Бар 32

— Отдашь мне? — заулыбался Митч.

— Нет, — ответил Том.

Лиа напряглась, сильнее вжалась в кресло и хотела уже залезть на Томаса. Митч увидел это и громко рассмеялся.

— Расслабься, девочка, — сказал он, открыв бутылку пива. — Как тебя зовут?

— Лиа.

— Я Митч, — он протянул ей бутылку. — За знакомство.

Лиа с недоверием посмотрела на бутылку, потом на Томаса.

— Выпей, — шепнул он ей.

Девушка отпила, сморщилась. Они посидели около получаса, разговаривая на отвлеченные темы. Томас был напряжен, за несколько минут выпил бутылку пива, парил, почти не участвовал в разговоре.

Лиа потихоньку начинала пьянеть в душной обстановке, ей стало легче поддерживать беседу, отвечать на вопросы и задавать их. Митч довольно улыбался, смотря на нее. Предлагал кальян, а Лиа сначала искала одобрения в ком-нибудь из знакомых, а потом только брала трубку. Митч все подпинывал ногой Тома, чтобы тот не молчал. Когда он сделал так еще, Том заговорил:

— Все это, конечно, классно, но ты знаешь, что мы пришли сюда не болтать, — недовольно произнес Том. Лиа видела, как он сжимает кулаки, как напрягаются мышцы на его руках. «Он злится… Хоть бы все обошлось».

— Извини, брат, — Митч подался вперед. — Я знаю только то, что он действует один. Что убивает исключительно девушек и, по теориям, тех, кто в чем-то провинился.

— Типа бабушку через дорогу не перевел? — усмехнулся Питер. Он начинал медленно моргать с одной только бутылки пива.

— Типа наркоманок, шлюх, стерв, — загибая пальцы, ответил Король.

— Какой-то целомудренный мститель? — приподняла бровь Рейчел. — Такого нам еще не хватало. Теперь я точно ни от Тома, ни от Бульбуля ни на шаг не отойду. Я же все вместе!

— Еще знаю, что стреляет девятимиллиметровыми патронами, — продолжал Митч. — Со слов чувака, что нашел первый труп, — стреляли в спину, значит, жертва убегала. Значит, убийца либо хорошо стреляет в темноте, либо использует пистолет с наводкой. Исходя из второго — у него есть деньги на такое оружие.

— Еще что-то? — спросил Том.

— Нет, — хитро сказал Митч.

— Чего ты хочешь? — закатил глаза Томас.

— Посидите со мной еще, — рассмеялся Митч. — У меня, вообще-то, день рождения.

— Так за это нужно выпить! — крикнула Рейчел, недовольно глянув на Томаса.

***

Лиа вышла на крыльцо, опустилась на лестницу и глубоко вздохнула. Снова пошел дождь, мелкими каплями падая на траву и дорогу. Играла музыку, сверху звучал заливной смех Рейчел. Лиа непроизвольно прикоснулась к медальону, что висел на ее шее. Успокаивающее движение, знакомая форма. А внутри — ее совместное фото с братом, кажется, последнее до того, как он разбился.

Ее тело постепенно засыпало. Она достала телефон, чтобы хоть немного проснуться. Телефон стоял на беззвучном режиме, и за последние три часа Фиби позвонила ей больше десяти раз. Несколько раз звонил Уилл, писал сообщения. «Черт, завтра учеба, — подумала Лиа. — Я не сделала задание по мировой истории…». Она набрала номер Фибс и приложила телефон к уху.

Луну закрыли тучи, дождь разрастался, но под крышей ей не были страшны холодные капли. Лиа почувствовала порыв холодного ветра, поежилась. Разум из-за холода начал приходить в себя, когда Фиби взяла трубку.

— Лианна Элизабет Дэвис, — отчеканила Фиби. — Где ты пропадаешь со вчерашнего дня?

— Я с Томасом, — промурчала Лиа, — не ругайся.

— Ты пьешь? — поняла Фибс. — Тебе завтра на учебу. Мы с ребятами переволновались.

