Т-Модус

Что же делать? Запереться в игре и поднять шкалу действий? Пока я сидел, обратный отсчёт уже достиг 030 и похоже не собирался останавливаться.

Одно очко действия — это примерно пять минут. Значит сейчас у меня два с половиной часа спокойствия. Слишком мало… Чтобы нормально поспать этого явно не хватит. Меня вдруг охватило ещё большее отчаяние, словно я упал в глубокую бездонную воду. Из которой уже никогда не всплыть. И когда я совсем отчаялся, внутри этой пропасти вдруг разжёгся свет надежды.

Я мог поспать в игре… Наверное — это безумная идея. Глупая, бессмысленная, но… Если я усну в игре, и меня перенесёт спящего в очередное сражение, это всё же не так страшно.

Именно так я и решил поступить. Я уже иногда отключался на полчаса-час, когда уставал от рубки дров и хотел прикорнуть на кровати.

Вот и сейчас, я вернулся в свою комнату, и, прежде чем зайти в игру, решил помолиться. Странно это было, ведь на мне было именно божественное проклятье. Но я всё же попросил бога, чтобы он снял его с меня, потом лёг и подключился к камню.

Когда я попал обратно в свой дом, шкала отсчёта была уже на 027. Прорвёмся… Подумал я, и прямо в одежде упал на кровать. Усталость была настолько огромной, что я уже не мог ждать.

Сны сменяли один другой, но снилось мне в основном то, что показал Мирааль. Гигантские демоны, размером с небоскрёбы, с перепончатыми крыльями, закрывавшими всё небо. Мирааль звал их Древними Стражами. Снились ангельские миры и их сверхтехнологичные оружия, способные уничтожать звёзды. Снились армии, растянувшиеся на сотни миров. Я видел род чёрных драконов, погибших в Первой Великой Войне. Падение Наргваля, владыки чёрных драконов, лично убитого Тиэлем. Теперь его звали уже не Тиэль, а Аттанхейм. Одно из трёх имён, которыми звали этого уникального безумного парня. Причём третье, даже под страхом смерти, никто не решался произносить.

Когда мои сны начали повторять виденное про Тиэля, началось форменное безумие. Он был невероятно могущественным, но ещё больше в глаза бросалось его умение. Древний Бог был слишком хорош во владении мечом. Казалось, что он знает про оружие всё и способен убивать миллиардом способов.

Но одна из его атак была особенно впечатляющей. Когда Тиэль оказался в окружении миллиардов врагов, он со всего размаху вонзил свой меч в землю, погрузив его на треть. И, в тот же момент, всюду и везде, в каждом кусочке земли, а точнее из-под каждого кусочка земли, вырвалась копия его клинка. И это была не просто копия — она воплощала всё его совершенство во владение мечом, всю его неотразимую точность, и великолепные навыки мечника. Вырвавшиеся из-под земли клинки метили врагам точно в сердца и не важно, где находился враг — рядом с Тиэлем, или в сотнях и тысячах километрах от него. На земле, или в воздухе. Не важно, каким большим или малым был противник. Конец оказывался всегда одинаковым — противника ждало точное попадание в сердце именно таким клинком, который непременно достанет и убьет его.

После этой атаки Тиэль просто замер. Три тысячи миров разом оказались опустошены. Все бесчисленные армии ангелов и демонов, объединившихся против Древнего Бога были уничтожены.

Я смотрел на Тиэля, но сон не развивался. Он замер, будто застыв. Но это была иллюзия… Я вдруг понял, что в действительности замер один лишь Тиэль. Остальной же мир продолжал своё движение. В одночасье раздался шум бесконечных рек полившейся крови.

— Почему ты не двигаешься? — неожиданно для самого себя спросил я у Тиэля. И он вздрогнул, найдя глазами меня, словно впервые увидев.

— Потому что испытываю сожаление — ответил он, спустя, казалось, вечность.

— Сожаление о содеянном?

Тиэль медленно покачал отрицательно головой.

— Я сожалею о том, чего лишился.

— Что же это?

Он взглянул на меня, потом обвёл глазами поле недавнего боя. Сделав глубокий вздох, Древний Бог присел на появившийся из-под земли чёрный железный трон. Мне казалось, что я уже никогда не получу ответа на свой вопрос, но Тиэль заговорил вновь:

— Я лишился радости битвы. Это сражение было последним и самым лучшим, но оно действительно последнее. Мне уже никогда не превзойти этого боя, не повторить этих эмоций. Радость боя угасла во мне, и я знал, что этот бой будет последним.

— Неужели ты больше совсем никогда не испытаешь радости?

— Посмотри на моё тело.

Тиэль развёл руки и только сейчас я заметил, что его оголённый торс полностью покрыт татуировками.

— Каждая татуировка — это плата за силу. Каждая татуировка — это жертва. Я пожертвовал всем и даже каждым из чувств. Оставалось одно последнее ощущение — радость от битвы, но и оно теперь закончилось. Я больше никогда ничего не почувствую в этой жизни.

— Но ты ведь можешь умереть? — почему-то мне хотелось помочь этому безумному древнему божеству. — А когда возродишься, то будешь чист от любых проклятий и открыт любым чувствам?

