Танцор

После этих слов Джерри Стэферсон и Леонардо Холд вышли из комнаты.

Проводив гостей и закрыв за ними дверь на замок, Ричард не спеша вернулся на свое прежнее место. Сев в свое кресло, он взял со стола бокал, в котором осталась недопитая Джерри Стэферсоном вода. Вылив ее в стоящий рядом горшок с цветами, он налил себе полный бокал воды и начал пить ее маленькими глотками, время от времени посматривая то на Джона, то на Викторию. Наконец, сделав последний глоток и поставив бокал на стол, он начал разговор.

– Надеюсь, теперь то вы понимаете, почему я не хотел придавать огласке имени участника, скрывающего свое лицо под маской?

– Но ты же до сих пор так и не произнес его имени. – Джон подошел к Ричарду и тоже налил себе воды.

– Скажи мне правду. Патрик жив?

– Да как ты не понимаешь, что это теперь абсолютно не важно. Вы и так уже наделали много ошибок. Ваше стремление преждевременно узнать имя этого танцора привело к тому, что Джерри Стэферсон с его верными «псами» получили отличную возможность найти его раньше, чем я рассчитывал. – Ричард поднялся из кресла и начал медленно ходить по комнате.

– Если раньше они могли вычислить его, только лишь следя за мной, то теперь каждый из присутствующих в этой комнате окажется под их наблюдением. Кроме того, зная Джерри и его манеру ведения дел, я не удивлюсь, если с кем-нибудь из вас он захочет побеседовать лично и с пристрастием. Не зря он пришел сегодня с этим бандитом Холдом. – Ричард подошел к сидящим на диване девушкам.

– Рэбекка, с вашего разрешения, все сделанные сегодня снимки я пока что оставлю у себя. – Ричард положил во внутренний карман своего фрака переданные Ребеккой фотографии и подошел к Джону.

– Прости меня, Джон, что я не сказал тебе раньше. Я дал слово и даже сейчас не вправе его нарушить. Прошу, отдай мне фотографию, которую ты показывал.

Поколебавшись немного, Джон отдал фотографию Ричарду.

– Я должен с ним увидеться.

– Это исключено. Во всяком случае, в ближайшее время. Теперь даже я себе не могу позволить встречаться с ним лично.

– Ричард спрятал последнюю фотографию и обратился ко всем присутствующим в комнате.

– Друзья, несмотря на все происходящее между нами ранее, я вынужден обратиться к вам за помощью. Я пообещал одному человеку сделать все от меня зависящее, чтобы обеспечить ему возможность участия в проходящих соревнованиях по спортивным танцам на общих условиях, но без оглашения его имени. И я все еще намерен выполнить свое обещание. Через два дня он будет выступать со своим номером в категории «танец с предметом». Кроме вас я больше никому не могу доверять. После недавних событий, мы просто обязаны будем сделать все возможное, чтобы этот участник смог незаметно прибыть в зал для выступления, показать свой номер и так же незаметно покинуть дворец спорта. Однако теперь вам следить придется не за самим танцором, а за Джерри Стэферсоном. Вернее сказать за его парнями.

Ричард подошел к сидевшим на диване девушкам и подал им руку.

– Милые дамы, прошу прощения, что втянул вас в эту малоприятную историю. Я не имею ни малейшего права настаивать на вашем дальнейшем участии в этой авантюре, но хочу заметить, что с вами нам будет намного легче довести начатое до конца. Ну и, конечно же, не зависимо от вашего решения лучшие места в зале до окончания соревнований я вам гарантирую.

– Даже не надейтесь Ричард. Так просто Вам от нас избавиться не получится. – Виктория улыбнулась и подала свою руку Ричарду. – Мне, как и Джону до сих пор интересно узнать, кто же все-таки скрывается под маской. И, кроме того, я намерена первой взять у него интервью после победы на этом чемпионате. Это мое единственное условие.

– Договорились. А что решили Вы, Рэбекка?

– Я до сих пор не понимаю, что здесь происходит и в какую историю Вы меня втянули, но упустить такой шикарный образ для фоторепортажа я просто не имею права. – Она тоже улыбнулась и они вместе с Викторией поднялись с дивана.

– Рад, что вы согласились нам помочь. Мне кажется, что сегодня все уже устали и необходимо отдохнуть, чтобы еще раз все хорошенько обдумать. Я предлагаю встретиться завтра ближе к обеду и обсудить план дальнейших действий.

Ричард повернулся к стоящему все это время с задумчивым видом Джону.

– Ты ведь не против участия в этом деле Виктории и Рэбекки?

– Прости, что ты говорил?

Джон растерянно посмотрел на стоящих у двери Ричарда с девушками.

– Все понятно. В общем, милые дамы, мы с Джоном будем ждать вас завтра в полдень в кафе дворца спорта. Сейчас же я вынужден с вами попрощаться. Судя по всему, меня ждет малоприятный, но очень важный разговор с Джоном.

Попрощавшись с Джоном и Ричардом, девушки вышли из комнаты, оставив их наедине.

Глава 18

Второй этап соревнований чемпионата мира по спортивным танцам начался не так торжественно. Не было общего парада всех участников соревнования. Не было выступления приглашенных артистов и известных танцоров. Перед началом соревнования с небольшой речью выступил Ричард Стэтхем – главный судья чемпионата. Он поприветствовал всех зрителей и поблагодарил их за то, что они, отложив все свои важные дела, смогли прийти на это чудесное и в какой-то мере волшебное мероприятие. Так же он кратко пояснил зрителям о правилах проведения второго этапа чемпионата мира по танцевальному спорту.

Данный этап отличался от предыдущего тем, что участник соревнований обязан был в своем номере при выполнении элементов танца задействовать некий посторонний предмет. Предметом могло быть что угодно, будь то хоть стул, трость или шляпа. Важно, чтобы он соответствовал трем основным критериям. Во-первых, предмет должен быть хорошо виден всем зрителям, находящимся в зале в момент выступления участника. Во-вторых, предмет не должен в объеме быть больше половины тела участника, чтобы не скрывать его движений от судей и зрителей. И, в-третьих, участник, так или иначе, должен задействовать выбранный предмет на протяжении как минимум семидесяти процентов от всего времени выступления.

Рассказав об особенностях данного этапа соревнований, Ричард Стэтхем пожелал удачи всем участникам и объявил об официальном начале второго этапа чемпионата мира по спортивным танцам.

Первые четыре участника, как будто договорившись заранее, выбрали для своего выступления в качестве дополнительного предмета деревянный стул. При этом, конечно, у каждого из них номер получился по-своему уникальным. Кто-то задействовал стул в основном в качестве опоры, кто-то, наоборот, большую часть времени использовал его в качестве воображаемого партнера. Один из участников не удачно выполнил задуманный элемент и не смог поймать подброшенный вверх стул. В виду того, что стул для номера был выбран деревянный, то ударившись о сцену, одна из его четырех ножек сломалась, и танцору пришлось прекратить свое выступление.

Следующие несколько участников внесли разнообразие в перечень используемых предметов. Все танцоры старались продемонстрировать интересные и сложные элементы. Наиболее популярными предметами, используемыми участниками соревнований в первую половину дня соревнований, можно было выделить манекенов и вешалки для верхней одежды.

В середине конкурсного дня организаторами чемпионата был объявлен перерыв на один час, чтобы зрители и судьи могли немного отдохнуть. Всем было предложено посетить небольшой ресторан, расположенный на первом этаже дворца спорта.

Войдя в ресторан, Виктория с Рэбеккой направились к столику, за которым сидели главный судья соревнований Ричард Стэтхем и его брат Джон, выступавший на данном турнире в качестве спонсора.

– Добрый день, мальчики. Вы уже сделали заказ?

Виктория села рядом с Джоном и поцеловала его в щеку. Ребекка присела на свободное место, открыла сумку с рабочим оборудованием и, в привычной для себя манере начала перебирать разные части фотоаппарата, протирая их специальными салфетками. Джон подозвал официанта и заказал четыре чашки кофе и два бисквитных пирожных. Сделав заказ, он обратился к дамам.

– Мне кажется, вы чересчур серьезно готовитесь к сегодняшнему мероприятию. – Джон с улыбкой посмотрел на Ребекку.

