколько месяцев, в течение которых должна была быть проведена их операция, они при желании могли бы создать такой спрос. Если появляется нечто оригинальное и это нечто очень трудно достать, люди отдадут все только для того, чтобы хоть раз попробовать это. Все, что от них требовалось, это придать оттенок таинственности своей затее с кораблем-казино, а дальше уже дело покатится само.

Пайас и Иветта предпочли бы создать собственный корабль-казино «Парадиз» с нуля — начиная с разработки проекта и кончая пробным запуском, — но тогда только на эту стадию им пришлось бы затратить не менее шести месяцев, а таким временем они не располагали. Поэтому они решили, что лучше будет купить какой-нибудь подержанный корабль-казино, который находится в более-менее приличном состоянии, перевести его в космический док и там провести его реконструкцию — как снаружи, так и изнутри. Но даже в этом случае, при условии, что они наймут достаточное число людей и будут работать круглосуточно, пройдет более месяца, прежде чем «Парадиз» сможет отправиться в свой первый пробный полет. Недостатка в средствах они не испытывали — чета Бейвол разбрасывала рубли направо и налево, словно конфетти. Но когда все работы были завершены, даже бывший капитан не смог узнать свой прежний корабль.

Снаружи «Парадиз» выглядел словно елочная игрушка, созданная гениальным мастером. Он имел форму луковицы, а его металлический корпус был настолько тщательно отполирован, что отражал свет, словно гигантское зеркало из комнаты смеха. Правда сам корпус корабля видели немногие, теперь вся внешняя поверхность его была покрыта мириадами разноцветных сверкающих лазерных индикаторов, а потому при нахождении корабля в космическом пространстве его можно было заметить с расстояния, равного чуть ли не миллиону километров.

— Того пирата, который не сможет найти в межзвездном пространстве такой корабль, — заметил по этому поводу Пайас, — можно будет считать неопасным.

Внутренняя отделка корабля также была выполнена в соответствии с пожеланиями четы Бейвол, предложившей ряд оригинальных новинок. Первоначально .. «Парадиз» был сконструирован в расчете на 107 относительно просторных кают для пассажиров, но агентам Службы они показались тесными и у Пайаса и Иветты появились сомнения, что такие каюты смогут произвести должное впечатление на их привыкших к роскоши клиентов. Разумеется, объем внутри корабля был ограничен размерами корпуса, но супругам удалось создать иллюзию огромного внутреннего пространства. По их требованию были ликвидированы сорок кают для пассажиров, а остальные были пропорционально увеличены, в результате чего стали выглядеть гораздо более просторными. Кроме того, были разрушены внутренние перегородки во многих помещениях общего пользования. Так, например, объединив вместе три столовых относительно небольшого размера, Пайас добился того, что теперь на корабле появился внушительный банкетный зал. Небольшие помещения для игроков тоже были объединены в несколько просторных казино, в результате чего даже те пассажиры, которые в какой-то момент не участвовали в игре, теперь могли находиться рядом с играющими и ощутить их волнение и азарт. В первозданном виде Пайас решил оставить только три небольшие игровые комнаты. Согласно его плану, эти помещения в будущем будут предназначены для тех гостей, которые предпочитают игру в карты по особо крупным ставкам. Следует сказать, что подобные специальные залы были неотъемлемой частью любого корабля-казино.

В самом центре корабля, вместо того чтобы оборудовать дополнительные игровые залы, по распоряжению Пайаса все перегородки были демонтированы в результате чего получился впечатляющий — в двух уровнях — вестибюль. В центре вестибюля был сооружен фонтан, который представлял собой женскую фигуру из золота величиной более двух метров,, одетую в платье из струек воды. Вода вытекала под давлением из отдельных трубок, которые образовывали каркас платья и создавала эффект мерцания всякий раз, когда изменялось освещение фонтана. Следует сказать, что это большое помещение не имело никакого практического значения и Пайас распорядился оборудовать его с единственной целью — создать эффект просторности. Дело в том, что все пространство внутри космического корабля было настолько бесценным, что для извлечения выгоды использовался буквально каждый уголок и наличие на «Парадизе» огромного вестибюля, конечно же, должно было создать у пассажиров впечатление безумной роскоши, царящей на этом корабле.

Иветта занималась внутренней отделкой помещений корабля в стиле, который она сама называла «старинным изысканным». В качестве цветовой гаммы предпочтение было отдано пастельным тонам, а основным цветом стал бледно-розовый. На всем корабле не осталось даже самого крохотного участка голой поверхности. Все стены, как в помещениях общественного назначения, так и в каютах пассажиров, были сначала оклеены обоями, а затем задрапированы плотной бархатной тканью, которая свисала ярусами над золотыми канделябрами тонкой работы. По замыслу Иветты, это должно было смягчить резкие контуры голых балок корпуса корабля и сохранить иллюзию открытого пространства.

