Академия для императрицы: право быть собой

— Прости Адий. Вечно сначала говорю, потом думаю, — Хранительница справедливости мило усмехнулась, — Ты лучше защитишь своих близких будучи сильнее.

Меня бросило в краску. «Жена»… Это прозвучало так прекрасно из ее уст, но этому не суждено было сбыться.

— И так, — в диалог наконец-то вступил Страж. — Я предполагаю, заметьте, лишь предполагаю, что демоны не тронут тебя до рождения ребенка. Иначе напали бы уже. Несколько месяцев они занимаются подготовкой к серьезной битве, так как думают, что вы будете драться.

— Можно вопрос?

— Говори.

— Почему вы говорите нам все это? Разве Стражи не нейтральная сторона? И говоря мне о планах демонического мира, вы не предаете одну из сторон?

— Нет, потому что о сильнейшем ребенке они узнали от меня.

Спокойно и без капли сожаления ответил Адий. А меня бросило в жар от этох слов. Да как он мог?!

— Тесса, спокойно, тише милая.

Тео подхватил меня за талию и посадил на лавочку. Удивительно как точно он знал момент, когда я могу взорваться. Но удивительным это было до того, как я вспомнила, что этот человек чувствует меня.

— Тео… это он… Если бы не он, то никто бы и не знал…

— Я не мог не сказать, Тесса. Я сам боюсь этого ребенка. Я существую, чтобы сохранять баланс и не давать обеим сторонам совершать необдуманные поступки, а этот ребенок… он прямая угроза нашему миру, существованию.

— Это всего лишь ребенок! Мой ребенок! Вы не имели права так поступать со мной, с ним и с его отцом! Не имели! Вы сказали им как только я забеременела, а мне о том, что они готовятся к войне за пару недель до родов?! Это вы называете честным обменом информацией??? Это не справедливо. Я не готова участвовать в ваших играх, я не подставлю под удар маленького невинного дитя!

— Он не невинен. Он может погубить много жизней.

— Нет. Сейчас этот ребенок чистый лист. С момента его рождения и до тех пор пока он не начнет самостоятельную жизнь, я буду отвечать за него. Виновным он станет только после того как совершит непоправимое. А сейчас, вы не имеете права влезать в нашу жизнь и настраивать против нас целую армию демонов из-за того, что вы подумали, что мой ребенок убьет всех вас. Я узнала все, что могла. Спасибо за встречу. Не скажу, что было приятно. Прощайте.

Я поднялась и пошла на выход из храма. Тео шел рядом. Он поддержал каждое мое слово. И я была благодарна ему за это. За то, что он рядом сейчас.

Мы вышли на свежий воздух. Оказалось, что уже начало светать. Хотя как по мне, мы провели внутри не бльше нескольких минут.

— Как ты? — накрывая меня своим пиджаком, который достал из вертолета, спросил отец моего ребенка.

— Уже лучше.

Пауза выдалась тихой и грустной.

— Тео… спасибо.

— За что?

— Что ты был рядом.

— Я всегда рядом. Даже, когда меня нет.

В эту секунду малыш пнул меня ножкой. Я ойкнула и приложила руку к тому месту. А затем взглянула на встревоженного Тео. Взяла в руку его ладонь и приложила туда, где сейчас, похоже, плясал наш ребенок.

Его глаза засветились, а на лице была самая яркая и живая улыбка, которую только можно увидеть у Теобальда Гесса.

— Тебе не больно?

— Нет. Я привыкла.

— Это так невероятно.

— А я думала тебя уже ничем не удивишь.

— Ты всегда меня удивляла.

Мы смотрели друг на друга и молчали. Его рука все также лежала у меня на животе, хотя малыш давно перестал толкаться.

— Отвези меня домой.

Его лицо вмиг помрачнело.

— К Маттиасу, — я улыбнулась. И заметила как улыбается он, празднуя маленькую победу надо мной. И даже не догадываясь, что побеждаю всегда я.

