Солянка

— Так ведь у тебя выбор не особо богатый, ну да ладно, — Первый взмахнул рукой, после чего отправился к костру, — Пойдем, посидим, пообщаемся.

Первый подошел к костру и уселся перед ним. Над костром, на паре конструкции из пары палок, уже висел котелок, в котором закипала вода. Я прошел следом и уселся на свободное место перед костром. Рядом со мной уселась Пятая, которая в какой-то момент, проходя между мной и костром, быстро повернулась ко мне лицом, после чего улыбнулась и подмигнула мне. После чего, она вновь приняла равнодушный вид, словно ничего и не было.

Остальные члены группы тоже расселись вокруг костра, при этом, из снаряжения, сняты были только рюкзаки. Оружие у всех было с собой, те, кто не был хоть чем-то занят, держали его в руках. Из этого я сделал вывод, что в округе явно есть что-то, чего следует бояться. Ну уж не из-за меня они так настороже держаться.

Первый хотел что-то сказать, но его слова заглушил грохот, который донесся до нас с поверхности. За грохотом пришла дрожь, настолько сильная, что смогла раскачать котелок на палках настолько, что часть воды выплеснулась в костер. Следивший за ним боец выругался и поймав качавшийся котелок, остановил его, после чего принялся доливать воду из фляжки. С потолка посыпался песок, но обвала не случилось. Я испуганно оглянулся на дверь и увидел, что сквозь небольшие щели в ней, внутрь подвала пробиваются лучи ало-красного цвета.

Рядом раздался голос Пятой: «Что, страшно?». Она смотрела на меня с усмешкой, но как мне показалось, ей и самой было страшно. Я неуверенно пожал плечами и вновь покосился на дверь. Лучи по-прежнему светили, причем казалось, что с каждой секундой их свет становится все ярче. При этом, с улицы вновь донесся грохот, но в этот раз он был намного тише, хотя и держался постоянно. Чем-то он напоминал грохот камней сброшенных в металлический желоб.

— Пятая, не отвлекай его.

Я повернулся к Первому, который рассматривал меня с задумчивым видом. Убедившись, что я его слушаю, он заговорил.

— Итак, хочу тебе кое-что пояснить, поскольку ты явно не понимаешь, кто ты и где находишься. Для начала, хочу сказать, что никто из нас, не помнит кто он и как оказался в этом мире. Более того, никто не знает, как люди попадают в этот мир, просто, в один момент, в какой нибудь подворотне, где еще пару минут назад никого не было, появляется человек, мужчина или женщина, не важно. Он всегда ничего не помнит, а все его эмоции как правило на уровне амебы. У тебя как с этим?

— Ну, словно пробки на все эмоции стоят, иногда немного отпускает, но не совсем.

— Тогда тебе повезло, некоторые реально, как амебы. Ну не важно. Появляются такие люди, как правило на окраинах секторов. Секторами называют те или иные части города, которые специализируются на различных производствах. Так вот, таких людей, принято называть ньюфагами, пока у них мозги на место не встанут.

— И долго это длится?

— По разному, кто-то сразу соображать начинает, кто-то годами как овощ. Так вот, ты один из этих ньюфагов. В этом мы убедились весьма точно, поскольку, когда в мире появляются ньюфаги, то рядом с ними, всегда появляется небольшой набор вещей, порой эти наборы различаются, но не особо. Такие наборы называют кормушками. Кормушки тоже бывают разные, иногда это просто коробка картонная, иногда это ящик деревянный. В твоем случае это был труп.

Я оглянулся на труп, который по-прежнему лежал на своем месте. У меня мелькнула мысль, что мне еще повезло, что я появился не в какой-нибудь подворотне, где мог бы просто пройти мимо коробки и не обратить на нее внимание. Первый тем временем продолжал, словно угадав мои мысли.

— Что самое характерное, то никто не может забрать себе то, что лежит в кормушке. Просто не сможет поднять и все. Как и забрать у ньюфага какую-то вещь, даже если тот захочет ее отдать. Правда, говорят, что должно пройти некоторое время и тогда это можно будет сделать, но обычно вещи ньюфагов никому не интересны. Брать там нечего и интерес вызовут уж у совершенных бомжей. Тебе понятно, что я сейчас рассказал?

