Мир Мельхиора 1 — Ужасающий рай

Происходящее смотрелась невозможным, сюрреалистичным сном. Хоть в новом месте было и куда как приятнее, чем в той темной комнате, заляпанной кровью и наполненной монстрами.

— Подойди — повторил рыжий, на сей раз добавив нотку снисходительного сочувствия. — Тело рядом с тобой — мусор. Судя по крикам — она явный пустотник, а такие долго не живут. И кончают всегда паршиво. А жаль, было бы здорово заполучить нава. Но ты же вроде разумный, да? Если понимаешь, что я тебе говорю, то иди сюда, не заставляй злиться.

Глаза снова поймали в фокус отрубленную голову орка. Я вспомнил, как назывались такие существа. Зеленая кожа, выступающие клыки и массивная фигура, выдававшая мощную физическую силу. Короткий ежик грубых темных волос не потерял своей формы, даже прокатившись по полу.

Затем я снова посмотрел на рыдающую у меня в ногах девушку. Последнее, что я помню — это наша попытка выжить, прижавшись спиной к спине. В какой-то момент я просто утратил контроль и чувство реальности, и что происходило за этим, я не знал. Ни как нам удалось все-таки выжить, ни откуда у меня взялась, вполне здоровая рука, хоть её точно отрубили прямо у меня на глазах. Такое, как бы довольно трудно забыть.

Инстинктивно прикрыв девушку собой, я ответил рыжему:

— А с ней что? Если я подойду, ты обещаешь сохранить ей жизнь? Она в порядке, просто напугана.

Не хочу оказаться на месте орка. Но и бросить товарища, с которым мы прикрывали друг другу спину — нет, так я не могу. Что-то внутри протестовало против такого преступного бездействия.

Тот, казалось, опешил. Брови коротышки поползли вверх:

— На кой хрен она тебе? У неё же мозгов нет, просто тупая туша. Да еще и опасная.

Ага, как же. Была бы она неразумной, мы бы в том месте не выжили точно. Может, она и странная, но "неразумной" назвать её точно нельзя.

— Я отвечу на все твои вопросы, если ты сохранишь ей жизнь, — упрямо ответил я рыжему. Коротышка нахмурился, и на минуту прикрыл глаза.

— Парень, просто подойди сюда к чёртовой свече!

В тот момент я вспомнил свой сон. Лет в… не помню во сколько, но это точно было в глубоком детстве. Я стоял под теплым ливнем посреди огромного поля, залитого травой и бесконечным потоком теплой прозрачной воды. А надо мной простирались ряды облаков, и внутри горело чувство бесконечной свободы. Свободы от всего, даже от времени.

Дождь был для меня источником сил, вдохновения, хорошего настроения, в конце концов. Тихая, спокойная, и такая приятная стихия всегда поднимала настроение, где бы я ни находился. Будь я волшебником, то определенно выбрал бы именно воду.

Печать воды подтверждена.

Пламя свечи приобрело ярко синий, почти циановый оттенок, а после и вовсе обратилось в воду. Огонь все еще вел себя как огонь, но при этом однозначно являлся водой. Выглядело это довольно необычно, почти что гипнотизировало.

— Кхм, вода, значит? — рыжий зажег над ладонью слабое пламя и свет свечи на столе вновь стал нормальным.

Помещение, наконец, озарилось нормальным светом, и только сейчас я понял, что лазурное пламя свечи показывает мир в очень искаженном виде.

В отблесках пламени озарилась рыжая борода и стальной плотный шлем, сдвинутый к затылку. Совсем как толкиновский гном — пронеслось в голове. Вместе с примерным пониманием, что же такое этот самый «гном». Или дворф — то есть подгорный народ. Примерно в это мгновение над головой у рыжего появилась едва заметное имя:

Махаон Бронзобород, уровень скрыт.

Ну да, как-то так они и выглядели.

Полупрозрачная табличка с горящим именем висела прямо над макушкой дворфа и смотрелась более чем уместно. В голове даже возник вопрос, почему я не видел таких табличек с именами раньше, над всеми вокруг — настолько естественным это казалось.

