Помоги проекту - поделись книгой:
— Так вся ваша шайка, это — энерго-хамилы? — поинтересовался я.
— Да! Нас тут много. — Мышкабой наконец-то вырвался и отступил на пару шагов назад: — И вообще… Это — моя женщина! Отдай её мне.
— С чего ты взял? — усмехнулся я.
— Она принадлежит мне! Отдай!
— Ты с чего такой дерзкий, а? — удивился я: — Слушай… Я тут новый хозяин. И чем больше ваша актёрская «элита» мне грубит, тем быстрее я сожгу тут всё к чёртовой матери! Я не ругался… Клянусь. Месяц не ругался! Но вы меня вынудили.
— Сжечь?! — Мышкабой с ужасом глянул на меня, а затем упал на колени: — Забирай Вику себе! Она всё равно бесполезная! Только парк не тронь! Молю!!!
— Кончилась любовь… Завяли помидоры… — с лёгкой грустинкой произнёс Толик.
— Но я говорю правду! — энерго-хамил подскочил и указал на девчонку: — Если меня заставят выбирать между этой мелочью и парком, то конечно же я выберу парк!
— Какая хорошая управляющая… Виктория, ты в курсе, что этот уро… кхм… существо, считает тебя бесполезной? И ты дашь ему вот так о себе отзываться? — удивился я.
— Мышкабой будет наказан… — неуверенно ответила Вика.
— Да-да-да! Накажи меня! — противно захихикал крыс, за что тут же получил от меня пинок по животу и снова рухнул на колени: — Ай-яй-яй… Больно же…
— Виктория. — я подошёл вплотную к ней и заглянул в глаза: — Надежда на то, что я сохраню ваш парк — утекает с каждой секундой. Ты это понимаешь?
— Понимаю… Но мы ещё не всё посмотрели! Прошу… — запаниковала управляющая.
— Надеюсь, что ты меня не подведёшь. С каждой секундой мне хочется разнести это место ещё более извращенным способом. — произнёс я и взглянул на Мышкабоя: — А ты, крысёнок, соблюдай субординацию. Ведёшь себя, как самый настоящий моральный урод. Понял меня?
— Да, Ваше Благородие! — пискнул дух, испуганно сжавшись.
После того, как мы прошли через несколько жутковатых аттракционов, типа электрических машинок, вертящихся чашек и раскручивающихся качелей на цепочках,
я вновь обратился к Вике:
— Слушай… Тебе не кажется, что сотрудники парка не должны огрызаться на людей?
— Не должны, это факт… Но Мышкабой на самом деле очень хороший!
— Настолько хороший, что пристаёт к тебе? И вообще, что за бред? С каких это пор духи интересуются людскими девушками?
— Это он так шутит…
— Шутит, унижая тебя? И ты позволяешь ему так над собой шутить? Слушай, я не знаю, как тут было раньше, но сейчас…
— ПАМАГИТИ!!! — раздался истошный вопль со стороны жуткого колеса обозрения.
— Только не это… — с деревьев тут же повыскакивали белки.
— Мратство… И что на этот раз? — я развернулся и быстрым шагом направился в сторону криков. Толик и Вика поспешили за мной.
— МЕНЯ СЕЙЧАС СДУЕТ!!! — продолжал верещать бедолага на весь парк.
К посадочной площадке уже успела сбежаться толпа зевак и теперь все наблюдали «трагедию в воздухе».
Ну, конечно! Колесо по каким-то непонятным причинам остановилось. Может быть, всё дело в ржавом движителе, который должен был раскручивать данную конструкцию?
— Златан Всемогущий! На верху гость парка?! — с ужасом выдохнул я.
— Ага… Если бы. — отмахнулась одна из белок: — Колесо в таком жутком состоянии, что на нём никто не катается, кроме оператора…
— Оператора?
— Да. — белка протянула мне бинокль.
Присмотревшись, я увидел в самой высокой кабинке померанского шпица в маленькой оранжевой каске и миниатюрном ярко-зеленом жилете с отражательными полосами.
— ПАМАГИТЕ!!! Я БОЮСЬ ВЫСОТЫ!!! — продолжал орать он.
