– Нет, не того! Я уверен, что они еще не успели, и мы спасем ее.

– Ты все равно их не догонишь, – опять сказала Стелла. – У нас нет лошадей.

Меня осенило:

– Но у нас есть пленные кентавры! Мы поскачем на них.

Как хорошо, что я сумел спасти троих! Все посмотрели на меня ошарашено. Что, поражают мои не тривиальные идеи?

– Никто еще не ездил верхом на кентаврах, – задумчиво произнес Геркулес. – А мне, если сказать со всей прямотой, всегда хотелось. Вот только сейчас домоюсь.

Мой античный друг занял место в лохани сразу, как только я из нее выскочил. Его подружки мыли его, и он нисколько этим не смущался и воспринимал их старания как должное. Да, разные у нас с ним менталитеты. Ох, и разные!

– Привести ко мне кентавров! – приказал я. – Надеюсь, вы их не убили?

К моему великому счастью, кентавров не тронули. Исключительно по моей просьбе. И три великолепных образца были поставлены передо мной через пять минут. Руки у них были связаны за спиной, ноги стреножены. Они почтительно взирали на меня сверху вниз.

И как с ними интересно разговаривать? Если честно, то и подходить-то страшно. Хотя чего страшного? Обыкновенные кентавры. Внизу кони, сверху мужики. Вполне, кстати, симпатичные. Ничего зверского и жестокого. Даже не верится, что ночью это были они. Мне приглянулся самый крупный из них с телом белой масти, с длинными вьющимися золотыми волосами, и я решил обратиться к нему. Он тоже, взирал на меня с любопытством и какой-то снисходительной улыбкой. Страха в нем не было никакого.

Так, как там принято разговаривать с военнопленными?

– Имя, фамилия, звание?

– Фолус из рода Фелиридов. Голова пятого Херонейского табуна.

Так, кажется, сработало.

– С какими целями напали вы на этот город?

– Известно, с какими, – насмешливо ответил кентавр. – Женщины ваши нам понадобились.

Так, судя по началу нашего диалога, не такие уж кентавры и дикие. Во всяком случае, разговаривают. А этот Фолус и вовсе не так уж и глуп. И пленник знатный. Продолжаем:

– А что вам своих женщин мало?

– А женщин всегда мало.

Это не конь, это кобель какой-то!

– Все равно так нельзя! Женщины народ деликатный, а вы на них с дубинами налетели, словно разбойники.

– Это они-то деликатный народ? – хмыкнул Фолус.

– Да, деликатный! – встали дружной стеной перед кентавром амазонки. – А что? Не так?

Фолус даже отступил в удивлении:

– Чего же тогда деретесь?

– А какой еще может быть с вами варварами разговор?

Так, кажется, сейчас будет ссора. Немедленно надо убрать всех амазонок из помещения, иначе они мне все испортят.

– Геркулес! – позвал я друга. – Выведи отсюда всех дам. У нас будет сугубо мужской разговор.

– Все сделаем! Адал, не переживай! – Геркулеса не надо было просить дважды. Он взял под руки пару амазонок и повел их в соседнюю комнату. – Девочки, кажется, я готов!

Остальных за ним словно ветром сдуло. Не только Стелла, но даже Флора не выдержала, глянула на меня виноватым взором. Вот чудачка! Да разве я к чему-то ее обязываю? И пролепетала:

– Я только одним глазком. Ты не обидишься?

– Ступай, ступай! – милостиво разрешил я.

Вскоре из соседней комнаты донеслись сладострастные звуки из тех, что детям до шестнадцати, слушать не полагается. Кентавры поглядели в ту сторону с плохо скрываемой завистью. Да, в этом мире, все, пожалуй, только об этом и думают. Не планета, а прямо траходром какой-то! Но вернемся к нашим баранам. То есть, к лошадям. Тьфу, к кентаврам!

– А вы знаете, что это я вас спас от смерти? – спросил я пленников. Может быть, это и не совсем этично, так вот сразу попрекать ребят в содеянном мной благородном поступке, но мне деваться было некуда. Надо было торопиться.

Фолус склонил голову:

– Да, и ты сделал это дважды, великий врачеватель!

Я немного удивился:

– Это как же?

– Ты приказал амазонкам не убивать нас, а потом излечил наши смертельные раны.

Ах да, это он про операцию.

– Ладно, дело прошлое! – махнул я рукой. – Как вы думаете отблагодарить меня?

– Приказывай все, что хочешь. И если это будет в наших силах, мы выполним твою просьбу.

Вот так просто. Без понтов. Все по принципу, ты нас спас, мы твои рабы. Нет, определенно и в этом мире есть свои достоинства. Простота нравов, никакого лицемерия, ханжества. Может быть, мне бы тут и понравилось, но пока все мои мысли были заняты только Наташей. Неужели я не успею спасти ее? Должен успеть! И нечего время терять на пустые разговоры.

