Ведьмин сборник

– Здравствуй, – поприветствовала я её.

– Здравствуйте, – крайне вежливо ответила девочка.

– Ты здесь одна?

– В школе? Да.

– А куда девались все остальные?

– Ну… Они вам не нужны.

– А ты?

– А я нужна.

Прекрасная беседа. Информации от неё – закачаешься! Всё ещё ничего не понятно, но очень интересно. Ладно, вероятно, стоит задавать какие-то более прямолинейные и конкретные вопросы.

– Так, хорошо. Ты говоришь, что нужна мне. А зачем?

– Очевидно же! Потому что вы не можете отпустить что-то, что у Вас произошло в детстве. Думаете, что если исправить это, то жизнь повернётся иначе.

– И как ты мне можешь в этом помочь?

– Вы можете меня попросить, о чём хотите. Сделать что-то или чего-то не совершать. Но, только, сперва решите, вам точно это нужно?

Девочка улыбалась мне широко и открыто. В голове неожиданно закружился целый вихрь мыслей. Во-первых, я поняла, что эта девочка мне кого-то очень сильно напоминает. Во-вторых, это всё… Мыслей было так много, что я не смогла поймать за хвост и чётко сформулировать это самое «во-вторых».

– Что-то надумали?

– Погоди. Ты хочешь сказать, что ты – это прошлая я? – это осознание словно иглой пронзило мой мозг.

– Ага, – просто ответила девочка и наклонила голову набок, ожидая дальнейших моих решений.

– И я могу всё-всё, что только захочу, попросить тебя сделать?

– Ну или не делать, тут уж, как вам больше нравится.

А что бы мне так сильно хотелось изменить, что повлияло бы на всю мою жизнь? Я могу попросить её поспорить с родителями и настоять на том, чтобы они прекратили навязывать ей внешний вид, который нравится им. Ну и к чему это приведет? Да, конечно, отношение детей, которые не только встречают по одёжке, но и строят по ней отношения, изменится в лучшую сторону. А с родителями? С ними, скорее всего, больше не будет таких прекрасных и доверительных отношений, ведь скандал-то будет знатный.

Могу попросить побольше и дружелюбнее общаться с другими детьми. Но будет ли тогда комфортно? Да и непонятно, стоят ли эти люди того, чтобы налаживать отношения. Ведь я точно знаю, кем стал каждый из них, когда вырос. Только пара человек вспоминались мне с теплотой, не более.

Что ещё? Ещё можно подтолкнуть сбегать с уроков, носить тонкие колготки и короткие юбки, независимо от погоды… Короче, нарушать правила по мелочи. Но тут, думаю, совсем всё понятно.

А кроме всего прочего, еще очень большой вопрос – а кем я вырасту, если что-то изменится?

– Тебе плохо быть тобой?

– Да не особо. Чего плохого? Школа рано или поздно закончится. А меня ждет прекрасное и неизведанное, я уверена.

– А если вдруг я тебе скажу, что не ждет?

– Вам не так много лет. Откуда вы можете точно знать? Может быть, в вашем возрасте – еще нет, а вот дальше…

– Кхм. Такое тоже может быть, – мне подумалось, что я была довольно смекалистым ребенком.

Я внимательно посмотрела на девочку, стоящую прямо передо мной. Гордый, независимый, сообразительный ребенок. В конце концов, я же не так уж и плохо живу. Могу выходить из разных, даже самых сложных ситуаций.

– Ничего менять не надо, – решилась я, наконец. – Просто живи, как живешь.

– Точно? – недоверчиво прищурилась девочка.

– Точно.

Ребенок широко улыбнулся, махнул мне рукой и исчез. А я, оставшись в одиночестве, посмотрела в окно. Город был серым и каким-то размытым, будто мир, который не успел подгрузиться в компьютерной игре. Это показалось мне даже более странным, чем детская версия меня.

Я попыталась вглядеться в знакомые очертания дома, который располагался напротив школы, и… Оказалась прямо перед одним из его подъездов. Голова немного кружилась. Чтобы хоть как-то сфокусироваться, я посмотрела на свои руки. Удивление нахлынуло с новой силой. Мои ладони были совершенно гладкими, никаких линий, рисунка на пальцах.

И именно после этих происшествий, весь вихрь мыслей, который закружился в моей голове, при встрече со мной, сложился в осознание – я сплю. Сплю и вижу сон, который поражает своей реалистичностью. Но, при этом, я вполне могу действовать сама, не скованная странным сценарием, присущим всем снам.

Я резко развернулась, чтобы вернуться в школу и поискать еще хоть что-то, что может как-то прояснить всю эту ситуацию, но дерево встало на моем пути, самым подлым образом. И я не была бы собой, если бы не врезалась в ствол носом.

