Помоги проекту - поделись книгой:
Старался Полосин как-то объединить и «русских мусульман». В 2001 году вместе с Валерией Пороховой он создал в Москве общину новообращенных под названием «Прямой путь», в которую вошли около пятнадцати человек (татары, русские, один поляк, арабы и евреи). А когда появилась Национальная организация русских мусульман, пытался сотрудничать с ней. В феврале 2006 года он даже стал первым наибом амира этой структуры, однако со временем их пути разошлись296.
«Одновременно с созданием НОРМ в интернете развернулась яростная критика с самыми жесткими выражениями со стороны идеологов НОРМ в мой адрес и в адрес Пороховой, а также нашей общины «Прямой путь». НОРМ подавался как идеологический антипод и противник «Прямого пути», я-де «продался» татарам, а Порохова – арабам. Эта тема широко публиковалась и обсуждалась на нескольких мусульманских сайтах и форумах. Поэтому представить меня как «вдохновителя и идеолога НОРМ» – это, по меньшей мере, несерьезно, это абсолютная ложь. НОРМ была создана, в том числе, для идеологической борьбы со мной и Пороховой, и об этом тогда говорилось открыто!
– Но затем Вы же помирились с НОРМ?
– Да, примерно через год-полтора позиция идеологов этой организации изменилась, они отказались от части своих прежних установок и в части вероучения, и в части национального вопроса. Более того, мне принесли публичные извинения, и я извинился за резкие слова, и мы по-человечески помирились в мечети. Познакомившись с руководством НОРМ, я увидел группу одаренных молодых людей с хорошим образованием, а Харун-Вадим Сидоров показал себя и как весьма проницательный аналитик, и как харизматичный лидер. Ректор МИУ пригласил их участвовать в конференции и устроил руководству НОРМ встречу с председателем СМР муфтием Равилем Гайнутдином. Я как советник СМР тоже присутствовал на этой встрече. Это было, кажется, летом 2006 года.
На встрече руководители НОРМ высказали свое понимание роли наций в исламе, и муфтий отметил, что их позиция стала намного ближе к ортодоксальной. Муфтий поручил мне как советнику СМР курировать контакты с НОРМ, ибо задача муфтиятов, как и отдельных имамов, в том, чтобы контактировать со всеми слоями верующих, со всеми течениями в просветительских целях побуждения к благому и отвращения от дурного. Я стал принимать участие в собраниях НОРМ. Справедливости ради надо упомянуть, что НОРМ изначально не занимался миссионерско-прозелитической деятельностью, поэтому распространяемые отдельными радикалами из православной среды слухи, что НОРМ создан-де для «обращения русских в ислам», являются мифом, который нужен, по-видимому, для получения кем-то грантов под «защиту устоев». Позиция НОРМ в отношении Российского государства была подчеркнуто патриотической.
Осенью 2006 г. я уехал на два года в Кувейт изучать принципы толерантности и умеренности в исламе, и мои контакты с НОРМ после этого были эпизодическими. Как мне стало известно, в тот период больше влияние на руководство НОРМ оказал дагестанец Рашид Исаев, и все руководство уже собралось ехать в Дагестан вступать в тарикат в Чиркее. Однако это решение было изменено: лидеры НОРМ неожиданно вступили в тарикат «Мурабитун» в ЮАР, после чего у них произошел разрыв с Рашидом и стоящими за ним дагестанцами.
После того, как лидер НОРМ Харун-Вадим Сидоров вынужден был уехать из России в 2009 году, на мой взгляд, деятельность НОРМ в России де-факто прекратилась, хотя, возможно, кто-то под этим брендом иногда и выступал. Однако мои контакты с НОРМ на этом были окончательно исчерпаны.
Тогда же я решил закрыть и общину «Прямой путь», ибо мне не удалось наладить деятельность общины и найти для нее источник финансирования. Я попросил знакомого юриста ликвидировать общину, но он предложил передать документы ему, чтобы попытаться продолжить работу в новом составе. Я отдал их с условием своего полного выхода из этой общины. Дальнейшая ее судьба мне неизвестна», – вспоминал о сотрудничестве с НОРМ сам Полосин297.
В какой-то момент карьера самого яркого из «русских мусульман» пошла под откос и привела его на должность заместителя директора Фонда поддержки исламской культуры, науки и образования, где он трудится и сейчас. Данная позиция оказалась для Полосина не самой лучшей: директор фонда Александр Жданов отбил у него жену Аишу Полосину, руководителя Международного женского клуба «Аиша», и сам на ней женился. В утешение сердобольные мусульмане Дагестана нашли бывшему священнику третью жену.
