Фаза

Неделю спустя

Спина явно не будет ему благодарна, когда он распрямится. Артем уже больше пятнадцати часов непрерывно сидел на табуретке, вводя различные словосочетания в надежде, что нечто, отозвавшееся на его приветствие, хоть как-то отреагирует на них.

Скрипнула дверь, и в кабинет ввалился генерал. Сначала он впустил внутрь свою негнущуюся ногу. Военный снял все повязки, оставив растрескавшуюся, бугристую плоть практически голой. Непонятно, делал ли он это для устрашения или еще для чего-то.

Швы, наложенные Артемом на лицо генерала, лопнули, и из ран выпирало нечто похожее на поролон. Выглядело отталкивающе.

Один-единственный глаз почернел окончательно, глазница потемнела, отчего лицо полковника выглядело теперь еще более зловещим.

– Я вернулся, Артем! – прорычал военный, щелкая вывихнутой челюстью.

Из шеи генерала торчали странные наросты, пропоровшие кожу. Это были поблескивающие металлические штырьки, напоминавшие разросшуюся щетину.

– Боюсь, мне нечем вас порадовать, – стараясь не смотреть в сторону военного, ответил Минин, свернув консоль.

– Чем ты там занимаешься, Артем?

Военный вытянул руки и схватил инженера за воротник. Минин попытался увернуться, но руки генерала оказались быстрее. Нечеловеческая сила швырнула его о стену.

Артем сильно ударился головой, рассек висок. В глазах поплыло.

– Мне нужны результаты, – голос генерала лязгал металлом. – Результаты, Артем. Дай мне их!

На пальцах вытянутых рук лопнула кожа, но за ней темнело нечто плотное, черное. Похоже, генерал действительно подсовывал туда какой-то упругий материал, вроде поролона.

Минин нащупал рюкзак, с которым пришел на эту базу. Перекинув его через плечо, он прислонился к стене, стараясь побороть слабость и усталость. Спина заныла, но это было несущественно по сравнению с болью в голове. Все-таки, похоже, он сильно ушибся.

– Генерал не в настроении, – выходя из темноты коридора, заявил солдат, поигрывая связкой ключей. – Покажи, что у тебя есть, Артем.

Военные обступили Минина и медленно оттесняли его к столу.

– Сами посмотрите, если интересно.

– Ты как с генералом разговариваешь? – солдат ухмыльнулся и ткнул Артема ладонью в плечо. – Все ради победы. Покажи, Артем.

Выдохнув и осознав, что деваться ему некуда, Минин опустился на табуретку.

– Я не создал никакого вооружения, генерал. И не собираюсь!

– Так ты предатель? – на свирепом лице военного вдоль одной из мимических морщин лопнула кожа. – Я с самого начала это знал!

Генерал злобно зарычал, даже солдат отступил в нерешительности.

– Прибился к нам и с самого начала саботировал наши исследования!

Дыхание военного было искусственным. Запах напоминал какой-то крем для обуви. Обычно так не пахнет от человека, тем более изо рта.

– Они мне, между прочим, в мозги залезли! – выкручивая кулаки, свирепо заявил генерал.

– Мне очень жаль, – вжавшись в табурет и стараясь не смотреть в лицо военному, ответил Минин.

– Ты один из них? – неожиданная догадка пришла в голову генералу.

Его неровные, растрескавшиеся, набитые материалом пальцы прикоснулись к очередной трещине на лице.

– Да, ты и есть противник!

Осознав, что другого шанса не будет, Артем соскочил с табурета, схватил рюкзак и прыгнул в сторону двери. Обогнув растерявшегося солдата, он помчался по темному коридору. Впереди маячил свет. В руках лежал заветный рюкзак.

Выбежав на улицу, он направился к тарелкам. Открыв блок управления, он подключил к нему шпионку и направил сигнал. Ему пришла в голову неожиданная мысль. А что если…

Распределительный щит мерно гудел. На экране мигала нижняя черточка, ожидая введения команды. Все свободное время Минин переделывал «шпионку». Теперь она могла не только отслеживать перемещение противника, но и передавать сигналы. При желании – даже в космос.