Тиэль улыбнулся. Так улыбается отец, которому малолетний сын советует детский выход из серьезной взрослой проблемы. Он покачал головой:

— Мне отказано в доступе в чертоги смерти. По своей же глупости, стремясь к силе и неуязвимости, я лишился всех способов умереть.

— Значит, вечная жизнь, лишённая каких-либо чувств? Это слишком грустно.

— Наверное грустно, — Пожал он плечами. — Грусти я ведь тоже теперь не чувствую.

— И что ты будешь делать? Неужели нет никакого выхода?

— Есть. Всего лишь два, но есть. В первом — я могу уничтожить мироздание. И тогда есть шанс, что вместе с его гибелью придёт и моя смерть.

В жизни я бы наверное так не общался, но во сне мой разум был иным. Я искренне сопереживал и соучаствовал в судьбе бога. Но даже так — гибель мироздания звучала слишком серьёзно.

— И ты действительно хочешь уничтожить мироздание?

— Конечно же нет! Какой отец решится навредить своим детям?

— А это значит не вред? — Я развёл руками, указывая на бесчисленные тела вокруг.

— Смерть — лучший из уроков. Когда-то в мироздании не было смерти, и поверь — то было ужасное время.

Я хотел было возразить, но потом осознал. Реинкарнация! В видениях, показанных Мираалем, я видел, как воины гибли и оживали снова и снова. В конечном итоге — смерть была не концом, а лишь сном перед новой жизнью.

— Ты понимаешь, — удовлетворённо сказал Тиэль, внимательно изучая мое лицо. — Не каждая смерть обязательно приведёт к реинкарнации, но даже если после смерти настанет забвение, это будет правильно. Другое дело гибель мироздания. Это будет полное и абсолютное забвение на долгое время.

Я молчал, молчал и бог, с которым я говорил. Мы сидели друг напротив друга — он на своём троне, я же на каком-то пеньке, напоминавшим пеньки возле моего дома: до тех пор, пока Мирааль не превратил их в стулья.

— Я ведь сплю?

— Спишь — согласился Тиэль.

— И скоро меня перенесёт на поле битвы?

— Мой старший горячо любимый брат Мирааль не настолько жесток. Во сне твоя шкала действия не активна.

— Правда?

— Правда.

Мы улыбнулись почти одновременно.

— А говорил, что не способен чувствовать. — Заметил я веселившемуся богу.

— Теперь способен.

Древний бог менялся. С его лица спадала тень усталости и бесчувственности. Из глаз уходила обречённость и вместе с ней безграничная сила. Тело светлело, исчезал рисунок татуировок.

Я даже не сразу понял, что Тиэль действительно трансформировался целиком и полностью. Его белые волосы с алыми вкраплениями становились черными. Лицо и глаза преображались. И вот трансформации полностью завершились.

Теперь передо мной стоял определено Тиэль, но совсем другой. На нём был военный камзол, который в фильмах носят капитаны крейсеров. Черные волосы были коротко стрижены, а лицо… Сколько же в нём было задора и веры в жизнь.

"Новый Тиэль" огляделся.

— Битва с двумя воинствами. — удовлетворительно кивнул он сам себе, словно проверял свою память. — А ты…

Он взглянул мне в глаза, и я даже перестал дышать. Больше не было в древнем боге того бесконечного могущества, что минуту назад. Теперь, наоборот — он казался уязвимым и даже слабым, в сравнении с предыдущим своим воплощением. И всё же… Его глаза стали намного старше и мудрее. И в них не читалось ни тени безумия.

— Значит Мирааль жив. Это хорошо.

Он не задавал вопросов, но говорил со мной, словно после часа беседы:

— Проклятье снять не могу. И оно гораздо опаснее, чем тебе кажется. Но могу помочь. Когда проснешься, скажи "я хочу покинуть стартовую локацию". И мой тебе совет. Ищи битвы сам. Не жди, когда таймер обнулится. Тебя это действительно может убить.

А потом я проснулся.

Глава 12. Мидгард

Первым делом по пробуждении я посмотрел на свою татуировку "027".

— Вух… — выдохнул я.

Похоже, проклятье хотя бы давало мне спокойно поспать, и отсчёт останавливался. Приятная новость. Я потянулся на кровати, после чего энергично вскочил и подошёл к окну. За окном только-только начинался рассвет. И это означало, что я либо спал совсем чуть-чуть, либо проспал сутки к ряду. Единственный способ узнать это наверняка — выйти в реальность.

Я посмотрел на комм и обомлел. Тринадцатое декабря! Засыпал я между прочим шестого. Это что же, выходит, я проспал целых семь дней? Бред какой-то…

Желание выйти из игры сразу пропало.

Странно… если я отсутствовал целую неделю, то моя семья просто обязана была это заметить. Значит, они в курсе, но по каким-то причинам не могут вытащить меня в реальность. Что будет, если я сейчас смогу вернуться в настоящий мир? Однозначно — мне ещё не скоро после такой выходки позволят зайти в игру, если вообще позволят. Значит, выходить пока нельзя. И это первое.

