Я - Богиня

— Еще раз, — командую, и мы на исходной. Шаг, разворот, удар, подсечка. Драг оказывается ловчее и его меч хлопает мне по заднице.

— Ди Сат, я не узнаю тебя! Мой ли это бравый командир, — поддевает меня, желая разжечь огонь битвы. Но все впустую. После прошедшей ночи я не могу думать ни о чем другом, кроме нее.

— Заткнись и бей, — я с ревом бросаюсь на друга. Но Драг как вода: ловко перетекает с одного места на другое, когда я себя не контролирую. В этот раз он отсекает мне клок волос. Это провал.

— Будь это не тренировочный бой, а настоящий — твоя голова уже лежала бы в пыли, — друг протягивает мне руку, пряча меч в ножны. — Что с тобой происходит? Ты уже который день не свой. Это из-за нового места службы? — Драг заливисто смеется. — Каково это — охранять Богиню?

— Не спрашивай, — я шумно втягиваю воздух, не желая развивать больную тему. Но Драгу невдомек, что у нас произошло и он продолжает веселиться.

— А она с огоньком, да? Как женщина — очень привлекательна. Я бы на твоем месте не только ее охранял, но и потрогал.

— Заткнись, слышишь! — хватаю его за плечо и грубо толкаю. — Ни слова об этом!

— Ого! — Драг изумленно потирает руку. — Неужели ты влюбился? В Богиню?? Нет, я просто не могу в это поверить! Великий арх ди Сат поплыл при виде божественной красотки? Да ладно?!

— Драг ди Надт! Еще одно слово — и мне придется вызвать тебя на бой. Замолчи, прошу как друг, — видит Создатель, я сдерживаюсь из последних сил, чтобы не покрошить на мелкие розовые кусочки лучшего друга. А все из-за нее! Проклятая Богиня!

— Да понял, понял, — он поднимает ладони вверх, — просто хочу предупредить: будь осторожен. Я много слышал о заморочках в храме и служении Ей. Там не все так просто. А про любовь с Богиней — я просто пошутил. — Примирительно произнес Драг. Он прав. Прав во всем. А я — идиот, что придумал себе невесть что. Я ей не нужен, отношения с Богиней — невозможны. Еще и обидел. Но она сама напросилась! Лежала такая развратная, наглая! Раскинула бесстыже ноги перед этими… Этими сопляками зелеными! А они и рады стараться! Поедают ее взглядом! Уууу…. Убью всех.

— Эй, друг, мне кажется — или от тебя пар валит? — снова хохотнул Драг.

— Отстань.

Остаток дня я скрывался в дворцовых коридорах, не смея показаться Богине на глаза. Но как долго смогу бегать от нее? Она не просто воплощенная богиня, но и моя подопечная. Я обязан охранять ее покой, беречь ото всех. В том числе, и от себя.

Внезапно в груди закололо, запекло, а в глазах — потемнело.

— Что за…? — рванул на груди рубаху. На груди алым цветом проступал какой-то рисунок. Жгло просто нестерпимо, и я заорал. На крик выбежали мои парни.

— Ди Сат! — передо мной присел Драг, осматривая рану. — Все очень плохо! Ты что? С ней спал??? Все — вон отсюда.

Мой верный друг был моей правой рукой, а после происшествия с солнцем — занял мой пост при императоре. Теперь и парни были не моими, по сути, а его подчиненными.

— Бездна тебя раздери! Ты во что вляпался?? — Драг помог мне подняться с пола.

— Не знаю, — качнул головой, не совсем понимая, что происходит. Боль отступала и алый рисунок чернел. Метка или клеймо. Что это?

— Идем. Знаю одного, кто прояснит ситуацию, — Драг пошел впереди, а я за ним, запахивая остатки рубашки на груди. Что-то в последнее время моей одежде сильно не везет.

Пришли мы, как и можно было ожидать, в храм.

— Тар Азорий, — позвал друг, вглядываясь в полумрак.

— Добропочтенные архи! Не ожидал вас тут увидеть, — гадкий скользкий тар поклонился, ехидно ухмыляясь. Ненавижу всю эту храмовую братию. Никогда не поймешь — что у них на уме. Да и какой нормальный мужик согласится служить всю жизнь женщине-богине? Это унизительно. И пускай, мы все признаем власть Богини над нами, но пресмыкаться.… Да ни за что!

Лицезреть его наглую рожу в моем состоянии было очень сложно, поэтому сразу перешел от слов к делу.

— Что это? — показал ему знак, раскрывая края рубахи.

— Хо-хо, — довольно хрюкнул тар, осматривая мою грудь. — Так быстро проявился? А все гораздо интереснее, чем я думал, — Азория прям распирало от злорадства. Я оборвал его:

— Что. Это. Такое? — мне требовался внятный ответ, а не хихиканья служки.

— О, это особый знак, — туманно ответил тар, поглядывая на меня с непередаваемым выражением. Какая-то смесь ехидства, превосходства и злорадства.

— Поподробнее, уважаемый, — даже мой друг стал терять терпение, что уж говорить обо мне.

— Поподробнее, говорите, — тар опять гаденько засмеялся, — это метка принадлежности. Теперь арх ди Сат, ой, простите, уже не арх, и приставку «ди» тоже не имеет право носить. Собственно, как и саму фамилию, — тар вовсю веселился. А я закипал от гнева.

— Что ты мелешь, змееныш? Не забывайся — с кем говоришь! И пускай мое место занял арх Надт, я все еще доверенное лицо императора, — хотел схватить за грудки этого гада и встряхнуть как следует. Но Драг остановил меня.

— Это ты — не забывайся! — внезапно жестко ответил мне тар. — Ты теперь — раб. Бессловесная вещь, которая принадлежит храму и Богине. А я — твой новый начальник.

Я все-таки не сдержался и врезал мерзавцу по морде. Драг тут же загородил собой эту падаль.

— Постой, Веер, не горячись. Давай разберемся.

— Нечего здесь выяснять! Это бредни больного фанатика. Я не собираюсь слушать! — я махнул на них рукой и пошел к императору. Сейчас же попрошу его отправить меня дальние земли патрулировать. И пусть сам разбирается с Богиней, служками и прочим сбродом. С меня достаточно!

Обо мне доложили слуги, и император согласился принять. А раньше мне не требовалось разрешение для того, чтобы переговорить с ним. И все это — из-за нее! Из-за Богини! Эта женщина перевернула мою жизнь с ног на голову. Будь она неладна!

Вошел в зал и застыл в изумлении. Богиня тоже здесь была. Сидела близко к императору и улыбалась ему. Завидев меня, чуть дернула плечом и отвела взгляд. Я успел заметить ее припухшие губы, и это вернуло к воспоминаниям о прошлой ночи. Да, я был непозволительно груб с ней. Но что-то мне подсказывает, что она не так уж невинна и непорочна, как пытается казаться. И уж точно, она хотела меня не меньше, чем я ее. Хотя… Все это паршивые оправдания для того, кто силой взял слабую женщину. Помоги мне, Создатель! Где-то я свернул не туда!

— Друг мой, проходи! — улыбнулся мне император, в то время, как его глаза выражали тревогу. — Мы как раз говорил о тебе.

Что она успела рассказать ему? Неужели правду? Только сейчас я понял, как сильно попал. Что по закону за подобное обращение к женщине следует? Удары плетьми? А к Богине? Надо было все-таки выслушать гадкого тара.

— Мой император! — я склонился. — Богиня! — кивок, так как не мог заставить себя склониться перед ней ниже.

— Ди Сат! — мелодично пропела она. — Ты так быстро покинул мое ложе, что я не успела сказать главное.

Эта лицедейка выдержала драматическую паузу, отчего я весь взмок и напрягся.

— Что, моя Богиня? — мой голос охрип от волнения, и она испуганно расширила глаза. Да, я рычал на нее и обещал убить таким же тоном. Она что — боится меня теперь?

— Боюсь, что после всего произошедшего между нами, у тебя мало вариантов. Ты теперь — мой раб, — небрежно обронила, не поднимая взгляда. — Я поставила в известность нашего великодушного императора. А он сообщил мне — что у тебя есть земли, дом и некоторые обязательства перед людьми. Поэтому мы пришли к единому мнению. У тебя будет два дня, чтобы решить все вопросы. После этого твое имущество переходит ко мне. Точнее, к храму. Мне твоего добра не нужно.

Только на этих словах она посмотрела на меня. Во взгляде — боль и ненависть. Лучше бы она кричала на меня и требовала казни, чем вот так, между делом сообщила, что отныне — я никто, и звать меня — никак.

Глава 13

Богиня

Когда ди Сат вошел в зал, внутри все сжалось. И только усилием воли заставила себя улыбаться дальше. Императору всех подробностей рассказывать не стала, но намекнула, что его бывший страж покусился на божественное. Царек все понял, проникся и вел себя крайне осторожно и обходительно. В его взгляде мне почудилась жалость, когда он посмотрел на арха. Конечно, ведь их связывали долгие годы плодотворной совместной работы.

Как объяснил мне тар Азорий, взойти на ложе к Богине имеют право исключительно служители храма и только девственники. Такая своеобразная жертва во имя меня любимой. А тут на лицо полное нарушение всех правил и норм: арх — не имеет отношения к храмовой службе, явно не невинная овечка и цели, которые он преследовал, это не доставить удовольствие своей богине. Вот такая петрушка! А посему.… Быть теперь ему — либо мертвым, либо — пожизненным рабом. И только я вправе решить его дальнейшую судьбу, как и даровать милость и свободу. Чего я, естественно, не планировала делать.

Обиженная женщина во мне требовала прилюдной казни и унижения для ди Сата. Романтичная дурочка же — планировала его перевоспитать и пообломать упрямые рога. И в данный момент не понимала: какая же из сторон перевесит. А пока, я все еще не готова проводить с ним время в одном помещении, поэтому грациозно поднялась со стула и кивнула императору.

— Благодарю за аудиенцию, император!

— Богиня! — дернулся ко мне наперерез бывший арх. Но император мгновенно среагировал.

— Веер, сядь, поговорим, — голосом императора можно было вымораживать пустыни — столько холода и жесткости в нем прозвучало. Ди Сат послушно вернулся на свое место, всем видом выражая отчаяние: плечи опущены, волосы растрепались и закрывают лицо. А глаза, когда мы с ним столкнулись взглядами, красные и какие-то совсем безумные. Да, нелегко осознавать последствия своих ошибок. Но за каждую придется платить в этой жизни.

Я вышла, удерживая спину прямой, а голову — высоко поднятой.

За дверями обнаружился тар Азорий с расквашенным носом.

— Это еще что такое?

— Не волнуйся, Богиня! Пустяки, — отмахнулся тар.

— Позволь мне самой решать: пустяк или нет. С кем подрался?

— С рабом твоим, — хмыкнул Азорий. А я скривилась. Одно дело самой называть так ди Сата и другое — слышать от кого-то. Сам бывший арх не тянул на раба. А все из-за своей внешности и внутреннего стержня. Он был из разряда воинов, которые противостоят всему миру до конца своих дней. И я даже не понимала до конца — а хочется ли мне его на самом деле сломать? Я не могла не восхищаться его силой. Она — словно огонек для любопытного мотылька, притягательна и заманчива.

Но с рукоприкладством что-то нужно делать. Спускать подобное я не намерена.

— Азорий, расскажи-ка, — мы медленно шли в сторону моих покоев, — а какие работы выполняют юноши в храме? Есть что-то тяжелое и грязное? Ну там пол вымыть, перебрать рис от гречки, прополоть грядки?

— Есть. Все храмовые жители делят между собой неприятную работу. Это усмиряет плоть.

— И ты трудишься? — я усмехнулась.

— И я, Богиня, — серьезно ответил тар. — Ничего нет зазорного в физическом труде.

— А вот тут я с тобой полностью согласна. Есть у меня одна идея для нашего гордеца и драчуна.

Я посвятила в план Азория и он умчался притворять его в жизнь. Как раз к тому моменту, как ди Сат решит все свои вопросы, его будет ждать новая и увлекательная работа при храме.

У меня оказалось много свободного времени, и я не знала, чем заняться. От безделья выглянула во двор. Тут кипела жизнь, сновали слуги. Приходили с просьбами к императору местные жители. Я слонялась между ними, подслушивая разговоры. Кто уже знал обо мне — шарахались и старались держаться подальше. А кто не признал во мне Богиню — поглядывали с интересом. Особенно мужчины.

Мое внимание привлек один, одетый в черную хламиду. Как мне показалось, вел он себя до безобразия странно. Сначала примкнул к одной кучке ожидающих, потерся там. Затем перешел у другой. И таким нехитрым способом он подобрался близко ко дворцу. И тут до меня дошло — куда направляется. А крался он к храмовому крылу.

Я пошла за ним следом, ведомая любопытством и подозрительностью одновременно. В крыле царил вечный полумрак, и ярко пылали только свечи у алтаря. Ныне пустующего, ибо я возродилась. Непрошеный гость остановился у пустого пьедестала. Очевидно, отсутствующая богиня его немного озадачила.

Он достал из-за пазухи несколько кувшинов и припрятал среди алтарных поношений. Где-то я уже такое видела…

А, стоп! В такие же кувшинчики собирал жизненную силу колдун из заброшенного храма. Вот, негодяй!

— И что это мы тут делаем? — громко спросила. Мужчина в хламиде дернулся от неожиданности.

— Богиня? — неуверенно спросил у меня.

— Ага, она самая, — мысленно я уже представляла, что с ним сделаю и как. Кровожадные слайды в моем мозгу сменялись один за другим.

— Простиии! — внезапно завыл он, падая ничком на пол. — Помилуй, Богиня! Я не хотел, меня заставили!

Он громко причитал, всхлипывая.

— Ну-ну, конечно, — скептически ответила, — все преступники одинаковы: я не хотел, оно само. Или меня заставили, а на самом деле — я белый и пушистый.

Мужик как-то дернулся на этих словах и робко приподнял голову.

— Ты и это знаешь, Великая? — он скинул капюшон с головы, и я рассмеялась от неожиданности. Его круглую, как шар голову, покрывал белый пух. Точнее, волосы. Но они были такими жиденькими и невзрачными, что издалека мужик напоминал одуванчик.

Ей-богу! Лучше бы не снимал капюшон, зрелище — уморительное. Я как-то сразу растеряла всю свою воинственность. Уж больно нелепым он выглядел.

— И что ты тут делал, а?

— Богиня, я же не знал, что ты — реальна! И жива! И вообще, меня обманули, сбили с пути. Мне сказали, что все, во что мы верили — выдумка. И никаких богов не существует. Я им поверил, — грустно закончил он.

— А делал-то что? — я начала терять терпение.

— Сосуды расставлял, — еле слышимым шепотом сказал он и побелел. — Ты казнишь меня за это, да?

— Для чего эти сосуды? — что-то происходящее в этом мире мне нравилось все меньше.

— Чтобы придать верховному колдуну силу богов.

— Что? Ты знал, что с помощью этих сосудов вы убиваете мирных жителей? Отбирая у них самое ценное — жизнь! Ради чего? Чтобы какой-то больной на голову ублюдок почувствовал себя значимым??

— Знал, Великая, но у них — моя семья, — жалобно произнес он. — Если бы я этого не делал…, - он замолчал, но я и так все поняла. Шантаж, убийства, вымогательства. Чем дальше — тем хуже. И это только вершина айсберга!

Из бокового прохода вышла моя любимая троица: Пир, Шер и Дарий.

— Богиня! — на разные лады выкрикнули парни, бросаясь ко мне. Затем заметили, что я не одна и сменили вектор направления.

— Кто ты?

— Что делаешь в храме?

— Отступник!

Они окружили одувана, намереваясь его скрутить. Я решила вмешаться.

— Отставить мальчики! Зовите Азория, разговор есть.

Дарий мотнул головой, оставаясь на месте. Впервые видела этого красавчика таким серьезным. Шер поддержал его и остался охранять незнакомца. Пир тяжело вздохнул:

— И почему каждый раз посылают меня? — но дальше развивать эту тему не стал и ушел за таром.

Глава 14

Веер ди Сат

Как только за Богиней закрылись двери, император накинулся на меня.