Последний из рода Браум

— Кстати… А где перчатки на «касание мягкого приземления»?… — задумался я вслух, уже сложив ладони друг к другу. Активация «касания» со стороны похожа на мольбу. — Вряд ли Твайс их забрал — наверное, они пришли в негодность. Падение со скалы было жёстким…

Я добросовестно просидел десять минут в надежде на первую активацию. Чуда не произошло… Я почему-то думал, что с новой душой может появиться и магия. Но нет, это так не работает.

С другой стороны, сейчас ночь. Небо уже начало немного светлеть, однако до рассвета ещё далеко. Думаю, я могу поспать часик, а после снова попробовать активацию.

Экзамен в академии начнётся через несколько часов. Возможно что-то получится к этому времени…

* * *

Проснувшись, я как будто и не спал. Закрыл глаза, а затем бац! Прозвенел будильник. Я позавтракал на скорую руку, вновь прибегнув к бутербродной диете, и сразу же приступил к новой попытке активировать «касание».

Август часами сидел в позе лотоса со стиснутыми друг к другу руками. Он никогда не отлынивал от этого утомительного занятия, хотя веры в успех у него практически не осталось.

Десять лет назад Августа ранили в сердце, а это главное хранилище анхе в теле человека. Физически я полностью здоров, но могу ли стать шиноби — большой вопрос…

И дело не в том, сколько времени и попыток мне понадобится — есть вероятность, что я принципе не смогу создать «касание».

Но я не унывал. Буду пытаться, пока не получится. Что мне стоит утром и вечером практиковать активацию? По сути ничего.

Я достал перчатки из специальной шкатулки-хранилища и вышел на открытую веранду дома. Небо без единого облачка, но солнце ещё грело слабо. Чувствовалась утренняя прохлада. Мне такое нравилось.

— Думаю, сегодня отличный день, чтобы активировать «касание»!

Я надел перчатки и резко хлопнул в ладоши. Так обычно не делают — стараются находиться в полной концентрации, когда чувствуешь весь свой организм. Я даже в позу лотоса не сел — мои ноги были расставлены в передней стойке как у каратиста, когда тот наносит прямой удар кулаком.

Только у меня был не удар, а хлопок в ладоши. Со стороны даже могло показаться, что я размахиваю невидимым мечом.

Хрум-хрум!

На доски веранды упала небольшая льдинка! «Касание»! Я его активировал! Создал первый в своей жизни энергетический путь от сердца к ладони.

Я снял перчатки и взял льдинку. Вот она — моя первая в жизни магия! Не сказать, что выглядит грандиозно, но я всё равно был несказанно рад этому «касанию».

С моих плеч пропал груз тысячи прежних неудач. Практически все поставили на мне крест, как на шиноби. Будет невероятно приятно доказать обратное.

Льдинка очень быстро растаяла в моих руках. Надо уверенно освоить это «касание» и браться за более сложные из родового хранилища.

Я вновь одел перчатки. В этот раз решил сделать всё без хлопка. Спокойно, но опять же стоя. Хотел почувствовать энергетический путь «касания» внутри своего тела. Это сделать сложно, но в любом случае мне придётся этому научиться.

Минута, и на пол веранды упала новая льдинка. В этот раз побольше — размером с абрикос. Я это не контролировал. На данном этапе в целом и неважно, какой размер льдинки. Главное, что она есть.

Я сделал получасовой перерыв. Пробежал пару кругов вокруг квартала Браум и после проделал небольшую разминку. Надо держать себя в форме. Для шиноби очень важно физическое развитие — от этого напрямую зависит сила магии.

Невозможно представить, чтобы толстяк был хорошим шиноби. Плохая физическая форма не позволяет развиваться энергетическим путям «касания». Нет, теоретически может быть сильный шиноби, который растолстел, но на старых дрожжах продолжает представлять опасность. Правда, словосочетание «сильный шиноби растолстел» звучит нереалистично.

После короткой разминки, я снова взялся создавать «касание». Три раза к ряду! Льдинка появилась за десять секунд и была размером с вишенку. Без сомнений, я овладел этим простейшим «касанием» на создание льда. Я могу идти в академию шиноби с уверенностью в том, что сдам экзамен.

