Князь Демидов. Том III

— Ну-у-у-у… С детьми у неё, как-то всё очень легко… Она перебралась в Москву из Парижа. Была там няней. А потом её уволили… И вот… Теперь Жизель с нами.

— За что её уволили?

— Так… Ничего особенного… — Вика истерично хихикнула и чуть не зарыдала: — Просто… одолжила бриллиантовую подвеску у своей Госпожи… Сбежала на бал… А, разрешения спросить… как-то позабыла… Но она хорошая!!! Работает в парке уже полтора года! Я вам за неё ручаюсь…

Конечно, я всегда спокоен. Переживать и нервничать — это удел людишек. Но даже у меня сейчас от всего происходящего задёргался глаз…

— Дальше. — холодно произнёс я.

— Д… Да… — управляющая зачем-то низко поклонилась, и мы направились вглубь парка: — Тут нас ждёт удивительный зверь-фокусник! В… Встречайте… Тигр Афанасий!

Когда Вика попыталась закосить под конферансье цирка, выглядело это максимально забавно. Если бы не кипящие внутри меня гнев с раздражением, то, наверное, даже похвалил бы её.

— Кхм… Ти-и-и-гр… Афанасий! — управляющая вновь распростёрла руки в разные стороны, но ничего не произошло.

— И? — ещё один страшный взгляд в сторону Вики.

— Секунду… — виновато прошептала она, и аккуратно зашла в небольшой цирковой вагончик. Мы с Толиком прошли за ней.

Внутри нас встретила адская вонь и… храп. Причём, довольно громкий!

В центре вагона на деревянном полу дрых жирный тигр, накрытый цветастой тряпкой. Рядом с его мохнатой головой валялся некогда белый, но сейчас уже весь в коричневых пятнах тюрбан с длинным павлиньим пером.

— Афанасий… — Вика присела на корточки и аккуратно потрогала тигра за толстый бок.

— А?! — божок приоткрыл один глаз.

— Нормально всё у тебя?

— Ага… — выдохнул Афанасий и трижды недовольно ударил мощным хвостом: — Плохо себя чувствую… Спать охота…

— Ну, Афанасий… Там зрители… Ну? Давай! Пойдём… — Вика, словно мамочка, которая будила своего любимого сыночка в школу: — Просыпайся… Зрители ждут!

— Не-не-не… Я сегодня никак… — тигр облизнулся и перевернулся на другой бок: — Там же есть Жак… Пускай идут к нему. Он им на саксофоне и трубе сыграет… Мр-р-р…

— Ну, Афонечка… Ну, миленький… Хочешь я тебе пузико почешу? Ну? Правда, очень надо! — наша бедная управляющая продолжала уговаривать бессовестного тунеядца.

— Не. — ответил тигр: — Вдохновение кончилось.

— И ты ещё смеешь называть себя фокусником? Не тигр, а кусок полосатого сала. — холодно произнёс я.

— Ух ты… — тигр недовольно приподнялся и посмотрел на меня: — Это кто у нас тут такой смелый? М?

— Демидов Владимир Аркадьевич. — я подошёл ближе: — Но тебе уже нет смысла запоминать моё имя, жирдяй. Ты будешь первым в списке на увольнение.

— Вика!!! — тигр едва не разрыдался, и обиженно уткнулся мордой в живот управляющей.

— Тише-тише… — она тут же принялась его наглаживать: — Говорю же, вставай… Покажи нашему новому хозяину, что умеешь…

— Он меня обижает!!! — заныл полосатый бегемот.

— Либо поднял свою толстую задницу и начал показывать фокусы. Либо проваливай прямо сейчас! — я хотел пнуть толстяка, но смог себя сдержать. Дворяне не распускают рук, даже когда очень сильно раздражены.

Видимо, практически идеальная дисциплина Бастиона избаловала меня. Когда мелочь пузатая косячила — стоило лишь немного повысить голос, чтобы они, наматывая сопли на кулак, бежали исправляться. Я уже успел позабыть, какого было на планете-заводе. Да и весь остальной опыт работы с дЭбилами тоже. И этот увалень послужил триггером к запертым воспоминаниям.