Кресла и диваны были изготовлены из натурального дерева и обиты розовым бархатом. Все игровые столы в казино были обиты розовым сукном, над ними с потолка свисали огромные хрустальные люстры. Полы были устланы толстым ковровым покрытием ослепительно белого цвета с нанесенными там и тут редкими красными штрихами. В углах стояли кадки с комнатными живыми растениями, которые тянулись вверх, к потолку и были усыпаны красными, белыми и розовыми цветами.

Очень долго Пайас и Иветта обсуждали вопрос о том, какие дополнительные услуги могли бы они предложить постоянным посетителям своего корабля-казино «Парадиз». Они сошлись на том, что изысканно отделанных игровых залов и утонченной кухни будет явно недостаточно. Если «Парадиз» должен стать местом, где бы собирались богатые люди, чтобы поиграть в азартные игры, на корабле обязательно следовало иметь набор «особых услуг». Моральная сторона дела ни Пайаса, ни Иветту не волновала, хотя оба они росли в строгом обществе с пуританскими нравами, — главным для них было выполнение порученного задания, а о собственных чувствах на это время можно было забыть. Чрезмерная щепетильность испортила бы общее впечатление от их корабля-казино и свела на нет всю проделанную ими напряженную работу. Ради блага Империи им придется на время отказаться от собственных моральных принципов.

Задача по обеспечению корабля наиболее экзотичными товарами и услугами легла на плечи Иветты, поскольку именно она должна была стать для всех законной «владелицей» корабля-казино «Парадиз». Легче всего оказалось раздобыть спиртные напитки. Большую часть их можно было просто купить по официальным каналам, но некоторые, для приготовления которых использовались особые вещества, пришлось доставлять контрабандным путем с планет, правительства которых запрещали экспорт природных запасов. Что касается женщин, Иветте пришлось потратить почти две недели своего времени в поисках подходящих, прежде чем она, в конце концов, смогла отобрать для «Парадиза» десять прелестных молодых особ, договорившись о повременной оплате и комиссионных по итогам работы. А чтобы решить этот вопрос окончательно, она наняла, кроме них, еще и пятерых молодых людей приятной наружности на тот случай, если среди пассажиров корабля окажутся дамы, которые захотят воспользоваться предлагаемыми здесь «особыми услугами». Труднее всего оказалось достать наркотики, но Иветта обладала достаточно богатым профессиональным опытом и умела задать нужный вопрос в нужном месте, в результате чего ей удалось достать великое множество запрещенных законом препаратов, которые способны были удовлетворить любые запросы сколь богатых, столь же и испорченных пассажиров.

Пока Иветта находилась в разъездах, пытаясь обеспечить корабль всем необходимым, Пайас занимался привлечением в их заведение богатых клиентов. В течение тех трех лет, что он провел под личиной профессионального игрока Пайаса Нева, Пайас Бейвол досконально изучил все обычаи, царившие в Мире азартных игр. По своему опыту он знал, что далеко не всегда самые богатые игроки посещают исключительно самые фешенебельные клубы, а некоторые заведения становятся более популярными, чем другие, зачастую именно из-за той клиентуры, которая там собирается.

Выбор маршрута для первого полета своего корабля-казино Пайас и Иветта осуществляли с особой тщательностью. В соответствии с их планом «Парадиз» должен был курсировать по квадрату между планетами Итон, Бромберг, Хсоли и Курагана. Все четыре планеты были весьма процветающими, на каждой из них невиданного размаха достигла деятельность различных нелегальных игорных заведений, поскольку азартные игры были запрещены законом, и, наконец, все эти четыре планеты входили в ту область межзвездного пространства, где отмечалась самая высокая активность различных пиратских группировок данного сектора Галактики.

Пайас посетил все эти четыре планеты по очереди, ведя там свои дела практически без какого-либо плана. Он проводил на каждой планете пару дней в поисках тех казино, в которых дела шли наилучшим образом. Потом тратил еще несколько дней на то, чтобы выявить в этих казино самых заметных игроков, сводя дружбу с крупье и «хозяйками» — содержательницами притонов для того, чтобы осторожно разузнать самые свежие слухи и сплетни. Его натренированные глаза не пропускали ни одного посетителя подобных заведений и редко когда Пайасу требовалось более часа, чтобы окончательно определить, представляет тот или иной субъект какой-то интерес для него или нет.

