О князе и грязи

Филин исправно всё выполнил и получил свой сухарик. Такие простые команды ему были скучны, поэтому за них обязательно требовалось награждать едой. Вот если бы Кир его попросил дверь открыть или сходить привести младших обедать, это Кир выполнял и так с удовольствием.

— Ого, дрессированный, — оценил один из парней.

Другой окинул Кира неловким взглядом и протянул руку:

— Шэнь Ли.

— А, а я Шэнь Лунь! — поспешно вставил первый.

— Кир, — кивнул Кир, мысленно запуская фейерверки, и пожал обе руки. Теперь наконец можно было присесть на траву, а не стоять, согнувшись, как слуга.

Итта тоже представилась, и Кир понял, что в первый раз не очень правильно расслышал её имя.

— Прости, можешь повторить?

Она скривилась.

— Не важно, всё равно никто правильно не говорит.

Кир постарался обворожительно улыбнуться. Конечно, на эту любительницу спортивных костюмов до сих пор не действовало, но вдруг?..

— Я правда хочу постараться и сказать, как надо, — настоял он.

Она закатила глаза, но всё-таки повторила. Ого, да не иначе имя-то двурукое!

— Йитта, — попробовал он. — Ютта.

— Йиутта, — отчётливо произнесла она. — Надо сложить губы трубочкой и сказать “и”. Но этого никто не может.

— А! — обрадовался Кир. — Так это же как у меня в имени!

— У тебя в имени просто “и”, — не согласилась девушка.

— Это по-столичному, — замотал головой Кир. — А где я вырос, на севере, там тоже так говорят, вроде как Кюр или что-то среднее. Значит, ты Ютта.

На сей раз он произнёс правильно: девушка заулыбалась. У неё проявились премилые ямочки на щеках.

— Ты очень красивая, — не преминул сообщить ей Кир.

Ямочки пропали.

— Так ты чего хотел-то? — тут же прохладно спросила она. Кир мысленно вздохнул: Ма предупреждала, но он не удержался. — Если хочешь, чтобы мы за тебя задания сделали, ты не по адресу, это вон в пятую группу иди, там есть желающие.

— Нет же! — обиделся Кир. — Мне просто только что объяснили, что не надо ходить на лекции, а надо учиться самому. Но я не понимаю, как!

Ютта и Шэни переглянулись.

— Ну, иди к научному руководителю, он тебе составит индивидуальный план… — озадаченно сказала Ютта, оглядывая Кира как будто новыми глазами.

— К какому научному руководителю? — не понял Кир.

— К любому.

Если б она не была девочкой, точно бы врезал. К счастью, Шэнь Лунь пояснил:

— Выбирай любого препода, кто лекции читает. Приходишь и говоришь, мол, я хочу к вам в учебную группу. На туре же всё объясняли.

— Я его пропустил, — вздохнул Кир.

— Ну молодец, — развела руками Ютта. — Теперь небось ни у кого нормального мест нет.

Кир даже не знал, кого считать нормальным.

— А вы у кого?

— Мы у биохимика, — сказал Шэнь Ли. — Мы потом пойдём в фармакологию. А Итта — у Кровопийцы.

— У кого?

Ютта закатила глаза.

— Крогобэйски, лектор по сравнительной анатомии. Но он реально кровопийца, задаёт больше всех.

Она сказала это с гордостью и приосанилась, откинув волосы с плеча. Кир засмотрелся.

— Любишь хороший вызов? — хмыкнул он.

— Я сюда пришла за знаниями, а не балду пинать, — сообщила ему Ютта, умудряясь как-то глядеть на него сверху вниз.

Кир выпрямился и внимательно посмотрел ей в лицо.

— Я тоже.

Глава 7

Пробежка по корпусам принесла мало результатов: в это время дня большинство преподавателей были на лекциях, а у кого не было лекций, те вообще не являлись в университет. Кир нашёл троих, в том числе, Кровопийцу, но они один за другим посмотрели на него озадаченно и сообщили, что их лимит курируемых студентов уже исчерпан, так что не раньше второго семестра, молодой человек, где ж вы были.

Кир сходил в деканат и выяснил приёмные часы всех остальных профессоров, но они оказались размазаны на всю неделю и даже немножко на следующую.

— А чего им ставить много часов? — пожала плечами секретарь. — В начале года все, кому надо, к ним уже подошли, теперь частным порядком договариваются.

Кира немного передёрнуло при мысли, о чём они там договариваются. Если бы на Муданге какой ученик предложил своему учителю взятку за высокую оценку своих способностей или за то, чтобы не делать какое-то задание, он, наверное, был бы ославлен на всю планету, и ещё пару поколений баи бы сочиняли. Наверное — потому что Кир никогда ни о чём подобном не слышал.

Поскольку до тех пор, пока Кир не найдёт себе куратора, он понятия не имел, что учить и какие задания выполнять, а ближайшие приёмные часы ближайшего профессора начинались только завтра, в принципе можно было бы идти домой. Но Кир был бы не Кир, если б сдался так легко. Он один раз в жизни, тогда, в начале, с отцом, сдался. И это была величайшая глупость, которую он когда-либо совершал. С тех пор он твёрдо усвоил, что никакая трудность не может быть хуже, чем собственная трусость, а потому он посмотрел расписание и пошёл караулить под дверью аудитории. Пусть это не приёмные часы, но разве так долго узнать, есть у профессора свободные места или нет?

Первым его нападению подвергся Лонкинс, хотя Кир и опасался, что все его задания окажутся про бейсбол. Когда Кир остановил его в дверях и выпалил заготовленную просьбу, профессор опешил, растерялся, занервничал и начал плести какую-то ахинею.

— Да вы просто скажите, есть у вас места или нет, — попросил Кир.

— А, нет, простите, уже все заняты, — с облегчением пробормотал Лонкинс и унёсся прочь, едва попрощавшись.

Ну что ж, перемена двадцать минут, Кир успевал отловить ещё двух-трёх преподавателей.

Однако результат оказался тем же. Профы нервничали, бормотали невнятные оправдания и тратили его время вместо того, чтобы сразу прямо сказать, что мест нет. Кир не мог понять — неужели его статус князя имеет для них такие значение? Ну что им может сделать муданжский Император? Пожаловаться в ЗС, что у преподов через месяц после начала занятий нет мест? Так это наоборот показывает, что они хорошие профессионалы, раз к ним идут. Ну, может быть, возникает вопрос к университету, почему так мало мест выделено и нельзя ли увеличить штат кураторов. В какую интригу Кир тут вляпался?

Пока он искал в кафе на этаже какого-то незнакомого ему преподавателя, ведшего семинары по генетике у параллельной группы, он снова наткнулся на Париндру.

— Чайку? — предложил невозмутимый тамлинг, размешивая в чашке что-то беловатое. Кир не особо любил чай с молоком, но Париндра был единственным, кто исправно приглашал Кира посидеть вместе, и он не нашёл в себе сил отказаться.

— Не видел тут, э-э, — Кир справился со списком, — профессора Эпи?

Спросил и тут же сообразил, что Париндре неоткуда знать преподавателей с биомеда.

— Нет, она никогда не ходит в кафе, — невозмутимо ответил Париндра. — Ест на кафедре, что с собой приносит. У неё муж какой-то повар высшего класса, она еду простых смертных обходит по широкой дуге. А зачем она тебе?

Кир объяснил. Париндра смотрел на него со смесью любопытства и жалости, так что Киру уже хотелось вспылить, но он старательно сдерживался.

— Зачем тебе это? — наконец спросил Париндра. — Я ещё понимаю, если бы ты на госуправление пошёл, но зачем принцу биология?

Кир утомлённо потёр переносицу. От слова “принц” у него уже начиналась крапивница.

