Да, логика моя сработала не в ту сторону. Почему-то я решил, что раз кентавры воруют человеческих женщин, то своих у них нет. И ошибся. Женщины у них были. Да еще какие! Лица у всех, что у голливудских кинозвезд. Фигуры (я опять же имею верхнюю часть)! Бюсты на зависть фотомоделям. Опять же, обнаженные. Нет, честное слово, есть в этом мире что-то такое, что вызывает у меня вдохновение. Есть. Если бы не мелкие недоразумения…

– Что же вы тогда делаете с нашими женщинами? – опять пристал я к Фолусу.

– Отдаем их в жертву Критону.

Я удивился:

– Критону? А кто это?

– Критон это Критон! – почтительно и чуть грустно сказал кентавр.

– Так вы их это не того?

– Что не того?

– Не используете в сексуальном плане?

– Нет. Хотя не плохо бы. Но это было слишком жестоко. А мы не звери какие-нибудь.

– Что это значит? – я действительно ничего не мог понять. Все так запуталось. Кентавр, который несколько дней назад гонялся за амазонками с дубиной и камнем, сейчас рассуждает о гуманизме! У меня прямо застой в мозгах образовался. Все микросхемы полетели.

– Я думаю, Красногрив объяснит тебе лучше. Он более стар и мудр, нежели я. К тому же он наш вожак.

– Ладно, а где же тогда Наташа?

– Если ее еще не отдали Критону, то она на побережье. Пленных всегда туда отводят.

– Геркулес! – обратился я к другу. – Кто такой Критон?

– Сын Нептуна и Арахниды. Опасный тип. Живет в море, но выходит на сушу и пожирает все живое. Помниться, я один раз с ним столкнулся, чуть было не убил его, но Критон оказался очень скользким и успел уползти в море.

Я чуть не свалился с Фолуса. Вот тебе на! Хрен редьки не слаще. Только что я обрадовался, что Наташу не изнасиловали эти более чем загадочные кентавры, а теперь, оказывается, ее отдают какому-то скользкому Кретину в жертву.

– Быстрее на побережье! – велел я Фолусу.

– Будет сделано! – обрадовался. Фолус. – На побережье, так на побережье.

Наши кентавры громко заржали и поскакали дальше. Мы на них. Верхом, разумеется. Кентавры, работающие на виноградниках, провожали нас грустными взглядами. Можно было даже предположить, что они ощущают вину перед нами. Хотя, может быть, мне это только показалось…

Итак, мы продолжали наше путешествие. Не скажу, что было весело. Руки, ноги, спина, все невыносимо болело, но об отдыхе не могло быть и речи. Надо было, во что бы то ни стало и как можно быстрее добраться до Наташи и спасти ее. Каким образом? Решим на месте.

Синяя полоска впереди стала темнеть и шириться. Встречный ветер становился все более плотным и пахнущим йодом. Мы приближались к морю. Не прошло и получаса, как морской простор предстал перед нами во всей своей красе. Да это Кентаврия – прямо райский уголок. Море, солнце (да ни одно!), великолепный песчаный пляж, высокие раскидистые сосны вдоль всего берега. Запах – просто обалдеть можно. Живи и радуйся! И чего им спокойно не живется, что они совершают набеги на амазонок? Ведь столько их гибнет во время каждого нападения.

Фолус словно угадал мои мысли.

– Мы ничего не имеем против людей, – сказал он на ходу. – И даже рабство нам противно. Мы самые свободолюбивые создания на земле. Но жизнь не может быть создана из счастливых мгновений. И боги послали к нам Критона… вот мы и прибыли.

Фолус остановился перед крутым обрывом, который пропастью уходил вниз. Я глянул за его кромку и увидел там внизу, прямо у моря на узкой каменистой полоске берега всех наших амазонок. Мое сердце радостно забилось, потому что я увидел среди них Наташу. Жива и здорова. Стоит на коленях, как и остальные со связанными за спиной руками. Радость моя тут же сменилась тревогой.

– Почему они в таком виде? – спросил я Фолуса.

– Потому что сейчас появится Критон, – ответил мне кто-то за спиной.

Я обернулся и увидел еще одного кентавра. Это был настоящий великан. Он возвышался над нами, хотя все мы были верхом, и был невероятно могуч. Его длинные до поясницы волосы и такая же роскошная борода были абсолютно седы, как у Деда Мороза. Крупный мясистый нос, косматые брови, толстые губы довершали это сходство. Не хватало только меховой шапки и всего остального.

– А вы, кто такой, дорогой товарищ? – несколько раздраженно обратился я к нему.

– Меня зовут Красногрив, – ответил лошадиный Дед Мороз. – Я царь великого народа кентавров.

– Очень приятно, – ответил я. – Хотя несколько не соответствует истине. Это я насчет красной гривы. Она у вас, скорее белая, нежели красная.

– В пору моего расцвета, – важно сказал Красногрив, – мои волосы напоминали заходящее солнце. А ты кто такой, человек, осмелившийся сесть на кентавра, словно сын бога?