Последним серьезным творением Полосина стала «Социальная доктрина российских мусульман» от 2015 года, раскритикованная экспертами и быстро позабытая подписавшими ее муфтиями298. Вопрос о том, стоили ли полученные Полосиным блага смены веры, остается открытым, однако можно с уверенностью сказать, что именно его книги стали самым успешным пропагандистским инструментом исламизации людей православной культуры. До 3% новообращенных указали именно их в качестве одного из стимулов смены веры.
Священник из Курска Владислав Сохин 1981 года рождения принял ислам по очень интересной причине: архиерей мешал ему заниматься автостопом в ущерб пасторской деятельности, а жена с тремя детьми создавала ему дополнительные проблемы. Сам он, правда, объяснял случившееся по-другому:
«В то время я ставил себе эти вопросы и не находил на них ответа, продолжая служить священником и молясь перед престолом словами из Евангелия: «Верую, Господи, помоги моему неверию». Чтобы разобраться со всеми этими вопросами, я решил продолжить свое образование и поступил учиться в Санкт-Петербургскую Духовную Академию.
Там я постарался умножить свои знания, но в течение трех последующих лет обучения возникали только противоречия. Сами преподаватели нам говорили о многих несоответствиях между текстом Библии и современным учением церкви. А один даже заявил, что в Библии нет учения о жизни души после смерти! Естественно, все эти вещи нам предлагали фильтровать и не выдавать полученные знания в беседах с простыми прихожанами.
Параллельно я заочно поступил в Курский Госуниверситет на отделение религиоведения. Там я предполагал глубоко изучить все многообразие мировых религий. Но, к сожалению, и там основным направлением было православие, что не соответствовало предназначению факультета. Тут у меня появилась возможность путешествовать, и я решил посвятить свои поездки изучению мирового религиозного опыта.
Первая моя поездка была в Иран. Переступив границу Ирана, я сразу же поразился чистоте людей, их откровенности и гостеприимству. Я нигде не видел пьяной праздношатающейся молодежи. Еще меня поразило то, что практически все те, с кем я встречался, исповедовали Ислам не поверхностно, лишь внешне считая себя мусульманами, но исполняли все предписания Корана, строили по нему свою жизнь. И в этом есть огромный пример для тех, кто сегодня считает себя христианином лишь потому, что был крещен когда-то в детстве.
Посетив многие священные исламские места, я стал читать Коран и глубже изучать историю возникновения ислама. После Ирана я побывал в Косово, где увидел другую, не совсем приятную сторону мусульманской жизни, в которой разрушают православные храмы и убивают людей. Но при внимательном исследовании сербско-албанского конфликта я понял, что во всем этом религия не виновата. Ее использовали как средство, чтобы поссорить людей и получить власть над мелкими раздробленными государствами.
В январе этого года я участвовал в христианской конференции в Кении, а по ее окончании путешествовал по Африке. Там я также столкнулся с мусульманами и все более и более проникся к ним симпатией. В это же время я изучал Коран и основы ислама.
На Занзибаре со мной произошел такой случай. Прогуливаясь вечером по узким улочкам Стоунтауна, я встретил старика африканца, сидящего на пороге старой мечети. Я спросил его, где можно найти дешевое кафе, чтобы поужинать. Он встал и пошел показать мне хорошее место для трапезы и остался поужинать со мной.
За ужином старик спросил меня, чем я занимаюсь. Я ответил ему, что в данный момент сильно интересуюсь исламом. «А что ты будешь делать, когда изучишь ислам?» – спросил меня мой собеседник. «Буду изучать что-нибудь другое», – ответил я. Старик посмотрел мне прямо в глаза и сказал: «Я думаю, что ты примешь ислам». Тогда я не придал значения словам случайного знакомого, но именно в тот момент я впервые задумался о том, что могу стать мусульманином.
По возвращении домой я купил в книжном магазине много мусульманской литературы и стал внимательно ее изучать, продолжая в то же время исследование Библии. И с каждым днем все более и более проникался исламом, искал его.
Незадолго до того, как пришло окончательное решение о принятии ислама, мне в руки попался DVD диск, на котором был записан межрелигиозный диспут между мусульманином Али Вячеславом Полосиным и православным священником Даниилом Сысоевым. Я внимательно просмотрел обе части полемики и еще раз убедился в аргументированной позиции мусульман»299.
