Todo negro

Мы с парнями мало что поняли в этой речи: только кивали и пытались сделать вид, будто прониклись. В конце концов, мне не хотелось, чтобы Барон опять решил пошутить. Что он выкинет, если сочтёт нашу игру разочарованием?

В лягушек превратит? Или в крокодилов?

Я бы уже ничему не удивился.

***

Что последняя игра сезона действительно будет особенной — я понял, как только увидел в школе объявление. Никому вокруг оно странным не казалось: только игроки «Лепреконов» были сильно удивлены.

И то, кажется, не все — но мы с Рики и Линком уж точно.

— Узнал чего? — спросил я Рикардо, как раз стоя рядом с афишей предстоящего матча.

Квотербек пожал плечами.

— Мистер Ли вообще не понял вопроса. Мол, матч как матч, команда как команда, чего такого? Будто каждый год с ними играем…

— Мне все примерно так же ответили. — добавил Линк. — Ничего, мол, необычного.

— Хера себе: «ничего необычного»…

Мы втроём снова уставились на афишу, которую уже успели изучить в мельчайших подробностях.

Во-первых, нашим соперником была команда из частной школы Пикман. О такой ни я, ни Рики, ни Линк отродясь не слышали — хотя уже много лет катались в составе «Лепреконов» по Луизиане и вроде бы видели всех футболистов штата. Серьёзно: что эти парни делают в нашем расписании?

— Они хоть из Луизианы вообще?

— Не уверен…

Во-вторых, загадочная команда называлась «Нечестивцы». И вот это действительно удивляло.

Нет-нет, названия бывают всякие. В профессиональной лиге играют «Налётчики» из Окленда, перебирающиеся в Лас-Вегас, и «Буканьеры» из Тампы. Столичную команду как раз тогда вынуждали отказаться от названия «Краснокожие»: в нашем-то политкорректном обществе. Зато канзасские «Вожди» по-прежнему выступают под этим именем, вопреки истерии о культурой апроприации.

Но это всё, знаете ли, отнюдь не «Нечестивцы». Америка — религиозная страна, у нас прямо на долларе написано о вере в Бога. И такое…

— Стрёмно как-то.

— Надо ещё людей поспрашивать.

Без толку. Про «Нечестивцев» никто ничего пояснить не мог, а когда мы обращали внимание на странности — получали в ответ недоумённые взгляды. Что вы несёте, мол? Всё нормально!

— Такое ощущение, что всё это как-то связано с Бароном.

И мы было согласились с предположением Линка, но тут возникла ещё одна интересная деталь. Её подкинул, как ни странно, Адамс — мы случайно столкнулись у шкафчиков в коридоре.

— Слыхали про нового скаута?

Никто из нас не горел желанием общаться с Адамсом сверх необходимого, но слова о скауте тут же наградили раннинбека нашим полным вниманием. Сколько месяцев рекрутёров не видели! Только недавно мечтали об этом, и вот…

— На матче с «Нечестивцами» будет?

— А где ещё? Мистер Ли сказал.

Вот старый мудак: шепнул любимчику, от остальной команды утаил.

— А что за скаут? Из какого колледжа?

— Не знаю. Из какого-то крутого университета. Его зовут мистер Говард. Так что вы, парни, уж напрягитесь в пятницу! Последний шанс!

При словах о последнем шансе Адамс так мерзко оскалился, что я с трудом сдержал желание выбить говнюку зубы. Впрочем, надо отдать должное: Адамс мог нам про скаута и не сообщать. Пришлось выдавить из себя благодарность.

Общий «заклятый друг» свалил, весело насвистывая, а мы трое остались в ещё большем недоумении. Окей, скаут. Мы отвыкли, но в целом — дело обычное. Находить талантливых игроков надо, и разыскивают их даже в не самых крутых школах. Однако почему всё в тёмную? Почему неизвестно, из какого мистер Говард колледжа?

— А прикинь, если это Барон так представился?

— И в какой, по-твоему, колледж он игроков набирает? Вудуистский, что ли?

— Мало ли… стрёмный он, этот Барон.

— Парни, а почему мы до сих пор не гуглим?

Чёрт возьми, и правда. Самое простое и естественное действие в любой непонятной ситуации — а мы шляемся по школе, как дураки, и пристаём ко всем с вопросами! Телефоны тотчас покинули наши карманы, в поисковые строки полетели запросы.

Я был уверен, что и «Гугл» про загадочных «Нечестивцев» с мистером Говардом не знает ничего. Но это оказалось правдой лишь наполовину.

Мистер Говард действительно не находился в связке с каким-либо колледжем. Про частную школу Пикман интернет кое-что знал — но таковая обнаружилась аж в Массачусетсе, то есть на другом конце страны. Самый северо-восток Штатов, Новая Англия. Места там футбольные, конечно: «Патриоты» из Бостона с начала «нулевых» были сильнейшей профессиональной командой, редко не добирались до финального матча сезона.

Но то профессиональная команда. Студенческим футболом университеты Лиги Плюща не славятся — не нужно это самым престижным учебным заведениям страны. Да и вообще, больше всего спортсменов выходит из южных штатов. По понятным социальным причинам: жизнь тяжелее.

— Думаешь, это они?

— Других Пикманов не нашлось. Но что команде из Массачусетса делать в Луизиане?

— Однако с Бароном она едва ли связана, если всё так.

Ещё интереснее оказались результаты поиска самих «Нечестивцев».

— Охренеть!

— И почему мы об этом не слышали?

— Почему никто об этом не говорит, вот в чём вопрос.

И правда. Беглый гуглёж выдал кучу информации: оказывается, «Нечестивцы» играли со школьными командами по всей стране. Это уже удивляло, но больше нас поразили результаты и те видео, которые поисковик любезно предложил.

«Нечестивцы» просто рвали всех своих оппонентов. Судя по хайлайтам — эти ребята играли на уровне хороших студенческих команд. За все годы в школьном футболе я не видел ничего подобного. Их квотербека хоть сразу в НФЛ зови, минуя колледж. А защита! Да и остальные…

— Что-то мне подсказывает, непростая будет игра.

— И необычная.

— Да уж, такое не каждую пятницу случается.

— И даже не каждое воскресенье.

Рики пошутил то ли о названии знаменитого фильма про американский футбол — с Аль Пачино в главной роли, то ли о способности «Нечестивцев» и в профессиональной лиге рубиться. Там матчи в основном по воскресеньям, а школьники обычно играют по пятницам.

— Херня какая-то. — подытожил Рики. — Давайте не ломать головы. Время до матча ещё имеется, разберёмся… А пока есть предложение: поехали куда-нибудь, перекусим.

— Предложение хорошее.

— Поехали!

— Ну вот, единогласно…

Тренировки этим вечером не было, так что почему нет? Мы прыгнули в машину Рики.

***

Миссисипи течёт прямо вдоль исторического центра Нового Орлеана, на её южном берегу уже в основном пригороды. Северная же окраина омывается озером Пончартрейн. Нью-орлеанский университет стоит рядом, как и наша школа. Неподалёку находился столь любимый Рики Taco Bell.

Честно говоря, за пределами Французского квартала и маленького даунтауна в Новом Орлеане не всегда поймёшь, что находишься в городе. Улицы чертовски широкие, весьма зелёные, но домов на них мало, почти все — одноэтажные. Поэтому даже географический центр города в основном похож на окраины. Вот и здесь: словно мы в какой-то деревне, даром что до культовых туристических мест — минут десять езды.

Рики очень любил Taco Bell — наверное, из-за своего мексиканского происхождения. Мне было всё равно, а Линк охотно шёл куда угодно, кроме KFC: его раздражали расовые стереотипы.

Машин перед Taco Bell почти не оказалось, а пешком особо много народу не дойдёт —все туристы около Миссисипи. Значит, заведение нынче полупустое, что приятно. Мы решительно завалились внутрь и вдруг почти забыли, чего ради пришли.

Всё дело в девушках за столиком у окна.

С одной стороны, конечно — ну, девушки и девушки. Однако эти с первого, самого мимолётного взгляда показались каким-то особенными. Ладно я, со своим-то застарелым спермотоксикозом: но вниманием Рики и Линка, не испытывавших подобных бед, эти красавицы завладели так же легко.

Девчонок было трое, как и нас. Одна — очаровательно солнечная блондинка, другая — хрупкая кудрявая брюнетка, а третья больше всего приглянулась мне. Она очень напоминала Бриджит, только на четверть века моложе. Высокая, бледная и рыжая.

Наш интерес от троицы не ускользнул. Девчонки рассмеялись, блондинка поманила пальчиком, и остальные тоже оказались рады компании: присаживайтесь, парни!

Нас уламывать не пришлось.

— Учтите: светленькая моя!.. — шепнул Рики, забирая со стойки поднос.

Я не спорил, Линк тоже. Флэтчер всегда предпочитал «своих», негритянок — но раз эти девочки белые, то пускай подкатывает к брюнетке. Я-то выбор сделал сразу, не задумываясь.

— Я Ширли. — сказала блондинка прежде, чем кто-то из нас рот открыл.

— Мэнди.

— Эмбер.

Эмбер… «янтарь» по-английски, выходит. Очень подходит рыжей. Мы тоже представились.

— Сквер… это потому что ты квадратный? — спросила Эмбер.

— Именно.

— У тебя прикольный акцент. Кажется, русский?

— Ты угадала!

Знакомство завязалось очень легко. Рики, разумеется, сразу упомянул: мы футболисты. Девочки не удивились.

— Надеюсь, ты квотербек? — Эмбер подмигнула мне, потягивая газировку через трубочку.

— Нет… Рики наш квотербек. Я просто парень, который бегает с мячом.

— Это тоже здорово! Вот окажись ты кикером, я бы сразу потеряла интерес.

Ну, как без шуток про кикеров? Кикеры — это те, кто бьёт по мячу ногой, забивает «филд голы» и дополнительное очко после тачдауна. Такие парни частенько могут принести команде победу, но их участие в игре уж очень ограничено. Никогда не в центре внимания. Быть кикером — полный отстой.

Эмбер определённо нравилась мне больше остальных, и не только из-за типажа. Обтягивающие топики Ширли и Мэнди выглядели весьма сексуально, зато Эмбер носила футболку с лого Led Zeppelin. А если девушка любит рок — это ещё один огромный плюс!

Рики уже начал зазывать девочек на игру «Лепреконов», и тут выяснилось интересное.

— А мы как раз туда и собираемся.

— Да. Вы ведь играете с «Нечестивцами».

— Потому мы и приехали.

Вот это поворот!

— Так вы не местные…

— Точно, дружок.

— Подружки «Нечестивцев», выходит?

Ширли, Мэнди и Эмбер переглянулись. Захихикали.

— Подружки? Ну уж нет!

— Как видите, мы здесь одни.

— Просто мы любим футбол.

— И футболисты нам тоже нравятся.