Мир Мельхиора 2. Жертвы Подземья

Тем вечером я почти получил новый навык — портной. Если я и имел что-то общее с иголкой и ниткой в прошлой жизни, то на довольно примитивном уровне. К счастью, на помощь пришла Мероу, у которой с ним все было в порядке. Даже более того, её навык уже достиг девятки и вот-вот готовился к получению бонуса, так что она была только рада помочь всем желающим.

В этот вечер я узнал из разговоров одну важную вещь на счет нашего боевого мага воды — Мероу имела звериное имя, и могла быть возрождена в городе. Так что как минимум один член отряда путешествуя с нами по Подземью ничем особо не рисковал.

Не смотря на особый именной статус, прямого наставника из числа магистров у неё не было. Оказывается, бывает и так. Само собой, мне хотелось вызнать подробности, чтобы хоть немного понимать, с чем могла столкнуться Ласка, но здесь мои расспросы столкнулись с явным нежеланием разговаривать. Было видно, что «Рыбке Мероу», как ее звали в отряде, неприятно обсуждать все эти темы. Водная чародейка вообще была обладателем взрывного характера, и никто не горел желанием выяснять с ней отношения без веского повода.

Пещеры почти полностью утратили красоту, какой они были наделены в Доминионе и рядом с ним. Сейчас Подземье больше напоминало не тот волшебный мир, что открылся нам с пустотницей в первые дни, а пустые холодные переходы, состоявшие из голого камня и холодного ветра.

Впрочем, тяжелый путь против порывов стихии неплохо помогал прочищать голову.

К концу второго дня пути мы так и не встретили ни одного нового монстра. Но усталости за этот день всё равно накопилось с лихвой. А потому я собирался с чистой совестью завалиться спать, закинувшись остатками еды из инвентаря, но был остановлен темной. Паладин Мархи напомнила про необходимость нести дозоры, и сегодня как раз была моя очередь. По невнимательности, я посчитал, что охраняют лагерь по двое в ночь. Но быть на вахте доводилось лишь половину ночи, а потому и моя смена пришла быстрей, чем я думал. Хотя может, оно и к лучшему. В прошлую ночь от усталости я не видел снов, и проснулся на удивление относительно легко, но едва ли проклятая стихия оставит меня в покое.

Телосложение, оно же выносливость, оставалось катастрофически слабым, равно как и показатель силы, а потому некоторые особо сильные порывы ветра меня практически сдували, и проход северными тоннелями давался мне физически непросто. Но я не жаловался, надеясь, что это позитивно скажется на прокачке слабых параметров. Вкладывать редкие очки характеристик, которые даются всего лишь каждый десятый уровень, в них — значит делать себя слабее, как мага.

Я постарался скрасить свой дозор максимальным комфортом. Благо мы и на этот раз поступили так же — забаррикадировались ледяными ловушками в тупиковой ветви основного тоннеля. Да и монстров мы не встречали уже очень давно. Подземным тварям местный ветер тоже, видать, по душе не пришелся.

Собственно, это и было главной ставкой группы — чудовища, обитавшие под Доминионом не очень любили локации к северу от города. Благодаря этому низкоуровневым гоблиноидам и удавалось спокойно жить на сумрачных тропах, а дальше них живность, по словам Мархи, и вовсе должна быть большой редкостью.

Этой ночью мы впервые распалили костёр, чтобы хоть как-то согреться. Выйдя к костру, я молча вытащил флягу и сделал пару долгих глотков.

Не смотря на стертое прошлое, моя память настойчиво вытаскивала из глубин подсознания слова «кофе» и «чай». Вот только ничего подобного в Доминионе я не встречал, а потому на душе стало немного тоскливо. Зачастую все пили чайный гриб или грибной алкоголь.

Пыу-у-у.

Я обернулся на неожиданный звук. Неподалеку от костра расположился Лесат, выдавая одинокую ноту на варгане. Заметив мой интерес, напарник по ночному бдению быстро переместился рядом и сразу начал беседу:

— Кстати, Сион. Все никак не удавалось с тобой поговорить. Хорошо хоть тут ветра нет.