Второе. Какие бы не были причины того, что я до сих пор в игре, в реальность все равно нужно будет возвращаться. И, очевидно, нужно будет иметь в запасе много времени, чтобы хватило со всем разобраться и вернуться в игру. Разбираться, что случиться, если таймер очков действия обнулится в реальном мире, мне ох как не хотелось. Одно дело рисковать виртуальным телом и совсем другое — реальным, из плоти и крови.

Итак. Значит, я пока понятия не имею, что происходит в реальности, но мне очевидно нужны очки действия. И из этого выходит третье и последнее. Мой сон — был явью?

Я слишком хорошо его помнил, и особенно финальный разговор с древним богом. Как он там сказал? Достаточно произнести "Я хочу покинуть стартовую локацию". Если вспомнить, так же я стал хозяином этого дома… Просто захотел и четко сформулировал свою мысль. Возможно Т-Модус реагирует на чётко оформленные желания? Это надо было проверить…

— Я хочу мешок денег! — произнёс я вслух, стараясь быть уверенным не только снаружи, но и внутри. Ничего не произошло. На всякий случай я повторил эту фразу ещё несколько раз. С тем же результатом.

— Я хочу есть! — выкрикнул я, понимая, что кушать я действительно очень хочу.

И тут комм запищал. Я взглянул на сообщение:

Ваших очков желаний недостаточно. Для сотворения пищи необходимо иметь минимум 70 очков желания.

Ваш текущий сосуд: 13/700 очков желания. Для увеличения этого показателя, поднимайте свой уровень, либо выполняйте действия, связанные с повышением количества/лимита очков желания.

Это уже интереснее… Я не стал откладывать в долгий ящик и сразу громко заявил:

— Хочу знать свой текущий уровень!

Внимание! Вы хотите узнать свой текущий уровень. Расход: 1 очко желания.

Ваш текущий сосуд: 13/700 очков желания.

Вы уверенны, что хотите продолжить?

Да/Нет.

Конечно же я нажал да. И в ответ получил от комма очередное сообщение:

Ваш текущий уровень 4. Шкала опыта до следующего уровня заполнена на 57 %

Вау! Я думал, что я всё ещё первого, а оказалось — я не совсем новичок. Видимо, разные действия в игре приносили опыт. Потом разберусь какие… А пока.

— Я хочу покинуть стартовую локацию!

Внимание! Вы хотите покинуть стартовую локацию. Очков желания хватает на две начальные локации:

1) Мидгард — 7 очков желания

2) Оттемхейм — 12 очков желания.

Ваш текущий сосуд: 12/700 очков желания.

Я вкратце глянул на свою тату "024". Что же, двадцать минут, выходит, провозился. Терять время — непозволительная роскошь, а потому пора действовать. Я выбрал на комме "Мидгард" и на всякий случай даже произнёс вслух:

— Я хочу попасть в Мидгард.

Произошёл уже знакомый мне эффект телепортации: мир стал терять очертания, а затем стал снова набирать резкость, складываясь в новую картинку.

Вскоре я осознал, что стою на большом каменном кругу, сверху окружённом аркой. Рядом появлялись и сразу же спешили по своим делам разные люди. Люди! Впервые, попав в Т-Модус, я видел столько людей. Да что там, впервые в жизни я видел столько людей!

Их здесь было ну очень много. И каждый был занят кто чем. Место, где я появился, похоже было городским порталом. И почти каждую секунду кто-то появлялся возле меня и ни сколько не удивляясь, уходил куда-то. На меня не обращали внимания. Разве что ещё два других подростка — парень и девушка, примерно моего возраста. Как и я, они оглядывались вокруг ошарашенно, видимо, впервые попав в Мидгард.

Что интересно, население Мидгарда было самым разнообразным. Здесь были и рыцари в доспехах, верхом на конях или пешие. Ходила городская стража по трое человек в одинаковом обмундировании. На их синих плащах и щитах было изображено золотое дерево вместе со своими корнями.

Было много торговцев, крестьян, горожан и прочих-прочих — одетых по-средневековому. Но среди них встречались и современные люди. Их легко было отличить от остальных, ведь все мы — игроки, попадали в Мидгард в своей одежде или похожей на неё. Но даже не это было главной отличительной чертой. Наручные коммуникаторы! Они красовались на руках у каждого игрока, и это сразу выдавало их.

К слову, парень и девушка, продолжавшие, как и я, пялится на прохожих, тоже были с коммами. Я набрался смелости и приветливо махая, двинулся к ним:

— Ребят, привет! Тоже играете в Т-Модус?

Первым меня заметил парень. Он улыбнулся и выглядел смущённо:

— Да… Так ты тоже игрок?

— Тоже игрок — согласился я и спросил девушку. Она молчала, видимо сильно стесняясь, и просто кивнула.

— Может пока будем держаться вместе? — предложил я.

Мы ещё постояли и поболтали. Выяснилось, что парня зовут Мали и он родом с планеты Каракас — столичной планеты нашей империи. Девушка — Джен, оказалась оттуда же. А точнее они просто были родными братом и сестрой.