— Надо проверить состояние электроники… Походу дела опять движок накрылся… — начали шептаться белки, и затем быстро полезли на колесо, дабы всё проверить.
— Это вообще… что? — я вопросительно посмотрел на Вику.
— О, это Гансом. Он оператор колеса обозрения. Периодически катается, когда в парке мало посетителей…
— Это я уже понял… — обречённо вздохнув, ответил я: — Какого чёрта он себе это позволяет?
— Ну… Так колесо всё равно крутится просто так… — виновато ответила управляющая.
— С движком всё в порядке! — белки скучковались возле посадочной платформы и начали обсуждение: — Что тогда не так?
— Хм… — Толик задумчиво посмотрел на кабину управления: — Володя, а пойдём посмотрим, что там?
— Ну, пойдём. — пожав плечами, ответил я.
— Не стоит вам лишний раз напрягаться, сударь! — произнесла одна из белок: — Мы уже чинили кабину на прошлой неделе.
— А я так… Гляну одним глазком. — очкарик залез внутрь и всё внимательно осмотрел: — Извините, а у вас будет отвертка крестовая?
— Да… Секунду… — белки тут же всей толпой куда-то убежали, и спустя мгновение принесли Толику целый чемодан с инструментом.
— Благодарю. — пацан начал колдовать над панелью управления. Снял кожух… затем что-то смотал, при этом шепча себе под нос про качество итальянского припоя. Спустя мгновение, в движителе колеса обозрения раздался щелчок, и аттракцион вновь заработал.
— Ого! — восхитились белки: — Ваше Благородие… Да вы волшебник!
— Вообще-то, так и есть. Но тут всего лишь отошёл маленький провод. Аттракционы явно не самые дорогие. Покупались в Италии ещё двадцать лет назад. Так что с обслуживанием могут возникнуть проблемки. — скромно улыбнувшись, ответил Толик: — Вам бы сюда толкового инженера, чтобы написать смету о замене оборудования…
— Ага… На зарплату бы наскрести… — тяжко вздохнув, ответила Вика.
— Я просто предложил! — пожав плечами, ответил пацан.
Тем временем, кабинка с Гансомом плавно опустилась на площадку, и гости с радостными аплодисментами встретили бедного мохнатого оператора, который гордо вступил на твердую землю с видом истинного победителя.
— Я жив! И буду жить! Спасибо что поддерживали меня до последнего! Люблю вас! — ответил миниатюрный пёсель, и наяривая хвостом, деловито потопал к кабинке оператора.
После небольшой волны оваций гости вновь превратились в призраков, и с крайне скучающим видом разбрелись в разные стороны.
— Это было… забавно. — улыбнувшись, произнёс я.
— Правда? — обрадовалась Вика: — Вот видите, Ваше Благородие! У нашего парка есть своя изюминка…
— Возможно. Но я на это смотрел, как посетитель, а не как учредитель. Так что, инцидент с оператором был последней каплей. Я закрываю этот парк. — холодно произнёс я: — У вас двадцать четыре часа, чтобы освободить территорию. Можете забрать всё, что понравится… В любом случае я уничтожу здесь каждую постройку.
— Но Владимир Аркадьевич… Как же так… — на глазах Вики навернулись слёзы: — Вы же ещё не всё посмотрели…
— Увиденного достаточно. Я устал. Честно! С самого начала, я верил в то, что у этого парка есть хотя бы маленький шанс на существование. Но в итоге… Нет. Это были ложные надежды. — развернувшись, я направился в сторону выхода: — Толик. Идём!
— Угу… — братец почему-то погрустнел, но всё же пошёл за мной.
— Но… Ваше Благородие… — всхлипнула Вика: — Вы… Вы обещали дать мне час… У нас… У нас есть ещё… пятнадцать минут…
— О, ты думаешь, что у вас есть нечто, что перевернёт моё представление об этой помойке, дорогая? — я даже остановился и повернулся к девчонке: — Послушай. Я понимаю, что, возможно, тебе чем-то импонировал этот парк. Но на деле — ты не управляющая, а простая девочка на побегушках. Не более! Я могу в качестве исключения дать тебе пару дельных советов по управлению предприятием, но только если ты будешь готова меняться.
— Вы не понимаете!