— Махаон?

Брови гнома поползли еще выше:

— Ты видишь мое имя? Ух-ты, значит, интеллект у тебя выше восьми. Хороший знак. Хоть и воды тут навалом, все равно приятно видеть мага с головой на плечах. А фамилию мою видишь?

— Бронзобород. — Уверенно ответил я.

Гром одобрительно кивнул и осклабился:

— Может, еще и свое имя помнишь? — продемонстрировал дворф свой набор белоснежных зубов.

Черт. А вот с этим сложнее.

Может, и надо мной есть такая надпись? Я приподнял голову, и рыжий откровенно расхохотался:

— А ты забавный. Но лучше постарайся просто вспомнить сам. Это не так уж и трудно.

Память была почти пуста. Воспоминания вспыхивали мгновенно, буквально на секунду, и тут же гасли. Я инстинктивно потянулся правой рукой к груди и отчаянно взмолился о знаке. В конце концов, если у меня есть эти печати, то они должны мне как-то помогать, иначе, зачем все?

Перед глазами засиял полупрозрачный голубой прямоугольник, значительно больше и подробнее крошечной полоски над гномом:

Сион. Лунный эльф. Ученик чародея 1 уровня.

Сила — 5

Ловкость — 7

Выносливость — 5

Воля — 7

Интеллект — 10

Мудрость — 16

Печать Воды: ранг I , синхронизация.

Печать пустоты: ранг II , сопряжение.

— Сион, да? — почему-то спросил я у рыжего.

Гном разочарованно кивнул:

— Ладно, так тоже можно. Жаль только, что имя не звериное. А я уж было подумал, достойный ученик выйдет. Но ничего, может, ещё повезет в песочнице.

Я обернулся. Девушка была рядом со мной. Выглядела она перепуганной до чертиков, но все же держала себя в руках. Хотя заметная дрожь и заплаканные глаза всё равно её выдавали. Незнакомка явно была не в себе, будто бы из неё вынули душу, протянули по девяти кругам ада ускоренным курсом, и вернули обратно. Наверное, это состояние и называют глубоким шоком.

Понятия не имею, что я должен сейчас сказать. Однако в голове была одна довольно простая мысль: главное не быть одному. Все, что угодно, только не быть одному. Лучше убить и сожрать это рыдающее существо собственноручно, чем отказаться от него. Это милость и сочувствие. Потому что худшее проклятие есть одиночество. Все что угодно, только не…

Стоп. О чем я только думаю? Это вообще мои мысли? По коже пробежали мурашки. Если прозрачные таблицы с письменами казались мне нормой, то возникшие в голове мысли относительно незнакомки пугали. Подобное мышление и выводы для меня явно были чем-то новым, и не очень приятным.

Что ж, по крайней мере, прежде маньяком я не был. Наверное.

— Ладно, еще печати имеются? Вроде бы какая-то примесь в цвете твоей свечи точно есть, — продолжил гном. — И это. Максимальная характеристика какая, раз уж посмотрел?

— Я отвечу на все вопросы и докажу все что ты хочешь, но ты должен сохранить её жизнь, — решив снова напомнить гному о своих пожеланиях, я многозначительно посмотрел в сторону незнакомки.

Рыжебородый опять нахмурился:

— Да на кой черт? Говорю же, она не соображает ничего. Поверь, я таких уже видел и не раз… Что-то пошло во время ритуала не так, бывает.. хммм… А, впрочем, черт с тобой. Если этот мусор тебе так нужен, пусть просто тоже ответит мне на вопросы. Правила для всех одни — ответил — вышел. Не ответил — сдох. Все просто, правда?

Я могу отвечать за себя. Но могу ли я отвечать за жизнь другого существа? Существа, незнакомого и неизвестного мне? С учетом того, что в противном случае ей грозит смерть, я произнес без капли сомнений:

— Я отвечу за неё!

— Нет, так не пойдет. На тестах каждый сам за себя, — разочаровал меня дворф. — Тут ведь суть не столько в самом вопросе, сколько в том, что ты вообще в состоянии его понять и ответить. Мне-то плевать, как тебя зовут, да и сфера если не шибко редкая, тоже побоку. Но я должен знать, что ты не клинический идиот и не псих. Таковы правила. Вот представь, ударит ей чего в голову и пристукнет кого. Внутри неё ведь монстр сидит. Гребаные пустотники… Таких, по-хорошему, на месте мертвить полагается. Ой, да что я тебе, нубу, там рассказываю..?

Я снова посмотрел на девушку. Как будто бы чувствуя меня, она вдруг на секунду очнулась от своего странного оцепенения, и в её стеклянных глазах мелькнул разум:

— Не бросай меня, — прошептала она едва слышно.

А нет, просто показалось. Её взгляд был действительно абсолютно бессмысленным, как и говорил гном. Только раньше я не придавал этому значения. Тем более, что в комнате с монстрами она была очень даже в своем уме. Иначе мы бы точно не выстояли спиной к спине против этих.. существ.

Но сейчас, чего бы не хотел рыжебородый, не похоже, чтобы девушка обладала способностями к осмысленному диалогу. Все её слова больше походили на стенания или тихую истерику.

— Я понимаю, на пороге каждый держится за кусочки прежнего себя. Но глупая жалость точно в новой жизни тебе не поможет, — предпринял последнюю попытку дворф. — Ты прошел отбор. А у неё, может, интеллекта единичка. Тогда её удел — пускать слюни. Или врожденный пак дебафов на психику такой, что она накинется на тебя самого уже через пару часов, как я вас отсюда выпущу. Поверь мне, парень, я сейчас не сказки сочиняю. И такие, долго не живут в любом случае. На ней печать пустоты, тут даже и свеча не нужна. Это очень скверно и пока что не лечится.

Вот как можно принимать глобальные решения о своем будущем, если ты вообще ничего не понимаешь? Грядущее покрыто даже большим мраком, чем у студента, едва окончившего свой универ.

Странные мысли захлестнули меня, заставляя переживать заново какое-то событие из прошлого. То, что это было прошлое, я знал точно. Вот только это был странный, набитый непонятными механизмами мрачный мир… по спине пробежали мурашки, а сердце снова сжалось от боли. Думать об этом решительно не хотелось. Да и сами мысли были вязкими, словно кисель.

А еще, судя по всему, печать пустоты — это и моя проблема. Хорошо, что сам дворф, похоже, не видит этого. Будет лучше, если о моей второй стихии не узнает пока что никто. Потом разберусь, что это такое. Если останусь в живых, само собой.

— Я могу узнать её имя, — предпринял я новую попытку.

— Да не в имени дело, говорю же… ты вообще, чем слушаешь? Ладно, хватит — дворф взмахнул рукой в сторону девушки, и механическая фигура в белом за его спиной безмолвно воспарила сквозь стол к темноволосой незнакомке.

Я мысленно напрягся.

Конечно, задумай существо отрубить девушке голову, как тому орку, вряд ли я чем-то смогу ему помешать. Но и попытаться вмешаться я просто обязан.

Довольно небрежно схватив девушку за безликую серую рубаху, белый силуэт молча поволок её к свече. Девушка сперва вяло попыталась вырываться, после чего вдруг неистово дернулась, ударила чем-то по существу, и то мгновенно рассыпалось в прах. В руках у незнакомки был сгусток фиолетового тумана, каким она убивала монстров в кровавой комнате.

Я посмотрел на девушку. Темноволосое создание собиралось тут же рвануть ко мне. Но затем вдруг резко застыла и начала формировать фиолетовый шарик в одной руке и черный — в другой. Видимо, на тот случай, если фигура в белом балахоне была не одна.

Ответить на вопросы? Это вряд ли. В словах рыжего есть доля здравого смысла. Что, если она действительно опасна для окружающих? Сегодня она прикрывает спину, а завтра путает тебя с врагом. Оно мне надо?

