Вернуть Боярство 4

Договорить он не успел. Невидимая, но весьма мощная сила подхватила не успевшего и пикнуть чародей за шкирку и подняла в воздух, а затем и вовсе сжала так, что далеко не слабый боевой маг заскрипел от боли зубами.

— Ты вздумал мне рассказывать, что полезно для Рода, а что нет, щ-щенок⁈ — яростно зарычал вскочивший на ноги генерал. — Ты⁈ Скудоумный придурок, которого родной отец с превеликим удовольствием спровадил подальше от любых дел нашего Рода, что бы ты не натворил дуростей⁈ Полудурок и наркоман, которого мне пришлось спасать от кредиторов, ставший человеком и едва взявший в прошлом году ранг Младшего Магистра, лишь благодаря моим деньгам и связям с алхимиками⁈ Ничтожество!

Под конец почтенный чародей уже не рычал — он натуральным образом ревел, подобно разъяренному медведю. И с каждым его словом сжатый невидимой силой полковник бледнел всё больше и больше. Испуганный, он пытался дать отпор, вырваться из незримой хватки старшего родича — но тот словно бы и не замечал его усилий.

— Слабак, даже телекинезу дать отпор неспособен… Да ты полк в командование получил лишь потому, что приходишься мне племянником, сопляк! Воля отца? Просьба Игнатьевых? Их помощь⁈ Багрянины остались на плаву лишь потому, что я сумел выслужиться перед Вторым Императором! Мне! Лично мне были дарованы знания уровня Архимагов и доступ к целителям и алхимикам Павла Романова, что бы стать Архимагом самому и сделать им твоего отца! И если я говорю тебе — не дергайся и береги этого человека, то ты, свинья бездарная, должен быть готов сдохнуть, сука, сам, но выполнить мой приказ!

Под пальцами пожилого чародея заскрипела, пошла линей трещин толстая столешница из очень крепкого волшебного дерева. Над головой засверкали маленькие отблески света, засияли золотом крохотные светлячки — Архимаг был в бешенстве, и от того, что бы прикончить своего родственника, его отделяла весьма тонкая грань… Впрочем, будь он из тех, кто идет на поводу эмоций, он не достиг бы всего, чего достиг в этой жизни. А потому, выдохнув, развеял и телекинез, и бесконтрольные импульсы света.

— Наш Род растет и богатеет лишь потому, что я верой и правдой служу Второму Императору, Павлу Александровичу Романову, — отчеканил он, ледяным взглядом прибивая к земле съежившемуся от страха полковнику. — Главой Рода твой никчемный папаша стал лишь по одной причине — я не могу иметь детей из-за того, что случилось тридцать лет назад. А ещё потому, что решил помогать Роду отсюда. Ваши с Витей выходки ставят под угрозу выполнение приказа нашего господина, что, в свою очередь, может повлечь последствия для всего Рода. А поэтому я отправлю тебя в тыл, к семье, пока ты не наделал ещё каких глупостей… И передай своему папаше — я им очень недоволен. Вздумает ещё раз меня расстроить — и я покажу им в чем разница между настоящим, боевым Архимагом и ничтожеством, не покидающим Родового поместья.

А затем раздался громкий, противный хруст, за которым последовал полный боли вопль его племянника. Обе ноги не самого слабого чародея были раздроблены на осколки, и в них засела сила самого Архимага, из-за чего исцеление этих травм было весьма затруднено.

Он позаботится о том, что бы все, кому надо, узнали об этом. И осознали всю решимость командира третьего корпуса выполнить любой указ человека, которому он принес клятву личной верности — он и так допустил одну ошибку, посчитав, что его тупоголовый племянник понял его. Видимо, его Род позабыл, кто спас их от медленного забвения и возвысил — что ж, он им напомнит.

— Игнатьевы им понадобились, мать вашу… Забыли, с чьих рук мясо жрете, сволочи? — зло прошипел Архимаг, мысленным усилием вызывая охрану.

Пусть заберут этот кусок мяса. Слушать его вопли желания не было. Бесхребетный слизняк, получивший всё, что имеет, не ударив пальцем о палец. И это — его родная кровь…

Глава 10

— Ну что там с добычей? — жадно спросил Приходько, потирая ладони. — Не обдурили?

— Ну как сказать, — почесал я в затылке. — С одной стороны — действительно дорогие и ценные предметы ушли мимо нас безо всякого обсуждения. Имперская Стража, сам понимаешь, внесла основной вклад в сражение, так что основная добыча отошла людям Второго Императора. Из оставшегося были материалы для алхимии, но с этим добром нам и так уже повезло, учитывая добычу из подвалов цитадели, которую признали лично нашей. Разные артефакты, крепостная артиллерия нолдийцев вместе со снарядами к ней, огромное количество доспехов и оружия, в том числе зачарованного — среди этого добра я кое-что отобрал для наших рядовых бойцов. Из того, что хоть как-то работает в руках простых смертных, но такого немного. В остальном взял золотом, вышло почти полтора миллиона рублей, и сквалыга-интендант округлил сумму до ровной. Разумеется, не в нашу пользу, но там лишь пара сотен рублей разницы была, так что плевать.

