Земля смерти

— Я сейчас буду, — сказал Картер, резко повернулся и пошел в заднюю спальню, где хранился его чемодан с одеждой и другими вещами.

Она последовала за ним внутрь и остановилась в дверях, пока он открывал чемодан и вытаскивал свое оружие, проверяя его, чтобы убедиться, что оно готово к немедленному действию в случае необходимости.

Вильгельмина, его идеально сбалансированный 9мм Люгер. Хьюго, его тонкий, острый как бритва стилет в замшевом чехле. И Пьер, газовая бомба, разработанная в AX, размером с большое яйцо, которая может навсегда вывести из строя людей в комнате, за считанные секунды. Старые друзья, которые никогда не подводили его и которые спасали ему жизнь бесчисленное количество раз. Но старые друзья, тем не менее, должны быть приготовлены.

Картер вставил патрон в патронник «Люгера», убедился, что предохранитель включен, и засунул оружие за пояс шорт.

— Пойдем немного прогуляемся, — сказал он, беря Сигурни за руку и ведя ее на веранду, а затем по короткой тропинке к пляжу.

Вдали от дома они могли видеть сияние огней города на большом острове. Был только легкий бриз, крошечные волны мягко плескались о белый пляж. Кто-то прыгнул в воду.

— Мне стоит бояться, Ник? — спросила Сигурни тихим голосом.

Картер посмотрел на нее и улыбнулся. «Я так не думаю. Мы будем наблюдать за тем, что происходит, но я не думаю, что есть о чем беспокоиться».

Они долго смотрели на воду. Затем Сигурни пожала плечами. «Кофе уже точно остыл», — сказала она.

«К черту кофе», — ответил Картер, и, смеясь, они, взявшись за руки, пошли обратно в дом.

Это было после одиннадцати часов. Ночь была очень теплой и влажной. Равномерный стук медленно вращающихся винтов большого вертолета Сикорского, разогревающегося на площадке, почти оглушал.

Семь мужчин, все одетые в черное, с темными лицами и руками, выстроились в прямую линию по стойке смирно. У каждого был небольшой, но тяжелый рюкзак со взрывчаткой, а также их личное оружие. На их плечах висели автоматы «Узи». Чайкин подумал, что использование израильского оружия было как-то уместным штрихом.

Подъехал посольский лимузин, и из него выскочил Ганин, тоже одетый в черное, с сумкой и «узи». Через мгновение вышел Чайкин.

— У пилота есть приказ, — сказал Чайкин. «Все они проинструктированы. Ничто не должно пойти не так».

— Не думаю, что что нибудь пойдет не по плану, Виктор, — резко сказал Ганин. При выполнении задания у него не было времени на болтовню.

Он зашагал по асфальту к ожидающему вертолету, где выстроились семеро мужчин. Одного за другим он осмотрел их, их оружие и снаряжение, убедившись, что все в порядке. Закончив, он отступил назад.

— Вы все понимаете приказ? — крикнул он по-испански. Ганин свободно владел десятью языками.

— Си, сеньор, — хором ответили все семеро.

Чайкин вышел из машины. Ганин повернулся к нему.

"Они готовы?" — спросил резидент КГБ .

Ганин кивнул. На асфальт выехала еще одна машина. Ганин взглянул на него. "Как его зовут?"

— Ортега, — сказал Чайкин, проследив за его взглядом. «Он работает переводчиком».

— Ты уверен, что это он?

"Абсолютно. Это был. Несомненно, он слышал, что вы приедете.

— Он передал сообщение?

— Его куратор — Чарльз Нелл. Мы фотографировали их встречу».

— И они вас не заметили?

-- Нет, Аркадий, в этом у меня есть полная уверенность. Ортега знал, что вы приедете, он передал информацию своему куратору, а затем вернулся к нам.

— Что вы ему сегодня сказали?