***

Открыв глаза, я резко села на диване. Сон я помнила так хорошо, будто это был фильм, который я только что смотрела. Еще бы! О нем мне напоминала боль в области носа, будто я только что очень сильно обо что-то им ударилась… А ведь и ударилась. Только было это во сне. И это было уже действительно странно.

Вещий сон

Сны в последнее время становились все более и более странными, но, тем не менее, спать было нужно – особенно, учитывая, что начинается рабочая неделя.

Я улеглась поудобнее и закрыла глаза, а когда открыла их в следующий раз, картинка изменилась. В который раз… Не было вокруг меня комнаты, а подо мной – удобного дивана. Я стояла посреди полутемного туннеля, по стенам которого змеились коммуникации, а свет давали только тусклые лампы, закрепленные под потолком.

На этот раз, условия сна поменялись. Я прекрасно понимала, что сплю, но, при этом, могла свободно управлять своими действиями.

Мимо проходили люди, не обращая на меня никакого внимания, а лица их были мне удивительно знакомы. Каждого из них. Они все стремились в одну сторону – туда, где тоннель поворачивал в сторону, и исчезали за поворотом.

Какое-то время, я просто стояла, наблюдая за неспешным движением окружающих, у которых, кажется, не было никакой цели. А потом, услышав крик откуда-то из-за поворота, сорвалась и побежала в ту сторону.

Другая часть тоннеля была гораздо лучше освещена, и здесь было более людно. Недалеко от поворота даже собралась небольшая толпа. Я протиснулась вглубь этой людской массы, чтобы понять, что происходит. На полу лежал человек. Он явно был без сознания. Окружающие рассматривали его с интересом, но даже не пытались ничего предпринять, чтобы помочь ему.

Это был мужчина лет тридцати, довольно длинные, темные, прямые волосы разметались по полу. Руки его были покрыты татуировками. Сон сам по себе был довольно странный, но больше всего меня смутило то, что я точно знала этого человека, только никак не могла вспомнить, кто же он.

Я подошла к лежащему мужчине, опустилась перед ним на колени и приложила два пальца к шее. Пульса не было. Но я ощутила исходящее от человека тепло, а значит, шанс был.

В старших классах школы мне преподавали основы выживания, причём, довольно углубленно, поэтому я решила попробовать сделать непрямой массаж сердца. Никогда раньше не пробовала, но это сон, а значит, всё может получиться.

Я сложила руки так, как учили на уроках, на груди человека и попробовала несколько раз с усилием нажать. Потом ещё и ещё… Пульс не появлялся. Меня начала охватывать непонятная паника. Почему-то, хоть я и не помнила, кто этот человек, он был для меня очень важен.

Руки начали уставать, а пульс всё не появлялся. И тогда я, поддавшись странному порыву, наклонилась ещё ближе и в самое ухо прошептала мужчине:

– Не смей умирать. Ты мне нужен!

Человек судорожно вдохнул и открыл глаза. Какое-то время он пристально смотрел на меня, не обращая внимания на окружающую толпу.

Взгляд мужчины пробирал так сильно, что я проснулась и резко села на диване, пытаясь отдышаться. Успокоившись, я посмотрела на часы и поняла, что пора собираться на работу.

Как и предыдущие сны, этот не шёл у меня из головы. Большую часть рабочего дня я пыталась понять, кто же это был, потому что лица я не помнила совершенно. Да и сон, по ощущениям, что-то предвещал. Наверное. Во всяком случае, от этого всего становилось как-то не по себе.

К середине рабочего дня, в магазин зашёл человек. И хоть я и не помнила лицо мужчины из сна, я сразу поняла, что это – именно он.

– Привет, – поздоровался мужчина, подойдя ко мне.

– Здравствуй, – ответила я, не сводя с него удивленного взгляда.

– Мы с тобой довольно редко общались в последнее время, но мне тут ударило в голову, что я должен принести тебе это, – сказал мужчина и вложил мне в руку несколько небольших предметов. – Посмотри, когда я уйду. А если что-то будет непонятно, позвони и спроси. И ещё кое-что. Если тебе нужна будет помощь, скажи, ладно?

Мужчина, который был моим очень старым приятелем, вышел из магазина так же неожиданно, как пришёл. Теперь я уже совсем не понимала, что произошло. Посмотрев на то, что вложил мне в руку человек, я обнаружила три руны, вырезанные из морской гальки. Соулу, Одал и Манназ.

Не успела я переварить произошедшее, у меня зазвонил телефон:

– Привет, – услышала я голос руководителя. – Не буду ходить вокруг, да около. Магазин приносит очень мало денег, а в убыток я работать не хочу. Мы сокращаем штат. Ты уволена.

Словно во сне, я закончила разговор и ещё раз посмотрела на руны, которые так и сжимала в руке. Одал, значит… Надеюсь, что так.

