Солянка

Затем она передал удочку мне, чтобы я смог попробовать самостоятельно. Несмотря на простоту действий, получилось у меня не сразу, один раз болт прилетел ко мне обратно, причем крайне неудачно, больно ударив меня по уху. Эта боль стала для меня новым поводом для раздумий. Просто по той причине, что боль была странной, словно это была и не боль вовсе. В голову пришло сравнение с очень горячей водой, когда она еще не обжигает кожу, но уже доставляет неприятные ощущения.

Задумавшись, я пропустил момент, когда болт вновь полетел по неправильной траектории и угодил мне прямо по зубам. Рядом закричала недовольная Пятая: «Салек, внимательнее, что ты удочкой машешь, словно веником в бане? Смотри еще раз!». Пятая отобрала у меня удочку и принялась вновь показывать, как нужно двигаться. У нее выходило ловко, было видно, что она много времени провела с этим инструментом. Пройдя пару метров, она вновь вернула мне удочку и в этот момент прозвучала команда Первого о построении. Пятая развела руками и указала мне, где мы должны встать.

— Ну что же, будешь учиться на ходу, авось тебе и повезет. Теперь слушай внимательно, ты будешь идти впереди и проверять дорогу на наличие аномалий. Иди строго туда, куда тебе скажут, никакой самодеятельности. Машешь удочкой и внимательно смотришь и слушаешь.

— А как я пойму, что впереди аномалия?

— О, это ты поймешь сразу, просто за болтом наблюдай. Еще несколько важных моментов. Аномалии могут быть разного размера, даже если они одного вида, но всегда располагаются в форме круга. Посреди них могут быть предметы, такие как стена здания, например, или что угодно, но на них, как правило, аномалии не действуют. Хотя бывает и наоборот, например, если видишь, что в каком-то месте, трава вдруг сложилась по земле, а ее стебли направлены строго к центру или по кругу, то скорее всего в этом месте аномалия. Или мелкий всякий мусор. И еще, смотри под ноги, не наступай во всякую непонятную жижу и массу, она тут разная бывает, некоторая безвредная, а другая будет тебя поедать месяцами. Понял?

— Ну вроде да.

— Тогда поехали. Видишь вон тот сгоревший сарай в конце улицы?

— Да.

— Идем к нему, там укажу тебе новое направление.

Я повернулся в указанном мне направлении и двинулся вперед, старательно размахивая удочкой. За мной, метрах в трех, шла Пятая, а за ней, так же на небольшом отдалении двигался весь остальной отряд. Через пару десятков метров, я поймал себя на мысли, что моя рука, которой я размахиваю держа удочку, совсем не устает. Ну или практически не устает, лишь чувствуется слабенький отек, который совсем не мешает. Выходило так, что я мог бы часа два махать удочкой, прежде чем поменять руку.

Это открытие уже не удивило меня, видимо я начал привыкать к тому, что многое в этом мире, мне кажется странным, но при этом, я совершенно не знаю, как должно быть на самом деле. Мне стало интересно, один ли я ощущаю такие странности, но отвлекаться на расспросы я не стал, решив их отложить на то время, когда мне не нужно будет следить за происходящим вокруг меня.

А вокруг меня, тем временем, находилась все та же заброшенная деревня. Теперь, когда мы шли по улице, я мог разглядывать округу и мне начали попадаться некоторые детали, которые я не видел из дворика. Так вокруг одного дома, я разглядел небольшие воронки, а так же разбросанные по земле гильзы от патронов. Сам дом и окружающие его постройки, хранили на себе следы от попаданий пуль, судя по ним, когда-то в этом доме занял оборону какой-то отряд, а затем вступил в бой с другим отрядом, который принялся штурмовать здание.

Кто вышел из схватки победителем, было абсолютно непонятно, а вот сходить посмотреть на следы схватки у меня не было возможности. И судя по тому, что мы просто прошли это место, Первого это абсолютно не волновало. Впрочем, дойдя до указанного мне сарая, я увидел еще пару мест, где случались какие-то столкновения, судя по гильзам, разбросанным по земле. Похоже, что столкновения тут случались так часто, что уже не вызывали удивления или интереса.

