Князь Демидов. Том III

А вот Толик даже и не думал унывать! Для него всё это выглядело, как очередное повседневное приключение:

— Если с другом вышел в путь — веселей дорога! — с улыбкой произнёс он.

— Дорога в ад… — вздохнув, ответил я.

Хотелось бы перенять хоть немного оптимизма от брата, но к великому сожалению — парк достался ИМЕННО МНЕ. И теперь ИМЕННО МНЕ решать, как выжать из этой территории хоть немного денег на реализацию своих планов.

Финансы имеют противную привычку иссякать, поэтому без пассивного дохода мне тут явно придётся несладко. Тем более — уже взял себе хороший и крайне дорогой автомобиль! Приятно, но теперь эту сумму нужно как-то отбить.

— Д-да ладно уж вам… — тихонько произнесла Вика: — Нормальный парк… Хороший. Со своей изюминкой.

— Обычно про «изюминку» говорят в другом случае, но, пожалуй — промолчу. — сухо ответил я.

Да, как правило — «со своей изюминкой» были вещи, у которых отсутствовали очевидные положительные качества. А неочевидные при этом были настолько незначительные, что на эту вещь попросту не обращали внимания.

— П-простите… Я, пожалуй, больше не буду вставлять свои пять копеек… — пискнула девчонка и опустила взгляд.

Вот есть тип людей, которые даже если ничего не сделали — выглядят максимально виноватыми и растерянными. Вика, как раз была одной из таких! И мне совершенно непонятно, как столь зашуганного ребёнка допустили до управления целым парком аттракционов…

— Скажи, а сколько тебе лет? — поинтересовался я.

— Двадцать четыре…

— Ого! Я думал, что лет шестнадцать. — бестактно выпалил Толик.

— Мне все так говорят… — вздохнула Вика: — Возможно, из-за этого иногда с местными происходят конфликты… Несерьёзные… Просто, мне кажется, что они тоже видят во мне ребёнка.

— Ты уж не обижайся, но внешность — не главное. — заверил её я: — Сколько ты уже здесь работаешь?

— Два года, Ваше Благородие…

— Приличный срок. — я посмотрел на покосившийся «Дом Страха» с перекрытым входом. Вот он единственный, кто выглядел нормально. Реально жуткий и уродливый… каким и должен быть истинный «Дом Страха». Даже немного жаль, что он закрыт.

— Приличный срок? Что вы имеете в виду? — осторожно спросила управляющая.

— Имею в виду то, что людей ценят не за внешность. Да, я понимаю, что встречают по одежке, и когда ты выглядишь некрасиво или, как малолетний ребёнок — показать себя намного сложнее. Но по факту — ты можешь повернуть ситуацию так, чтобы тебя зауважали. Доказать свою компетентность и авторитет делом, а не словом. — ответил я.

— Вам легко говорить… — с грустью ответила девчонка: — Вы в свои семнадцать лет, выглядите как настоящий мужчина! А ваш брат… хоть и чуть меньше… но по крайней мере очень хорош собой. А я…

— Очень симпатичная девушка! — Толик решил сделать свой фирменный удар комплиментом невпопад, но Виктория сей финт не оценила...

— Полно вам, Анатолий Аркадьевич… В средней школе меня называли карликом… В институте дразнили хоббитом и полуросликом. Мне всегда приходилось сталкиваться с насмешками и максимальным неуважением. Но… я боролась. И никогда не опускала руки! Однако здесь мне пришлось столкнуться с настоящими взрослыми людьми. Сперва им было меня жалко. А потом… В общем, не хочу пока об этом. Давайте продолжим экскурсию!

Глядя на Вику и всё происходящее, я ненароком вспоминал свой первый корявый опыт управленца. Это был… крайне отвратительный путь, который хоть и принёс много пользы, но столкнул меня с кучей различных нюансов. Наверное, у каждого есть такой период в жизни, о котором очень неприятно вспоминать.

Напомню, что после тотального уничтожения первой планеты, меня приютила Императрица Лай-Лабэ. Именно она взрастила во мне истинного воина. Качественного офицера, который мог вести в бой небольшую армию.

А вот опыта в управлении производственными циклами, и уж тем более огромными предприятиями у меня тогда ещё не было. Но это не помешало Часовым Сената перехватить мою энергетическую сущность сразу после трагических событий в Межгалактической Империи и привести в распределитель.

