Жатва

– Ладно…

Покупка нормальных штанов, куртки, а также нательного белья прошла гораздо более спокойно – мне удалось найти симпатичную портняжную лавочку, хозяйка которой за те же самые шесть золотых монет осчастливила меня целым ворохом более-менее соответствовавших описанию тряпок. Грубые холщовые рубашки были слегка великоваты, заменявшие трусы короткие подштанники казались чересчур аляповатыми из-за нашитого на них красно-желтого орнамента, штаны и куртка печалили малым количеством карманов, однако в целом я получил именно то, что хотел – вполне достойную одежду, позволявшую без лишних усилий раствориться среди толпы имперских жителей.

Следующим пунктом в моей шопинг-программе значилось приобретение хорошей накидки, однако здесь коса нашла на камень – складывалось впечатление, что имперцы попросту не понимают, каким должен быть качественный плащ. Мне предложили несколько тонких и никуда не годных плащевок, тяжеленную оленью шкуру, длинное стеганое одеяло и даже самую настоящую походную палатку, но в результате я так и остался с пустыми руками – менять одну бесполезную вещь на другую не имело ни малейшего смысла.

– Это вам к солдатам надо, – выдал неожиданно дельный совет один из торговцев. – Они часто под дождем мокнут.

– Да я бы и рад к солдатам, только где их найти? Здесь только стражники бегают.

– В Алдо часто военные караваны идут. Там и спросите.

Тащиться за город и разыскивать нужный караван мне не хотелось, так что я окончательно вычеркнул эту строчку из дневной повестки, поблагодарил собеседника и направился в ту сторону, где располагались кузницы. Здесь постоянно слышался гулкий прерывистый звон от смачных ударов по заготовкам, в воздухе стоял терпкий запах дыма, а на стенах домов наблюдался отчетливый налет копоти, но покупателей это не отпугивало – торговля шла весьма оживленно, а задерживавшиеся у внешних прилавков люди охотно меняли свои монеты на грубые топоры, связки гвоздей, обручи для бочек и другие полезные в хозяйстве предметы. Оружейные мастерские в этом квартале тоже располагались и я, чуть поколебавшись, свернул к самой большой и представительной из них.

– Светлого неба. Есть мечи на продажу?

– Нет, – огорошил меня устроившийся на массивной табуретке мужик. – Только на заказ.

– Вот дерьмо. А почем стоит на заказ сделать?

– Сейчас мастера окликну.

Явившийся на зов мастер оказался пузатым и бородатым здоровяком, одетым в грязную прожженную робу и замызганный кожаный фартук. На левой щеке у него виднелся след от давнего ожога, в зубах торчала курительная палочка, а взгляд отражал бесконечное превосходство над всеми остальными смертными.

– Чего потребно?

– Нужен хороший меч. Какие у вас цены?

– За сто двадцать золотых сделаю.

Я открыл и закрыл рот, несколько раз моргнул, после чего осторожно уточнил:

– А он что, из драконьих яиц коваться будет? Тех, которые еще с живого дракона срезать надо?

– Ты сказал, нужен хороший меч, – с легким презрением в голосе ответил кузнец. – Я сказал, сколько стоит хороший. Если нужно дерьмо, так и говори.

– Дерьмо у меня и так есть.

– Оно у всех есть, – неожиданно вставил свои пять копеек следивший за разговором продавец. – Кто хочешь поделится.

Убогая шутка не произвела на меня никакого впечатления, зато позволила собраться с мыслями. Я вздохнул, почесал макушку, а затем сделал новую попытку:

– Мне нужен легкий меч, который может хоть что-нибудь разрубить и который не развалится после трех ударов. Но у меня нет на это мешка с золотом.

– А сколько есть?

– Вы лучше скажите, почем вообще такие железки стоят. Чтобы зря время не терять.

– Легкий меч из нормальной стали?

– Ага.

– Если ученик мой сделает, нос воротить не будешь?

– А откуда мне знать, как он сделает? Я у вас тут еще ни одного клинка не видел, может, вы ими вообще не занимаетесь.

– Занимаемся, не переживай. Украшения нужны?

– На кой хрен? Я обычный солдат. Бывший.

– Форма какая?

– Ну…

Откровенно говоря, после недавней вылазки мне очень хотелось заполучить в свое владение нечто вроде короткого и прямого японского меча, часто встречающегося в различных фильмах про ниндзя – как-никак, те отлично знали свое дело, а взятые ими на вооружение инструменты отлично подходили для различного рода диверсий. Но выделяться из толпы, нося за спиной совершенно чуждый этому миру клинок, было чертовски тупо.

