Затмение планет

Итан взглянул вперёд: действительно, стал виден бо́льший кусочек фиолетового неба, чем прежде. Али потянулся правой рукой к какому-то рычагу, уходившему вглубь кабины, которого особо и видно не было из-за пыли, что стояла столбом внутри. Он дёрнул рычаг, и Итан почувствовал, как что-то позади машины ударилось о землю, а тягач немного приподнялся. По ощущениям, машина стала гораздо ровнее уровню земли. Он взглянул в зеркало и ничего не успел спросить у Али, как тот сам заговорил:

— Это стабилизатор тягача. Несколько дополнительных гусеничных приводов, что находятся под днищем. При включении они врезаются в грунт и начинают тащить машину, при этом стабилизируют её, так как такие подъёмы и с таким количеством грунта в кузове сложны, и раньше частенько тягачи заваливались.

Машина замедлилась ещё больше, и тем не менее она медленно, но верно поднималась. Передние колёса были уже на дороге. И в тот момент, когда задние колёса тягача большей своей поверхностью уже цеплялись за дорогу наверху, послышался громкий стук, который при этом сотряс весь тягач, — это гусеничные стабилизаторы убрались в положенное для них место. Складывалось такое чувство, что этот мир наполнен постоянным шумом и звякающими звуками и что здесь просто невозможно побыть в тишине.

Когда тягач полностью поднялся на дорогу, Итану открылся вид просторного широчайшего плато, которое уходило вдаль и заканчивалось горной грядой. Чем дальше к горам уходило это пустынное плато, тем более менялся его цвет. От жёлтого с мельчайшими вкраплениями фиолетового вблизи до сплошного нежно-фиолетового возле гор. Растительности было невероятно мало, кое-где виднелись травы и кустарники разных цветов и очень редкие деревья, поэтому местность ощущалась необыкновенно пустынной.

— Вот мы и наверху! Смотри! — воскликнул Али, начав тыкать в лобовое стекло металлическим подобием указательного пальца. — Сейчас нам нужно на станцию переработки завезти грунт и подобрать одного пассажира.

Али показал на здание, очень походящее на фабрику. Оно было громадным, прямоугольной формы, с концом конвейерной ленты с одной стороны, откуда ссыпалась жёлтая земля. Вокруг станции туда-сюда сновала всевозможная техника. С одной стороны погрузчики забирали высыпанный в огромную груду грунт и уезжали с ним внутрь станции. С другой стороны видоизменённые тягачи с ковшами спереди, наполовину укороченные и без кузова позади кабины, растаскивали уже переработанный грунт по кучам. Этот грунт сейчас уже не казался фиолетового цвета.

— А это Ангелония, — произнёс Али, указывая пальцем в сторону весьма высокой горы впереди них.

Итану открылось воистину впечатляющее зрелище. Впереди них, где жёлтая земля уже была полностью фиолетовой, красовалась горная гряда, позади которой торчала стремящаяся в небеса вышка, что превышала высоту Ангелонии. Цепь из гор и холмов, которые, к удивлению, были не фиолетового цвета, а в разных местах меняли его от множества оттенков жёлтого до оранжевого и красного, венчалась высоким горным пиком, уходящим в небо. Этот самый пик и был Ангелонией, уже вовсю разрекламированной ему важнейшей шахтой Ядра. Итан не мог разглядеть подробностей шахты, так как находился довольно-таки далеко от неё, и планировал рассмотреть её лучше.

Сейчас же он мог видеть два входа по обе стороны от Ангелонии. Вход, что был слева, вероятнее всего, был техническим: рядом с ним было множество построек и огромная стоянка для всевозможной техники. Да и сам по себе левый въезд в шахту был на порядок выше правого и определённо расширен для въезда тягачей. Другой же вход в шахту был ниже и пустыннее. Итан пока что не понимал, для чего он, но обязательно хотел выяснить позже. В обратной части горной цепи, что раскинулась по правую сторону от Ангелонии, красовалось идеальное арочное отверстие, к которому вела дорога. Это был проход через горы, явно искусственного происхождения. Видимо, его сделали для быстрого доступа в какое-то значимое место.