— Да, мне тоже хотелось, — улыбнулся я ему в ответ, хотя в моём случае это было скорее любопытство. — Ты первый.

— В общем-то ничего такого, — немного смутился искатель. — Хотел узнать, зачем ты пошел с ними? Ты ведь в курсе, что шансов вернуться живыми у нас не так много?

— Ну, пока что всё идёт неплохо. От рьеков отбились без потерь, да и уровни капают.

— Надеюсь, что так, дружище. Но это ведь не ответ.

— Забавно, я хотел спросить тебя о том же, — вздохнул я и устало улыбнулся. — Ну, это не тайна. Мне ведь звериное имя зарабатывать нужно, как и тебе, верно?

— Нужно, конечно, — почему-то рассмеялся Лесат. — Но признайся, дело ведь не только в этом. Дай угадаю: Мероу?

Неожиданное предположение застало меня врасплох. Я даже не сазу понял, что имеет ввиду искатель. Ему что, нравится наша водная чародейка? На мгновение перед глазами возник силуэт эльфийки с острыми, лисьими чертами лица и милыми, каштаново-рыжеватыми волосами. Охотно верю, что эта девушка может быть объектом симпатий. На мой вкус даже при всех особенностях своего характера, Мероу была космически красива. То есть лишь самую малость уступала Ласке, хотя с последним утверждением едва ли со мной кто-нибудь согласился.

— Она редкой красоты девушка, — даже не смотря на вроде бы стройный ход мыслей, с контролем речи возникла заминка и я просто ответил, что думал. — Конечно, она мне симпатична. Но скорее в качестве красивой картины, а не личного интереса. Намного больше меня волнует встреча с Лаской. По большому счёту для этого я и ищу способ получить это грешное имя, искатель. Кстати, что это за класс такой?

Попытка перевести тему была несколько топорной, но Лесат охотно сменил тему.

— О, это эпический класс! — охотно ответил он. — Самый универсальный. Немножко воин, немножко стрелок, в будущем может быть и немножко маг. При том есть фишки для следопыта и странника. Если честно, сам еще не совсем разобрался. По идее моя специализация — поиск и исследование сложных локаций, где нужно думать и проявлять разные таланты. Жаль, привязки к стихиям еще нет, чтобы развиваться как маг, но это дело поправимое. В крайнем случае, всегда можно стать контрактором хаоса, демонов или духов. Короче, универсал, и только от меня зависит, как именно я буду качаться.

Лесат как всегда был разговорчив. Но я был этому сейчас даже рад. После двух дней, когда из-за ветра общение было практически невозможно, мне и самому хотелось перекинуться парой слов хоть с любым членом отряда. Атмосфера уверенности, царившая в начале похода, постепенно сходила на нет, а смена опасных локаций на пустынные холодные тоннели вызывали уныние и топили это чувство в рутине.

— На тебя посмотреть, так ты скорее танк. — заметил я, кидая дровишек в тему навыков необычного человека.

— Да, — с усмешкой согласился Лесат. — Есть немного. Хотя я привык себя считать скорее штурмовиком. Знаешь, вылететь неожиданно на врага и расстрелять из автомата…

— Оружие из прошлой жизни. — потянул я. — Говорят, скоро мы забудем почти всё о том мире.

— Слышал. Хотя, с этим бывает по-разному. Некоторые на память не жалуются и спустя десятки лет здесь, хоть таких и мало. Зато здесь есть автоматический арбалет. Слышал о такой штуке? Вместо пуль и пороховых газов — маленькие стрелы и магия. Изобретение одной из вымерших местных рас. Тари, кажется.

— Видел на рынке несколько многозарядных арбалетов, — припомнил я.