— В принципе понятно. Хотя хотелось бы еще уточнить многое.

— Уточнения будут потом, когда ты поймешь, что происходит в общих чертах. Объясняю далее. Вокруг города, существуют зоны, которые отличаются друг от друга, причем очень сильно. Одни зоны совершенно не опасны, другие просто невероятно опасны и умереть там можно в любую секунду, даже не поняв, что тебя убило. Ты спросишь, что заставляет людей лезть в эти зоны? Я тебе скажу, это заставляют делать различные предметы, которые могут находиться в этих зонах или которые можно произвести только в этих зонах.

— И судя по всему, мне «повезло» появится в одной из опасных зон?

— Совершенно верно. Причем, не где-то с краю, а практически в самом центре такой зоны. Собственно, тебе крупно повезло, что мы наткнулись на тебя. Иначе ты бы сейчас вышел на улицу, где бы и помер, попав под выброс.

— Выброс? Что это? Выброс чего?

— Это не важно, важно, что это смертельно. Итак, ты сейчас находишься в очень опасном месте, причем, оно опасно и для нас, тех, кто уже давно не являются ньюфагами и исходили множество зон, не только эту. И у тебя есть выбор, либо ты отправишься отсюда один, решив испытать судьбу, либо ты примкнешь к нам и тогда твои шансы на выживание возрастут. Но есть одна небольшая проблема.

— Какая проблема?

— Проблема состоит в том, что в нашем мире, никто не играет в благотворительность, ну кроме политиков перед выборами. Но политиками никто из нас не является, кроме пожалуй Пятой, она поет вечерами в барах, а как известно, артисты часто лезут в политику, хотя ничего в этом не понимают.

— Так. Выходит, чтобы вы спасли меня, мне нужно предложить вам что-то ценное? Что-то, что сможет убедить вас, взять меня с собой?

— Верно, ньюфаг, верно. Пятая, уже помогла тебе, когда предложила, что ты поработаешь консервой. Ты конечно же не знаешь, что это, поэтому объясню тебе. Там, наверху…

Первый указал пальцем на дверь и я невольно обернулся. Там все так же, сквозь щели с улицы пробивались лучи ало-красного света, что-то грохотало и к этому грохоту постепенно добавлялся какой-то трудно уловимый вой. Земля немного задрожала, но слабее чем в первый раз, и вскоре утихла. Первый тем временем продолжал свою речь.

— Там, наверху, очень опасно. Черт, я даже не знаю, как тебе описать всю эту опасность, чтобы ты понял. Ну хорошо, просто представь, что практически вся поверхность там усеяна ловушками. Практически все они смертельны, а выбраться из них практически нереально. Причем срабатывают они моментально, что ты даже не успеешь понять, как превратился в фарш. При этом, большинство из них, нельзя как-то заметить взглядом или еще чем-то, приборы тоже зачастую бессильны.

— И как же сквозь них пробираться тогда?

— Есть способы. Если ты согласишься пойти с нами, то Пятая тебя научит и даже будет прикрывать со стороны. Так вот, к чему это я веду. Когда мы двигаемся самостоятельно, то идущий впереди, играет роль консервы, то есть рискует превратиться в фарш, если ошибется и не заметит ловушку. Такое бывает и очень часто. При чем, это может быть и опытный человек. А мне не хочется терять опытных людей, а им не хочется рисковать лишний раз. В походе, мы меняемся на этой роли, но то, что ты не работаешь консервой, не избавляет от риска.

— Как я понимаю, кроме этих ловушек, есть и другие опасности. И судя по оружию, эти опасности могут еще и двигаться.

— Совершенно верно. И таких опасностей много. Начиная от других людей и заканчивая различными тварями, что обитают в этих землях. Мои бойцы вооруженны и умеют с оружием управляться, а потому, они могут охранять группу во время движения. У тебя же, нет оружия, на свой пистолет даже не смотри, он скорее позволит тебе застрелиться, чем ты убьешь кого-то. Поэтому, у тебя есть всего один вариант примкнуть к нам, это постоянная роль консервы.

