Чудовище Темного леса

— Зефир? — прочитала следующий пункт и взяла свои слова обратно. Зефиром удивил больше! — Серьезно? Зефир? Точно не мяса кусок нужен?

— Ох! — опустился он на кровать, и она жалобно заскрипела под весом чудовища. — Ну, люблю я зефир! Люблю! Что с того? — всучил мне в руку мешочек с монетами. — Давай, одевайся. Сбегаешь на рынок. Это и есть твое первое задание.

— Я так и поняла, — еще бы! Как только увидела странный список, сразу сообразила, в чем заключается задание. Не зря же он сокрушался, как тяжело такому как он затеряться в толпе.

— Вот и одевайся молча. Там на все хватит. И себе леденец на палочке возьми, — кинул раздраженно и махнул на меня рукой, недовольный допросом.

Я и засобиралась, в уме прикидывая, в какой стороне лучше выйти из леса, чтобы попасть не к главным воротам рынка, а зайти сбоку.

— Эгри тебя проводит. Будь осторожна. Посильнее натяни капюшон и ни с кем не заговаривай.

— Не волнуйся, принесу я твой зефир, — подначила напоследок и рассмеялась. Вот же чудище зефирное!

Глава 7

Когда обувка на пару размеров больше, а веревка едва удерживает на талии штаны, идти по густому лесу не так-то просто. Но я никогда не боялась трудностей. Выполню задание Сая в совершенстве и доставлю все по списку в самый кротчайший срок. Тем более что меня охранял огромный злобный волк, который не прочь подкрепиться заплутавшими путниками. Таких, к счастью, мы не встретили.

— Ну что, Эгри, подошли мы к кромке леса, миленький, — погладила серого зверя между ушами и указала на заброшенный тракт.

Здесь уже пару лет не проезжали повозки торгашей из соседних поселков и городов. Они наладили пути через другую, более безопасную дорогу. Из-за расположения деревьев, что образовали ветвями почти беспросветный туннель, раньше тут находилось пристанище разбойников и мелких воришек. Но теперь все спокойно. Поэтому я смело вышла на каменистую дорогу и побрела в город, в котором будет легко затеряться. Никто не обратит внимание на человека в мантии с походной сумкой наперевес. Многие из близлежащих поселков именно в таком виде и ходят на рынок.

Но для верности я все равно шла настороженно и постоянно оглядывалась. Эгри, сидя у дороги, так и застыл изваянием, из чего я поняла, что волк будет дожидаться меня на этом месте. Что ж, постараюсь не задерживаться.

Ага! Было бы сказано! Когда с головой окунаешься в рыночную суету, совсем теряется счет времени. Как пройти мимо вездесущих лавок с разнообразными товарами? Их хочется разглядывать, щупать, хотя бы мысленно примерять на себя. А особенно сильно любила касаться украшений. Блеск камней завораживал, а особенно цитрин. Он так напоминал о яркости глаз чудовища, что мимо пройти я не смогла. Постояла, поглазела, но заставила себя скорее вернуться к заданию.

Закупившись одеждой и алкоголем, ходила от лавки к лавке в поисках зефира. С настойками все проще. Их повсюду продают, а вот со сладостями беда. Единственная ближайшая кондитерская лавка находилась на самом входе в рынок со стороны центра города. Но ничего не поделаешь. Пришлось топать, попутно краем уха собирая сплетни громкоговорящих людей. Так я узнала, что мор, уложивший всю прислугу соседнего с Ретбоун поместья, оказался вовсе не мором, а сивухой, которой они потравились и испустили за ночь дух. Вот оно как бывает! Выходит, меня по ошибке обвинили. Даже смешно стало. Так инквизитор дела и решает. Чуть что — ведьма или колдун! Удобно-то как. А наказывать за ошибку все равно некому. Не побегут же из-за одной никому не нужной сиротки самому королю жаловаться. Нет, не побегут. Вот и сходит все с рук моему бывшему.

— Самые вкусные сладости Валаама! Налетай, торопись! — скандировал кондитер, лицо которого я хорошо знала. Все же раньше часто ходила мимо его лавки. Тут тебе и лакрица в спиральках на нитках висит, и коробки с пирожными и даже плитки горького шоколада.