Проводник

Сон, руны, увольнение – все это было настолько странным, что мне начало казаться, что это – не реальность. Вдруг я еще не проснулась? Я попробовала ущипнуть себя, почувствовала боль и вспомнила, как ударилась носом о дерево. Пришло осознание того, что сны в последнее время так реалистичны, что ощущение боли может быть частью такого сна.

Я встала с дивана, на который, было, прилегла, и начала нервно расхаживать по комнате. Было совершенно непонятно, что же теперь делать. Не спать я не могла, но и спать было очень боязно. А вдруг я не проснусь? Или я сплю и сейчас. И все это – просто болезненный бред. Как отличить сон от реальности? Столько вопросов, что голова идет кругом.

Ладно, бегать и паниковать – весело, но совершенно бесполезно. А значит, надо что-то делать. Вариант, как отвлечься, пришел мне в голову почти сразу. В любой непонятной ситуации я шла гулять в лесок недалеко от моего дома. Так чем эта ситуация лучше или хуже остальных?

Наскоро одевшись, я вышла из дома в прохладную ночь. Над головой шумели деревья, и под этот звук, как и всегда, отлично думалось. Можно было разложить в голове всю информацию, которая у меня была. А было ее катастрофически мало. Когда я засыпаю, мне снятся сны, что мне, вообще-то, не свойственно. Уже несколько ночей подряд. Эти сны до одури реалистичны. В них я полностью себя осознаю и могу управлять собой. Но при этом, я начинаю терять связь с реальностью. Что мне снится, а что происходит на самом деле, почти непонятно. И что с этим делать?

Я так сильно погрузилась в свои мысли, что совершенно не заметила идущего мне навстречу человека. А обнаружила я его только тогда, когда умудрилась в него врезаться. Это был высокий мужчина, одетый в длинное пальто с капюшоном, скрывавшим большую часть его лица, черные джинсы и высокие ботинки на шнуровке.

– Извините, – смутилась я.

– Не извиняйтесь, здесь это не имеет никакого значения.

– Здесь?

– Ох, бедняжка… Ты не умеешь отличать сны от реальности, верно?

– Что? Сны? То есть, вы хотите сказать…

– Да, все верно. Вы сейчас спите.

Мужчина смотрел мне в глаза, не отрываясь, а меня, тем временем, охватила паника. Я пыталась понять, что же из того, что происходило в последние дни, было реальностью, а что – нет. И как мне проснуться?

– Без паники. Ничего страшного не происходит, – сказал мужчина, видя мое беспокойство.

– Но что же мне делать?

– Пойти со мной к вам домой, налить чая и выслушать, разумеется.

– Но…

– Вы переживаете, что я маньяк, которого вы встретили вечером в лесу. Напрошусь к вам домой и сделаю с вами страшное. Так?

– Угу, – смущенно кивнула я.

– Но тогда откуда мне знать о ваших снах, о беспокойстве, которое терзает вашу душу?

Я была вынуждена согласиться с логикой незнакомца и пригласить его домой. По приходу я, как он и просил, налила нам горячего чая, достала чашки и, сев за стол напротив него, приготовилась внимательно слушать.

– То, где мы сейчас, называется осознанным сновидением. В нем мы можем говорить и делать все, что захотим, ходить в сны к другим людям. Возможностей здесь довольно много. Но для того, чтобы научиться всем этим пользоваться, нужен Проводник.

– Но, если люди учатся этому всему, как я начала здесь оказываться случайно?

– О, это большая загадка даже для меня. Как я понял, Проводника у вас нет?

– Нет… Мне будет без него очень тяжело, да?

– Верно. Есть риск попросту заплутать и не проснуться.

– Но где же я его найду?

– Ну, обычно я так не делаю, но я могу им стать. И помочь разобраться со всем этим.

– И что от меня для этого требуется?

– Доверие, – как-то очень просто ответил мой новый знакомый.

Довериться совершенно незнакомому человеку? Сама мысль мне казалась крайне странной. Но разве у меня был другой вариант? Я ничего не могу сделать сама, да еще и отлично понимаю, что такие сны будут повторяться. Не грех бы начать понимать, что это именно они, а заодно и научиться из них просыпаться.

– Согласна.

– Вот и отлично. Первое, что нужно запомнить: умрете во сне – умрете навсегда.

– Поняла.

– Дальше. Вы хотите понять, что было реальностью, а что не было? Вижу, что хотите. Обычно есть некие маяки, которые отличают сны от реальности. Всякие логические нестыковки, провалы. Вот, например, если вы видите, что за окном – вечер, а только что был день, то это сон. Если вы оказались в прошлом – сон. Если разобраться, то все довольно просто и банально.

– А как проснуться?

– Я понял, этот вопрос вас мучает больше всего. Для этого нужно лечь и уснуть.

– Так просто?