— И тогда вы выведете меня в город?

— Да. Именно так. После того, как выполним то, зачем пришли сюда.

— Хм, и что же это за дело?

— Тебя оно не касается, точнее, его содержание не должно тебя волновать. Ты должен просто делать то, что тебе прикажут. В награду, ты получишь возможность выжить и попасть в город. Ну и опыт, конечно же. В городе тебе будет легче, поскольку у тебя уже будет опыт работы в зоне, сможешь быстрее найти работу и не превратиться в бомжа. Подумай пока. Позже дашь ответ.

Первый замолчал, а затем повернулся к костру. Там, в котелке уже давно закипела вода и один из бойцов, что-то засыпал в нее из небольших пакетов, порой перемешивая ложкой. В какой-то момент, он решил, что то варево готово и снял котелок с костра. Это вызвало оживление и все принялись доставать кружки из своих рюкзаков, передавая их повару. Тот наливал в них из котелка и возвращал обратно.

Глава 3

Глава 3

Пятая тоже получила свою порцию и перехватив мой заинтересованный взгляд усмехнулась.

— Тебе не предлагают, поскольку на тебя не рассчитан был паек. Придется тебе своим довольствоваться. На сколько он у тебя? Дня на три?

— Да.

— Ну тогда тебе хватит. Тут-то делов на пару дней.

Я пожал плечами и повернулся к костру. Пятая была права, если эта группа выдвигалась по своим делам и делала расчет на то, сколько им потребуется ресурсов, то вряд-ли они включали в этот расчет, что будут делиться с чужаками. Достав из своего рюкзака бутылку с водой, я напился, попутно размышляя над тем, что мне сейчас рассказали. Выглядела вся эта история нелепо, что-то внутри меня говорило об этом, но с другой стороны, я вообще не мог понять, насколько все происходящее нелепо. Может, все что я вижу и слышу, это как раз и является нормальным. Нужно было разбираться, благо, время пока было. Я повернулся к Первому, который с наслаждением пил из своей кружки и о чем-то тихо переговаривался с Третьим.

— Хм, Первый? А что там было про настоящий я человек или нет?

Первый повернулся ко мне, взгляд у него был абсолютно равнодушный. Как и выражение лица. Было понятно, что он не хочет отвечать мне, тем не менее, он мне ответил.

— Бывают люди настоящие, а бывают и нет. Ты вот, настоящий, и все тут настоящие. А бывают и те, кто вроде выглядит, как человек, да и ведет себя так же. А на самом деле он пустышка, кукла живая.

— И как их отличить от настоящих? Они опасны?

— Есть способы отличать, но не всегда они работают. А вот на счет опасности, то тут по разному бывает, есть такие, кто и заведомо опасен, а кто-то нет. А про кого-то и не догадаешься. Говорю же, они как люди, только не настоящие.

— Хм, сложно как-то все выглядит.

— Да, в первое время сложно. Потому вас, ньюфагов и держат первое время в «яслях», пока вы в себя не придете и не научитесь понимать, что вокруг вас происходит.

— Что за «ясли»?

— Отдельное место, где ньюфаги живут, там их кормят, поят, одевают. За ними там следят, дают легкие задания, чтобы они свой хлеб отрабатывали. Ну а по выходу, выставляют счет за обучение. Это я к тому, чтобы ты понимал, что любая информация или обучение, в нашем мире много стоит. И я не из тех людей, кто благотворительностью занимается. Цену твоего обучения тебе уже назвали. Если надумал и согласен, то говори, если же решил, что самостоятельно справишься, то извини. Я не воспитатель из яслей.

Первый смолк и вернулся к беседе с Третьим, остальные члены отряда тоже не обращали на меня внимания. Единственным человеком, не потерявшим ко мне интерес, оказалась Пятая. Она толкнула меня в бок, а затем тихо заговорила со мной.