— Неужели? — я с удивлением приподнял брови: — Мне не важно, кто ты. Не важно, кто все эти тигры и собаки, которые застревают на колесе обозрения. Мне даже плевать на Мышкабоя! Хороший он или плохой, как личность — вообще без разницы. Мне нужна прибыль. Всё. А ваша помойка мне эту прибыль не даст.
— Нам нужна помощь… Небольшой толчок! Господину Строганову было плевать… Он не видел! — Вика подбежала ко мне и схватила за руку: — У нас есть чудо! Настоящее… Прошу… Дайте мне пятнадцать минут… Я вам покажу!
— Хех… — усмехнувшись, я погладил управляющую по волосам: — Дорогая, я не верю в то, что ситуацию можно исправить.
— Снесёте парк… На постройку даже небольшого здания уйдут миллионы! — всхлипнула она, жалобно глядя на меня: — Молю… дайте мне обещанные пятнадцать минут… Я докажу, что мы заработаем вам гораздо больше денег, чем вы можете себе представить!
— Володь… Ну, пятнадцать минут. Это же не так уж и много. Неужели тебе не любопытно? — с надеждой спросил Толик.
— Тц… Ладно! Веди меня к своему чуду. — тяжко вздохнув, произнёс я: — Пятнадцать минут. Не больше.
— Ура!!! — Вика тут же обняла меня, вжавшись щекой в мой живот: — Вы не пожалеете! Я вам обещаю!
— Не будем терять времени.
Глава 8
(Ист: Глава 4. Параграф 7. Учебник «Секрет магических камней» для первого курса Императорского Университета. Автор: Казаков И.В. 2001 год)
Уже и не вспомню, когда в последний раз меня куда-то тянули против воли.
А вот Виктория оживилась! Она не стала плакать и устраивать истерику. Лишь радостно улыбнулась, кое-как обхватила мою руку своими малюсенькими, почти детскими ладошками и довольно сильно потянула в сторону прекрасного… и я бы даже сказал — величественного замка, который стоял в центре Берендеевского парка.
Да, я сделал великое одолжение.
Во-первых, дворянину не стоит бросать слов на ветер. Это уже не раз обсуждалось. Мы договорились на 60 минут, значит так оно и должно быть. Просто внутри меня взыграл максимально недовольный хозяин данной помойки.
Во-вторых, признаюсь — я ответил не Вике, а скорее Толику. Он без лишних слов чуть-чуть смог подогреть моё любопытство. Но я честно не знаю, что может исправить положение. Это кошмар! Я шёл и внутри меня всё кричало о том, что Берендеевский парк должен быть уничтожен. Стёрт с лица земли… А после того, как погаснет последний огонёк на пепелище — хотелось запустить сюда гусеничные трактора, чтобы они проехались раз пятьдесят по всему этому кошмару. Поставили жирную точку… Стёрли из памяти города — это надругательство над словосочетанием «парк развлечений».
— А, почему ты сразу не повела меня к «чуду»? — поинтересовался я, глядя на широкие стены старинного замка, в верхушку которого заходили рельсы американских горок. Высота — метров 30, если не больше. Неужели эта ржавая конструкция всё ещё способна выдерживать поездки вагонеток? Выглядело максимально ненадёжно.
— Мы шли… Просто, нас вечно что-то отвлекало. Я хотела прогуляться с вами… Узнать вас немного получше. Но местные настолько привыкли к одиночеству и беспределу, что попросту растерялись. — вздохнув, ответила управляющая: — Они ценят этот парк. Но…
— Но даже не стараются работать. — холодно заметил я: — Виктория, как управляющий этим заведением, ты должна контролировать рабочий процесс и мотивацию всех присутствующих. Но у меня складывается впечатление, что ты попросту… не умеешь. Редкий сотрудник будет работать самостоятельно без пинков от руководства. Человек — существо максимально ленивое. Его основная цель — лежать к верху брюхом, положив ногу на ногу и наблюдать за всем происходящим. Да и, как выяснилось — духи тоже подвержены лени. По крайней мере — фокусник, так точно! И есть такой тип сотрудников, которые очень стараются, но вот именно сейчас у них произошёл… будем называть это — затык. То есть, что-то пошло не по плану. Но я же вижу… У твоих подопечных нет ни желания, ни мотивации, чтобы продолжать здесь работать. И если ты такая ответственная, то все остальные — нахальный сброд, который вообще ничего не умеет. И уж тем более — не заслуживает. Если мы оставим парк — он продолжит деградировать. Аттракционы со временем совсем сойдут на нет. Твои актёры обленятся и прекратят выступать. А вся эта унылая растительность превратится в ужасный непроходимый лес. Если сюда приходят, чтобы отдохнуть… так у парка хотя бы должен быть соответствующий вид. Понимаешь?