Оставалась только непонятной причина, почему все получилось… Упорство ли это прежнего Августа или все дело в новой душе? А может все из-за Гералина Твайса?… Вдруг старший шиноби «собрал» меня как-то по-новому.

Хотя какой бы ни была причина — главное наличие результата. На самом деле этот первый успех ничего не значит. Возможно позже я забуксую. Но, разумеется, этого очень не хотелось бы!

Посмотрев на часы в центральном зале, я понял, что надо срочно собираться на экзамен. Я не опаздывал, но всё же лучше прийти чуть пораньше. Мало ли что задержит меня по пути в академию? Например, бабуля, которой надо перейти дорогу или ещё что-то. Причин может быть множество.

Академия шиноби находилась недалеко от младшей школы Холсбери. Мои сверстники, да и сам Август, с восхищением смотрели на парней и девчонок из академии. Дело даже не в том, что курсанты академии чуть старше — они находятся совершенно в другом статусе.

И форма у них классная! В младшей школе все ходили как вздумается — обязательной формы не было. У шиноби же всё серьёзнее. Их можно назвать профессиональными военными этого мира, хоть и было много различий с военными из той же России.

Я пришёл к академии за четверть часа до экзамена. Народа здесь уже было полно. Поступление в академию это важный и торжественный день.

Невольно бросилось в глаза то, что мои сверстники разбились на две примерно равные группы — те, кто был с родителями и те, кто был без них…

Причём дело не в том, что родители не посчитали нужным прийти сюда — у многих ребят в принципе не были родителей. Я не один такой, кто пострадал от войны десятилетней давности.

— Аве, Август! — неуверенно окликнул меня Ремус. Рядом с ним была Эйко. Очаровательная и активная девчонка, которая периодически врывалась в нашу компанию. У Августа была определённая симпатия к Эйко, да и за себя могу сказать, что мне нравились такие жизнерадостные девушки.

И Ремус, и Эйко были удивлены увидеть меня. Если не умеешь создавать «касание», то нет смысла приходить на экзамен. Из жалости сюда не берут.

— Август, ты на экзамен? — подняв брови, спросила Эйко. Её интерес был приятен. Обычно девушка не обращала на меня внимания, хоть иногда мы и могли случайно заговорить. Она больше дружила с Ремусом, чем со мной.

— А зачем ещё я мог прийти? Мои усилия не были напрасны, и я, наконец, создал своё первое «касание».

— Ого! Поздравляю! Ты вчера загадочно говорил, что у тебя есть какой-то план. Видно всё сработало!

— Да… — неловко ответил я и почесал затылок. Привычка была не моя, а Августа, но я её успешно перенял.

— Круто, что мы продолжим учиться все вместе! — спас меня Ремус от лишних вопросов. — Я буду рад постигать ремесло шиноби вместе Августом! Слышали, кстати, что в этом году будет особый экзамен?

— Брось, — махнула рукой Эйко. — Что особенного можно придумать во вступительном экзамене? Тут либо создаёшь «касание», либо нет. Это основной критерий отбора.

— Мой источник крайне надёжный! — важно заявил Ремус.

— В приёмном экзамене точно не будет ничего нового и интересного. Повторяю — тут либо создал «касание», либо нет. А вот в распределительном экзамене действительно могут быть новшества… Ремус, ты про него говоришь?

— Да! Про него! Нам подготовили что-то очень сложное. Старший приятель так сказал.

— Браум, — раздался голос сбоку. Это был Люций Доу. — Зачем ты пришёл в академию шиноби? Хочешь опозориться? Ты же не создашь даже самого простого «касания»!

— Всё течёт, всё меняется.

— У такого бездаря что-то получилось? — брови Доу поплыли вверх. — Но в «А» класс ты все равно не попадёшь. Туда авансом не возьмут из-за известной фамилии. Величие Браумов навсегда в прошлом. Пора уже и от вашего квартала избавиться! Даже если у тебя будут потомки, род Браум не заслуживает занимать столько места. Клан во главе с тобой будет настолько жалким, что и кланом не назовёшь.

