Чудовище Темного леса

Глава 10

— Не тереби юбку! Не смей задирать! — Сай стоял в углу хижины в обнимку с бутылкой и раздавал указания. То сильно широко ноги расставила, то недостаточно. А сейчас и вовсе запретил мне подпоясывать подол платья для удобства. — Ты должна научиться орудовать мечом в бабском платье. На балу не будет времени юбки задирать. Давай сначала!

Я уже сама едва не рычала зверем, чувствуя, что не одолею эту науку.

— Так достаточно широко? — отвесила картинный реверанс и взмахнула клинком, как веером.

— Пойдет. Главное — найти опору. Почувствовать надо, понимаешь? — так бы и треснула по башке за такую дрессуру! Ничего же не понятно! Но в ответ кивнула и заняла воинственную стойку. С вызовом посмотрела на чудовище и выставила вперед свой маленький меч. — Ох, — иронично вздохнул и рассмеялся. Казалось, что он решил просто развлечься с глупой управляемой куклой, а не урок по ведению боя давал. Я злилась все больше, но терпела и ждала, когда же лохмач навеселится и займется делом.

— Ладно, — отставил любимую бутылку, отодвинул стол, чтобы расчистить пространство и подошел ко мне на расстояние вытянутой руки. — Попробуй меня хотя бы поцарапать, — развел руки в стороны, подставляя всего себя вместо тренировочной груши.

Я коварно улыбнулась. Не попасть в эту громадину невозможно. Так что я совершила первый выпад с чувством неоспоримой победы над противником. Целилась в руку, а разрезала лишь воздух и сама едва не рухнула ничком, а Сай будто бы и не сдвинулся с места. Как так?!

Не хотелось опозориться и показаться совсем уж слабой. Поэтому я собрала все силы в кулак и налетела на чудовище, но он настолько ловко перехватил мое запястье, что я не поняла, как это случилось.

— Давай еще. Целься в сердце, — прижал мою руку, сжимающую кинжал, к своей горячей груди. С дуру я подняла на него взгляд и замерла, улетая в глубину ярко-желтых бесконечно прекрасных звериных глаз. Черные зрачки медленно расширялись, затапливая радужку тьмой. Потусторонний блеск пугал и манил одновременно. За несколько глубоких наших обоюдных вдохов, внутри меня развернулась настоящая огненная буря. Я испугалась того, чего захотело мое тело — затрепетало, взмокло и чуть не раскрылось навстречу огромному чудовищу. Я ужаснулась дикому желанию прикоснуться губами к звериной морде и только собралась отстраниться, как Сай прижался к моему боку каменным возбуждением.

Нет! Я не должна поддаваться неожиданным порывам чувств. Это может все испортить. Не для того я чудом выжила в лесу, чтобы развлекаться с его хозяином. Да и что он обо мне подумает, если спущу тайные желания с петель?

Отскочила, оттолкнувшись от обнаженного торса и показалось, что чудовище стало шире в плечах. В звериных глазах резко сузились зрачки, выдавая животную сущность, которой стоило бояться. Наверное, ему достаточно одного удара, чтобы убить меня на месте. Но вместо этого он сделал шаг вперед, наклонился и рычащим голосом шепнул мне на ухо:

— Нападай, Синти, представь, что перед тобой не я, а Люций. Выпусти ярость наружу.

Прислушавшись к совету чудища, я вздернула подбородок и нашла надежную опору. Подтянула к себе локоть, чтобы совершить резкий выпад и попыталась представить лицо бывшего. Я помнила каждую черточку, каждую впадинку и изгибы манящих губ. И вот уже через мгновение смотрела на подлую рожу Люция. Вся та глупая безудержная любовь должна сейчас превратиться в ярость, но рука отчего-то дрогнула. Показалось, что кинжал стал непреодолимо тяжелым, почти неподъемным. Время шло, а я все никак не могла совладать с эмоциями.