До принятия ислама Сохин работал с молодежью в Курской епархии и определенно тяготился своим служением. Увлечение автостопом познакомило его с гуру этого движения Антоном Кротовым, который принял ислам после одного из путешествий и обратил в эту веру нескольких единомышленников. Заинтересовавшись новой религией, Сохин познакомился с Вячеславом-Али Полосиным и под его влиянием сделал выбор.
Известный православный миссионер священник Георгий Максимов дал следующую оценку этой истории: «Увы, до сих пор во многих епархиях нашей Церкви пренебрегают апостольским советом:
Когда людей, еще духовно не окрепших, вопреки многократным запретам апостола, Вселенских соборов и святых отцов, поставляют пастырями, совсем неудивительно, что некоторые из них спотыкаются и падают. Это ведь то же самое, что бросать в бой необученных юнцов – и жестоко, и малоэффективно. А когда такому юнцу, еще даже не окончившему семинарию, сразу же необходимо быть и настоятелем (иногда их назначают и на другие должности) – это только усугубляет положение. Это все равно, что новобранцу нацепить офицерские погоны и послать на передовую командовать батальоном»300.
Действительно, в Церкви нередки случаи девиантного поведения священников, которые были рукоположены с нарушением канонов или без достаточной проверки личных качеств.
Из всех четырех священников-неофитов только Сохин удостоился специального заявления Священноначалия и отлучения от Церкви301. Жена его выбор не приняла и подала на развод. В итоге бывший священник стал путешествовать по Европе, зарабатывая на жизнь фотографией302.
Попытка сделать из него нового мусульманского богослова-полемиста успеха не имела: деньги, выделенные одним мусульманским бизнесменом на этот проект, были разворованы в бывшей редакции сайта «Ислам.ру», а бесплатно писать статьи и давать обличительные интервью Сохин не хотел.
О сегодняшней жизни Сохина известно следующее:
«Бывший священник Владислав Сохин давно покинул Россию, какое-то время работал гидом в Таиланде, сейчас живет в Австралии, стал известным фотодокументалистом. В автобиографии, выложенной на его сайте, равно как и в его многочисленных современных интервью, нет никаких упоминаний ни о его христианском, ни о его мусульманском периоде жизни. Как будто ничего не было. То же самое касается и записей в его блоге. Он много путешествует по работе, но выбирает немусульманские регионы. На его фотографиях запечатлены некоторые местные мусульмане, но есть и фотографии христиан, а вообще и тех и других немного; больше Влада интересуют разные экзотические культы Океании и Африки, а также темы, связанные с нарушением прав человека. Складывается устойчивое впечатление, что этот человек вообще отошел от любой религии, уехал туда, где о нем не знают, и начал все с чистого листа. Надо признать, фотограф из него получился хороший»303.
Таким образом, переход в ислам просто позволил Сохину начать жизнь с чистого листа. К исламу он явно охладел и уже давно не пытается проповедовать эту религию.
История бывшего курского священника запомнилась также открытым письмом Союза православных граждан, в котором содержались важные рекомендации ему и всем популярным неофитам. Приведем его целиком:
Сергей Тимухин из Кемеровской области является не совсем типичным православным священником, принявшим ислам. К этой религии он пришел в ходе духовных поисков, которые привели его сначала в протестантизм. Впрочем, он сам исчерпывающе рассказал о своем пути.
«Я родился 16 марта 1973 г. в городе Белово Кемеровской области. В 1990 году закончил среднюю школу. С детства вырос в неверующей семье. После окончания школы стал интересоваться религией, читать энциклопедии, справочники, начал изучение Библии. Принял крещение, стал активным членом православной церкви. Вел уроки по Закону Божьему в воскресной школе, ездил в зону для проведения занятий по катехизису.
Увидев мое стремление к духовным знаниям, настоятель Беловского храма дал мне рекомендацию для поступления в Кемеровский богословско-пастырский институт. В 1994 году я окончил первый курс на «отлично», и епископ Кемеровский и Новокузнецкий Софроний рукоположил меня в дьяконы, а через месяц в священники.
Будучи в сане, я продолжил дальнейшее обучение экстерном. В процессе обучения особый интерес возник у меня к истории. Я стал углубленно изучать историю, мифологию, читая книги не только православных, но и других, в частности, зарубежных авторов.
Основательное изучение первоисточников породило во мне очень серьезные сомнения в истинности православных догматов. Я пришел к убеждению, что догматы о почитании икон, крестов, поклонении святым и их мощам заимствованы из языческих культов.