– Артем! – закричал генерал, ногой вышибив дверь корпуса.

Надо написать два слова и отключить защитный экран. Если это сработает, это будет прорыв. А если нет?

«“Дружба”, – отбили пальцы на клавиатуре, – “спокойствие”».

Отправить? Артем нажал клавишу ввода.

Поначалу ничего не происходило. За защитным экраном все так же бесновалось механическое полупрозрачное море.

Солдат успел подбежать к Артему и навести на него оружие. Осталось сделать только одну вещь, чтобы проверить, прав он был или нет.

– Больше никаких фокусов, Артем. Серьезно, пристрелю! – улыбнулся солдат.

К ним приблизился генерал. Дыхание его было сбивчивым. Черный глаз буравил инженера, отказывающегося покориться своей судьбе.

– Генерал! Вы хотели узнать, над чем я работал эти месяцы?

Военный непонимающе кивнул.

– Так смотрите! – рука провела по рычагу рубильника, выключив напряжение защитной сети.

– Не-ет! – раздался крик солдата.

– Что ты наделал, Артем? – прорычал генерал.

Купол замерцал и исчез. Гул, звучавший над базой, стих. Но противник не ринулся в атаку. Кластер, обступивший защитный купол, не двинулся ни на миллиметр. Он продолжал себя вести точно так же, словно купол по-прежнему работал.

– Ты решил убить нас всех?

– Генерал, смотрите! – солдат ткнул пальцем в небо.

Око, висевшее в небе, устремило свой единственный зрачок в сторону погасшего защитного купола.

– Бежим! – зарычал военный. – Этого хватай, он нам еще пригодится!

Солдат ткнул дулом пистолета Артему в плечо, давая понять, что шутки закончились.

Противник не проявлял агрессии, нависая над их головами. Металлические трубы сталкивались друг с другом со звоном, высекали искры и снова скрывались за полупрозрачной броней.

Шмыгнув в неприметную дверь, которую раньше Артем даже не замечал, военные первым делом основательно закрыли ее. Стальной затвор громко щелкнул, отсекая их от внешнего мира.

– Они не проявили агрессии, – прошептал Минин, но звук в абсолютной тишине оказался громким.

– Живее! – перебил его солдат, подталкивая спускаться вниз.

Они оказались в бомбоубежище. На нижнем этаже имелась разветвленная сеть коридоров, уходивших в разные стороны.

Солдат закрыл дверь, за которой начинался подъем наверх. Обреченно щелкнул механический засов. Воздух, впущенный ими в помещение, с шипением всосался в фильтры, расположенные в стене.

Артему надели наручники и провели в тесную комнату. От шершавых стен веяло холодом.

– Располагайся! – улыбнулся солдат и ударил Минина в висок прикладом пистолета.

Артем пришел в себя от холода. Руки за спиной затекли. Все время он лежал в неестественной позе.

– Спина, – простонал Минин.

Сколько времени прошло? Сколько он был в отключке? Что теперь делать?

Впрочем, он жив, и это уже неплохо. И самое главное: его гипотеза о неоднозначной природе противника нашла неожиданное подтверждение. Артем вспомнил все, что случилось с ним до удара в висок.

Может быть, это вовсе не противник? Звучит безумно, учитывая, что человечество практически уничтожено, а цивилизация лежит в руинах. Но кто же это тогда? И что это за сигнал запроса, постоянно звучащий в эфире? Фон и характер помех изменились, когда он отслеживал их в последний раз. Может ли это говорить о том, что с ним вышли на контакт?

Как интерпретировать этот ответ? Если это, конечно, ответ и он не выдает желаемое за действительное или вовсе не лишился рассудка.

В темноте раздались шаги. Лязгнул замок, тяжелая дверь со скрипом отворилась.

– Темно, – прошептал Артем. – Не вижу, кто там?

– Это я, коллега, – раздался в темноте сытый и довольный голос Эмиля. – Принес тебе немного еды и воды.