– А я Адал, герцог Атрейосс, президент пятой квинтсекции триста двадцать седьмого сектора и племянник самого императора Вселенной. Единственный его наследник, между прочим, и претендент на престол.

Мне казалось, что если я назовусь как-нибудь попроще, то это не произведет на этого лошадиного Илью Муромца впечатления. И оказался прав.

– Гм, – только и сказал Красногрив. – И что тебе нужно в нашей стране?

– Отдайте наших сестер, грязные подонки! – закричала вместо меня Флора. – Или вы отведаете моего меча и стрел!

Красногрив нахмурил брови:

– Как смеешь, ты, повышать на меня голос? – И тут на его лице мелькнуло удивление. Он даже потерял свою царскую важность. – Постой, постой, женщина! Разве не тебя я проткнул своим копьем позапрошлой ночью? Я хоть и был безумен тогда, но на память еще не жалуюсь.

– Да, это была я! – гордо ответила Флора. – И я готова снова драться с тобой!

Кентавры все как один, весело заржали.

– Так значит, это тебе я обязан этой раной? – Красногрив без злобы показал повязку на затылке. – Но как ты осталась жива после такого удара?

– Мой герцог вытащил меня с того света! – гордо ответила амазонка. – В его руках божественная сила.

– Да, да! – закивали в свою очередь три наших кентавра. – Он и нас не пустил в царство Плутона.

Вот какой я, оказывается!

Красногрив глянул на меня по-другому. Изучающе.

– Только попробуй тронь его! – грозным хором воскликнули Стелла и Флора.

Кентавр усмехнулся:

– Я и не собирался. Так что же вас все-таки привело сюда?

– Нам нужны наши женщины! – твердым голосом сказал я. – И как можно быстрее.

– Увы, – совершенно искренне вздохнул Красногрив. – Вашим женщинам уже ничего не поможет.

– То есть, как это? – удивились мы.

– Критон уже вышел на берег.

Елки палки! Пока мы тут точили лясы с этим старым конем, внизу уже на наших девчонок напал какой-то колченогий зеленый тип.

– Геркулес за мной! – крикнул я, спрыгивая с Фолуса. – И все, кто не трусит, тоже!

Чудом не упав, я бросился по узкой тропе вниз к морю. Геркулес и Стелла с Флорой за мной. Сейчас мы разберемся с этим Кретином, то есть Критоном, да какая разница, кто он там есть!

Мы успели вовремя. Критон схватил завизжавшую Наташу и потащил ее к воде.

Кто такой этот Кретин-Критон? Сейчас я вам его опишу. Вообще-то ничего необычного. После того, как я увидел живых кентавров разного пола и возраста, чем-либо удивить меня уже было трудно. Просто получеловек, полуосьминог. Зеленый мужик с выпученными, как у лягушки глазами, и водорослями вместо волос наверху, а ниже пупка начинается осьминог. Отпадный чувак! Если бы на меня такой полез, я бы тоже испугался. Но он полез не на меня, а на Наташу, и это меня вывело из себя. Не знаю почему, но на меня вдруг накатила волна храбрости. Может быть, на меня уже начали действовать нравы здешнего мира? Тут все друг на друга нападают, чуть что.

– Стоять! – закричал я. – Эй, ты, вонючая жаба, сейчас же оставь девушку в покое, или я сейчас милицию вызову!

– Сережа! – Наташа увидела меня и перестала визжать. В ее глазах вспыхнула такая радость, что я сразу понял, что ей за то время, что мы провели врозь, сильно досталось. Мое имя она произнесла чуть не на последнем издыхании. – Спаси меня!

Черт побери! О таких словах мечтает каждый нормальный парень.

– Отпусти ее сейчас же, или я не знаю, что я с тобой сделаю! – Я действительно не знал, что мне делать. К этому чудовищу и подойти близко не было никакой возможности. Его гигантское по сравнению с человеческим, осьминожье тело, многочисленные извивающиеся и невероятно толстые щупальца были отменной защитой. А у меня даже оружия в руках не было никакого. Не плеваться же?

Критон щупальцами передал девушку себе в руки, обнял ее, отчего Наташа ахнула и в ужасе отпрянула назад. Лицо у него было покрыто бородавками, глаза большие и круглые, слегка красные, губы толстые, зубы острые и длинные, желтый раздвоенный язык, все это не давало ему ни каких шансов на успех у девушек.

– Ты, образина, маньяк озабоченный! – продолжал надрываться я, пытаясь, хоть как-то подлезть к этому чудовищному кавалеру. – Не видишь что ли, не нравишься ты ей. Не нравишься! Лучше отпусти по хорошему! Не то хуже будет… ай!

На последних словах Критон посмотрел на меня недоуменно, потом сразу два щупальца обвились вокруг моего тела. Я почувствовал, как отрываюсь от земли и поднимаюсь в воздух. Грудь сдавило с такой силой, что стало трудно дышать. Критон приблизил меня к себе и уставился мутными глазами. На суше он явно страдал близорукостью, потому что пытался прищуриться, но отсутствие век, не давало ему такой возможности.