Не дав дойти мне до сарая, Пятая остановила меня, а потом дала новый ориентир для движения. На этот раз это стал колодец, расположенный на окраине деревни. Я послушно повернулся, но не успел пройти пары метров, как болт, привязанный леской на удочку, внезапно исчез. От удивления, я остановился и еще пару раз взмахнул удочкой. Леска была на месте, а вот болта не было. Я немного перевел взгляд вперед и увидел в воздухе, небольшое облачко пыли, которое постепенно опускалось вниз.

— Ага, вот и «терку» нашли, — раздался за спиной голос Пятой, после чего мимо меня пролетела пустая гильза. Она долетела до того места, где исчез болт, после чего, так же внезапно исчезла, оставив лишь облако пыли. Ко мне подошла Пятая и ткнула пальцем в облачко пыли, — Это называется «Терка». Все, что попадает в нее, моментально в пыль стирает, а главное, никаких внешних признаков вокруг нее не бывает, при этом, детектор отображает лишь в пятидесяти процентов случаев. Вот сейчас не сработал, не поймал.

Пятая замолкла, принявшись рыться в своих подсумках, а меня внезапно охватил страх. Прям да такой степени, что мне пришлось усилием воли брать себя в руки. На пару мгновений, я представил, что было бы, если бы я вышел из подвала и отправился исследовать мир в одиночестве. Сейчас бы я бодро налетел на эту аномалию и оставил бы там половину своей ноги, когда бы делал очередной шаг. А после этого бы наверное некоторое время истекал бы кровью, прежде чем умер. Радовало только то, что боль от ранения, не была бы невыносимой. От этих мыслей, меня оторвала Пятая.

— А теперь следующий урок. Вот, держи. — Пятая протянула мне небольшой мешочек, который был забит пустыми гильзами. Я взял его, не совсем понимая, что мне нужно делать дальше. Но все тут же прояснилось. Пятая взяла из него несколько гильз и принялась кидать их в сторону аномалии. Пара гильз исчезли, а вот третья благополучно упала на землю.

— Если находишь аномалию, то всегда нужно определить ее границы. А уже после этого, искать пути обхода. Тут все просто, как видишь.

Еще пара гильз упали на землю и теперь было видно, как аномалию можно обойти. Для верности я бросил еще пару гильз, после чего Пятая вручила новый болт, который я привязал на место старого. Мешочек с гильзами остался у меня и я его прицепил к ремню. Обойдя аномалию, мы вновь продолжили наш путь. Дойдя до колодца, я увидел то, о чем предупреждала меня Пятая, когда говорила о всякой подозрительной жиже на земле.

Колодец был по самые края полон непонятной зеленоватой субстанцией, сквозь которую иногда пробивались пузыри, наполняя воздух серным запахом. От этих пузырей субстанция выплескивалась через край, а затем стекала по стенкам колодца, собираясь в небольшую лужицу перед ним. Ради интереса, я кинул в нее гильзу и тут же невольно отступил назад от испуга. Субстанция повела себя словно живое существо, моментально обхватив гильзу, и втянув в себя. Некоторое время она гоняла гильзу внутри себя, причем, можно было наблюдать, как от гильзы отлетает тот небольшой налет ржавчины, который ее покрывал. А затем, субстанция вытолкнула из себя гильзу, при этом, сделала она это по той траектории, по которой гильза в нее прилетела и скорость при этом, была немаленькая. Останься на месте, то может меня бы не убило, но хороший удар был бы мне обеспечен. Наблюдавшая со стороны, за моими экспериментами Пятая, подала голос. Даже сквозь искаженный шлемом голос, чувствовалось, что ей весело.

— А это, так называемый «Студень». Крайне кислотная и токсичная дрянь, но при этом, совершенно не любит все, кроме живой плоти.

— Оно ведет себя, будто оно живое.

— Может и живое, но к дружбе не склонно. Пойдем дальше, потом эксперименты ставить будешь. Направление старое дерево с двумя кронами.