Если говорить проще — меня отправили в ссылку. Очень условную, но всё же… Я против своей воли выполнял обязанности помещика на одной из производственных планет Сената. Местный Миротворец тогда соблаговолил сделать для меня что-то типа инструкции по управлению данной сетью предприятий. Нет-нет… Не надо думать, что Создатели миров всегда такие добрые и понимающие. Зачастую у них нет времени на то, чтобы отвечать на вопросы всякой мелочи, типа тех же самых трейсеров. Просто на тот момент задача оказалась крайне важной. Если бы что-то пошло не так из-за моей некомпетентности — Создатель миров мог бы попросту лишиться одного крайне ценного ресурса.

Мне дали огромный архив с кучей различных схем на тему «Как управлять сотрудниками». Понятное дело, что большая часть была завязана на грубой силе.

Вплоть до начала освоения космоса, племена людей демонстрировали друг другу дубины и топоры. Соответственно — чьи топоры и дубины были больше, тот и главный. Понятное дело, что со временем оружие совершенствовалось, но суть не менялась.

Однако, мне показалось, что запугивать подопечных грубой силой, это как-то неправильно.

Хоть я и оставался послушным солдатом Сената — моя творческая и любознательная натура всеми силами прорывалась наружу. А как иначе? Ты сидишь на мелком камне посреди космоса, а вокруг — вообще ни одного контролирующего органа. По сути — ты можешь делать всё, что захочешь. Главное, чтобы планета-завод продолжала осуществлять поставки ресурса строго по графику. И поэтому, иногда я давал себе волю.

Понятное дело, что в любой организации есть нарушители. Именно на планете-заводе строго карались прогульщики и «опаздуны». Их сселяли на несколько месяцев в самый нижний уровень, где находились цеха по переработке отходов. Работёнка крайне отвратная… Но зато туда никто не ходил. Вот этот уровень-то я и называл условным подземельем. А нарушителей, соответственно — штрафниками.

Так вот, я спускался в подземелья для штрафников и проводил над ними различные управленческие эксперименты. Ставил в разные условия, проверял реакцию, сталкивал лбами и ещё много всякой, как бы сейчас сказала Алиса — нереальной жести.

Мы практиковали силовые методы давления, шантаж с доносами, метод «кнута и пряника» и даже стиль полной индивидуальности, где каждый участник подземелья мог за круглым столом поделиться своими мыслями и идеями.

На всё это у меня ушло тридцать лет.

Планета-завод продолжала отгружать ресурс, пока я тайком экспериментировал над штрафниками, выбирая, какой же метод управления окажется самым лучшим. Старался действовать максимально скрытно… чтобы не поднимать лишнего шума.

Тут тоже было разделение на работяг и условный «офисный планктон». О, да… Там-то и началось моё раздолье. Я был истинным дьяволом, который издевался над грешниками-нарушителями по полной программе.

Сперва держал своих подопечных в вечном страхе перед выдуманным надзирателем. Но понял, что со временем — уважение постепенно перерастает в ненависть. Среди подопечных появляется оппозиция, от которой слишком много проблем. Любые выговоры и увольнения с занесением в личное дело провоцировали ещё больше конфликтов. Информация могла уйти «наверх», что для меня было крайне непозволительной роскошью. Дошло даже до того, что 70% моих подопечных устроило бунт в подземельях. Пришлось срочно разбираться со всеми недовольными и убивать несуществующего надзирателя!

Информация наверх не ушла, но потери среди сотрудников оказались катастрофическими! Те, кто не согласился на обновлённые условия были уволены. А я тогда ещё долго проводил работу над ошибками.

Метод доносов проиграл ещё в зародыше. Объективности ситуации помешал человеческий фактор. Людишки любят строить козни и жаловаться. А ещё я тогда не учёл фактор зависти. Мол, а чего это у Феофана зарплата в три луковицы, а у меня в две? Напишу кляузу, что он вор и либерал! Пускай администрация с ним разбирается.

В конечном итоге, атмосфера в подземельях стала крайне токсичной… и я сейчас не про качество дыхательной смеси. С ней там всё было хорошо.

