Академия для императрицы: право быть собой

— Что ты несешь бред!

— Воу, спокойнее, профессор Гесс. Вы что не применяете на практике те уроки самоконтроля, которым учили меня?

— С тобой трудно контролировать себя любому, а мне уж тем более.

Пальцами одной руки он гладит меня, поднимаясь по моей руке к шее. Прошелся по губам и щеке.

— А ты что… — я приблизилась вплотную, его пальцы снова опустились на шею, — какой-то особенный?

— Так бы и придушил тебя.

— Не получится. Я беременна. От тебя, кстати.

— Вот так новости, а чего раньше не сказала?

— Очень смешно. Чего ты хочешь?

— Поцеловать тебя хочу, но не сделаю этого, пока сама не попросишь.

— Уверен, что я попрошу?

Тео прикоснулся своей щекой к моей, щекоча дыханием ухо. А пальцами от шеи повел вниз под кофту. Я закрыла глаза и старалась контролировать свое дыхание, но провести его нелегко и он прекрасно понимал, в каком я состоянии и что причина этому он.

— Тесс, ты где? — голос Оли заставил Тео отстраниться. — Упс, извините.

— Ты ничему не помешала, — сказала я, отдергивая кофту и отталкивая Гесса.

Я подошла к подруге и крепко обняла ее. Ну, точнее настолько крепко, насколько позволял мой живот.

— Привет, что ты тут делаешь?

— Привезла тебе одежду и пополнить запасы холодильника. Как поживает мой малыш?

— Сегодня удивительно спокойно, всего пару раз перевернулся там.

Тео громко ушел с кухни, оставляя нас одних.

— Уф, вот это злость. Надеюсь, не из-за меня?

— Перебесится.

— Что между вами?

— Между нами всегда мой живот.

— Я серьезно, Тесс. Я, в отличии от остальных, как ты помнишь, поддержала твое решение сойтись с Виктором. Но это было ради тебя. А не потому что я думаю, что он тебе пара. Твоя пара только Гесс. И только с ним ты будешь счастлива.

— Я знаю, Оли. Знаю. Но предательство сложно забыть.

— Ты простила?

— Уже давно. Но он же с ней, понимаешь? Она все равно есть в его жизни. Не знаю в качестве кого, но есть.

— И что?

— Да и то. Не могу это переступить и зажить с ним счастливой семейной жизнью.

После Оли в бункер больше никто не приходил. Вот уже 6 дней я сижу взаперти с одним самым ненавистным и самым любимым человеком. За эти дни мы ссорились раз 500. Ладно, преувеличиваю. Но много. Мы выбешивали друг друга по каждому поводу.

Мы сидели и смотрели какой-то фильм, когда мне позвонил Виктор. Я знала, что он увидел имя на экране и поднялась, чтобы выйти поговорить.

— Говори здесь, я выйду, — сказал, видя мои попытки встать с дивана. Без его помощи это удавалось крайне трудно.

— Спасибо.

Он действительно поднялся и вышел, а я приняла звонок.

— Долго не отвечала. Отвлек от чего-то важного?

— Нет, ты же знаешь как я хожу сейчас. Пока дошла…

— Понятно. Как ты?

— Все хорошо. А как твои дела?

— Кроме того, что моя девушка живет со своим бывшим в каком-то секретном месте, у меня ничего интересного не происходит.

— Ты же знаешь, что это необходимо для ребенка.

— Знаю, но я мог бы защитить вас.

Вот что можно ответить на это? Что я хотела видеть рядом только Тео и в помощи Виктора не нуждаюсь? Классная девушка из меня.

— Тебе незачем подвергаться опасности, — нашла я самый безопасный ответ.

Я обернулась и увидела в дверном проеме Тео. Он стоял, спрятав руки в карманы, и я была уверена, что слушал все, что я говорила.

— Я собираюсь пойти спать, созвонимся завтра? — проговорила, глядя прямо в глаза Гессу.

— Хорошо. Отдыхай.

Я убрала борд и посмотрела вопросительно на Тео.

— Ты была встревожена, вот я и вернулся. Не очень то хорошая эмоция, учитывая, что ты говорила со своим любовником.

— Во-первых, тебя не касается о чем я говорю с Виктором. Я же тебя не спрашиваю, что тебе по ночам пишет твоя эта…

Через секунду он казался рядом и поднял меня с дивана, прижимая к себе.

— А во-вторых?

— А во-вторых, тревожность за дорогого человека — это вполне нормальное чувство.