— Все в порядке, — спокойно говорила Лиа. — Слушай, ты сделала задание по мировой истории? Можешь и мне сделать. В долгу не останусь.

— Во сколько ты приедешь?

— Не знаю, поздно.

— Ох, Лиа, — вздохнула Фиби. Девушка услышала характерный звук включения компьютера. — Сделаю.

— Люблю тебя, Фиби, ты мой герой, — заулыбалась Лиа.

— Приезжай, ладно? Ты уже два дня дома не ночуешь.

— Я приеду, обещаю.

— Целую.

Фиби положила трубку. Лиа хотела перезвонить Уиллу или кинуть смску, что все хорошо, пусть не беспокоится. Но кто-то сел рядом с ней, забрав ее телефон. Она, открыв рот, чтобы сказать что-нибудь ласковое, повернулась. Рядом с ней сидел Митч.

— Что ты тут делаешь? — спросил он.

— Дышу воздухом, мне сделалось дурно, — ответила она, забирая телефон.

— Как давно вы общаетесь с Томом?

— Дня три, — пожала плечами она. — Но мы в школе еще знали друг друга, но…

— Маловато для того, чтобы ты была здесь. В чем секрет?

— Секрет чего? — не понимала Лиа.

Митч закатил глаза и рассмеялся. «Он смеется над моей глупостью?»

— Томас очень придирчив к людям. Он познакомил Питера со мной только спустя полгода их общения. Ты тут появилась куда быстрее.

— Я настойчивая и противная, — улыбнулась Лиа. — А ты как давно знаешь Тома?

— Нас Рейчел познакомила около года назад. Как он с девчонкой расстался, в общем, — Митч устроился удобнее. — Он покупал через меня наркотики, не знаю, сколько денег он спустил на это.

— Он употреблял?..

— Еще как, — слишком эмоционально произнес Митч.

Лиа поняла, что это ее шанс немного узнать Томаса. Сам он говорить не хочет, Рейчел кажется Лие слишком стервозной и злой по отношению к девушке. А Митч разговорчив, пьян и, кажется, не умеет держать язык за зубами, если дело не касается бизнеса.

— Мы много тусили вместе, основали Бар своими силами, вот времена были, — продолжал Митч. — Ты была в Баре?

— Да, как раз там и познакомилась со всеми, — кивнула Лиа. — Классное место.

Митч довольно заулыбался.

— Мы не верили, что он будет пользоваться таким спросом. Но когда деньги упали на Томаса, он пошел по наклонной. Если раньше он заявлялся ко мне на порог раз в неделю-две, тот тут по несколько раз за неделю. Я уже переживать за него начал.

— Но ведь сейчас он не торчит, — заметила Лиа.

— Так я его и достал из всей этой жопы. Мы переругались с ним из-за этого, чуть не прибили друг друга. Но я человек такой, что за друзей горой стоять буду. Даже если их обидчики — они сами. Я знал Тома, когда он только баловался вместе с Рейчи, и он показался мне клевым. Когда я узнал его ближе, то вообще проникся к нему, — Митч достал сигарету и закурил. — И тут он начинает жестко подсаживаться на наркотики. И как мне быть?

— Но ты ведь сам торгуешь этим, — приподняла бровь Лиа.

— Торгую, но сам я не нарик. Пробовал, бывало, да, но не торчал. Я не против самокруток, от которых кайфует Рейчи, но против химии этой всей. Она же убивает человека, и Том убивал себя этим. Было сложно, но я вытащил его из этого дерьма.

— Это сильно, — кивала Лиа. — И он не срывался?

— Срывался, конечно, пару раз в процессе. Но потом мы с ним серьезно так переговорили, я ему всякой дичи философской умной навтирал, он задумался, — Митч рассмеялся, сделал последнюю затяжку и выбросил окурок на мокрую тропинку. — Томас мне чем нравится: яйца у него есть. Есть маленькие трусливые яйцушки, как у всяких парнишек из центра, а у него большие мужицкие смелые яйца. Если он хочет чего-то — он добивается. Он захотел бросить наркотики, и он бросил через ломки и сложности.

Лиа, улыбаясь, слушала. И думала о том, что первое впечатление о Томасе совершенно неверное. Да даже сейчас, узнав о том, что он бывший наркоман, на душе оставался неприятный осадок двоякого впечатления. Его идеальный образ, каким увидела его Лиа впервые, спустя два года, уходил сквозь пальцы, как песок с каждым днем.

— И знаешь, если он загорелся идеей найти убийцу его бывшей девчонки, то он добьется этого, — продолжил Митч. — И раз ты тут, то ты поможешь ему в этом.

Лиа внимательно посмотрела на молодого наркоторговца.

— А почему Шоколадный король? — вдруг спросила она, игнорируя его слова.

— Рейчи дала мне это прозвище еще лет шесть назад. Потому что ниггер, шоколадный и все такое, — засмеялся парень, подавшись назад. — Звучит по-расистски, но мне нравится.

Резко открылась дверь, Лиа обернулась и увидела над собой Томаса. Позади него Рейчел и Питер. Все хмурые, даже Рейчел, допивающая бутылку пива.

— Митч, говори, что хотел сказать еще, и мы поехали, — громко сказал Томас, но лицо его все еще оставалось холодным.

Парень поднялся, обошел друзей, зашел в дом. Пока его не было, Лиа переглядывалась с Томасом. Он молчал, но Лиа видела в его глазах что-то, похожее на озабоченность и озлобленность.

— Мужик, который услышал звук выстрела и нашел тело Элисон, живет вот тут, — проскрежетал Митч и протянул Тому листок. Лиа попыталась через плечо парня заглянуть, но даже увиденные буквы ей ни о чем не говорили. — Съезди к нему, может, удастся что-то узнать. Лучше поезжай один.

— Съезжу, — кивнул Томас. — Это все?

— Ты требуешь с меня, как с детектива, который работает уже несколько месяцев над делом, — прыснул Митч. — Я сообщу, если будет что-то еще. Береги себя. Зря ты в это ввязываешься.

— Он не оставляет мне другого выбора, — ответил Томас. — Я твой должник.

ГЛАВА 4

1

Томас нехотя с утра поехал в колледж. Рейчел мирно досыпала то время, пока они ехали, на переднем сидении, и парню пришлось слушать музыку максимально тихо. Если бы не Рейч, он бы повысил громкость до максимума, лишь бы заглушить крики в голове.

В чехле телефона лежал листок с адресом человека, который нашел тело Элисон. Томасу так хотелось развернуть машину и поехать в указанное место, но он все равно продолжал вести машину прямо по дороге, крепко сжимая руль.

Ему нельзя было прогуливать, нельзя было получать низкие оценки — от этого зависела стипендия, которая и была единственными деньгами Томаса. Большая часть выручки, что они собрали за пятницу, ушла на предзаказ алкоголя. Другая часть ушла на оплату воды и света, работу диджея и барменов. Остались копейки, а жил он теперь не один.

Он оступился уже однажды, когда подсел на наркотики, стал пропускать. Ректор выхватил его как-то в коридоре, увел в кабинет, усадил на стул. Хмуро посмотрел на измученного Томаса и заявил: «Это уже не смешно. Ты пропускаешь занятия, а если и приходишь, то витаешь в облаках. Ты чуть не завалил сессию, и завалил бы, не будь педагоги благосклонны к тебе и не будь ты таким смышленым. Я лишаю тебя стипендии до того момента, пока ты вновь не станешь тем Томасом Хэйзом, какой пришел в наши стены. Если тебе и это не станет уроком, Том, то я буду вынужден отчислить тебя».

Том мчал по улицам района. Было тихо, слышался лишь гул мотора. Редкие машины отъезжали от домов, навстречу ехал школьный автобус. Унылый вид сливался воедино, и через минуту стало казаться, что за окном нет ничего, кроме убогой желтой серости.

Путь до колледжа был недолгим. Томас прибавил громкости музыке, и Рейчел резко проснулась.

— Приехали, — объявил он.

— Есть еще время подымить? — спросила Рид, потирая глаза. Том кивнул.

Они прислонились к капоту машины, Рейчел закурила, Том выпустил облако пара. Они молчали, глядя на зеленый двор. Там на траве сидели ученики: кто-то читал, кто-то делал задание на коленке, кто-то фотографировался, кто-то просто общался.

Три года назад Том только поступил на первый курс, он никого не знал, знакомиться стеснялся, хоть и пытался. У него были приятели, но все время они общались своей компанией, и Томасу было неловко влезать в их беседы.

Парень одиноко сидел в тени дерева, но назвать его скучающим было сложно. Он сосредоточенно смотрел на экран фотоаппарата, что ему подарили родственники на выпускной. Приятный подарок, полезный, ведь у Тома в жизни не хватило бы денег купить себе хороший фотоаппарат для учебы. Но и устройство было навороченным, ему потребовалось время, чтобы разобраться во всем. «Инструкция?» — спросите вы. «Для слабаков» — усмехнется Том.

Он выставлял какие-то настройки, фотографировал мимо проходящих людей, бурчал себе что-то под нос и вновь заглядывал в настройки. Тогда к нему и подошла Рейчел Рид. Том был наслышан об этой дерзкой первокурснице с театрального факультета, что одним своим появлением покорила сердца многих.

— Я смотрю, ты фотограф, — заговорила она, отбросив на Томаса тень. Она была приветлива и улыбалась, но уже тогда от нее несло стервозностью и чрезмерной уверенностью в себе за версту. — Можешь потренировать свои навыки на мне.

Том поднял на нее глаза, удивленно вскинул брови, но не растерялся. Он вышел из меню настроек, поймал красивый кадр и нажал на кнопку. Щелчок. Фото сделано. Томас поглядел на него, Рейчел была чертовски хороша.

— Покажи, — попросила Рид и тут же выхватила фотоаппарат, — круто! Давай еще.

Так они и познакомились. Потом завязалось общение, Томас разобрался с настройками и через пару дней устроил Рид полноценную фотосессию. Любительскую, не больше. До профессионала ему было далеко, но Рейчел хвалила его и пророчила потенциал. Они общались целыми днями, вместе выпивали. Потом Рид познакомила его с Элисон.

Дружить втроем сложно, особенно когда двое встречаются. Но Рейчел никогда не считала себя третьим лишним. «Я разбавляю эту приторно сладкую парочку» — отшучивалась она. И часто шутила, что отобьет Элли, если Том будет «говняным парнем». Казалось, Рид вообще не переживала о том, что она сместится на второй план для них обоих. Да и что ей переживать, она знала абсолютно всех в колледже и столько же людей вне его!

— Информация распространяется быстро, — проговорила Рейчел. — Не боишься идти туда?

— А мне придется, — пожал плечами Том. — К тому же, со мной ты.

Рейчел запрокинула голову и рассмеялась.

— Если захочешь поговорить, ты знаешь, где меня искать, — сказал Рид, туша сигарету.

— Брось, — махнул рукой Том. — Все будет в порядке.

Они разошлись. Том шел по коридору, не обращая внимания на остальных. Он все еще думал, что не поздно развернуться и уехать по указанному адресу, но время было раннее, наверняка тот, кто ему нужен, на работе или спит. Том решил, что поедет к нему вечером.

Легким движением руки Том толкнул дверь и вошел в полный студентов кабинет. Миссис Роуэн уже была тут, беседовала с одним из студентов по поводу рисунка, что тот начал. «Опять он начал раньше всех», — хмыкнул Том. Он занял свое место напротив чистого холста, рядом положил сумку. Тяжело вздохнул.

Рисунки Томаса получались не самыми лучшими. Он не видел смысла рисования тем, кто фотографирует. Ему не нужны были знания того, как рисовать тени, если он фотографировал уже готовые. И все же эта дисциплина была обязательной, и Томасу приходилось рисовать.

Иногда ему нравилось. Когда они несколько занятий рисовали не фрукты или пейзажи, а человека. Тогда им привели девушку-модель, она сидела несколько часов в одной позе, и студенты рисовали ее с самых разных ракурсов. Кто-то даже сзади. Томасу достался строгий профиль, и, о, черт, как же горячо она выглядела с этого ракурса.