— Первый прав, тут никто не станет делиться с тобой чем-то просто так. В этом мало благородства, но ты скоро и сам поймешь, что тут лишь голый прагматизм и расчет может помочь выжить. Мой совет тебе, соглашайся на предложение Первого.

— А в чем тут твой расчет? Какая тебе выгода от того, что я соглашусь?

Пятая улыбнулась и встряхнула волосами, а затем откинулась на рюкзак спиной.

— А вот не скажу, сиди и думай.

После чего она отвернулась, явно намереваясь лечь спать. Я же остался опять со своими мыслями наедине. Было ясно, что мне не особо нацелены помогать, тем более, у моих невольных соседей был интерес в том, чтобы держать меня в неведении. Можно было вновь погрузиться в размышления о том, как мне поступить, но очередной сильнейший грохот и последовавшая за ним дрожь, которая вновь заставила ссыпаться песок с потолка, убедили меня в мысли, что выбора у меня никакого нет. Я абсолютно не знаю, что меня может ждать в этом мире, а значит нужно соглашаться на любое предложение, если оно позволит мне добраться до населенных мест.

Рядом поднялась Пятая и с руганью принялась стряхивать песок, который попал ей прямо на голову. Я же вновь повернулся к Первому, тот как раз насмешливо наблюдал за Пятой, и перехватил мой направленный на него взгляд. На меня он смотрел все с той же насмешкой и я понял, что он знает, что мне некуда деваться, кроме как соглашаться на его предложение.

— Первый, я тут подумал и согласен с предложением присоединиться к вам.

— Ну и отлично. Подчиняться напрямую будешь Пятой, она введет тебя в курс, что тебе делать. Так же, кроме нее, подчиняешься мне и Третьему. Остальным по обстановке. Будут вопросы, обращайся к Пятой, пусть она с тобой возиться, раз сама предложила тебя взять.

Я повернулся к Пятой, та уже закончила отряхивать песок. Диалога с ней не вышло, поскольку она вновь поджав рюкзак под себя, собралась спать. «Все утром, сейчас спать.»- пробурчала она. Мне не оставалось ничего иного, кроме того, чтобы и самому откинувшись на рюкзак попытаться уснуть. Спать мне совершенно не хотелось, но неожиданно для себя, уснул я моментально.

— Вставай, утро уже! — Проснулся я от легкого толчка, которым меня наградила Пятая.

Проснулся я моментально, без всяких долгих переходов ото сна к реальности. Поднявшись, я огляделся по сторонам, оценивая обстановку. Некоторые из отряда еще спали, но большая часть уже бодрствовала и были заняты мелкими делами. Один из бойцов, который вчера спрашивал Пятую о том, будет ли она платить мне из своего кармана, возился возле костра, подвешивая котелок. Другие проверяли свое снаряжение или просто валялись на полу, вокруг костра, погруженные в свои мысли.

Тут я понял, что больше не слышу грохота и обернулся к двери. Сквозь щели так же пробивался свет, но это уже были обычные солнечные лучи, ну или мне так казалось. Пятая сидела у костра, перед ней лежало множество разных приборов, которые она по очереди поднимала, тыкала по кнопкам и смотрела на те показания, которые отображались на экранах. Заметив, что я наблюдаю за ней, она на пару мгновений отвлеклась. «Завтракай, скоро выдвигаться будем, иначе голодным будешь до вечера», — после чего вновь погрузилась в свои приборы.

После ее слов, я понял, что и впрямь очень голоден. Присев возле костра, я достал из рюкзака одну упаковку ИРП. Следом достал и початую бутылку с водой, поскольку жажда тоже напомнила о себе. Вскрыв пакет с пайком, я обнаружил там две небольшие банки, пластиковый стаканчик, а так же около десятка небольших свертков. Они все различались по цвету упаковки, но при этом не имели никаких описаний, а потому, разобраться что находиться внутри и как это употреблять, было совершенно непонятно. Видя мою задумчивость, рядом тяжело вздохнула Пятая, а тотом протянув руку, принялась тыкать пальцев в свертки и банки.

— Вот это раствори в воде и пей, это и это жуй, а вот это оставь, отдашь потом мне, как время пройдет, люблю эту гадость.

Я покосился на нее, но она улыбнувшись, вновь погрузилась в свои приборы. Улыбнувшись ей в ответ, я последовал ее советам. В указанных ею пакетах, содержимое которых следовало растворить, оказался синий порошок, с довольно большими гранулами. Засыпав их в стакан, я залил их водой. Порошок тихо зашипел, но бурной реакции не случилось, после чего он без следа растворился. Следом я открыл баночку и в ней обнаружилась довольно плотная масса, которая аппетитно пахла жаренным мясом. В следующем свертке оказались галеты, а вот тот сверток, который Пятая просила оставить, я вскрывать не стал, отложив в сторону.

Порывшись в пакете с пайком, я нашел небольшую пластиковую вилку, после чего принялся завтракать. На вкус все оказалось замечательным и несмотря на то, что обьем всего съеденного и выпитого мною, я почувствовал, что полностью сыт и избавлен от жажды. Паек был рассчитан на два приема пищи, а потому я убрал остатки обратно в рюкзак. Оглянувшись по сторонам, я подумал, куда выбросить мусор, на что моментально отреагировала Пятая, которая похоже поняла ход моих мыслей.

— Кидай в костер, все сгорит и улик не будет.

Я послушно выполнил ее указания, выкинув весь мусор в костер. Тот моментально загорелся и похоже было, что и впрямь сгорит дотла. Тем временем, весь отряд уже проснулся, бойцы так же, как и я завтракали, а кто-то уже был на ногах и готовился к выходу. Пятая закончила возиться со своими приборами, распихала их по подсумкам, после чего тоже поднялась с пола. Жестом она указала мне, что и мне пора подниматься. Я последовал ее указанию, поднялся и закинул свой скромный рюкзак за спину.

И тут я вспомнил, что так до конца и не изучил содержимое всех подсумков. Всего их было три. В одном, самом мелком, уже осмотренном, были бинты и антирадин. Я повернулся к Пятой с вопросом: «Здесь что, еще и радиация есть?». Та лишь пожала плечами, — «А где ее нет?». После чего ткнула в один из не осмотренных мною подсумков. Я залез в него рукой и достал из него небольшой прибор. Пятая подошла ближе и нажала на кнопку, который находился на корпусе сбоку. В ответ, экран на приборе мигнул, включилась подсветка и я увидел две строки, на одной из них была написана цифра 51, после нее шла точка и еще три цифры, которые постоянно менялись, то в большую, то в меньшую сторону. На второй строке, которая находилась чуть ниже, была цифра 10, после нее так же стояла точка и еще три цифры, но они постепенно только росли.

— Верхняя строка, это уровень радиации вокруг тебя. Все, что до сотни, это норма. Свыше сотни, с твоим снаряжением это уже опасно. На двух сотнях ты получишь сильную дозу заражения, три сотни и выше, просто умрешь. Нижняя строка, это уровень твоей зараженности. Как только дойдет до сотни, то коли антирадин, он опустит до нуля. Только учти, прежде чем колоть антирадин, лучше выбраться из зоны загрязнения, иначе тут же вновь получишь новою порцию заражения. Следи за тем, как он трещит, чем сильнее треск, тем больше уровень загрязнения вокруг тебя.

Я убрал прибор обратно в подсумок, а потом открыл последний, еще не осмотренный. Там обнаружился странный планшет, с множеством кнопок по бокам. Корпус был изрядно потертым, но экран был довольно целым и довольно большим. Я принялся нажимать кнопки, пока не нашел кнопку включения. Экран зажегся ровным мягким светом, после чего на экране появилась надпись: «Привет, Салек!». Надпись пропала, а на экране возникло меню. В нем мне предлагалось выбрать пользователя.

Вариантов было всего два, аккаунт прежнего хозяина или создать новый. Это вызвало у меня некоторое замешательство. С одной стороны, мне было любопытно, заглянуть в аккаунт прежнего владельца и возможно получить некую интересную информацию, но с другой стороны, получалось так, будто я лезу в чужую жизнь. Я замер, раздумывая над тем, как поступить. Решив, что можно обдумать этот нравственный вопрос позже, я ткнул на выбор создания нового аккаунта, но тут же всплыло предупреждение, что все остальные аккаунты будут удалены.

Это вновь вызвало у меня замешательство, но затем в голову пришла мысль о том, что если я получу доступ к чужим тайнам, то весьма вероятно, что это не просто так. Ведь никто другой не может сейчас завладеть этим устройством, кроме меня. А потому, может все так и было задумано кем-то, что я окажусь в этом месте и именно я получу доступ к этому планшету. Вся эта цепочка мыслей свелась к одной мысли, что я являюсь звеном в какой-то неведомой мне цепочке. И чем это для меня хорошо или плохо, совершенно непонятно.

Я ткнул на отмену создания нового аккаунта, а затем нажал на кнопку входа в устройство под именем Салек. Но тут меня ждал небольшой сюрприз, поскольку устройство запросило пароль для входа. Мне хотелось расстроится, но тут я вспомнил о той надписи, которую видел на стене. Повернувшись к ней, я попытался ввести изображенную запись, но и тут меня ждало разочарование. Чем бы не являлась запись на стене, в качестве кода она не подходила.

Устройство сообщило мне, что код неверный, но потом, словно в качестве утешения, предложило попользоваться аккаунтом Салека в качестве гостя. Я радостно согласился и попал в общее меню. В нем было много вкладок и я даже растерялся, выбирая с чего начать. Тут мое внимание привлек раздел заметки и я открыл его, расчитывая найти там что-то интересное. Но погрузиться в изучение мне не дали.

— В ПДА играешься? Делать тебе нечего, кроме как в игры играться. Да и сети тут нет, зарегистрироваться не выйдет. В город вернешься, там получиться, а тут пустая трата времени. Хотя, можешь дневник вести, если будет о чем рассказать. Закругляйся в общем, скоро на выход, пойдем, обьясню тебе, как действовать будем.

Это была Пятая, которая уже заканчивала свои сборы, пряча свои длинные волосы так, чтобы те не мешали надеть шлем. Спрятав их, она надела шлем, перетянула свой автомат со спины на грудь, а затем повернулась к двери. Понимая, что мне нужно идти за ней, я поспешил ткнуть в пункт создать заметку и быстро переписал запись со стены в пда. Уж не знаю, что она значит, но явно тут не просто так. Вдруг пригодиться, разберусь с этим позже.

Спрятав планшет, я отправился следом за Пятой. Та уже стояла возле двери и что-то проверяла, водя очередным прибором по сторонам. Я встал рядом, ожидая указаний, но их пока не последовало. К нам начали подходить другие бойцы, впрочем, они не толпились, а выстраивались в очередь, не мешая проходу. Снизу послышался голос Первого: «Пятый, выход по твоей готовности! Инструктируй консерву и вперед». Та в ответ сообщила о том что поняла, а затем еще раз поводив прибором, словно в чем-то убедилась окончательно, спрятала его и повернулась ко мне.

— Слушай меня внимательно…блин, совсем забыла, а как мы тебя звать то будем? Ну не консервой же, в самом деле.

— Да пес его знает, я не помню не фига. Пусть будет Салек, зови меня так.

— Салек? Почему так? А в общем плевать. Слушай меня, Салек. Сейчас ты встаешь впереди меня и по моей команде открываешь дверь. Прям нараспашку, чтобы она полностью открылась. После чего делаешь шаг вперед, так, чтобы ты переступил через порог, а потом возвращаешься к стене, чтобы не мешать бойцам, которые будут выходить из подвала. Что делать дальше, я скажу потом. Понял меня?

Я кивнул в ответ и подошел к двери и взялся за дверную ручку, после чего обернулся на Пятую. Та перехватила автомат одной рукой, а второй махнула мне. Я толкнул дверь и сделал, как говорила Пятая, перешагнув через порог, я отскочил в сторону, прижавшись к стене подвала. За моей спиной уже раздавался крик Пятой с командой для бойцов: «Пошли, пошли, пошли!», после чего они грохоча ботинками принялись выскакивать на улицу, тут же распределяясь по двору.

Ну улице ярко светило солнце, отчего я на некоторое время ослеп. Прикрывая глаза ладонью, я ждал, пока глаза привыкнут к яркому свету, попутно завидуя бойцам, которых защищали шлемы, отчего они могли свободно передвигаться. Постепенно зрение у меня восстановилось и я смог оглядеться. Мы находились посреди небольшого дворика, рядом с заброшенным небольшим частным домиком. Двери домика были забиты досками, а окна стояли с закрытыми и заколоченными ставнями. На одном из окон, ставни были сорваны, но стекла остались целыми. Но разобрать сквозь них, обстановку в доме было невозможно, поскольку изнутри их покрывал толстый слой пыли.

Раньше дом от улицы был огорожен забором, но поскольку его вчера сломал на дрова отряд Первого, то теперь это были жалкие огрызки досок, которые валялись по округе и небольшие столбики, которые они не смогли вырвать. Далее по улице шел ряд таких же домов, впрочем, состояние у всех было разное. Некоторые стояли так же наглухо заколоченные, а другие зияли разбитыми окнами, без дверей и проваленными крышами.

Судя по тому, что я мог рассмотреть, раньше тут была небольшая деревня, которую покинули уже очень давно, по каким-то неведомым причинам. Впрочем, судя по тому, что двери и окна успели заколотить, то уходили отсюда не сразу и явно собирались вернуться. Я хотел пройти немного вперед и осмотреться получше, но меня остановила Пятая.

— Не мельтеши, пусть бойцы осмотрятся. Да и вообще не броди без дела, не привлекай к себе внимания. Держись рядом со мной всегда.

Я кивнул в знак того, что понял и отступил к ней. Пятая тем временем вновь была занята тем, что тыкала приборами по сторонам. Из подвала появился Первый и к нему подошел Третий.

— Все чисто, монстров или людей не наблюдаем.

— Отлично. Пятая?

— У меня тоже все чисто. Радиация в норме, пси-излучение тоже, есть некоторое возмущение в биосфере, но после выброса это нормально, тем не менее, следует быть готовым к появлению монстров.

— К этому всегда нужно быть готовым, но спасибо. Ладно, десять минут на подготовку и строимся в походную колону. Третий, два человека на охрану со сменой, чтобы все успели подготовиться.

— Понял.

Первый зашагал в сторону, за ним направилось пара бойцов. Пятая же и еще один боец направились в другую. Я, помня инструкцию Пятой, хотел отправиться за ней следом, но она хихикнув остановила меня: «Не в этот раз, Салек. Сейчас мальчики направо, а девочки налево».

Глава 4

Глава 4

— Смотри и запоминая внимательно.

Пятая держала в руках странные металлические трубочки. Они были разной длины, полые внутри и при этом, разного диаметра. Пятая принялась ловко вставлять их друг в друга, пока не соединила их всех в одно целое. Теперь это напоминало выдвижную антенну или телескопическую удочку. Уперев конструкцию толстым концом в землю, она подхватила тонкую часть, которая заканчивалась небольшим кольцом. Затем раскрыла один из своих подсумков и достала оттуда небольшой болт, вокруг которого была обмотана леска. Взявшись за леску, она отпустила болт, позволив ему повиснуть в воздухе. Саму же леску, она примотала к кольцу, таким образом, получилось некое подобие удочки.

Пятая вновь взялась за основание удочки и несколько раз взмахнула ей в воздухе. Привязанный к леске болт послушно летал следом, сама удочка не разваливалась и уверенно держалась в пазах. Довольная собой, Пятая вновь взмахнула удочкой так, чтобы болт полетел вперед, а затем движением руки развернула удочку, отчего болт летевший вперед изменил траекторию и совершил небольшой полукруг в полете и вернулся обратно к Пятой. Та сделала пару шагов вперед и вновь отправила болт в полет, а затем вновь вернула его к себе.