Я оглянулся и понял о чем шла речь. В метрах ста от нас находилась дерево, которое было причудливым образом изломано, что в итоге у нее и впрямь было две кроны. До дерева мы добрались без приключений, после него ориентиром был одинокий куст, возле которого обнаружилась еще одна аномалия. Впрочем, обнаружила ее Пятая с помощью детектора, а потому повернула меня раньше, но для наглядности запустила в нее гильзу. Там гильза принялась вращаться по кругу в воздухе, с каждым кругом разгоняясь все быстрее и быстрее, пока ее наконец не выкинуло наружу.

Так шло мое знакомство с аномалиями, а так же с округой. Деревня уже давно осталась где-то позади, а мы двигались по пригорку, вдоль обычной проселочной дороги. Почему-то группа избегала выходить на саму дорогу. Впрочем, когда у меня выдалась минутка и я смог спросить Пятую о причинах, та лишь пожала плечами и сообщила, что дороги здесь часто бывают заминированы. На уточнение, кто и зачем их минировал, Пятая лишь пожала плечами.

Мы поднялись на пригорок, затем пересекли небольшую лесополосу и перед нами открылся вид на город. Было достаточно далеко, чтобы оценить, в каком состоянии находились дома, но само их наличие было трудно не заметить. Ряды многоэтажек скрывались за горизонтом, а сам город начинался с обширного района частных домов. Пятая скомандовала остановку, после чего подошла ко мне, следом за ней подошли Первый с тем парнем, который являлся обладателем снайперской винтовки.

Пятая вновь принялась возиться со своим множеством приборов, а вот Первый начал с того, что снял шлем, а затем достав бинокль, принялся осматривать округу. Стоявший рядом с ним снайпер, проделывал тоже самое, только с помощью прицела винтовки. От нечего делать, я тоже принялся смотреть в сторону города, пытаясь понять, что там может скрываться такого опасного. Ничего подозрительного не наблюдалось, но постепенно я понял, что и ничего не подозрительного не заметно.

Не было видно какого-либо транспорта, который ездил по дорогам, не было видно людей, которые бы что-то делали или куда-то шли. Было такое впечатление, будто я смотрю на фотографию, где ничего не может измениться. Тут то я понял, что еще является довольно необычным, а именно та тишина, которая царила кругом. При чем, эта тишина была еще с тех самых пор, как только мы вышли из подвала. Единственное, что нарушало тишину, это был звук ветра. Я оглянулся в сторону лесополосы и понял, что не разу не услышал голоса птиц или хоть какого-то насекомого. А ведь судя по тому, что на улице было довольно тепло, а трава зеленая, сейчас должна была быть либо весна, либо позднее лето. Самое время для всякой живности, но нет. Более того, я даже не видел не одного живого существа за все это время. Еще одна странность в копилку странностей.

— Что у тебя, Второй?

— У меня чисто. Кроме десятка собак с левой окраины, но они ушли. Если кто-то и есть, то хорошо прячется.

— Я тоже никого не заметил. Пятая?

— Большое возмущение в биосфере. В пригороде явно много живности, просто должно полным полно ее там.

— Странно, никого не видно. Может это та стая собак так отобразилась? Ну и последствия выброса?

— Да уже полдня прошло, должна была биосфера утихнуть. Не бывает таких остатков после таких слабых выбросов, что вчера был.

— Странно, странно. Третий! Подойди сюда.

К нам подошел Третий, после чего кратко посветили в возникшую проблему. Тот молча выслушал, после чего снял шлем, как перед этим Первый и принялся разглядывать пригород через бинокль. На какой-то момент, я вообще перестал понимать происходящее, а потому лишь молча наблюдал за городом, стараясь понять, что так всех насторожило. С одной стороны, слова Пятой о том, что в городе должно быть множество живности, разбивались об тот факт, что самой живности видно не было. С другой стороны, я лишь мог предполагать, о какой живности идет речь, о ее повадках и так далее. Быть может она весьма умело прячется и лишь ждет своего часа.

Третий закончил осмотр, после чего повернувшись к Первому заявил, что ничего не видит, а потому, предлагает подойти ближе, а там уже следовать по обстановке. На этом, короткое совещание было закончено, Первый и бойцы вернулись обратно по своим местам, а мне было дано новое направление для движения.