Из-за этого я не мог уже больше участвовать в богослужениях православной церкви и в 2001 году перешел в Американскую Апостольскую Евангелическо-Лютеранскую церковь. С главой этой церкви я познакомился в Новосибирске. Он сказал, что готов признать меня как пастора, если я сдам все экзамены лютеранской семинарии. Я сдал их на «отлично» и был назначен пастором и ответственным за миссионерскую работу в Новосибирске. Через год я получил назначение в город Екатеринбург.
Продолжая все глубже изучать историю и мифологию, я понял, что догмат о «троице» тоже взят из язычества, ведь слова «троица» нет во всей Библии, даже в Новом Завете. Так я пришел к твердому убеждению, что Бог един, и Он не существует в телесной оболочке.
Живя еще в Екатеринбурге, мы с женой начали посещать мечеть. В феврале 2003 года я оставил служение пастором и окончательно порвал с Христианством. Всей семьей мы переехали в город Белово Кемеровской области.
Осенью 2003 года я вместе с женой принял Ислам в мечети города Белово, взяв себе имя Абдуль-Хакк. Это имя я выбрал, потому что только Аллах – Истинный (Аль-Хакк) Бог и Он привел меня к истине»305.
По некоторым данным, Тимухин на исламе не остановился и впоследствии перешел в иудаизм.306
Иеромонах Михаил Киселев родился в Сергиевом Посаде в православной семье.
«С детства меня окружали храмы, я частенько бывал на службах в Троице-Сергиевой лавре. У меня был очень хороший крестный отец – священник, который преподал мне основы веры. Служил в армии тринадцать лет, потом решил связать свою дальнейшую жизнь со служением в православной церкви. Некоторое время служил в сане дьякона, затем был рукоположен в пресвитеры и формально был священником девять лет. Я служил в Сибири и на Украине, в Полтавской епархии. Закончил отделение религиоведения Харьковского Государственного Университета. В 2001 году я по религиозным убеждениям ушел за штат епархии, а в этом году принял Ислам в Нижегородской городской мечети. С детства я не видел себя иначе, как человека, который служит Богу и людям. Я всегда к этому стремился, а различные вехи биографии только откладывали начало данного служения. Будучи священнослужителем, я стремился помогать людям, старался быть хорошим пастырем, примером для подражания и в личной жизни, и в поведении...
– Ну, а что все-таки повлияло на Ваш выбор, Вы как иеромонах были практикующим священнослужителем... Почему именно Ислам, почему не протестантизм, например?
– Дело в том, что я очень долго искал свой собственный путь. Во-первых, я познакомился с Исламом очень давно, еще до учебы в университете. Во время учебы, как религиовед по специальности, я теоретически изучал не только Ислам, но стремился узнать и другие направления Христианства, думая, что, возможно, истина там.
Я полагал, что в одном месте, в одной конфессии есть искажения, отступления, но в других направлениях Христианства можно найти порядок, истину. Но, внимательно изучая различные направления Христианства, я убедился, что и там ничего этого нет.
Большим толчком к тому, чтобы я обратился к Исламу, была книга Али Вячеслава Полосина «Почему я стал мусульманином». Потом уже я прочитал его работу «Преодоление язычества», которая систематизировала все мои многолетние сомнения, недопонимания»307.
7 ноября 2007 года Михаил Киселев скончался в Таганроге. Его родные опубликовали письмо, которое прояснило некоторые детали его биографии. Так, проблемы Киселева начались в 2004 году после конфликта с епископом: иеромонах начал лечиться у народного целителя, что противоречило канонам Церкви. В конце концов он принял ислам, прельстившись обещаниями помощи.
«Знакомые мусульмане предложили ему помощь в обмен на использование его имени. Конечно, не исполнили своих обещаний. Он рассказывал, что от него требовали публичной борьбы с христианством, но он, как мог, уклонялся. Близко узнав современный ислам, бывший батюшка принес покаяние. Он был воссоединен с Христом как мирянин. Он хотел публично покаяться, но побоялся мести магометан».308
Таким образом, как минимум трем священникам (Полосину, Сохину и Кисилеву) за переход в ислам были предложены материальные блага, но лишь в случае Полосина они поступили хоть в каком-то размере. По всей видимости, в середине нулевых существовал особый спрос на перешедших в ислам православных священников, подо что был выделен некоторый бюджет. Другое дело, что деньги из этого бюджета по большей части разворовали.