— Ого! — присвистнул Влад. — А что, немало. Вот только как ты рублями-то взял? Обычно добычу отдают тем, что есть.

— Особо отличившимся отрядам и их командирам было предложено продать свою долю ненужной добычи, — ответил я. — Часть обозников повезут эту добычу в губернию, уж бог его знает зачем. Но нам какое дело? Вексель на всё это золото мне уже выписан, необходимые магические процедуры подтверждения пройдены, остальное неважно. Теперь, даже случись мне посеять эту бумагу, деньги нам обеспечены.

— Это, конечно, здорово, господин, но что слышно по поводу боеприпасов? — влез Арсений. — За несколько недель в боях большая часть патронов бойцами растрачена. А к нашим винтовкам патрон «Сосны», конечно, тоже подходит, но сами знаете — наши винтовки лучше, и пули у них мощнее. Я заказал ещё прошлым обозом поставку, вот только они должны были быть доставлены ещё вчера вместе с очередным караваном. Который, к слову, всё ещё не прибыл.

— На них было совершено нападение, но они отбились, — пояснил я. — Потому вышла задержка. Груз, насколько я знаю, не пострадал, но прибудут они только завтра утром.

Это объяснение вполне удовлетворило моего командира гвардии и тот вернулся к медитации. Мы находились на тренировочной площадке, где я обучал своих подчиненных из числа имеющих дар. И, надо сказать, я не скупился для них на знания — гвардия показала себя с наилучшей стороны, доказав, что в них есть резон вкладываться по полной.

Со дня взятия крепости прошло десять дней. Командование, конечно, очень хотело выдвинуться вперед как можно скорее, запустив руки в те богатства, что защищал прежде Багрянск, однако раненных было слишком много, да и людям требовалось дать некоторое время отойти от сражения. Чародеям, например — очень многие в бою довели себя до полного истощения, особенно из числа младших магов.

Требовалось зализать раны, подтянуть резервы, подробнее разведать, что впереди, доукреплять спешно восстанавливаемую крепость, которая теперь становилась опорным пунктом на нашем пути вперед. Как логистический центр Багрянск был очень важен не только для нас, но и для соседних группировок войск.

Насколько я понял, здесь будет огромный склад всего необходимого для армии, под охраной минимум дивизии Имперской Стражи и целого Архимага. Единый центр снабжения, конечно, становился лакомой целью для врага, но вместе с тем и для нас позволял изрядно облегчить снабжение. С которым итак было достаточно сложностей — до линии фронта было несколько недель пути от по настоящему обжитых земель наших прифронтирных губерний.

Основную роль в качестве логистического центра крепость сыграет позже, когда мы опрокинем армии нолдийцев дальше, вглубь их земель. Ну а пока, пользуясь выпавшей нам передышкой я занимался обучением своих магов. Для чародеев поговорка о том, что знания — сила, была далеко не метафоричной. Многого в полевых условиях в них не в бить, но самые азы, которых у многих моих подчиненных либо не хватало, либо они были откровенно убоги, дать можно, чем я и занимался. Ну и да — Приходько всё же принес мне клятву верности, а среди десятки бывших Шуйских ещё один успешно, не без моей помощи, взял ранг Мастера. И теперь у меня под рукой было уже четверо, а не трое магов данного ранга… Правда, недоучек, если уж откровенно — однако всё равно я был рад.

Наш командир, полковник Багрянин, получил в бою серьезные ранения, требовавшие полноценного лечения в тылу, и потому отправился в Александровск. Уж не знаю, с кем он там сцепился в крепости, лично на меня он не производил впечатления человека, способного самолично сойтись в бою с равным противником, если будет возможность этого избежать, но скрывать не буду — его отъезд меня весьма порадовал. Ну не заладилось у меня с этим родичем Архимага, совсем не заладилось общение…

— Господа! — обратился я к выстроившимся ровными рядами гвардейцам тем же вечером. — И дамы, разумеется, — чуть улыбнулся я. Всё же среди служащих мне магов были и представительницы прекрасного пола. — Сегодня я получил нашу долю добычи. Она составила полтора миллиона золотых рублей плюс всё то, что мы лично вытащили из цитадели Багрянска. Деньги немалые, но зажимать вашу справедливую долю я не намерен. Семьсот пятьдесят тысяч рублей будут распределены между всеми вами, а потому прошу к завтрашнему утру указать своим командирам, кому из ваших родичей передать эти деньги или на какой счет и в каком банке их перевести.