— Не, — ухмыльнулся Ласат. — Там гномьи модели — это немного другое. Тоже крутая штука, но без колдовства. У тари был именно что настоящий магический автомат…

Так мы просидели остаток нашего дежурства, бесседуя ни о чём и обо всём одновременно. Обсуждали оружие, пищу, вспоминали редкие сохранившиеся моменты устройства мира из прошлой жизни, а затем искатель снова подошел к теме отношений и девушек.

9. Тишайший мост 2/3

Начиналось третье утро нашего похода. Проклятая стихия не проявлялась, но приходил в себя я достаточно долго. Ранника даже поинтересовалась, всё ли со мной в порядке, однако мне удалось отмахнуться, свалив всё на усталость и недостаток сна. Сам же изо всех сил постарался сконцентрироваться на текущем моменте и погрузиться в рутину.

Вскоре состоялась первая встреча с местными монстрами. Чудовища звались морозными скрытнями и отличались от знакомых мне тварей белёсой густой шерстью и вдвое большим уровнем, чем в песочнице.

Враг напал на нас у небольшой лужи прозрачной холодной воды, укрытой тоненькой корочкой льда. Однако скрытней было немного, и слаженные действия отряда, знакомого задолго до моего появления в нем, легко с ними разобрались. Четверку превосходящих нас по уровню уродов сначала как следует обработали магией Рута с Мероу, пока Ранника накладывала обкаст. До воинов твари добрались изрядно потрёпанными, и были легко зарублены. Мои услуги понадобились лишь в самом конце сражения, да и то я всего лишь залечил пару царапин неудачно подставившихся убийцы и вора.

Нам эта короткая стычка скорее помогла, выдернув из сонного состояния, в котором мы пребывали в последнее время пути по холодным пещерным тропам.

Вспоминая недавний разговор с искателем, я периодически посматривал в сторону красавицы Мероу из чисто эстетических мотивов, и больше чтобы отвлечься от монотонности однообразного пути. Но склочный характер эльфийки был совсем не в моём вкусе. Если уж говорить об этом, куда интересней была Ранника.

Таинственный ледяной баффер была не так проста, как кажется на первый взгляд. В отличии от Мероу, она была легка в общении и с ней не создавалось ощущения, словно бы каждое твоё слово взвешивают, прежде чем решить, стоит ли тебе отвечать. Да и сам характер у неё был каким-то воздушным, со смесью живой любознательности и оптимизма.

Разговорившись с ней на третий день пути, я не заметил, как пролетел весь день, и даже холод был уже не настолько заметен, не смотря на то, что с каждым шагом он становился сильней.

Судя по карте, мы уходили все ближе и ближе к поверхности. Выйдя из-под уютных стен подземного мира в широкую голубую расщелину, я по началу подумал, что это и есть Наружный мир. Но увы. Это место звалось Дорогой Призраков. Следующая локация за «Свистящими Тоннелями» и «Второй Северной Дорогой», которые мы миновали за последние пару дней.

Как появилось это место с точки зрения физики я понимал слабо. Представьте себе замерзшее море Арктики. А теперь представьте, что под толстым слоем льда находится тонкая сеть расщелин вполне себе наполненных кислородом. Словно сотни неведомых кротов, или даже червей, вырыли внутри замёрзшей воды свои собственные переходы в тайные королевства.

Это была замёрзшая заводь моря Тишины. Сестры более тёплого и гостеприимного моря Покоя, где мы нашли одноимённый храм. Нужное нам место, названное «Крысиным спуском», отсюда было уже достаточно близко.

Судя по карте, вода окружает две трети Доминиона, расположенного как раз на стыке двух морей. За этот день мы поднялись по ледяному лабиринту ещё выше, чтобы обойти Тихое море по верху.

Вода была чёрной. Вернее, она тут была абсолютно прозрачна, но большая глубина и отсутствие привычных Мельхиору светящихся водорослей создавали именно такое впечатление. Только запах был тем же, что я чувствовал, когда мы плыли на самодельном плоту вместе с Хеором и Дримом.

И Лаской…

Под невидимым нами ледяным небом Мельхиора было еще светло, когда мы достигли Тишайшего Моста, находившегося в сердце дороги призраков. Неподалеку заканчивалась заводь Моря Покоя. С пол километра отсюда находился Тихий водопад — место, где соленое море медленно переваливалось через край камня и почти бесшумно падало широкой зеркальной струей в расщелину, в бесконечную черную мглу Нижних Уровней.

Сам я этого не видел, но отчетливо нарисовал в голове после подробнейшего рассказа Лесата, успевшего завести знакомство с кем-то, кто уже ходил этим путём.

Белоснежный мост был длиной в два, а то и три километра и шириной метров десять. Не могу себе представить тех, кто построил данное сооружение, ибо опирался каменный мост на спускавшиеся вниз бесконечно длинные каменные колонны. Возникали ассоциации с великанами и титанами, но о подобных существах в этом мире я пока что не слышал.

Неизвестные строители опустились вниз на многие километры, чтобы построить колонны, на которых стоял мост. На ум приходила магия, но даже так я не мог представить ни уровень навыка колдуна, не предполагаемый уровень навыка строителей, создавших сие чудо.

Примерно на трети пути часть опор моста была обрушена. На самом мосте это отразилось в провале метров на двести-триста длиной, где белые камни заменял навесной мост из древогриба, сделанного стараниями местных не так давно. Шаткая и скрипящая под ногами конструкция не внушала доверия, но благодаря холоду, она оставалась относительно крепкой, без следов плесени или мха. Своеобразная «заплатка» на мосту была рассчитана даже на тяжелый торговый обоз и осадную технику, как меня уверяла баффер отряда, встречавшаяся с подобными сооружениями в песочнице.

— Змейка, — это одна из звериных нор на Нижние Уровни. — пояснила мне тёмная, когда я стал её расспрашивать четвертой ночью похода о географии нашего путешествия. — Мы сейчас идём к «Крысиной Норе». Такие места разбросаны по всему Мельхиору, однако спуски южнее Змейки почти непригодны для путешествий.

Следующий спуск на Нижние Уровни севернее звался «Спираль Снежного Барса» и там температуры уже достигали экстремальных низов, а путешествие было опасным из-за погоды и аномалий даже для опытной и хорошо экипированной группы. Да и путь к спуску по промёрзшей части Подземья занимал в два с половиной раза больше времени по карте. На поверхности температура становилась настолько низкой, что даже толщина льда и камня над головой ничего не могли с этим поделать. Эта локация простиралась так далеко, как все уже пройденное расстояние, если его увеличить вдвое.

А вот к югу от Крысиного спуска и Змейки располагались опасные Кабаньи тропы, откуда периодически вылезали мигрирующие чудовища.

Что было дальше к северу и югу знали только старшие ученики.

Но мне хватало и нынешнего пути, чтобы проникнуться. Здесь не то что растения, даже кристаллы забывали светиться. И если отсутствие корнецвета было понятным, отсутствие светоносных камней явление необычное после всех пройденных мною локаций.

Темнота стала нормой в любое время цикла. От моста и далее было так тихо, что я готов был расцеловать любое природное явление на своем пути. Но увы, Подземье оставалось глухо к моим молитвам. Даже холодный ветер боялся потревожить покой Тихого моря.

9. Тишайший мост 3/3

К концу третьего дня, плавно перераставшего в четвертое утро, мы устроили ночлег сразу за мостом. Тупикового тоннеля, как в две прежних ночи, здесь не нашлось, и Мархи решила остановиться прямо посреди широкой тропы у заледеневшей заводи холодного моря.

За эти три дня мы прошли максимально быстро окрестности Доминиона и вступили на территорию северного Подземья. Не знаю причину спешки темной, но нашему лидеру явно было виднее — она единственная из всех нас уже бывала в этих краях. Мархи вообще заметно нервничала с тех самых пор, как мы подошли к призрачным тропам, хотя при этом и утверждала, что около Тихого моря почти не бывает живых существ. Даже привычные к холоду монстры старались обходить это место, да и вода здесь была для питья непригодна из-за высокого содержания соли.