Меня взяла злость, хоть своим лицом и не показывал этого. Нет, в «А» класс мне действительно не поступить. Я злился от наглости Доу сыпать такими оскорблениями.

Пару раз Август сцеплялся с Люцием в драке и каждый раз проигрывал. Парень всегда сражался отважно, никогда не моля о пощаде. Он никогда не унижался и на каждое оскорбление либо отвечал ударом, либо хлёстким словом.

По этой причине Доу редко переходил черту. Он знал, что будет ответ. Люций хоть и всегда побеждал, но ему тоже крепко доставалось. Август не был мальчиком для битья, и потому Доу предпочитал выбирать более слабых оппонентов.

Но похоже мои успехи сильно не понравились Люцию. Он хотел видеть меня подавленным, а не воспрявшим духом.

Решил меня оскорблять, сволочь? Ничего, я знаю, как себя осадить!..

— Люций, а что ты сам представляешь в отрыве от своего клана? — я произнёс вопрос в очень спокойной манере. В конфликте никогда не надо показывать злость. — Я не вижу у тебя каких-то феноменальных успехов. Вот твой брат — да. Он гений, и все это признают. Ты его тусклая тень и не более. Твой удел быть третьесортным шиноби. Я уверен, что с твоим говнистым характером ты ничего и никогда не добьешься.

Люций закипал от злости. На последних моих словах он не выдержал и полетел на меня с кулаками.

Глава 3

— Начало экзамена

В драках я не профи. Лётчиков рукопашному бою не учат. Но мне повезло иметь сослуживца Диму Белоусова, который с детства занимался боксом, однако юношей сделал выбор в пользу авиации.

Дима как-то раз попросил подержать ему лапы и совсем чуть-чуть поспарринговать. Он хотел вспомнить, что такое бокс, ведь до третьего курса парень ни разу не брался за перчатки.

Однако лёгкий спарринг уже в первую тренировку превратился в настоящую зарубу. Мне не хотелось уступать, а Диме соответственно проигрывать новичку. В итоге сошлись на ничьей, и Белоусов вынес вердикт, что у меня отличные инстинкты бойца. Говорит, если бы я пошёл на бокс, то достиг бы больших успехов.

Белоусов немного поставил мне технику и научил самым азам бокса. Он сказал, что главное для бойца у меня уже имелось, а именно — дух. Без этого в боксе никак.

Думаю, наши спарринги продолжались бы до самого конца учёбы, но неожиданно, ровно на десятой тренировке, мы познакомились с двумя невероятно очаровательными девушками, которые в будущем стали нашими жёнами.

На этом мой скромный опыт в боевых единоборствах заканчивался. Пару уличных драк в детстве не в счёт — там совсем несерьёзные стычки.

— Тварь! — крикнул Доу, устремляя левый оверхенд мне в голову.

Я моментально вспомнил, что такое сайд-степ. В мгновение, когда Люций практически достиг меня своим ударом, я сделал резкий шаг в сторону и пробил правой рукой в висок Доу.

Упал! Наглухо! Это был первый нокаут в моей жизни. Я даже несколько испугался за своего оппонента… Сказать честно, я хотел его вырубить, но точно не убить.

К нам моментально подбежал преподаватель академии. Его несложно узнать по форме и специальной нашивке. Он был довольно молод — не больше тридцати. Судя по зелёным волосам, это представитель клана Хуро. Такой цвет волос был только у них.

Наш конфликт мужчина приметил заранее, но не успел вовремя вмешаться. Всё произошло слишком быстро.

Преподаватель поднял голову Доу и приложил костяшки пальцев к носу парня. Голова Люция дёрнулась, и тот наконец начал приходить в себя. Нашатырь? Хуро создал это вещество с помощью «касания»?

Но этот вопрос был в голове мимолётом — меня радовало, что Доу оклемался. От этого я сразу почувствовал сильное облегчение.

— Если хотите выяснить кто сильнее, то делайте это в специализированном месте, а не на улице. — Отчитал нас преподаватель. Люций встал на ноги. — Как себя чувствуешь, парень?

— Нормально, — скривясь, ответил Доу. Думаю, его голова гудела от боли, но он не хотел это признавать.

— Ваш конфликт закончен?

— Он меня оскорбил!