— Ваше Благородие… Он же артист! Можно с ним полегче? — тут же произнесла Виктория.

— Да я его сейчас на пол, как масло на хлеб намажу. Полосатый! Говори, кто твой хозяин? Хочу высказать пару ласковых этому бездарному заклинателю.

— Нет у меня хозяина. — вздохнул тигр: — Как и у всех остальных духов, работающих в этом парке…

— Неужели? Работаете за деньги? — удивился я.

— Нет. Мне просто нравится тут быть… Вот и всё. — нахохлился Афанасий.

— Так если не хочешь вылететь, какого рожна тыкаешься мордой в управляющего? Чего корчишь из себя не пойми кого? Ты же фокусник! — я схватил тигра за хвост и подтащил к себе: — Показывай свои фокусы! Живо.

— Ты не ребёнок… Тебе не зайдёт.

— Я сейчас тебе ботинком в голову зайду! — прорычал я, сжав кулаки: — Чертова ленивая жирная гусеница. Ты не сотрудник, а самый настоящий паразит!

— Понял. Принял. — Афанасий тут же надел на голову тюрбан и встал на задние лапы: — Ахалай-Махалай! Гляди, как могу!

Между когтистых пальцев тигра начали сновать карты. В общем-то, типичное упражнение на ловкость. Ничего необычного.

— Вытяни карту и запомни её. Мне не показывай! — Афанасий протянул Толику колоду с одной выдвинутой картой. Очкарик вытянул, внимательно посмотрел и даже показал мне. Туз треф. Ладно.

Тигр забрал карту обратно, перетасовал колоду, и спустя мгновение вытащил… кто бы сомневался — туза треф.

— Ого! — Толик явно был в восторге. Видимо, очки не позволили ему внимательнее разглядеть рубашку на выдвинутом тузе. Впрочем, ничего удивительного.

Дальше тигр вытащил из волшебной палочки цветы, запустил голубя из своего тюрбана и даже нашёл у Толика за ухом пятирублёвую монету с явными отметинами от тигриных когтей… В общем-то, я смотрел на всё это с нескрываемым разочарованием, но моему брату нравилось. Детишек тигр зацепить мог, но вот эта его халатность и безответственность…

— Достаточно. — я поднял ладонь: — Мы поняли, что ты не плохой персонаж. Но учти… фокусник должен фокусничать, а не дрыхнуть на полу. Понял меня?

— Да, босс… — виновато протянул Афанасий.

— Ты меня не слышал? — я слегка нахмурил брови: — На улицу. Живо!

— Да, босс! — тигр взял все свои пожитки и торопливо покинул вагон.

— Он… забавный. — заявил Толик и с надеждой посмотрел на меня.

— Ни чуть. — сухо ответил я и повернулся к Вике: — Ты со всеми так сюсюкаешься?

— Афанасий — особенный! Его бросил хозяин…

— Ленивый жирный тигр — не может быть особенным, даже если его бросил хозяин. Это в первую очередь — фокусник, который зарабатывает для твоего предприятия деньги.

— Он старается! — попыталась вступиться Вика.

— Ты сама-то в это веришь? — я лишь отрицательно покачал головой: — Управляющий, конечно, должен найти подход к каждому своему сотруднику… Но то, что я сейчас увидел — это кошмар! Некомпетентность и нарушение субординации. Запомни главное — не ты нуждаешься в них, а они нуждаются в тебе! Незаменимых спецов нет, дорогая. Поверь мне на слово. Уж я это прочувствовал на собственной шкуре.

— Хорошо, Ваше Благородие…

— Пойдём уже дальше. Я рассчитываю увидеть хотя бы один положительный момент этого ужасного парка…

— Вы всё… увидите… — виновато протянула управляющая, и мы наконец-то покинули вагончик фокусника.