– Тогда вы сейчас же доставите меня, Стеллу и Геркулеса в свой лагерь!

– Пожалуйста! – улыбнулся во весь свой огромный рот Фолус.

– Эй, ребята! – крикнул я. – Собирайтесь, мы отправляемся.

Вышел недовольный Геркулес.

– Я же еще не кончил, – проворчал он, прилаживая свой фиговый листок.

– В следующий раз! – отрезал я, карабкаясь на спину Фолуса. – А сейчас выбирай себе лошадку. Какую тебе гнедую или вороную?

– Мне вот этот рыжий нравится, – сказал Геркулес и хлопнул по крупу самого крупного гнедого кентавра.

Стелле достался грациозный вороной брюнет с синими глазами. Он ласково улыбался, когда помогал ей взобраться себе на спину.

– Я поеду с вами! – вцепилась в мою ногу Флора.

– Флора! Золотце! – Я попытался отговорить ее. – Мы прекрасно справимся и без тебя.

– Нет! Я никогда больше не покину тебя, мой кентавр!

По своему небогатому жизненному опыту я знал, что нет ничего более трудного, чем отговаривать женщину от того, на что она решилась. Да, я крепко привязал ее к себе. Так ведь можно и не отвязаться! Остается пока одно – быть с ней, как можно строже. Амазонки это ценят.

– Тогда сядь рядом со Стеллой!

– Но дорогой…

– Или оставайся дома до моего возвращения. Это боевая операция, и я не позволю оспаривать свои приказы! Распустились тут все, понимаешь!

И пустынная Фиалка повиновалась. Она подбежала к вороному брюнету кентавру и к его великому неудовольствию, лихо вскочила ему на спину позади Стеллы. Амазонки кинули ей меч, лук и колчан со стрелами. Флора лихо стукнула кентавра пятками по бокам и отрапортовала:

– Я готова, мой командир!

– Тогда вперед!

И мы отправились в путь.

Ехать на кентавре, скажу я вам, дело не шуточное. Особенно, когда ни разу в жизни не ездил на лошади. Мне пришлось на ходу учиться верховой езде. К счастью, у меня оказался хороший наставник. Фолус сразу увидел, что я как наездник полный нуль, и стал меня учить. Он объяснил мне, как надо держаться, и через некоторое время я перестал походить на мешок с отрубями.

Мы мчались очень быстро. Только горячий ветер гудел в ушах, да пыль врезалась в лицо острыми иглами. Моих спутников это не очень-то и беспокоило. А вот я вынужден был замотать свою голову кушаком и стал походить на бедуина. Без остановки мы скакали до самого вечера, и я все спрашивал Фолуса:

– Скоро? Мы нагоняем их?

– Нет, – отвечал кентавр. – Мои братья скачут без отдыха и поэтому мы все еще далеко от них.

Данный факт и радовал и огорчал одновременно. Радовал тем, что кентавры не останавливались на отдых. Значит, они еще не принялись за женщин, а раз так, то и Наташа пока цела. Огорчало, что мы все еще далеко от них. Опять же меня волновало, что вот-вот наступит вечер, и тогда кентавры непременно решат отдохнуть и опробовать пленниц.

Но когда одно солнце село, а другое тоже приготовилось нырнуть за горизонт, началась песчаная буря. Ничего в жизни подобного я не видел. Весь мир вокруг вдруг превратился в летучую стену песка, которая норовила налететь на тебя, раздавить и смять, а затем похоронить заживо.

Мы сбились в кучку. Кентавры окружили нас своими могучими телами, и тем самым спрятали от беспощадного потока песка. И все равно нас начало стремительно засыпать.

Вы не поверите, но я радовался. Теперь-то уж точно, кентаврам не до женщин. Все-таки, как мне кажется, судьба пока за нас. Ах, Наташа, Наташа! И угораздило тебя попасть в чужую историю!

Стелла и Флора накрыли меня плащом, хотя я не был от этого в восторге. Что за постоянная дискриминация! Но женщин, если уж они решат опекать тебя, переубедить невозможно. Что ж, будем в наглую этим пользоваться. Зато дышать сразу стало легче. И во рту стало меньше песка. Стелла сунула мне в руки благословенную бутылку минералки. Мой ангел хранитель! Моя звездная воительница! Какого дьявола ты ворвалась в мою жизнь и превратила ее в полный дурдом?

Так я лежал, посасывал из бутылки, слушал звуки песчаной бури и размышлял. Тревога вгрызалась в мое сердце все сильней и сильней. А что там, интересно, сейчас у Наташи? Как ее дела? Теперь, я уверен, Ираида со своей топографической анатомией кажется ей родной мамой. Вот, что значит, не готовиться к экзаменам и полагаться на кого-то другого! И все же судьба могла бы обойтись с моей нерадивой однокашницей более милостиво. Нельзя же, в самом деле, человека отправлять в параллельный мир только за то, что он не подготовился к экзамену!