Но как только в поле его зрения появлялась подходящая жертва, он тут же начинал действовать. Сначала произносилось несколько заранее подготовленных слов об удивительных условиях на новом корабле-кази-но, затем следовал намек на то, что количество мест на корабле ограничено и, вполне возможно, билеты на первый рейс скоро будут полностью раскуплены, а потом уже с явно выраженной нерешительностью и осторожностью потихоньку подвинуть заинтересовавшемуся слушателю визитную карточку — карточку, на которой был указан только номер абонемента космической связи, с которым надо связаться и заказать «билет на «Парадиз». Пайас всегда отказывался отвечать на какие-либо вопросы по поводу самого корабля, давая своим перспективным клиентам понять, что он и так уже сказал гораздо больше, чем следовало. «Если есть желание получить какие-либо дополнительные сведения, — говорил он, — вам следует позвонить по указанному номеру и договориться о встрече». После этого он исчезал — обычно так и не назвав своего имени.

К тому времени, когда Пайас закончил облет всех четырех планет и вернулся на Игон, где заканчивались работы по реконструкции их корабля, даже он был несказанно удивлен тем ажиотажем, который возник вокруг билетов на «Парадиз». Иветта сходила с ума, пытаясь обработать все заявки на приобретение билетов и в то же время своевременно закончить работы по внутренней отделке корабля. Так что Пайас оказался весьма кстати, переложив на себя часть ее обязанностей.

Те люди, с которыми не так давно беседовал Пайас, не могли удержаться от искушения и рассказывали о «Парадизе» и необычном путешествии своим друзьям, те же, в свою очередь, посвящали в это новых людей, своих приятелей, а в результате весть о новом чудесном корабле-казино распространялась с огромной скоростью. Заявки на билеты стали приходить даже из тех мест, которые были значительно удалены от сектора, где находились упомянутые четыре планеты. Вследствие чего Пайас мог позволить себе проявлять разборчивость при продаже билетов и часто отказывал людям по, казалось, совершенно пустяковым поводам. При этом каждый отказ он сопровождал отправкой адресату красочного буклета с объемными иллюстрациями, в котором были подробно описаны и изображены все удовольствия и развлечения, предлагаемые на корабле-казино «Парадиз». После каждого такого отказа поток новых заявок на билеты чуть ли не удваивался.

Однажды вечером, в очередной раз оглядев кипу новых заявок на приобретение билетов, Пайас обратился к жене:

— А знаешь, если пираты не нападут на нас в первые один-два рейса, мы можем на этой затее сделать по-настоящему хорошие деньги. Даже если вычесть все расходы на продукты питания, которыми еще предстоит запастись, у нас остается достаточно кругленькая сумма. А вместе с платой за аренду и нашей долей от «особых услуг» мы могли завершить операцию с приличной для себя выгодой.

— Бог мой, похоже, ты слишком вошел в роль.

— Да нет, просто размышляю о профессии агента Службы Безопасности. Придет время и мы обязательно схватим и Леди А и всю ее шайку. И если в тот момент никаких новых заговоров не будет, начальство Службы запросто может отправить нас на вольные хлеба, а я уже слишком стар для того, чтобы изучать нейрохирургию. Поэтому мне представляется, что очень неплохо было бы иметь надежный бизнес.

Как ранее и обещала Иветта, она должна была подобрать подходящую команду — команду, которую пираты не могли бы одолеть ни при каких обстоятельствах, включая атаку с превосходящим по мощности оружием и значительным перевесом в живой силе. К счастью, это дело оказалось самым легким во всей операции. Для этого Иветте было достаточно обратиться к своей семье.

Семья д’Аламбер была совершенно уникальным явлением в истории человеческой цивилизации. По всей Империи гремела слава об этом семействе как об основных исполнителях в Галактическом Цирке. Лучшие воздушные акробаты, гимнасты, жонглеры, дрессировщики, фокусники, клоуны, борцы — все они принадлежали к семье д’Аламбер и на протяжении многих веков демонстрировали захватывающее дух зрелище. Можно сказать, что фамилия д’Аламбер была синонимом слова «Цирк» — более тысячи представителей этого семейства постоянно находились на гастролях, посещая все обитаемые планеты и на каждом их выступлении, где бы оно ни происходило, всегда был аншлаг.