Закончив помешивать почти готовое блюдо из наших запасов, я молчаливо порадовался росту навыка кулинарии до шести. На четвёртый день припасы от Мыши закончились, и пришло время готовить пищу своими силами, на что я сразу же наложил лапу.

Роль полевого кашевара, не смотря на обилие девушек, никого почему-то не прельщала. По идее, этим изначально собирались заниматься Мероу и Ранника, но желанием таким они совсем не горели и занимались бы этим исключительно из необходимости. Зато Ласат внезапно выказал живой интерес к готовке и желание поучаствовать. Странная у нас получилась компания.

Мне удалось приготовить довольно сытный суп, помогавший согреться в холодных тоннелях. В промёрзлых тоннелях это стало особенно актуально. Совместными стараниями с искателем вышло очень даже неплохо, особенно с остатками валявшегося у меня краба с рыбой серебрянкой и кислоцветами, а также широкого ассортимента специй из запасов Лесата.

В ту ночь нам пришлось выставлять дозор из троих и постоянно поддерживать костер. Выбранное для лагеря место было не очень открытым, да и Ранника с Мероу совместными усилиями добавили лишних ледяных наростов в проходе, которые не только могли бы защитить нас от внезапного нападения, но и чуть лучше прикрыть свет от огня. Но спокойней от этого не стало.

Кроме того, по предложению Сегинуса, мы решили выставить еще и факелы по периметру от лагеря. Ещё одна демаскирующая нас деталь, но иначе мы бы увидели нападение лишь в самый последний момент, когда колдовать будет уже поздно, и всё будет решать лишь сталь воинов и способности хиллера.

Мне, как и искателю, такое решение не пришлось по душе, но Мархи с Мероу активно его поддержали. Небесно красивая эльфийка вообще почти всегда поддерживала дроу, так что сдаётся мне, Лесат со своим интересом был явно в пролёте.

В итоге каждый из нас сидел должен был сидеть одиночестве и смотреть в пустоту на отведённый ему участок на протяжении цикла, пока кто-то не приходил на смену.

В эту ночь я был на страже в числе первых. Вместе с рыбкой и вечно мрачным тёмным эльфом. При чем эти двое были так увлечены выяснением отношений друг с другом, что я невольно возвращался снова и снова к мыслям о пустотнице.

Наблюдая за торчащим во льду факелом, я почти вошел в некий транс, созерцая отблески волшебных огней на поверхности льда. В какой-то момент, я потерял свой внутренний диалог. Однообразные блики язычков пламени, отраженные на бирюзовых льдинах, начали складываться в какое-то послание. Будто бы в этом колыхании света скрывалось нечто большее, чем просто явление природы. Или же просто скука начинала негативно влиять на разум.

Ласка, танцующая в теплом подземном дожде долины Смотрящих. Багровые листья спящей травы. Алые стебли лиловых цветов, смотревших в светящиеся кристаллы сменились красными. Рогатая саарна с неестественно перевернутым ртом танцевала в крови Мельхалин. Почему девушка не пришла на инициацию учеников вместе с друзьями? Покрытый языками зеленого пламени магии смерти Танатос и его последнее слово, до сих пор звеневшее у меня в голове, будто бы я услышал его только вчера.

«Слабак!»

— Эй, хилл! С тобой все в порядке?

Я вздрогнул. На плечо легла рука Ранники.

— Д-да, а что?

— Ты выглядел каким-то потерянным. Спим на посту?

Я бросил взгляд на маленький цветной кристалл часов, валявшийся рядом с кострищем. Темный цикл будто бы подчеркивался ослабевшим пламенем. Артефакт был жутко неудобным — и весил как хороший кузнечный молот. Да и с стоил он немало — циклы были специфическим мерилом времени, а потому делались такие вещи на заказ у местных артефакторов. Наш был таким же, только самым дешевым и подержанным. Еще и ману жрал для своей работы.