— Ты первый перешёл на грубости, — заступился за меня Ремус. — Да и ты говорил куда более ужасные вещи, чем Браум. Ты оскорбил его клан, а Август лишь прошёлся по твоей личности.

— Оскорбление чести клана? — на лице преподавателя появилось заметное недовольство. — Это правда?

— Ремус, урод! Кто тебя за язык тянул?!

— Это тебе надо за языком последить, Люций. Ты сказал, что клан Браум не заслуживает иметь такой большой квартал и от него пора избавиться.

— Не заслуживает?… — преподаватель выписал Доу смачную пощёчину. — Браумы сотни лет сражались во благо хокумата Холсбери. В последнюю войну за провинцию Синих Озёр именно подвиг людей клана Браум принёс нам победу. И ты говоришь, что они не заслуживают иметь свой квартал? Я потребую официальных извинений клана Доу перед кланом Браум.

— Но они даже не клан! Не может быть клана из одного человека!

Преподаватель прописал Люцию вторую пощёчину. Тот взялся за щёку и наконец умерил свой пыл.

— Я всё понял… — выдавил из себя Люций. Он повернулся ко мне лицом и сделал низкий поклон. Не разгибаясь, он произнёс. — Я приношу искренние извинения клану Браум. Я позволил себе сказать то, чего не следовало.

— Август Браум, ты принимаешь извинения?

— Нет. Люций говорит, что приносит искренние извинения, но это ложь. Он даже это не скрывает. Говорит, что позволил сказать себе то, чего не следовало. Значит его мысли никак не изменились.

Люций посмотрел на меня бешеными глазами. Он понимал, что если я не принял извинения, то теперь извиняться придётся его клану. Втык за это будет жёсткий…

— Пошли за мной, Люций. Глава клана Доу как раз находится здесь. В академию сегодня поступает его дочь.

Преподаватель потянул Люция в ту сторону, где стояли родители поступающих. Мне его совершенно не жаль. Не люблю конфликтных людей. Да и собственно кто их любит?

— Круто ты его отделал! — Ремус хлопнул меня рукой по плечу. — Кажется, это первый раз, когда ты победил Люция в драке!

— А это что за приём такой был? — с интересом спросила Эйко. — Кто научил? Обычно ты машешь кулаками как селянин, но тут был крайне хладнокровен.

— Ребят, да мне просто повезло, — с улыбкой сказал я. — Всё случайно получилось…

Ох, а не заподозрят ли они что-то?… Ладно, «касание» активировал, но то, что поменял стиль боя, это уже серьёзно. Хотя с другой стороны Август не был ужасным бойцом. Вполне можно поверить, что он сделал работу над ошибками и стал драться лучше.

Но в любом случае надо следить за своими действиями. Если дам повод, то те кто меня знают, легко почувствуют, что я изменился.

— Таких случайностей не бывает, — возразила Эйко. — Видно, что ты тренировал этот приём.

Сайд-степ считается одним из сложнейших видов защиты в боксе. Вместе с защитой это сразу и нападение. Такой приём действительно не сделать случайно…

— Да, немного тренировал… — я почесал затылок.

— Когда успел! — удивился Ремус.

Я уже стал придумывать ловкое объяснение, но мне помог гонг. Это был сигнал о начале вступительного экзамена.

Территория академии шиноби занимала чуть ли не пятую часть города. Это был город в городе. Тут располагалось несколько учебных полигонов, просторный учебный корпус и два общежития — мужское и женское.

Да, будущие шиноби жили в общежитии несмотря на то, что большинство родом из Холсбери. Эта практика сделана для того, чтобы вытащить человека из комфортных условий.

Если переводить на реалии моего мира, то академия шиноби это самая настоящая военная часть. За три года из юных парней и девчонок здесь делают элитных бойцов, способных выполнить огромный спектр задач.

Ш-и-и-и-и-и-и-и!

Высоченные ворота из красного дерева открылись для поступающих в академию. Родители и прочая группа поддержки остались за бортом — дальше могли пройти только сдающие экзамен.

Я чувствовал внутри себя лёгкий трепет. Прежний Август страстно желал поступить в академию, и вот мечта становится явью.