Но это была лишь внешняя оболочка воистину замечательного семейства. Под сверкающим фасадом Галактического Цирка скрывалось самое мощное оружие против многочисленных государственных преступников, которое когда-либо попадало в арсеналы Службы Имперской Безопасности. Кроме членов семьи д’Аламбер, об этом факте было известно лишь немногим людям, которых можно было буквально перечесть по пальцам — представителям императорской фамилии, руководителю Службы Имперской Безопасности и его дочери, второму человеку в этом ведомстве. Необходимость в столь плотной завесе секретности вокруг связи Галактического Цирка со Службой, когда на протяжении веков о ней не было сделано ни одного устного или письменного сообщения, когда фамилия д’Аламбер не упоминалась ни в одном деле Службы, вызывалась тем, что врагам, которым удалось бы проникнуть в компьютер СИБ, не суждено было бы узнать правду об этой семье. Ни один д’Аламбер не числился на государственной службе и эта фамилия не упоминалась в расчетных ведомостях. Путем сложной системы перерасчетов налоги на Цирк были снижены и таким образом в достаточной степени осуществлялось вознаграждение этого благородного семейства за его сотрудничество со Службой Безопасности.

У Иветты в силу ее положения в распоряжении находилось много родственников, всегда готовых помочь в трудной ситуации. Все члены этого многочисленного семейства были уроженцами ДеПлейна, на котором сила тяжести значительно превосходила земную. Таким образом, все они были продуктами эволюции человека, происходившей в условиях повышенной гравитации. Поэтому их рефлексы были в три раза быстрее, их кости были в три раза прочнее, а мышцы — в три раза мощнее, чем у любого человека, выросшего на Земле. Вследствие этого на уроженцев ДеПлейна был громадный спрос в тех областях деятельности, где требовалась высокая скорость реакции и сила.

Ко всему прочему следует добавить и то обстоятельство, что у д’Аламберов существовала древняя традиция постоянного совершенствования своего тела. Ведь они были цирковыми артистами и их тела должны были действовать словно хорошо смазанные механизмы. Таким образом, представители этой семьи считались атлетами и силачами даже на фоне своих соплеменников. Именно этот дополнительный запас жизненных сил зачастую был тем единственным преимуществом, которым обладала Служба в ее извечной борьбе против сил хаоса.

Кроме тех мужчин и женщин, которых Иветта из-за их внешних данных наняла для «особых услуг», вся остальная команда корабля-казино «Парадиз», начиная с капитана и кончая последним рабочим, состояла исключительно из членов ее замечательной семьи. Причем каждый член экипажа был превосходно подготовлен для выполнения своих профессиональных обязанностей, ну а в боевом искусстве им просто не было равных.

Набором крупье и карточных банкометов первоначально должен был заниматься Пайас. Он хотел взять на эти должности профессионалов, обезопасив казино от всевозможных шулеров, которые могли бы каким-то образом затесаться в штат, а потому решил тщательно изучить анкетные данные каждого претендента. Но Иветта убедила его не делать этого и предоставить выбор ей. Все люди, которым она решила поручить работу за игровыми столами, были рекомендованы ей дядей Марселем, лучшим фокусником Галактического Цирка. Они не только отличались большим искусством и ловкостью рук, но могли своими тренированными глазами в считанные мгновения распознать любого жулика за игровым столом. Эти люди дали Пайасу бесплатное представление, после которого уроженец Нью-фореста лишь покачал головой... зато теперь он на все сто процентов был убежден, что ни один факт жульничества не пройдет мимо службы безопасности их корабля-казино.

И вот наконец, после долгих семи недель, корабль-казино «Парадиз» был полностью готов к тому, чтобы отправиться в свой первый исторический рейс. Пайас устроил по этому случаю грандиозное гала-представление, пригласив на прием представителей прессы и соответствующую публику. Он произнес короткую зажигательную речь о небывало увлекательном путешествии, которое они собираются совершить, а также о неисчислимых чудесах, которые ожидают всех пассажиров «Парадиза». Пайас объявил о том, что билеты на первые четыре рейса их корабля полностью раскуплены, а затем ответил на вопросы присутствующих. Многие вопросы касались его лично. И действительно, кто он такой, этот таинственный антрепренер, который вынырнул неизвестно откуда и решился на такой дерзкий проект? У Пайаса, который взял себе псевдоним Брайан Сенджере, в запасе имелось великое множество заманчивых поражающих воображение небылиц и специально придуманных историй о его туманном прошлом, причем большую часть своих россказней он бессовестно украл из приключенческих книг, которые читал в огромных количествах, словно ребенок. В конце концов, один из членов семьи д’Аламбер, который специально был внедрен в публику под видом представителя прессы, задал тот вопрос, которого чета Бейвол ожидала со все возрастающим нетерпением:

— Скажите, собрав на борту вашего корабля-казино огромное количество денег, не опасаетесь ли вы, что можете стать мишенью для налета со стороны одной из многочисленных пиратских банд?