Прежде чем подойти, пониже натянула капюшон, вдруг узнает и растреплет, что видел меня живой. Не нужно мне к себе лишнее внимание. Хочу наблюдать за вытянутой рожей этого козла, когда увидит меня живой и здоровой перед собственной смертью.

— Мне бы зефира, — указала на белые пышные сладости, наслаждаясь пряным ароматом кондитерских изделий. До чего, наверное, приятная у него работа. Целыми днями нюхать сладкое.

— Кончено! Сколько взвесить милой даме? Наисвежайший! Пальчики оближете, — я задумалась, прикинув размеры моего голодного чудовища.

— Пару кило давайте, — думаю, на несколько дней должно хватить. Он ведь не уточнил количество ни в штуках, ни по весу.

Кондитер засуетился, аккуратно заворачивая товар в шуршащую бумагу. Объявил цену, и я вдруг вспомнила!

— И леденец давайте. Вот этот в форме звездочки, — указала на красный, пахнущий вишней.

— Скорее! Скорее! — послышались голоса за спиной. Я обернулась и увидела стекающуюся к выходу толпу. И куда все неслись, как оглашенные? Стало интересно, поэтому по-быстрому расплатилась, уложила покупки в сумку и прибилась к народу.

Старалась уловить, о чем все судачат, но как только покинула рынок и оказалась у центральной площади, и так все поняла. Люди любят зрелища. Особенно те, где надо наблюдать за страданиями других. Это нечто древнее, в крови у нас. Все равно, что в театре на заморскую постановку посмотреть. Мало кто пропустит такое событие. Для Валаама с приходом нового инквизитора и театра никакого не надо. Вот тебе и постамент железный посреди города, и кострище, сложенное на нем, и столб, к которому привязана новая жертва. Все как мы любим! Раньше мне казалось, что я одна такая неправильная, остаюсь дома, пока остальные наслаждаются казнью. Но сегодня я упорно пробивалась через толпу в первые ряды, ведь приговор несчастной женщине зачитывал сам Люций Ретбоун.

Зачитывал ровным тоном с каменным лицом, пока веревки на ее руках и ногах затягивали потуже, и кричала она громко:

— Я не виновна! Я не ведьма! Помогите, люди добрые!

Где-то я уже это слышала. И от темных воспоминаний защемило сердце, глотку сковало свинцом и в носу засвербело. О! Все это предвестники позорных слез. Гнать их надо поганой метлой. Не для того, чтобы разрыдаться, я так близко подобралась к инквизитору. Смотрела на него из тени капюшона и дух захватывало. Клянусь перед светлыми силами и темными, что красивее мужчины за всю жизнь не видела. Затянутые в кожаные латы руки и ноги, костюм из дорогой черной ткани, а поверх широких плеч развивающийся на ветру красный плащ. Коротко остриженные черные волосы, гладко выбритые четкие скулы. А глаза… О! Эти глаза! В них можно найти либо счастье, либо погибель. К сожалению, я столкнулась и с тем и с другим.

— Люди! Помогите! Я не ведьма! Спасите! — извивалась в агонии растрепанная светловолосая женщина средних лет. Я раньше никогда ее не видела, но на собственной шкуре прочувствовала какого это, когда тебя убивают ни за что. Мое сердце разболелось от жалости и бессилия. Ничем я помочь ей не смогу.

— Поджигай!

— Сжечь ведьму!

— Будь ты проклята, нечисть!

Вот и ответ разъяренной толпы на мольбы. Люций вынес приговор и отошел в сторону, чтобы жар костра не коснулся его дорогой одежды. Холодный, надменный, совершенно безжалостный, но безумно красивый. Как я могла его любить? И почему даже сейчас, когда любовь превратилась в лютую ненависть, глубоко в душе ощущаю особый трепет? На задворках воспоминаний милый мальчишка кружил меня в танце и дергал за косу, оказывая первые неловкие знаки внимания. Куда это все ушло? Почему кануло в черную пучину забвения? Где справедливость? Почему любовь так жестока? Обидно. Но пора смириться с тем, что как раньше никогда не будет. Мы обязательно еще встретимся с любимым. Эта встреча не первая и не последняя. И в следующий раз я буду готова отомстить! Он на собственной шкуре ощутит ту боль, что мне причинил. Он сильно пожалеет, что избавился от глупой влюбленной девчонки!