– Эмиль, – Артем попытался встать, но руки, заломленные за спиной, не позволили это сделать.

– Лежи, лежи, бедолага, – техник склонился над инженером, положил его голову себе на колени и принялся аккуратно поить его из чашки. – Только военным не говори, а то меня сюда вместе с тобой запрут. Велели ничего тебе не давать.

– Эмиль, – напившись, Минин перевел дыхание, – надо что-то делать. Все… все не так, как мы думали!

– Противник занял верхние этажи, – поделился Эмиль последними новостями. – Все, что у нас осталось, это бомбоубежище. Зато здесь внезапно обнаружилось ядро. Вот только попасть внутрь не получается, создатели об этом позаботились.

– Аппаратное ядро? – уточнил Артем. – Программный центр, из которого можно отдавать команды и программировать действия?

– Да, – без интереса согласился Эмиль.

– Мне нужна твоя помощь!

– Даже не думай, Артем. Теперь все по-другому. Я теперь с ними. Помнишь, о чем мы с тобой говорили? Генерал вообще хотел тебя убить. Это я упросил его оставить тебя в живых.

– Спасибо, – Артем невольно сглотнул и снова отпил глоток холодной воды.

– Зябко тут у тебя. В следующий раз принесу тебе телогрейку, их тут много осталось, на складе.

– Сколько я был в отключке?

– Сегодня третий день. Точнее, третье утро.

– И мы до сих пор живы, – прошептал Минин.

– Только благодаря слаженным действиям военных, – согласился Эмиль. – Они, конечно, ребята суровые, зато защищают меня, заботятся. Не понимаю, Артем, чего тебе не жилось спокойно? Копался бы в детальках, жили бы сейчас наверху и горя не знали.

– И долго ты собирался так жить?

– Да сколько придется! Тут главное – это жить. Жить, понимаешь? Это ты все о чем-то кумекаешь, а мое сопротивление окончено. Хочу дожить спокойно и умереть в тепле.

– Помоги мне снять наручники, Эмиль. Больше ничего не надо. Никто не узнает, что это ты сделал. Поможешь, и мы в расчете.

– И больше не будешь меня во всякие авантюры звать?

– Обещаю, не буду.

– Ладно, я посмотрю, что можно сделать. У меня сейчас неплохие отношения с… ну, ты помнишь, с солдатом. Он говорит, что в сложившихся обстоятельствах нам всем требуется примерить на себя несколько ролей в обмен на его защиту. В последнее время у них с генералом имеются кое-какие расхождения. Иногда ругаются, о чем-то спорят. Генерал постоянно кричит, что ему залезли в мозги, винит во всем тебя.

– Мне очень жаль, что все так получилось. Если у меня получится бежать, тебе больше не придется участвовать в противостоянии. Оно для тебя закончится, обещаю.

– А солдат?

– Он не будет больше для тебя проблемой.

– Хорошо, Артем, – после некоторого промедления ответил Эмиль. – Не могу сказать, что верю тебе на все сто процентов, но им, – в темноте Минин не увидел, как Эмиль кивнул в сторону двери, – я не доверяю еще больше. Я их боюсь. Особенно генерала. Он в последнее время сильно изменился.

Когда дверь за Эмилем захлопнулась, Артем положил щеку на холодный пол. Оставалось только ждать. Если техник сумеет раздобыть ключ от наручников, у него появится шанс.

Что он будет делать? Выход только один – постараться попасть в ядро. Все пароли ему известны. Если в аппаратном модуле можно забаррикадироваться, то, возможно, у Артема появится шанс все изменить.

В холоде и темноте время тянется медленно. Инженер встал и попытался размять затекшие ноги, но помещение было довольно узким для прогулок. От одной стены до другой хватало всего нескольких коротких шагов. Настоящая конура.

Иногда Артем, стуча зубами от холода, считал секунды, но потом ему это надоедало.

Через какое-то время лязгнул затвор, и дверь слегка приотворилась. В наступившей тишине Минин слышал, как колотится его сердце.

Если это пришли военные, то скорее всего они убьют его.