Мужчина приблизился и мягко забрал оружие, не встретив никакого сопротивления. Обхватил меня за талию и замурлыкал мелодию, похожую на колыбельную. Заворожил, укутывая памятью тех дней, когда я была по-настоящему счастлива. Закружил меня в медленном танце, а наваждение все не проходило. Я видела перед собой любимого, и он смотрел на меня с нескрываемым обожанием. Приятное тепло разлилось по телу и уже не удержать в груди заполошное сердце. Где-то на задворках сознания разум подсказывал, что Люций отныне мой самый главный враг. Я желала порвать его на куски, растоптать, убить, но не могла… Предательское тело протестовало, тянулось к нему за недостающей лаской. Истосковалось по самозабвенным поцелуям. Веки отяжелели, погружая меня в темноту фантазии. Ладонью прошлась по крепкой груди, коснулась широкой шеи и запуталась пальцами в густых волосах. Вдох-выдох, вдох-выдох, не выдержала, потянулась к губам, позволяя горячему языку завладеть моим ртом.

Сильные руки подхватили под ягодицы, и я страстно овила его ногами, прижимаясь самой чувствительной точкой к выпирающей ширинке. Заерзала и поднялась выше, чтобы быть ближе к губам. От поцелуя, который превратился в безумный водоворот витиеватых сплетений, участилось дыхание. Дрожь возбуждения сгустилась внизу живота, куда упиралось каменно-твердое намерение.

Он в два шага преодолел расстояние от стола до кровати и уложил меня спиной на постель. Только тогда я распахнула глаза и увидела перед собой не красивое лицо инквизитора, а страшную морду чудовища. Он нависал надо мной исполинской горой, и казалось, вот-вот раздавит. Прошелся кончиком шершавого языка по контуру моей скулы, от чего кожа покрылась мурашками. Я окончательно пришла в себя, когда животное задрало мне юбку и облизало шею от мочки уха до ключицы. Стоило представить, как отдаюсь чудищу и страх подхлестнул попятиться назад и врезаться спиной в стену.

Он убрал от меня руки и посмотрел прямо в глаза. Оскалился в ухмылке.

— Ничего не получится. Ты все еще его любишь и не сможешь убить. Бессмысленно учить тебя бою, — махнул на меня рукой и вернулся в бутылке с настойкой. Положил на стол клинок и шумно отпил. — Тебе лучше уйти и начать новую жизнь в другом городе, — полоснул словами по сердцу и заставил в страхе подскочить с места.

— Не правда! Я не люблю его! Честно. Я хочу отомстить, — принялась оправдываться, расправляя юбку. Черт меня дернул поддаться соблазну!

— Тебе лучше уйти, — повторил с холодом в голосе.

— Ты гонишь меня? — осенило обидной догадкой.

Он не ответил, а просто указал на дверь. Ах вот как! И почему все мужики такие мудаки?!

Разъяренной фурией я вылетела из хижины и побежала, куда глаза глядят, а вслед за мной бросился верный волк.

Глава 11

Я брела в дебрях леса и плакала от обиды и злости на саму себя. Эгри в унисон поскуливал и периодически терся шерсткой о мой бок.

— Иди к нему, милый, оставь меня, — отчаянно шептала волку, но он не собирался бросать беспомощную девушку одну в лесу, в отличие от хозяина, что выгнал меня из дома. Так и знала, что любое проявление близости закончится плачевно. Но в главном Сай прав. Я проявила слабость перед образом инквизитора, а этого допускать нельзя. Как я его убью, если млею от одного лишь воспоминания о нем? Стыдобище! Нельзя любить мужчину, который втоптал тебя в грязь. Должна же быть хоть какая-то гордость!

Выйдя на солнечную поляну, я продолжала себя линчевать. Высокая трава приятно шуршала на ветру. Вкусно пахло цветами, над которыми кружили неугомонные шмели. Природа умиротворяла, утешала и качала в своей зеленой колыбели. Ощутив усталость от бесконечного хождения, нашла дерево с плотным пологом из веток. Села на выступающий корень и отыскала опору в широком стволе. От теплой коры пахло смолой, и я с удовольствием втянула носом воздух.

Эгри застыл как вкопанный, навострив уши, а потом сорвался с места вихрем и затерялся в кустах. Вот и хорошо. Мне сейчас особенно хотелось побыть наедине с собой. Спокойно подумать о том, что произошло в хижине. Невидимый след от языка чудовища так и остался на шее пульсирующей жилкой. Я дотронулась до мягкой кожи, погладила и вспомнила позорную сцену. Было полное ощущение того, что я целую Люция. Те же движения и излюбленный им подхват за ягодицы. Откуда лесному отшельнику знать, как ласкал меня бывший? Что-то здесь не так…

Задумчиво вгрызлась в ноготь и опустила взгляд в землю. Смотрела, не моргая, в одну точку и размышляла. Казалось, что хожу вокруг разгадки, но в упор ее не вижу.