Если бы не привитая за эти месяцы дисциплина, народ сейчас бы прыгал от радости. Ещё бы — для начала, я имел полное право ограничиться выплатами боевых и премиальных, и никто б мне слова не сказал. И подавляющее большинство, уверен, так и поступило, предпочтя оставить основную добычу себе и своему Роду.

Однако я — не большинство. Моему Роду без году неделя, мои гвардейцы, что клялись мне в верности, ещё не успели как следует эту самую верность выработать — ведь она не возникает на пустом месте. Её тщательно взращивают, заботясь о своих людях. Сейчас они меня воспринимают как военного вожака, эдакого предводителя викингов, которому многие, если не большая часть, присягали весьма неохотно и под давлением — моя десятка дружинников, что обучала этих людей, сделала всё за меня, но так дело продолжаться не может.

Они должны быть мне преданы по настоящему. Должны чувствовать, что я их счастливый билет, тот, кто поведет за собой к лучшей жизни, кто может дать им достойное будущее, что я не очередной малолетний пентюх из числа аристократов. Только так можно получить тех, кто готов будет идти за тобой огонь и воду, верных и преданных воинов…

И потому я буду щедр. Конечно, золото — не самый лучший способ добиться верности, но с чего-то ж надо начинать, верно? Желтые кругляши взамен тех, что уйдут им, я добыть ещё успею — и война далеко не кончена, и Родовые владения рано или поздно начнут приносить доход, так что на монеты наплевать… В пределах разумного, конечно.

— Это ещё не всё! — продолжил я, не обращая внимания на радостный гул. — Мы славно сражались, и без ложной скромности могу сказать, что внесли один из самых больших вкладов в эту победу. Однако обошлась она нам совсем не даром — тридцать один человек останутся в этих краях навсегда. Их семьи лишились кормильцев, решив пойти с нами в этот поход, и я надеюсь, вы с пониманием отнесетесь к тому, что их доля за этот бой будет удвоена и отправлена их близким. Добавлю от себя — из своего кармана я выплачу семье каждого, кто погиб, по десять тысяч золотых. Вы — гвардия моего Рода, и я хочу, что бы вы знали — о своих людях я забочусь всегда.

Замолчав, я развернулся и зашагал обратно к своей палатке, махнув рукой Арсению, что бы он тут распоряжался. Я никогда не был мастером говорить возвышенные и цепляющие за душу речи, к сожалению. Вот поругаться я горазд, этого не отнимешь, и оскорбить собеседника тоже мастак — причем частенько даже тогда, когда этого вовсе не желаю.

Но тут, думаю, всем всё и так очевидно. Пора бы начать людям по настоящему привыкать к тому, что они не просто вольный отряд, сбитый из всех, кто под руку попался, а гвардия дворянского Рода. Да и в целом воевать, зная, что о твоих близких позаботятся, если с тобой что случиться, как-то спокойнее.

Дни потекли за днями. Один за другим все мои раненные бойцы встали на ноги. Три десятка погибших это ничтожно мало для такой бойни, в которой без труда могли сгинуть вообще все, но очень много по моему субъективному мнению. Однако даже так — триста шестьдесят девять выживших бойцов стали ещё более грозной силой, чем прежде. Они успели хлебнуть крови в общем строю, понять и оценить все преимущества своего нового положения и то, как важны были их тренировки. И теперь сами с полной самоотдачей занимались…

А я начал скучать. Однако долго нам нам расслабляться было не суждено, ведь вскоре пришли известия о крупном сражении, в котором наши взяли верх. Первая Ударная Армия прорвала-таки фронт, и теперь враг откатывался со всех позиция, отходя ко второй линии обороны. Вместе с тем двинулись вперед и мы — крепость уже более-менее привели в порядок, да и новый гарнизон тоже прибыл.

На этот раз крепостей впереди особых не было. Но были леса, кишащие чудовищами, через которые требовалось пройти как можно скорее — командование стремилось замкнуть котёл над изрядным куском нолдийской армии, и на это были брошены все более-менее свободные силы. Не исключая и нас, разумеется…

И мы двинулись. Чародеи безжалостно уничтожали всю растительность перед колоннами пехоты, бойцы угрюмо вышагивали вперед, постоянно готовые отразить атаку местной фауны, и даже родовитые щенки из числа тех, кто был здесь больше на экскурсии о том, как настоящая война выглядит, нежели воевал, потеряли желание пьянствовать и держались в рядах своих гвардейцев.