— Дорогого, значит?

В это мгновение мир перевернулся. Он притянул меня к себе еще плотнее, насколько позволял выступающий живот и впился губами. Первые секунды я не отвечала, а прикосновение его губ к моим было жестким, но когда я взяла его лицо в свои руки и ответила со всей нежностью, что была во мне, его глаза вспыхнули огнем. Он поцеловал меня так, будто я была его воздухом в этот момент. Воздухом, которого ему не хватало все те дни, что мы были вдали друг от друга. Ни один из нас не спешил отстраняться. Муки, которые каждый из нас переживал на растоянии — топливо, которое при неправильном использовании рванет и не останется ничего.

Наши губы разъединились и Тео положил меня на диван. Я обхватила его за шею и потянула к себе, но ничего не вышло. Он обхватил мое лицо своими руками и нежно прикоснулся к губам. В этот момент я поняла, чего мне не хватало все это время. Осознала и приняла. Без Теобальда Гесса — я ничто. И жила все это время я только ради нашего с ним плода любви.

Внезапный грохот заставил нас отстраниться друг от друга.

— Что это?

— Сиди здесь, я проверю, — я киваю. — Я серьезно, Тесса. Не смей идти за мной.

Я быстро целую его в губы.

— Я поняла. Сижу и ничего не делаю. Иди.

Грохот, шум, крики усиливались. Но я терпеливо ждала. Мне не свойственно, но сейчас впервые я действительно испугалась. Они не напали бы до дня родов, а значит это только одно…

Я поднимаюсь с места и слышу, как дверь бункера срывается с петель. Я не могу пошевелиться от страха, сковавшего меня. Я приложила руки к животу, будто надеясь на то, что это спасет малыша. Пячусь назад, понимая, что места для отступления нет.

В комнате появляется нечто. Высокая фигура в черном капюшоне надвигается на меня. Я чувствую его силу, но не могу ничего сделать. Ментально я уже поражена. Он подходит все ближе и тянет когтистые пальцы ко мне. Я отворачиваюсь, и в тот момент он хватает меня за шею.

— Не двигайся, Тесс! — кричит Тео, поднимая руки, чтобы аттаковать. Он зол и потому я просто киваю.

— Я сссзабираю ее, — шипит голос над моим ухом. — Не сссмей пресссследовать меня, Высший. Иначе я убью ее и вссспорю живот прямо на улицсе.

Тео опускает руки и кивает.

— Я люблю тебя, — как мне хочется сказать ему тоже самое. Но я просто закрываю глаза и еле заметно киваю.

— Ты ведь спасешь меня, правда? — проговариваю с хрипом сквозь слезы.

— Правда. Только дождись меня.

— Я буду ждать тебя.

И именно в этот момент меня пронизывает жутчайшая боль. Тео дергается, но когти сдавливают мою шею сильнее и из под них струйками бежит кровь. Тео отходит. Я понимаю, что осталось совсем немного до появления на свет моего ребенка.

И это время я проведу в аду.

Глава 20. Армия

Демоническая сущность, что забрала меня из бункера и пронесла над всем Эйвином, вкинул меня в какую-то комнату. Инстинкт самосохранения кричал, чтобы я спасала голову, а материнский — чтобы всеми силами охраняла самое ценное, что есть во мне.

Ударившись головой и что-то металическое, я не сразу сообразила, что происходит. Оглянувшись поняла, что это обычная комната с кроватью в центре. Больше здесь ничего не было. Именно здесь я и рожу. Очереднаяя схватка заставила согнуться пополам.

Истерический смешок вырвался из меня. Фигура, которая принесла меня сюда, сразу же исчезла, а потом я была тут одна. Но не долго. Спустя пару минут, дверь открылась и вошли обычные, на первый взгляд, люди. Но как-только они посмотрели на меня, их глаза затянулись черной пеленой и я поняла, что передо мной высший класс демонов. Те, которые могут перевоплощаться в людей.

— Что будет с ребенком? — осмелившись спросила я.

— Думаю, Он будет рад полакомиться им.

Кто такой Он, я спрашивать не стала. И так понимала, что это тот, кто управляет ими. Но что это за существо, знать хотелось.

Я тихонько застонала, понимая, что схватки учащаются. Тело болело не только от того, что готовилось к родам, но и от напряжения. Нужно успокоиться. Тео чувствует мои эмоции и найдет меня, но если я буду нервничать слишком сильно, это может стоить ему, и нам с малышом жизни.