— А что если… — зашептала себе под нос и натужно прищурилась. — Он колдун и поклоняется темным силам? И именно они показали ему мое прошлое с Люцием? — тот потусторонний блеск в глазах, пробирающий до мурашек, ни с чем не спутать. — А в лачуге он проводит страшные ритуалы. Вот и не разрешает мне туда ходить.

Черт! Да какая теперь разница? Мне нужно думать, что делать с собственной жизнью. Куда идти-то?

Я резко напряглась, услышав за спиной характерный треск. Кто-то приближался к поляне, беспощадно по пути ломая ветки. Осторожно выглянула из-за ствола дерева и заметила две тени. Опомниться не успела, как страх подкинул меня вверх. Забралась на дерево и обхватила ветвь руками и ногами.

— Мы уже весь лес обшарили. Нет тут ее. Зверь сожрал. Давай вернемся с новым докладом? Надоело, — раздался неподалеку басистый мужской голос, который я узнала. «Поймать ведьму!» — исторгали из себя эти уста. Еще один из позорных псов инквизитора.

— Ему нужна хотя бы часть тела или кости, — отозвался второй.

Они вышли из зарослей на поляну и уселись на лысую лужайку. Развернули котомку с едой и сложили мечи. А я с замиранием сердца наблюдала за мужчинами и вслушивалась в каждое их слово.

— Слушай, ну давай на кладбище наведаемся, могилу раскопаем и принесем ему кости в мешке?

— Ага! А если не поверит! Мне голова дорога еще, — вгрызся второй в корку хлеба.

— А может поверит. Лучше так, чем бродить тут. Страшно. Сайвер вон пропал без следа. Проклятые тут земли. Я того волка как увидел, так и наложил в штаны. Не выжила девка. Утащил в чащу и разодрал. А кости ее обглодал в своем логове.

— Значит, надо логово найти. И зверя убить.

Я снова услышала треск, только уже рядом с ухом. Сухая ветка накренилась под моим весом и застонала. Вот-вот обломается, и полечу я с ней в обнимку на землю!

Собственно, только ромелькнула эта мысль в голове, как точно так и случилось. С диким треском я приземлилась и выкатилась на поляну. Сильно ударилась плечом, но крик сдержала, вдруг не услышат.

Наивная! Псы вскочили, похватали мечи и кинулись в мою сторону.

— Стой, сука!

О-о-о! Как я бежала! Да на такой скорости с препятствиями ни один элитный рысак дистанцию не преодолеет! В груди до боли клокотало, горло пересохло, дыхание сбилось. Но я нашла в себе силы закричать:

— Эгри! Сай! Помогите!

— Стой, тварь! — послышалось в ответ за спиной.

Уроды не сдавались и нагоняли, а я уже чувствовала, как силы изнашиваются. Но нет! Живой не дамся! Лучше от разрыва сердца сдохнуть, чем к ним в лапы угодить.

Проклятая бабская юбка то и дело цеплялась за колючки, притормаживая мой бег, нещадно рвалась от моих отчаянных рывков. Хорошо хоть обувь удобная. Она-то и помогла мне выскочить из рощи на берег той самой реки, которую никогда не видела.

— Помогите! Сай! — заверещала надсадным криком, надрывая голосовые связки.

В истерике заметалась и увидела на том берегу ущелье. Надо переплыть! Но, черт подери, река полноводная и течение слишком резвое. Обернулась и увидела в метре от себя этих двоих. Вбежала в воду, плюхнулась на пузо и почувствовала, как меня обхватили в четыре руки.

— Поймалась, пташка!

— Гляди-как! Живая!

— То-то Люций обрадуется.

— Наградит!

— Пустите, мрази! Убью! — я билась всем, чем только могла. Ногами, руками, головой, больным плечом, но им хоть бы хны. Будто из стали отлитые, лишь потешались и ржали как кони.

— Вот отродье!

— Да ведьма она!

— Пустите, порчу наведу! Слизнями срать будете, твари! — орала не своим голосом, жалея о том, что на самом деле душу темным силам не продала.

Они выволокли меня на каменный берег и повалили на спину. Один руки за головой крепко держал, другой ноги.

— Порезвимся? — слащаво улыбнулся блондин.

— Нет времени. Связывай давай! — заозирался второй по сторонам.

— Будьте прокляты! До конца своих дней под себя ходить будете, если не сдохните! — я не унималась, осыпая псов проклятиями.

— Сдохнут, Синти! — о! этот спасительный рычащий голос, как длань небесная обрушился на врагов.

Они так и застыли, устремив перепуганные взгляды вверх. А там громила отбрасывал на нас широкую тень. Ярость в желтых глазах, опасный звериный оскал на морде, а в руке стальной меч. Эгри выпрыгнул из-за спины хозяина и набросился на пса, что сжимал мои руки. Под душераздирающие крики вцепился клыками в горло врага.

— Пожалуйста, не… — другой отпустил меня и поднял руки, сдаваясь, но Сай не позволил ему договорить. Одним взмахом меча снес уроду голову и та покатилась к реке, а тело рухнуло на камни. Второй тоже затих, испустив дух в пасти волка.

Я в ужасе вскочила и врезалась в торс чудовища. Обняла его и расплакалась, как ребенок.

— Прости меня дурака, прости, — наглаживал он мои волосы, а я вздрагивала, от шока не в силах вымолвить и слова. — Прости, моя маленькая. Я больше никогда тебя не отпущу, — поднял меня на руки, крепко прижал к себе, и я овила его шею, свернулась калачиком в тесных объятых и ощутила себя в полной безопасности. Страх медленно отступал.

Глава 12

Чтобы не видеть, как Эгри дожирает инквизиторского прихвостня, а Сай обшаривает трупы, чтобы разжиться их имуществом и избавляется от тел, села на берегу и опустила ступни в прохладную воду. Смотрела на противоположный пустынный берег и старалась прийти в себя. И поразила меня вовсе не страшная смерть мужчин. Покоя не давали слова псов, а особенно ярко запомнились те, в которых говорилось об инквизиторе. «Ему нужна хотя бы часть тела или кости», «То-то Люций обрадуется», — странно это все. Зачем ему искать бывшую, от которой так жестоко избавился? Может, он сделал это сгоряча, а теперь жалеет? Может, в нем теплится надежда, что я выжила и… Ой! Нет! Опять меня понесло не в те дебри! Есть нерушимые факты, и верить нужно только им. Остальное просто лирика глупой влюбленной девчонки, а я уже не такая. Теперь мне еще больше хотелось посмотреть в подлые глазенки Люция, когда буду проворачивать отравленный клинок в его плоти.

— Он меня ищет, — пошевелила пальчиками ног в прозрачной воде.

— Что? — Сай не услышал. Был занят мертвяками.

Я обернулась и скривилась от отвращения. Чудовище как раз схватило отрубленную голову за волосы, и так и застыло, уставившись на меня. Со стороны картина выглядела жутко, но я отчего-то улыбнулась. Все же мое проклятие сбылось и мрази подохли.

— Люций ищет меня, — повторила громко. — Я слышала разговоры псов. Ищет живой или мертвой, поэтому отправляет своих людей в лес. Ему зачем-то нужны мои останки.

Свободной рукой Сай почесал гриву и нахмурил морду, а Эгри оторвался от разодранного тела и облизнул красную от крови пасть. Чудная у нас троица, ничего не скажешь!

— Я подумал об этом, когда еще первого прикапывал. А теперь сомнений не осталось, — с размаху крепкой руки Сай пульнул голову в воздух, словно мячик, и она пролетела надо мной, плюхнулась в речку и поплыла по течению. — Вопрос в том: зачем?

О! Это очень хороший вопрос! Но как найти на него ответ?

— Может… — поднялась на ноги и отошла от воды. Что-то вдруг отпало желание резвиться в недрах речки. Мало ли что еще мимо проплывет. — Может он жалеет, что меня… — проговорила быстро, но фразу не закончила. Чудовище зарычало и схватилось за окровавленный меч.

— Жалеет, конечно, что не сжег тебя на площади и не насладился агонией своей зазнобы, — обхватил лезвие куском ткани и одним резким движением стер кровь с клинка. Тут же принялся за мечи врагов, очищая их таким же способом.

Я оторопела, осознавая, что нельзя было даже намеком озвучивать, что в Люцие осталось хоть что-то человеческое. А самое обидное, что Сай прав.

— Вот скажи, куда деваются сожженные на костре останки ведьм? — подошел к котомке, которую соорудил из плаща одного из псов. Аккуратно уложил оружие и принялся завязывать ткань крепкими узлами.

— Псы собирают их в мешок и уносят с площади, — однажды я лично это видела, но никогда не задавалась вопросом, что будет с костями дальше.

— Во-о-т! — поднял палец вверх под поскуливания Эгри. Волк нажрался людской плоти до отвала и растянулся на солнце пузом к лучикам.

— Что вот? Не понимаю, к чему ты клонишь, — подошла к животному и села рядом. Принялась чухать ненажорливое пузико.

— М-да, Синти, ведьма из тебя никакая, — оскалился и приблизился к обглоданным трупам. Ухватил руку одного и второго, поволок обоих по каменному берегу к реке. — Колдуны могут поклоняться светлым силам или темным. Инквизицией запрещена и та и другая, но разница все же есть. Для темных обрядов нужны жертвы, — отправил в плавание первого пса. — Ты никогда не задумывалась, как получилось так, что молодой довольно посредственный аристократ занял столь высокую должность и, по сути, завладел огромным городом? — и второго ногой с берега выпихнул, отдавая во власть реки. А я перестала чесать Эгри и крепко задумалась.

— Ты считаешь, что Люций колдун? — истерично хохотнула и стала судорожно прокручивать в памяти картины прошлого.

Сай зашел в воду по пояс и повернулся спиной к берегу. Наклонился, чтобы смыть с себя кровь, а у меня появилась возможность безнаказанно разглядывать полуобнаженное тело чудища. Какие уж тут картины прошлого, когда перед тобой мускулистый мужик плещется. Да так старательно себя трет, что хочется присоединиться. Что за насмешка судьбы? Кто приделал такому потрясающему телу столь страшную морду?

— Это многое бы объяснило, — еще и голос бархатисто-мягкий хоть и с рычащими нотками. А шелест реки стал для него красивым фоном и заворожил так, что в чувства меня привел холодный мокрый волчий нос. Эгри ткнулся в мою ладонь и требовательно рыкнул. Я кивнула и продолжила чесать его мохнатое пузо. — Как думаешь?

— Хочешь сказать, что инквизитор колдун и сжигает своих же? — это прозвучало так абсурдно, что я поежилась. — Никогда не замечала, чтобы он занимался колдовством. Никогда не находила странных вещей и не видела обрядов. Я знаю поместье, как свои пять пальцев. Все равно бы за столько лет заметила что-то странное. Нет, — замотала головой, вперившись взглядом в довольную мордашку волка. Даже не заметила, как Сай вышел из воды. Посмотрела на него, когда капли с мокрого тела меня оросили.

— Дурак он что ли, вещи для обряда раскидывать по дому, — рассмеялся Сай и сел со мной рядом. Вырвал из земли сочную травинку и вставил меж зубов, посасывая зеленый сок. — Для таких дел всегда имеется отдельное тайное укрытие.

— Прямо как твоя лачуга, ага, — подколола и рассмеялась, но он пропустил мой выпад мимо ушей и продолжил грызть траву. Чудище, называется!

— Если все так, как я думаю, то ему нужны твои кости для обряда, и он не успокоится, пока их не найдет. А это грозит тем, что однажды он узнает, что ты жива и здорова. Пошлет в лес целый отряд, и мы с Эгри можем не справиться. Уж не знаю, что в его больной голове твориться, но тебя не отдам, — посмотрел мне в глаза и схватил за подбородок влажной когтистой рукой. Зафиксировал лицо, чтобы не смогла отвернуться. — Сегодня я едва тебя не потерял. Больше подобного не допущу, — с каждой секундой все глубже погружалась в огромные желтые омуты и сердце ускорялось. — Мы найдем подходящие кости, нацепим на них все, что тогда осталось от твоего платья и подкинем псам. Если после этого он продолжит посылать людей на твои поиски, то мои догадки верны. И это значит, что одной тебе соваться на бал не стоит. Я помогу тебе его убить, — пообещал, глядя прямо в глаза и теплая нега разлилась по всему телу. Это лучшее, что я в жизни слышала. Сегодня мы с чудовищем стали самыми настоящими союзниками и… друзьями? Разве можно дружить с мужчиной, который одним своим видом вызывает затянутую жгутом приятную боль в животе? Сомневаюсь.

Я потянулась рукой к четкой скуле и коснулась впадины щеки. Кончиками пальцев прошлась по мохнатым усам вокруг выступающего рта. Посмотрела на прямые черточки губ и вытянула изо рта чудища травинку. Он ослабил хватку, позволив моему лицу приблизиться. Сущие миллиметры отделяли мои губы от его. Один крохотный порыв и мы сольемся в поцелуе. Но я остановилась, задержав дыхание. Замерла, чтобы понять, что он чувствует. Показалось, что мир застыл, а мы в нем словно мухи в янтаре. От недостатка воздуха закружилась голова, веки отяжелели и опустились темными полотнами на глаза. И тогда я ощутила мягкое прикосновение губ. Сделала живительный глоток воздуха и ответила на поцелуй. На этот раз я целовала Сая, а не Люция. Хваталась за спину чудовища. К нему с нежностью льнула. К его голому торсу прижималась. Внутри все кипело и плавилось от немыслимого притяжения наших тел. Его рука сорвалась с моего подбородка и на миг задержалась горячим прикосновением в ложбинке между грудей. Он очертил дорожку до самого низа живота и резко обхватил мою талию. Отстранился, лишая меня возможности углубить поцелуй и сорваться в бездну страсти.

Из наваждения я выходила медленно, тяжело дыша. С усилием раскрыла глаза и столкнулась с сияющими желтизной озерами.

— Пора отправляться на раскопки, — сказал столь будничным тоном, будто ничего важного между нами не случилось.

Все еще пребывая в состоянии легкой невесомости, я одобрительно качнула головой.

Глава 13

Оказалось, что таскаться по лесу в поисках подходящих костей — не мое. Эгри то и дело унюхивал захоронения, да все не те. Так что через несколько часов я окончательно выбилась из сил. Сай вовремя это заметил и проводил меня до хижины, а сам взял мои тряпки, что остались после побега от инквизиции, и ушел в густой лес. Только тогда я полностью расслабилась и почувствовала, что люто проголодалась. От овощного супа ничего не осталось, собственно, как и от зефира. Тогда я начала обшаривать дом в поисках чего-то съестного. Заглядывала в ящики, открывала шкаф и даже в печь сунулась, но, увы. Раздосадованная провалом, под рычание голодного желудка села на табурет Сая и подумала о том, что пора снова выйти в город. Но на этот раз список составлять буду я. Где это видано, чтобы в доме не было ни круп, ни муки?

И тут мой взгляд будто дернули за лассо. Сундук в углу комнаты чудовище запереть на замок то забыло! Вот это удача! Возможно, там и найду, что пожевать, пока дожидаюсь хозяина. Подошла к массивному деревянному изделию и залюбовалась аккуратной работой мастера. На городском рынке я подобных сундуков не встречала. Роспись больно дивная и покрыт качественным лаком. Осторожно приподняла крышку, заглянула в щель, ничего не сумела разглядеть, обернулась, чувствуя себя воришкой. Прислушалась к шорохам и поняла, что все тихо. Можно полазить внутри без последствий, а потом сложить все, как было. Но для начала надо запомнить расположение вещей. Сверху бумажный сверток, затянутый бечевкой. Под ним аккуратно сложенная мужская одежда, причем, ткань не из дешевых. Даже черные бархатные вставки имелись. Разворачивать не стала, потому что вряд ли потом смогу сложить таким же ровным квадратом.

— А вот и мой кинжал, — прошептала с улыбкой, лелея сталь в руке. — Я не подведу. Обязательно научусь. Мы еще с тобой подружимся и повоюем, — пообещала оружию и отложила на пол в сторонку.

Было интересно продолжать раскопки.