Невеста для негодяя

− Та, на которую сами согласились, господин регент. Поэтому либо разрывайте помолвку, либо терпите. И рассказывайте правду.

− Не могу, − сделал неожиданное признание мужчина. − Не больше, чем уже рассказал.

− Не доверяете, господин регент? − усмехнулась я.

− Не в этом дело, Аниэль, − покачал он головой.

− А в чем же тогда? В том, что знание подробностей может поставить мою безопасность под угрозу? Или же в том, что эти подробности настолько секретны, что необходимо иметь особый допуск к такого рода информации?

− Допуск, секретность, откуда тебе известно об этом, Аниэль? − Лаэриэнь выглядел в достаточной степени удивленным.

− В последние годы я часто помогала дяде вести бумаги, связанные с делами нашего рода, и там было много всего познавательного.

− Моя невеста удивляет меня все больше и больше, − признался мужчина.

− Ну, это еще не все грани моего таланта, − улыбнулась я.

− Я весь во внимании, − произнес Лаэриэнь.

− Да, счас, − нарочно решила не сдерживаться я. − У него, значит, допуск и секретность, а я возьми и расскажи все свои тайны? − я постаралась произнести это с теми же интонациями, которые частенько использовала кастелянша дядиного замка, дама солидного возраста и весьма специфического нрава.

− Хм, и как же нам тогда быть?

− Поединок, − ответила я.

− Нет, − Лаэриэнь ответил мне решительным отказом. − Особенно сейчас, когда ты ранена.

− Не на шпагах, − уточнила я. Тут мне вас однозначно не победить, господин командор. А вот в поединке другого рода возможны варианты. И, если ответите согласием, то узнаете секрет, который я не слишком тщательно от вас скрываю. Так сказать, два в одном.

− Умеешь ты заинтриговать, Аниэль.

− Твое решение, Лаэриэнь?

− Вначале скажи, это точно не повредит твоему здоровью?

− Точно.

− Ну что ж, тогда я согласен. Хотелось бы теперь узнать, на что именно.

− Поединок силы элинов.

− Что? − Лаэриэнь даже переменился в лице. − Нет, даже не уговаривай, Аниэль. Ты сама не знаешь, чего хочешь. Я не смогу не причинить тебе боль, а это то, чего я точно не собираюсь делать.

− Сможешь, − возразила я, пристально глядя на мужчину. − Без предупреждения начиная этот самый поединок.

Элинов, в отличие от андров, отличала одна общая особенность. Все они, в той или иной степени, могли оказывать влияние на разум друг друга. Те, у которых эта способность была выражена в большей степени, могли, при желании, повлиять на тех, у кого она была менее развита. Получалось, что элины могли не только приказывать друг другу, но и подчиняться. В отличие от андров, чей разум был защищен от ментального воздействия силы элинов. Это я знала из учебников истории. Потому что именно это стало основной причиной поражения элинов в противостоянии с андрами. Несколько столетий назад элины захотели расширить свои владения и перешли за границу сопок, отделяющих земли Руада от степи. Перешли, чтобы встретить там андров, степных воинов, чьи города, возвышающиеся вдоль рек, уходили на запад до самых высочайших гор, у подножия которых раскинулся Оран, столица империи андров. Андры были сильными и отважными воинами, ни в чем не уступающими в бою элинам. А то, что элины не могли оказать влияния на их разум, предопределило исход затянувшегося противостояния, закончившегося тем, что Руад вошел в состав Оранской империи. Княжество Руадское перестало быть таковым, став одним из городов империи андров.

Что же стало со способностями элинов, которые не смогли помочь им в сражениях? Они никуда не исчезли, но со временем стали ослабевать. Почему? Все очень просто. Как и любая другая способность, сила элинов требовала постоянного развития, начиная с детских лет. Нужно было много трудиться, чтобы развить ее в должной мере, даже если изначально имелся большой потенциал. Но развитие ментальных способностей не поощрялось андрами, и вскоре после вхождения Руада в состав империи было запрещено в образовательных учреждениях.