Остаток ночи я провела рядом со спящим братом, думая о том, что сегодня узнала. Когда Кутти пришел меня забрать, я почти спала у кроватки.

— Тебе нужно поспать.

— Угу, — согласилась, потому что зевала каждый две секунды.

Мы вышли из комнаты, там стоял Тео.

— Пойдем, ляжешь в комнате.

— А ты?

— А я займусь делами.

Тео довел меня до своей комнаты. Я не стесняясь сняла свитер, и осталась в коротком топе. Неожиданностью стали руки. Его руки, обвившие меня сзади и сцепившиеся на животе. Он поглаживал кожу, а я откинула голову ему на плечо.

— Ложись отдыхай, — поцелуй в оголенное плечо, глубокий вдох и он отстраняется.

Я улеглась, он сел рядом.

— Я не хочу прятаться. Но они следят за мной, знают каждый шаг. И это слегка пугает.

— Я знаю. Я что-нибудь придумаю. Мы не отдадим его никому.

— Тебя не страшит, что у нашего малыша будет такая сила?

— Меня ничего не страшит, когда ты говоришь «нашего», — я улыбнулась, понимая, что так и думаю. — Ты все сказала правильно, там в храме. До того, как он начнет пользоваться силой, его воспитанием будешь заниматься ты, а ты не допустишь, чтобы он причинил вред кому-либо.

— Я могу не справиться.

— Поэтому у тебя есть я. И Дар с Донной.

— И Ден с Оли.

— Боюсь, они будут заняты воспитанием своего чадо.

Мы искренне смеялись, пока я не почувствовала, что проваливаюсь в сон.

— Спасибо, — я обхватила его ладонь и уснула.

Глава 19. Похоже, пора прятаться

Следующие пару дней я пыталась связать факты, которые были у меня на руках. Начиная с поджога моего дома. Именно тогда мы поняли, что за мной охотятся с двух сторон.

Эйда со своим нежеланием допустить меня ко дворцу, и демоны, желающие убить моего ребенка и меня заодно, чтобы ненароком не создала еще что-то похожее.

Сейчас работа кипела больше с практической точки зрения. И занимался ею Дар, Тео, иногда с помощью Дена. Мне же оставили свободу в действиях, поэтому я окончательно оккупировала кабинет Стельмана-старшего и занималась тут своими делами.

Тео начал вести себя странно с нашей встречи в храме. Я понимала, что он хочет уберечь меня и ребенка, но иногда это походило на паранойю. Когда он не появлялся на горизонте хотя бы полдня, дышать становилось проще. И нет, он не вел себя как безумный папочка, но думаю, что это пока. Потому что его забота для «матери его ребёнка» просто бесит. Даже взгляда хватает, чтобы вывести меня из себя.

Виктор же наоборот, старался как меньше беспокоить меня и был полной противоположностью поведения Теобальда. Только вот… меня почему-то это не привлекало.

Я открыла окно и дверь, чтобы пустить сквозняк, потому что было очень жарко. Села обратно в кресло, доставая очередную бумажку, которая ничего не будет значить. Но нет. В этот раз я продвинулась дальше, чем думала.

Вот оно.

Боги, да!

Мне захотелось поделиться с кем-то своей находкой, я вскочила с места и голова пошла кругом. Счастье резко сменилось болезненным спазмом, тревогой, раздражением. В кабинет забежал один из приставленных ко мне охранников, но тут резко закрутился вихрь портала и Тео, оттолкнув моего телохранителя, уже подхватывает меня на руки, укладывая на диван.

Следом закручивается еще один вихрь, и из него выходит Дар.

— Все нормально. Зачем такой переполох? Просто закружилась голова. Я долго сидела на одном месте.

— Затем, что рядом сгустки тьмы. Демоны вокруг этого здания. Внутрь они не могут проникнуть пока не вселятся в кого-либо. Но все, кто работают здесь защищены от такого, — объяснил друг.