– Прямой, обоюдоострый. Длиной в три ладони плюс рукоятка. Кончик обычный, не скругленный.

– А чего такой короткий? Им же только волосы на заднице брить можно будет.

– Таскался я уже с длинными мечами, хватит. Цепляются за все подряд.

– Ну, дело твое. Ножны брать будешь?

– Вы мне цену скажите для начала. Может, мне только на ножны и хватит.

– А покажи-ка свою железку.

Продемонстрированный мною меч выглядел на редкость убого – на кривоватом и неровном лезвии виднелись следы ржавчины, режущая кромка была испещрена зазубринами, а рукоятка ощутимо болталась, создавая впечатление, что вся конструкция неминуемо развалится в самое ближайшее время. К сожалению, чего-то лучшего в арсенале корабля не нашлось, а отдавать мне свое личное оружие никто из моряков не захотел.

– Да уж, – скривился кузнец, брезгливо рассматривая творение неизвестного мастера. – Теперь ясно, почему ты сюда пришел.

– Ага.

– Если согласен отдать это барахло и пятерку золотом, то мой ученик сделает для тебя приличный меч. Уж точно лучше такого вот дерьма. Если хочешь чего-то большего…

– Да нет, меня все устраивает.

– Тогда три монеты задатком и приходи через неделю. Нормально?

– Вполне. А что насчет ножен?

– Тоже сделаем. Тебе на пояс, на спину?

– Лучше, чтобы по-разному вешать можно было.

– Понятно. Обвязка есть?

– В смысле?

– Ну, обвязка, на спину.

– А, дошло. Нет, нету.

– Тогда с тебя еще две монеты и получишь все в лучшем виде.

– Хорошо, договорились…

Следующие семь дней я жил спокойной и размеренной жизнью, стараясь не привлекать к себе лишнего внимания – тренировался делать файерболы, безуспешно пытался рассмотреть в глубинах артефакта спрятанную там структуру, время от времени отжимался и качал пресс, а когда все это окончательно надоедало, то гулял по городу, стараясь узнать последние новости. К моему облегчению, ничего действительно тревожного возвращавшиеся из Зеленого Холма торговцы не сообщали – там продолжался вялотекущий кипеш, но власти аккуратно спускали ситуацию на тормозах и не предпринимали никаких активных действий. Складывалось впечатление, что устроенную мною резню списали на действия некой диверсионной группы, которая тут же скрылась в лесах и больше не представляла реальной угрозы. Такой вариант меня полностью устраивал, а также позволял совершить кое-какие рискованные действия. Например, продать остатки трофеев.

Приглянувшийся мне ювелир обитал в солидном кирпичном доме, весь первый этаж которого занимала огромная мастерская. Здесь царило деловитое оживление – несколько человек увлеченно полировали огромную глыбу похожего на змеевик камня, в дальнем конце помещения еще один работник плавил серебряные слитки, устроившийся за прилавком старик методично скручивал тонкую золотую проволоку в аккуратные кольца, а парочка охранников зорко посматривала по сторонам, готовясь пресечь внезапную атаку дерзких грабителей. Чувствовалось, что в этом заведении буквально все поставлено на очень серьезные рельсы.

– Чего вам, молодой человек?

Я перестал щелкать клювом, развернулся к отложившему свою проволоку деду и вежливо улыбнулся:

– Светлого неба. Привез с войны пару безделушек, хочу кому-нибудь их продать.

– Показывайте.

Кинжал вызвал у моего собеседника гораздо больше интереса, чем перстень – ничем не примечательная побрякушка наверняка стоила не слишком дорого, зато изящный клинок являлся настоящим произведением искусства и впарить его заглянувшему на огонек богатею можно было с очень хорошей наценкой. По крайней мере, до какого-то момента я считал именно так.

– Кольцо проверим и возьмем по весу, – в конце концов вынес свой вердикт ювелир. – А с этим ножиком даже не знаю. Выглядит хорошо, но золота в нем мало, а для серьезной работы такую вещь использовать глупо. Денег он стоит, но переплачивать не стану.

– И сколько дадите?

– Семь золотых… даже восемь. Но не больше.

Предложенная цена плохо соответствовала моим излишне радужным надеждам, однако я чувствовал, что старик прав – вкладывать слишком много денег в красивую игрушку действительно было глупо. Как-никак, засилья расточительных вельмож в этом городе совершенно точно не наблюдалось.

– А за перстень сколько?

– Одно мгновение… так… четыре монеты.