Путь к пригороду пролегал через небольшое поле, заросшее мелким кустарником и бурьяном. Двигаться стало сложнее, поскольку размахивать удочкой стало сложнее, леска с болтом так и норовили за что-то зацепиться и запутаться. Кроме того, ориентиры теперь все находились близко, а потому приходилось постоянно маневрировать. Но постепенно мы подошли ближе к пригороду и местность стала чище, что позволило несколько ускориться и подойти к краю поля.

Тут нас ждало небольшое препятствие в виде небольшого канала, который шел по краю поля. Видимо раньше он служил для подвода воды к полю, либо наоборот, должен был отводить избытки воды, но все это не имело особого значения сейчас, поскольку весь канал был заполнен синей жижей. Подошедшая следом Пятая лишь только присвистнула, отчего я сделал вывод, что мы попали не в самое лучшее положение.

— Первый, у нас большая проблема, — сообщила Пятая, судя по всему используя внутреннюю радиосвязь, поскольку основная группа несколько отстала от нас. Я оглянулся по сторонам, разглядывая канал, с одной стороны канал уходил куда-то в глубину поля, а с другой стороны шел вокруг начавшегося пригорода и скрывался за первыми домами.

Я достал гильзу и хотел бросить ее в жижу, но потом вспомнил, как отреагировала другая, зеленого цвета и передумал. Мало ли, какая у этой будет реакция, проще спросить у Пятой и поверить ей на слово.

— А что эта дрянь делает? Тоже поедает плоть?

— Нет, эта дрянь не трогает плоть, а вот все железо сжирает напрочь. К тому же, любит периодически бить электрическим разрядом, если что-то живое попробует в ней искупаться.

— И что мы теперь станем делать?

— Да пес его знает. Можем обход поискать, а может в брод пойдем.

— Погоди, так ты сказала, что она электричеством бьется!

— Ага, верно.

— И как мы тогда туда полезем?

— Ну бьется оно не всегда, а лишь иногда. А перед этим, всегда слабым разрядом окатывает, вроде как предупреждает. А потом как шарахнет, что только пепел разлетается.

— То есть, мы успеем понять, что пора выходить?

— Мы? Ну нет, всей группой нельзя заходить, мало ли, что случиться, пока вся группа будет по дну лазить, монстры прибегут или враги какие-то подкараулят. По очереди переходить будем, пока один будет сидеть в канаве и следить, как жижа реагирует. Ну поскольку роль консервы исполняешь ты, то тебе там и сидеть.

Глава 5

Глава 5

И хотя слова Пятой звучали немного обидно, но расстраиваться я не стал. Она говорила все верно, я сам подписался под эту роль, а потому, нужно было исполнять ее до конца. Уж тем более сейчас, когда я своими глазами видел, что выжить в этом мире, в одиночку, я не смогу. По-крайней мере сейчас, пока я не успел познакомиться с ним более детально. Ну а пока остается, лишь только молча выполнять то, что мне укажут.

Остальная группа постепенно собралась возле канавы, но никто не толпился, бойцы равномерно рассеялись и лишь Первый подошел к нам. Он критически осмотрел канаву, пробежал взглядом по округе, после чего подозвал Третьего. Когда тот подошел, Первый достал свой ПДА и принялись рассматривать карту местности, обсуждая возможные пути обхода.

И хотя у меня не было возможности увидеть саму карту, я смог послушать рассуждения и из них сделать вывод о том, какие возможные варианты обхода возможны. Первый вариант заключался в мосту, который вел так же в пригород, находился он всего в километре от нас. Но Первый сразу отказался от этого варианта, подробностей я не понял, единственное, что смог уловить, что у моста с недавних пор появился «хозяин», а потому, его следует избегать. Для собеседников Первого, этого аргумента оказалось достаточно и тема моста более не поднималась.

Вторым вариантом было двигаться в другую сторону, попутно ища возможности перебраться через канал. Это вызвало небольшой спор между Третьим и Первым. Первый не хотел терять время и отклоняться от прямого маршрута и предлагал пересечь канал прямо через синюю жижу, а Третий не хотел лезть через нее, ссылаясь на то, что это довольно опасно. В ответ Первый ткнул пальцем в карту и заявил, что если мы отправимся искать пути переправы, то рискуем дойти до территории витаминного завода. Этого хватило, чтобы Третий моментально согласился на то, чтобы переправляться через жижу.