– Кто такой? – спросил он меня строгим голосом.

Слава богу! Он начал диалог, а не раздавил меня сразу, как букашку. Подбежали мои друзья. Не очень-то они торопились. Только, когда увидели, как меня схватили, смогли преодолеть свою нерешительность и робость, и пришли на помощь. Но в шагах десяти от Критона, они неожиданно остановились, словно напоролись на невидимую преграду. Даже Стелла со своим длинным мечом не могла пробиться сквозь нее.

– У него силовое поле, Адал! – крикнула она. – Постарайся продержаться. Я что-нибудь придумаю.

– Уж ты постарайся! – прохрипел я.

– Кто такой? – опять прорычал Критон. – Я же просил самок! Зачем мне подсунули мужскую особь?

– Это я то особь? Ах, ты морской козел! – возмутился я. – Ты сам особь! Я из тебя сейчас консервы сделаю!

Так наверно грозит мышь коту, который поймал ее и собирается съесть. Господи! Я надеюсь, он не станет меня есть? Я не вкусный. Честное слово! И жира во мне немного. О чем это я?

– Ну, чего уставился, как баран на новые ворота? – Я решил быть наглым до конца. – Перед тобой герцог Атрейосс! Изволь поставить меня на землю и преклонить передо мной голову.

И вы знаете, он выполнил мой приказ. Поставил меня обратно. Но самый прикол в том, что он и голову передо мной склонил! Это у меня так строго получилось. Нет, быть мне начальником!

– Вот так-то лучше, – сказал я, отряхиваясь и отплевываясь. – А теперь поставь рядом со мной девушку.

– А вот это уже дудки! – ответил Критон и быстро пополз к воде. – Это моя добыча. Я ее выбрал и ни с кем делиться не желаю. Завтра приду за другой.

Я просто не знал, что делать. Ситуация сложилась какая-то дурацкая. Критон, между тем был все ближе и ближе к воде. Еще немного, и нам его будет не достать.

– Сережа! – опять пискнула Наташа и бросила на меня полуобморочный и умоляющий взгляд.

– Эй! – крикнул я в отчаянии. – Если ты не вернешь мне мою подружку, я выпью твое море, и тебе негде будет плавать.

Бред, конечно, но я просто не знал, что говорить, и крикнул это для того, чтобы хоть что-нибудь крикнуть, а не стоять и смотреть, как эта животная уносит Наташу в воду.

Критон резко остановился и повернулся в мою сторону. Лицо у него было воплощением задумчивости. Он стоял так минуту, потом спросил:

– Ты, правда, это сделаешь?

Ага! Так я его все-таки взял на понт. Продолжаем в том же духе.

– В натуре, братан, щас прям и выпью, вот только стопарь достану, – как можно более развязно ответил я. – Но я дядя добрый, так что даю тебе шанс. Возвращаешь девочку, море не трогаю.

Критон опять долго думал, поочередно смотря то на Наташу, то на море. Он размышлял. Вдруг, на его лице появилось что-то похожее на сомнение.

– А ты меня не обманываешь?

– Не быть мне герцогом, если я вру! Вот они все свидетели! – Я кивнул на своих друзей.

– Да, да, если уж наш герцог что-то пообещает, то непременно сделает! – ответили они дружным хором.

– А на днях он наполнил любовной негой всех наших женщин! – гордо добавила Флора. – Начал с меня, а потом всех остальных, одну за другой.

Критон задумался еще сильнее. Я внимательно следил за выражением его лица. Нервы мои были на пределе. Наташа тоже была почти без сознания.

Прошло пять томительных минут. Вдруг лицо Критона просветлело.

– Ладно, – сказал он. – Я согласен. Забирай свою самку.

Я облегченно вздохнул, но следующие слова тут же спустили меня с неба на землю.

– Я возьму себе другую, – сказал он и бросил ненужную ему больше Наташу. Если бы она упала на покрытую галькой землю, то сильно бы ушиблась. Но она скатилась по щупальцам прямо мне на руки. Я бережно подхватил ее. Сердце мое бешено стучало в груди.

– С тобой все в порядке?

Наташа обняла меня обеими руками и горько и тихо расплакалась. Мне стало ее так жалко, что я сам чуть было не расплакался. Но Критон не дал мне этого сделать.

– Где самки? – закричал он возмущенно. – Где остальные мои женские образцы? Почему нет коленопреклоненных наложниц? Где мои дары?

Нет, для мифологического существа он разговаривал слишком изысканно, что очень к тому же противоречило с его умственными способностями, которые он тут продемонстрировал. Что значит, человек-амфибия. Недоработанный экземпляр.

Оказывается, пока я вел переговоры с Критоном, Флора благополучно успела освободить всех амазонок, и они теперь стояли за силовым полем готовые биться насмерть. Критон повернулся ко мне:

– Ты обманул меня!

Я попятился. Критон стремительно налетел на меня, и снова над моей головой взвились его ужасающие щупальца.