В вышеописанную группу с некоторой натяжкой можно добавить и бывшего раввина махачкалинской синагоги Мойшу Кривицкого. Считается, что он принял ислам в 1998 году после сравнительного изучения Торы и Корана, затем отсидел по 222 статье УК РФ, вышел на свободу и женился на дагестанке309. Другое дело, что информации об этом человеке очень мало, в его биографии есть странности, и в еврейской общине его не знают310. Так что не исключено, что Кривицкий стал одним из вымышленных персонажей в пропаганде новообращенных мусульман. Действительно, известно немало случаев, когда известным людям случайно или умышленно приписывалось принятие ислама.
«Произошедшие переходы бывших православных священников не следует рассматривать как некий «знак», «характерную тенденцию нового времени» или симптом «кризиса православия». Это частные случаи, представляющие определенный интерес и важные для исследования психологии поведения конкретной личности, не более того. Они могут рассматриваться как следствие социальных пертурбаций российского общества, затронувших не только экономическую сферу, но и сферу внутренних переживаний человека, в изменившихся условиях ищущего путь к гармонии и порой находящего его вне традиционных национально-религиозных установок», – предположил профессор Сергей Фирсов, и с ним можно согласиться311.
Со своей стороны могу заметить, что из четырех вышеперечисленных священников в исламе официально остался один лишь Вячеслав-Али Полосин, в искренности религиозных чувств которого существуют серьезные сомнения.
Спортсмены
Многие люди, воспитанные в традициях православной культуры, приняли ислам в спортивных секциях, под влиянием занимавшихся вместе с ними мусульман. Некоторые из них стали известными спортсменами либо популяризаторами физической культуры.
Наибольшую известность из неофитов-спортсменов получил Артем Чеботарев из Саратова. Он родился в 1988 году в селе Степное Саратовской области и вероятно, воспитывался в традициях ислама с детства, поскольку его мать и дядя-тренер Едильбай Казиев были казахами312.
К 2016 году Артем Чеботарев стал четырехкратным чемпионом России, чемпионом Европы, бронзовым призером чемпионата мира, заслуженным мастером спорта. О своем пути к исламу он публично не говорил, что также свидетельствует в пользу гипотезы о его давней приверженности мусульманской религии.
Чеботарев всегда подчеркивал свою религиозность и тесно общался с активом ДУМ Саратовской области, где у него оказалось немало болельщиков313.
Троеборец Роман Гаврусик родился в 1982 году в Норильске, откуда впоследствии переехал в Красноярск. Является чемпионом России по пауэрлифтингу (силовому троеборью) среди юниоров (2005 год), серебряным призером чемпионата России (2007 год), абсолютным чемпионом Сибири (2007 год). Мастер спорта международного класса. Занимается силовым экстримом – таскает колонны автомобилей и составы поездов.
Скорее всего, Роман принял ислам под влиянием известного экстремиста-нурсиста и дзюдоиста Андрея Дедкова, взяв мусульманское имя Кахарман (богатырь). В 2010 году он выступил подписантом заявления о нарушении нрав общины нурсистов в Красноярске, членом которой сам, предположительно, является314.
Политики
Имя самого высокопоставленного российского чиновника, принявшего ислам, главы Кизлярского района Дагестана Андрея Виноградова стало широко известно после его ареста. 27 июля 2015 года Виноградов был задержан в результате спецоперации и сейчас ожидает суда. Бывшего главу района обвиняют в убийстве, посягательстве на жизнь сотрудника правоохранительных органов и финансировании терроризма. Следствие полагает, что Виноградов является одним из руководителей устойчивого организованного преступного сообщества, созданного для занятия бандитизмом, осуществления заказных убийств, преступлений экономической направленности и финансирования незаконных вооруженных формирований.
Виноградов родился в 1982 году в городе Минеральные Воды. С 2007 года работал водителем главы Кизлярского района Сагида Муртазалиева, к которому вошел в доверие и в знак лояльности принял ислам. С 25 марта 2008 года по 19 мая 2009 года был начальником Кизлярской автостанции, а в июне 2009 года был назначен на должность исполняющего обязанности заместителя главы администрации Кизлярского района республики Дагестан, затем стал первым заместителем главы района. В 2010 году Виноградов сменил ушедшего на повышение Сагида Муртазалиева и пять лет управлял районом, не теряя связей со своим патроном.