— Нисколько, — твердо заявил Пайас, сопроводив свой решительный ответ соответствующим жестом руки. — Как вы могли понять из того, что я рассказал вам о своем прошлом, ранее мне часто приходилось сталкиваться с проявлениями жестокости и насилия в космосе. Тогда-то я и разработал такую систему безопасности, которая делает «Парадиз» совершенно неуязвимым для любого нападения пиратов, словно это не обычный корабль, а боевой имперский крейсер. Я обещаю, что все пассажиры, находящиеся на борту нашего корабля-казино, будут в такой же безопасности, как сидя у себя дома. На самом деле даже в большей безопасности — ведь на их дом могут напасть грабители, а на борту «Парадиза» грабителей не будет.

Заглотив столь лакомый кусок, специально подброшенный им Пайасом и Иветтой, репортеры набросились на вопрос о безопасности корабля. В частности, им было интересно узнать, не имеет ли «Парадиз» на борту собственной тяжелой артиллерии, способной отразить атаки бандитов в космосе. Пайас с улыбкой ответил:

— Вы все прекрасно знаете, что путешествие в межзвездном пространстве на частных кораблях, имеющих оружие на борту, является грубым нарушением Имперского закона.

Репортеров такой ответ не удовлетворил и они пытались добиться дополнительных деталей. Пайас был очень рад тому вниманию, с каким журналисты отнеслись к этому вопросу, но решил, что максимальную выгоду можно будет извлечь в том случае, если больше не сообщить им ни слова. Вот почему он, в конце концов, призвал репортеров оставить эту тему.

— Пожалуйста, прошу вас понять следующее. Если я сообщу вам сейчас все особенности нашей системы безопасности, они станут известны и пиратам тоже. А любой игрок, которому сопутствует удача, скажет вам, что кое-что всегда необходимо оставлять про запас. Вот все, что я хотел бы сообщить по этому вопросу.

На следующее утро все газеты были заполнены историей таинственного Брайана Сенджерса, описанием невероятного корабля-казино «Парадиз», а также заявлением Сенджерса о «секретном оружии» против пиратов, которое делает его корабль абсолютно неуязвимым. Супруги Бейвол читали статьи и улыбались. Они бросили вызов пиратам. Следующий шаг теперь за ними.

Спустя два дня корабль-казино «Парадиз», оставив орбиту вокруг планеты Игон, начал свой первый рейс. Пассажиры были заняты поиском развлечений и щекочущих нервы удовольствий. Пайас и Иветта надеялись, что подобных удовольствий они доставят своим гостям даже больше, чем было предусмотрено договором.

ГЛАВА 5

ПЛАНЕТА ПРЕДАТЕЛЕЙ

Размер планеты Гастония близок к размеру Земли Вращается она вокруг желтого карлика, похожего на Солнце. Имеет один большой естественный спутник и три естественных спутника меньшего размера. Окружена атмосферой, доля кислорода в которой делает ее пригодной для дыхания человека. Наклон оси вращения составляет двадцать один градус, вследствие чего на планете происходит обычная смена времен года. Наблюдается большой избыток воды. Планета отличается богатым растительным и животным миром. Рельеф Гастонии довольно разнообразен: горы и долины, океаны и пустыни. Вкратце можно сказать, что по многим аспектам данная планета не сильно отличается от родины человечества.

Правда, есть одно решающее отличие. Дело в том, что эта планета вращается на среднем расстоянии от своей звезды, равном 2,1 миллиона километров. А поскольку радиус орбиты в 1,4 раза превышает радиус орбиты Земли, Гастония получает тепла в два раза меньше, чем Земля. Это холодная планета, жестокая и мало пригодная для жизни людей, которые привыкли к более мягкому климату. Реки и озера на Гастонии большую часть ее долгого года были покрыты льдом. И только сложный процесс чередования приливов и отливов, вызываемый наличием у планеты четырех лун, позволяет воде в океанах оставаться в вечном движении и не замерзать. В середине лета на экваторе температура воздуха существенно поднимается и достигает иногда двадцати пяти градусов, но едва ли такие периоды можно было назвать поводом для радости. Дело в том, что из-за огромного перепада температур между отдельными климатическими зонами возникают мощные потоки воздуха, приводящие к таким штормам, по сравнению с которыми разрушительные тайфуны, что изредка наблюдаются на Земле в Тихоокеанском регионе, кажутся легким весенним ветерком.