Что будет, если перестать обучать читать и писать в школах? Со временем, через несколько поколений, большинство станет неграмотными, а школы прекратят свое существование за ненадобностью. Примерно так и произошло в Руаде, но касалось это только предметов, связанных с развитием особой способности элинов. И если она и в прежнее время была выражена в достаточной мере лишь у небольшого числа представителей моего народа, то теперь тех, кто мог влиять на разум своих собратьев, были единицы. Потому что, не взирая на запрет, наложенный андрами, обучение детей, все же, проводилось, но лишь в исключительных случаях. Тогда, когда отсутствие этого самого обучения могло нанести непоправимый вред ребенку. Как в моем случае, например.

Много веков назад, корабли элинов приплыли откуда-то из Заморья к берегам Руада в поисках нового дома. Семь кораблей, каждый из которых нес представителей одного клана. Два из них пришвартовались к Островам, а остальные завершили свой путь у побережья, где впоследствии возникло княжество элинов. В каждом клане, в зависимости от его численности, было несколько родов, главами которых были элины, чьи способности к ментальному воздействию были наибольшими. Чья власть и чье влияние были неоспоримы. Но это не означало, что они могли применять свою силу так, как им вздумается. Совсем наоборот, они еще строже остальных должны были следовать кодексу, регламентировавшему правила использования силы элинов. Но, тем не менее, они были сильнейшими представителями своего рода. И с этим нельзя было не считаться.

Кто становился сильнейшим в клане? Тот, чьи способности от рождения были выше. И тот, чьи способности были развиты лучше. Без должного развития и обучения даже самые сильные способности не могли сделать элина достойным претендентом на место главы клана. Но случалось и так, что в клане рождались дети, чьи способности были столь сильны, что могли погубить их самих, если не научиться ими управлять. Такие дети, как я. Как Лаэриэнь. И если о нем, главе некогда правящего клана, не было ни единого сомнения в том, что его способности к ментальному влиянию сильны, как ни у кого другого, то про меня такого же нельзя было заподозрить. Я была даже не дочерью, а племянницей главы нашего клана, главы рода, и, к тому же, девочкой. Но по причуде судьбы стала сильнейшей в своем поколении. А потому, невзирая на все запреты, меня обучали владению своей силой столько, сколько я себя помнила. Силой, которую я считала несправедливым применять в реальной жизни, но которая время от времени требовала выхода, хотя бы на тренировках. И эту самую тренировку я и хотела сейчас устроить. И, быть может, даже выиграть поединок.

Удивление, отразившееся на лице Лаэриэня, показало мне, что он не ожидал, что я действительно решусь на это. Решусь нанести первый удар, пусть и ментальный. Хотя, это и ударом-то нельзя было назвать. Так, легкое прощупывание соперника. Но в случае с Лаэриэнем, чья сила была велика настолько, что всегда окружала его разум плотным щитом, оберегая от постороннего воздействия, даже просто дотянуться до этого щита было непросто. Мне же это удалось безо всяких усилий. Легкое касание, словно я дотронулась рукой до его лба.

Лаэриэнь продолжал смотреть на меня с удивлением во взгляде, словно не желая признавать мою силу. А затем вмиг посерьезнел, принимая мой вызов. Усиливая защитные щиты, готовясь к моему удару. Но я не собиралась бить напрямую. Моей целью было обезоружить противника, а не разрушить бастионы защиты.

Вместо того, чтобы нанести прямой удар, я опять лишь коснулась Лаэриэня. Ментально, разумеется. Позволяя себе сделать то, что хотела бы сделать в реальности, но не решалась. Дотронулась до его лица, там, где непослушная прядь светлых волос падала на лоб. Мне хотелось вернуть ее обратно, но увы, ментальная магия была на это не способна. Поэтому я опустилась чуть ниже, проводя вдоль брови, к виску, затем медленно опускаясь к подбородку. А затем скользнула еще ниже, вдоль шеи. Замирая у впадины у ее основания.

Я не услышала этого, но почувствовала, как сердце моего противника пропустило удар. Противника ли?