— Нам нужно уходить. Мало ли, что они сделают.

— Куда? Разве они не будут следовать за нами?

— Поэтому для начала переместимся в бункер, а там решим, где лучше прятать тебя от них.

Началось то, чего я так боялась. Мне приходится сбегать, прятаться, и жить в постоянном страхе за моего ребенка. Еще неродившегося.

— Тесса, я прошу тебя, перестань тревожится и не бойся. Твои эмоции слегка отвлекают.

— Прости, — я постаралась сосредоточиться на малыше, чтобы подумать о хорошем и видимо помогло, потому что Тео больше не просил ни о чем. — Там на столе лежит документ. Это не вся копия. Либо оригинал был уничтожен, поэтому остался один лист, не знаю, но он помог бы нам. Нужно поискать что-то из этой серии.

— Хорошо, Оливия займется этим сегодня. Идите.

— Предпуреди Виктора, пожалуйста.

Тео сжал мои пальцы. Дар кивнул, поцеловал меня, похлопал по плечу Тео и мы с ним провалились в огненный вихрь. Как я поняла, по периметру бункера будут охранники, а потому о нападении, в случае чего, мы сможем узнать заранее.

С последнего моего визита сюда, здесь многое преобразилось. Теперь стены были светлыми, и вообще находясь внутри, больше не казалось, что я в секретном месте под землей. Это вполне было похоже на квартиру или дом. Имелось все, и ремонт был в каждой комнате.

— Сколько мы проведем времени здесь?

— Я не знаю. Единственное, что могу сказать, здесь лучше, чем то место, куда я планировал отправить тебя изначально.

— Куда?

— Под алтарем в храме Семи богов есть вход в подземелье. Там нет условий, но это то место, где тебя не найдет ни Эйда, ни демонические сущности.

— Там более безопасно. Эйда знает про это место, и если она в сговоре с демонами, то нам не скрыться здесь.

— Да. Поэтому Кутти думает как можно улучшить там условия, чтобы, в случае чего, ты могла там родить.

— Это ужасно. Но я приму все, что нужно.

Тео обнял меня и заверил, что со мной и ребенком ничего не случится. Мы стояли в таком положении достаточно долго, пока ему на борд не пришло сообщение.

Он достал его и я увидела «Лиона» на экране. Выпутавшись из его объятий без капли эмоций, я пошла в ванную и закрылась там. Самое обидное, что мне даже попсиховать нельзя сейчас. Он поймет, да и ребенку вредить я не хочу.

Я успокоилась лишь спустя час. Вышла из ванной и поняла, что хочу есть. За это время он не стучался, не врывался, не требовал выйти.

Он сидел на кухне работая с какими-то документами. Без рубашки. Я открыла холодильник, пытаясь угомонить гормоны. Достала морковь и стала хрустеть ею, осматривая его пока он не повернулся.

— В сковороде есть мясо, садись, я положу.

Он отвлекся от своих бумажек и поднялся.

— Не стоит утруждаться. Я не беспомощная.

— Боги, ты хоть раз можешь молча согласиться? Или тебе обязательно нужно протестовать даже в самых ерундовых вопросах?

Я смотрела на него с хитрым прищуром, пережевывая морковку. Больше всего на свете мне хотелось сейчас протестовать и ни с чем не соглашаться.

— Могу. Но не буду.

— Как меня угораздило то? — пробубнел он, но мой обостренный слух разбирал все сейчас.

Он все-таки взял тарелку и положил туда сочный кусок стейка. Мне тотчас захотелось его съесть, но я решила, что поддразниться намного важнее.

— Я уже давно не твоя забота. И не факт, что была ею.

Тарелка была с грохотом поставлена на стол, а я зажата между двух рук, упарающихся по бокам на столешницу. Я перевела взгляд с его рук на глаза.

— И? Что это значит? — глаза его полыхали огнем. Я поняла, что соскучилась по этому. Давно не видела этих искр, которые кого-то могли испепелить, а кого-то согреть.