Именно такой была планета, которую Сумасшедшая Стефани избрала для постоянного проживания всех тех, кто выступал против ее власти. Это было обитаемое, но далеко не счастливое место. Хотя здесь в изобилии произрастали местные виды флоры и водилось много животных, что обеспечивало поселенцев пищей, а частые снегопады давали им воду. Империя снабжала жителей планеты только самым необходимым для выживания, не доставляя на Гастонию никаких предметов роскоши. Выступив против Империи, здешние узники сами отвернулись от того, что могло’бы им дать государство и теперь с лихвой расплачивались за это.

Когда корабль Службы для перевозки арестантов, который должен был доставить Жюля и Ивонну к их новому местопребыванию, приблизился к Гастонии, узникам было разрешено ненадолго взглянуть на планету ссыльных. Из космоса она выглядела довольно светлой, с большим количеством облаков, сквозь которые маняще проглядывали голубой океан и белая, покрытая снегом суша. Однако с началом посадки их вновь развели по камерам и не разрешили покидать их до тех пор, пока корабль не коснется поверхности планеты.

Корабль совершил посадку в маленьком космопорту, который был единственным на всей планете и располагался на территории военного гарнизона — Империя хотела держать жизнь арестантов под неусыпным контролем. Надо отметить, что Гастония была одной из двух обитаемых планет в Галактике, у которой не было собственного герцога, осуществляющего управление колонией. Другой такой планетой была Земля. Как и Земля, Гастония считалась личной собственностью Императора и находилась под его прямым правлением. Императора здесь представлял назначенный им губернатор, который самостоятельно набирал персонал и периодически отчитывался перед Императором через Службу Имперской Безопасности.

Супругов д’Аламбер бесцеремонно выпроводили из корабля и направили в гарнизон, где они должны были пройти через процедуру идентификации личности. Когда процедура проверки была завершена, их подвергли полному медицинскому освидетельствованию, чтобы составить заключение о физическом состоянии в момент прибытия на Гастонию. Для решения проблем, связанных со здравоохранением, в административном центре на Гастонии имелись медперсонал и необходимое оборудование. Медицинские карты заводились на всех доставляемых сюда заключенных.

После осмотра Вонни и Жюлю выдали теплоизолирующую униформу, которая состояла из рубахи, широких брюк, кожаных ботинок на толстой подошве и тяжелой меховой парки. Охранница проводила их до двери, вручила каждому по полной горсти мелких медных монет и нажатием кнопки открыла дверь в небольшой коридор.

— Войдите в коридор и быстро шагайте к двери, что расположена в другом его конце. Вам откроют дверь. А потом радуйтесь своему новому дому.

— Обождите минутку, — попыталась задержать охранницу Вонни. — Но где же мы будем жить? Чем будем питаться? Как встретимся с другими арестантами? Что?..

— Там снаружи всегда кто-нибудь торчит, он и встретит вас, — грубо оборвала ее та. — Они объяснят вам разницу между кораблем для транспортировки заключенных и кораблем, выполняющим регулярные рейсы.

По-видимому, охранница не была расположена говорить. Она грубо вытолкала двух узников и захлопнула за ними дверь. Та закрылась с резким щелчком, будто подводя черту под прошлой жизнью, потом послышалось шипение выпускаемого воздуха, это сработали пневматические запоры. С их стороны не было ни ручек, ни кнопок, по-видимому, из коридора дверь открыть было невозможно. Что ж, если у них не было намерения простоять в этом коридорчике до конца своих дней, надо было двигаться вперед.

Коридор был абсолютно пустым, длиной около пятнадцати метров со стенами, обитыми металлическими листами. Светильники, расположенные на потолке, давали совсем мало света. Как и сказала охранница, в другом конце коридора была еще одна дверь. Жюль пожал плечами.

— Ну, от стояния здесь толку не будет, — произнес он и повел жену к двери в дальнем конце коридора.

Надо сказать, что и в коридоре было жутко холодно, но они не были готовы к шоку от того мороза, который чуть не свалил их с ног, когда открылась дверь наружу. Супруги тут же зажмурили глаза и закрыли свои лица руками, чтобы хоть как-то защититься от леденящей стужи, царившей на Гастонии в это время года. Теперь Жюль и Иветта подумали, что те меховые парки, которые показались им излишне теплыми, пока они находились в пределах военного гарнизона, будут слабой за щитой на этой морозной планете.

Постояв еще несколько секунд без движений, чтобы хоть чуточку привыкнуть к здешнему холоду, супруги д’Аламбер вышли наружу и в то же мгновение дверь за ними автоматически захлопнулась. Как и на первой снаружи на ней не было никаких ручек и открыть её отсюда было невозможно. Назад пути не было.