Сейчас, увлеченная поединком, полностью погруженная в него, я забыла, с чего все началось. Забыла о том, что сама бросила Лаэриэню вызов, чтобы он, проиграв в поединке, рассказал мне о том, что происходит в Руаде на самом деле. Сейчас для меня был важен только он, мужчина, стоявший передо мной. Мой нежеланный жених. Мой негодяй.

Поглощенная желанием проникнуть сквозь его защиту, подчинить его разум, я не сразу заметила, что все идет не так, как должно было. Я вовсе не оставалась холодной и безучастной, нет. Влияя на Лаэриэня, я сама попадала под его влияние. Мы словно падали с ним вдвоем в пропасть, у которой не было дна. Но это совершенно не беспокоило нас, потому что это падение дарило чувство полета, удивительное и упоительное чувство. Чувство, с которым не хотелось расставаться. Чувство, которое грозило поглотить нас целиком, если мы не остановимся. Сжечь дотла, если мы не прекратим эту странную и прекрасную битву.

− Ничья? − услышала я хриплый голос Лаэриэня у своего уха.

Очнувшись от сладкого дурмана, в который меня погрузило наше противостояние, я с удивлением обнаружила, что Лаэриэнь преодолел пространство, разделявшее нас, и теперь стоял рядом со мной, практически вплотную. И, хотя нас и разделяло расстояние, пусть и ничтожное, мне казалось, что я нахожусь в его объятиях. Таких желанных и нежеланных одновременно.

− Ничья, − ответила согласием я, стараясь, чтобы мой голос не дрожал.

− Ты поразительно сильна, моя невеста, − выдохнул Лаэриэнь возле моих губ.

− Тогда предлагаю признать тебе свое поражение, − выдвинула встречное предложение я.

− А как же ничья? − возразил он.

− Я согласна на ничью лишь в том случае, если ты расскажешь мне то, что я хочу знать, − способность разумно мыслить постепенно возвращалась ко мне. − Иначе нам придется продолжить сражение.

− Нет, на продолжение поединка я согласиться не могу. Боюсь, что не смогу сдержать себя, − Лаэриэнь с шумом выдохнул.

− Тогда… − начала я.

− Я расскажу тебе, − согласился он, отступая на шаг назад. − Но сначала я хочу пригласить тебя на прогулку по городу. Хочу быть тем, кто покажет тебе Руад.

Я подняла голову, вглядываясь в лицо Лаэринэня. С чем было связано это неожиданное предложение прогулки? Хотел ли он отложить рассказ, надеясь, что я вовсе забуду о нем? Или действительно хотел пройти со мной по улицам города? Вполне возможно, что верными были оба варианта.

− Хорошо, − согласилась я, не став раздумывать слишком долго.

− Вот так просто? − казалось, Лаэриэнь не ожидал от меня такого быстрого согласия.

− А что не так? В конце концов, вряд ли кто-то может познакомить с городом лучше, чем глава некогда правящего рода, да еще и регент в придачу. − О том, что я буду рада провести время именно с ним, я предпочла умолчать. Хоть Лаэриэнь и числился формально моим женихом, для столь личных признаний было еще рановато.

Переодевшись в легкое летнее платье и собрав волосы в простую, но элегантный узел на затылке, я вскоре была готова к выходу. Лаэриэнь церемонно открыл передо мной дверь моего небольшого дома, и мне на мгновение показалось, что это наш с ним дом. Что я вовсе не нежеланная невеста для него, а он − совсем не негодяй, желающий ради чужой прихоти разрушить мою жизнь. Что все совсем наоборот, и мы с ним счастливые супруги, у которых впереди долгая счастливая жизнь вместе.

Там, за порогом, царило утро теплого летнего дня. Такого, когда впереди тебя ожидает не только прекрасный день, наполненный радостью и смехом, но и долгое лето, в котором будет все, о чем ты только могла мечтать. Лето, наполненное объятиями и поцелуями. Лето, которое станет началом жизни, полной любви и счастья.