Чуть выше и позади Ангелонии виднелась самая обычная, но воистину колоссальная вышка. Уж на что Ангелония казалась очень высокой, но это строение, сотворённое руками, поражало своей высотой. Кроме высоты, в ней не было ничего особенного. Решётчатое основание из поперечных балок, идущих от основания к основанию зигзагами. На вершине же красовались тарелки, что заинтересовали Итана. Несколько больших круглых тарелок смотрели в противоположные друг от друга стороны и были чуть наклонены к поверхности земли. Ниже их было несколько тарелок меньшего диаметра, направленных под более острым углом к земле. Они отличались не только размером, но ещё и тем, что переливались синим цветом вперемешку с голубым.

“Выходит, это и есть та вышка, о которой мне говорил Саша. Вероятнее всего, меньшие тарелки отвечают за защитное поле живой команды здесь и плюс сдерживают внутри кислород. Большие же тарелки отвечают за барьер для нас, чтобы мы не смогли покинуть его пределы, — размышлял Итан, — и, учитывая их угол направления, защитный купол практически не уходит вверх. Опять же, если он не уходит вверх, и опять же, если взять во внимание высоты Ангелонии, с её вершины вполне возможно преодолеть границы сверху на…”

Мысли Итана внезапно прервались оттого, что его резко бросило в сторону водителя, и тягач остановился. Что-то ударило тягач в бок. Но что за чудовище могло это сделать, учитывая размеры тягача? Он взглянул в зеркало и в тот же момент решил, что лучше бы он этого не делал.

В бок тягача упёрся самый настоящий монстр песчаного цвета. Это было чудовище монструозных размеров, он был в половину высоты тягача. У него была большая голова с двумя ушами, маленькими чёрными глазками и пластинчатым рогом, что сейчас упёрся в тягач и, подцепив его, не давал сдвинуться. Голова крепилась к массивному телу, которое от головы к хвосту сужалось и было похоже на галку. Стоя на четырёх лапах с явно нехорошими намерениями, он был действительно страшен.

— Чёртов граар! — с этими словами Али нажал кнопку на приборной панели.

Итан уже перестал смотреть в боковое зеркало — он частично высунулся из открытого окна, чтобы увидеть зрелище, что его действительно поразило. Чуть выше того места, где граар упёрся рогом в тягач и не давал ему сдвинуться с места, учитывая, что Али полностью давил на педаль и колёса старались сдвинуть тягач с места, открылись три круглых отверстия, из которых тут же вылетели три дрона.

Каждый из них был правильной круглой формы, с тремя пропеллерами, что крепились к ним при помощи магнитной связи и могли менять своё положение в любой момент. За исключением пропеллеров, на этих металлических шариках ничего толком и не было, кроме индикатора круглой формы со стеклом внутри, который служил своеобразным глазом, и ещё отнюдь не самого большого полого цилиндра, из которого в следующий момент вылетел электрический заряд.

Спустя несколько минут к трём дронам присоединились ещё три, вероятнее всего, из противоположного бока тягача. В тот самый момент, когда они объединились, началась битва шести маленьких мышек против огромного слона, что был на порядок больше них.

Дроны кружили вокруг граара, стараясь бить его током. В какофонии пыли, ударов рога граара о тягач также слышались звуки ударов тока и жужжащих пропеллеров. Для них не было проблемой ударить монстра током, но он никак не реагировал. Они кружили вокруг него, используя всевозможные тактики, запрограммированные в их безмозглых автоматизированных мозгах.

Летая вокруг него и не подставляясь под удар его могучего хвоста, дроны пробовали кратковременно бить монстра током, использовать громкий звук. Дальше они перешли на другую тактику, в этот момент Итан увидел, как между кожей монстра и дронами возникла плазменная связь, что одновременно должна была и жечь его, и бить повышенным напряжением. Граар лишь фыркнул и ещё сильнее упёрся в тягач, начав его поднимать и пробуя перевернуть.

“Воистину монструозное животное”, — подумал Итан.

Пять дронов подтянулись к одному, что был над его спиной и бил током граара в район позвоночника. Остальные дроны тоже начали бить граара повышенным напряжением, привязавшись к нему плазменной связью. И этот маневр, наконец, возымел эффект: монстр отпустил тягач и, заорав, резко отпрянул от него. Тягач рванулся вперёд. Итан смотрел в сторону граара, что с бешеной скоростью удалялся от тягача. На его спине красовалась чёрная отметина с красной окантовкой. Граар не пытался преследовать их, он ушёл зализывать раны туда, откуда появился. Дроны всё же смогли прожечь его толстенную каменную шкуру и добраться до плоти. Учитывая, что основной удар пришёлся в район позвоночника, боль была невозможная. Сейчас дроны летели вслед тягачу, но останавливаться было плохой идеей, и Али думал загрузить дронов назад на станции переработки.