— Я не наследный принц, — наконец сформулировал он. — Я никогда не буду править планетой. Зато у нас не хватает врачей.

Губы Париндры сложились в заинтересованное “о”.

— Ты ведь старший сын Императора, — заметил он. Кир напрягся: Париндра просто так в курсе, потому что интересуется сплетнями о знаменитостях, или специально про Кира выяснял? Но объяснить, как на самом деле обстояло дело, Кир не мог — говорить правду запрещал дядя Ирнчин, а история с зияниями за пределами Муданга казалась сказочной. Мамины друзья и семья дяди Саши не верили в неё ни секунды.

— Это сложно, — наконец выдавил он. — Но так вышло. Наследный принц — мой младший брат. Его, э-э, бог-покровитель благословил на правление.

— Обидно, наверное, — предположил Париндра.

— Да нет! — с нажимом возразил Кир. — Мне оно не надо, понимаешь? Я люблю с матерью работать, я уже несколько лет ассистирую на операциях, с пациентами общаюсь, понимаешь? Мне это нравится. Мне смотреть страшно, как брат с отцом по кабинетам тухнет, он же такой маленький ещё, а уже ночью разбуди — все виды налогов перечислит.

— Вот оно как… — протянул Париндра, и Киру померещилось в его невозмутимом лице некоторое разочарование. — А ты, значит, не хочешь по кабинетам… Понятно. Но ты так себе научника не найдёшь.

— Почему? — нахмурился Кир.

— Я тебе уже объяснял, — вздохнул Париндра, пересаживаясь поудобнее, и отпил своего чая. Кир вспомнил о второй чашке, хлебнул и понял, что помимо молока там намешано ещё столько же имбиря и чего-то цитрусового, и едва сдержался, чтобы не выплюнуть всё обратно. — Здесь две категории студентов: мажорчики и вундеркинды. Ты мажорчик. Мажоры плохо учатся и портят преподу статистику. Естественно, едва завидев тебя в конце коридора, нормальные профессора разбегаются! Тебя возьмёт только кто-то, у кого настолько жёсткий недобор, что любой студент лучше, чем никакого.

— Но я хорошо учусь, — насупился Кир. — Обычно. Я здесь не разобрался поначалу, ещё эти бесконечные мемы в лекциях, я поэтому затупил. Но я могу лучше!

Париндра посмотрел на него снисходительно.

— Ну ты же на платном отделении.

— Я?! — вытаращился Кир. — Нет! Я поступил по конкурсу. Мне стипендию платят!

Вот тут Париндра тоже вытаращился. Пару секунд они сидели молча, соревнуясь, у кого глаза шире открываются, потом тамлинг хмыкнул и откинулся на спинку стула.

— Что ж. Это меняет дело. Только твои профессора не знают, что ты вундеркинд.

— Я не то чтобы вундеркинд, — поправил Кир. — Я просто обычный человек, который старается изо всех сил.

— Ну, — отмахнулся тамлинг. — Как я уже сказал, есть только две категории. Знаешь что, дай-ка мне пару часиков, я наведу справки и поговорю кое с кем. Думаю, смогу найти тебе научника.

— Э, правда? — Кир воспрянул духом. — А, ну… Тебя это не очень напряжёт?

Париндра ухмыльнулся.

— Я сегодня совершенно свободен, но буду признателен, если ты мне окажешь ответную услугу.

— Без проблем, — быстро заверил Кир и тут же прикусил язык. Париндра вроде бы не увлекался ничем сомнительнее поэзии и имбирного чая, но как знать…

— Видишь ли, у меня возникли некоторые проблемы с маркетингом, — мягко сказал тамлинг. — Те мажорчики, которым я уже предоставляю свои услуги, не очень рвутся делиться моими контактами со своими друзьями. А мне, сам понимаешь, не очень нравится ходить по коридорам с плакатом. В университетских чатах же подобные объявления вычищают, чтобы не палить контору. Так вот, — он усмехнулся, глядя на настороженное лицо Кира, — в эти выходные будет вечеринка для самых богатых, и мне пока не удалось получить туда приглашение. А вот тебя наверняка звали.