— Надеюсь, мы отдаем себе отчет в том, что делаем, — прошептала Ивонна, едва дыша.

Жюль, стоя рядом с женой, кивнул головой. В сложившихся обстоятельствах едва ли возможно было удержаться от того, чтобы в душе не зародились сомнения, однако они прекрасно понимали, что впереди их ждет еще более опасная часть задания и поэтому готовились с честью выдержать все испытания. В конце концов, ведь никто не обещал им, что работа пройдет без малейшего риска.

Позади голые стальные стены поднимались в высоту не менее чем на пятнадцать метров, возвышаясь над головой словно башни. Здание администрации и военного гарнизона было построено таким образом, что его задняя часть вплотную примыкала к горной цепи, что должно было исключить возможность вражеских атак с тыла. А эти высокие стены, в свою очередь, препятствовали атакам с фронта. Насколько было известно из регулярно поступающих отчетов, за всю более чем стопятидесятилетнюю историю использования Гастонии в качестве планеты-тюрьмы для государственных преступников отсюда не было совершено ни одного удачного побега. И все-таки некая женщина по имени Карла Джост каким-то чудом умудрилась сделать это, да еще так, что никто из здешней администрации не имел об этом ни малейшего понятия вплоть до сегодняшнего дня — а сколько еще преступников могли воспользоваться ее опытом? Именно на эти вопросы должны были найти ответы супруги д’Аламбер, прибыв на Гастонию. А потом попытаться перекрыть этот канал если повезет.

— Если вы хотите доехать до деревни, а не тащиться туда пешком, — услышали они неприятный голос, пошевеливайтесь. Я не собираюсь торчать здесь целый день.

Жюль и Ивонна отвлеклись от внимательного изучения стен гарнизона и обернулись, чтобы взглянуть на человека, заговорившего с ними. Это был мужчина приблизительно сорока пяти—пятидесяти лет с густой бородой и обветренным лицом. Одет он был в меховую парку, которая ничем не отличалась от их собственных, но ноги его были обуты в ботинки, подбитые мехом, которые к тому же плотно застегивались на голеностопных суставах и лодыжках. Он сидел на самодельных санях, в которые было запряжено какое-то неизвестное крупное четвероногое животное. Оно имело толстую шкуру с длинным мехом сероватого оттенка, а на голове его красовались две пары рогов весьма устрашающего вида, хотя внешне оно казалось вполне покладистым и спокойно стояло впряженным в сани, ожидая приказов своего хозяина.

— Кто вы? — спросила Вонни.

— Фамилия моя Золотин. Я отвожу всех вновь прибывающих в деревню. Если, конечно, они не захотят прогуляться туда пешком.

— И далеко до деревни? — поинтересовался Жюль.

— Пять километров. Ну, решайте быстрее.

На самом деле решать-то особенно было нечего. Столь продолжительная пешая прогулка по Гастонии сейчас, когда они еще совсем не привыкли к суровому климату этой планеты, была бы с их стороны равносильна самоубийству.

— Спасибо, мы принимаем ваше предложение, — проговорил Жюль, направившись к задку саней.

Золотин поспешил за ним и втиснулся между Жюлем и санями.

— Плата за проезд пятнадцать жетонов с каждого, — объявил он пассажирам.

— Что? А! — Жюль посмотрел на монеты, которые так и держал в кулаке после того, как получил их у стражницы. Все они были изготовлены из меди, имели различные размеры и форму, но какие-либо метки, по которым можно было бы судить об их номинале, начисто отсутствовали. — Которая из них? — спросил он у возницы, показывая свои монеты

Золотин презрительно оглядел коллекцию медяков которую Жюль держал на ладони.

— Маленькие кружочки соответствуют одному жетону, кружочки среднего размера — пяти жетонам, самые крупные кружочки — десяти жетонам, монеты треугольной формы соответствуют пятидесяти жетонам, квадратной — ста. Монеты шестиугольной формы равны одной тысяче жетонов, но такие монеты вы увидите еще не скоро. — Он хохотнул, довольный своей шуткой.

Супруги д’Аламбер быстро пересчитали свое «состояние» и определили, что на двоих располагали суммой, равной девятистам жетонам. Они не имели ни малейшего понятия о том, какие расходы им предстоят в деревне и плата за проезд в тридцать жетонов показалась не столь уж и высокой. Жюль и Ивонна бережно разложили все имеющиеся в наличии монеты по достоинству и отсчитали Золотину ту сумму, которую он запросил. Только после этого возница позволил им устроиться на санях, а затем, щелкнув маленьким кнутом, пустил свое животное вперед.