Совещание на этом закончилось, после чего началась активная подготовка к переправе. Заключалась она в том, что Пятая приказала мне раздеться до трусов, после чего сложить все вещи в рюкзак. Поняв, что деваться некуда, я принялся раздеваться, старательно запихивая вещи в рюкзак. Поскольку, он был у меня небольшим, пришлось немного попотеть, прежде чем я смог в него все запихнуть и то, удалось это только при помощи Пятой. Воспользовавшись моментом, я спросил у нее, чем так опасен витаминный завод и кто такой «хозяин» моста.

— «Хозяином» называют любого монстра, который поселяется в таком месте, где мимо него не пройдешь. При этом, обычно это такие твари, что их убить очень сложно. Вот и называют их, «хозяевами», вроде как это теперь их место становится. А завод…тут со всеми заводами проблема всегда. Либо монстры заселяться, либо люди, что в принципе, всегда опасно.

— А что, вы когда сюда шли, не знали, что тут канал есть и другой дороги нет?

— Про канал знали, а вот, что он «Киселем» наполнен будет, не знали. Месяц назад тут все чисто было. Тут часто так бывает, что местность может поменяться за очень короткое время. Вчера чистая дорога была, все ходили, выброс прошел, сплошное поле аномалий, ищи другую дорогу. Ничего, привыкнешь. Сейчас другое важнее.

Мы наконец-то запихали все мои вещи в рюкзак, после чего Пятая достала веревку из своего рюкзака. Затем ловко связала на одном конце петлю и заставив поднять меня руки, накинула ее на меня. Я опустил руки и теперь веревка плотно держалась у меня на ребрах. Пятая пару раз дернула веревку, проверяя надежно ли завязан узел, после чего довольная результатом, велела взять рюкзак и идти за ней. Мы подошли к краю канала, после чего она повернулась ко мне.

— Рюкзак держи над головой, старайся, чтобы на него вообще ни капли «киселя» не попало. Иначе все, что будет металлического, сразу разъест. Как дойдешь до середины канала, то кидай рюкзак на ту сторону. После чего, начнется твоя основная задача. «Кисель», он разнородный по своей плотности, сверху жидкий, а чем ниже, тем плотнее. Тебе нужно будет нащупать самый плотный слой, после чего встать на него и ждать. Как только, почувствуешь, что пошел слабый электрический разряд, то сразу говори и пытайся выбраться, мы тебя тянуть будем, поможем. Учти главное, не нащупаешь самый плотный слой, то упустишь момент и тебя просто зажарит там. Понял?

Я оглянулся на синюю массу, взглянул на другой берег. Постепенно подкрался страх, отчего во рту у меня пересохло, захотелось пить. Но вода была спрятана на дне рюкзака, а потому, теперь придется потерпеть. Я кивнул в ответ, а затем ответил голосом, что я готов. Было страшно, но мне не хотелось показывать свой страх перед всеми и я уже хотел залезть поскорее в «кисель», прежде, чем у меня начнут дрожать ноги.

— Пятая, вы готовы? — Это был Первый, который стоял рядом с одним из бойцов, который тоже раздевался, готовясь к переходу. Первый ему что-то перед этим объяснял, тыча руками на другой берег канала. Тот в ответ согласно покивал головой, косясь в указаном ему направлении. Тем временем, Пятая моментально откликнулась: «Все готово, можем начинать». Первый взмахнул рукой и Пятая кивнула уже мне, указывая на канал. Я же с радостью двинулся вперед, поскольку у меня уже реально начинали дрожать от страха ноги.

Осторожно опустив ногу в «Кисель», я прислушался к своим ощущениям. Никакого дискомфорта не возникало, боли не было, а сама масса была теплой, нога встала на дно без особых проблем. Вторую ногу я погружал уже смело, после чего сделал шаг вперед и тут же понял, о чем говорила Пятая, когда говорила о том, что плотность у «Киселя» разная по мере погружения. Погружалась нога несколько медленнее, приходилось даже прилагать некоторое усилие, чтобы опустить ее ко дну.