— Я понимаю… Но и вы тоже поймите! Никто за нами не следил… Никому мы были не нужны. Мой отец работал управляющим этого парка пятнадцать лет! Пятнадцать лет эту территорию отфутболивали то одному, то другому… И думаете, хоть кому-то до нас было дело? — Вика вдруг остановилась и вопросительно посмотрела мне в глаза: — Как думаете… если за домашним цветком не ухаживать и просто поставить в тёмный угол — будет ли он красивым?
— А с чего ты говоришь об этом именно мне?
— Вот как? Я вас услышала… Вы типичный деловой человек. Да, вам нужны деньги. Сразу и много… Впрочем, как и всем. Но эти пятнадцать минут… Вы увидите, что не смогли открыть для себя предыдущие хозяева.
— И? Если ты пытаешься достучаться до моего сердца, так мы не в душещипательной драме, где отбросы находят лидера, который наставляет их на путь истинный. В реальности всё это не так работает. Я — новый хозяин. И я вижу всё так, как есть сейчас. Мне с высокой колокольни плевать, какая тут история. Какие тут происходили события и прочее. Я не намерен уважать мнение совершенно незнакомых мне людей. И уважать их чувства — тем более! Я пришёл зарабатывать деньги, а не заниматься благотворительностью. Не дорос я ещё, чтобы обделённым помогать. Но дорасту! Даже не сомневайся. — честно ответил я: — Меня раздражает тут всё, кроме белок и тебя. Белки классные, а ты — котёнок, которого мне жаль и хочется забрать домой.
— Анастасия не оценит. — вздохнул Толик.
— Не понял. — я посмотрел на брата: — Ты это о чём?
— Ну… Взять Вику к себе домой в комнату. Она же девушка. Взрослая девушка, несмотря на то, что выглядит, как подросток. Это же будут подозрения на отношения!
— Да ну? — я поднял управляющую за подмышки и внимательно осмотрел: — Отношения? С ней? Не-ет… Ты чего? Она же совсем крохотная! Малышка. Ей ещё в школу ходить.
— Вообще-то… я всё слышу… как бы… — тихо прошептала Вика.
— Да и к тому же. — я поставил управляющую на место: — С чего ты вообще взял, что Анастасия заинтересована во мне, как в молодом человеке? Возможно, мы с ней останемся хорошими друзьями. Так что — не торопи события. Да и у меня уже есть кое-кто.
— Вау! Кто-кто?! — Толик аж запрыгал от нетерпения.
— Секрет. — многозначительно ответил я, и вновь поднял Вику: — Кстати, ты заметил, какая она миленькая? И главное — старательная! Может быть, возьмём её на предприятие, которое будет здесь позже?
— Кхм-кхм… — управляющая обиженно насупилась: — Во-первых, ваши слова ранят меня… Причём очень больно, потому что я всеми силами надеюсь, что вы сохраните парк. А во-вторых — поставьте меня на место! Молю… То, что вы таскаете меня, как игрушку, сразу вызывает воспоминания о школе и институте… Это больно. Очень больно.
— Прости. — я вернул девчонку на место: — Просто наглядно показал тебе, какой ты руководитель. Я хочу сильного и решительного человека, а не котенка, который жалобно мяучит, когда кто-то смеет его трогать.
— Хотите, чтобы я вам нагрубила и меня повесили на площади?
— Нет. Хочу, чтобы ты умела говорить «нет». Давай, попробуем ещё раз. — я вновь поднял девчонку в воздух и повернул к себе лицом, словно домашнюю кошку.
— И, что я должна сказать? — растерянно спросила она, утопая лицом в воротнике слегка задравшегося пиджака.
— А что ты чувствуешь?
Поделиться книгой: