Реалити

– Sory, – снова извинился Глеб перед гражданином Германии, но, тем не менее, так и не отошел при этом от стойки рентела ни на сантиметр.

Вместе с немцем оживилась и остальная, смиренно молчавшая до этого момента очередь, из которой стали доноситься робкие европейские возмущения на английском, и итальянских языках.

– Please, Away, – обратился сотрудник к Глебу, и жестом указал, чтобы тот сделать шаг назад, – Step back, you disturb people.

– Он просит, чтобы мы не мешали другим, – перевела Евгения слова сотрудника.

Глеб обернулся к очереди, и ужаснулся. За его спиной людей скопилось так много, что они уже мешали не только друг другу, но и сплетались с очередями соседних авторенталов.

– «Так не долго и до полиции», – подумал Глеб, и затем, на русском языке попытался успокоить собравшихся:

– Сейчас ребят, две минуты ещё, пожалуйста. Ту минут.

Доброжелательный тон Глеба никак не подействовал на скопившуюся толпу, однако открыто против нашего героя выступить никто не решился, только немец, воспользовавшись возникшей паузой, сумел в обход наглого русского, подбросить на стойку к сотруднику рентела свои документы.

– I am sorry, – обратился Глеб сначала к немцу, коснувшись его за плечо своей рукой, а затем сказал уже сотруднику, – I , Я, Рашин Джурналист. Я всё снимаю на камеру, ты это адестент.

Сотрудник, оформив документы немца, протянул ему ключи от машины, и затем, жестом попросил другого своего коллегу, продолжить работу за своей стойкой, а сам, вышел навстречу неприятелю.

– Экскюзми, Come hier , – обратился сотрудник к Глебу, зазывая его идти вслед за собой.

Глеб послушно повиновался. Виктор и Евгения тоже последовали примеру своего лидера, и пристроившись в спину русскому путешественнику и журналисту, отправились шагать вслед за работником рентела.

– Please, Stand here, – сказал сотрудник, подведя ребят к другой стойке, что была спрятана в углу этого же помещения, за непрозрачной стеклянной перегородкой.

Отделив проблемных клиентов от возмущенной людской очереди, сотрудник рентела было хотел опять куда-то улизнуть, но Глеб его остановил.

– Куда это ты собрался? – спросил Глеб на русском языке и сделал шаг навстречу сотруднику, тем самым преградив путь к его побегу.

Низкорослый сотрудник задрал свою голову вверх и посмотрел на Глеба, нависавшего над ним словно грозовая туча. При виде этой картины, как видно, уже сдавшаяся Евгения, робко произнесла:

– Глеб, давайте лучше уйдем, а то он ещё полицию вызовет.

– Не вызовет он полицию, – громко сказал Глеб, умышленно сделав акцент на слове «полиция», так, чтобы его было хорошо слышно и за пределами пространства, отделенного перегородкой.

– Please, Stand here, – умоляюще произнес сотрудник рентела, – No Police, wait two minuts.

– Two minuts, – сурово ответил ему Глеб, и показал два пальца на своей руке, – Иначе смотри у меня.

Сам сотрудник к русским туристам уже не вернулся. Вместо него к стойке подошел менеджер этого же рентела, который, не проронив ни единого слова, молча, взял у Виктора его водительское удостоверение, и уже через несколько минут протянул ему ключи от арендованного автомобиля.

7. Заложник

Досмотрев с пристрастием на предмет сколов и повреждений, арендованную белую малолитражку – «Лянча», российские путешественники занесли все её «поломки» на лист бумаги формата А4, который они получили вместе с ключами от этого крохотного чудо-автомобиля, и, наконец, двинулись в путь.

На месте водителя сидел, разумеется, глава семьи – Виктор, рядом с ним, на переднем сидении, ехал его сын – Артем, а Глебу с Евгенией, достался задний диванчик автомобиля, с неудобной, практически вертикальной спинкой. Предложение – сеть вперед, рядом с мужем, Евгения, почему-то отвергла. Тогда, Глеб не придал значение этому поступку, но позже, причина его стала ему ясна.

– Вот она – долгожданная дорога на Милан, – сказал Глеб в свою видеокамеру, в тот самый момент, когда автомобиль «Лянча» сделал вынужденную остановку перед шлагбаумом, что был на выезде с территории аэропорта.

– Вообще, нам в Милан не надо, – рассеянно произнес Виктор, обернувшись со своего водительского сидения назад.

В ожидании дальнейших слов водителя, Глеб, ни проронив ни слова, молча, перевел объектив видеокамеры с себя на Виктора.

– Мы хотели отдохнуть в Генуя, – немного оправдываясь, продолжил Виктор свой рассказ, – А это по другой дороге ехать надо.

– Да, по другой, – подтвердил слова отца, оживший на переднем сидении Артем.

Тут только Глеб заметил в руках у Артема мобильный телефон, который и объяснил молчаливое поведение этого паренька на протяжении крайних тридцати минут. Все то время, что маленький, беленький автомобиль Лянча, петлял по этажам подземной парковки, Артем, выискивал в навигаторе необходимую путешественникам дорогу, но, компромиссный путь, удобный всем, похоже, так и не был им найден.

– «Зашибись», – подумал Глеб, и тяжело при этом вздохнул, а Виктор надавил на педаль акселератора машины, и та с визгом проехала под шлагбаумом.

Думаю, не секрет, что обычно, человек расстраивается, когда у него что-то не получается. И, обычно, это происходит в условиях ему уже знакомых. Допустим, хотел ты повышения по службе, а его, «несправедливо», дали другому, ты – расстроился, или, купил китайскую дрель, а она сгорела при первом запуске, что делать – расстроился, или, вообще, скажем, был влюблен в девушку, которая, в итоге, выбрала себе другого, ты – снова расстроился, и чем больше и лучше ты знал эту девушку, и того – другого, тем больше ты – расстроился. И произошло это не потому, что виноваты китайцы, твой начальник, или та самая девушка, или все они вместе взятые, а потому, что не подтвердились твои ожидания. Ожидания. И только они. То, чего ты ждал, не совпало с тем, что ты получил в итоге, вот и всё, и поэтому, ты и расстроился. Очень просто.

Отсюда напрашивается сам собой разумеющийся вывод: чтобы чего-то наверняка ожидать от своего будущего, нужно, как минимум, находиться хотя бы в более-менее знакомых, а лучше даже контролируемых обстоятельствах, и чем выше возможность контроля этих обстоятельств, тем больше шансов на успех. Другими словами, чтобы твои мечты и цели реализовывались один в один, как ты их и задумывал, нужно, подобно кукле Барби, жить в пластмассовом домике с полипропиленовым чайным сервизом и такой же мебелью, иначе, любое запланированное будущее, просто теряет всякий здравый смысл.

Выехав за территорию аэропорта, Виктор вырулил на довольно широкий асфальтированный островок безопасности, и остановил машину, а Глеб, снова, включил свою видеокамеру.

– Наш друг, россиянин, меня с семьей крепко выручил, – сказал Виктор в камеру Глебу, немного при этом наигрывая, будто его попросили выступить в каком-то ток-шоу на первом канале.

Глеб подстроил фокус на объективе своей видеокамеры, а Виктор продолжил рассказывать:

– Оказал нам с семьей колоссальную услугу при аренде вот этого вот автомобиля, – сказал Виктор, и затем, поднял свою правую руку, чтобы несколько раз коснуться кулаком ворсистой обшивки потолка машины, – Естественно, мы, с семьей, тоже, в свою очередь, хотим помочь нашему новому другу в его непростой ситуации, поэтому…

– Едем в Милан! – дружно произнесли Евгения и Артем.

– В Милан, – подтвердил Виктор, и повернул ключ в замке зажигания малолитражки «Лянча».

Машина, изнемогая от веса пассажиров, с визгом, тяжело тронулась с места.

– Отлично, снято, Оскар наш, – сказал Глеб, и выключил свою видеокамеру, а затем, улыбнувшись, подумал, – «Молодцы, пилим теперь контент вместе, Григорий Петрович будет доволен, шоу продолжается…»

Но, вопреки радостям Глеба, шоу продолжалось не долго. По мере того, как крохотный автомобиль «Лянча» приближался к столице Италии, общую эйфорию победы над менеджером авторентала начали сменять совершенно иные чувства, и через какое-то время атмосфера в машине стала напоминать старый анекдот про серебряную ложечку, которую, после ухода гостей, все-таки нашли, но осадок, от уже пережитых ранее чувств, остался, и сейчас он путешествовал в Милан вместе со всеми. Тут только до Глеба стало доходить, что ещё в аэропорту Мальпенса, до того, как он повстречал этих ребят, они уже успели многое высказать друг другу, и по поводу общего отдыха, и по поводу совместной жизни в целом, и так сказать, вообще, обо всём понемногу. Глеб же познакомился с этим семейством уже в момент, так называемого – «шапочного разбора», когда обе воющих стороны полностью выдохлись, но, теперь, к сожалению, после небольшого отдыха, костер семейного недовольства начал разгораться с новой силой.

– Что-то не могу понять, та ли это дорога, – сказал Виктор, взяв с панели автомобиля свой мобильный телефон с открытым на нем навигатором, – Артем, Женя, посмотрите, кто-нибудь.