— А что это за животное? — поинтересовалась Вон-ни, пытаясь завязать разговор.

— Оно называется ейджи.

Животное плелось со скоростью, пожалуй, только чуть-чуть превышающей ту, с которой Вонни могла бы передвигаться ползком.

— А что, быстрее оно двигаться не может?

— Конечно, может, если позади будет бушевать пламя или впереди покажется самка. А так зачем? Или, может быть, вы куда-нибудь спешите?

Лицо у Вонни вспыхнуло. Она привыкла к жизни в условиях, когда все вокруг нее двигалось в несколько ускоренном ритме. А Гастония, по-видимому, была тем местом, где все живое старалось сохранить как можно больше энергии для того, чтобы тем самым сберечь побольше тепла. Да и какие причины могут существовать в этом мире для спешки?

Заметив волнение своей жены, Жюль поспешил заполнить паузу и вступить в разговор.

— Мне кажется, на этой планете должны существовать какие-то правила для всех живущих здесь.

— Разумеется, они есть, — согласился с ним Золотин. — Вы должны делать то, что говорит вам мэр и тогда у вас не будет никаких неприятностей. А самое главное, что вы никогда и ни в коем случае не должны делать — это спрашивать у кого бы то ни было, кем он был до того, как оказался на Гастонии. Если вы нарушите это правило, то проживете недолго.

— А кто здесь мэр? — поинтересовался Жюль. — Один из тех, кто служит у губернатора?

Золотин насмешливо фыркнул.

— Губернатору нет никакого дела до нас, впрочем, так же, как и нам до него. Сейчас мэром является один человек по имени Кваме Чомбасе. И мой вам совет: чем дальше вы будет находиться от него, тем вам же лучше.

Скорее всего именно эта формула объясняла долголетнее выживание Золотина в мире кровавых преступлений, которые являлись повседневной реальностью на Гастонии, если, конечно, Жюль правильно истолковал слова возницы. Однако супруги д’Аламбер прибыли на эту планету вовсе не для того, чтобы заниматься обеспечением собственной безопасности. Если этот Чомбасе обладает хоть какой-то властью в этой колонии, он, вполне вероятно, является также членом организации заговорщиков и именно это обстоятельство им предстояло выяснить. Рано или поздно, но им так и так придется столкнуться с этим человеком, но прежде самым разумным поступком с их стороны было бы тщательное ознакомление с основными порядками в том новом мире, где они вынуждены будут прожить какое-то время.

— А мы найдем место, где остановиться? — спросила Вонни. — Эти охранники ничего толком не объяснили нам.

— Я доставлю вас в Центральную регистратуру, — проговорил Золотин. — Там вам выделят какое-нибудь жилье и дадут работу. Вы собираетесь жить вместе?

— Да, мы женаты.

Золотин оглядел Вонни с видом знатока.

— Молодая хорошенькая женщина может очень быстро сделать здесь неплохие деньги. Соотношение полов здесь таково, что на каждых двух женщин приходится больше трех мужчин.

— Благодарю, я не из таких! — воскликнула Вонни Возница только пожал плечами.

— Смотрите сами. Только ваши внешние данные сейчас куда лучше, чем будут в самом скором времени Тяжелая работа на Гастонии очень быстро сведет на нет всю вашу привлекательность, а значит и снизит цену на вас. И может статься, что через пару месяцев уже не найдется никого, кто захочет вас купить.

Вонни после таких слов возницы весь остаток пути провела в гневном молчании, предоставив остальные подробности выяснять своему мужу. Золотин был невозмутимым молчаливым человеком и Жюлю приходилось чуть ли не клещами вытягивать из него информацию о жизни на Гастонии. К счастью, ейджи брел очень медленно и это дало ему вполне достаточно времени для того, чтобы задать вознице все необходимые вопросы и выстроить для себя структуру здешнего общества, членами которого с этого дня стали и они с Ивонной.

Как он выяснил, в настоящее время на Гастонии проживало более двадцати тысяч человек. Все они жили в деревне — так они называли населенный пункт, в котором обитали. Подавляющая часть местных жителей занималась весьма примитивными видами деятельности, главными из которых были охота на диких животных, выращивание злаков и различные ремесла, такие, как выделка кожи и строительство. Управление жизнью деревни осуществлялось мэром и его лейтенантами, которые добились власти исключительно за счет применения грубой силы. Таким образом, обычно пост мэра занимали люди без всеобщих выборов. Гастония была планетой, населенной честолюбивыми, скандальными и жестокими людьми и не было странным, что политическая ситуация в этой колонии не отличалась большой стабильностью.