— Он знает, что должен был прийти сюда, чтобы помочь допросить нескольких мексиканцев. Вот и все», — сказал Чайкин. Он махнул рукой в сторону машины.

— Хорошо, — сказал Ганин.

— Но, Аркадий, я думаю, было очень опасно приводить его сюда. Он может увидеть вас, дать им описание. Мы не можем быть уверены, что он не ускользнет от нас.

Ганин мрачно усмехнулся. — "О да, мы можем быть уверены, Виктор. Очень уверены."

Он полез внутрь своего черного комбинезона, вытащил 9-миллиметровую автоматическую «Беретту» и, спрятав ее сбоку, быстро прошел через парковочную рампу туда, где ждала машина.

Виктор Чайкин двинулся за ним, но потом передумал. Семь боевиков стояли по стойке смирно.

В машине Ганин постучал в непрозрачное окно, которое было выключено. Мужчина лет тридцати пяти с широко раскрытыми глазами выглянул наружу.

— Мы знаем о Чарльзе Нелле, — сказал Ганин, поднял «беретту» и сделал два выстрела в быстрой последовательности, первый попал Ортеге в лицо справа от его носа, а второй снес мужчине верхнюю часть лба, кровь, кусочки костей и белое вещество, разлетелись по салону машины, тело Ортеги отброшено к противоположной двери.

Ганин убедился, что предохранитель «Беретты» включен, убрал оружие в кобуру, затем поискал и нашел две стреляные гильзы, которые сунул в карман.

Он вернулся к Чайкину, который побледнел.

«Я хочу, чтобы его тело продержали до трех часов, а затем я хочу, чтобы оно было доставлено на военно-морскую базу США в заливе Гуантанамо, где я хочу, чтобы оно было брошено у их порога».

Чайкин тяжело сглотнул.

— Ты понимаешь мои инструкции, Виктор?

Чайкин кивнул. — Из-за этого будет много неприятностей, Аркадий.

— Да, будут, — согласился Ганин. «Может быть, выпьем вместе водки, когда я вернусь утром. Это было бы чудесно."

Чайкин снова тяжело сглотнул и кивнул.

Ганин жестом приказал солдатам сесть в вертолет, а когда они были надежно пристегнуты, поднялся наверх вместе с пилотом и вторым пилотом и дал им знак, чтобы они взлетали.

Большой вертолет вздрогнул, а затем поднялся в ночное небо, над головой мерцали бесчисленные звезды, огни аэропорта и Гаваны расстилались вдоль побережья внизу, а темное Карибское море в направлении Флориды на севере.

Ганин надел шлем со встроенными наушниками и микрофоном. Второй пилот показал ему, где он подключается, и вдруг он услышал болтовню операторов диспетчерской вышки Гаваны. Это якобы был коммерческий рейс, предположительно направлявшийся в Сантьяго-де-Куба, крупный город на дальнем юго-восточном конце острова.

Там они должны были спуститься до пятидесяти футов и направиться к острову Грейт-Инагуа, оставаясь далеко к северу от Мэтью-Тауна.

Это была половина пути; если бы они не были обнаружены к тому времени, если бы вокруг не было кораблей ВМС США, они бы продолжили путь. Картер никогда не узнает, что его поразило.

«Я хочу, чтобы вы были достаточно близко, чтобы видеть его лицо, Аркадий Константинович, — наставлял его Кобелев. — Я хочу, чтобы ты смог точно сказать мне, что именно ты увидел в его глазах.

Третья глава.

Что-то разбудило Картера. Он поднял левую руку так, чтобы видеть часы. Было как раз около двух часов. Луна зашла раньше; теперь только свет звезд давал какое-то освещение через открытые окна. Легкий ветерок шевелил занавески, и он едва различал плеск волн на пляже под домом.

"Что это?" — спросила Сигурни рядом с ним.

— Я разбудил тебя?

— Нет, — сказала она. «Мне показалось, что я что-то услышала. Но я просто нервничаю».

Картер сел, его рука потянулась к Вильгельмине на ночном столике. "Что ты слышала?"

— Ничего… — начала она, но потом села. "Слышишь?" — тихо спросила она.

Он действительно что то слышал. И он думал, что знает, что это такое. Картер спрыгнул с кровати, перевел предохранитель «люгера» в положение «включено» и подошел к окну. Он держался в тени, так что извне он не был мишенью.

Его глаза просканировали местность вдоль пляжа и в нескольких ярдах от берега, но он ничего не мог разобрать. Шум, который, как ему показалось, он услышал, был очень похож на звук пары весел, плескавших по воде.

Он простоял у окна целых пять минут, но больше не было ни звуков, ни движения внизу. Тем не менее телефонное предупреждение Хоука было. Это беспокоило его. Какое-то внутреннее чувство глубоко внутри его предостерегало его.

"Что-это?" — тихо спросила Сигурни с кровати. Простыня, покрывавшая ее, упала, обнажив ее прекрасную грудь. Ее темные волосы были распущены по плечам.

— Одевайся, — прошептал Картер. Он подошел к бюро вдоль дальней стены, взял шорты и натянул их, пока Сигурни натягивала свои шорты и майку. Он засунул свой зачехленный стилет за пояс шорт, переложил Вильгельмину в левую руку, а правой взял Пьера, смертоносную газовую бомбу. Тусклый металлический корпус блестел в мягком свете.

Он повернулся, когда Сигурни заканчивала, затем подошел к ней. — Вот, — сказал он, протягивая ей устройство.

Она посмотрела ему в глаза, потом взяла газовую бомбу.

«Я хочу, чтобы ты оставалась здесь, в этой комнате, что бы ни случилось», — сказал он.

Она кивнула.

«Возможно, у нас будет компания», — сказал он. Он взглянул в сторону окна. "Я ухожу."

Ее глаза расширились, а ноздри раздулись.

Она спросила. — Ганин?

— Возможно, — сказал Картер. — А теперь послушай меня, Сигурни. Он быстро объяснил, что такое Пьер и как это работает. «Если кто-нибудь войдет, поверните футляр, бросьте его и задержите дыхание. Этот новый газ активен менее тридцати секунд. Но в это время это чрезвычайно смертельно».

Сигурни тяжело сглотнула, но понимающе кивнула. — Будь осторожен, Ник, — сказала она и яростно обняла его.

Он поцеловал ее. — Скоро вернусь, — сказал он. Он повернулся и выскользнул из спальни, через затемненную гостиную и через черный ход.

Если Ганин был связан с новым отделом убийств КГБ, одной из его первых целей мог быть Картер. Хоук беспокоился об этом, иначе он не позвонил бы ему. Поскольку Ганин находился менее чем в двухстах милях на Кубе, вызов был оправдан. С другой стороны, подумал Картер, возможно, они слишком остро реагируют. Не было никакой реальной причины в этот конкретный момент думать, что Ганин будет преследовать его. Тем не менее, случайное пребывание мастера-убийцы КГБ так близко было поводом для размышлений.

Держась низко и в тени, Картер пересек пространство перед домом, свернул с тропинки и вошел в густые заросли и пальметты, которые вели вниз к помещениям для персонала в паре сотен ярдов от него.

Он останавливался каждые несколько ярдов, чтобы осмотреть пляж и прислушаться к звукам. Но ничего не было. Какая-то часть его начала чувствовать себя немного глупо, шмыгая туда-сюда, пока Сигурни в доме беспокоилась. Еще одна, более инстинктивная, часть его была полностью бдительна, все его чувства были открыты для восприятия малейшего звука или движения.

Широкая дорожка от главного дома поворачивала влево, сливаясь с открытой площадкой вокруг четырех небольших коттеджей, занятых персоналом острова-курорта. Ни в одном из коттеджей не было света, и Картер не ожидал его увидеть. Весь персонал в это время спит.

Он выбрался из кустов и направился за коттеджами, когда страшный взрыв с другой стороны крошечного острова разорвал ночную тишину и осветил небо.

Картер развернулся и оглянулся, откуда пришел. На долю секунды он задумался о том, чтобы вернуться за Сигурни, но она была способна защититься, и у нее была газовая бомба. Вместо этого он помчался к тропинке, ведущей вверх по холму, по другую сторону которой находился сарай для генераторов, где, как он предполагал, произошел взрыв.

С запада, у лодочного причала, раздались выстрелы из автоматического оружия, и когда Картер мчался к гребню холма, у него появились первые мучительные сомнения, что его могли подставить. Взрыв вполне мог быть отвлекающим маневром. Но для чего? Чтобы поймать его?

Какой-то внутренний голос достиг его сознания, как только он взобрался на вершину холма, и он покатился влево, нырнув за полдюжины пальм, в тот самый момент, когда широкую тропу прорезал сухой грохот автоматного огня.

Он вскарабкался вокруг толстого ствола одного из деревьев и встал, когда снизу послышалась новая автоматная очередь. На этот раз он смог определить направление и в тусклом свете смог разглядеть резиновый плот, привязанный к причалу, и две фигуры, несущиеся прочь от яростно горящих остатков генераторного сарая прямо под ним.

Прижав руку с пистолетом для упора к дереву, он произвел три выстрела в быстрой последовательности, первый сбил ведущую фигуру, второй промахнулся, но третий попал в цель, сбив второго нападавшего в черном костюме.

Несколько долгих секунд Картер оставался на месте, под защитой рощи на вершине холма, наблюдая за любым движением снизу.

Удовлетворенный тем, что двое, которых он подстрелил, останутся лежать, он помчался вверх по тропе и вниз по холму вокруг западной стороны сарая с генератором.

Дойдя до тел, он просканировал пляж, причал и гребень холма позади себя в поисках других. Голос в его голове ворчал, что все это было слишком просто. Это была какая-то установка.

Он перевернул первого мужчину и откинул черный капюшон, скрывавший его лицо. В его груди образовалась большая дыра от выстрела Картера. В свете горящего сарая с генератором Картер увидел, что мертвец был латиноамериканцем. Вполне возможно, кубинец. То же самое было и со вторым мужчиной.

Картер встал. Если они были кубинцами и если Ганина действительно заметили на Кубе, он вполне мог быть на острове или, по крайней мере, руководил этой операцией.

Но было еще кое-что. Он чувствовал, как густо витает в воздухе.

Он помчался к причалу, чтобы посмотреть, где был привязан черный резиновый плот. Лодка курорта, используемая для дайвинга, ранее пришвартованная с другой стороны причала, медленно опускалась на дно. Они видимо пробили ей дно. Картер вытащил Хьюго и проколол четыре воздушные камеры резинового плота, которые сдулись со взрывными ударами, затем он разрезал ткань плота в клочья.

Если бы на острове был кто-то еще, кто-то, кто зависел бы от этого средства побега, они бы не смогли сбежать.

Он повернулся и пошел обратно вверх по холму. Как раз в этот момент с другой стороны острова один за другим прогремели четыре взрыва, сопровождаемые несколькими секундами позже шквальной стрельбой из автоматического оружия.

Это была подстава! — сердито подумал он. Действия на этой стороне острова были отвлекающим маневром.

«Сигурни!» — крикнул Картер в ночь, удваивая свои усилия, мчась вверх по холму и стремглав вниз по другой стороне.

Все коттеджи для персонала горели, как и главный дом. Теперь, в свете пламени, Картер увидел, как несколько человек вскарабкались на резиновые плоты, вытащенные на берег.

На бегу он сделал несколько выстрелов, подстрелив как минимум одного из мужчин. Двое других повернулись и открыли огонь из автоматического оружия вверх по склону в сторону Картера, прижав его к земле.