Тигр, получив на орехи, теперь активно размахивал своими картами в разные стороны. Правда, из зрителей у него был лишь порванный мусорный мешок, из которого на асфальт высыпались желтые листья и чумазый голубь, с ужасом наблюдавший за всем происходящим.

А мы тем временем продолжили прогуливаться по месту, которое обречено на тотальное уничтожение. Я уже слабо верил в благоприятный исход для этого парка. Меня воротило буквально от всего! От разбитого асфальта. От огромных куч конских яблок на прогулочных тропах, от ржавых указателей, от листвы, которую легкий ветерок гонял по земле, от ржавых заборчиков, которые больше напоминали могильные оградки… Да абсолютно всё здесь вызывало отвращение!

И, казалось бы, что может быть хуже?

— Унылая пора… — икнул хриплый голос откуда-то сверху: — Очей очарованье! Приятна мне твоя прощальная краса… АЙ!!!

Спустя мгновение Толику под ноги рухнуло нечто странное. Приглядевшись, я понял, что это пухлый мужичок лет пятидесяти на вид. Очень похож на типичного бродягу. Потрёпанный плащ, шляпа-котелок с прожжённой дырой по центру, перчатки с обрезанными пальцами. Только вот — измалёванное лицо, кошачьи уши и выцветший хвост совсем не соответствовали общему образу.

— Это божок? — удивился Толик.

— Это Кот-Баюн. — тяжко вздохнув, ответила Вика: — Он читает детишкам стихи…

— И дышит перегаром. — я обреченно закатил глаза: — Просто нечто… У вас сотрудники ещё и пьют на работе. Виктория, как ты это прокомментируешь?

— Это… было в первый и в последний раз… — управляющая виновато посмотрела на меня, а затем перевела взгляд на Баюна: — Да, Иван Фаритович? В последний раз же… Да?

— Вы не слыхали, как поют ДРОЗДЫ-Ы-Ы!!! — заголосил алкаш, перевернувшись на спину: — Ох… Семёновна… Ты бы мне постелила…

— Иван Фаритович!!! — возмутилась Вика.

— С вещами на выход. — строго произнёс я: — Ты же это хотела сказать?

— Я? А? — девчонка явно растерялась больше прежнего: — Но… Как же мы… Без Кота-то будем? Его детишки любят… Он весёлый… Когда трезвый.

— Иван Фаритович, я вынужден предупредить вас, что, если вы сами отсюда не выползете — мои люди помогут вам. А они церемониться не любят.

— Шо?! — Кот-Баюн открыл глаза и слегка испуганно посмотрел на меня: — Как же это… Ик, ой… Я — заслуженный артист Российской Империи… Да я… Играл ещё в восемьдесят седьмом с самими Замычковским и Вормсом! Под ак… Ок… Под аккомпанемент оркестра имени…

— Меня это не интересует. Алкаши тут не нужны. Вы мне противны. — ответил я.

— Да кто сказал, что я алкаш? — Иван Фаритович посмотрел на меня самыми честными глазами во Вселенной: — У меня душа… Болит! Понимаете, Ваше Благородие? Это у вас жизнь весёлая… Счастливая. А у таких отбросов, как я… Хотя, чего муха будет объяснять пчеле о том, что…

— ИВАН ФАРИТОВИЧ! — воскликнула Вика: — Вы что, хотите нагрубить дворянину? Да вас повесят!

— И пускай… — выдохнул Кот-Баюн: — Мне уже терять… Ик, ой! Нечего…

С этими словами бедолага закрыл глаза и уснул.

— Опять надрался! — возмутился девчачий голосок, и с ближайшего дерева к нам спустилась белка: — Вы не серчайте, судари! Мы с девчонками его сейчас же уберём с дороги.

— Было бы замечательно. — ответил я, наблюдая за тем, как стая белок подхватывает тело алкаша и уносит в кусты.

— Вы позволите мне самой с ним разобраться… Ну, когда он проснётся? — взмолилась Виктория.