Потому что обитатели Сибири словно с ума сошли. Чудовища постоянно нападали на патрули, на арьергардные отряды и даже на походные колонны бойцов, не считаясь с потерями и не щадя своих жизней. Рогатые пришельцы из иного мира, что управляли ими, явно получили приказ задержать наше движение любой ценой, и сейчас в напрасных попытках заставить корпус если не остановиться, так замедлиться, выгребали всех, до кого могли дотянуться.

— Как думаешь, насколько их ещё хватит? — поинтересовался я у Олега.

Пятерка Младших Магистров, была вновь прикомандирована ко мне. Вернее не ко мне даже — Святослав получил должность командира полка и заодно остатков нашей бригады, которую после взятия крепости командование то ли забыло, то ли не сочло нужным расформировывать. И такая замена отправленному на лечение родичу Архимага меня не могла не радовать.

Ну и остальная тройка тоже была с ним, разумеется.

— К вечеру уймутся и отступят, — ответил бывший разведчик. — Сейчас только полдень, а у них уже ни одной твари сопоставимой хотя бы с Мастером полчаса как не видать. Рогатики собирались партизанить совсем в других местах, ведь корпус должен был идти и грабить ближайший к нам округ — там куча мелких крепостиц и немало сильных тварей, так что попить крови они у нас могли не мало. А мы хоба — и совсем в другую сторону двинулись.

— В общем, основной удар будет скорее всего завтра ночью, — подхватил Святослав. — Подкопятся, соберутся и постараются спалить наш обоз — другого шанса действительно повлиять на факт нашего прибытия у них нет. Собственно, у них вообще нет шансов нас по настоящему остановить, но если спалят обоз, а затем перекроют поставки, то уже этим окажут существенную помощь своим. Насколько я понял, Первая Ударная серьёзно потрепала их силы, и если удастся взять их в котёл, а затем уничтожить, то успех кампании гарантирован.

Да уж, без провианта, медикаментов, алхимии, ядер для артиллерии и боеприпасов для стрелков боевая мощь корпуса значительно снизиться. Очень, очень значительно — магия, конечно, штука могущественная, но одними магами современные войны против развитых противников выиграть сложно. А нолдийцы успели доказать, что и воевать умеют, и цивилизация их вполне сопоставима с нашей. Пусть их артефакты и работали по непонятным нам принципам, но работали на совесть.

Не отказался бы я поглядеть со стороны на ту схватку, где Первая Ударная надавала рогачам по заднице, кстати. Отзвук пущенных там в ход чар так взбаламутил Астрал, что даже я сумел это уловить. Бившиеся там чародеи использовали воистину достойную зваться высшей магию, и было бы интересно поглядеть, насколько Заклятья местных похожи на Сверхчары Великих. С целью получения наглядного опыта, так сказать.

Мои размышления были прерваны самым неприятным образом — из-за леса вымахнула очередная волчья стая и рванула к колонне. Гвардейцы не сплоховали, опередив всех — сотни ружей разом выплюнули кусочки свинца, а за ними полетела вперед низшая боевая магия. Следом за моими людьми среагировали и Стражи, и идущие с нами отряды аристократов — и несчастные санитары леса превратились в груду изувеченного мяса быстрее, чем преодолели хотя бы четверть разделяющего нас расстояния.

— Дурость какая, — поморщился я. — Ну видят же, что это не работает, на кой хрен так бездарно гнать несчастных чудищ на убой?

— Нолдийцы — такие же разумные, как и мы с вами, — пожал плечами Никита. — Со всеми вытекающими отсюда бедами вроде бездарных командиров, туповатых подчиненных, паники в своих рядах и прочим прелестям развитых существ. Думаю, все, кто у них там действительно годился в военачальники, подохли ещё в Багрянске, а немногие выжившие высшие маги просто сбежали к основным силам. А командовать остались всякие третьесортные офицерики, которых полагали держать в тыловом охранении всю войну. Вот и дуркуют рогатые, пытаются приказ выполнить как могут, не понимая, что только себе же хуже делают.

С этим я мог согласиться. Даже в моём прошлом мире, где дисциплины в войсках было не в пример здешним больше, самодуров и бестолочей на высоких позициях хватало. Правда, особенно сильно это обычно проявлялось начиная с чародеев уровня Мастеров и выше — обладающие правом командовать в силу высокого происхождения и большой магической силы особы далеко не всегда соответствовали своим должностям.

Так что в бестолковых командиров, которым потом свои же головы поотрывают, я поверить мог. Будь я на их месте, я бы скорее всего вообще не лез бы к нашим основным силам, что бы не гробить свои войска понапрасну. Зачем? Можно ведь перерезать пути снабжения и начать кошмарить наступающих мелкими стычками и наскоками, вырезая всех, кто чуть оторвался от основной массы. Впрочем, поглядим, как карты лягут в эти ближайшие несколько дней — поход до пункта назначения обещал стать довольно изматывающим.