— Что за…?! — крикнул Итан, обычно спокойный, но сейчас переполненный эмоциями от схватки посреди дороги.

— Это граар! Они настоящие монстры! Вечно докучают нам и населяют всю часть планеты. Никто не понимает, почему они нападают и что им нужно. Они не питаются металлом, из которого мы состоим, и в то же время не питаются тем, что мы здесь добываем. При этом постоянно нападают и похищают наших. Похищенные пропадают бесследно. Просто исчезают с радаров! Кто знает, быть может, граары стараются отвоевать свою территорию, что мы начали эксплуатировать. И знаешь, что самое интересное? Это был ещё не самый большой! — выпалил Али, явно взбудораженный произошедшим.

— Что? Не самый большой? Да он напугал меня до чёртиков! — сказал Итан.

— Да расслабься, мы его отпугнули. Как правило, так и происходит. Редко, когда их нападения оказываются успешными! — улыбался Али.

Итан ушёл в свои мысли, залипнув на головастика, что болтался перед лобовым стеклом. Он рассуждал на тему грааров. Почему и для чего они нападают, если киноэпси не являются пищей для них? Он пытался всё это переварить. Пусть нынешняя нервная система не могла сравниться с живой версией, но она отлично справлялась со своей ролью, и сейчас Итан явно был перевозбуждён, пытаясь всё обдумать. Он даже не успел заметить, как они подъехали к станции переработки, а путь был совсем не близкий.

Али подъехал к гигантской куче грунта и нажал на очередную кнопку на приборной панели. Тягач задребезжал, и Итан услышал, что позади кабины что-то происходит. Он в очередной раз взглянул в зеркало и увидел, как из тягача высыпается грунт. Закончив, Али произнёс:

— Так, теперь осталось подобрать Хеёту у входа, ещё с утра просил в бараках.

Тягач двинулся вперёд мимо снующей туда-сюда техники, что загружала грунт и после пропадала в недрах фабрики. Они ехали вдоль серых стен станции, где впереди, где заканчивалась стена и явно был вход на станцию, стоял другой киноэпси и махал рукой. Подъехав, Али крикнул:

— Давай быстрее, ведро с болтами!

— Ой, да иди ты! — услышали они от киноэпси, что уже обходил тягач.

Итан открыл дверь тягача, и спустя несколько секунд появился другой киноэпси. Он был таким же, как и они, но явно усиленный для тяжёлой работы. Мощные руки, что были не просто двумя трубочками с развитой кистью на конце и шарниром вместо сустава, а со стабилизаторами и моторами для тяжёлого физического труда. То же самое было и с ногами, подобные Итан уже видел у себя в ангаре. Ещё одно большое отличие было в том, что кисти не были предназначены для мелкой моторики, а состояли лишь из двух пластин, что могли складываться пополам для держания простейшего инструмента или таскания больших глыб. Голова же была совершенно обыкновенной.

Сев на сиденье, он занял почти столько же места, сколько занимали Итан с Али вместе взятые, и поздоровался с обоими.

— Кого ты там назвал ведром с болтами? — обратился он к Али очень серьёзным голосом.

— Тебя, ржавая старая железяка! — ответил тот.

— Ну, посмотрим сегодня вечером, кто из нас ржавая старая железяка! — произнёс новый попутчик с явным задором в голосе.

“Они наверняка друзья”, — подумал Итан.

— Здорово! Тебя как звать? — обратился киноэпси к Итану.

— Я Итан. Очень приятно! — сказал он новому знакомому.

— Меня Хеётой звать, или просто Хё! Также… — не успел он закончить, как в их разговор ворвался Али.

— Или ведро с болтами!

После этой фразы друзья начали активно говорить, обсуждая что-то своё, насущное. Итан ушёл в свои мысли — ему не были интересны эти разговоры, особенно после того, какой ему открылся вид. Вид, что он не успел заметить, пока они ехали, явно загруженный новыми событиями в жизни.