Общая сумма лишь чуть-чуть превышала самую нижнюю границу заранее определенного мною коридора, соглашаться на нее откровенно не хотелось, но я отдавал себе отчет в том, что другие ювелиры могут оказаться еще более жадными либо слишком дотошными. Пришлось соглашаться.

– Хорошо.

– Гарди, выдай молодому человеку двенадцать монет, – произнес старик, убирая мои трофеи в ящик. – Гарди?

– Уже иду, – откликнулся наблюдавший за плавкой серебра мужик. – Сейчас.

– Было приятно иметь с вами дело, уважаемый. Заходите еще.

– И вам спасибо…

До того момента как работавший в кузнице подмастерье наконец-то отдал мне выкованный меч, успело произойти лишь одно значимое событие – в город пришел огромный военный обоз с добытыми в королевстве трофеями. Лично я смотрел на бесконечную вереницу телег с откровенно смешанными чувствами, а вот горожан это зрелище очень даже вдохновило – возле центральной площади собралась огромная толпа жаждущих приобщиться к общей победе людей. До меня не сразу дошли причины такого ажиотажа, но все очень быстро встало на свои места – расчистив небольшой клочок пространства, солдаты организовали скоротечный аукцион, продавая все подряд по откровенно бросовым ценам. Толпа мгновенно двинулась на штурм, вперед начали протискиваться сопровождаемые охранниками торговцы, послышалась ругань…

Как ни странно, до откровенного хаоса дело не дошло – стражники успешно навели порядок, организовали коридоры для выноса купленных товаров и подвоза новых, а горожане слегка успокоились, перестали толкаться и начали действовать более разумно, стараясь не мешать друг другу. Весь процесс растянулся на несколько часов, но следить за ним мне быстро надоело – я ушел с площади, после чего направился туда, где стояли ждущие своей очереди телеги.

– Тут продажи нет, – выступил мне навстречу какой-то солдат. – Все там.

– Да я спросить хотел, мне это барахло не нужно.

– О чем спросить?

– Вы отсюда в Алдо поедете?

– Да.

– Можно как-нибудь договориться, чтобы с вами туда двинуть?

– Не, – солдат чуть расслабился и отрицательно мотнул головой. – Капитану лишние не нужны.

– Я же не бесплатно. Место купил бы, как полагается.

– Все равно.

– Ладно, понял. А как там на фронте дела? Хельгинцы еще живы?

– Не все, – коротко хохотнул собеседник. – Хотя маги над этим работают.

– До столицы еще не добрались?

– Хрен его знает, мы по берегу шли. Но говорят, что уже скоро.

– Ладно…

Этот короткий разговор спустил меня с небес на землю, в очередной раз напомнив о том, ради чего я приперся в империю. Где-то далеко продолжали зверствовать ожившие мертвецы, знакомые мне люди были вынуждены каждый день бороться за свою жизнь и у меня не имелось никакого морального права отсиживаться в сторонке. Разумеется, в том случае, если я действительно считал Алишу, магистра Абраци и всех остальных хельгинцев своими настоящими союзниками.

– Интересно, как там у них дела… нет, маг-то выкрутится, это ясно… а, к черту.

Вечером заметно уменьшившийся в размерах караван окончательно покинул пределы города, а на следующее утро уже ничего не напоминало о его триумфальном визите – обычные люди занялись своими делами, торговцы разложили по прилавкам новые безделушки и жизнь вернулась в привычную колею. Привычно перекусив в ближайшей закусочной и убедившись, что ничего интересного за ночь не случилось, я наведался к кузнецу, услышал, что меч будет готов через сутки, после чего отправился договариваться с караванщиками. Здесь мое появление не вызвало никаких вопросов – желающих уехать в административный центр северных регионов империи было много, торговцы охотно брали с собой всех желающих, а места на телегах продавались за фиксированную плату, осилить которую при желании мог даже самый нищий из местных крестьян.

– Два дня дорога отнимет, – сообщил начальник выбранного мною каравана. – Шесть монет серебром, если на своих харчах поедешь. Если еда наша, то золотой.

– Пойдет. Вы послезавтра уходите?

– Да. Если хочешь быстрее, то…

– Нет-нет, завтра у меня тут еще дела будут. Когда точно отправляетесь?

– На рассвете. Лучше не опаздывай. Деньги сейчас платишь?

– Перед выездом. А то вдруг просплю.

– Ну, дело твое, – равнодушно пожал плечами собеседник. – Только не жалуйся, если места нормальные закончатся.

– Ничего, переживу…