Следующий шаг стал более сложным, поскольку дно было неровным, а балансировать было сложно. Получалось так, что моя стопа была прижата ко дну довольно плотно, а вот остальное тело чувствовало себя более свободно, а вот удержать его в равновесии было трудно. При этом, мои руки были заняты рюкзаком, который я держал над головой. В какой-то момент я понял, что просто не могу удержаться и начинаю заваливаться вперед. В попытке удержаться, я попытался выставить ногу вперед, но она наткнулась на еще более плотный слой, отчего нога медленно погружалась, но не давала нужной опоры.

Спасла меня Пятая, которая вовремя заметила мою проблему и натянув веревку, поддержала меня, позволив переставить ноги. Немного покачавшись, я восстановил равновесие, а затем поменял манеру передвижения. Вместо широких шагов, я теперь дела маленькие шажки, чтобы ноги вовремя опускались на дно, давая точку опоры. Так, шаг за шагом, я подобрался к середине канала. «Кисель» доходил мне подбородка и тут я понял, что у него крайне приятный запах. Причем настолько приятный, что у меня мелькнула шальная мысль о том, чтобы попробовать его на вкус.

Отбросив эту мысль, я принялся шарить ногой, пытаясь найти тот самый плотный слой, о котором говорила Пятая. К этому моменту, плотность «Киселя» была настолько большая, что мне уже с трудом удавалось отрывать ноги от дна. К тому же, мне по-прежнему мешал рюкзак. Решив, что сперва нужно разобраться с ним, я сделал еще пару шагов вперед, а затем, собрав все силы, кинул его на берег. Рюкзак полетел вперед, а я, вновь потеряв равновесие, начал заваливаться.

Падал в этот раз, я набок, а потому Пятая не смогла мне помочь, меня спасло то, что теперь у меня были свободными руки. Погрузив их в «Кисель», я пару раз загреб ими, словно был в воде и хотел поплыть, после чего, мое положение стабилизировалось. Я вновь принялся шарить по дну ногой и через пару мгновений наткнулся на что-то твердое, похожее на натянутый канат.

— Тут что-то на канат похожее, это то что нужно?

— Оно самое. Вставай на него ногами и помни, тебе нужно быть на нем постоянно.

Я чертыхнулся, но тем не менее, наступил ногами на невидимый мною канат.

— Готово!

— Все, держись. Как только начнет током бить, так сразу сигнализируй и рвись в нашу сторону.

Пятая подтянула веревку, рядом с ней стоял один из бойцов, который тоже держался за веревку, ожидая сигнала, чтобы начать тянуть меня. Меня это немного порадовало, поскольку я четко понимал, что самостоятельно выбраться так, чтобы это вышло быстро, у меня не получится. Тем временем, к краю канала подошел первый боец, он так же, как и я, был обмотан веревкой и тоже держал над головой рюкзак. Хотя, ему было явно сложнее, чем мне, поскольку рюкзак у него был явно тяжелее. Он не стал тянуть, а сразу принялся переходить канал, стараясь не задерживаться в нем, я тем временем балансировал на канате, активно помогая себе руками.

Основная сложность заключалась в том, что канат словно отталкивал меня, в то время, когда другая масса «Киселя», тянула мои ноги ко дну. От этого, ноги постоянно соскальзывали, что в свою очередь порождало во мне страх, что я пропущу тот момент, когда появиться электрический разряд.

Первый боец, тем временем, уже перебрался через канал и вышел на берег. Вся синяя масса, которая на нем была, моментально сползла с него, после чего струйкой, устремилась обратно в канал. Увиденное поразило меня, после чего я окунул руку в «Кисель», зачерпнул и приподнял в руку в воздух. Жижа немедленно отреагировала и перетекла по моей руке обратно в канал, не оставив и следа. Я вспомнил, как совсем недавно мне хотелось попробовать «Кисель» на вкус и вздрогнул, еще не хватало наглотаться этой дряни, чтобы она потом из-за всех щелей из меня поперла.

Выбравшийся боец тем временем быстро оделся, а затем поднял веревку, которой еще недавно был обвязан сам. Перекинув ее через канал, он дождался, пока следующего бойца обвяжут и тот вступит в «Кисель», после чего принялся активно тянуть ее. Скорость прохождения через канал существенно повысилась и вскоре на другом берегу уже было двое бойцов. Прибывший боец принялся одеваться, а веревка уже летела через канал, где ее ждал следующий боец.

— Ну что там? Током не бьет? — Окликнула меня Пятая. Я ответил отрицательно, причем внутри меня родилась надежда, что мы успеем полностью перебраться и мне так и не доведется ощутить те самые удары электричеством. Моя надежда пропала, когда начали переправлять четвертого по счету бойца. Моя нога как раз в очередной раз соскользнула, а когда я вернул ее на место, мои пятки пронзила внезапная боль. Меня затрясло, зубы сжало так, что мне пришлось ухватиться за челюсть рукой, чтобы хоть немного разжать челюсть.

— Иннниии, — прохрипел я, после чего из-за всех сил, которые у меня были, я рванул к берегу. Пятая на тот момент была одна, боец, который должен был ей помогать, как раз переправлялся через канал. Пятая не растерялась и принялась тянуть меня, насколько ей хватало сил. Услышав мой сигнал, бойцы на другом берегу тоже оживились и принялись усердно тащить бойца. Поскольку их было уже достаточно много, они просто вырвали его из канала, протащив еще пару метров по берегу, матерящегося и пытающегося удержать рюкзак.

А вот мне везло меньше, меня тянула одна Пятая, а потому, я смог преодолеть только половину расстояния до берега. В этот момент, меня ударило электричеством еще раз, отчего вновь свело ноги и я погрузился в «Кисель» с головой. Зубы в этот раз мне не свело, скорее наоборот, челюсти распахнулись словно у акулы, отчего мне в рот хлынул поток «Киселя». Хуже всего было то, что я не успел набрать воздуха и теперь судорожно пытался подняться на ноги прежде, чем легкие сделают непроизвольный вздох.

В этот момент, я почувствовал сильный рывок, который вырвал меня из «Киселя». Я захрипел, глотая воздух и перебирая всеми конечностями, стремясь вырваться на берег. Последовал очередной рывок, который помог мне это сделать, после чего я повалился на землю. Рядом со мной, тяжело дыша стояла Пятая, которая все это время тащила меня в одиночку. Я попытался ее поблагодарить, но стоило мне открыть рот, как из меня потоком хлынула синяя дрянь, которой я успел непроизвольно наглотаться.

Отплевываясь, я повернул голову и на мгновение ослеп от вспышки. Источником вспышки послужил сильнейший разряд, который проскользнул по поверхности канала. Мне почему-то в голову пришла мысль о летней грозе, о тех ливнях, которые обычно сопровождают такие молнии. Но дождя не было, как и не последовало грома. Лишь треск, легкий треск и некоторое бурление в канале. Ну и голос Пятой, которая стояла надо мной, вначале я не понял, о чем она ведет речь, лишь пару мгновений спустя, когда голова немного прояснилась и мысль о том, что моя смерть была совсем рядом, отпустила меня.

— Ну и как тебе «Кисель» на вкус?

— Вишневый, с легким оттенком лимона.

— Везет, у меня яблоком отдает всегда, хотя я их не очень люблю. Ладно, вставай, нужно перебираться. «Кисель» очень быстро перезаряжается.

Я застонал, но тут же уперся руками в землю и заставил себя подняться. Пошатываясь, я зашагал обратно к каналу, чтобы занять свое место. Бойцы с другого берега смотрели на меня с неким уважением и тут я понял, что только что заработал себе первую репутацию. Ведь наверняка, они ожидали, что я начну биться в истерике или качать права. Ну или откажусь лезть обратно в канал. А тут, ньюфаг оказался не из робкого десятка, смелый, можно доверять ему.

Меня это заставило несколько улыбнуться, поскольку на самом деле, боялся я жутко. Просто понимание того, что показывать свой страх, мне никак нельзя, заставляло действовать наперекор ему. Мне было совершенно ясно, что никто не станет уговаривать меня или даже заставлять. Меня либо просто бросят, причем могут попутно столкнуть мои вещи в «Кисель», оставив меня в одних трусах, вот просто так, ради наказания, либо просто пристрелят, ведь я уже некоторое время пробыл с ними, а значит что-то мог узнать о них.