Я попыталась подняться, но не смогла. В комнату вошла женщина в кожаных штанах и коротком топе ярко-красного цвета. Фу, как примитивно. Ее глаза тоже были темными. Она подняла меня, сгребла мокрые волосы в кулак, сорвала с меня одежду и бросила на кровать. Сама же залезла на нее в ботинках.

На меня она накинула ночную рубашку непонятных размеров, и дернув за руку, заставила подняться и сесть на колени. А затем схватила за руки и обмотала запястья веревкой, завязывая их на металлические кольца, что были над кроватью.

После этого она молча вышла из комнаты, оставляя меня наедине с моей персональной охраной.

Сквозь грязное, помутневшее окно я видела очертания фигур. Скорее всего это те, кто должен был сдерживать Тео, когда тот придет за мной. Я подергала руки над головой, понимая, что освободиться будет непросто. Мой малыш добавил мне сил и драться я умею, но никто не говорил мне о том, как это может происходить, если ты в предродовых муках.

Схватка не заставила себя долго ждать и я всеми усилиями старалась дышать ровно, не напрягаясь. Нужно было продержаться до чего-то. Рожать в компании этих существ было не самой привлекательной идеей.

Глубокое дыхание стало похоже на отдышку, я вся была мокрая, пот стекал с лба и заливал глаза. Каждая схватка была сильнее предыдущей и в моей голове крутилась лишь одна мысль: сейчас меня разорвет. Именно в такие моменты схватка проходила и я успевала нормально подышать.

Я потерялась во времени, мозг был затуманен, схватки стали походить на судороги, а мокрая кровать подо мной означала лишь одно — воды отошли, а я даже не заметила этого. Боль отпускала меня совсем ненадолго, а спазмы становились сильнее. В один миг я чуть не отключилась, но смогла удержать себя на поверхности сознания. В этот момент мне хотелось, чтобы время повернулось вспять, и этого ничего не было. Но Стражи предупреждали, что битва случится все равно, так что нет смысла играть с временем. Тео был раздражен этим фактом, но решил не рисковать.

Я была полностью вымотана, изнеможение зашкаливало, когда я услышала шум за окном. Демоны, что были в комнате подошли к кровати и стали с двух сторон. Видно, они были сильнее тех, кто охранял снаружи, потому что никакого стресса они не испытывали.

Мой оглушающий вопль наполнил комнату. Я больше не могла сдерживать в себе крики и боль. Я понимала, что за это время могла уже родить, а потому продолжала сдерживаться и не тужилась. Битва за окном приобрела решающий характер, когда я увидела огромный огненный взрыв. Окна посыпались, я зажмурилась, моля Богов, чтобы они дали мне продержаться еще немного.

В комнату ворвался Тео, в глазах у него была — сосредоточенная ярость. Он справился с «охраной» за несколько минут, разрезал веревки у меня на руках, и упал на колени, рядом со мной. Я положила руку ему на волосы, улыбаясь из последних сил.

Ворвавшийся следом Дар, рванул за дверь и закрыл ее за собой. Донна подбежала ко мне с другой стороны.

— Тео, у нас нет времени. Она рожает.

Они засуетились, и дальше все происходило настолько быстро, что я не успевала подумать. Новый спазм заставил меня закричать, но сил, чтобы тужиться больше не было.

— Тужься, Тесса! — кричала Донна.

— Не могу, — с трудом ответила. — Я не могу…

— Тесса, ты должна. Давай, милая, осталось совсем немного, ради нашего малыша.

— Они убьют его.

— Посмотри на меня, — я повернула голову и вглядывалась в тревожные глаза любимого, он крепко сжал мои пальцы. — Нет, любимая, нет. Обещаю тебе. Пока я рядом с ним и с тобой ничего не случится. Прошу тебя, тужься, ты сильнее всех здесь.

Я часто задышала, понимая, что сейчас будет еще одна схватка. Я приподнялась на локтях и сделав глубокий вдох, я натужилась и зарычала, сцепляя зубы.

Тео продолжал держать меня за руку, прикасаясь губами к мокрому лбу. Ден и Оли ворвались внезапно, оценив обстановку, они разделились. Денвер побежал за братом, а Оли подошла ко мне с другой стороны. Обняла меня за плечи, поцеловала в щеку и отстранилась, доставая из рюкзака салфетки. Вытерла мне лоб и глаза, и пальцами зачесала назад волосы.