Я чувствовала себя легкой, словно наполненной изнутри искрящимися пузырьками, идя рядом с Лаэриэнем по улицам города. Руад был прекрасен. Его мостовые, вдоль которых стояли каменные дома под островерхими крышами, скверы и парки, которых здесь было великое множество, и, конечно же, океан, с востока подступавший вплотную к городу. Мы с Лаэриэнем удобно устроились в небольшом ресторанчике на набережной, где подавали морепродукты. Теплый летний ветер доносил до нас звуки вальса, который играл расположившийся неподалеку духовой оркестр. На набережную накатывали волны. И мне вдруг показалось, что так будет всегда. Что всегда будут и эта музыка, и шум волн, и соленый морской воздух, и мужчина, сидящий напротив меня. Тот, чья ладонь сейчас лежала поверх ладони моей, расположившейся на крахмальной скатерти стола. Мгновения, память о которых я сохраню навсегда, пусть даже и оказавшись в любом месте из ожерелья миров, если мне выпадет такая судьба.

− Все это исчезнет, − неожиданно произнес Лаэриэнь, обводя рукой набережную и людей, идущих по ней. − Все, что я знаю и люблю, канет в забвение. Нет, то, что нас окружает, море, здания, они останутся. Также, как и те, кто живут в Руаде. Но элины, а именно их здесь живет подавляющее большинство, необратимо изменятся. Все будет именно так, если замысел, приведенный в исполнение прежним первым министром, не удастся изменить.

7

Я смотрела на Лаэриэня, такого мужественного и красивого, с вновь упавшей на лоб прядью волос, на этот раз из-за легкого морского бриза, и не могла поверить в то, что его, моего жениха, пусть и нежеланного, что моего персонального негодяя вдруг не станет. Нет, когда-нибудь, еще очень нескоро, потому что элины живут долго, и он, и я, мы растворимся в бесконечности ожерелья миров. Но это будет еще не теперь, а прямо сейчас нас, как и большинство остальных жителей Руада, впереди ожидала жизнь с ее радостями и горестями. И потому поверить в то, что только что сказал Лаэриэнь, было очень сложно.

− Это просто ужасно, то, о чем ты сказал, − произнесла я, не отрывая взгляда от лица мужчины.

− Я знаю, − грустно усмехнулся Лаэриэнь, − но это правда. К моему величайшему сожалению. Но, могу тебя заверить, что я делаю все, чтобы не допустить подобного варианта развития событий.

− Расскажи мне. Пожалуйста, − попросила я. − Я обещаю, что не расскажу никому.

− Хорошо, − согласился Лаэриэнь. − Все дело в нашей особой способности, в способности элинов. Как ты знаешь, многие годы в империи существовал запрет на обучение элинов обращению со своим даром. О нем не то чтобы забыли, но перестали вспоминать, чтобы не навлечь на себя беду. Но дар-то никуда не делся. Он просто оставался непроявленным, спящим в каждом из нас, ожидая часа, когда к нему вновь обратятся. И этот час, по замыслу первого министра, должен был совсем скоро наступить.

Он придумал очень элегантное решение. Простое, но крайне действенное. Направить дар элинов против них самих же. Незаметно, но необратимо воздействовать на всех элинов империи, так, чтобы заставить их делать то, что нужно ему. Не принимать решения согласно своему разуму и своей воле, а руководствоваться навязанными извне приказами, даже не понимая этого. Теряя себя безвозвратно. Продолжая жить, но − становясь кем-то другим.

− Но ведь для того, чтобы осуществить подобное, мало лишь собственного дара, − заметила я. − К тому же, первый министр был андром, а не элином, и у него не могло быть способности оказывать непосредственное влияние на чужой разум. Значит, для этого ему бы понадобилось какое-то устройство, − предположила я.

− Все верно, − согласился со мной Лаэриэнь. − И такое устройство было создано. Излучатель. Мы точно знаем по крайней мере об одном из них.

Все это время, с тех пор, как мы зашли в этот ресторанчик на набережной и уселись за столик друг напротив друга, мужчина не отводил от меня взгляда. Впрочем, как и я от него. А потому я без труда смогла заметить, как внезапно что-то за моей спиной привлекло его внимание.

− Вот ведь… − с губ Лаэриэня было готово сорваться заковыристое ругательство, но он в последний момент сумел удержать себя.

− Кто там? − спросила я, едва сдерживая себя, чтобы не обернуться и посмотреть самой.

− Легок на помине, − выдохнул сквозь зубы мужчина.

− Да кто же там?

− Тот, кто любезно передал мне пост регента Руада, точнее, чуть ли не силой переложив эту ответственность на меня. Младший брат императора Оранской империи. С супругой.

Я уже хотела обернуться, чтобы посмотреть на тех, о ком мне говорил Лаэриэнь, но мне не пришлось этого делать, потому что они уже подошли к нашему столику. Мой жених поднялся, чтобы поприветствовать их, и я последовала его примеру. В нескольких шагах от нас остановились двое. Огромный и мощный андр, рядом с которым миловидная молодая женщина казалась еще более хрупкой. На вид ей было примерно столько же лет, сколько и мне, но глубина в ее взгляде говорила о том, что внешность бывает обманчива, и передо мной стоит вовсе не юная элинка. Кстати, девушка эта, хотя и была очень похожа на элинов, но все же чем-то неуловимо отличалась от нас внешне. Не то, чтобы я хотела пристально рассмотреть ее, просто так вышло, что мой взгляд остановился на ней, потому что смотреть на андра мне было немного боязно. Его грозный вид откровенно пугал меня, и, если задуматься, то было даже несколько удивительно, как эта молодая женщина совсем его не боялась. Больше того, судя по тому, как она стояла рядом с ним, прильнув у нему, совершенно не пытаясь высвободить свою руку из захвата его огромной ладони, ей нравилось быть с ним. И уж точно нельзя было подумать, что она вышла за него за муж по принуждению.

− Приветствую вас, ваши высочества, − начал разговор Лаэриэнь, обратившись к подошедшим.

− Надо же, Лаэриэнь Руаделлин, и с девушкой, какой приятный сюрприз. Неужели наконец решил наконец взять себя в руки, мой друг? − несмотря на такие слова, они были произнесены безо всякой насмешки. Даже наоборот, в голосе андра можно было услышать нотки беспокойства.

− Практически, − сухо ответил Лаэриэнь. − Разрешите представить вам мою невесту, Аниэль Паэр.

− Ту самую? − андр внимательно посмотрел на моего жениха.

− Да, ту самую, ваше императорское высочество, − в его голосе сквозила ирония.

− Ну что ж, в таком случае, прими мои поздравления. И, прошу, давай без всех этих императорский высочеств, господин регент, − андр произнес это, глядя на Лаэриэня, а потом перевел взгляд на меня. − Очень рад познакомиться с вами, Аниэль. Уверен, что вы уже поняли, кто я, но, все же, представлюсь. Тамир Орин-аль-хан, а это моя супруга Стеллария.

− Лучше просто Стелла, − улыбнулась мне молодая женщина.

− Очень рада познакомиться, − улыбнулась я в ответ. Тамир, он же младший брат императора Оранской империи, ясно дал понять, что не желает, чтобы к нему сейчас обращались по всей форме, а потому я поприветствовала их как хороших знакомых своего спутника, своего жениха.

− Не желаете ли присоединиться к нам? − поинтересовался Лаэриэнь у Тамира вполне светским тоном. Хотя, судя по выражению его лица, произнести ему хотелось прямо противоположное.

− Я уж думал, что ты не предложишь, − усмехнулся андр.

− Заметь, я твоим свиданиям не мешал, а, наоборот, даже в какой-то мере способствовал, − усмехнулся в ответ элин.

− Именно Лаэриэнь поспособствовал тому, чтобы меня приняли на обучение в магистериум, когда время вступительных экзаменов уже прошло, − объяснила Стелла. − И именно там я встретилась с Тамиром, который тогда был ректором академии. Столкнулась, если точнее. А потом, правда нечаянно, обратила его внимание на себя еще более экстравагантным способом, который стал очень чувствительным для него. С этого все и началось и продолжается до сих пор, − Стелла с улыбкой дотронулась до брачного браслета на своей руке.

− Как интересно, должно быть, учиться в магистериуме, − произнесла я. − Но моим выбором стала медицинская академия. Именно для этого я и приехала в Руад с Островов, чтобы продолжить обучение именно в ней. Во всяком случае, имела такое намерение до недавнего происшествия.