Свеча отразилась вязким черным пламенем с легким отливом фиолетового. Никогда бы не подумал, что огонь может быть таким жутким. Света вокруг тоже заметно поубавилось. Черное пламя не давало свечения вовсе, и лишь фиолетовые всполохи и отливы позволяли сохранять минимум видимости. Остатки видимости сохранялись лишь благодаря гнилушкам, лишайнику и прочим светящимся штукам.

— Печать Тьмы и Пустоты. Мда, ну и сочетаньице, — хмыкнул рыжий. — Ладно, перейдем к вопросам.

— А я могу ей хоть помогать в случае чего? — с надеждой спросил я.

Гном, кажется, вновь оказался озадачен моим вопросом.

— Ну.. ладно, — сдался он. — Только за неё не говори. Я-то скидку сделаю, но если она совсем неадекватна, то ничего не поделаешь. Это выше меня, парень. Правила есть правила.

Я аккуратно взял девушку за плечи и, как следует, встряхнул:

— Ты понимаешь меня? Я постараюсь помочь. Сможешь ответить на мои вопросы?

Девушка испуганно сжалась, а затем вдруг попыталась метнуться в сторону, направляя шар мрака в сторону рыжебородого.

Коротышка поморщился и достал из-за спины небольшой топорик.

— Серьезно, тебе же проще, если я её упокою. На кой тебе эти проблемы? Видно ведь, что она не в адеквате.

— Пусть хоть попробует, — сдался я, отчасти принимая слова коротышки.

Очевидно, что я рыжему не соперник. Я даже не знаю кто я такой. И единственное, что у меня есть, это странная сила «стрела льда», что все еще витала где-то в глубине разума. И некий «крах реальности», который явно укажет всем на мою собственную печать пустоты.

Но что бы там ни было, эту информацию явно следовало скрывать, судя по реакции гнома на эту силу.

— Как тебя зовут? — спросил рыжий у девушки.

Я уже знал правильный ответ. Знал, не мог передать его несчастной.

Над растрепанным черным каре с закрывающей глаз челкой мерно плавала надпись:

Ласка. Нав. Вор. Уровень 1.

Я едва слышно произнес это имя, глядя в пол перед собой. Чем бы это мне не грозило, если я не помогу ей сейчас, то уже никогда не смогу, как не смог бы помочь тому орку.

— Ласка, — прохрипела девушка, заходясь в кашле.

Я выдохнул с облегчением. Услышала.

Слова давались ей с трудом, но главное, она умела управляться со своим голосом. А значит, если это результат какой-то травмы, она была с ней задолго до попадания в это место. Скорее всего так и есть, потому как под чернильной чёлкой прятался шрам.

На лице рыжего промелькнуло удивление. Неужели получилось, и он ничего не заметил?

— Ээ.. Ласка, значит? Хорошее имя. А какой стихией ты владеешь, Ласка? — рыжий зачем-то дважды выделил имя девушки, как будто бы сомневался в том, что она сама догадалась так себя назвать. Но ответ на второй вопрос он уже и сам подсказал ей минутой ранее. Надеюсь, она смогла это понять.

— Тьма… — ответила девушка. И на этот раз, уже без моего участия. — Стихия Тьма.

— Нав, вор, тьма… все как велит система, хех. Еще и имя звериное. Жаль, что печать пустоты всю эту прелесть поганит. А ведь ты и сама что-то отвечать можешь, если захочешь. Только ты еще кое-что забыла назвать, — рыжий хохотнул, ткнув толстым пальцем в огонь свечи. Фиолетовое пламя, судя по всему, означало именно печать пустоты.

В глазах гнома презрительная брезгливость сменилась легким любопытством, что было очень хорошим знаком. По крайней мере, он больше не считает ее "мусором". Но и до полноценной личности в его глазах девушке всё ещё чего-то не хватало.

— Окей, защитничек, — обратился рыжий ко мне. — Доволен?

Пожалуй, да.

Я промолчал. Все же сложно быть довольным, если не понимаешь толком, что происходит. Это значит, дворф не тронет Ласку? Или это только начало его странного собеседования?