Глава 9

Глазам Итана предстала воистину громадина — Ангелония во всей красе, точнее, не сама шахта, а горный пик, в котором она находилась. Теперь же, с более близкого расстояния, где до Ангелонии было рукой подать, открывалось множество подробностей, которых невозможно было разглядеть тогда, когда они только поднялись на плато. Земля перед ней была уже не фиолетовой, а жёлтой с мельчайшими вкраплениями фиолетового.

Они двигались по левой стороне от Ангелонии, и Итан мог теперь в мельчайших подробностях осмотреть всё, что находилось с этой стороны, но в первую очередь он обратил внимание на огромное количество дронов, кружащих вокруг шахты. Одни летали вверх-вниз, другие же перелетали горную цепь в неизвестном Итану направлении с грузами, закреплёнными на них. Вся эта дронья гурьба напоминала рой насекомых, что кружат вокруг своего улья, где каждый занимается своим делом.

Почти на самой верхушке Ангелонии виднелась полость, определённо искусственного происхождения, которая оканчивалась оградой, но позволяла выйти на свежий воздух на самой верхушке горного пика. Киноэпси, конечно, не могли почувствовать дуновения свежего ветерка на вершине Ангелонии, но Итану это подало идею: “Хм, этот балкончик расположен практически на самой вершине. Учитывая, что поле находится на минимальной высоте от пика, его в кратчайший срок можно преодолеть. А что если, воспользовавшись реактивной тягой, не только преодолеть границы поля, но и выйти в открытый космос? Даже если я ошибусь с расчётами и мне не хватит топлива, чтобы добраться до Купола, достаточно будет лишь оказаться в поле зрения защитников, что периодически патрулируют территорию вокруг него”.

Итан ушёл в глубокие раздумья, в его голове сейчас созревал полноценный план спасения, и, если всё удастся, он спасёт не только себя, но и всех несчастных, с которыми оказался в одной лодке.

“Хорошо, но как мне создать реактивную тягу? Куда прятать топливо? Точно! — осенило его. — Ноги тягачей! Ноги тягачей можно переоборудовать под топливные баки, снабдить это всё дополнительной тягой, чтобы их не тащить на себе, и обставить это как разработку и испытание нового оборудования. Ещё понадобится зажигание. Достаточно будет двух электродов, уходящих вглубь ног-топливных баков, и присоединяемой к ним батареи, это не проблема. Вот с окислителем могут возникнуть проблемы, но попробую обратиться с этим к Саше”.

Итан явно повеселел где-то глубоко внутри, в глубине души, оттого что у него теперь есть полноценный план, а не просто тяга к мести и бегству.

Друзья продолжали беседовать через него с редкими подколами друг друга. Итан обратил внимание на то, что Али более эмоциональный. Он периодически размахивал руками, что-то ими показывал своему другу. Хё же был полной его противоположностью — он спокойно разговаривал средним тоном и практически не жестикулировал. Он чувствовал себя неуютно каждый раз, когда друг подкалывал его, явно понимая, что стоит так же шуточно ответить, но не делал этого. Быть может, просто не умел, а быть может, ему это было не очень приятно.

Пока Итан обдумывал план побега, он не успел заметить, как они пересекли стоянку и уже двигались мимо различных построек, облепивших по обе стороны широкую дорогу, по которой они ехали. Мимо проплывали мастерские, гаражи, электростанции, топливные резервуары и множество других зданий, о предназначении которых Итан мог лишь догадываться.

Они приближались ко входу в Ангелонию, которую до этого Итан видел лишь издалека. Он заметил Сашу, стоящего у входа и разговаривающего с другим киноэпси.

— Али, слушай, остановись, пожалуйста, у тех двух киноэпси, — Итан указал пальцем в сторону Саши, — дальше я доберусь своими силами. Думаю, что мне нужно именно к ним.

Тягач остановился. Итан, поблагодарив Али и Хё, вылез из кабины и очутился около Саши. Тот отдал указание другому киноэпси и направился к Итану.

— Здорово, Итан! Ну что, как дела? Как впечатления? — спросил он, описав в воздухе импровизированный круг.

— Впечатляюще на самом деле! Я верно сделал, что остановился у тебя? Или мне нужно было ехать дальше? — спросил Итан.

— Да нет, не переживай, ты всё сделал верно. Даже если бы ты уехал дальше, тебя бы выкинули у лифтов, а там встретили бы и попросили подождать. Ты верно подумал, что провожать тебя буду опять я, — произнёс Саша не торопясь. — Тебя хотел увидеть начальник шахты, познакомиться, и какое-то дело у него имеется к тебе. Что за дело — не скажу: банально не знаю. Пошли!

Они вошли в невероятно просторное помещение, будто выгрызенное в основании горы, и пошли в его противоположную сторону, к виднеющейся на том конце шахте лифта. Итан в тот момент понял, что никогда не видел такого количества киноэпси, и все были заняты своим делом. Одни управляли погрузчиками и развозили всевозможные грузы, часть которых после забирали дроны и уносили в неизвестном направлении. Другие же занимались упаковкой этих самых грузов, закладывали в ящики и после заколачивали их. Каждый из киноэпси был занят делом, и Итан не успел многого рассмотреть, как они уже подошли к лифтам.

Это были три шахты, уходящие далеко вверх и вниз, в горную породу, из которой здесь состояли все стены и потолок. Две шахты были грузовыми, они отличались своей шириной и лифтами, что стояли в них: никакого плотного закрытия, лишь решётчатое ограждение. Один из таких только что отправился вниз, в недра Ангелонии. Итан с Сашей стояли у совершенно другого лифта, более комфортабельного, он был явно для пассажирских перевозок. Зайдя внутрь, Саша ткнул в самую верхнюю кнопку с цифрой пятнадцать, и лифт устремился вверх, в неизвестное доселе для Итана место.

Двери лифта распахнулись, Саша услужливо пропустил Итана вперёд, чему тот повиновался и вышел в небольшую комнату. Это был холл перед кабинетом начальника шахты. Стены и пол были жёлтого цвета, в цвет горы, в которой он был сделан, с редкими вкраплениями оранжевой породы. Позади находились двери лифта, впереди же были двери к лестнице, как указывал знак над ними. По левой стороне была ещё одна дверь из древесины насыщенного чёрного цвета, с древесным узором, у основания которой лежал миниатюрный красный коврик.

С правой стороны холла виднелось небо — это был импровизированный балкончик без остекления, лишь с невысокой оградой по контуру, именно к нему Итан и направился вдоль рядов растений, что стояли вдоль каждой стены. Большинство из растений были зелёными, остальные же были такого необычного цвета, что трудно передать словами: зелёного вперемешку с фиолетовым. Эти растения Итан не смог узнать, он никогда их не видел, а остальные были классическими для Купола.

Он подошёл к одному цветущему растению. Мясистый голый стебель заканчивался пятью массивными листьями, что расходились в разные стороны от него и будто обрамляли большой цветок, водружённый на стебле. Тяжёлый, красный снаружи бутон, клонящий своим весом стебель в одну сторону, внутри был бурого цвета с нежными бежевыми пестиками. И всё это великолепие заканчивалось жёлтыми кончиками лепестков.

Вся зелень здесь, за исключением той необычной зелёно-фиолетовой, находилась под стеклянными колпаками с двумя трубками, отходящими от них, ведь атмосфера здесь была недружелюбна для существ не с Ядра. Итан вгляделся в цветок под стеклянным колпаком, и на него нахлынули воспоминания.

Он вспомнил, как они с Лизой в один из выходных отправились в поход, если его так можно было назвать. Они встретились в центральном кольце Центрального купола, на ближайшей станции к Лесному куполу, и решили прогуляться пешком до своего знакового места — частично разрушенного моста, под которым уже даже не было воды, но он притягивал фоторитов к себе своей стариной и атмосферой. Путь был неблизкий, но что такое несколько десятков километров для двух влюбленных в друг друга?

Предварительно закупившись вкусностями для пикника, они двинулись вперёд. Их путь не представлял из себя чего-то опасного или запутанного, но определённо был весьма живописным, особенно когда закончились городские дома и начались ряды одноэтажных аккуратных домиков у пруда. Они продолжали двигаться вдоль них и, наконец, подошли к концу Центрального купола и к переходу в Лесной. Была возможность пройти пешком по туннелю между ними, но они выбрали проехать на монорельсе до Лесного купола и дальше продолжить свой путь пешком.

В Лесном куполе их ожидала уже привычная картина: станция, на которую они прибыли, и лесные массивы. Уже давно в Лесном куполе было запрещено использование любой техники для как можно более долгой сохранности растений и для того, чтобы посетители больше двигались на своих двоих.

Они двинулись между вековых деревьев, которые своими макушками порой практически доставали верхнюю границу купола. В лесной чаще было сумрачно и свежо, её глубины были насыщены кислородом, и порой можно было почувствовать лёгкое чувство опьянения кислородом.

Путь был приятен для них: милая болтовня, рассматривание окружения. Вот по дороге попалось воистину гигантское дерево, на которое Лиза решила влезть и откуда Итану пришлось её спускать. Они были счастливы в этот момент, и ничего, кроме общества любимого человека, не было важно для них. Недалеко от моста, на холмике, освещённом солнцем, они разложили одеяло и, достав бутерброды с чаем, наслаждались моментом. Моментом, в который Итан заметил тот прекрасный цветок, сорвал его и подарил Лизе. Цветок, что взбудоражил его воспоминания, цветок за стеклянным колпаком, на который он сейчас откровенно пялился.

— Итан! Итан! — звал его Саша, вырывая из забытья счастливых воспоминаний. — Иди сюда! Взгляни на этот вид!

Итан, наконец, оторвался от цветка и направился в сторону Саши, который стоял на балконе и смотрел вдаль. Подойдя, Итан чуть не отключился от огромной высоты и вида, что ему открывался. Огромное и практически идеально ровное плато уходило вдаль к горизонту, где резко обрывалось и уходило вниз, к его ангару. Оно было подобно огромной шахматной доске, но без квадратов разного цвета, а лишь с участками с переходом цвета и двигающимися по нему шахматными фигурами, которые здесь заменяла техника и разная живность. Всё это великолепие украшала редкая травянистая растительность с ещё более редкими деревьями и постройки вблизи Ангелонии.

— Саша, слушай, хотел у тебя кое-что спросить…

Итан не успел договорить: его прервала открывшаяся в противоположной стене дверь из чёрной древесины, из которой вышел ещё один блестящий киноэпси, подобный Саше и ему самому, и презрительно оглядел их. Он практически ничем не отличался от них, за исключением более светлого металла, белёсого с молочными переливами, из которого он был сделан, и эмблемы на его плече. Эмблема представляла из себя большой чёрный круг с красным кругом внутри и тремя лучами, находящимися на равноудалённом расстоянии друг от друга.

— Договорим позже, мы ещё успеем посидеть и поговорить, а теперь давай к Мистеру Гранду, — сказал Саша и отвернулся опять к прекрасному виду, что остался за спиной Итана.

Открыв дверь, Итан не увидел прохода в кабинет, а лишь упёрся в ещё одну дверь, но, потянув за ручку, так и не смог её открыть. После он увидел знак на двери, что нужно зайти в этот небольшой промежуток между дверьми, позволить двери после себя закрыться, и только после этого открывать двери впереди. Так он и сделал, и вуаля — дверь поддалась. Он с осторожностью открыл её и вошёл в просторный кабинет.

Ему предстало действительно приятное его взгляду зрелище. Он, наконец, почувствовал что-то родное и близкое своему сердцу. Кабинет отличался от всех других помещений, в которых Итан уже побывал.

Пол был сделан из чудесной чёрной древесины, подогнанной друг к другу, будто конструктор, и всё это великолепие покрывал роскошный бежевый ковёр с золотой окантовкой и такими же узорами. Стены же здесь не были голой породой — они были выполнены до середины из такой же роскошной древесины, только светлых оттенков, ближе к бежевому цвету, а от середины были выкрашены в цвета, подобные нижней части стены. Потолок же был просто выкрашен в чёрный. По всему его периметру красовались маленькие лампочки, создавая ощущение звёздного неба.

В центре кабинета стоял большой письменный стол, занимая практически всё расстояние от стены до стены и оставляя лишь небольшой проход между ним и стеной слева. На столе лежали различные принадлежности для офисной работы, но Итана удивило больше всего то, что на нём стоял стакан, до середины наполненный тёмной переливающейся жидкостью. В этот момент он призадумался, что бы это могло быть.

Вдоль стен стояли длинные деревянные тумбы с различной растительностью на них, но здесь они были без защитных колпаков. У одной из таких тумб стоял киноэпси очень странного вида. Нет, он был обычным, как и все киноэпси, за исключением головы — она была просто гигантской, если сравнивать с другими. Его голова напоминала перевернутую объёмную трапецию с правильными сторонами и скруглённую по углам.

“Да что, чёрт возьми, у него с головой?” — подумал Итан.