Я не стала смотреть, как с воплями ужаса заживо горит женщина. Не стала наблюдать за каменным инквизитором и его псами. Опустив голову, ушла с площади и вернулась на рынок. Снова подошла к кондитерской лавке и купила еще один леденец, чтобы насладиться им по пути в качестве утешения. Маленькое вознаграждение за проявленную силу воли. Я слишком неопытна и слаба. Рано осуществлять задуманную месть. Но увидев его сегодня на площади, еще раз убедилась, что Люций заслуживает смерти от руки той, которую предал и убил!

Глава 8

Я настолько погрузилась в собственные мысли и воспоминания, что двигалась в сторону леса прогулочным шагом. Все же от нагрузки и неудобной обуви лодыжка начала немного ныть. Но я утешала себя тем, что скоро окажусь в хижине и переоденусь в новое. Наконец, прикрою свои женские прелести, и не буду смущать чудовище. С улыбкой вспомнила, как он отмывал меня от грязи, а потом накладывал примочки. Пусть он наполовину животное, но человеческое в нем преобладало. В штанах уж точно! Это я успела заметить. Стыдно признаться, но многое бы отдала, чтобы разглядеть Сая ниже пояса.

— Тьфу! Что за мысли, Синтия? — шепотом саму себя отругала и тут же расхохоталась. Да, определенно! Любопытство — мой главный порок. И все-таки дико интересно.

— Эгри! — увидела выглянувшего из-за дерева волка и вошла в густой лес.

Зверь обрадованно завилял хвостом и повел меня за собой через густую чащу. Весь путь я старалась запомнить дорогу, вдруг когда-то придется выбираться из леса без помощи Эгри. Но все усложняло отсутствие тропок. Приходилось продираться через заросли кустарников и перепрыгивать через вездесущие ручейки, что змейками тянулись по выбоинам в земле. Их легкое журчание успокаивало, особой мелодией сливалось со звуком потревоженной ветром листвы. Я знала, что где-то в Темном лесу есть большая река и раньше горожане часто к ней ходили, но никогда ее не видела. Только частые цветочные полянки встречались на пути. Приятно пахло травами и пыльцой. Разноцветные бабочки порхали над цветами наряду с рабочими пчелками. Благодать, от которой поднималось настроение.

Когда Эгри побежал вперед бодрее, я поняла, что мы приближаемся к хижине. А потом увидела прикрытую листвой лачугу. Огляделась. Чудовищного хозяина не видно и не слышно, значит, можно тайком заглянуть в запретное окошко.

Сердце волнительно отстукивало чечетку по ребрам, когда я тихо подкралась к лачуге и нырнула под ветви дерева. Бесшумно подошла к оконцу и встала на цыпочки. Заглянула в него и наткнулась на плотную шторку. Разочарованно вздохнула, а потом взглядом отыскала щелочку меж заломами ткани. Сложила ладони трубочкой и припала к прохладному стеклу. В темном помещении через такую крохотную щель мало что можно было разглядеть, но я заметила деревянное колесо. Оно стояло лицом к окну.

— Что я говорил о правилах? — послышалось над ухом. Дыхание шепота и кончики усов защекотали мою кожу. От неожиданности дернулась, но сделала вид, что ничуть не испугалась. Отпрянула от окна, натянула самую обворожительную улыбку, на какую была способна и повернулась к чудищу лицом.

Он грозно подбоченился, напомнив мне экономку Тамми. Осуждающий взгляд желтых глаз заставил виновато пожать плечами.

— Я тут мимо проходила, и мне послышалось… — начала выдумывать легенду, но Сай сразу меня оборвал, не желая ничего слышать.

— Еще раз увижу тебя у лачуги, отшлепаю, — продемонстрировал со всех сторон свою огромную ладонь и нахмурился.

Ха! Этим меня не напугать! Мое мягкое место видало пытки и похлеще. Нас в приюте за малейшую провинность розгами секли и ничего. Даже к боли можно привыкнуть. Но сейчас не тот случай, чтобы хорохориться. Я действительно провинилась. Поэтому опустила плечи и тяжело вздохнула.

— Прости, больше не буду, честно, — и все равно не удержалась, добавив: — ты ничего о себе не рассказываешь. А мне надо знать все о своем наставнике.

— Ладно, — махнул рукой и позвал за собой. — Пошли. Все купила? — кинул через плечо.