Просто мои подопечные стали поголовно жаловаться друг на друга. Сперва в расчёт шли главные недруги. Потом просто те, кто казался противным. А после них, в ход пускались даже сотрудники, которые утром забыли поздороваться и бла-бла-бла. В общем, всякая «типа неприятная мелочь». Работать в таких условиях было невозможно, поэтому, как бы сейчас выразился Митрич — мне пришлось прикрыть лавочку.

Огромные надежды были на круглый стол.

Казалось бы, зачем «изобретать колесо», если уже всё давным-давно написано и изучено? Вот — прочитай архивы и талмуд Миротворца. Уж у Создателя миров явно должно быть мозгов побольше, чем у отставного офицера Межгалактической Империи… Но нет. Зачем? Творческая и любознательная личность опять победила. Мне нравилось страдать хренью, и я чувствовал в этом какой-то особенный смысл. Мратство… хочется вернуться туда, и надавать себе, как бы выразилась Пуся — лещей за всё это безобразие. Прочитал архив, поехал по тем же рельсам, получил лучший результат. Всё! Но… Кхал Консо образца тех времен был не таким.

Уже создано несколько сотен форматов колёс? Плевать! Кровью, потом и потерями нервных клеток создам ещё одно. Идиот…

Да и вообще, мне тогда казалось, что метод «круглого стола» не применяли только потому, что не знали о нём. Ага… вот такой вот «гениальный» отставной офицер. Был умнее всех управленцев Мультивселенной. Аж вспоминать противно.

А ведь поначалу всё шло хорошо. Равноправие, круглый стол и взаимопонимание, которого так не хватало между управленцами и исполнителями в подземельях. Подопечные общались. Даже немного слушали друг друга. Но затем этим проклятым обезьянам стало мало того, что они чуть ли не за ручку ходят с руководством. Такого лютого нарушения субординации я не видел нигде и никогда… Подземелья затрещали и пошли в разнос!

И, в чём же причина сбоя данной системы? Неуважение? Перевесившее чувство вседозволенности и свободы, которое сыграло злую шутку? А вот и нет!

80% работали так же исправно, как и всегда. Они не смогли адаптироваться, и продолжали внимательно слушать руководство. 10% проявили себя толково. Они предложили огромное количество интересных и очень грамотных идей. А вот оставшиеся 10%... Это тихий ужас! Вернее — как раз-таки громкий.

Они орали о несправедливости, и о том, что об них все вечно вытирают ноги. О том, что предприятия по добыче ресурса — рабовладельческие конторы с мизерными зарплатами, ужасными условиями труда и некомпетентными руководителями. И что вообще тут надо всё переделать! Мол — рыба же гниёт с головы. В выражениях не стеснялись, чем сильно меня разозлили.

Казалось бы — а что такого? «Десять процентов, это не так уж и много!» — наивно подумал я. Да только вот, эти самые десять сверхнедовольных процентов затмили собой абсолютно всех.

Во-первых, из-за их криков и активности — у подобающего числа подопечных создавалось впечатление, что в подземельях действительно что-то не так. Во-вторых, они попросту мешали работе подземелий своими вечными созывами руководства и жалобами на то, что все всё делают не так. В-третьих, они «заражали» своими идиотскими идеями новых штрафников, которых спускали в подземелья за опоздания и штрафы.

Мой эксперимент закончился крахом, ибо небольшое количество необразованных крикунов могут легко раззадорить огромное количество необразованных молчунов, поддев их собственное достоинство. Мол — видишь, сколько главный инженер зарабатывает? Это не потому, что он потратил огромное количество собственного времени, сил и материальных ресурсов на обучение. А просто потому что он оборзел! Необразованные мартышки начнут кричать о несправедливости, и о том, что Правление совсем зажралось. Да, я соглашусь, что на моём пути попадались предприятия с крайне жадным руководством, но тут ведь нужен баланс. Золотая середина! И в моих подземельях она была. Это не моё субъективное мнение, а оценка специалиста, к которому я ещё потом вернусь.

К следующему методу управления подходил осторожно. Скандалы и различные слухи малость подмочили мою репутацию, поэтому теперь я подходил к вопросу с поддержкой, выданной мне литературы. Наконец-то… Не прошло и сотни лет.

В итоге, кнут и пряник зарекомендовал себя, как самый лучший метод управления подземельями. Я вывел идеальную форму, где при помощи хитрых манипуляций создал идеальную команду. Практически — семью!