Так, одолеваемый тяжелыми думами, я заснул. Не знаю, сколько прошло времени, но проснулся я, когда в самое мое ухо ворвалось конское ржание.

– Что случилось? – вскочил я на ноги.

Конечно же, я спал дольше всех. Блин, в армии мне будет не легко. Как пить дать. Мои спутники уже были готовы отправиться дальше и ждали только меня. Буря закончилась. Было еще темно, и горизонт только-только начал светлеть. Земля совсем остыла, и я слегка продрог. Все-таки тяжело рано вставать. Я не жаворонок. Сова. По мне ночные дежурства всегда предпочтительнее дневных.

– Если мы поскачем прямо сейчас, – сказал мне Фолус, – то к полудню достигнем Кентаврии и будем там, где пасется основной табун. Я думаю, что твоя рабыня уже там.

– Она мне не рабыня! – прорычал я.

Сон словно рукой сняло. Я запрыгнул на кентавра. Он не успел подставить мне руку, и я свалился на землю и больно ударился спиной. Ковбой хренов!

Фолус опустил свою заднюю часть и стал похож на диван. Больше проблем с посадкой у меня не было.

Застучали копыта, обжигающий ветер снова ударил в лицо, и мы понеслись. Впереди я на Фолусе, за мной Геркулес на гнедом Агенобарбе, и в арьергарде Стелла и Флора на своем брюнете, которого, как, оказалось, зовут Анахерон.

Прошел час, и желтый песок пустыни окрасился на горизонте нежными зелеными красками. Небо тоже поголубело, а раскаленный воздух наполнился свежим прохладным ветерком, в котором угадывался запах моря. Ах, как давно я не был на морском курорте! Пустыня заканчивалась. Мы приближались к зеленым пастбищам Кентаврии. Что нас там ждет?

В царство кентавров мы ворвались крупным галопом. Хотя, что это за царство? До горизонта зеленые луга, заканчивающиеся светло-синей полоской моря. И кругом, словно коровы, бродили кентавры.

Да, в своей жизни я и коров столько за раз не видывал, а тут столько мифологических существ, что просто с ума сбрендить можно. Запросто!

Одни кентавры бродили среди высокой травы, которая им была по грудь, другие бродили около густых высоких кустов и я с величайшим удивлением обнаружил, что они работают.

Работают! Честное слово! Работают! Трудятся как колхозники в годы первых пятилеток. Вы когда-нибудь видели работающих кентавров? И крупные кусты, растущие ровными рядами, оказались зарослями винограда. Кентавры бродили среди них с глубокими корзинами и собирали манящие крупные гроздья ягод. Я глазам не мог поверить. Неужели это те самые кентавры, которые позавчера напали на Флоринополь? Не может быть! Мирные, трудолюбивые и симпатичные, если не сказать, красивые создания. Если бы я был художником, я бы тут же на месте начал бы рисовать этот великолепный пасторальный пейзаж. Работающие кентавры. Трудящиеся на благо своей родины. Ударники парнокопытного хозяйства.

Мы проехали еще сотню метров и оказались среди кентавров, которые встретили нас любопытными и мирными взглядами. Неужели и это позавчерашние монстры?

Были среди них и женщины. Я хочу сказать, самки. Кентаврихи. Ох, и симпатичные! Имеется в виду, верхняя часть. Внизу это для тех, кто разбирается в лошадях. Я не разбираюсь.

– Так у вас что же и женщины есть! – воскликнул я.

– А что же мы убогие какие? – удивился в свою очередь Фолус. – Это пусть эти дуры, – он кивнул на Флору, – без мужиков живут. Мы еще умом не ослабли.

– Почему же ты тогда о них не рассказывал?

– Так ты и не спрашивал.

Это верно. Тут он меня поймал. Но я не унимался:

– И они что, все бесплодные?

– Почему же бесплодные? Еще, какие плодовитые!

И верно, неподалеку на лужайке играли в игру похожую на волейбол две сотни маленьких кентавриков. У меня чуть глаза на лоб не полезли, когда я их увидел. Зрелище не для слабонервных. Если взрослых кентавров я видел в книгах, в кино и на картинах старых мастеров, то малыши просто поражали воображение. Меня не оставляло чувство, что все это умелый маскарад с использованием компьютерной графики и последних разработок в сфере спецэффектов. Я даже спросил:

– И они настоящие?

– Еще, какие настоящие!

– Так это не наши женщины их вам рожают?

– Нет. Ваши на такое не способны. Вид не тот. Нам с копытами дети нужны и о четырех ногах. Так что на этот счет мы своими бабами обходимся. С чужими не рискуем. Нам такие богопротивные эксперименты не нужны.