В 2015 году правоохранители начали расследование деятельности созданной Муртазалиевым организованной преступной группировки. В сентябре того же года Басманный суд Москвы заочно санкционировал арест Сагида Муртазалиева, однако ему удалось скрыться в Объединенных Арабских Эмиратах. А вот Виноградов скрыться не успел. То, что он перешел в ислам под воздействием членов преступной группировки, вполне типично для целого ряда террористов315.
Самый известный и скандальный политик-неофит Абдул-Вахед Ниязов (Вадим Медведев) единственный среди прочих «русских мусульман» был удостоен отдельной книги. В 2010 году в серии «Жизнь примечательных аферистов» вышла посвященная ему монография «Мошенник от шайтана, или как сделать деньги на исламе». Эта яркая личность действительно заслужила такой чести, поскольку по целому ряду параметров превзошла литературного героя Остапа Бендера, с которым Ниязова периодически сравнивали.
Вадим Валерианович Медведев, впоследствии известный как Абдул-Вахед Валидович Ниязов, родился 23 апреля 1969 года в городе Таре Омской области. Его национальность доподлинно неизвестна, хотя сам он настаивает на чисто татарском происхождении. По всей видимости, Ниязов родился в смешанном русско-татарском или еврейско-татарском браке. Во всяком случае, такое мнение сложилось у мусульман, в той среде, где он вращался.
После окончания средней школы он служил в строительных войсках на БАМе. В 1990 году поступил на дневное отделение Московского историко-архивного института, но был отчислен с первого курса за неуспеваемость.
Благодаря женитьбе на родственнице муфтия Талгата Таджуддина Медведев-Ниязов принял ислам и решил принять активное участие в его распространении. В апреле 1991 года при финансовой поддержке посольства Саудовской Аравии в Москве он создал Исламский культурный центр города Москвы, в 1993 году переименованный в Исламский культурный центр России, став его генеральным директором, а впоследствии – президентом. Осенью 1991 года Ниязов попытался отбить Исламский культурный центр города Москвы у будущего муфтия Равиля Гайнутдина, однако потерпел неудачу316.
Война Ниязова с Гайнутдином продолжалась достаточно долго. Обе стороны пытались сорвать проекты друг друга и не стесняясь рассылали гневные письма по всем инстанциям.
«Наше духовное управление неоднократно в различных инстанциях ставило вопрос о крайне негативном воздействии Исламского культурного центра России и его самозванного директора А.-В. Ниязова (больше известного как Вадим Валерианович) в деятельность нашего муфтията – официального религиозного органа, являющегося одним из наиболее влиятельных и авторитетных религиозных объединений мусульман РФ. Прибегая к различного рода махинациям и закулисным интригам А. В. Ниязов, используя в своей неблаговидной деятельности финансовую поддержку различных зарубежных исламских центров, уже не первый год пытается создать параллельную религиозную структуру в обход официальных религиозных каналов. ИКЦР занимается подготовкой религиозных кадров, назначает «имамов» и утверждает «муфтиев» и т. д. Если эти амбициозные планы ему и его зарубежным «друзьям» удастся реализовать, это внесет раскол и накалит и без того напряженную ситуацию внутри многомиллионной мусульманской уммы России. Исходя из общих интересов сохранения мира и спокойствия, а также искренне желая упрочения межнационального и межконфессионального согласия, президиум ДУМЦЕР настоятельно просит ускорить тщательную экспертизу деятельности ИКЦР и привести ее в соответствие с существующими нормативными актами РФ», – писал муфтий Равиль Гайнутдин вице-премьеру Сергею Шахраю в 1995 году317.
В феврале 1994 года Ниязов участвовал в организации Высшего координационного центра духовных управлений мусульман России (ВКЦДУМР) и был избран заместителем председателя исполкома. В 1995 он был инициатором создания Союза мусульман России, став его сопредседателем и председателем исполкома. С 1997 года – вакиль (управляющий делами) ДУМАЧР.
В 1998 году выступил инициатором создания движения «Рефах», которое на парламентских выборах 1999 года выступило в одном блоке с проправительственным «Единством». В итоге Абдул-Вахед Ниязов стал депутатом Госдумы третьего созыва, однако его депутатская карьера не задалась. Лидер фракции «Единство» Сергей Шойгу сравнивал Ниязова с дорожной проституткой и резко критиковал за поддержку турецких исламистов318. Ранее обвинения сексуального характера Ниязову адресовал журналист Радик Амиров, в 1994 году обвинивший главу ИКЦР в попытках унизить его человеческое и мужское достоинство319.