– Я стараюсь следить за своим фотоаппаратом, и поэтому он меня еще ни разу не подводил. Достаточно вспомнить, кто вам сделал те важные снимки. – Произнесла спокойным тоном Ребекка, ни на секунду не прекращая своего занятия и даже не взглянув на Джона.

– Я ни в коем случае не хотел Вас обидеть. Вот только я не уверен, что сделанные сегодня снимки будут для нас иметь такое же большое значение. Нам с вами сегодня намного важнее не допустить встречи «мистера Х» с людьми Джерри Стэферсона. Так что придется тебе, Ричард, посвятить нас в свои планы по доставке своего протеже до сцены и обратно. Обещаю, что не стану ему мешать и, если хочешь, вообще буду стараться избегать данных мест.

В этот момент официант принес заказ. Все кроме Ричарда сделали глоток кофе и замерли в ожидании его ответа. Ричард не торопясь положил две ложечки сахара в чашку с кофе, размешал его и положил ложечку на блюдце. Все это время он молчал и не отрывал взгляда от чашки с кофе. Наконец он посмотрел на Джона и произнес уверенным голосом:

– Прости меня Джон. Я очень хорошо тебя знаю и готов во всем тебе довериться, не задумываясь ни на секунду. Однако в данном случае я не имею права рисковать. Мне не хотелось бы раскрывать свой план во всех деталях. Прошу вас довериться мне и в точности выполнять мои поручения. Каждый из вас должен будет находиться в определенное время в определенном месте, и ни под каким предлогом не покидать свою позицию. Если все пройдет так, как я рассчитываю, то кроме меня к нашему участнику никто не подойдет ближе, чем на пять метров. Перед тем как начнется выступление мне необходимо быть уверенным в том, что мы все будем действовать по единому сценарию. Вы согласны с моими условиями?

На несколько секунд за столиком воцарилось молчание. Первой решила заговорить Виктория.

– Повторяю, что я согласно выполнить любое указание в обмен на эксклюзивные права первого интервью со всеми участниками данных событий по завершению этой истории. Разумеется, я имею в виду нас с Ребеккой. Так что можете говорить, где и во сколько нам необходимо быть, а так же что именно мы должны делать.

– В этот раз вам с Ребеккой придется работать сообща. Помните того солидного мужчину, с которым Джерри Стэферсон так внезапно появился вчера в моем кабинете? Его зовут Леонард Холд. Он заведует всеми незаконными, а точнее сказать, преступными операциями в их общей с Джерри организации. Если Джерри Стэферсон что и задумал противозаконного, то без Леонардо он не сможет обойтись.

Ричард достал из кармана фотографию и протянул ее Ребекке.

– На всякий случай вот вам его фотография. Постарайтесь разыскать его сразу после окончания перерыва. Скорее всего, он постарается встретиться с мистером Стэферсоном, чтобы еще раз согласовать свои действия. Сам Джерри Стэферсон, кстати, в данный момент сидит в этом зале за столиком, расположенным возле выхода.

В этот момент Джон прервал своего брата.

– Ричард, неужели ты и вправду решил, что наши милые девушки смогут остановить закоренелого преступника. Может лучше мне за ним проследить?

– В этом нет необходимости, дорогой Джон. Я все продумал. Леонардо будет направлен по ложному следу. Один из моих помощников поделится с ним нужными для нас сведениями, и его люди будут ждать объект в совершенно другом месте. Так что наши дамы не будут подвержены никакой опасности.

– Но тогда зачем, же им следить за Леонардо?

– Ты не дал мне договорить. Леонардо, как и мистер Стэферсон всего лишь промежуточные цели. Основная ваша задача, милые девушки, выследить и сфотографировать всех, кто так или иначе будет общаться с Леонардо Холдом. Леонардо – профессионал, и поэтому, никогда ничего не делает своими руками. Он всегда нанимает людей для грязной работы. Нам нужно узнать с кем именно он работает в данный момент. Без этой информации мы не сможем планировать наши дальнейшие действия. Надеюсь теперь вам все понятно.

Взглянув на соседний столик, Ричард поспешил продолжить.

– К сожалению больше ничего не могу сказать, так как, судя по всему, Джерри Стэферсон с минуты на минуту покинет ресторан. Похоже, он только что попросил принести ему счет.

Пока Ребекка собирала свой фотоаппарат, Виктория успела допить кофе и попробовать пирожное. Поблагодарив Джона за вкусное угощение, девушки вышли из ресторана вслед за Джерри Стэферсоном. Проводив их взглядом, Джон повернулся к Ричарду.

– Ну а какая все-таки моя роль в твоем грандиозном плане?

– В основном держаться как можно дальше от нашего таинственного танцора. – Ричард улыбнулся.

– Это все шутки конечно. Во всем нашем деле есть одна личность, действия которой предугадать, пожалуй, не сможет никто. Я не знаю, как он себя поведет во всей этой ситуации. Однажды он уже наломал дров, и мы не можем оставить его без внимания.

– Не понимаю, о ком ты говоришь.

– Я говорю о Джерри Стэферсоне младшем.

– И что же он такого может сделать?

– А на что, по-твоему, способен молодой и весьма амбициозный спортсмен? Правильно. На все, что угодно. У него напряженные отношения с отцом, и это лишь осложняет наши действия. Он может лично попробовать встретиться с нашим танцором и поговорит с ним «по душам». Вряд ли, конечно, он попытается его убить, но травму нанести сможет. Поэтому мне нужно чтобы ты…

– Можешь не продолжать. Я все понял. – Прервал своего брата Джон. – Я должен следить за сорванцом, чтобы тот ничего не натворил.

– Только учти, что этот сорванец не обделен физической силой, и, насколько мне известно, во время учебы занимался боксом. Конечно на любительском уровне и под пристальным присмотром отца, но все равно тебе стоит это учитывать при планировании своих действий.

– Не переживай. Все будет сделано в лучшем виде.

– Вот и отлично. Я, пожалуй, пойду, а то до окончания перерыва осталось десять минут.

Ричард встал, подошел к намеревающемуся встать Джону, и положил ему руку на плечо.

– А ты не спеши, мой друг. Выпей спокойно кофе. Доешь пирожные. Не зря же ты их заказал. И не надо за мной идти. Поверь мне, так будет лучше для всех.

Ричард вышел из ресторана. Минут через десять Джон направился в комнату для участников соревнования, чтобы отыскать там юного Джерри. А через два часа после их общения ведущий объявил о начале выступления самого ожидаемого участника соревнований – таинственного танцора в маске.

Зал замер в ожидании. Как и в прошлый раз, свет над сценой был выключен. Зазвучали первые звуки мелодии в ритме танго. Всего на несколько тактов прожектор осветил центр сцены, на которой лежала роза с пышным красным бутоном и длинным стеблем. После этого прожектор погас и буквально через пару тактов вновь осветил розу, но уже летящую над сценой. Тут же опять погас и в момент, когда роза должна была упасть на пол, вся сцена озарилась светом, и зрители увидели танцора с балансирующей на одном пальце правой руки вертикально стоящей розой. А дальше началось танго двух полноценных партнеров. Никто из зрителей в зале не мог и подумать, что обычная роза может танцевать. Именно роза. Все движения танцора были построены так, чтобы создавалось впечатление, будто роза двигается сама по себе. Плавные движения в сочетании с чудесами балансировки делали этот танец поистине волшебным. Закончилось выступление так же эффектно, как и началось. Под звуки последних тактов мелодии танцор бросил розу по направлению к сидящим в третьем ряду судьям. Сцена в тот же миг погрузилась во тьму, и лишь луч прожектора следил за полетом розы, которая прилетела аккуратно в руки самой уважаемой судьи чемпионата. Зал наполнился овациями. А когда сцена была вновь освещена, то на ней стоял ведущий и объявлял о выступлении следующего участника.

В это время Ричард Стэтхем вместе с таинственным участником спокойно шли по одному из многочисленных коридоров дворца спорта. В этот раз они направлялись не на улицу, а на крышу здания. Там все было подготовлено для того, чтобы перебраться на крышу соседнего дома, располагавшегося в непосредственной близости от здания дворца спорта. В свое время под строительство этого спортивного комплекса государством был выделен не очень большой участок земли, и некоторые постройки пришлось располагать на минимальном расстоянии друг от друга. Убедившись в том, что танцор благополучно перебрался на крышу соседнего здания, Ричард поспешил вернуться в зал для выполнения своих прямых обязанностей главного судьи соревнования.

По окончанию выступления последнего участника второго этапа соревнований главный судья объявил тридцатиминутный перерыв для подсчета баллов и определения совокупных результатов выступления участников после двух этапов соревнования. По условиям конкурса в финал должны будут попасть лишь двадцать пять процентов участников, набравших в совокупности за два конкурса наибольшее количество баллов.

При этом по условия чемпионата заработанные баллы лишь позволят участникам попасть в финальную часть чемпионата мира, но для выявления победителя учитываться не будут. Таким образом, организаторы чемпионата решили повысить интерес зрителей к финальному дню соревнований, и дали возможность отобранным участникам в равной борьбе доказать свое превосходство, проявив все свои физические и психологические способности при исполнении самого сложного танца.

После совещания, продлившегося на десять минут дольше объявленного времени, Ричард Стэтхем вновь появился на сцене. Он извинился перед зрителями за задержку, после чего назвал имена участников, попавших в финал чемпионата. Имя каждого участника произносилось отдельно, с оглашением суммы набранных баллов и с указанием отдельных элементов выступлений, наиболее понравившихся судьям и которые, по их мнению, отражают индивидуальность данного участника. Последними были названы двое участников, набравших максимальное количество баллов – Джерри Стэферсон младший и таинственный танцор в маске. Зал несколько минут аплодировал стоя. Лишь когда в зале вновь воцарилась тишина Ричард Стэтхем смог продолжить свою речь. Он пожелал удачи всем участникам чемпионата, прошедшим в финал. В конце своего выступления Ричард поблагодарил зрителей за внимание и напомнил им о том, что финал чемпионата мира по спортивным танцам пройдет через день в этом же зале. Под аплодисменты зрителей он покинул сцену.

По завершению всех необходимых организационных процедур Ричард Стэтхем направился в уютное кафе, располагавшееся рядом с небольшим дворцом спорта, в котором зрители впервые увидели выступление таинственного танцора в маске, чтобы встретиться со своими друзьями.

Глава 19

Амалия Розелли в возрасте двадцати лет стала победительницей чемпионата мира по спортивным танцам, и имела множество наград в различных танцевальных соревнованиях. Она практически повторила карьеру отца, так же имевшего звание победителя чемпионата мира по спортивным танцам и являвшегося на протяжении нескольких лет главным судьей этих соревнований.

Однако среди поклонников данного вида спорта Амалия стала известной намного позже. Ее знают как мисс Розелли – тренера юного участника одного из чемпионатов мира по имени Патрик Стэйси, пропавшего при загадочных обстоятельствах в самом разгаре соревнования. Именно мисс Розелли во время тех трагических событий уговорила главного судью соревнования организовать незамедлительный поиск пропавшего участника. Именно мисс Розелли по окончанию чемпионата сообщила всем зрителям о данном инциденте и попросила их помощи. И именно мисс Розелли добивалась продолжения расследования после безрезультатных двухнедельных поисков. Расследование осложнялось отсутствием свидетелей. Как выяснилось в тот день кроме дежурившего на входе дворца спорта охранника, пропавшего спортсмена больше никто не видел. Юный участник соревнования пропал бесследно.

После этого трагического события мисс Розелли не смогла продолжить преподавательскую деятельность. В каждом новом ученике она видела юного Патрика. Она вспоминала его настойчивость при разучивании новых элементов, легкость и пластичность их исполнения. Его детскую улыбку и задорный смех. Несмотря на прекращение тренерской деятельности, она продолжила общение с Джоном – младшим братом Патрика и Ричардом – их общим другом. Впоследствии Джон и Ричард стали сводными братьями, а мисс Розелли стала им крестной матерью.

Однако совсем забыть и заставить себя отрешиться от волшебного мира танцев мисс Розелли не смогла. Она открыла маленькое уютное кафе под названием «три четверти» радом с небольшим дворцом спорта, в котором регулярно проводились официальные соревнования по спортивным танцам, а так же любительские турниры по самым разным танцевальным направлениям. Ричард и Джон Стэтхем регулярно навещали мисс Розелли в ее уютном кафе. Вот и на этот раз они выбрали данное заведение, чтобы встретиться с Викторией и Рэбеккой для обсуждения их дальнейших действий во время предстоящего финала чемпионата мира.