Кир задумался. Что-то такое ему Эмиль на днях говорил. А даже если нет, то наверняка можно всё узнать от Мэй. Эта ногастая девица готова была ради внимания Кира практически на всё.

Не сказать, чтобы это сильно Киру льстило: дома он привык, что девушки на него заглядываются, но только потому, что он красивый. Статус его по-прежнему у многих вызывал сомнения, и узнав, что это князь, девушки часто теряли интерес. А из ближайших друзей — Айша в ответ на его комплименты только хихикала и отмахивалась, а Атех закатывала глаза, поскольку обе знали его с детства как облупленного. Мэй же вела себя непривычно. Она ни разу не сказала ничего о его внешних данных, зато постоянно интересовалась подробностями жизни императорской семьи. И хотя казалось, что она им увлечена, это было какое-то не такое увлечение, как Киру хотелось. Но, возможно, он просто зажрался.

— Я узнаю, — пообещал Кир. Провести приятеля на вечеринку было несложно, а то, что Париндра торгует домашними заданиями — это проблема его покупателей и их будущих работодателей. Если кто-то из них когда-нибудь захочет поработать на отца, Кир точно будет знать, что надо отказывать.

На этом они расстались. Париндра принялся кому-то писать, а Кир забрал Филина с парковки и позвонил Мэй. Он знал, что она обычно брала трубку даже посреди лекции.

— Ты хочешь пойти со мной?! — восхищённо воскликнула она, когда он объяснил свою задачу.

— Ну… да?

Киру не очень понравилось это “со мной”, но куда деваться? Он знал, что Мэй захочет его внимания.

— Обожемой, что же ты так поздно сказал, мне же нечего надеть туда! — затараторила девушка шёпотом в трубку. На заднем плане слышались шорохи. Похоже, она спешно собирала вещи, а потом проталкивалась на выход из аудитории. — А ты не сходишь со мной на шоппинг?

Кир, в отличие от большинства своих соотечественников, терпеть не мог покупать одежду. Он ничего не имел против того, чтобы смотреть на себя в зеркало, но он понятия не имел, что выбирать, и что сидело хорошо, и что подходило ему по возрасту и статусу, и всё это превращало шопинг в непрерывный стресс.

— Чтобы пойти на эту вечеринку, мне придётся освободить время, — придумал отмазку он. — Так что до тех пор я буду очень занят.

Сказал, и сам задумался, а что он-то туда наденет? Похоже, без разговора с эспажанцами не обойдётся никак.

Мэй вошла в его положение и не стала настаивать. Кажется, мысль о поводе приодеться отвлекла её от Кира, что и порадовало, и немного озадачило. На Муданге женщины в поисках мужа обычно никак не выказывали своего расположения, чтобы не давать кандидатам преждевременных обещаний. А если уж у кого душу украдёшь ненароком, там от тебя ничто не отвлечёт.

После разговора Кир прошёлся по парку и завис у автомата с водой и закусками. Поскольку он располагался недалеко от собачьей парковки, тут были и угощения для питомцев. Кир купил себе воды, а потом решил поэкспериментировать. В конце концов, если Филин так и будет целыми днями торчать в собачьем клубе, у него мозги от скуки разжижатся.

— Смотри, хочешь вкусняшку? — спросил Кир, кивнув на сушёное мясо, какое недавно покупал для Филина в магазине. Пёс узнал упаковку и захлопал по земле своим волчьим хвостом. — Тогда учись.

Через час Киру позвонил Париндра и позвал в кабинет к профессору Мрзгве, преподавателю высшей нервной деятельности. Эта дама сегодня уже сказал Киру, что у неё нет свободных мест. Похоже, соврала.