Песочные часы отмеряли каждый цикл бегом крошечной кристаллической пыли, которая меняла свой цвет в конце каждого цикла, волшебным образом самостоятельно переворачиваясь и возвращаясь в исходное положение. Сейчас последние песчинки цвета угольной пыли просыпались вниз.

Финал первого черного цикла. Кажется, это конец моей смены дежурства.

Ранника не смогла подавить зевоту. Полуэльфийка хотела казаться сильной, но было заметно, что характеристиками для выживания её обделили при старте не хуже меня, потому долгий путь сильно её изматывал, а сна сильно недоставало.

— Все в порядке. Хочешь, я подежурю вместо тебя?

— Уверен? — девушка была явно сонной, но и уходить не спешила. — Выглядишь не очень.

Ага, вот кто бы говорил.

— Да, всё в порядке. Я совсем не устал. Просто задумался.

После инцидента в трактире с Мышью, ложиться спать было банально страшно. Никто не даёт гарантий, что это не повториться, и я ни на кого не нападу во сне. По-хорошему, мне стоило бы идти в этот поход одному, но после встречи с рьеками я понимал, что это была бы верная смерть. Да и с недавними снежными скрытнями сам бы я не справился даже с проклятой магией.

Чем меньше я сплю, тем лучше. Все эти дни я старался максимально нагружать себя и выматываться. Усталость однажды уже подсказала мне выход, и я уверенно ему следовал. В отряде решили, что я просто сам по себе очень трудолюбив, за что получил ментальный плюс в карму. Но на самом деле я просто боялся засыпать, а потому выключался на минимальное время, и только когда оказывался полностью истощен.

Наверное, отсюда и мои ночные видения. Даже мир мне временно снял единицу интеллекта от недосыпа. Теперь в инфо так и значилось:

Недостаток сна. Характеристика «интеллект» снижена.

Числа в этом оповещении не нашлось, но я-то помню свои параметры, да и подсвечена инта была тревожным красным цветом. Скорее всего, в будущем штраф будет увеличиваться, если я продолжу так делать.

— Если не против, я все-таки посижу рядом с тобой, — сквозь зевоту произнесла баффер.

— Как хочешь, — пожал плечами я.

Некоторое время мы так и сидели, молча глядя на лёд, кутаясь в тряпки и думая о своём. Но возникшие от недосыпа видения и образы больше не появлялись.

— Почему ты пошел с нами? Звериное имя? — прервала Ранника тишину спустя минут десять. Она продолжала неотрывно смотреть на холодные стены обледеневшего тоннеля, лишь струйка пара изо рта выдавала в ней живое существо, а не застывшее изваяние.

Я молча кивнул. Любят здесь задавать этот вопрос.

— Это поход последней надежды. Для многих — это последний шанс. Терми сидит в долгах, Мероу уже ни во что не верит, да и другие тоже отчаялись.

Я нашел в себе силы оторваться от созерцания и посмотреть на девушку.

Если Мероу с острыми чертами лица напоминала мне лисицу, при чем хищную, то Ранника — скорее была воплощением чего-то милого. В ней была в ней некая таинственность с нотками жертвенности, чем напоминала Ласку. Только голос был совершенно другим, бархатным и красивым. Наверное, потому я был по-умолчанию расположен к полуэльфийке. Короткие каштановые волосы, чуть вьющиеся на кончиках, голубые глаза и милый глубокий голос дополняли образ, а завершал его необычайно вкусный запах горячего шоколада.

— Не молчи, — чуть обиженно надула губки девушка. — Никогда не думала, что увижу кого-то мрачнее, чем наш Сегинус.

— Я не знаю, что говорить. Мои цели ты и так знаешь, и они ничем не отличаются от чьих-либо в группе. Разве что у Мероу иные цели.

— Мероу здесь ради нашего дроу.

— Это я уже понял.