— Конечно. Ты сомневался? — загордилась. — Что сложного в том, чтобы сбегать за покупками?

— Кому как, — рассмеялся.

Ах да! Я же совсем забыла, как он огромен, волосат и вонюч. Успела привыкнуть.

— Тогда почему так долго? Я уже хотел идти громить город, — пропустил меня первой на крыльцо и распахнул передо мной дверь.

— Громить? — удивленно застыла на пороге и повернулась лицом к чудищу. — Серьезно?

Чтобы я не загораживала ему путь в комнату, Сай обхватил меня за талию, будто пушинку оторвал от пола и втащил внутрь. Поставил в сторонке и отошел на шаг назад. Огромные мышцы на его теле забугрились так, что даже соски на мощной груди зашевелились. Признаться, зрелище завораживало!

— Ты недооцениваешь своего наставника, Синти, — хищно рыкнул и клацнул острыми клыками.

Это точно! Недооценила красоту его шикарного тела. Откровенно залюбовалась, чувствуя, как от смущения разгораются алым цветком щеки. Приличные девушки на мужчин так не пялятся, но я глаз не могла оторвать. От того, чтобы протянуть руку и коснуться его обнаженного торса меня удержал остаток здравого смысла. Насильно опустила взгляд в пол и закивала.

— То-то же! — произнес победоносно. — Давай уже. Доставай покупки.

Я засуетилась, закружилась на месте и подошла к кровати. Поставила сумку на постель и сначала достала кулек с зефиром. Аромат пышной сладости заполонил комнату, и чудище заурчало, будто кот на валериану. Жадно схватил бумагу и уволок. Уселся за стол и, облизывая в предвкушении усища, разорвал бумагу. Я с улыбкой наблюдала за тем, как он целиком засовывает зефирину в пасть.

— Вкусно? — на что не получила ответа, но он был и не нужен. От удовольствия Сай аж глаза подкатывал. До чего же смешно это выглядело со стороны! Сдержать улыбки я не сумела.

Пока он чавканьем признавался зефиру в любви, я разобрала сумку. Бутыли с настойкой поставила на печь и зашла в закуток, чтобы переодеться. Признаться, с бельем немного погорячилась. Купила слишком красивое с кружавочками и оборочками по канту черной шелковой ткани. Никогда такого не носила, но всегда пускала слюни, проходя мимо лавки с женским бельем. Лиф тоже подходил к трусикам по цвету, хорошо поддерживал грудь и ложился на кожу мягким кружевом. Туфли лодочки на прочной сплошной подошве и синее походное платье в пол. В нем и выйти на люди не стыдно, и работу по дому удобно делать. Подол легко подпоясывался. А вот на новую мантию деньги решила не тратить. Купила черную повязку, скрывающую пол лица. Только глаза и торчат. Так будет надежнее выходить в город.

— Ну как тебе? — вышла в центр хижины, расправила юбку и со смехом закружилась.

Не думала, что сумею оторвать чудовище от любимого лакомства, но у меня получилось. Он так и застыл с зефиркой в пасти. Одобрил наряд кивком, и я заметила, как его взгляд упал на довольно глубокий вырез. Ложбинка между грудей заинтересовала Сая особенно остро. И я вновь убедилась, что ниже пояса он обычный мужчина. Ширинка так и набухла камнем. Он заерзал на табурете, когда проследил за моим взглядом, и развернулся ко мне боком.

— Ты не рассказала, почему так долго, — начал говорить воспитательным тоном, как только проглотил зефир.

— Зашла на центральную площадь, — отмахнулась, схватила с тумбы леденец и села за стол напротив него. Медленно развернула лакомство и облизнула кончиком языка. М-м-м вкуснота!

— Зачем? — напрягся всем телом и подался вперед.

Я лизнула леденец еще с большим удовольствием, задерживая конфету на языке, чтобы сладость впиталась в каждый рецептор.

— Инквизиция ведьму сжигала. Вернее, ведьму по приговору, а не по сути. Не верю я, что та несчастная настоящее зло, — заглотила звездочку полностью и смачно вытащила изо рта, облизнула сладкие губы. — Люций приговор зачитывал. Стоял там наверху весь такой красивый, козлина. Вот же паскуда безжалостная!

— Вот как? Я тут думал, что тебя схватили, или того хуже, а ты просто бывшим любовалась! — в этот раз он разозлился ни на шутку. Желтые глаза сверкнули недобрым ревностным блеском. Мне даже страшно стало смотреть в цитриновые омуты, а вдруг на дно утянут?

— Не надо так орать! Он меня даже не заметил, — отмахнулась, чтобы сгладить углы, но не сработало. Сай так сильно разозлился, что стиснул огромные кулаки.

— Больше так не делай, поняла? — припечатал ладонью по столу. И чего вдруг так завелся?

— Поняла, — передразнила его в ответ. У-у-у, чудище лесное! Еще и указывает. — Да поняла я, поняла, — сдалась окончательно под суровым взглядом.

— И еще, — сузил глаза и наморщил нос. — Больше не соси при мне леденцы, — я глянула на красную конфету, а потом на напряженную морду Сая и вмиг все поняла. Рассмеялась так, что чуть с табурета не рухнула.

Глава 9

Я была не права, когда подумала, что зефира хватит на несколько дней. Лохмач слопал его за милую душу в первый же час. А потом еще и леденец мой нахально схрустел. Смотрела я на хищную сладкоежку и думала, откуда он такой взялся? Щель в оконце лачуги не дала ответов на вопросы, а сам он продолжал молчать и что-то от меня скрывать. В немой перепалке мы долго смотрели друг на друга, и в итоге я выиграла бой на острых шпагах взглядов.

— Ладно, наливай, будет рассказ, — стукнул он чашками по столу.

На радостях я подскочила с места и сбегала к печи, схватила бутылку и разлила настойку по сосудам. Удобно устроилась на табурете, обняла чашку ладонями и приготовилась увлеченно слушать. Неужели, наконец, утолю свое дикое любопытство?

Сай втянул носом вишневый аромат и глотнул спиртное. Шумно вздохнул и посмотрел на меня как-то обреченно.

— Я не родился таким, — признал и перевел взгляд с меня на огонь в очаге, будто в пламени заплясало его прошлое. — Пару лет назад я очнулся посреди леса рядом с Эгри и понял — что-то со мной не так. О прошлом ничего так и не вспомнил, сколько не старался. Откуда навыки владения мечом? — пожал плечами. — Понятия не имею. Но, как оказалось, многое умею. Так и остался жить в лесу с волком. Построил хижину и больше не пытался вспоминать о прошлой жизни. Эгри отлично охраняет нашу территорию. Пошли слухи о чудовище и мало кто сунется в эту часть леса. Все было в моей жизни хорошо, пока Эгри не притащил одну полумертвую, но очень любопытную девицу, — он осушил сосуд и приказным жестом указал на чашку, будто я ему личная прислуга.

После услышанного, от возмущения я чуть не задохнулась. С психом махнула залпом настойку и закашлялась от крепости напитка. Жидкость обожгла горло и мигом разогнала кровь по венам. Меня бросило в жар, а потом огонь внутри потух и оставил после себя приятное обволакивающее тепло. Легкая дымка тумана в голове прибавила смелости.

— И это рассказ?! Ты издеваешься?! — вцепилась в чудовище осуждающим взглядом, а ладонью в край стола. Зла не хватало! Снова он водил меня за нос! Вранье же самое настоящее!

— А ты ждала легенду о принце, которого заколдовала старая ведьма? — прыснул со смеху и сам наполнил наши чашки. — Придется тебя разочаровать, красавица, я вовсе не принц. Все банально и просто, а не так, как ты себе нафантазировала, — пожал плечами и усом не повел. И где только так филигранно врать научился?

Но меня так просто не проведешь!

— Не верю, — упрямо сложила руки на столе. — Почему тогда оберегаешь лачугу? А? Что там такого прячешь? — с вызовом заглянула в желтые глаза. Давай, признавайся уже. Мне можно! Я уж точно не побегу всем рассказывать, откуда в лесу чудовище появилось.

— Там ценные вещи. Мое личное, поняла? — проскользнули в его голосе рычащие нотки. Ага, начинал потихоньку злиться, значит, я на правильном пути. Надо поднажать и расколоть Сая.

— И зачем уходить туда на ночь? — я не сдавалась. Все равно докопаюсь до правды!

— Чтобы храпом своим не мешать тебе спать, — парировал лохмач. Вон оно как! На все ответ найдется. Хитрый гаденыш! Но не ту напал. Я же не отстану.

— Оставайся сегодня в доме. Ты мне не помешаешь. Я очень крепко сплю, — заулыбалась. Мы тоже не пальцем деланные.

— Я не буду спать с тобой в одной постели, — уверенно заявил, бросив взгляд на кровать.

— Спи без меня. Лягу на полу. Мне не привыкать, — ха! Лови ответный удар!

Да, да, да! Я почти вывела Сая из себя. Морда озарилась хищным оскалом, который потушил лишь глоток спиртного.

— Если хочешь меня соблазнить, действуй мягче, — засоловели большие глаза чудовища. — Я ласку люблю.

— Еще чего! — нахал! — Нужен ты мне больно! — обиженно надулась. Да что он о себе думает, чудище волосатое?

— Теперь понятно, почему Люций хотел сжечь тебя на костре! Ты та еще кость в горле! — а вот это было обидно. До того обидно, что губы задрожали.

Опустила взгляд в чашку и всмотрелась в рубиновую жидкость, напоминающую свежую кровь. Вспомнилось, как Люций впервые меня ударил за длинный язык. Я тогда на празднике заметила, как вокруг него вьется какая-то высокородная пигалица. Будучи разносчицей на балу в поместье, с лихвой окатила ее выпивкой, словно невзначай опрокинув поднос на ее белое платье. Не выдержала и при всех обложила благоверного отборными ругательствами, чтобы не смел так нагло при мне флиртовать с девицами. А в финале позорной сцены он выволок меня из зала, за волосы потащил к себе в кабинет и с порога отвесил хлесткую пощечину. Одного этого подлого удара хватило, чтобы я упала на пол и схватилась за лицо. Разрыдалась тогда, вцепилась в его штанину и высказала всю боль, что скопилась на душе. Но ему было меня не жаль. Пнул, как собачонку и оставил одну в пустых стенах кабинета. Даже сейчас я ощущала на щеке боль от того сокрушительного удара. Невольно дотронулась до горячей кожи лица и чудом сдержала слезы.

— Вот и поговорили, — шепнула еле слышно и вышла из-за стола.

Прихватив кружку, вышла на крыльцо и села на дощатый выступ. Эгри тут же прилег у ног и принялся утешать, нализывая шершавым языком заживающую лодыжку. Я погладила волка между ушами, и стало немного легче. Он уж точно не даст меня в обиду. Преданное животное никогда не станет попрекать, и всегда будет любить, не смотря ни на что. Я сама раньше была, как верная собачонка для Люция. Ох, сколько на коленях умоляла его о прощении. Сколько валялась у его ног, заглядывая в карие глаза преданным взглядом. Ждала взаимной самоотверженности, а в ответ получала лишь лютый холод.

— Прости, — опустился рядом громила и приобнял за плечо, к себе прижал. Похлопал по спине и тяжело вздохнул. — Я думал по поводу твоего плана мести. И вот что надумал. До празднования дня масок остался месяц. Инквизитор точно не пропустит такой повод и устроит бал-маскарад у себя в поместье. Это хороший вариант, чтобы затеряться среди гостей и пронзить врага отравленным клинком. Иди за мной, — помог подняться и отвел в комнату.

Открыл сундук и достал кожаные ножны с торчащей из футляра рукоятью.

— Я нашел его в лесу. Раньше он принадлежал кому-то из шайки инквизиторов. Смотри, — вручил мне оружие и указал на крохотный, выгравированный на рукояти герб в виде пламени костра.

— Да. Это печать инквизиции. — Подтвердила его догадку. Причем, оружие принадлежало одному из приближенных псов Люция.

— Вот этот меч тебе подойдет. Клинок можно спрятать под одеждой и пронести на бал. Одного четкого удара хватит, чтобы поразить врага. Но нужен сильный смертельный яд. С этим все сложнее обстоит, но справимся. С сегодняшнего дня мы начнем обучение. Уверяю, через месяц тренировок, будешь владеть клинком в совершенстве, — я вытащила оружие из ножен и просияла. Острая сталь даровала надежду на изощренную месть. Убить бывшего и подставить его псов. Это ли не песня?

— Я готова начать, — крепко сжала оружие в руке.