* * *

Удобно устроившись на подушке пятой точкой и скрестив ноги в позе лотоса, в просторной каюте громадного линкора «Таллин» сидела красивая молодая женщина. По белокурым волосам стекали водопадом вниз искорки разноцветного пламени, осыпаясь на металлический пол и постепенно на нем затухая, из под опущенных век девушки изредка прорывались вспышки синего и изумрудного огня, а на потолке помещения горела ровным оранжевым светом семилучевая звезда.

Крейсер был флагманом воздушной эскадры Рода Валге и сейчас неспешно летел вперед, окруженный пятнадцатью судами поменьше — несколькими крейсерами и дюжиной эсминцев. Подкрепления, отправленные Тойво Валге на помощь Второму Императору, неспешно пересекло воздушное пространство Фронтира, двигаясь в сторону Второй Ударной Армии Имперской Стражи. Эскадра должна была войти в состав основной флотилии Второй Армии, предварительно высадив многочисленных наёмников и посланные сюда отряды гвардии Рода Валге — впереди намечалось большое сражение.

Помещение, в котором находилась девушка, было специально создано для медитация магов уровня Старшего Магистра и выше. Здесь чародеи оттачивали контроль над собственной силой и аурой, стараясь манипулировать маной в максимально сложных для себя условиях. Звезда на потолке как раз и служила для того, что бы вносить помехи в любые попытки управлять своей силой, сбивая концентрацию, устраивая перепады магического фона а иногда и вовсе выбрасывая тонкие, но довольно болезненные импульсы в ауру одаренного.

— Пора заканчивать, внучка, — раздался голос Главы Рода Валге. — На твоём ранге в подобных местах вообще не занимаются. Будь ты обычной чародейкой, уже через минуту бы сознание потеряла.

В голосе говорившего слышалась потаённая гордость. Ещё бы — не в каждом поколении рождаются люди с потенциалом достичь вершины магического искусства, и пожилой чародей уже перестал надеяться, что подобный человек в их семье появится при его жизни. Что означало бы некоторое ослабление Рода после его смерти — чародеи его ранга были силой, которая решала многие вопросы и проблемы просто самим фактом своего наличия.

Нет, Род не скатился бы до уровня второразрядных — отсутствие Мага Заклятий лишь ослабило бы позиции среди равных, но в низшие лиги бы не выкинуло. И однажды у них бы появился новый чародей этого ранга — многовековое наследие семьи, генетика, деньги, связи и знания сделали бы своё дело…

Как всё же жаль, что Хельга — девушка… Ему и так приходится делить внучку с её отцом, которого он недолюбливал и считал виноватым в смерти его дочери, так ещё и внезапно появившийся у девушки возлюбленный доставлял немало головной боли. Ладно бы тот оставался безродным или не имел никаких покровителей — он бы с громадным удовольствием забрал парня в Род, ведь по имеющимся сведениям Аристарх едва ли не одареннее его внучки. Но существование Фёдора Шуйского, недвусмысленно давшего понять всем остальным, что паренек под его присмотром и его никому не отдадут, всё портило.

Глава целого Рода, не последнего в Империи, он бы не моргнув глазом подстроил парню «несчастный случай», что бы тот не доставался никому и никак не грозил его планам на внучку. Да, он знал, что именно ему он обязан спасением Хельги и усилением её дара, и ему было бы неприятно это делать, но ради интересов Рода Тойво взял бы грех на душу. В конце концов, на то он и лидер, что бы принимать непопулярные и жестокие решения ради процветания своего Рода.

Но и это было невозможно — слишком много заинтересованных и могущественных глаз приглядывало за парнем, и его руку в этом деле вычислили бы очень быстро. Что привело бы к нежеланным последствиям…

В общем, старый чародей с одной стороны был парню благодарен за всё им сделанное, с другой — уже терпеть его не мог. И больше всего Мага Заклятий раздражало то, что он сейчас сам везет внучку туда, где у неё будет шанс встретиться с этим щеглом.

— Будь я обычной, ты бы мне и не позволил здесь заниматься, дедушка, — улыбнулась Хельга, открывая глаза. — Долго я тут просидела?

— Четыре часа. И пусть сила воздействия комнаты была уменьшена специально для тебя, но это очень большой срок. Это приличный показатель даже для Младшего Магистра… И чего ради ты так торопишься стать сильнее? Ради боевой магии отказаться от занятий остальными дисциплинами… Куда катится мир? Молодежи лишь бы кулаками махать, учиться работать головой никто не хочет…

— Есть человек, с которым я хотела бы померяться силами, — ответила, вставая, девушка. — И скоро я с ним увижусь. Не хотелось бы ударить в грязь лицом…

— Да знаю я, что именно ты у него померить хочешь, — фыркнул Тойво. — Силами, как же…

— Дед! — смущенно топнула ножкой мигом покрасневшая девушка. — В твоем возрасте подобные шуточки неуместны!

— Мои шутки уместны всегда и везде, — шутливо вздёрнул нос Тойво. — Ну а вообще — нам пора, скоро прибудем на место. Иди приводи себя в порядок и одень что-то приличествующее случаю…

Глава 11

Сибирь… Настоящая, глубинная, веками пропитываемая силой крупнейшего Разлома на планете, она поражала воображение. Даже моё, надо признать…

Она началась на третий день нашего марша, при попытке сомкнуть котёл вокруг нолдийских войск. Затея провалилась, хоть и совсем не по нашей вине — рогачи огрызнулись на другом участке, сорвав планы Стражи и оттеснив часть группировки окружающих их войск. Но даже так не званные гости из иного мира не собирались никуда отступать, ибо армии вошли в плотный клинч. Сражение, определяющее исход кампании, ещё не началось, но начни сейчас нолдийцы отходить, и их потери будут огромны.

Площадь предстоящих боевых действий действительно впечатляла. Глубинные земли Сибири не баловали большими участками свободной от лесов или магических аномалий, порождённых Разломом земли, поэтому почти семьсот тысяч солдат с нашей и демоны ведают сколько с вражеской растянулись на пару сотен километров.

Вот только большая битва пока так и не случилась. Обе стороны опасались её начинать — мы не отрезали врага от логистических центров, и у него было всё ещё вдоволь снарядов, алхимии, боеприпасов для сорсов — зачарованные арбалетные стрелы на коленке в лесу в промышленных масштабах не настругать, поверьте — что били ничуть не хуже наших винтовок, продовольствия, топлива для боевых и защитных войсковых артефактов вроде барьеров для пехоты, летучих кораблей у нас и парящих крепостей у врага… В общем, план окружить, вымотать и одним ударом прикончить изрядный кусок вражеских армий пошел по известному женскому органу, и потому битва пришла к позиционному противостоянию, постоянным мелким атакам в попытках потеснить с выгодных позиций друг друга и бесчисленным мелким, тактического значения стычкам. Да, генерального сражения не было — но даже так происходящее было куда более напряженным и сложным процессом, нежели предыдущая осада. И так продолжалось уже битых шесть недель!

Возвращаясь к местной природе — они все сплошь были запитаны силой Разлома. И для своего существования они требовали в том числе и его энергию, теряя большую часть своих волшебных свойств, если попытаться их высадить слишком далеко от родных краёв.

Сосны, ели, могучие дубы, лиственницы, берёзы, тополя… Здесь росло всё подряд, и росло не так, как в иных местах. Листья и иголки были обильно усыпаны вкраплениями оранжевого и желтого, что весьма своеобразно разбавляло привычный мне вид этих деревьев, а сами они, казалось, обладали зачатками собственного разума. И это оказалось ещё одной проблемой…

— Да что за места такие! — сплюнул Приходько, прикладываясь к своей неизменной фляге. — Нет, я конечно слышал, что в глубинах земель Разлома полная задница, но это! Ну вот скажи на милость, что нам делать с этими сраными деревьями? Их же ничего не берет! Что бы хоть одно свалить, приходиться привлекать минимум Адепта, да и тот упреет, прежде чем что-то выйдет! Полная задница!

Я хмыкнул и поглядел на небольшую ёлку, что проросла прямо на выходе из палатки моего друга. Проросла за одну ночь, из небрежно оброненной иголки… Хотя, если подумать, едва-ли это было случайностью. Слишком довольно ухмыльнулся Валера Санников, один из моих командиров, пришедших от Шуйских — а ведь накануне эта парочка изрядно сцепилась языками. Что они там не поделили, я так сходу и не вспомню, думаю, как это обычно бывает, поругались из-за пустяка — эту десятку моих новых подчиненных, оттеснивших Вадима от почти неограниченной власти над отрядом, бывший старлей Имперской Стражи, а ныне мой гвардеец и вассал Приходько искренне недолюбливал. Впрочем, они платили ему тем же, однако ни одна из сторон черты не переходила. Пока не переходила, и этот вопрос стоило уже решить тем или иным способом — не хватало мне ещё брожения среди ближайших сподвижников.

И сейчас Влад мучился от того, что усеянное рыжими вкраплениями растения два метра высотой требовалось либо уничтожить при помощи чар, либо переносить палатку. И загвоздка моего друга была как раз в том, что несмотря на то, что он уже начал становиться более менее приличным Мастером — не по моим меркам, а по меркам местного дворянства — он не был столь искусен, что бы и уничтожить растение, и не раздолбать при этом палатку.

Можно было, конечно, её просто разобрать и перенести в другое место, но подобное было бы всё равно что расписаться в собственном бессилии. А в среде боевых магов репутация была очень, очень важна… Ведь она была одной из главных составляющих авторитета, без которого ты никто и звать тебя никак. К тому, же Влад ныне был не просто обладателем личного дворянства — любой Мастер становился потомственным аристократом.

Проще говоря, мог передать дворянство потомкам, даже если те совсем уж бездарными ничтожествами, чей удел — всю жизнь провести в качестве Подмастерий. Таких, к слову, большинство — магов, что за жизнь берут лишь первый, максимум второй ранг. Правда, обычно это те, кто вышел не из семей потомственных чародеев.

Так что хоть Род основывать Приходько пока и не намеревался, но потомственным дворянином уже был, что поднимало его статус ещё выше. И позориться в рядах моей гвардии ему, решившему связать свою жизнь со служением мне, было нельзя. М-да уж… А ведь я поймал себя на мысли, что ещё месяцев пять-семь назад для него это была бы просто забавная шутка, из-за которой он максимум пошёл бы снова собачиться с тем, кто это сделал, и вообще не парясь перенес бы палатку.

Но теперь поди ж ты — проникся новым положением в обществе… Кстати, моя десятка теперь уже вся была Мастерами. Обошлось это в весьма немалые деньги, которых у меня, признаться честно, могло бы и не быть — некоторые реагенты для необходимой мне алхимии росли отнюдь не в Сибири, а их аналогов из числа местных я не нашел. Требовались полные соответствия по свойствам с теми, что я помнил из прошлой жизни — а те, что были тут, полного не гарантировали.

Но тут, когда я честно сказал им, в чем дело, они пришли решили вопрос сами. Уточнили, чего именно не хватает, и уже через две недели за огромные деньги, кои они выложили из своих накоплений (Шуйские дружине платили очень, очень хорошо, как я вижу) мне привезли всё необходимое.

И теперь под моим началом не зачуханная гвардия третьесортного, только возникшего рода — одиннадцать Мастеров (считая и Влада) цифра для трёх с половиной сотенной гвардии просто огромная. Да и вообще, помимо них у меня было ещё чуть более двадцати Адептов и три с половиной десятка Учеников… По комплекту чародеев моё подразделение уже легко переплёвывало все соседние. И это не считая меня, Мастера, сопоставимого в боевой мощи Младшему Магистру.

— Наклонись к деревцу, схватись рукой за ствол и сделай рожу сосредоточенной, — велел я. — Как будто тебя застал врасплох зов природы и ты изо всех сил пытаешься сдержаться. Так… Ага, как раз! Погоди чуток!

Приходько охватило неяркое свечение зеленоватого цвета, и его рука одним рывком выдернула местное супер-растение вместе с ушедшими глубоко в землю корнями. Со стороны выглядело так, будто он просто одним движением руки решил свою проблему, и никто явно не догадывался, что свечение вокруг Влада — моих рук дело, как то, что ему удалось достать елку. Пришлось поднапрячься, помогая другу, но дело было сделано чисто, и это главное.

— Спасибо, — тихо шепнул Приходько, шагая мимо меня. Выкидывать пошёл, видать…

За нами уже итак наблюдали десятки глаз — бойцы готовились к выступлению, так что в утреннем лагере вовсю суетился народ. Завтрак — вторая по важности часть суток для воюющих мужчин и женщин. Прошедшие курс весьма недешевых алхимических препаратов люди стали куда сильнее и выносливее физически, на голову превзойдя неодарённых собратьев. А учитывая, что зелья изготовлены моим Родом, коему насчитывалось вот уже три тысячелетия и в котором с алхимией были знакомы более чем прекрасно, то можно смело сказать, что любой гвардеец как минимум не уступит в бою одаренному первого ранга.

Но за всё нужно платить. Особенно в алхимии, магическом искусстве, главный постулат которого гласил о незыблемости равноценного обмена. Хочешь стать сильнее, выносливее и быстрее, укрепить здоровье до немыслимых в среде смертных высот и даже прожить чуть дольше (коль не прикончат где-то на войне), чем остальные неодарённые? Будь добр, приготовься заплатить соответствующую цену.

Мои воины теперь ели раза в четыре больше, чем до их изменения. На триста семьдесят человек уходило еды столько же, как на какой-нибудь небольшой полк, и при этом будь добр, изволь предоставлять пищу не меньше трёх раз в день! Да, при этом они могли ещё и дольше обходиться без питания и пребывать в боеспособном состоянии, но зато потом и компенсировали это с пугающим усердием… Ну и крайнее — проблемы с эмоциями.

Как мне объяснили мои нынешние Мастера, которые и руководили процессом усвоения препаратов моими бойцами, эта проблема будет стоять перед ними ещё довольно долго — примерно с год, пока они не научатся, наконец, сознательно себя контролировать. В моём Роду прошедших подобные изменения людей на это время отправляли в специальные лагеря, где они тяжело тренировались с утра до вечера, но у нас такой возможности не было. Что не мешало изводить людей тренировками их командирам…

А ещё мы чаще многих других сталкивались с рогачами и их слугами. В бою же, реальном, а не тренировочном, где бушуют страх, ярость и жажда крови, где есть возможность выплеснуть все негативные эмоции, они находили отдушину. Собственно, никаких срывов или других неприятностей мои люди не доставляли именно благодаря подобным битвам… Ну, не считая десятка-другого гвардейцев из других Родов, которым хватило ума затевать с ними стычки в лагере. Зря они так — алхимия, которую употребляли мои воины, была на класс, а то и два выше того, чем пичкали бедолаг их хозяева. В стычке один на один у дураков даже шанса не было…

Впрочем, подобное было лишь пару раз, и я склонен считать что зачинщиками были мои люди, но да ладно. Всё удалось решить полюбовно, особенно когда сержант удальцов, вляпавшихся второй раз, раздал своим орлам тумаков. Предварительно получив их уже от своего начальства…

Полтора часа моим людям понадобилось что бы поесть, собраться, нацепить экипировку и выдвинуться. Запасы алхимических зелий, кои я творил для своих людей здесь лично — благо в этих местах ингредиентов было столько, что их можно было хоть в супы кидать — были при них, боезапас пополнен ещё вчера, при себе у каждого бойца имелось ещё и по пять, а у некоторых и более, гранат, хотя бы одна из которых обязательно была магической… Пехота и стрелки были готовы и заряжены на предстоящий бой. Который, к слову, уже шёл третий день, просто пока мы в нем не участвовали.

— Двинулись, орлы, — велел я.

— С богом, ваша милость! — ответил кто-то из глубины строя, пользуясь древнейшей гвардейской привилегией, которую они быстро узнали — говорить с командиром из строя. — Порвем рогатых и серожопых!

— Порвём! — почти в унисон рявкнули воины, и мы двинулись.

Впереди, за лесом, в котором стояла лагерем наша бригада, возвышалась пара высоких холмов с небольшим, созданным на скорую руку при помощи магии земли укреплением замкового типа. На них сейчас засел враг — тысячи четыре сорсов при поддержке почти сотни магов, с артиллерией и всем необходимым, что бы держать там оборону и накрывать её огнем наших бойцов при попытке продвинуться дальше.

Обойти, к сожалению, не представлялось возможным. Слева на четыре дня пути тянулись непроходимые для крупных воинских соединений болота, справа, километрах в пятнадцати, настроив редутов и прорыв длинные траншеи, бодалась одна из наших дивизий против чуть более многочисленного, но уступающего в количестве чародеев врага…

Попробовать проскользнуть в этот промежуток тоже не имело смысла — возьмут в клещи, ударив и с холмов, и от основных позиций. Да и даже будь такая возможность, смысла в этом не было — не оставлять же в тылу многочисленного врага, способного в самый ответственный момент ударить в спину? Не говоря уже о том, что продвигаться вперед, плюнув на них, означало рисковать линиями снабжения. А моим людям без централизованного подвоза еды нельзя, иначе они врагов жрать начнут, с их то аппетитами. Шучу, конечно, просто шучу… Или нет.

Хрен их знает — в моём мире подобные препараты были редкостью, и я лично не имел дело с подобными измененными на долгой основе. Уж больно мало у моей версии Земли было магических ресурсов, что бы ещё и смертных усиливать без крайней на то нужды…

Четыре наших артиллерийских орудия под прикрытием магов непрерывно пытались утюжить вражеские позиции, а полк периодически устраивал небольшие наскоки, постоянно держа противника в напряжении, да и маги не дремали. Вот только ощутимой пользы это пока не принесло, к сожалению. У врага были и свои маги, как и время, что бы окопаться — хоть мы и теснили их всё это время, но ценой немалых жертв и потерь они выиграли достаточно времени, что бы не просто окопаться, но и возвести настоящие магические бастионы. Ведь меж двух злосчастных холмов располагался неслабый магический источник, да ещё и рогатые засранцы артефактов натаскали немало… Сорсы, сидящие в небольшой крепостице, были экипированы не хуже моих собственных бойцов. И маги с ними сидели вполне приличные.

Сегодня по плану Святослава намечался общий штурм, и в этой затее у меня и моих бойцов была ключевая роль. Самого командира бригады я встретил на опушке леса, мрачно глядящим на происходящее впереди — там как раз отряд чародеев, в котором были и Олег с Никитой, пробовал на зуб чужие укрепления, а волна солдат остервенело пыталась лезть на укрепление.