− Какого происшествия? − Тамир внимательно посмотрел на Лаэриэня. − Это как-то связано с… − андр не закончил предложение, но элин отлично понял, что тот имел в виду.

− Да, − коротко кивнул Лаэриэнь. − Поэтому предлагаю продолжить этот разговор в более подходящем месте.

Местом этим оказалась закрытая беседка, стоящая в отдалении от прогулочной зоны набережной. Отсюда по-прежнему было отлично видно море, но шум его волн был не так сильно слышен, позволяя говорить негромко. Впрочем, в этом не было особой нужды, потому что место было вполне уединенным, и можно было не опасаться, что кто-то услышит наш разговор.

− Меня хотели вывести из игры, − без предисловий начал Лаэриэнь. − Точнее, нас обоих с тобой хотели, − он выразительно посмотрел на Тамира. − Судя по всему, я должен был поранить тебя в поединке отравленным клинком. Ты бы умер еще до заката, а я бы оказался в темнице, а затем и на виселице. Отличный план, простой и элегантный, − мужчина усмехнулся. − Но появление Аниэль нарушило его самым неожиданным образом. И теперь мы не только остались живы, но еще и знаем о замысле нашего врага.

− Как? − задал вопрос Тамир.

− Очень просто, − ответил Лаэриэнь. − Даже слишком. Клинок моей шпаги, которая хранится в клубе, был поврежден и обработан ядом, который должен был достаться тебе. А вместо этого пострадала моя невеста, которая по невероятной случайности оказалась моим соперником во вчерашнем поединке. Который тоже произошел совершенно спонтанно и не был запланирован заранее.

− Почему ты так убежден в том, что я непременно должен был погибнуть? − нахмурился Тамир. − Насколько я вижу, Аниэль жива и вполне здорова.

− Исключительно благодаря себе. Если бы она не обработала полученную рану сама, а потом не пришла ко мне, точнее, на прием к регенту Руада, то она… − Лаэриэнь замолчал, словно не мог или не хотел произнести в слух то, какой могла бы стать моя судьба.

− То я бы просто заснула навсегда, умерев во сне, − закончила я за него. − Но ты не совсем прав, − затем возразила я, − поворачиваясь к Лаэриэню. − Если бы ты так быстро не отнес меня в больницу к арину Деланиэлю, то для меня все закончилось бы очень скоро. Так что именно тебя я должна благодарить за свое спасение.

− Хорош спаситель, − хмыкнул мой жених. − Вначале сам чуть не убил, а потом немножко спас.

− Так, друзья мои, − посмотрел на нас Тамир. − Общую картину я понял, а выяснять, кто кого спас предлагаю позже и наедине. Во избежание, так сказать, − добавил он, глядя уже на свою жену, а не на нас. − Итак, что мы имеем, − затем произнес он, неохотно отрывая взгляд от Стеллы и переводя его на Лаэриэня.

− Мы имеем неудавшееся покушение, которое, как таковое, пока еще не произошло. При этом наш враг не догадывается о том, что нам известно о его плане.

− Уверен в этом? − прищурился Тамир.

− Абсолютно, − без тени сомнения ответил Лаэриэнь.

− О том, что я со мной что-то случилось, не известно никому, кроме Лаэриэня, арина Деланиэля и вас со Стеллой. Клуб «На острие» я покинула сразу же после поединка, не дав никому понять, что была ранена.

− Как так? − Стелла удивленно посмотрела на меня.

− Она сказала мне, что это лишь царапина, а потом сама себе наложила швы, − ответил вместо меня Лаэриэнь.

− Но это же, должно быть, очень больно, − выдохнула Стелла.

− Терпимо, − я пожала плечами. − Впрочем, сейчас куда важнее другое, − я хотела увести разговор от обсуждения моей скромной персоны. − То, кто именно стоит за организацией этого преступления. Ведь это же было не так просто устроить? − Я посмотрела на Лаэриэня. − Помимо общего планирования, нужен был свой человек в клубе. И тот, кто хорошо разбирается в ядах и имеет к ним доступ.