И все хотели работать. Все стремились к перевыполнению плана, чтобы как можно скорее вернуться на поверхность… А, я лишь потирал ручки и злорадно усмехался. Идиот… Всё это можно было сделать сразу, если бы прочитал инструкцию. Но я же трейсер… Что мне тридцать лет нервотрёпки, верно?

Но было в этом и кое-что положительное. За тридцать лет экспериментов, я настолько вник в ситуацию, что сам прекрасно знал, как на планете-заводе работает каждый винтик. Мог встать за любой станок, установку или войти в любой кабинет, на любой уровень предприятия и быть лучшим из лучших. Неважно, производственный это процесс или же работа руками — я знал всё! Вплоть до мельчайших нюансов и подводных камней.

А мои подопечные это видели.

Дела пошли в гору, а я искренне верил в то, что процесс налажен и дело сделано, но… Всегда есть это омерзительное «но».

В итоге, именно отличный результат и сыграл со мной злую шутку. Через семьдесят лет после моего триумфа Сенат решил, что я готов для чего-то большего. И как я сразу про это не подумал? Доказав вышестоящему руководству, что Кхалу Консо можно доверить крайне сложные управленческие задачи, я сам себе подписал приговор. Перед поступлением на службу в Бастион — меня ожидал сущий ад!

Но это уже совсем другая история.

Главное, что теперь у меня был опыт, и я мог невооруженным глазом увидеть абсолютно все косяки в производственных процессах, взаимоотношении между сотрудниками и работе управления.

— Прошу сюда… — Вика указала на небольшую кабинку, внутри которой дрых старик: — Это у нас билетная касса… Мы уже перешли в новый век и выдаём всем посетителям браслетики… по которым можно расплачиваться возле всех работающих аттракционов. Вот.

— Браслеты? — я подошёл к кабинке и постучал в окно.

Старик тут же подскочил, и поправив кепи, вежливо произнёс:

— Чем могу помочь?

— Здравствуйте. Хочу посмотреть браслеты.

— Конечно! — старик тут же вытащил синий резиновый браслетик и протянул мне.

— Хм-м… — материал выглядел максимально дёшево. А замочек был настолько расхлябанным, что браслет мог сорваться в любую минуту: — У вас есть штрафные санкции за утерю данного устройства?

— Десять рублей. — ответила Вика.

— Десять рублей? Ох… В общем, прежде, чем мы начнём более плотно знакомиться с парком, я хочу предупредить. Во-первых, мне необходимо посмотреть, что же ты за специалист. Вот серьёзно. Пока что ты выглядишь, как испуганный щенок, в котором от управленца — одно название. А во-вторых — у меня в голове два возможных развития событий. — тяжко вздохнув, произнёс я и отложил браслет обратно в кассу: — Первое — снести тут всё к чёртовой матери. Сжечь дотла! Испепелить и сравнять с землёй, чтобы построить тут нечто действительно интересное и общественно полезное. Потому что парк выглядит… просто ужасно! Он вгоняет меня в уныние. МЕНЯ — взрослого человека! Я даже боюсь представить, что именно происходит в голове у детишек, когда они видят всю эту ущербность. И второе — в чём я сильно не уверен, это оставить парк, но провести в нём ряд модернизаций и кадровых улучшений, если ТЫ в течении часа докажешь мне, что из этой помойки в перспективе можно выжать хоть немного денег.

— Парк нельзя закрывать! И я… Я докажу вам! — тут же пискнула Вика.

— Не теряй ни минуты. У тебя час. Не больше. — строго ответил я: — Постарайся показать мне сильные стороны данного… кхм… заведения.

Как показывает практика — первое впечатление порой бывает ошибочным. Возможно, я сам себя накрутил и начал обращать внимание только на самое плохое. Всё же, этот мир настраивал меня на чудеса! Я же нашёл здесь Шанго. Так может, и в парке смогу найти хоть что-то положительное?

Есть небольшая вероятность, что, вложив определённую сумму денег, это место ещё можно спасти… Грамотные специалисты, толковая и интересная развлекательная программа, талантливые исполнители и качественная кухня — всё это, в теории, могло бы исправить положение. Осталось только понять, случится ли чудо и откроется ли мне потенциал этого парка. Люди же любят развлечения…

— Воды? — Вика подошла к автомату с потрескавшимся стеклом: — Или… может быть, хотите газировки? Чуть дальше есть автомат с кофе…

— Не стоит. — холодно ответил я, и мы продолжили своё путешествие по «миру детских грёз». Миру очень жутких детских грёз… Как будто вырванных из фильма ужасов, о которых постоянно трещала Иришка.

— Во-от… это у нас… «Радужный дом Конька-Горбунка»… — управляющая остановилась возле забора, который раньше, возможно, и напоминал радугу, но теперь это всё больше походило на деревянный топляк с облупившейся краской.

Из небольшого почерневшего от времени и сырости сарая вышел… осёл. Причём, ощущение, будто бедному животному испоганили рацион питания. Худые ножки и огромный живот. Из-за грязной лохматой чёлки родственник лошади явно ничего не видел, ориентируясь лишь на звук. Тяжко вздохнув «Конёк-Горбунок» сделал ещё несколько шагов, и только сейчас я обратил внимание, что к нему была привязана телега.

— Это… дух? — поинтересовался Толик.

— Нет, это осел. Ослица, если быть точнее… — опасливо сглотнув, ответила Вика.

— А что с ней не так? Почему ноги такие худые? — спросил я.

— Этого никто не знает… Но живот появился относительно недавно…

— Пересмотрите её питание! Издевательства над животными не потерплю. — злобно произнёс я.

— Всё проверим! Не серчайте! — испуганно пискнула Вика, едва не сжавшись в комочек.

Осознав, что катать никого не надо, «Конёк-Горбунок» задним ходом зашёл назад в сарай. Убого… Максимально убого. Отвратительно! И речь идёт даже не о самом животном, которое по идее — должно эксплуатироваться не для развлечений, а для сельскохозяйственных работ. Тут проблема была в общем пофигизме. Покрась ты забор! Причеши животину. Корми нормально, чтобы тело было пропорционально ногам. Есть же тут специалисты по зверью? Ветеринары, там. Целители животных или ещё кто. В общем, на это без слёз не посмотришь, но мы пошли дальше.

Толик вновь попытался хоть немного улыбнуться, но в итоге так и не смог.

— Вот тут у нас… Знаменитая «Аллея Сказок»… — Вика подошла к узкой тропе, в центре которой валялся «сказочный подарок» от жизнедеятельности некоего существа.

— И? — я нахмурился и огляделся по сторонам: — В чём суть?

— Погодите… — Вика отошла на пару шагов назад, а затем взяла с земли палку и ударила по колокольчику, который висел на фонаре рядом с вывеской.

Из кустов очень неспешно вышел белоснежный пони с юной девочкой в седле. Причём одета она была максимально просто. Топик, синие штаны и огромные резиновые сапоги. Несмотря на милое личико с заострённым носиком, как у кошечки, наездница выглядела вообще не презентабельно.

— Добрый день! — она соскочила с пони и по-пацански протянула нам руку: — Меня Жизелью звать.

— Угу. — пожимать тонкую ладонь девчонки я отказался: — Владимир Аркадьевич.

— Анатолий Аркадьевич. — Толик же дружелюбно улыбнулся и поздоровался с наездницей.

— О-о-о… Новый хозяин? — рот Жизель искривился в странной ухмылке, и заложив руки за спину, девчонка протяжными шагами вернулась обратно к своему миниатюрному жеребцу, чья грива была заплетена в тысячу косичек: — Понятно… Мы вам тут мешать не будем! Виктория Семёновна… Желаю вам удачи!

— Жизель! Погоди… — жалобно произнесла управляющая, но девчонка запрыгнула на пони и ускакала обратно в кусты.

— Кхм… — тяжко вздохнув, я придавил Вику тяжёлым взглядом: — И что это было?

— Ну-у-у-у… Жизель у нас необщительная… Очень стесняется чужаков… Интроверт. Вот…

— Я не об этом. «Аллея Сказок». Как этот сказочный кошмар к ней относится? Вернее, что они делают?

— Ну… Жизель садит детишек в седло пони и водит по маршруту «Аллеи Сказок»… Там на каждых двадцати пяти метрах столб со сказками… Сокращённые версии… И Жизель зачитывает это всё детишкам вслух…

— Так она же необщительная?