Мысли о том, что я вписался в какое-то дело, которое было явно не совсем чистым, постепенно оформлялись в моей голове. И говоря о чистоте, я не думал о каких-то законах, их тут, точно не было, а с чем-то очень рискованным. Настолько рискованным, что члены одной группы, не разу не назвали друг друга по имени. Никаких разговоров о себе или о другом члене группы, либо просто молчание, либо общие разговоры не о чем, вроде погоды или вкуса сухпайка. Лишь пару раз, было упомянуто то, что Пятая поет в барах либо бывает там. И скорее всего это произошло только потому, что все это знали, а потому особо и не скрывали.

Но мысли о том, с кем я связался, очень быстро пропали, поскольку я вновь лез через «Кисель» и меня заботило то, удастся ли мне выскочить в следующий раз. Температура жижи повысилась, причем, довольно ощутимо. Еще не обжигало, но уже было где-то близко. Добравшись до каната, я сообщил Пятой о готовности, после чего группа вновь пришла в движение. Предпоследним перебрался Первый, ну а последней шла Пятая. Она перекинула веревку, которой я был охвачен, на другой берег, где ее подобрала пара бойцов. Это вселило в меня надежду, что меня все же вытащат. Затем Пятая, абсолютно не стесняясь, принялась раздеваться, чем вызвала некоторое оживление.

К слову, у Пятой с фигурой, было все настолько хорошо, что я понимал причину оживления. Но, уже к своему огорчению, полюбоваться фигурой Пятой, у меня совершенно не было возможности. Канат под ногами, словно ожил и теперь постоянно норовил выскользнуть, из под ног. Поэтому, Пятая, которая протопала по берегу в лифчике и трусиках, совершенно выскользнула из моего внимания.

А вот, что совершенно внезапно заняло мои мысли, так это недавний разговор с Пятой о вкусе «Киселя». Сейчас, когда я вновь оказался посреди канала, я начал понимать, что тот приятный запах который исходил от синей жижы, это запах вишни. Память услужливо подсказала мне, что вишня, это такое дерево, которое дает множество плодов, причем по мере созревания, они приобретают красный цвет. Но все мои попытки напрячь память и добиться ответа, откуда я это знаю, ни к чему не приводили.

А ведь я, в этом мире не разу не встречал вишню, причем такую, чтобы на ней были спелые плоды. Как и не встречал яблоню с висящими на ней яблоками. Тем не менее, мы с Пятой моментально поняли друг друга, при этом, совершенно не напрягаясь. И говорили совершенно не задумываясь. Все это порождало множество вопросов, которые все так же были без ответа. Я нахмурился, а потом пришло новое открытие. Тот эмоциональный блок, который все время глушил мои эмоции, пропал. Я хмыкнул, дело становилось интереснее.

Глава 6

Глава 6

— Вытаскивайте его, ребята!

Это была Пятая, которая уже выбралась на берег и теперь вновь облачалась в свою амуницию. Бойцы с явным сожалением оторвали от нее свои взгляды, а затем ухватившись за веревку потащили меня на берег. Вытащили меня довольно быстро, после чего поставили рядом со мной мой рюкзак с вещами и разошлись. Я развязал веревку, а потом дождался, пока вся синяя дрянь стечет с меня, после чего принялся одеваться.

Попутно, я оглядывался по сторонам, оценивая обстановку. С этой стороны канала, уже было не поле, а начинались огорода при частных домах, которые составляли из себя пригород. Огороды были заросшие бурьяном, заборчики которые их ограждали уже давно покосились. На некоторых участках, стояли уже давно заброшенные парники. На ближайшем к нам участке, я заметил пару таких, а затем удивился, как они различаются.

Сомнений в том, что раньше они были сделаны, словно под копирку, у меня не возникало. Размеры и материал были одинаковыми, а вот то, как поступило с ними время и окружение, явно различалось. От первого парника остались только его опоры, многие перекладины сломались и рухнули, и теперь на всем этом болтались остатки пленки, которым он был когда-то обмотан. Зато другой парник, стоял будто новенький. Стенки и крыша были ровными, пленка была идеально натянута и негде не болталась. А изнутри, из самой теплицы, шло странное свечение, словно кто-то был занят там электросваркой.