Этот странного вида киноэпси ухаживал за цветами. На его кистях, что ничем не отличались от кистей Итана, было надето нечто вроде перчаток. Он брызгал из распылителя водой на каждый листик этого по-настоящему роскошного для данного места сада и после стирал с него грязь перчатками.

— Вы Итан? — задал он вопрос невероятно необычным голосом, намного более роботизированным, чем у других киноэпси.

— Да, я Итан Локкр! — ответил тот.

— Что же вы стоите в дверях? Проходите, присаживайтесь.

Итан смиренно повиновался, прошёл и занял место на стуле у стола. Мистер Гранд вытер последний мясистый листик у цветка и понюхал его. Было ли это имитацией, или же он действительно понюхал его, Итан мог лишь догадываться.

Начальник прошёл вдоль тумбы с растениями, обошёл стол и уселся в роскошное кресло. Взяв стакан с чёрной жидкостью, он повернулся к панорамному окну и сделал глоток. Итан был в недоумении, он не понимал, что происходит, но смиренно продолжал молчаливо ждать. Мистер Гранд игриво покрутил стакан в руке, опустил её на подлокотник кресла и обратился к Итану:

— Итан. У меня есть к вам просьба, или приказ, называйте это, как хотите, но мне нужно, чтобы вы модернизировали наших тягачей-киноэпси, что работают на глубине. После нескольких недавних происшествий задача стала необходимостью. Первый случай произошёл с беднягой Давидом, его ноги лопнули под тяжестью руды, которую он тащил. Раз — и от его ног ничего не осталось, сломались пополам, благо жив остался, что радует. Второй случай более трагичный, но и более редкий. На старого закалённого тягача Альбера напала землеройка. Он смог бы довольно-таки легко её одолеть, но один удар клешни в район ног — и всё, он не мог сопротивляться, его ноги лопнули так же, как если я брошу этот стакан на твёрдый пол.

Мистер Гранд помолчал, а после продолжил.:

— Будьте добры, Итан, сделайте их ноги мощнее и крепче, чтобы они могли дольше проработать и выдерживать натиск землероек. Теперь можете быть свободны. Саша проводит вас.

Итан смиренно встал и направился к выходу. Его ждала уже знакомая процедура с дверьми, за которыми ожидал Саша.

— Ну что? Что хотел от тебя Мистер Гранд? Понятное дело, что познакомиться, — это обычная процедура, но определённо, я думаю, было что-то ещё, — вопрошал Саша Итана после того, как тот вышел из кабинета Мистера Гранда.

— Да, Саш, ты прав. Он попросил меня модернизировать ноги киноэпси-тягачей. Говорил о каких-то несчастных случаях, произошедших не очень давно, — ответил Итан.

— Я так и знал! Не просто так он вожделел увидеться с тобой! Хорошо, пошли. Зайдём в ещё одно место, посидим. Ты как раз что-то хотел у меня спросить перед тем, как вышел Вард.

Они направились к лифту. После недолгого ожидания лифт появился, но вместо кнопки с цифрой ноль или близкой к ней, обозначающей нулевой или первый этаж, Саша нажал на кнопку с цифрой двенадцать, и лифт устремился вниз.

Спустя мгновение двери лифта открылись, и они вышли в коридор из всё той же горной породы. Коридор был не слишком просторный, с хорошим освещением на достаточно высоком потолке. В ширину здесь могли уместиться от силы три киноэпси. Судя по табличкам, здесь располагались механики, электрики, вакуумщики, оснастчики и прочие рабочие, все не отложились в новом образце головы Итана. Саша завернул в следующую дверь, на табличке была надпись “Банкетный зал”.

“Что? Зачем киноэпси помещение подобного рода?” — удивился Итан.

Банкетный зал был просторной комнатой с несколькими столами. На одной из стен висели в шахматном порядке фотографии истории Ядра. Итан не успел взглянуть на них, ибо Саша практически сразу завернул налево к бару, за которым сейчас стоял ухоженный киноэпси. Это был самый настоящий бар, с большим количеством разнообразного алкоголя, что сразу бросалось в глаза.

— Нам по стаканчику девяносто пятого! — сказал Саша бармену.

— А терминал? — произнёс бармен безучастным голосом.

— Ты давай наливай, у меня допуск есть, и у моего компаньона, я уверен, тоже.