Ричард Стэтхем вошел в кафе в тот момент, когда остальные участники встречи уже пили кофе и наслаждались прекрасными пирожными, заботливо приготовленных самой мисс Розелли. Увидев Ричарда, мисс Розелли подошла к нему, и обняла его с материнской нежностью. После чего взяла под руку и деликатно шепнула на ухо.

– Послушай, мой дорогой Ричард, похоже, наш мальчик нашел себе достойную партнершу. Ты посмотри, как они смотрят друг на друга. Ну, разве это не счастье? – Она улыбнулась и, не дав Ричарду сказать ни единого слова, продолжила с той же интонацией. – Хочу заметить, что девушка пришла с подругой. Они обе такие красавицы. Ты со мной согласен?

– Вы опять за свое, Мисс Розелли? Я же вам пообещал, что вы будете первым человеком, которому я расскажу о своих чувствах, когда таковые возникнут.

– Ох, Ричард. Мой дорогой Ричард. Боюсь, что я об этом так и не узнаю. Ведь я уже давно не танцевала «джайв» и «рок-н-рол». Боюсь, что скоро мне станет не подвластен и мой любимый вальс. А мне так хочется станцевать его на ваших с Джоном свадьбах.

Ричард обнял мисс Розелли. Потом стал перед ней на одно колено и подал ей руку.

– Я приглашаю вас на вальс.

Произнеся эту фразу, Ричард посмотрел на Джона, который к тому времени заметил его появление и следил за развитием событий, и произнес:

– Дорогой Джон, поставь, пожалуйста, нашу любимую мелодию.

Зазвучала музыка и пара закружилась в вихре танца. Виктория не верила своим глазам. Ей казалось, что сейчас в маленьком зале небольшого кафе танцуют не двое взрослых людей, а молодая пара юных спортсменов. Пара, которая с легкостью и изящностью во время танца обходила расставленные столы и стулья, ни на секунду не прекращая движения. Такими изящными были их движения, и такими сложными элементами была насыщена их композиция, что Виктория боялась пошевелиться, чтобы не отвлечь их от танца. Но вскоре музыка закончилась, и мисс Розелли с Ричардом направились к сидящим за столом гостям. Все это время Виктория с Рэбеккой, не переставая, аплодировали. Когда пара подошла к столу Виктория не смогла сдержать свои эмоции.

– Браво мисс Розелли. Браво Ричард. Я и не подозревала, что вы умеете так танцевать. Это просто невероятно.

– Благодарю Вас. – Ответила мисс Розелли. – В свое время обоих этих юношей я учила танцевать. Я рада сообщить, что у меня это получилось.

– Обоих? – Виктория посмотрела на Джона. – Неужели Джон так же прекрасно танцует как Ричард? Он ни разу не пригласил меня на танец. Наверно я со своей фигурой и походкой не совсем подхожу для танцев.

– Ну что вы, милая Виктория. У вас прекрасная фигура. Просто наш Джонни не танцует уже с давних пор. С того самого времени, когда пропал его брат.

Мисс Розелли повернулась к Джону.

– Сколько же раз я пыталась уговорить его не бросать танцы. У него были прекрасные способности, и он многого мог достичь в этом виде искусства. Но он сделал свой выбор и никто не вправе его в этом обвинять.

Мисс Розелли улыбнулась и продолжила своим обычным радостным голосом.

– Каму еще кофе? Вижу, что он вам понравился. Пойду, сделаю всем еще по одной чашечке.

Мисс Розелли отправилась хлопотать за барную стойку, пока ребята обменивались приветствиями за столом. Джон обратился к своему брату.

– Ты как раз вовремя подошел. Рэбекка собиралась показать нам снимки, которые она сделала сегодня.

Рэбекка достала из сумки большую стопку фотографий и разложила их на столе.

– Как вы и просили, я снимала всех, с кем общался Леонардо Холд. Могу вас уверить, что на снимках запечатлены абсолютно все его контакты. Если только он не назначал встречи в уборной. Туда мне доступ, как вы понимаете, был закрыт. – Ребекка начала перебирать снимки. – В основном конечно Холд общался с Джерри Стэферсоном а так же с обслуживающим персоналом, но есть два человека, которых я не знаю.