В начале 2000-х годов движение «Рефах» неоднократно преобразовывалось с целью участия в следующих парламентских выборах отдельным блоком «Великая Россия – Евразийский союз». Блок набрал всего четверть процента голосов, после чего политические эксперименты Абдул-Вахеда Ниязова прекратились до конца 2007 года, когда он возглавил движение «Мусульмане в поддержку президента Путина».
После 2007 года Ниязов пытался выстроить из Исламского культурного центра России общественное крыло Совета муфтиев России, однако и в этом деле не нашел понимания и поддержки со стороны властей. В мае 2011 года Исламский культурный центр за многочисленные нарушения был ликвидирован Министерством юстиции России.
В середине 2011 года Ниязов переехал в Турцию, где объявил о создании глобального информационного проекта совместно с СМР. Этот проект получил название «SalamWorld» и был позиционирован как «социальная сеть будущего поколения, которая благодаря своей уникальной архитектуре и возможностям позволит мусульманским ученым и общественным деятелям показывать миру достоинства ислама и возможности исламского мира, используя новейшие информационные технологии»320.
Главным редактором проекта «SalamWorld» стал азербайджанский стоматолог Эльмир Кулиев, автор целого ряда запрещенных в России книг, а его вице-президентом – Ахмед Азимов, координатор Экспертного совета при СМР. В ноябре 2011 года в рамках VII мусульманского форума между «SalamWorld» и СМР был подписан меморандум о сотрудничестве. Тогда Равиль Гайнутдин подчеркнул «актуальность появления «халяльной» интернет-площадки, которая станет своеобразным каналом связи между авторитетными мусульманскими деятелями и остальными верующими». Он также отметил, что приоритетным направлением сотрудничества в рамках подписанного меморандума будет оказание информационной поддержки Советом муфтиев нового интернет-проекта через свои и партнерские информационные издания, в частности через портал Umma.ru и издательский дом «Медина». Старт проекта «SalamWorld» был назначен на весну 2012 года321.
В феврале 2012 года СМР провел в Стамбуле учредительную конференцию «SalamWorld». «За этой сетью не будет стоять какое-то государство. В создании сети, можно сказать, принимают участие мусульмане всего мира. Она позиционируется как общая сеть всей мусульманской уммы, там не будет политического влияния какого-то государства. Основной посыл новой мусульманской сети – услышать голос самих мусульман о том, что происходит и в России, и в арабском мире, и в других частях исламского мира», – заявил на конференции член правления «SalamWorld» и заместитель главы СМР Рушан Аббясов322.
Через год делегация СМР во главе с Равилем Гайнутдином посетила офис «SalamWorld» в Стамбуле. Тогда же было сообщено, что сроки запуска социальной сети переносятся на год, и она станет доступной в 2013 году. Однако и в 2013 году запуска не произошло. В конце 2015 года сайт «SalamWorld» http://www.salamworld.com/ все еще был недоступен. Абдул-Вахед Ниязов, работая над этим проектом, вновь подтвердил свою репутация мусульманского Остапа Бендера.
Более скандальной личности, чем Ниязов, в среде мусульманских лидеров России, пожалуй, нет. Книгу ему посвятили не зря, и в этой монографии освещена лишь малая часть его «подвигов». Впрочем, на фоне других известных «русских мусульман» Ниязов выглядит уже не так ярко.
Мусульманского активиста Гейдара Джемаля можно причислить к большинству из вышеописанных групп новообращенных мусульман. В разные периоды своей жизни он позиционировался и как выдающийся мыслитель, и как политик, и как общественный деятель. При этом по совокупности своих взглядов Джемаль вполне заслуживает место также в группе экстремистов и террористов. Его биография очень богата, высказывания весьма многочисленны, что позволят посвятить данному деятелю целую книгу, но мы постараемся осветить лишь основные моменты.
Гейдар Джемаль родился 6 ноября 1947 года в Москве от русской матери и отца-азербайджанца. Семья его оказалась непростой.