Виктор держал на весу в руке свой телефон, ожидая, что кто-то из родственников его возьмет, но ни жена, ни сын, никак не прореагировали на просьбу водителя.

– Неужели так сложно? Артем? Евгения? – повторил Виктор свою просьбу, уже гораздо громче, и более серьёзным тоном, но несмотря на это, его слова, по-прежнему, не возымели никакого успеха, и даже были «как-бы» не услышаны.

Спасти ситуацию вызвался Глеб.

– Давайте, я посмотрю, – предложил он, и взял мобильный телефон из руки водителя.

Глеб поводил пальцем по дисплею смартфона, то сужая, то расширяя карту на нем и пришел к выводу, что с того момента, как малолитражка «Ляньча» выехала на трассу – Е62, при всем желании, ошибку в существующем маршруте можно было допустить всего лишь раз, и то, уже только на подъезде к самому городу. Дорога представляла собой практически прямую линию, исключающую какие-либо сложные развязки, и повороты, в которых можно было бы как-то запутаться, и тем самым сбиться с назначенного пути.

– Да, всё верно, правильно едем, – сказал Глеб, и протянул обратно Виктору его телефон.

Вместо Виктора телефон принял Артем. Он, ни проронив ни слова, взял его из рук Глеба и поставил на переднюю панель автомобиля прямо перед водителем.

– Спасибо Глеб, – поблагодарил Виктор своего пассажира, и потом, уже с вызовом вновь обратился к семье, – И вам спасибо, дорогие.

Ответа от «дорогих» не последовало. Вместо него, всё звуковое пространство салона автомобиля заполнил гул дороги. Впрочем, всеобщее молчание, по-видимому, несколько не смутило водителя, и где-то через минуту, он снова решил заговорить:

– Нет, это черт знает что, а не навигатор! – рассержено произнес Виктор, – Ведь просил же дома, в нормальный, в мой навигатор, карту закачать, но никому, ничего, никогда, в этой семье не было нужно.

Ни от Евгении, ни от Артема, ответа снова не последовало. Вместо него, они оба, молча, продолжили рассматривать серое итальянское шоссе за окном малолитражки Лянча.

Желая доехать до пункта назначения в целости и сохранности, Глеб снова решил разрядить сложившуюся ситуацию, и обратился к водителю:

– Да, тут всё время по прямой ехать, никуда съезжать не надо, – дружелюбно произнес он, – В принципе, можно и вообще без навигатора даже обойтись.

– Это здесь можно, – возразил Виктор, – А дальше? Мы же после Милана дальше поедем, и в самом Милане, тоже, навигатор нужен. Женя слышишь?

– Я вообще с тобой не хочу больше разговаривать, – ответила Евгения мужу, – Ты хотя бы Глеба постеснялся.

– А что я такого сказал? – рассердился Виктор, – Сказал, что нам нужен нормальный навигатор, о котором, между прочим, не ты, и не Артем, не позаботились перед этой поездкой.

– Зато ты! – ответила Евгения, – Прекрасно позаботился об аренде машины!

– Чего же ты о ней не позаботилась?! – возмущенно произнес Виктор, заметно повысив свой голос, – Хотя бы в навигатор можно было мне карты закачать?! Чтобы я сейчас спокойно ехал, не нервничая!

– Есть навигатор, с GPS, и интернетом, что ещё тебе нужно!? – с вызовом отцу, произнес Артем.

–Что мне нужно!? – вскипел Виктор, – Ты как с отцом говоришь! Да ещё и при посторонних! Я что что тут, по-твоему, в игры играю!

– Давайте, я на подстраховку свой ещё поставлю, – предложил Глеб, желая прервать цепную реакцию быстро разгоравшегося семейного конфликта, – Скачал тут офлайн какой-то, говорят весьма неплохой. Главное, чтобы он был лучше, чем мой офлайн-переводчик, тот себя в аэропорту Мальпенса совсем не зарекомендовал.

От этих слов Глеба, Евгения улыбнулась, видимо вспомнив ситуацию в аэропорту, а Артем, обернулся к нашему герою с переднего сидения автомобиля и произнес:

– С тремя навигаторами и по прямой дороге точно должны добраться, – рассмеялся он, и сделал тем самым трагическую ошибку.

Виктор смеяться не стал, и даже, несколько не улыбнулся, а вместо этого, через какое-то время, он, серьезным тоном, обратился уже не к своей семье, а напрямую к Глебу:

– Глеб, посмотри пожалуйста в своём навигаторе ближайший офис «Навигейта», – попросил Виктор своего пассажира.

– Что за «Навигейт»? – переспросил Глеб.

– GPS- навигация такая, – ответил Виктор, – У них филиалы по всему миру, включая и Питер.

Упоминание Виктором российской культурной столицы было камнем в огород Евгении, которая была родом из этого прекрасного города, но, она, вместо того, чтобы тоже сказать мужу в ответ какую-нибудь колкость, вдруг, ни с того, ни с сего, воскликнула:

– Тихо! – воскликнула Евгения.

Всё пассажиры малолитражки «Лянча» замерли, не понимая в чем дело, а Евгения, выждав паузу, подозрительным тоном произнесла:

– Вам не кажется, что у нас что-то сзади машины дребезжит, – произнесла Евгения.

После этих слов наблюдательной Евгении, все присутствующие дружно стали слушать дорогу. Наконец, Глеб произнес:

– Да, действительно, что-то стучит, – подтвердил Глеб, – И за асфальт цепляет, особенно, когда дорога вверх-вниз.

Виктор включил правый «поворотник» автомобиля, и свернул на обочину шоссе. Затем, он вышел из машины, сильно, со злостью при этом хлопнув дверью, как будто та была в чем-то виновата. Остальные пассажиры, при этом поступке водителя, выбираться наружу не стали, и остались сидеть на своих местах.

Через несколько минут, Виктор открыл всё ту же многострадальную дверь малолитражки, и произнес:

– Колесо пробили, – сказал он, – Выходите, приехали.

Пассажиры медленно стали выбираться наружу, а Виктор открыл багажник автомобиля, и в поисках запасного колеса, принялся вытряхивать все его содержимое на обочину дороги.

– Помощь нужна? – спросил Глеб у водителя, наблюдая за тем, как из багажника машины, по очереди, полетел на асфальт сначала домкрат, а затем, зазвенел и ключ-балонник.

– Нет, не надо, мне одному быстрее, – деловито произнес Виктор, и извлек из багажника машины запасное колесо, которое, затем, тоже переправил на асфальт.

Глеб спорить не стал. Он отошел в сторону от автомобиля, и издалека принялся наблюдать за происходящим. Евгения тоже отошла к ограждению дороги, и стала изучать свой телефон на предмет установленных в нем приложений, а Артем, решил размяться, и начал коротать время тем, что стал прогуливаться туда-сюда, рядом с малолитражкой Лянча, изредка поглядывая на отца.

Через какое-то время, проходя рядом с машиной, Артем, вдруг, произнес:

– Тут скол какой-то, – сказал он, присев на колени рядом с передним бампером малолитражки, – Мы не на что случайно не наезжали?

После этих слов сына, Виктор прекратил крутить ручку домкрата, встал с земли и подошел к переднему бамперу машины.

– Нет, это старая потертость, – сказал Виктор, трогая рукой небольшую черную царапину внизу бампера, и затем, он громогласно спросил, – Женя, а ты эту трещину записала в ведомость, когда мы машину арендовали?

– А она там была? – возразила Виктору не менее наблюдательная Евгения.

– Конечно была, – утвердительно ответил Виктор, и недовольно посмотрев на жену, добавил, – Мы только десять километров отъехали.

– Если водить не умеешь, то можно и метр отъехать, – метко парировала Евгения слова мужа.

Сверлящим взглядом Виктор посмотрел на жену, но так и ничего не произнес ей в ответ, а вместо этого, он снова встал на колено, и ещё раз заглянул под бампер машины. Глеб тоже подошел к месту происшествия, и также присел на корточки, чтобы осмотреть рану малолитражки.

Внизу бампера, действительно, виднелся еле заметный прерывистый черный след, оканчивающийся небольшой трещиной у края конструкции. Подобный скол мог появиться там от чего-угодно, и когда-угодно, и никакого существенного затруднения для движения этой, видавшей виды технике, явно не представлял.

– Вот же, клеено было, – произнес Виктор, засунув свою голову за бампер машины, – Это явно до нас ещё произошло.

Виктор вылез из-под машины, отряхнул свои брюки и недовольно произнес:

– Теперь ещё и за бампер платить, попробуй докажи, что это не мы сделали.

– Не мы, а ты, – съязвила мужу, стоявшая у дорожного ограждения, Евгения.

– Ну, а кто же ещё, – ещё более недовольно произнес Виктор, проходя мимо жены, – Конечно я, всё у нас только я, да я, больше же не кому.

Виктор молча взял с земли ключ-балонник, и принялся им откручивать колесо.

– А вы у нас не в чем, никогда, не виноваты, – сказал Виктор с усилием пытаясь сорвать с мертвого места прикипевший к ступице болт.

Силы были не равны. Конструкция никак не хотела откручиваться. Тогда Виктор выпрямил спину, поставил ногу на рукоять ключа, и резким движением от бедра, победил неподатливый механизм.