— Ты же тут управляющая. Тебе и разбираться. — усмехнулся я: — Но честно… Ситуация всё больше перевешивает в сторону того, что это место пропитано ересью. Его надо сжечь.

— Прошу… Давайте всё обойдём, и вы… Вы вынесете свой вердикт уже в конце… Ладно?

— Я и говорю — пока лишь перевешивает. Но свое окончательное решение я ещё не озвучил.

Однако, был практически готов вызвать сюда армию заклинателей огня. Не знаю, что такого тут может произойти, чтобы меня в один момент очаровало и я передумал сносить парк. Управляющая — бесхребетная маленькая девчонка. Сотрудники — лодыри и алкаши! Ну, только белки мне понравились. Сразу утащили тело с глаз долой. Да, белки классные. Но вот всё остальное…

— Привет, братишки! Заходите на блинчики к Лисичке-сестричке! — из полуразрушенной избы на нас выглянула жуткая ростовая кукла в виде лисы.

Страшная морда каким-то невероятным образом подмигнула нам, а затем пару раз шмыгнула черным носом.

— Ого! — восхищению Толика не было предела: — Это что? Аниматроника? Обалдеть!

— Вот ещё! — возмутилась жуткая лиса: — А ты подойди, да проверь! Я — настоящая!

— Круть! — очкарик чуть не запрыгал от счастья: — Володя, мы же посмотрим, как работает местная аниматроника? Посмотрим же, да?

— Прежде, чем я тут всё сожгу — ты сможешь посмотреть любого из этих… Златан Всемогущий. Это ещё что за дичь?

— Хэй-хэй-хэй!!! Красотка!!! Как дела-делишки? — в нашу сторону со всех ног бежало нечто… Честно говоря, я даже не мог сразу определить, что же это такое. Серый выцветший костюм, огромные уши, боксёрские перчатки и жуткая морда с усатым носом.

— Мамочка… Он опять за своё! — испуганно пискнула Вика и спряталась за меня.

— Ну, куда же ты?! — непонятное существо практически подбежало ко мне вплотную, но я сделал шаг в сторону и легонько ударил его в острый усатый нос: — Ай!!! Больно же!!!

— Смотри, куда прёшь, грёбаный кошмар. — холодно ответил я, и схватив существо за воротник, подтянул к себе: — Что ты, мать твою, такое?

— Я не грёбанный кошмар! — возмутилось «оно»: — Я весёлый озорник — Мышкабой! Символ этого парка! Прибыл чтобы веселить мальчиков и девочек. Особенно девочек. Особенно — совершеннолетних! Хи-хи-хи…

— Мратство… Ничего тупее я ещё не слышал. Так, что это за дичь? — спросил я у Вики.

— Он был символом «Олимпиады» в Москве в девяносто втором году… Спортивный мышонок. — тихо пояснила управляющая: — Раньше у него на поясе были олимпийские кольца, но он потом их где-то посеял…

— Прекрасно. — я схватился за уродливый плюшевый нос и попытался снять маску: — Яви свой лик народу, чудовище! И возможно, огонь Священной Инквизиции не коснётся тебя…

— Ай! АЙ!!! БОЛЬНО!!! — заверещал Мышкабой и попытался вырваться из моих рук.

— В смысле?

— В коромысле! — плюшевая голова чудовища запузырилась, и спустя мгновение, на меня уже смотрел возмущённый молодой юноша: — Что? Энерго-хамилов никогда не видел?

Энерго-хамилы — крайне редкая разновидность духов третьего ранга, которые могут принимать облик человека, зверя и различных чудовищ, чтобы морально задавить противника. Как правило, обитали неподалёку от Мест Силы и энергетических аномалий. Зачастую люди использовали их, как страшилищ для рекламы рекреационных ресурсов. Я видел несколько статей про Лохнесское чудовище, Снежного человека, Карадагского монстра, Чупакабру и пришельца Алёшу. Туристы такое любят. Общая информация по энерго-хамилам есть в учебнике «Духоведенья» для первого курса. Пуся очень настаивала на том, чтобы я прочитал его от корки до корки.