«Джемаль любит говорить журналистам, что родился он в семье известного художника, потомка древнего азербайджанского рода правителей Карабаха, и цирковой наездницы. Почему-то он не рассказывает, что и по материнской линии происходит из не менее знатной, но уже по советским понятиям, семьи. Отец его матери, Шаповалов, был директором Малого театра и потом заместителем министра культуры СССР. Ирина Шаповалова родила Джемаля в 18 лет (6 ноября 1947 года) и очень быстро с мужем развелась. Второй раз она вышла замуж за военного моряка и уехала с ним в Эстонию. Там она стала работать на ипподроме наездницей. В третий раз она вышла замуж за начальника производственного отдела тбилисского ипподрома Амилахвари. Уехала в Тбилиси, затем с мужем вернулась в Москву, работала в Уголке Дурова. Гейдара воспитывали бабушка с дедушкой. В 1965 году, после окончания школы, дедушка помог поступить в один из самых престижных вузов Москвы – Институт восточных языков при МГУ. Во всех биографических справках Гейдар Джемаль пишет, что в 1967 году он вышел из ВЛКСМ и был отчислен из института «в связи с обвинениями в буржуазном национализме». Я попросил бывшего комсорга его курса Владимира Козловского, ныне живущего в Нью-Йорке, уточнить, что именно подразумевается под «буржуазным национализмом». К моему удивлению, г-н Козловский долго смеялся в телефон: «Он был ленивым толстяком, типичным любимчиком бабушки и дедушки. Подтянуться на турнике, видимо, было для него большой проблемой. Два семестра он прогуливал физкультуру, и нас попросили пригласить его на комсомольское собрание. Заведение у нас было закрытое, полувоенное, и физкультура была предметом не менее важным, чем остальные. Дарик пообещал исправиться, но продолжал прогуливать. И нам пришлось его отчислить», – сообщали журналистам его коллеги323.
После отчисления из МГУ судьба Джемаля претерпела удивительные метаморфозы. Влиятельные родственники устроили его корректором в издательство «Медицина», где он познакомился с членами знаменитого «шизоидного подполья» Юрия Мамлеева. Данное сообщество составляли люди оккультных взглядов, увлекавшиеся пьянством, приемом наркотиков и беспорядочными половыми связями. Именно они и воспитали Джемаля в своем дружном коллективе, вложив ему в голову базовые знания по философии.
«Дарик был ленивым человеком, ему было все абсолютно пофигу, писать он не рвался. Идеи носились в воздухе, в застольях, за портвейном. Дарика очень интересовала «идея» Южинского переулка. У меня была идея зафиксировать его метафизическую концепцию. Южинский давал спасение от лжи реальности. Реальность лжива и не то, за что себя выдает. Искать надо за ее пределами. Я долго Дарика уговаривал. Он был наиболее податлив в этой компании. Остальные были или глупые, или неуправляемые. Женя Головин был просто неуправляем, он кирял, бредил и шаманил, сыпал идеями по пьяни. Мы сначала взяли «Цитатник Мао» и стали его перефразировать. Но затем Дарик решил систематизировать труд в исламских традициях, хотя не был тогда чистым исламистом, а скорее гегельянцем и кантианцем. Решили, что будет двадцать четыре главы по 72 стиха. Я ему говорил, что именно нужно сформулировать. А он формулировал. Я говорил, мы с тобой, как Павель и Бержье, когда они писали «Утро магов». В основном писал Павель, а Бержье – вдохновитель. Если бы меня не было, этой книги точно бы не было. Я его заставлял писать, он много пьянствовал тогда. Писали мы в Переделкино. За год написали.
– А на что жили?
– Дарик иконами фарцевал. У меня жена Ольга хорошо зарабатывала, она была администратором гостиницы, приносила какие-то бабки каждый день.
– А Джемаль тогда был женат?
– Нет, у него была любовница. Лесбийская подруга Дебрянской Катя. Она жила и с Дебрянской, и с Дариком», – вспоминал о нравах «шизоидного подполья» и месте в этом сообществе Джемаля журналист Игорь Дудинский324.
После общения с такой богемой Джемаль приобрел психическое заболевание, став инвалидом второй группы по шизофрении. Впрочем, существует версия, что душевное расстройство он удачно симулировал, чтобы избежать ответственности за тунеядство325. Как бы то ни было, справка об инвалидности сильно помогла Джемалю в будущем, – посадить его в тюрьму за разжигание розни и публичное оправдание терроризма с таким документом было трудно, а противоправных действий насильственного характера этот деятель старался не совершать.
В конце 70-х годов, видимо, под влиянием Исламской революции в Иране Джемаль вспомнил о своей мусульманской идентичности и стал позиционировать себя как опытного шиита, не чуждого при этом и других течений ислама. На новой стезе его ждал успех. В конце 80-х годов этот видный представитель «шизоидного подполья» принял участие в создании Исламской партии возрождения, вдохновившись теперь уже ваххабитскими идеями. Параллельно Джемаль сумел войти в координационный совет общества «Память», откуда его быстро выгнали за оккультизм и сатанизм326.
Поделиться книгой: